# Китайский университет средненькой руки

Игорь Валентинович Смердов

Но чтоб иметь диплом, кому ума не доставало?

Джайин университет в городе Мэйчжоу на юге Китая фигурирует только в одном мировом рейтинге на 4332-й позиции, это рейтинг видимости университета в интернете "Webometrics Ranking of World Universities" (http://www.webometrics.info/rank_by_country.asp?country=cn&offset=250&zoom_highlight=jiaying). Для сравнения, Ульяновский госуниверситет занял там близкую 3972-ю позицию, а МГУ 147-ю. Во всех остальных мировых рейтингах университет Джайин благополучно отсутствует, в рейтинге китайских университетов он делит 493 позицию наравне с Народной полицейской академией Китая.

Есть один показатель, по которому Джайин - мировой лидер. Университет считается лучшим (поскольку он единственный) Хакка университетом в мире. Хакка - это китайская народность, или даже субэтнос, по Гумилеву, живущая на северо-востоке провинции Гуандун и юге провинций Цзянси и Фуцзянь, со своей своеобразной ментальностью, архитектурой и кухней, да и говорят они на своем диалекте, достаточно непонятном для остальных китайцев, так что неместные студенты Джайиня сразу бегут жаловаться в администрацию, если местный профессор на лекции вдруг переключается на хакка-диалект с общепринятого в образовательной системе Китая пекинского диалекта Мандарин. Но национальностью Хакка называть нельзя, и китайскими властями это строго не рекомендуется и даже пресекается, поскольку если их признать национальностью и дать им статус нацменьшинства наравне с многочисленными монголами, уйгурами или тибетцами, то Китаю только этого не хватало, потому что тогда начнется цепная реакция появления новых автономных образований на всей территории Поднебесной, а это будет взрывоопасная ситуация, учитывая и без того запутанную тайваньскую проблему, трудности в Тибете и Уйгурском автономном районе.

Все знаменитые и богатые Хакка-китайцы (самый богатый человек в Гонконге Li Ka-shing, бывший премьер-министр Таиланда и нынешний владелец футбольного клуба Манчестер Сити Таксин Синаватра среди самых известных) стали таковыми, когда они или их предки уехали из населенных Хакка местностей на юге Китая. А уехало их настолько много, что даже разговорный официальный язык Сингапура вовсе не китайский Мандарин, как принято считать, а именно Хакка, хотя, конечно, единство китайских иероглифов для всех диалектов несколько смягчает ситуацию, и делает их всех китайцами в глазах остального мира. Так что есть в этом рекламном проекте лучшего в мире Хакка-народного университета серьезный парадоксальный изъян, а именно - представители титульной народности добиваются успеха не на родине, а на чужбине. А это, как выражается президент Буш, "посылает смешанные сигналы" нынешним студентам университета Джайин, в результате чего абсолютное большинство из 4000 выпускников каждый год уезжают работать на "фабрику мира" на юг провинции Гуандун или вообще куда попало в крупные города Китая, где есть промышленность. Мало кто остается в Мэйчжоу, который постепенно превращается в относительно спокойный благоустроенный город для богатых пенсионеров-хакка, возвращающихся на историческую родину со всех концов земли и, на другом полюсе, согласных на любую работу мигрантов из уездных поселений вокруг Мэйжоу и с севера Китая.

Тем не менее, университет быстро развивается на деньги гонконгских и заокеанских спонсоров хакка-китайцев, за последние 10 лет кампус увелиичлся вдвое, на протяжении 5 лет в камусе одновременно строились по 7-8 зданий. Двадцать лет назад университет имел третьесортную инфраструктуру из заплесневелых общежитий с 10-12 студентами в комнате и маленьких переполненных аудиторий, но учил первосортных студентов, желающих учиться, поскольку бедное местное население не могло поддерживать своих детей, уезжающих на учебу в другие города. Сейчас инфраструктура университета приближается к западным стандартам, кампус сверкает чистотой и ухоженностью, зато студентами Джайиня становятся третьесортные выпускники школ, которые не смогли набрать больше 550 баллов на Gaokao, китайском аналоге ЕГЭ, и не прошли по конкурсу в более престижные вузы Китая. В ключевые университеты страны проходной балл от 700 баллов из 900. При поступлении китайские студенты указывают 4 университета, в которые они хотели бы поступить, в зависимости от итогового балла на вступительных. Почти сто процентов нынешних студентов указали Джайин последним, четвертым, в списке желаемых мест учебы, заранее расписываясь как в своей слабости на ЕГЭ, так и в своем отношении к Джаиню как к последней надежде зацепиться за высшее образование.

Так что настроение в аудитории соответствует низкому статусу студентов как неудачников образовательной системы Китая, зацыкленной на тестировании. За всю почти 95-летнюю историю факультета иностранных языков университета Джайин лишь две студентки прошли дальше степени бакалавра, одна получила именную спипендию правительства Китая и сейчас заканчивают магистерскую программу в Пекинском инъязе, другая получила спипендию Университета Лунд (Швеция) и учится там. Эти истории успеха пока еще настолько редки (двое из почти 600 выпукников за два года), что ими трудно увлечь пассивное большинство, которое приходит в Джайин протянуть 4 года в кампусе, получить не очень ценный диплом бакалавра и начать вкалывать за 1500, в лучшем случае, 2000 юаней в месяц (1 юань =3,4 рубля) в крупном городе провинции Гуандун, благо поблизости их немало. Все это оставляет определенные, но туманные шансы на обучение студентов, поскольку неудачное решение тестов на вступительном экзамене не означает отсутствие способностей к критическому мышлению.