# Китайские письма 2

Игорь Валентинович Смердов

Думал чукча, думал, как ему обустроить Россию, а потом придумал, сел в свой каяк и переплыл Берингов пролив.


Из мыслей о России


Здесь, в Мейджоу (Гуандун, 300 км на север от Гонконга), как-то все медленно случается, вот случись землетрясение (а дома здесь все же строят с учетом сейсмическойопасности, их эдак лепят из бетона, не собираеют из панелей, как у нас, а именно вылепялют, заливая бетон в построенные формы, чтобы здание не развалилось на части, а просто принялонемного другой вид) наверное будет так медленно и мучительно трясти в таком адажио, что заснешь, спускаясь по лестнице. Нет никакого предчувствия чего-то большого, такого, знаете, как в "Кому на Руси жить хорошо", что страна куда-то движется, и т.п, хотя в том же Чунцине этого было предостаточно. В университете Мейджоу, несмотря на огромный масштаб строительства в кампусе разных общежитий, вторых библиотеки и столовой, любое мыслящее существо эдак, по Декарту, если мыслит, следовательно собирается валить в Шеньжень. А в Мейджоу только мигранты из Харбина рвутся, поскольку их, видимо, приграничная торговля в Россией не устраивает. А Шеньжень, это как раз тот город всего в 6 часах езды, где они в силу полного отсутствия туристических достопримечательностей, купили единственный советский авианосец "Минск", когда его списали за ненужностью, и поставили на набережной, а теперь берут за вход 120 юаней, показывают наши бывшие боеголовки и кладут в карман немалые деньги. Шеньжень вышел на первое место по доходам на человека во всем Китае, прилично оставиив позади зубров типа Шанхая и Гуанчжоу, так что 120 юаней для них не ахти какие деньги. Два раза в хорошем ресторане зависнуть вдвоем. Ну, может, втроем, если шведики и не пить.

Я, конечно, понимаю их пассионарное "В Шеньжень, в Шеньжень", но мне то вроде всегда хотелось жить в спокойном университетском городе, эдак чистая атмосфера, утки в прудах, коровки пасутся под окном девятиэтажки, как в Люцерне. Чего бы еще надо, автографы у меня берут десятками, если приезжаю в обычную школу, денег платят больше, чем кому бы то ни было здесь, могу оплатить обед на 15 человек, не моргнув оком. Помнится, прием после защиты в Неймегене, который я, по традиции, должен был оплатить из своего кармана, хоть и знал, что это будет не смертельно, а все равно кончиками ушей холодел, пока счет на 256 евро не принесли. Вот ведь натура, попал в рай, так хочется в сарай. Нет бы сидеть и не чирикать, мечтать о продлении контракта.

Не хочу учить китайский, хоть тресни, вроде и надо, второй год в стране, а все еще слово "лао-ши"(учитель) не могу не смешать с "лао-си"(мышь). Никто из иностранцев его тут особо не учит, разве что те, у кого герлфрендки местные. Да уж больно тошно с китайскими девицами. Ну чего с них взять, если они словарь англо-китайский могут наизусть учить. Вроде и умные, и глаза не заливают, и свое место знают, а поговоришь пять минут, и впору бежать в сортир как после моей единственной марихуанной самокрутки в Голландии.

Взять вот тот же Гонконг, показывают по гонконгскому каналу, как наши футболисты выиграли в Уэльсе, комментарий по английски, субтитры китайскими иероглифами, а потом показывают победоносный фэйс нашего, который, excuse my French, прямо в камеру орет "Х--й вам, х--й вам". Становится тепло на душе, и хочется идти за пивом. Вот и пойду пожалуй, а то все позакрывают.

Загорал в последний день осени, часа два, после полудня солидно так припекает, градусов на 25. Но вечером становится прохладно и, если хорошо поддать, то можно видеть свое дыхание, вроде как пар изо рта, хотя может это перегар так испаряется. Зима настает, холодное время, в магазинах выставлены у входа полки с перчатками, на лотках виноград дорожает, а мандарины наоборот. Пальмы выглядят немного пришипившись и речка не так разит, хотя природа мало влияет на ее состояние.