# Четыре дня в Париже

Леонид Смиловицкий

Про Париж ходят легенды, снимают фильмы, пишут книги, рисуют, поют. Здесь делалась не только французская, но европейская и мировая история. Город-легенда, который не оставляет равнодушных.

(14-17 июня 2009 г.)


smilov@zahav.net.il


Во Франции я впервые и всего на несколько дней. Пригласили на конференцию в колледж Бернардинцев, которую организовали совместно с университет Париж-IV Сорбонна и музей Катастрофы восточноевропейского еврейства из Вашингтона. 22 исследователя из восьми стран (Франция, США, Великобритания, Германия, Италия, Израиль, Чехия, Украина) собрались обсудить тему ликвидации нацистами следов массовых убийств в Восточной и Центральной Европе в 1942-1944 гг.    Встреча проводилась при поддержке программы "Европа для граждан" Главного управления по образованию и культуре Европейской Комиссии, а также и ассоциации Яхад - ин Унум (Yahad - in Unum), которой руководит католический священник Патрик Дебуа (Patrick Desbois).    "Операция 1005" - кодовое название широкомасштабного секретного плана нацистов по сокрытию следов массовых убийств евреев, мирного населения и военнопленных. Уничтожение захоронений в Восточной Европе и Советском Союзе затруднило определение точного количества жертв нацизма и активно используется отрицателями Холокоста.    На конференции предполагалось рассмотреть новые архивные источники и последние полевые находки по следам "Операции 1005". Обсудить такие важные аспекты, как деятельность зондеркоманд на местах преступлений (как в лагерях и гетто, так и за их пределами), свидетельства очевидцев из числа заключенных, попытки их бегства и саботажа, технические детали, и т. д. Предстояло ответить на многочисленные вопросы, обсудить итоги судебных процессов нацистских преступников и их пособников.    Из Израиля был приглашен я один. Мой доклад посвящен тому, как именно претворялась в жизнь директива "1005"" на оккупированной территории Белоруссии. Конференция очень представительная и одновременно будет проводиться на четырех языках - французском, английском, немецком и русском.


* * *


Про Париж ходят легенды, снимают фильмы, пишут книги, рисуют, поют. Здесь делалась не только французская, но европейская и мировая история. Город-легенда, который не оставляет равнодушных. Слышал я много, читал еще больше, как он для меня откроется?    Полет прошел гладко, по расписанию. Мой попутчик сразу уснул, как только голова коснулась подушки. Я же всю ночь бодрствовал, как не старался. Потом выяснилось, что Чарли летает в Париж два раза в неделю. Работа у него такая, вот и привык. Сразу подумал, что когда сажусь в шесть утра на рейсовый автобус Иерусалим-Тель-Авив, глаза тоже сами закрываются.    Я знал, что в самолетах кампании "Эль-Аль" давно существует правило, что среди пассажиров негласно присутствует сотрудник ШАБАК, который в случае непредвиденной ситуации наделен неограниченными полномочиями защитить пассажиров и экипаж. Но совершенно неожиданно открыл для себя еще что-то. Ночь, половина второго. Все спят, свет притушен, ноги затекли, а сон не берет. Я встаю и иду в хвостовую часть самолета. Сначала привожу себя в порядок в туалетной комнате, потом ищу, где выпить стакан воды. Отсутствовал минут двадцать. Возвращаюсь к своему креслу, а там уже стоят два стюарда. И слышу обрывок фразы: "...А, вот, он идет". Хватились, что нет меня. Значит, у каждого стюарда имеется сектор, за которым он следит, чтобы все были на виду. Интересно.    После бессонной ночи предстояло добраться в гостиницу, где ждали приятели, чтобы начать знакомиться с городом.    Паспортный контроль в аэропорту им. Шарля де Голля оказался пустой формальностью. Штамп о прибытии во Францию мне поставили, даже не взглянув в лицо, будто это сделала машина, а не человек. Никто не остановил при переходе через таможенный контроль, я даже не заметил, где был красный, а где зеленый коридор. Приученному в Израиле к металлоискателям и повсеместному досмотру багажа, мне кажется это почти вызывающим. По крайней мере, проявлением неуважения.    В гостинице "All seasons" ждала папка "монсиньор Смиловицкий" с картой, планом и маршрутом, расписанием автобусов и метро, местом встречи участников конференции. Но все оказалось проще. В вестибюле я встретил д-ра Сьюзен Браун-Флеминг, мы знакомы с ноября 2003 г., когда я участвовал в симпозиуме в Музее Холокоста в Вашингтоне. Сьюзен сообщила, что завтра утром, 15 июня, все встречаются в холле гостиницы, чтобы отправиться в колледж Бернардинцев.       Моя комната    Выбор гостиницы - показатель того, как вас оценивает пригласившая сторона. Номер в гостинице - тоже. Если делите комнату одну на двоих, значит, ваш статус не дотягивает. Что меня ждет? Опускаю магнитную карточку в "замочную скважину" и захожу. Номер маленький и тесный, не больше 6 кв. м., но индивидуальный. На стене экономит место ТВ-плазма, под потолком - кондиционер, на полочке - телефон, карта города и метро. Столик на одной ноге с колесиками, задвигается над кроватью. Подушки и одеяла из синтетического "пуха". Захожу в ванную - все исправно и идеально чисто. Проверил розетки. Кипятильник не пригодился. Не ожидал, что вместо стеклянного стакана я найду одноразовую пластиковую посуду. Положение быстро исправил, купив сувенирную чашку, хотя и это оказалось лишним. В гостинице существовал мини-бар, где кипяток и пакетики чая-кофе постояльцы наполняли свободно в любое время. Спасибо и на этом.    В туалете на первом этаже гостиницы еще одно новшество: вода в рукомойник подается нажатием педали ногой. Никогда бы не догадался, пришлось спросить. Правда, перед носом написано, но только по-французски.    Гостиница недавно после ремонта, ковровое покрытие на этажах в пятнах от краски и побелки, еще не поменяли (если вообще собираются?). Лифт тащится как черепаха, а выход на лестничную клетку никак не обозначен. Стоило немалых трудов, чтобы его обнаружить. Забегая вперед, скажу, что, несмотря на очевидный аскетизм, цена у моего номера была по-настоящему роскошная - 190 евро на одного или 200 евро на пару! Это больше тысячи шекелей за ночь! Без бассейна, джакузи, спортзала, обеда, ужина и концертной программы-развлечения перед сном, как это принято в Израиле.       Континентальный завтрак    Кто сказал, что французы мало едят? В Израиле я этого не заметил, однако когда в первый день пребывания в Париже я спустился позавтракать в ресторан, увиденное поразило воображение. Просторный холл в стиле модерн, оригинальные столики из разноцветного пластика и алюминия, стойки бара с пружинистыми сидениями из прозрачного стекла. Отдельно в стороне ждут затянутые в целлофан стульчики-подносы для кормления детей от одного года до трех. Сидят люди, а где еда? Присмотрелся, нет, что-то жуют. Обошел стойку, отделяющую кухню от зала. Увидел гору чистых тарелок замысловатой формы и сверкающие столовые приборы. Потом приметил кукурузные хлопья и молоко. И это все? Начал следить за остальными. Большинство подходило к кофейному автомату (6 видов кофе), рядом - пакетики чая и сахар, два вида крохотных булочек. На деревянной плахе лежал французский багет из пшеничной и ржаной муки и большой нож, похожий на кинжал. Багет так просто не отрежешь, лучше ломать руками. Внутри он мягкий, но кусать нужно осторожно, корочка - зубы поломаешь, хотя и вкусно. Для вегетарианцев были предусмотрены яблочный и апельсиновый соки и фруктовые творожки-йогурты.    Наконец, в углу зала я приметил главное - стеклянные шкафы, как в кабинете у зубного врача. Это были изящные холодильники, куда время от времени официанты подкладывали очень тонко нарезанную ветчину (1 вид), сыр (1 вид), малюсенькие брикетики масла и паштета. Я быстро догадался, что можно приготовить бутерброд и голодным не останусь. Так вот, что представляет собой континентальный завтрак?! Ничего горячего, без яиц, никаких овощей, картофеля, каши. Вместо фруктов - салат из нарезанных апельсинов и яблок в сиропе. Более скудное меню трудно представить (этот набор не менялся за все время, пока я жил в гостинице).    Все это мало вязалось со здоровым образом жизни и французским гостеприимством, наводя мысль о заурядной скупости. Правда и то, что людей тучной комплекции во Франции я не видел. Вскоре после моего возвращения в Израиль из Белорусского посольства меня пригласил на прием посвященный дню освобождения республики, устроенный в Тель-Авиве в гостинице Дан-Панорама. Не буду описывать все яства, которыми угощали гостей. Скажу только, что нужно было съездить во Францию, чтобы понять, что такое изобилие.       С погодой повезло.    Перед вылетом из Израиля я посмотрел в Интернете прогноз погоды. В первый и последний день моего пребывания в Париже обещали дожди и не просто, а ливни. С одной стороны, я огорчился: прогулки по городу под небом, затянутым тучами, когда под ногами хлюпает - не пофотографировать. С другой стороны, дождь летом - это такое чудо для израильтянина, привыкшего, что с мая по октябрь с неба не упадет и капельки. Положил в дорожную сумку зонтик, может еще и куртку? Нет, обещали + 25 гр., значит, будет душно. Теплилась еще и надежда, что прогноз не оправдается.    В первый день парило отчаянно, а ночью пошел ливень. Да такой, что казалось, смоет гостиницу в Сену. Однако к семи утра он перестал, и люди высыпали на чисто вымытую мостовую, разбежавшись по своим делам. Я отправился на конференцию, где просидел до вечера, поглядывая в окно. Тучи не пропадали. Они остались будто, навсегда, время от времени спрыскивая землю порцией дождя. И почему прогнозы синоптиков сбываются? То ли дело в Израиле - на полгода вперед знаешь, какая будет погода.    Здесь я ошибся, следующие два дня были полны солнца. Ничто не мешало знакомству с Парижем, а потом и с Версалем, но об этом позже. Вернуться в Израиль успел без обещанной грозы и бури. Правда, уже на следующей неделе Европу накрыл мощный циклон, реки вышли из берегов, туристам не везло.       Как общаться?    Нежелание французов пользоваться английским языком хорошо известно. Это отголоски исторического спора, чья культура богаче, а политическая роль в Европе важнее. Но когда ты оказываешься на улице без малейшего представления о французском языке, и нужно объясниться, оптимизма не испытываешь. Неловко и самим французам, когда у них спрашивают дорогу по-английски. Желание помочь есть, а возможности - нет. Зато, если есть провожатый со знанием французского языка, вы чувствуете себя как принц.    Меня водили по Парижу Маша, Джульетта и Георгий. Девушки - парижанки, каждая пишет докторат по истории бывшего СССР. Маша - о партизанском движении в годы второй мировой войны, а Джульетта о послевоенной ситуации в Латвии. Георгий - Из Москвы, последние восемь он во Франции, женился, супруга преподает антропологию, а он - историю в Парижском университете. Мы ходили вдоль набережной Сены от одной достопримечательности к другой. Площадь Бастилии, Национальная библиотека, Латинский квартал, Лувр, Музей современного искусства Франсуа Миттераном, Монмартр, Сорбонна, Парижская мэрия.    После Вены я готов был увидеть в Париже тьму выходцев из стран третьего мира, которые заполонили сервис и городские службы. Но в таких масштабах это не увидел. Правда, в бистро у Музея современного искусства, где мы с провожатыми остановились выпить чашечку, нас обслуживал африканец. Вечером встал вопрос, в каком ресторане поужинать - еврейском, китайском, грузинском или русском? Выбрали с традиционной французской кухней. Заказ принимал хозяин-китаец и его француз-помощник (компаньон?).    Коренные французы еще не сдали позиции, хотя если судить по статистике, ситуация тревожная. Население Франции 63 млн. чел. - это двадцатое место среди 192 государств мира. Около пяти миллионов французов имеют иностранное происхождение, либо иммигрантами были их родители, либо бабушки и дедушки. Из них два миллиона имеют французское гражданство, около восьми миллионов - мусульмане.    В настоящее время в Париже из 2 млн. 300 тыс. жителей - почти 310 тыс. иностранцев или 14,5 % населения Парижа. Большей частью это иммигранты из Португалии, Алжира, Марокко и других стран Европы и Африки.       Кругом только евро    Франки отошли в прошлое, уступив место евро (?), который смел старые границы. Это официальная валюта в 16 странах "еврозоны" (Австрии, Бельгии, Германии, Греции, Ирландии, Испании, Италии, Кипра, Люксембурга, Мальты, Нидерландов, Португалии, Словакии, Словении, Финляндии, Франции). Латиницей название записывается как Euro, по-гречески - ?еан, в болгарском, македонском, русском и сербском - евро, в Черногории - еуро. На банкнотах название валюты указано прописными латинскими и греческими буквами. Название читается, как произносится слово Европа: по-французски - ёро, по-немецки - ойро, по-испански - эуро, по-английски - юро. Она обязательна для 320 млн. европейцев, а вместе с территориями неофициального обращения (еще 9 государств, 7 из которых европейские) - для 500 млн. чел. Банкноты и монеты были введены в наличное обращение 1 января 2002 г. и к декабрю 2006 г. в наличном обращении оказалось 610 млрд. евро, которые успешно конкурируют с долларом и управляется Европейским центральным банком во Франкфурте.    Для тех, кто живет в Европе - переход на евро - это хорошо, зарплаты у них такие. А для туристов не из Европы - плохо, все заметно подорожало. Сравниваю цены в Израиле и Франции - в шекелях ощутимо дешевле. Даже принимая во внимание, что израильтянам въездная виза в Европу не нужна, трижды подумаешь, стоит ли туда отправляться в отпуск. До сих пор Франция была самой посещаемой туристами страной мира, 85% рабочих мест - в сервисе. Евро любителей путешествовать притормозил. Это сразу отразилось на гостиницах, экскурсионных поездках и индустрии сувениров. Турагенты начали предлагать "пакеты" услуг, но индивидуальный туризм от этого не поправился. Остается надеется, что время выправит этот перекос.       Званый прием    В первый вечер после конференции нас пригласил к себе президент университета Париж-IV Сорбонна профессор Жорж Молинэ (Georges Molinie). Кабинет его увешан большими портретами в масле выдающихся ученых и меценатов. Глядя на старинные лики, понимаешь - все вокруг освящено традициями. Жорж Молинэ, невысокого росточка, говорит с жаром и эмоционально, для присутствующих его речь переводят с французского на английский.    Узнаю важную новость. С сентября 2009 г. в университете Париж-IV Сорбонна впервые (всего в городе 14 университетов) начинается преподавание истории Катастрофы восточноевропейского еврейства, как самостоятельной учебной дисциплины. Объявлен набор преподавателей и запись на курс студентов. Как это важно во Франции, где евреи впервые в Европе (при Наполеоне) получили равные права с титульной нацией. Даже внешне евреи здесь похожи на французов, а французы - на евреев. В годы войны нацисты могли отличить их только с помощью местных коллаборантов и интернировать, чтобы потом отправить в газовые камеры. Это до сих пор угнетает национальное сознание французов.    После речи угощение во французском духе. Изысканные бутерброды размером со спичечный коробок, микроскопические пирожные, крем-брюле, шоколад, все такое маленькое и изящное. Не знаешь чего больше, внешнего шика или вкуса. Но количеством не берут, ни в коем случае. Разносят шампанское и сок. Хотел налить бокал, но... как из-под земли вырос официант и не позволит этот сделать. Он ловко наполнил бокал и вежливо мне протянул - этикет требует.          Метро    Парижская подземка - отдельный разговор. Построенная еще до войны, она исправно служит сегодня, неизменно выручая в часы пик. Станции метрополитена удобно расположены по всему периметру города и удачно дополнены автобусными маршрутами. Общественный транспорт, пока нет забастовок, прекрасно справляется. Переходы в метро с одной линии на другую отмечены цветными указателями с буквенными и цифровыми обозначениями. Если вы способны читать план-карту метро, то скоро без труда начнете стремительно перемещаться под землей из одного конца города в другой, экономя драгоценное время. Станции вплотную примыкают к четырем железнодорожным вокзалам (Аустерлиц, Лионский, Монпарнас, Сен-Лазар).    Цены на проезд в метро и автобусе вполне доступны. Одноразовый билетик стоит 1,6 евро, а если взять сразу десяток, то выходит по 1,15 евро. Контролеров на входе нет, опускаешь билетик в отверстие турникета, и его дверцы открываются. Билетик забираешь с собой - пригодится, чтобы выйти наружу. Редко, но можно увидеть контролера. Зачем? Оказывается, что если тесно прижаться, то через турникет можно протиснуться вдвоем на один билет.    Лет пять назад в Париже пустили новую, полностью автоматизированную линию метро. Это поразило мое воображение. Ультрасовременный состав из прозрачного пластика и легких сплавов плавно двигается по рельсам с минимальным шумом. Но самое главное - без машиниста! На месте последнего вагона одни посадочные места для пассажиров. Люди входят в вагоны поезда совершенно спокойно, не опасаясь, что возникнет непредвиденная аварийная ситуация в туннеле или, не дай Б-г, пожар, крушение... Тьфу, тьфу три раза! Поколебавшись, сел в такой вагон и я. Кручу по сторонам головой: народ сидит, читает газету, смотрит в окно, разговаривает. Поезд остановился, я вышел на нужной станции. Ничего не произошло. Чудеса! Сколько знакомых ездит во Францию, были в Париже - почему никто не рассказывал?!    Парижское метро с многочисленными переходами - это ловушка для непосвященного. Испытал это на себе. Стоило мне спуститься в подземку одному, чтобы добраться до гостиницы, как я быстро потерялся. Карта метро на французском мне ничего не говорила, самостоятельно разобраться не получалось. Все объяснения Георгия. Маши Джульетты мигом улетучились из головы. Первая мысль, скорее выбраться из подземки на белый свет - там хоть направление по улице укажут. Мало-помалу, добреду, за спиной рюкзачок, в руках - сумка с фотопринадлежностями. Но, собравшись с духом, решил этого не делать. Опираясь на название метро "Bersy", где осталась гостиница, я пустился расспрашивать случайных прохожих, включая полицейских. Английский в моем произношении понимал один из трех. Это обнадежило, и я понял, что не все потеряно.    Действительно, страхи оказались напрасными. Через непродолжительное время я отыскал нужную мне 14-ю линию, которая путем несложных переходов привела меня к поезду на Bersy", а там и в гостиницу "All seasons". Решив эту детскую задачку неспортивного ориентирования, я себя зауважал. Вывод, к которому я пришел, и можно рекомендовать любому, попавшему в подобную ситуацию - составлять маршрут: от "А" до "Б", от "Б" до "В" и т. д.       Такси    Такси в Париже удовольствие не дешевое, и поймать трудно. Это не Израиль - вышел, щелкнул пальцами и машина тут как тут. Не только мое мнение, слышал уже подобные жалобы. Причина простая, лицензии у таксистов неимоверно дорогие - 200 тыс. евро. Профсоюз следит, чтобы сохранить монополию.    Если вы привыкли сидеть в Израиле в такси справа от водителя, то во Франции придется отвыкать. Пассажиров рассаживают только на заднем сидении. Убедился в этом дважды. Первый раз, когда "ловил" такси рано утром в аэропорту им. Шарля де Голля. Хотел сесть спереди и любоваться обзором, но водитель настойчиво сказал, что не положено. Справа от него на переднем был разложен какой-то хлам - куртка, карта, термос, газеты, что-то еще. Я покорился, не хотелось начинать с пререканий. Потом все дорогу выглядывал из-за "подзатыльника" на переднем сидении. В конце, заплатив 50 евро за дорогу, я решил, что право выбора все-таки за мной.    Действительно, когда после конференции пришла пора возвращаться и мне заказали такси, я решил учесть свой опыт. Таксистом снова был китаец, но другой. На переднем сидении - снова хлам. Я вежливо, но настойчиво сообщил, что не собираюсь устраиваться позади. И не прогадал, 40 минут пути в аэропорт, я не только с интересом наблюдал в переднее стекло, но и услышал историю жизни моего таксиста. Китаец, но из Лаоса, живет в Париже 35 лет, попал во Францию, как беженец из бывшего французского Индокитая, после свержения короля и захвата власти коммунистами. Через месяц после прибытия (в кармане было только сто долларов) уже нашел работу. Сначала на фабрике, перепробовал ни одну профессии, но без дела никогда не сидел. Женат, дети устроены, дочь - в банке, сын - адвокат.       Сувениры    Эта тема не оставляет равнодушных. Всегда хочется увезти что-то особенное, характерное, неповторимое, изящное и обязательно недорогое. Отправляясь в Париж, я получил от жены заказ на сувенир, но без Эйфелевой башни. Поспешив согласиться, я не представлял, какое обязательство на себя принимаю. Оказалось, что силуэт знаменитой Башни - это универсальный рекламный знак французской сувенирной индустрии, которая эксплуатирует его с грандиозной настойчивостью.    Эйфелева бaшня (фр. la tour Eiffel) - шедевр городской архитектуры, самая узнаваемая достопримечательность Парижа, названа в честь ее конструктора Густава Эйфеля. Место всеобщего паломничества. В 2006 г. на ней побывало 6 млн. 719 тыс. 200 чел., а за всю её историю - 236 млн. 445 тыс. 812 чел. Арка высотой 300 м задумывалась, как временное сооружение на входе парижской Всемирной выставки 1889 г. От планировавшегося через 20 лет после выставки сноса, башню спасли радиоантенны, установленные на самом верху - начиналась эпоха внедрения радио.    С годами слава Башни не померкла, но эксплуатация ее изображения поражает. Она затмила все национальные символы, включая профиль Наполеона Бонапарта. Зайдите в любой сувенирный магазин, лавочку или киоск и постарайтесь купить что-то без известного изображения - чашку, тарелку, брелок, майку, кепку. Силуэт Башни присутствует даже, если выбранный предмет посвящен Версалю, Лувру, Собору Парижской Богоматери. Мало этого, любой туристический объект окружен бродячими продавцами сувениров (африканцы и арабы), которые стремятся всучить статуэтки Башни Эйфеля любых размеров. Или открытки, значки, наклейки, жетоны, веера и прочий сувенирный ширпотреб с ее силуэтом.    Все попытки найти приличный сувенир без слишком хорошо узнаваемого клише оказались безуспешными. На обратном пути в аэропорт я поделился своей проблемой с таксисом, который посоветовал купить знаменитый французский белый шоколад. Окрыленный этой идей я бросился в Duty free, но, как оказалось, напрасно. На великолепной коробке белого шоколада красовалось изображение Башни ...    Тем не менее, французские сувениры радуют, по крайней мере, одной неповторимой особенностью. На них нет клейма "Made in China", хотя по качеству они заметно уступают китайским аналогам. Существенная разница присутствует и в цене, что играет не последнюю роль при выборе покупки.       Охота отдохнуть?    Кафе, бистро, уютные ресторанчики - это место где можно присесть и перевести дух. Любят в Париже угощаться. К вечеру все места заняты. Когда тепло, предпочитают сидеть на воздухе. Столики малюсенькие, выставляют прямо на тротуар, лицом к прохожим, спешащим мимо. Посетители больше общаются, чем едят. Пьют что-то, жуют, но больше болтают. Стакан вина, бокал пива, орешки, кофе, реже чай - все, что нужно для задушевной беседы. Очень оживленно, интерес в глазах, эмоции на лице.    Чтобы заманить посетителя некоторые владельцы пускаются на хитрости. Мне показали ресторан, где по легенде угощался молодой Наполеон, у которого не хватило денег расплатиться. Тогда он снял треуголку и оставил ее в залог, пообещав назавтра выкупить. Но не пришел, треуголка выставлена в стеклянной витрине уже более 150 лет. Та или не та, не знает никто, но людям нравится поглазеть и показать знакомым. Хозяин не в накладе. В другом баре я увидел гильотину - утверждают, что настоящая. Изобретение Французской революции 1789 г. она была призвана помочь "гуманно" расстаться с жизнью осужденному. Тяжелый металлический резак размером 50 см х 40 см., поднятый на высоту два с половиной метра, а под ним деревянная колодка для головы человека, приговоренного к смерти. Когда веревку отпускали, резак под силой своей тяжести мгновенно летел вниз, срубая все, что под него поставили. Тютелька в тютельку. Очень впечатляет    А если закурить? С табачным "змием" французы борются своеобразно. Из кафе убрали пепельницы. В закрытом помещении курить нельзя, но если столики на воздухе - то пускайте дым на здоровье, под свою ответственность. Окурки бросают прямо под ноги. Нельзя оставить загашенную сигарету в чашке из-под выпитого кофе - неуважение к заведению. Не принято бросать окурки в урны, затянутые целлофановым мешком.    Парижане гордятся, что у них в городе свыше ста кинотеатров. Конечно, это не залы-гиганты, а скорее, клубы, где любители смотрят киноленты по интересам. Как это отличает французов от массовой культуры, победно шествующей по миру с помощью ТВ, видеомагнитофонов и Интернета. Для поклонников варьете в Париже открыто большое количество кабаре. Наиболее известные - Мулен Руж, Лидо и Парадиз-Латин в Латинском квартале.    Я ходил от одной кафешки к другой, незаметно вглядываясь в лица. Свободные люди в свободной стране, ни войны, ни террористов с бомбами и ракетами. Мне показалось это главной достопримечательностью Парижа. Вот, если бы еще не кризис ... !          Нотр-Дам де Пари (Собор Парижской Богоматери)    Кафедральный собор Парижа оставляет незабываемое впечатление. Всегда полно народу, трудно разобрать, где парижане, а где туристы. Угадываю глазом, что здесь много приезжих из разных уголков страны. Пускают всех, не обращая внимания на одежду - в шортах и мини-юбках, голыми плечами и обнаженным руками, в головных уборах и без них. У каждого посетителя фотоаппарат, фотографируют не переставая.    Нотр-Дам де Пари считается главным храмом и духовным центром Парижа. Отсюда ведут все дороги Франции: указано расстояние от Собора до любой точки страны. Строительство Нотр-Дам началось еще в XII в. и продолжалось 170 лет. Смена эпох отразилась на его внешнем облике, романский стиль - постепенно сменился готическим.    Внутри здание поражает размахом своего пространства. По преданию, здесь хранится гвоздь с креста, на котором был распят Иисус Христос. Акустика необыкновенная благодаря шеститонному колоколу в правой башне. Другая особенность - пение прихожан одновременно с хором и самый большой орган во Франции.    В Соборе я застал службу, под руководством кардинала Андрэ Вэн-Труа (AndrИ Vingt-Trois), который незадолго до этого приветствовал нашу конференцию в колледже Бернардинцев. Правда, он был уже не в скромном цивильном костюмчике, а в белой до пят сутане и красной кардинальской шапочке. На латыни, хорошо поставленным голосом, усиленным неповторимой акустикой, он обращался к пастве, будто с небес. Первые десять минут был слышен только один голос, а затем медленно выплыл на авансцену и сам кардинал Вэн-Труа. В десяти метрах перед ним дирижировала небольшого росточка женщина в синей сутане. Пели все присутствующие. Ощущение такое, что благодать из космоса пронизывала твое существо.       Ах, Версаль!    Поездку в Версаль я отложил на последний день пребывания во Франции. Самолет был только вечером, и я мог не спеша осмотреть знаменитый комплекс и его окрестности.    Версальский дворец (фр. ChБteau de Versailles) - парадные покои французских королей в пригороде Парижа. Образец для дворцов монархов и князей всей Европы. Вокруг него возник город ремесленников, снабжающих королевский двор. При Людовике XIV (сер. 17 в.) королевская резиденция переехала в Версаль, хотя Париж по-прежнему оставался политическим центром Франции. Население Версаля и прилегающего города достигло ста тысяч человек, а когда король обратно вернулся в Париж, оно быстро сократилось.    Пригородный поезд привез меня в Версаль за 45 мин. Выйдя на перрон, я начал решать задачу, как найти дворцовый комплекс? Оглянулся по сторонам. На пешеходном переходе средних лет японец держал в руках справочник-путеводитель. "Вот, кто приведет меня, куда нужно", - мелькнуло в голове, и пристроился. Мой незнакомец шел скорым уверенным шагом. Вокруг появились и другие японцы. Версаль оказался довольно близко. В десяти минутах ходьбы.    Вторая моя мысль: если есть туристы из Японии, то должны быть и из России. Действительно, очень скоро слышу знакомую речь: прибыл автобус с русскими туристами, которые ринулись к билетным кассам (почему бегом, билетов не хватит?). Решаю к ним не присоединяться. Организованные экскурсии - больше услышишь, меньше увидишь, а второе важнее. Желающие "одиночки" берут наушники-гид на понятном языке.    13,5 евро и я получаю право начать осмотр дворца. Три часа блуждания по апартаментам французских королей быстро заставили забыть о цене за билет (70 шек.). Это как у зубного врача - сняли боль и денег не жалко, а здесь вас лечат красотой. Снимать на камеру разрешается, и народ этим пользуется. Фотоаппараты практически у каждого, но мне кажется, что я снимаю больше всех, когда буду здесь еще раз?    Версаль очень напоминает Шёнбрунн - загородную резиденцию австрийских императоров под Веной. И не только. Многие дворцы Европы построены по примеру Версаля: замки Сан-Суси в Потсдаме, большие дворцы в Петергофе и Гатчине под Петербургом, то же самое в Германии, Австрии и Италии. Короли ездили в гости друг к другу, перенимали опыт.    Замок Версаля - это продолговатой формы трехэтажный комплекс на небольшой возвышенности. Ниже огромный рукотворный парк. Замысловатые лужайки, скверы, мраморные фигуры из греческой и римской мифологии величиной в два человеческих роста. Пруды, правда, без видимого присутствия рыбы, декоративный подстриженный кустарник.    Однако великолепия садовой архитектуры в Версале я не увидел. Фонтаны не работали. На дворе - июнь месяц, а цветов мало. Всего несколько разбитых клумб и грядок, цветовая гамма бедная, разнообразия нет. Видимо, экономят. Неприятно удивило и отсутствие выбора сувениров, посвященных знаменитому месту и его богатейшей истории, где я оказался. Но самым большим разочарованием стало отсутствие питьевой воды. Мои две походные бутылочки быстро опустели и я начал искать, где их наполнить. В Израиле - это проще простого, но Версаль на подобную мелочь внимания не обращает. Парило, жара + 28 гр., в горле пересохло. Ищу глазами заветный источник, тщетно ... Для таких бедолаг единственный выход - бежать в ближайший павильон от ресторана, где заветную бутылочку предлагают за три евро (17 шек.!). Для сравнения, за билет на поезде до Версаля я заплатил 2,9 евро. Чертыхаюсь, но покупаю. Может быть, взять стакан чаю? Шесть евро жалко и я воздерживаюсь. Потерплю до гостиницы, время вышло, пора возвращаться.       Полиция    Элегантная, не забывающая ни на минуту, что она лицо государства. В полиции служат как европейцы, так и выходцы из Азии, Африки и Китая. Первых, безусловно, несравнимо больше. Жесткая и решительная в своих действиях, когда нужно противостоять грубому насилию и замедленно-расслабленная, когда нет очевидной причины портить людям настроение. Полицейские на велосипедах, роликах, верхом на лошадях. Женщины-полицейские особенно изящны. Регулировщиков движения нет. Всем заправляют светофоры. Порядок на улицах поддерживается, будто сам собой. Вместе с тем, на красный свет парижане (или туристы?) бегают, а водители автомашин на пешеходном переходе тормозить не торопятся.       Сена    Образ Парижа не полон без Сены. Пароходики, речные трамвайчики (экскурсионные, в том числе и на русском языке), снуют без перерыва туда и обратно. Есть и курьерские, им нипочем автомобильные пробки. Река полноводная, но парижан с удочкой я не видел. В черте города не купаются, вода не располагает. Название реки в античные времена звучало как Секвана (Sequana), предположительно от кельтского слова Siquana (священный). Исток Сены находится в южной Бургундии, а вблизи Гавра река впадает в пролив Ла-Манш. Сена судоходна. В ее устье морские суда с осадкой до 6,5 м проходят до Руана; между Руаном и Парижем следуют речные суда с осадкой до 3,2 м. Сеть каналов соединяет Сену с Рейном, основные порты - это Париж, Руан, Гавр.       На обратном пути    При регистрации на рейс "Эль-Аль" я обратил внимание на вооруженную охрану. Лихие ребята французского спецназа в пятнистой униформе, высокие ботинки, заломленные береты на стриженых затылках, автоматы наперевес. Это первые военные, которых я увидел в Париже. Спрашиваю у служащей аэропорта (разговор на английском), мол, всюду такая охрана или только для израильских авиалиний? Слышу в ответ, что только для "Эль-Аль". Я пояснил свою мысль, что не хорошо людей пугать. Все-таки не джунгли, чтобы в маскировочной форме и ни где-нибудь в кустах, а на самом людном месте.    "Израиль сам попросил", - слышу в ответ. Да, я не против, приодеть бы ребят поприличнее. Вот, к примеру, Израиль: охрана в аэропорту есть, но глаза не мозолят, а если мера безопасности повышается, то она просто в гражданском платье, но с автоматами - никакого маскарада. Дама слушает и кивает. Я разговорился, объясняю, что в Израиле привыкли к оружию. Если рядом человек с ружьем - чувствуешь себя в безопасности. Но только в Израиле, в любой другой стране - это пугает.    Вдруг неожиданно слышу от собеседницы: "Верят ли в Израиле заявлениям президента США Барака Обамы?" Я сразу не понял связи. Отвечаю уклончиво, что призывать к миру между евреями и арабами легко, делать - трудно. Поживем и увидим, потом более определенно: Обама пришел и уйдет, а Израиль останется. Видели мы уже и Клинтона и Буша, младшего и старшего, где они сегодня? Фараоны, Гитлер, Сталин и иже с ними, все хотели евреев извести. Их нет, а мы есть.    Дама молчит, глазами хлопает. Я продолжаю, что в танце нужны двое. Если один партнер не хочет, танца не получится. Мира хочет только одна сторона.    - Это кто не хочет мира? - спрашивает дама.    - Арабы не хотят, - заявляю я чистосердечно.    - Как вы можете мне такое говорить, я же арабка! - тычет в нос бирочку-удостоверение.    Без очков я прочитать не могу, да еще на французском. Понимаю, что в политкорректной Франции - мое заявление это вызов. Пытаюсь найти выход:    - Я к вам лично ничего не имею, говорю только из своего личного опыта. Живу в Израиле 17 лет. Год назад у меня сын в армии отслужил, приятно было его на войну посылать?    - Это не правда, что арабы не хотят мира, - настаивает дама.    - Как это не правда? - удивляюсь я. Мы экономическое сотрудничество предлагаем, а они автобусы взрывают, ракетами и минами обстреливают юг страны. Я живу в Иерусалиме. Напротив арабская деревня Джабель Мукабр, у жителей которой израильские удостоверения личности. Они работают в Иерусалиме, имею все социальные льготы. Но мы туда не ходим. Они - да, а мы - нет. Почему? Хороший вопрос. Кстати, именно из этой деревни вышел первый "бульдозерный" террорист. 2 июля 2008 г. на улице Яффо в центре Иерусалима на тяжелом бульдозере он давил легковые автомобили и пешеходов, а затем опрокинул автобус компании "Эгед". Два человека погибли, двое были тяжело ранены, у 30 чел. - ранения легкой и средней тяжести ... Не верите?    - Не верю! Вы нас в Газе душите!" - не унимается дама.    - В Газе душим? В 2005 г. Израиль своими руками ликвидировал процветающие поселения, которые сам дотла и разорил. 9 тысяч их жителей насильно переселили в Израиль, лишив крова и собственности. Палестинцы, которые пришли на их место, сожгли синагоги. Мы ушли из Газы, но Газа пришла к нам. Начались обстрелы юга страны, которые продолжались три года. Операция "Литой свинец" стала неизбежной... Не верите?    - Не верю!    - Почему? Откуда ваши сведения?    - По ТВ показывают, в газетах пишут!    - Ах, вот откуда ноги растут! А я живу в Израиле, и вы мне не верите?    - Не верю!    - Сами в Израиле, когда-нибудь были?    - Кто меня пустит, я же арабка!    - Ну, и что? Покупаете тур и летите, вы же французская гражданка.    - Не может быть!    - Почему?    - Не верю!    - Очень жаль. Прилетите и посмотрите своими глазами.    На нас уже начали оборачиваться, и решил заканчивать. "Nice to meet you" - сказал я ей на прощание.       Домой    Проверка безопасности тройная. Светили багаж, каждого пропускают через металлическую рамку, а потом щупают с ног до головы в перчатках. Хорошо, что ботинки снимать не заставили. У меня нашли яблочный сок ... В голову не пришло, что это вызовет подозрения и я оставил в ручной клади. Воду ведь в бутылочке при проверке на линиях "Эль-Аль" в отличие от других авиакомпаний не забирают (Москва, Турция, Болгария), вот и расслабился. Что делать? Выливать жалко, огромный бутерброд, на который я рассчитывал, в горло не полезет, а ждать пока накормят в самолете - еще четыре часа, не меньше. Объясняю, что это мой ужин, что ничего страшного нет, всего лишь сок. Не положено! Обратно не пускают - бутерброд пронести можно, сок - нельзя. Тогда я съем? В сторонке. Служащая, которая меня "шмонала", явно родом из Индии, переглянулась со своим напарником из бывшего французского Марокко и с улыбкой понимания: "Как хотите ..."    Таможня и регистрация позади. Людей мало, посадка не скоро. В кафетерии напротив - из восьми человек (один ребенок и один старичок не в счет) трое занимались с переносными компьютерами, а четвертый сочинял письмо в мобильном телефоне.    Из Москвы, Киева и Минска - все говорят по-русски. За редким исключением, можно встретить религиозного еврея. Соблюдение традиции для этой категории пассажиров - не самоцель. Зато, если это не туристы, у каждого своя история становления в Израиле, когда нужно было начинать с нуля.    В Париже на борт самолета поднимается совершенно другая публика. С русским языком - раз, два и обчелся, почти никто не знаком. Как правило, летят люди среднего класса и выше. Они выросли в "свободном мире" и прекрасно ориентируются. Прогулки за границу - обычное дело. Визуально выделяется большая группа любавических хасидов. Длиннополые сюртуки, кипы, широкополые шляпы, парики у женщин и подчеркнутый черный цвет костюма безошибочно указывают кто перед вами. До посадки они образуют миньян и молятся, чтобы полет прошел благополучно. На борту им первым подадут обед с обязательным письменным уведомлением, что кашрут соблюден. Среди попутчиков я обратил внимание на Амоса Гилада, бывшего личного представителя Эгуда Ольмерта на переговорах об освобождении пленного израильского солдата Гилада Шалита с египетскими посредниками ХАМАСа. Высокий седой старик под 70, с грузной фигурой и надменным лицом. Вот кто владеет подробностями, которые будоражат воображение. Весь вид его говорит: знаю, но не скажу.       Вместо эпилога    Сижу дома, слушаю радио. Передают новости, и я подсознательно останавливаю свое внимание на сообщение из Франции. Не важно, о чем, эта страна теперь для меня не абстрактное понятие, а ведь провел я в Париже всего четыре дня. Оказывается, это не мало.


Иерусалим, 25-28 июня 2009 г.


С 23 августа 2005 г. в Газе не осталось ни одного еврейского поселения, были ликвидированы: Элей-Синай, Бдолах, Бней-Ацмон, Гадид, Ган-Ор, Ганей-Таль, Дугит, Кфар-Даром, Кфар-Ям, Кфар-Ацмона, Ацмона, Мораг, Неве-Дкалим, Нисанит, Нецер-Хазани, Нецарим, Пеат-Саде, Катиф, Рафиах-Ям, Шират-ха-Ям, Слав, Тель-Катифа.                                           3