# Все, как один, молотком по лобстеру - хрясть

Ицхак Скородинский

Вот, Вы, мой просвещённый читатель, видели, хотя бы раз в своей замученной глобалистами жизни, живого лобстера? Я не говорю о том, чтобы съесть такого же, сваренного вкрутую. Хотя бы один разочек в жизни насладиться...

Да, не по телику, нет, а своим глазами? Вот, и я не видал и не едал, потому как такой же, как Вы...

А теперь представьте себе, хотя бы смутно, самый шикарный русский ресторан в тель-авивском Израиле. В те благословенные времена, когда там ещё проживал своё состояние наш дорогой и всеми почти любимый Аркадий Александрович.

А в нём, весёлую сходку самых неизбранных граждан нашей гордой своим иудейским вариантом демократии страны, поедающих этих морских чудовищ, сотнями. Стук специальных молотков по панцирям и ни с чем несравнимый запах специй и выедаемого.

А тут...

Откуда ни возьмись, а проще говоря, с улицы, в зале материализовался маленький и донельзя сгорбленный однопланетянин в кипе и при бороде, да ещё и очки на носу, ну, очень дальнозоркие. Не очки, а просто таки - телескопы какие-то.

Подошёл к ближайшему столу и, застыв наподобие мумии египетской, смотрел, уставившись в тарелку одной из дам, разогретого настоящим армянским коньячком, сообщества. Смотрел, поворачивая голову туда-сюда до тех пор, пока красавица эта не завизжала, как резаная. Да и как тут не взорать, если ты только-только подцепила вилочкой белоснежного мясца, а тут кто-то носом тарелку нюхает, не обращая никакого внимания на твои выдающиеся во все стороны прелести.

Конечно, тут же служители этого, развращённого европейскими свободами заведения, набежали, сгребли болезного под микитки и утащили в недра администрации, разбираться.

Порядок в зале восстановился быстро, тем более что пришла пора каждому из присутствовавших рассчитываться за поедание гигантских раков своими кровно заработанными манями, поскольку это был не просто шалтай новоизраильтянский, а вполне богоугодное сборище благотворителей, на котором буквально каждый, прямо и таки, обязан был отщипнуть крошку от благоприобретенного им, слепо и почти бессознательно повинуясь гениальному закону великого выкреста нашего, Карла Генриховича, в пользу.... Да, хоть чего угодного, лишь бы отщипнуть...

А то, в следующий раз, не видать им десерта, к которому они после этого должны были перейти, как своих ушей.

А наш герой, хоть и помятый основательно, но почти целый стоял, согнувшись ногами, перед столом хозяина вертепа, одесского сибарита и жуира в одном лице, который для всех здесь был просто - Абрам Иванович, и точка.

Хозяин, долго и молча, разглядывал гостя, точь в точь, как будто тот был самым мёртвым лобстером на его тарелке, а потом откинулся в кресле и прохрипел:

- Ты как сюда прошёл?!

Принесённый обстоятельствами открыл, наконец, глаза и тихим спокойным голосом праведника...

- Через заднюю дверь...

Главноуправляющий скосил правый глаз на громилу, стоявшего рядом, и тот тут же испарился увольнять проштрафившегося охранника, а наш, действительно герой, ещё дальше засунул голову в плечи, поняв, что оставил человека без работы...

- Да не переживай ты так... Присаживайся, присаживайся я тебе сказал, вот так, молодец... Как солёный огурец... Я вот, только не пойму - зачем?

И на вздрагивание ладошками, ещё больше хрипа...

- Говори, говори, без этого не выпущу... Может, выпьешь чего...

Ираклий, а так отзывался всю свою нелепую жизнь присевший в кабинете, достал на эти слова бутылочку из карманчика куртки и отпил немного... А потом и всё же, решился.

- Пришёл посмотреть на этих, как его...

И показал руками что-то большое и круглое

- Никогда не видел. А то, дочка нашла в Интернете и неделю ныла, хочу, хочу, хочу... А потом вообще замолчала.

Так я и пришёл. Купить. Одну штуку.Для неё.И мальчики пусть посмотрят, что это за чудо такое.

...Вот.

- Дак, вам же нельзя этих тварей поедать.Некошерные же...

Новоприбывший выставил ладошку наподобие щита.

- Моим можно... У них мама - русская. И они тоже...

А потом замолчал, распрямился и вздохнул впервые за все свои репатриированные годы - глубоко...

А ресторатор вдруг хлопнул своими лапищами по столу и тоже затих...


Потом, отмерев, нажал одну из своих руководящих кнопок и через некоторое время отцу, возлюбившему своих чад поперек всех религий, был засунут в его рюкзачёк объёмистый пакет гадов морских, не забыт был также и спецмолоток, а также гарнир и соусы... Его тщедушные шекели без разговоров засунули в его же карман, и...

Абрам сам и лично проводил дорогого гостя к выходу и предложил отвести на служебной машине, но...

Нельзя, полночь шабатняя, святое время, и потом, юбиляр, которого оба, как оказалось, почитывали до сих пор, тоже любил пешие прогулки. Через всю Россию...

И ещё, они заглядывали друг другу в глаза, как будто надеялись на что-то...

А когда разошлись, произошло совсем невероятное...

Иванович, хряпнув рюмку сливовицы, набрал жену и, мотая головой, сообщил ей:

- Ирушик, как ты там? Да... Ну, держись, что поделаешь... Как там, деточка твоя? ...Слышу, слышу, подлаивает.

А знаешь, кого я сегодня встретил? Ирку-носопырку нашего помнишь? Да, да, тот самый...

И рассказал, выдыхая, что таки - да, кипа, борода рыжая, глаза уже почти не видят, детей немеряно... А напоследок добавил:

- Так, представляешь, он меня и не узнал. Да, точно, точно... А я его сразу... Да, время, проклятое время...


Но, и добредший утром ранним до родной своей крепости, Ираклий, передавши деткам Абрамовы подарки, приказал открыть Инет и обязательно просмотреть досконально, как и когда всё это безобразие поедать, получил наконец от дочки долгожданный воздушный поцелуйчик...

И, из последних сил, прильнул к своей единственной, и от всей души пожаловался ей, что всё прошло прекрасно, вот только этот шлимазл, жировня одесская, так и не признал в нём единственного своего друга детства...

Вот так...

Так и живём...