# Бедность не порок, а достопримечательность

Игорь Валентинович Смердов

Манила, или куда хочешь-не хочешь, а едешь на Филипинах

Если читать сайты рекламных туристических компаний, то складывается впечатление, что редко кто из операторов там бывал лично, и они добросовестно переписывают завлекательную информацию друг у друга, которая при этом часто не соответствует действительности. Другая крайность - это скоропалительные выводы туристов, не увидевших ничего, кроме нищеты и грязи. Особенно это относится к столице Филиппин - Маниле, которую все рассматривают как перевалочный пункт, и о которой редко пишут что-нибудь хорошее. Основной вывод - бегом из Манилы, и как можно скорей!


Михаил Назаров, ЧЕМ МАНИТ МАНИЛА (http://world.lib.ru/n/nazarow_m_w/manila.shtml)


С некоторыми филипинками я знаком уже года так с 2002 и не перестаю удивляться, почему они такие туповатые, несмотря на статус университетских преподавателей. Самое-то печальное в этой иронии судьбы, что я числюсь у них в лучших друзьях, потому что со мной им всегда так интересно поговорить. С другими им особо не разговаривается. Другие иностранцы университета чуть ли не в упор считают их тупицами и предпочитают особо не общаться, проводя многочисленные параллели между филипинками и китаянками в смысле недалекости и зашоренности. Так что моей радости просто не было предела, когда Филипины отменили въездные визы для россиян в сентябре 2007 г. и отпала надобность в унизительно частой для россиян процедуре по заполнению анкет в посольствах и объяснению, зачем я в эту страну еду. Я совершенно честно бы написал, что еду для того, чтобы узнать и понять, все ли филипинцы такие же наивные и недалекие, если не сказать, глупые, как те филипинские гастарбайтерши в Китае, которых я знаю лично. Скорее всего, визу бы мне не дали после таких заявлений в анкете, но ведь они же сами всегда требуют писать правду, правду и одну только правду. И положа руку на сердце, других причин ехать на Филипины я выдумать не мог, за исключением близости островов к Китаю и относительной дешевизны поездки туда из Гуанчжоу бюджетными Cebu Pacific Airlines. В общем, с отменой виз на Филипины эта ситуация Catch-22 с заполнением анкет разрешилась сама собой. Хоть какая-то польза дорогому россиянину от визита Лаврова в Манилу летом 2007, может быть, в связи с нашими победами на чемпионатах мира и Европы, еще кто-нибудь откликнется, Гонконг например.

Мои сомнения в тупости филипинцев стали понемногу рассеиваться, когда у нас появился филипинский студент, изучающий китайский язык. Он был явно посмышленей, чем преподши-филипинки, и настолько мотивированным, что стал сносно болтать и читать на мандарине после 9-ти месяцев обучения с довольно низкого уровня "здасте, я ваша тетя". В итоге он поехал преподавать английский в северо-западную провинцию Китая Гансу дышать в пустыне пыльной грудью летом и морозить уши зимой. Но там его китайский босс, прислугой которого он долгое время был на Филипках, открыл собственную частную школу, так что парень до приезда в Китай был знаком с китайской культурой не понаслышке, и пожалуй, даже с ее хорошей стороны, что в китайских колониях в Азии встречается не так уж часто. Обычно, китайцев как колонизаторов не очень любят, в первую очередь, за клановость, монополизацию бизнеса и за недопущение местных к столу в широком экономическом смысле, что не раз вызывало анти-китайские погромы в Индонезии, Малайзии, на тихоокеанских островах, а в отдаленном прошлом, на тех же Филипинах. Музей Ayala в Маниле представляет несколько диарам антииспанских и антикитайских восстаний (слово pogrom не употребляется, хотя ему там самое место). Свежайщий пример из этой серии - тибетцы с их анти-олимпийскими протестами и выхватыванием факелов из рук эстафетчиков мира и прогресса. Они прекрасно продемонстрировали, что китайские колонизаторы 20-го и 21-го веков ничуть не лучше, чем английские, французские и любые другие. Так что разницы для филипинцев между испанскими и китайскими угнетателями особой никогда не было, разве что испанцы до 1898 г. имели политическую власть, а китайцы экономическую и торговую, и кстати, во многом продолжают ее удерживать. Американские колонизаторы пришли позднее, перед самым 20-м веком, когда мочить аборигенов в сортире стало неполиткорректно, к тому же они надолго не задержались, уйдя с Филипин сразу после второй мировой войны в 1946 г. Поэтому к американцам отношение на Филипках в целом хорошее, несмотря на то, что в 1992 г. их заставили-таки смотать удочки с последней военной базы на Филиппинах. Но к туристам, как к современным дойным коровам, отношение везде хорошее, даже в Сомали, Непале и Чечне, где их не прочь взять в заложники и обменять на деньги.

Филиппинская идентичность - это гремучая смесь аборигенного, испанского, китайского и американского влияний, причем разные компоненты выпирают в зависимости от процента крови, но в итоге портрет такого вот типичного филипинского мужика ну никак не вырисовывается или, в лучшем случае, получается в итоге какой-то Пятница, нахватавшийся от Робинзона непонятных для себя английских слов. Особых скрепляющих культурных факторов нет и в помине, кроме того, что с островов, как с подводной лодки, без денег на дорогущий авиабилет никуда особо не денешься. Национальный язык - тагалог - ассоциируется с манильскими образованцами, есть определенные испанские корни, как-то католицизм, похожая южная внешность и некоторые выражения, все остальное островное, т.е. аборигенное и, соответственно, очень разнящееся в зависимости от острова. Есть что-то, принесенное американскими колонизаторами, как-то английский язык, на которых во многих школах строится вся система образования, и президентская республика. Нация как-то лихорадочно пытается отыскать какие-то доисторические корни во всех этих памятниках убийце Магеллана Лапу Лапу и диорамах про туземную доколониальную жизнь, а также новые национальные корни в возвеличивании поэта-великомученника Хосе Ризаля, который впервые заявил, что филиппиницы тоже народ со своей культурой и ментальностью, за что и был прилюдно расстрелян не далее как в 1896 г., что явно бросает тень на испанскую плетень. В демократических Америке или Франции его в это время посадили бы на электрический стул или гильотинировали. С другой стороны, Филиппины имеют наибольшее количество уехавших на поиски лучшей жизни за пределами родины гастарбайтеров, что свидетельствует о том, что родина их плохо кормит. Даже молдаванам и таджикам не снилось выпустить из своей страны столько мигрантов, хотя в процентном отношении они, скорее всего, превосходят филипков с их населением за 92 миллиона. Все-таки десять с лишним миллионов филипинских гастарбайтеров во всех концах света почти равно всему населению Молдовы и Таджикистана вместе взятые. В итоге получается, что продвинутые филипинцы с Филипин отчаливают всеми силами, зато из-за высокой рождаемости в стране нет недостатка в деревенских приезжих в столицу, готовых работать за гроши и спать на улицах, причем последнее в Маниле можно делать практически круглый год.

Нельзя сказать, что Манила - город чистый и уютный, это все-таки не Сингапур и не Макао, но он вполне на уровне соседей - Ханоя, Хошимина, Бангкока, Пномнепя, Гуанчжоу, Рангуна. Впрочем, текущая через центр Манилы река Pasig, на которую выходят старинные стены цитадели начала 17-го века Intramuros, на вид довольно незагаженная. Ну, мусор плавает, но кажется, поменьше, чем в банкокской Chao Phraya River, и уж это явно не черные речки и вонючие каналы, змеящиеся сквозь Хошимин, Джакарту, Сурабаю, Банкгок или Гуанчжоу (впрочем, Жемчужная река в последнем выглядит все еще рекой, а не помойкой). Старинных европейских крепостей типа Intramuros-а в юго-восточной Азии сохранилось не так уж и много - в Мелакке, Макао, Себу. В сравнении с последними, хорошо бы было, если бы Интрамурос не разделали под орех за месяц боев в Маниле в 1945 г., побольше старых зданий сохранилось бы и выглядел бы он не хуже исторического центра Макао и Monte Fort, но уж так получилось. Хорошо еще, что не обошлись с ним, как с Дрезденом или Берлином. Филипины не Германия, на реставрацию с нуля денег бы до сих пор не хватило. До полного восстановления древних стен руки ни у американцев, ни тем более у филипинцев за 60 лет так и не дошли. Но дух и историческая аура у места, несомненно, есть, а для туристов это самое главное, да и поесть можно хорошо и практически везде от макдональдса и Старбакса до университеской столовой. Внутри стен можно ходить хоть целый день, и даже два. То, что внутри цитадели заброшенные здания, развалины и мох иногда проглядывают, с этим уже ничего не сделаешь, а возможно, так оно даже натуральнее. Основные туристические места - центральный собор, церковь Августина и музей, форт Сантьяго, китайский культурный центр Bahay Tsinoy, не говоря уж про административные здания, все это довольно в хорошем состоянии для бедной страны третьего мира. Китайский центр прописался в Интрамуросе совсем уж по иронии судьбы, а скорее всего за счет богатств китайской диаспоры. Известно, что испанцы китайцев не жаловали, при случае обдирали, а селиться разрешали только за рекой Pasig, не случайно, что современное помпезное китайское кладбище находится километрах в 4 от Интрамуроса в соседстве с какими-то трущобами.

Tsinoy, или китайские хуацяо на Филипинах, - это самая заметная группа, хотя бы потому, что огромная доля (по некоторым оценкам, самая большая в процентном отношении в мире - до 85 %) экономики острова принадлежит им. Это все равно, что если бы нефть, газ, сталь, лес в России принадлежали бы азербайджанцам. Трудно такое представить, но вот филипинцы этот перекос уже давно допустили. Фактически все крупные филипинские предприятия принадлежат хуацяо. Известные филипинские семьи и кланы имеют китайские корни от поэта-революционера Ризаля до нынешнего президента Арройо. Так что теперь элите осталось как-то закулисно признать, что филипинские китайцы - это филипинцы, а значит и проблемы нет. Собственно, центр Bahay Tsinoy эту непосильную задачу как-то пытается решить и пронести в массы идею, что китайцы - это часть Филипин. Неувязка лишь в том, что ассимилировать китайскую диаспору не удавалось еще ни в одной стране мира, включая Америку, а уж тем более это невозможно, если страна всего-то в тысяче километров от китайских берегов. Так что вопрос, а насколько Филипины китайские, очень больной. Они, конечно же, еще и испанские и англоязычные и местноязычные, и это до поры, до времени смягчает ситуацию.

Уровень знания английского, а значит и уровень профессионального попрошайничества и разводки туриста на деньги в Маниле самый продвинутый по сравнению с другими городами в этом регионе. Попрошайки, уличные торговцы, менялы и проститутки, если и не хватают за рукав, то в среднем пристают на дольшее время по сравнению с вьетнамскими или индонезийскими коллегами и сопоставимы в настырности разве что с индийскими уличными нищими, которым терять совсем уж нечего. Способствует развитию туристодоильной индустрии тот факт, что есть как бы две Манилы, одна для внешнего показа (Интрамурос, центральные районы вдоль побережья с гостиницами, барами, индустрией развлечений - Ermita, Malate, да еще третий по величине в мире торговый центр Mall of Asia немного на отшибе от центра) и Манила настоящая, для внутреннего пользования, типичные азиатские гетто с людьми, торчащими целыми днями на улице, потому что внутри кондиционеров нет, и тщательно отделенные от бедняцких районов современные деловые кварталы.

Прогуляться или хотя бы проехаться на экзотичных Jeepneys по узким центральным улицам вроде del Pilar или Mabini явно не помешает. Никакого колониального или постколониального флера там нет, за исключением, может быть, самих джипней, как отголосков присутствия американской армии на островах в 1940-е. В основном, прибрежный район Манилы - туристское и богемное гетто, дешевые отели и бары, рестораны с кусающимися ценами и относительно доступные фастфуды с китайскими названиями типа Chowking - все же какая-никакая международная жизнь в Маниле. К тому же, устав от серенького пейзажа третьего мира, всегда можно свернуть к набережной и пройти остаток пути вдоль моря по бульвару Roxas, который уже вполне тянет на курорт средней руки, разве что камни набережой и вода у берега немного грязноваты, но купаться и ловить рыбу там, пожалуй, можно, что самые отважные местные и делают.

Вглубь Манилы туристу лучше не соваться, и не потому что опасно (разве только глубокой ночью), а потому что просто смотреть там особо не на что. Разве что музей Ayala в довольно продвинутом и полном деловой активности районе Makati имеет смысл увидеть. Хотя найти его там довольно сложно, потому что он фактически не на улице Ayala, как следовало бы ожидать, а на Makati avenue, что делает местонахлждение музея схожим по парадоксальности с Третьяковской галереей, что в Лаврушинском переулке. Но тут есть две большие разницы - Павел Третьяков своим именем улицу не смог бы назвать, да и не стали бы старинные названия в Москве ради него менять, это же не Ленин с Горьким. В Москве, кажется, улицы Третьякова до сих пор нет, Кадырова вот есть, а Третьяков как то не удосужился, видимо самой галереи хватило с лихвой. Филипинский же художник Fernando Zobel de Ayala y Montojo удостоился улицы возле музея имени своего клана, благо квартал там новопостроенный, хоть горшком называй. Вот это и создало путаницу с местонахождением, потому что все ищут музей на близлежащей улице Ayala, а его там нет, и даже местные жители помочь особо не в состоянии, потому Бекхэма или Буша они, может быть, знают, а вот какой-то музей в честь какого-то хдожника, умершего в 1984 г. нет, не Сальвадор Дали же он все-таки.

В музее вполне можно с пользой убить два-три часа. Все чистое и новое с иголочки, конфиционеры спасают от жары, филипинские Шишкины и Репины 20-го века довольно многочисленны и до французского романтизма Musee d"Orcay или передвижнического реализма Третьяковки явно не дотягивают, но кубизм они тогда еще не успели перенять, так что какое-то реалистическое представление о местной жизни получить можно, и этим Манила выгодно отличается от других южноазиатских столиц, где в музеях в основном представлены статуи Будды от микроскопической до церителиевской величины. Диарамки в Ayal-e, конечно, небольшие, это не оборона Севастополя или Бородинское сражение, но 60 диорам вполне отражают идентичность Филипин и дают представление о героях и антигероях от пещерной жизни 50 000 лет назад до какой-то современной политики, до которой никому дела нет, поскольку после взятия американцами Манилы в мае 1945 г. ничего героического на островах не случалось. 2700 пар обуви жены президента Маркоса не в счет. Единственный вклад в популярную историю 20-го века Филипины внесли тем, что знаменитый монолог Хрущева с ботинком в руке в ООН в 1960 г. случился как раз в ответ на выступление "холуя и ставлeнника империализма" филипинского сенатора Лоренцо Сумулонга, который ехидно сравнил постколониальные Филипины с колониями СССР в Восточной Европе. Вот этого эпизода явно не хватает диарамам музея Ayala. Все же расстрел национального героя Ризаля или провозглашение независимости Филипин - события довольно-таки местного значения, которые никто за пределами архипелага и не заметил, а вот пререкания на трибуне ООН с лидером сверхдержавы - это уже маленькое, но участие во всемирной истории, а этого Филипинам так не хватает.

Апофеоз Манилы - это китайское кладбище, аналог которому трудно найти даже в самом Китае по той простой причине, что на большой родине захоронения предков обычно на холмах и возвышенностях, а там дворцы и виллы для покойников не очень-то возведешь. Правда, в медвежьих углах в родовых угодьях некоторые кланы умудряются истратиить по 300 тысяч юаней на реконструкцию могил предков (на эти деньги шикарную квартиру можно купить), но такова уж религия, что заставляет тратиться на мертвецов по полной. В Маниле же местные богачи оторвались как-то совссем уж очумело на выделенном им в середине 19-го века испанцами кусочке земли. Кладбище представляет собой целый городок с улицами из домов-мавзолеев, где даже жить можно. Если у мумий Ленина на Красной площади и Хошимина в центре Ханоя есть хотя бы кондиционеры, климат-контроль или что-то в этом роде, но вот горячей воды у них, в отличие от мавзолеев безвестных китайских воротил в Маниле нет, потому что мыться в охраняемом государством мавзолее-памятнике как-то не с руки. А вот в некоторых частных мавзолеях китайских кланов, при желании, можно, если это дух умершего предка или приходящий его навестить живой родственник. Разумеется, не все захоронения выполнены в этом новокитайском стиле, есть скромные домики и обычные могилы, есть общие залы для рядовых кремационных урн, так сказать, для бедноты и китайцев, умерших не миллионерами, а обычными кули.

Большинство китайцев на большой земле даже и не мечтает жить в таких зданиях, которые в Маниле их сородичи запросто предоставили своим мертвецам. Это какая-то насмешка, кстати, в земных делах очень прагматичной, китайской культуры над собой, сопоставимая по нелогичности и затратности с древнеегипетсикми нефараонскими захоронениями (пирамиды фараонов, разумеется, невозможно превзойти в расточительности) и мумифицированием. Самое-то интересное, что на фоне этих бездарно потраченных сотен миллионов, а то и миллиардов, песо, живые кладбищенские сторожа и охранники как собаки грызутся за каждую лишнюю десятку (5 рублей), которые им может накинуть турист за бестолковую экскурсию по мавзолейным улицам, где никаких объяснений и не требуется, но уж если есть интерес, лучше загрузить какие-то тексты из интернета, чем расспрашивать могильщиков китайской буржуазии, потому что это все-таки Азия, и здесь кладбищенскиая охрана - это всего лишь вохра, а не кладбищеведы. Хотя мемориал жертвам японских расстрелов после захвата Манилы в 1941 г. туристам сразу же укажут и имена знаменитых китайских семейств могут назвать, поскольку они написаны полуметровыми буквами на китайском и английском, хоть какая-то помощь в обмен на 20-50 песо, которые кладбищеводы возьмут.

Манила как город контрастов никогда не будет туристической Меккой, и это не так уж и необычно для юго-восточной Азии, где столицы - Джакарта, Пномпень, Вьентьян в Лаосе, не говоря уж про вообще никому, включая самих бирманцев, неизвестный Nai Pyi Taw (вместо всем известной бывшей столицы Бирмы - Рангуна) играют роль административно-перевалочных центров и, в лучшем случае, транспортных хабов по пересылке отдыхающих на Бали, Боракай, в Ангкор Ват, Йогджакарту, Луанг Прабанг и т.д., а уж с достопримечательностями - это как Бог на душу положит. Кому-то нравится это столичное скопище местных ханыг и седеющих западных педо- и проститутофилов, а большинству оно не очень импонирует. Так что Манила - это туристическое место на большого любителя городских контрастов третьего мира и социальной экзотики, город, где на улицах много-много грязных филипков.

А кстати, забитые и затурканые в Поднебесной за свою китайскую внешность и ментальность, филипинки-гастарбайтерши, в самой Маниле оказались крутыми матронами, которые содержат штат слуг, в основном своих провинциальных дальних родствеников. Плюс к тому ездят на среднедорогих иномарках, не задумываясь, дают на чай по 40 песо неким аналогам наших таджикско-цыганских консультантов по парковке и в общем неплохо живут на содержании мужей, которые шабашат в это время в Эмиратах и Гонконге.