# Россия в китайском "21-м веке"

Игорь Валентинович Смердов

Что осталось от "Подмосковных вечеров"

Роль России и российской культуры в англоязычных газетах Китая, по определению, не может быть ведущей и даже очень заметной, поскольку основная функция этих газет - ознакомление студентов и обывателей, читающих на английском, с происходящими в мире событиями на языке глобализации, т.е. некая подготовка нации к самой глобализации. Однако сам факт нацеленности газеты на информацию о внешнем мире в его предельной широте и на языке, который играет ведущую роль в этом мире, подталкивает к мысли, что именно в издании подобного рода мы можем поискать ответ на вопрос, а что же являет собой наша страна для молодого и продвинутого китайского читателя, не учившего или подпевавшего в детстве "Подмосковные вечера" или "Катюшу", как многие китайцы старшего поколения.

Отсюда и недалеко до конструирования ответа на вопрос, а что же наша страна являет собой на мировой арене для среднего обывателя, который не учил русский язык, не имеет особой привязанности к России или родственников и друзей в ней, т.е. для молчаливого большинства обывателей мира, для человека толпы. В случае издаваемой в Пекине "21st Century", китайской толпы. И уж совсем далеконацеленным может показаться вопрос, а в какую сторону этот имидж России в сознании мирового обывателя развивается. Вслед за подобным вопросом возникают другие перспективные ракурсы, как например, понимание, а что может случиться с нашим нынешним международным статусом в случае, скажем, реформы Совета Безопасности ООН, перетасовки в G 8, поглощения Европейским Союзом постсоветского пространства вплоть до Украины, перехода на другие источники энергии и падения цен на нефть и газ, выхода Китая на первое место по ВВП в мире и откат Америки, с ее демократическими ценностями, на второе и т.д. Ведь если в газете подобного уровня, достаточно характерно отражающей и формирующей мнение образованных китайцев, Россия по значению будет проигрывать таким членам G 8, как Франция или Италия, а также бывшим европейским колониальным империям, более удачно решившим внутренние проблемы, Голландии, Испании, Португалии, то и отношение к бывшему китайскому "брату навек" будет формироваться соответствующее.

Подобные вопросы могут задать и представители других великих, но не англоговорящих наций, бывших мировых империй, также покупающие эту газету в Китае. Поэтому я попытаюсь представить себе и сконструировать реакцию другого иностранца на тот имидж его страны, который складывается на основании регулярного чтения газеты. Так что призрак великодержавной компаративистики будет постоянно бродить поблизости. Все эти страны гипотетически окажутся в одной корзине бывших колониальных держав, которым не повезло в том смысле, что не издают в Китае 24-страничный еженедельник на их языке, и остается только утешаться интернетовскими версиями "Жэньмин жибао" на японском и всех официальных языках ООН.

Если взять навскидку последнюю версию "21st Century", на первый взгляд покажется, что тут обошлось вовсе без российского участия. Однако выручил Киргизстан: в международных новостях на 2-й странице упоминается, что "президент Акаев нашел убежище в России" (The 21st Century, March 30, 2005, стр. 2). Это даже и хорошо, что слово Россия ушло в самый конец новостного собобщения, поскольку начинается оно с того, китайцев предупреждают не ездить в Киргизию после того, как "десятки китайских магазинов в столице Бишкек были разграблены на прошлой неделе" и "по крайней мере четверо китайских граждан получили ранения в столкновениях, и двое двое находятся в тяжелом состоянии". В таком контексте действительно неплохо отсидеться в тени. А вот французу новостная колонка бы понравилась больше, поскольку там есть фотография Ширака в сообщении о том, что он считает желание Китая снять эмбарго ЕС на поставки китайцам оружия "законным". Это сообщение гораздо более приятно для китайских политиков, чем предупреждение не лезть в потрясеннную волнениями соседнюю страну, где, по мнению китайских редакторов, "спорные выборы вызвали протесты".

Государственническая точка зрения и патерналистская интерпретация событий преобладает даже и в этих суперкоротких отрезках, обывателю внушают: выборы могут вызвать волнения и пошатнуть основы государства, как следствие китайские магазины пострадали. Обыватель делает выводы на предмет, что важнее - свободные выборы или торговля. В Китае гораздо больше людей хотели бы открыть магазин (неважно, в Киргизии или в своей деревне), чем свободно проголосовать непонятно за кого

А вот благоприятное мнение французского президента, которое скорее всего оставит рядового китайца равнодушным, явно на руку китайскому руководству, стремящемуся получить доступ к новым технологиям, в первую очередь, военным. Здесь и нам есть, над чем призадуматься. Не секрет, что если европейцы придут с оружием в Китай, они серьезно потеснят российский экспорт в Поднебесную, и косвенно, это камешек в наш огород. Так что в новостной колонке позиции России как убежища для Акаева выглядят явно скромнее французских и поскромнее американских или японских. Последние противятся снятию эмбарго, т.е выступают в самостоятельной роли - занимают неблагоприятную Китаю позицию. Греет душу, что в коротких новостях не упомянуты другие страны Большой восьмерки, не говоря уж про испаноговорящие нации.

Но чем дальше в сторону более длинных и серьезных сообщений, тем слабее позиции посткомунистических наций. Продолжая анализ первой страницы, заметим, что восточно-европейцы и СНГ (Eastern Europe, CIS) опущены в статусе по сравнению с "индустриальными нациями" в таблице World Without Jobs, вопреки тому же Тоффлеру, который в "Третьей волне" упорно ставил восточноевропейцев в шеренгу индустриальных государств. На остальных 25 страницах России и россиянам места не нашлось. Зато отметились неупомянутые в новостях индийцы, тайцы и голландцы с их народными фестивалями в статьях "Holi in India", "День плуга" в Таиланде, "Тюльпановое шоу в Кейкенхофе", не говоря уж про вездесущих американцев, англичан, австралийцев, канадцев (их доминирующее присутствие оправдано, газета ведь на и языке) и японцев. В принципе, неплохо было бы увидеть статью про Масленницу, которая была бы вполне по делу, да вот помешали Arbor Day и Cherry Blossom Festival в Америке. Русские могли бы еще отметиться в статье про возможную реформу Совбеза ООН ("Annan reform to shape UN"), но там не упомянули вообще никого из стран с правом вето, даже самих китайцев. Во всех остальных рубриках газеты нам редко что-то выпадает: мода, молодежная среда, технологии, поп-культура - во всем этом наши позиции на мировом уровне слабы, и до определения мировых тенденций в распространении Интернета или социальных явлений типа NEET нам далеко. Отдушиной являются спортивные достижения - спасибо советскому спорту за большое количество олимпийских медалей, в чем наши конкурируют с Китаем, Ельцину за часто побеждающих теннисистов, и фигурному катанию, которое в Китае любят и хотят видеть своих в победителях, но наши в последние годы уверенно доминируют. Любопытно, что в номер за 23 марта в рубрике Light Side поместили картинку Ирины Слуцкой на показательных выступлениях чемпионата мира в Москве на одной странице c модельной участницей парада мод в Лиссабоне, тем самым мы, по крайней мере, не отстали по значимости происходящих у нас событий от Португалии.

Выпуски "21-го века" в 2005 г., в основном, обходятся без российского присутствия, при том, что немцы, итальянцы, испанцы тоже особо не отличились, разве что в таблице самых интернетизированных стран High Speed Surfing (март 23), все европейские гиганты упомянуты в лидерах, а Испания замкнула ряд с их 35 процентами населения с доступом в сеть (нам тут далековато, впрочем как и китайцам, которые могут, по крайней мере, похвастаться второй по величине интернет-аудиторией в мире за счет огромного населения). Отметилиcь западные индустриальные страны в статье "West losing jobs to Asia" лишь в плане, что западные "белые воротнички" теряют рабочие места "от Лос Анджелеса до Лондона, от Бостона до Берлина, от Торонто до Токио, от Атланты до Амстердама" (стр. 4, март 23, 2005 г.). В теряющем индустриальный гламур западном контексте Россия не упомянута, что плохо, поскольку, если рабочие места и не теряются в Москве и Питере, то уходят-то они из западных столиц не к нам, а в Шанхай и Шэнчжэнь.

Не находится России места в мировых тенденциях, по крайней мере, в глазах англоязычных редакторов "21st Century", а ведь они определяют и формируют взгляды продвинутых китайцев. Посмотрим на наши традиционно сильные стороны. Страсти по дальневосточной трубе из Сибири в Китай (или в Находку, или и туда, и сюда, одному Богу известно) не нашли отражения в "21st Century", несмотря на то, что в China Daily по этому поводу были опубликованы материалы с серьезным анализом ситуации. Видимо, редакторы сочли, что молодым читателям это не столь интересно. Да и ситуация там настолько запутанная, что ничего хорошего для имиджа России не получилось бы.

После китайского полета в космос в ноябре 2003 г. и всплеска интереса к космической теме, где российское присутствие ощутимо, Россия надолго ушла в тень в плане определения мировых тенденций в глазах китайцев. Осталось российское присутствие в социальных и политических новостях, но там наше отсутствие на газетных полосах, несомненно, к лучшему, в смысле, что нет новостей - уже хорошие новости. Обычно, появление нашей страны на страницах международных новостей "21st Century" связано с войной в Чечне (целая полоса про Беслан в сентябре 2004) и контртеррористическими мерами, или в связи с очередными реформами Путина, а в последнее время там все неудачно оборачивалось.

И то хорошо, что митинги протестующих московских пенсионеров показывали лишь по китайским и гонконгским каналам, но в газете 21st Century им места не нашлось. Видимо, проблемы пенсионеров (дающие о себе знать в Европе, да и в самом Китае, который из-за политики ограничения рождаемости скоро тоже столкнется с проблемой старения нации) не являются доминирующими для китайской молодежи 21-го века, а с точки зрения коммунистических редакторов, лучше не будить лиха и не показывать всем дурной пример наших антимонетаризационных демонстраций. Вот и могли бы отличиться на почве стариковских протестов как нового всемирного движения за права пожилых граждан, да и солидарность склонных к левизне и социальной гармонии китайцев могла бы проявиться в газетной политике, но протестные настроения явно не приветствуются в Поднебесной, и это сказывается на подборе материалов. К тому же протесты имели социалистическую основу борьбы за льготы, а это тема скорее 20-го века, чем нынешнего.

И в заключении немного бальзама на душу, но опять же немного с горькой примесью потому, что это юбилей Победы 1945 года, а в 21-м веке подобных побед не предвидится, разве что юбилеи станут все пышнее, помпезнее и, соответственно, менее ориентированными на человека-ветерана войны. Московские торжества даже оказались на первой странице "21st Century", косвенно уравнявшись со звездами и китайским человеком толпы, как главными героями обложек. Этому вполне можно порадоваться. Фотографии парада, батальные инсценировки, улыбающиеся Путин и Буш (дважды в одном номере газеты на разных страницах - это просто рекорд репрезентации державной политики с человеческим лицом в газете), цитаты речей лидеров (в сопровождающей статье киатйцы сохранили паритет, дав цитаты из Путина, Ху Цинтао и Шредера), официальные цифры советских потерь, все это впечатляет, и заставляет российских соперников 21-го века на время отойти в тень,. Такого куража ни Германии, ни Франции, не Италии не видать, не говоря уж про меньшие нации. Ничего подобного в газете не было ни в годовщину открытия второго фронта, ни наверняка не будет в 60 лет окончания войны на Дальнем Востоке, прежде всего потому, что для китайцев та война плавно перешла в гражданскую, а затем в корейскую. Жаль только, что ждать очередного российского дня придется ну уж если не десять, то по крайней мере пять лет.