# Здравствуй, Тунис! Диалог Цивилизаций

Николай Сологубовский

ДИАЛОГ ЦИВИЛИЗАЦИЙ


"Мы всячески способствуем укреплению культурного диалога со всеми народами мира... В наши дни человечество, как никогда ранее, нуждается в налаживании прочных связей на основе взаимопонимания, толерантности и солидарности, которые приобрели сегодня статус всеобщих ценностей".

Зин аль-Абидин бен Али, Президент Тунисской республики. Карфаген, 31 мая 2002 года.


Связи России и арабского мира, неотъемлемой частью которого является при всем своем своеобразии Тунис, уходят в далекое прошлое. Эти отношения переплетены политическими, экономическими, духовными узами, которые никогда не прерывались, и есть уверенность, что и в XXI веке они получат новое динамичное развитие.

В конце XVII в. в России появляется труд "Описание царства Алгерийского и Тунетанского", т.е. Алжира и Туниса. В первой русской газете "Ведомости", основанной Петром I, регулярно публиковались сообщения об Африке. В начале XVIII в. была издана на русском языке книга Иоганна Гибнера "Земноводного круга краткое описание, из старыя и новыя географии по вопросам и ответам через Ягана Гибнера собранное", в которой рассказывалось о о "Берберийской (Либийской) земле", Марокко и Тунисе.

Систематическое научное изучение мусульманского мира, языка, культуры и истории арабов началось в России именно с эпохи петровских преобразований, когда был заложен надежный фундамент отечественного академического и университетского востоковедения. В 1724 году была образована Российская Академия Наук, с которой началась научная традиция в русской арабистике.

В конце XVIII века в первых русских книгах и энциклопедиях, посвященных истории и географии, приводятся подробные сведения об Африке. Так, во "Всеобщем историческом оригинальном словаре", составленном священником Иоанном Алексеевым", изданном в Москве в 1793-1794 гг., автор пишет: "Главнейшия земли, из коих Африка состоит, суть: Египет, принадлежащий турецкому султану, под покровительством коего еще находятся Алжир, Тунис, Триполис, Варвария...".

Политические, культурные и торгово-экономические связи России с арабскими странами вызывали интерес в литературно-художественных кругах России. Так, Л.Н. Толстой в период учебы в Казанском университете на отделении арабо-русской словесности изучал арабский язык, знакомился с книгами об арабских народах, их судьбе и культуре.

Российское императорское Географическое общество, основанное в 1845 г. в Петербурге, внесло большой вклад в изучение африканских и арабских стран, в особенности Египта, Алжира, Туниса. В 1846 г. по Африке путешествовал А.А. Рафалович, врач и активный деятель Географического общества. Рафалович был направлен в Северную Африку в составе учено-врачебной экспедиции, организованной министерством внутренних дел. В "Журнале министерства внутренних дел" за май 1849 г. были опубликованы его "Записки русского врача, отправленного на Восток", в которых можно найти ценную информацию о Тунисе.

В 1876 г. в Санкт-Петербурге была опубликована книга русского географа и путешественника Л.Ф. Костенко "Путешествие в Северную Африку". Это была первая написанная российским автором и изданная в России полноценная книга о Тунисе, содержавшая самые разнообразные и весьма подробные сведения об этой стране. Часть книги посвящена описанию политической системы Туниса, истории правящей династии и портретам тогдашних тунисских деятелей, в том числе Хайраддин-паши.

Со временем поездки отдельных энтузиастов-путешественников сменились целенаправленным научным поиском. Русские экспедиции в Африку в начале XX в. организовывались большей частью различными научными учреждениями - университетами, музеями, дирекцией ботанических садов и т.д.

Русский путешественник, врач и антрополог А.В. Елисеев внес весомый вклад в изучение мусульманской цивилизации и религии. В работе 1894 г. "Современный ислам и его задачи" он находит прямую связь между наступлением европейского колониализма на страны ислама и ростом религиозного фанатизма среди мусульман и его выводы настолько актуальны для современности, что можно только удивляться проницательности русского ученого, который предупреждал: "Восток, получив жизнь от ислама, в этом последнем и должен искать опоры в тяжелые годины утеснений; старый ислам, в котором уже не предполагали жизни, оказался еще способен пробудить дремавший фанатизм, а руководители его подняли высоко знамя пророка, приглашая всех последователей Корана соединиться в защиту ислама". Одним из первых Елисеев указал на роль ислама для будущего России: "Россия как страна, имеющая многие миллионы мусульманских подданных, должна быть живо заинтересована в том, что творится в тайниках мусульманского мира, и нам еще скорее, чем другим европейцам, придется считаться с каждым новым явлением, которое охватит или даже поколеблет весь ислам".

Сто пятьдесят лет назад русский востоковед и путешественник В.Ф. Диттель в "Очерке путешествия по Востоку" (1849 г.) задавал вопрос, и сам на него отвечал: "Нашему столетию, избравшему своим девизом "Наука и любознательность", не принадлежит ли и страсть к путешествиям? Она не только сделалась принадлежностью нашего образования, но даже прихотью". Уже к концу XIX в. путешествия из авантюрного приключения одиночек превращаются в излюбленное занятие большинства обеспеченных, образованных русских горожан - туризм. Открытие прямых пароходных линий между российскими и средиземноморскими портами увеличило поток тех, кто хотел ознакомиться с достопримечательностями Востока и Античности. И одним из самых посещаемых русскими путешественниками мест становится Тунис, сохранивший экзотическую магрибинскую привлекательность, но и прибавивший к нему европейский комфорт.

"Город Тунис - один из лучших городов Африки и охотно посещается европейцами", - писал Ф.Фохт еще в 1881 г. "По справедливости, Тунис можно назвать столицею Африки, а не Алжир, как считают многие. В Тунисе более 100 000 жителей, много восточной роскоши, и, бесспорно, это второй арабский город после Каира", утверждал русский путешественник А.Сумароков.

М.И. Венюков в статье "Тунис и Мальта в 1898 г." поражен современным комфортом Туниса: "Выбирайте себе по гиду любую из пяти-шести гостиниц и водворяйтесь, точно в Марсели или в Бордо". Ему вторит А. Гаденко в очерке "Африка. Путевые впечатления": "Удобств для жизни масса, прекрасные отели, трамваи, отличные извощики, прекрасные бульвары посреди улиц".

На рубеже XIX и XX веков в России появляются первые гиды-путеводители, одним из них была брошюра "В Египет, Алжир и Тунис на пароходах...", содержавшая исчерпывающую информацию для тех, кто собирался увидеть своими глазами Тунис: сведения о стране и жителях, описание столицы, его достопримечательностей, базаров, дворцов, окрестностей, местной валюты, гостиниц и т.д.

Русский писатель и путешественник Э.Р. Циммерман пишет в своих путевых очерках о Тунисе: "Я с удовольствием заметил, что здесь на улицах к приехавшему в край туристу не пристают так сильно, как бывало в Египте, ни проводники, ни погонщики ослов, ни иного рода попрошайки. Мне казалось даже, что здешние жители дружелюбнее относятся к европейским пришельцам и охотнее сближаются с ними".

Отмечаемое путешественниками дружелюбие и доброжелательность местного населения привлекали сюда многих россиян. Некоторые из них по возвращению в Россию публиковали в русских газетах и журналах путевые очерки, статьи, заметки, зачастую с гравюрами, а позже и с фотографиями.

"Типичный" путевой очерк русского путешественника обычно содержал описание двух частей города Туниса - арабской и европейской, восточного рынка, мечетей и дворцов бея, развалин Карфагена и наиболее живописных пригородов - Сиди-Бу-Саида и Ля Марсы.

Очерки о Карфагене были столь популярны, что М.И. Венюков с иронией замечал: "Земля, соседняя Карфагену, до того объемисто описана туристами и археологами, что ее почти не стоит смотреть в подробности на местах". Позвольте скромно возразить автору, что лучше один раз увидеть, чем сто раз... прочитать. Карфаген каждый раз, когда его видишь, открывается новыми, неизвестными гранями, и каждый черпает в ауре Карфагена живительные силы.

Но продолжим перелистывать пожелтевшие страницы русских газет начала XX века. В очерках В.Чоглокова "Тунис - Бискра - Сад Аллаха", А.И. Дмитриева "Из поездки в Северную Африку", в заметках А. Гаденко "Африка. Путевые впечатления" и Е.М. Кузьмина "По Африке на автомобиле" (1915 г.), а также и в других подчеркивается необыкновенная привлекательность Туниса, Вот некоторые отрывки:

"Нигде у нас, ни в Средней Азии, ни на Кавказе нет такого изящного города, таких белоснежных изящных построек, бросающихся в глаза своей чистотой".

"Из всей нашей африканской эпопеи Тунис оставил, безусловно, самое приятное воспоминание. Это очень красивый и интересный город".

"Тунис теплее, самобытнее и проще всех известных европейцам южных климатических станций".

"Тунис мне очень нравится; европейская часть города напоминает нашу Одессу, но по чистоте и красоте улиц - совершенно Париж".

"Это - хороший, совершенно европейский французский город. Арабская часть города придает ему много интереса и оригинальности".

"Загородный летний дворец тунисского бея в Бардо (в нем находится потрясающая экспозиция древнеримской мозаики, - авт.) состоит снаружи исключительно из белых гладких стен, которые декорированы сплошь цветком бугенвилля - ярко лилово-красным. Получается красота балетной декорации, от которой не хочется отрывать глаз".

И еще одна деталь бросается в глаза, когда погружаешься в атмосферу русского туризма начала ХХ века. Редкий русский путешественник не поделился впечатлениями от посещения уличных кафе, опытом восточного искусства торговаться на рынке и не оставил нам описания мусульманского поста в Рамадан, местных обычаев или женских нарядов.

На пороге ХХ века Тунис становится весьма популярным местом среди российской художественной элиты. В восьмидесятые годы ежегодные поездки в Тунис совершал художник В.И. Якоби, его картинам этого периода, полным ярких красок и тропического зноя, например полотну "Купальня тунисского бея", присуща восточная экзотика.

Совершил поездку в Северную Африку и знаменитый живописец К.С. Петров-Водкин. Весной 1910 г. он написал очерк "Поездка в Африку". По форме это скорее литературный рассказ, который характеризуется усложненной стилистикой и декоративностью. Сохранились этюды и наброски, сделанные Петровым-Водкиным в Африке.

В 1910 году Тунис и Карфаген посещал И.А. Бунин. Результатом его путешествий в Тунис и другие арабские страны стали, в частности, стихи "арабского цикла", как их назвал И.И. Тартаковский, подчеркнув, что "главная ценность арабского цикла - то, что он сделал Восток "своим", приблизил его к людям нашей родины". Вот названия некоторых из его стихотворений: "Ночь аль-Кадр", "Темджид", "Магомет в изгнании", "Имру-уль-Кайс", "Мекам", "Бедуин", "Каир", "Караван"...

Звезды горят над безлюдной землею,

Царственно блещет святое созвездие Пса:

Вдруг потемнело - и огненно-красной змеею

Кто-то прорезал над темной землей небеса.


Путник, не бойся! В пустыне чудесного много.

Это не вихри, а джинны тревожат ее,

Это архангел, слуга милосердного Бога,

В демонов ночи метнул золотое копье.


"Арабских" стихов у Ивана Бунина так необычайно много, что И.Ермаков предполагает, что он "никогда не расставался с Кораном, всю жизнь возил его с собой в дорожном чемодане... Коран в переводе А. Николаева (установлено, что это было московское издание 1901 года) был для Ивана Алексеевича одной из самых необходимых и постоянно читаемых книг. В стихах, навеянных исламским Востоком, русский поэт следовал Корану непосредственно, порою прямо повторяя стихи Великой Книги мусульман. Кроме того, Бунин с особым чувством законного наследника продолжал традицию Пушкина, его "Подражаний Корану".

Наиболее художественное, поэтичное, "самое богатое по цветности" и почти зримое описание Туниса оставил в своих "Путевых заметках" посетивший эту страну в 1911 году поэт Андрей Белый. "Tunis la blanche", - пишет он о столице, - белые пятна кидаются вновь, когда я вспоминаю Тунис. Он - снежайший, он - пятнами домиков ест нестерпимо глаза, да он внутренне белый; и вместе: он белый для внешнего взора. Таким он впервые возник; и таким он стоит предо мной".

С огромной симпатией отнесся он к тунисцам, отмечая их благородство, дружелюбие и деликатность: "Любуюсь арабами: вижу - столетия высокой культуры кричат в каждой складке бурнуса; я по случайному жесту прохожего вижу достойное прошлое этой страны". Восхищение Андрея Белого вызывали также арабская культура и архитектура: "В каждой мелочи - вкус; вы вглядитесь в оправу простейшего сельского зеркала: форма его - пятитомный трактат по истории вкуса... Жизнь - брызги красок, импрессия, субъективность; архитектура арабская обращена вся внутрь".

Поэт всерьез увлекся тунисской историей, античной и мусульманской: "Я думаю: скольким обязаны мы в прошлом арабу! Я чувствовал тайную связь мелочей, перекличку эпох - изучение Тунисии, нравы, история, быт развернувшейся Африки будит во мне вовсе новую жилку предпринимателя, авантюриста".

Сегодня перспективы развития отношения между Россией и Тунисом -оптимистичны. Оптимистичны потому, что и россияне заинтересованы в развитии отношений с Тунисом во всех областях, и тунисцы заинтересованы в развитии отношений с Россией. Особый сектор взаимоотношений - это, конечно, культурные связи, которые очень активны. Тунисцы всячески поощряют культурные обмены, при этом они подчеркивают, что это важный составной элемент диалога культур, цивилизаций и религий. А этому они придают огромное значение.

Культурные обмены у нас очень интенсивны. Здесь регулярно бывают наши различные артистические коллективы, которые принимают участие в таких крупных фестивалях, как в Карфагене и Колизее Эль Джем.

Между двумя странами очень хорошее сотрудничество в научной области. В Тунисе состоялась конференция, организованная "ALECSA" (это арабская организация по вопросам образования, науки и культуры, то есть арабский аналог ЮНЕСКО) и нашим Институтом востоковедения на тему, опять же в рамках диалога цивилизаций, "Отношения между Россией и арабским миром". Прошла конференция на тему человеческих и гуманитарных обменов между Россией и Тунисом. И та, и другая получили освещение в средствах массовой информации и имели широкий резонанс.

"Среди тунисцев очень большой интерес к нашей культуре, - отмечает А.Б.Подцероб, ученый, дипломат. - Объясняется это, видимо, следующим: мы - страна европейская, но все-таки с очень сильным привкусом Востока и влиянием исламской цивилизации. Это один из тех источников, на основании которого сформировалась наша, российская цивилизация. И вот это ощущение того, что мы все-таки по национальному характеру, по культуре стоим к арабам ближе, чем Запад, оно существует повсюду в арабском мире, в том числе и здесь, в Тунисе".


из книги Н. Жерлицыной, Н. Сологубовского, С. Филатова "Диалог цивилизаций", 2006 г.