# Праздники в Китае глазами иностранца

Игорь Валентинович Смердов

Китайские праздники. От поводов выпить до тысячелетних ритуалов

В первую очередь, все большие киатйские праздники - это колоссальная перегрузка для железных дорог, потому что на Китайский Новый год в конце января-начале февраля, на День Образования КНР в начале октября и майские праздники огромное количество мигрантов, в самом широком смысле слова, от работяг до выбившихся в люди менеджеров и университетских профессоров, срывается со с насиженных мест и едет по родительским домам на несколько дней. Самые бедные - работающие в городах крестьяне могут себе это позволить только в новогодние каникулы в январе-феврале, но это будет стресс для железных дорог в десятки миллионов пассажиров в течение недели. Можно представить, что делается в поездах, которые и в обычные-то дни не пустуют, поскольку пригородных электричек в Китае нет как таковых, и все так называемые поезда дальнего следования могут выполнять функцию перевозки сельчан и рабочих-мигрантов из пригородов в мегаполисы и наоборот. Настоящие "поезда с гусями", особенно те, что самые дешевые из серии "К и три цифры". В праздники это многократно усугубляется, и дополнительные поезда, переброшенные с менее мигрантских направлений на самые интенсивные, положение на спасают.

Все это свидетельствует о том, что такое паломничество напоминает обессмысленный со временем ритуал, а не реальную потребность, потому что стоять в проходе 30-35 часов от Пекина до юга Китая рационально мыслящему горожанину никак улыбается. Тем не менее, многие покупают стоячие билеты и едут, чтобы поучаствовать в семейном воссоединении во время праздничных обедов где-нибудь в немыслимой глуши, куда автобус доезжает с трудом по проселочной дороге. В городских семьях, где прабабушки и прадедушки давно мигрировали и даже избежали участи быть сосланными на перевоспитание в сельские комунны во времена Культурной революции, воссоединение происходит с меньшими потерями для здоровья, но не менее шумно, поскольку поколение родителей, кому за сорок, еще на затронуто политикой "одна семья - один ребенок", и там может быть десять братьев и сестер у дедушек и бабушек и еще по пять у мамы с папой, так что требуется столов десяь по 6-8 человек, чтобы всю ораву разместить и накормить. Но такие большие пиршества все равно лучше проводить в пригородных домах, а не в городских квартирах.

Все обилие традиционных китайских праздников невозможно учесть, даже если быть китайцем, потому что праздники еще варьируются от провинции к провинции типа праздника красного яйца, описанного у Эми Тан в рассказе Линдо Чжун или какой-нибудь Госпожи Луны из рассказа Иннин Сент-Клэр в романе "Joy Luck Club". Все это представляет интерес для любителей старины, а современные люди живут ожиданиями майских каникул, рождества, нового года общемирового, когда студентам, по-крайней мере, не ставят экзаменов в расписании 1-го января, и нового года по лунному календарю, когда можно будет увидеть всех родственников за обедом и получить "деньги на счастье" в красивом конвертике от родителей, бабушек и дедушек.

Китайский новый год - традиционно главный праздник в Китае, поскольку единственный из выходных, приуроченных к чему-то старинному, а не пришедшему в 20-м веке вроде прокоммунистических Дня КНР или майских дней солидарности трудящихся, напрочь коммерциализованного рождества или романтично заваленного цветами 8-го марта. Соответственно, последние праздничные ритуалы тысячелетней давности вроде воссоединения семейства, китайских фонариков, живых мандариновых деревьев с несъедобными мандаринами у входов и танцев дракона не так просто отбросить, как это случилось с монархией, феодализмом, многоженством, иерархической структурой общества, экзаменами на чин, конфуцианскими мужскими привилегиями, бинтованием ног и прочими традициями, от которых китайцам удалось в основном избавиться за последние сто лет. Основное содержание праздника для современного человека, слабо верящего в увещевание и изгнание духов, не выходит дальше семейных раутов и обедов, где мамы и бабушки упражняются в приготовлении традиционных блюд, имя которым миллион. Опять же посещения родственников и совместные навещания могил предков, постановки свечек в храмах, игра в маджон и какие-то странные карточные игры наподобие 21, где основная идея заключается в том, чтобы перебить ставку и вынудить противника бросить карты. На худой конец, сидения перед телевизором большой компанией, о чем мне каждый год исправно сообщают студенты. В принципе, это уже не мало и даже гораздо больше, чем может предложить та же Пасха не особо верующему прихожанину с его заходом в церковь раз в год, крашенными яйцами и куличами.

В последнее время все эти покупки подарков и совместные шоппинги делают все праздники сильно похожими друг на друга во всех модернизованных странах, китайцы не исключение. Поэтому для иностранца все эти китайские праздники выглядят иногда как лишний повод для шоп-тура по магазинам. Год открывается Днем учителя, который в Китае чуть раньше, чем в России, благо там эта дата занята годовщиной образовнаия КНР 1-го октября. Учителям дарят цветы, вручают открытки, а сами студенты под это дело соберутся на обед и выпивку, где раздавят бутылку пива на троих, а то и двоих, если кто-то один из северных провинций. Университет, в частности, отдельные факультеты, традиционно организуют банкеты для преподавателей, как бы открывая учебный год.

Годовщина КНР приходится слишком близко к началу учебного года, поэтому недельные каникулы выглядят несколько преждевременно. Перед праздником выставляются красные национальные флаги, где только можно, и проходят торжественные партсобрания, куда иностранцев, к счастью, не приглашают. Для самих китайцев это скорее дань официозу. Госслужащие, а стало быть, самые партийные граждане, и преподаватели получают 3 дня отдыха, так что с переносами рабочих дней получается неделя каникул. Близкоживущие студенты разъезжаются по домам, кампус полупустеет и замирает. Иностранцы просто получают неделю отдыха, когда усталости от преподавания еще нет, так что воспринимается это как некий лишний подарок судьбы. Путешествовать трудно, поскольку поезда выкуплены заранее и переполнены.

Далее следует фестиваль осеннего полнолуния, когда супермаркеты завалены подарочными наборами и каждый китаец считает своим долгом раздаривать "лунные пирожки", которые могут стоить от 2-3 юаней, если в развес, до сотни за шикарную коробку с 8 пирожками. Коробки эти люди стараются какое-то время хранить, но в скором времени все эти орнаменты пополняют мусор, и в особо демократически-патерналистском Гонконге власти уже который год призывают граждан экономить ресурсы и ограничить покупки наборов пирожков, поскольку великолепные коробки становятся украшением помойки в слишком больших количествах.

К рождеству китайские магазины наполняются искусственными елками, фигурками дедов морозов, елочными украшениями, всевозможными подарочными наборами, а продавцы в крупных торговых точках уже несколько лет вынуждены в 20-х числах декабря надевать колпачки Санта Клауса, что им очевидно не в тягость. На улицах появляются растяжки с китайскими и английскими поздравлениями типа "Merry Christmas!", цифрами наступающего года и рожицей деда мороза. Все это плавно переходит в общепринятый новый год, и с каждым разом гуляния в ночь с 31-е на первое оказываются все шумнее и многолюднее. Главы государства и регионов типа Гонокнга и Макао произносят новогодние обращения за пять минут до полуночи, а одиночные запуски ракет и хлопушек прерастают в большие фейерверки даже в провинциальных деревнях, поскольку пиротехнический бизнес увеличивается пропорционально размерам петард: юаней за 20 можно купить ракету, из которой получается вполе профессиональный салютный выстрел с шумом на всю округу. На следующий день газеты извещают, сколько человек в Китае пострадали при запуске некачественных ракет и хлопушек.

В китайский новый год, который приходится на самые холода, когда только на всекитайской здравнице, осторове Хайнань, температура превышает 20 градусов, фейерверки и народные гуляния компенсируют испытание морозом на большей части Китая и пока еще многократно превосходят по размаху другие праздники, поскольку каникулы в это время даже у самых занятых и работающих на износ мигрантов, хотя, пожалуй, для торговли и развлечений это время становится самым пиковым, поэтому продавцы и ресторанные служащие получают повышенную оплату и даже откладывают отпуска. Традиционные пластиковые фонарики на воротах висят затем весь остаток года пока совсем не выгорят и побелеют. Гулять и шоппинговать становится из года в год все популярнее, и уже заметно, что магазинчики в центре города открываются не на следующий день, как еще 3-4 года назад, а уже после обеда в самый день нового года, поскольку народ вовсю докупает к праздничным застольям, а запоздалые родственники продолжают прибывать или мигрировать от стола к столу.

После февральских новогодних ритуалов уже ни один китайский праздник не смотрится и не запоминается. День святого Валентина приходится на студенческие киатйско-новогодние каникулы, поэтому происходит как-то интимно, в смысле, кто хочет посылать открытку, тот ее просто покупает и отправляет. 8-е марта приходит немного более заметно, поскольку кампусы уже полны народом, и продавцы цветов проникают даже внутрь, или это близживущие сельчане, которые под страхом быть выгнанными охраной все же регулярно торгуют фруктами внутри кампуса, временно переквалифицируются и дополняют ассортимент цветами. И конечно же, торжественные обеды, спонсируемые мужской половиной студенческих групп, хотя это можно увидеть в любое время года, т.к. дни рождения отмечаются в больших компаниях и традиционно завершаются швырянием кусков торта в соседей.

Майские праздники особо ценны недельным каникулами. И это без наших дней победы, поскольку в Китае окончание 2-й мировой войны отнесено на август, а европейские дела их всегда мало интересовали. Вот эта неделя отдыха после двух с половиной месяцев занятий оказывается очень желанной. Кампус опять ненадолго полупустеет. В остальном же, праздник малозаметен, торжественные партсобрания разных уровней перед 1-м мая и некое количество флагов на улице напоминает о коммунистической природе праздника, но в целом, это скорее всего просто возможность студентам и преподам передохнуть. На работе торговли и бизнеса это практически не сказывается. И последнюю лепту в университеский канон праздников вносят почти незаметный День защиты детей, отмечаемый разве что какими-нибудь благотворительными акциями, и конец учебного года, когда банкет для преподавателей организуется уже не факультетом, а студентами последнего курса. Если человеку посчастливилось учить несколько классов, то можно отрываться несколько раз в неделю по отдельному приглашению всех выпускаемых групп, а их на больших факультетах может быть от семи до десяти, так что, в идеале, и недели может не хватить.