# Поэт -это наше все...

Александр Юрьевич Ступников

Один человек мне сказал, что поэзия - это мое.

Талант не зароешь- скромно ответил я и подумал - а деньги?


Дело было в Америке Началось все с того, что по почте я получил конверт с напечатанным на очень красивом бланке письмом.. И, как обычному мистеру, мне каждый день присылали кучу разного хлама в виде бесплатных рекламных журналов, модных гламурных буклетов и предложений о покупках или подписках. Везде, понятно, мне обещали скидки за то, что и так даром не нужно.

Бесплатно - это сколько?

Но письмо сообщало мне о мировом конкурсе поэзии. Условия его были просты. Мне, как творческому человеку, о котором устроителям конкурса как-то стало известно, что уже льстило, к определенному сроку предлагалось выслать по некоему адресу всего- навсего стихотворение из двенадцати, не более, строк. Причем, независимо

от языка написания - хоть на зулу.


Еще через какое-то время, сообщалось мне, будут подведены итоги конкурса и отобранные придирчивой комиссией стихи войдут в " Антологию избранной поэзии ХХ-го века". Кроме того, для финалистов будет собран специальный конгресс. Туда прибудут, уже давшие свое согласие, профессора престижных университетов США, а лучшие среди лучших поэтов получат специальные премии от 15 тысяч долларов и ниже.

Я сделал то, что на моем месте сделал бы каждый, кому уже нечего терять, кроме почтовой марки и собственной слюны. Пять минут заняло отпечатать на старенькой машинке с кириллицей свое стихотворение из восьми строк, включая дату. Понятно, на русском.


Поскольку у него не было названия, а я все-таки отвлекся от срочных переводов халтуры для местной желтой газеты, то обозлился и шлепнул вместо заголовка простое человеческое " Х-Й" из трех букв. Вот этот шедевр:


Кто может знать, что в мыслях

У глупца.

И у кого мы сами на примете.

- Как все-таки прекрасно жить на свете, -

Подумал окунь,

Глядя

На живца.

1983


И отправил, и забыл. Через месяц почта принесла новое письмо от устроителей конкурса. Оно было напечатано на прекрасной бумаге с золотыми буквами, а моя фамилия набрана готическим шрифтом. Хоть на памятник.

В письме, разумеется, на английском, сообщалось, что мое стихотворение под названием "Х-Й", (это на русском, как в оригинале) произвело оглушительное, если не сказать проще, впечатление на англоязычную публику и было признано одним из лучших в числе присланных.

А посему я попадаю в число финалистов конкурса и мой почти гениальный "Х-Й" отобран в " Антологию лучшей мировой поэзии ХХ-го века" И меня вскоре ожидают еще более приятные новости.


Не прошло и недели, как я получил третье письмо, состоящее из двух листочков. Один - самая настоящая грамота. Что-то вроде " Победителю конкурса "Великий поэт нашего столетия".

На другом мне предлагалось приобрести " Антологию..." с моим напечатанным шедевром под названием " Х-Й". Фолиант на прекрасной бумаге и в шикарной суперобложке, как и подобает для великих, стоил тридцать долларов. Если же я, разумеется, захочу приобрести два, три и более экземпляров для родственников, друзей, начальников, сослуживцев, друзей и подруг, то предоставляется скидка. Выкупай хоть тысячу томов - все твое.

Я не сомневался в том, что книгу напечатают и пришлют - этабыла честная идея хорошего заработка и одновременной радости тысячам честолюбивых авторов и их многочисленным родственникам. Но ничего не ответил. Не до них - надо было платить по текущим счетам....


Ан нет. Ребята оказались хваткими и действительно с размахом. После повторного напоминания о возможности выкупить фолиант с моим восьмистрочным шедевром я получил приглашение принять участие.... во Всемирном конгрессе лучших поэтов нашего века. Живущих, естественно.


Конкурс предполагался не где-нибудь, а в Лас-Вегасе. На неделю пребывания поэтам предлагались со значительной скидкой туристические пакеты, включающие перелет, устройство в многозвездочной гостинице и что-то там льготное при первом походе в казино.

Не исключено, напоминали мне, что ваше замечательное стихотворение "Х-Й" может получить на конгрессе призовое место, а это значит от пятнадцати тысяч долларов и меньше. Но все равно много.

- Еще бы, - скромно подумал я - Там ведь никто, кроме меня, не понимает по- русски. И не отозвался. И не получил премию, и не приобрел антологию. Тридцать долларов показались мне слишком мелкой ценой за славу такого великого поэта нашей эпохи как я. И мне удалось их скромно пропить за полученный ( и к сожалению утерянный в переездах по странам) золотой сертификат с приятелями из бара поэтов-авангардистов в Гринвич-Виллидже, что в даунтауне Манхеттена.


Через какое-то время, уже забыв о поэзии и благополучно избавляясь от советского комплекса полноценности на двух работах, не считая случайных заработков, я увидел в " Новом русском слове" платное объявление. Большое такое и в рамочке. " Вся дружная и многочисленная семья Хавкиных - было написано там - поздравляет Мишеньку с победой в финале на звание Лучших поэтов нашего века...." И дальше - мол, гордимся и так держать.


Трудно представить, сколько экземпляров " Антологии..." скупили родственники безымянного для поэзии Миши Хавкина, радость за которого переполняет и мое сердце. Всегда приятно сознавать, что в мире великих, пусть даже и поэтов, есть еще кто-то глупее тебя...


P/S Предлагаю заинтересованному лицу любой национальности, но при деньгах, войти со мной в долю по подготовке уникального в мировой практике издания " Поэзия ведущих бизнесменов современности" с указанием адресов их фирм, реквизитов и факсов.

В особых случаях анонимно предоставляется поэт с оплатой по договоренности.

Тайна авторства гарантируется. Тираж неограничен.

Акция будет проходить под девизом " Пора кончать. Дадим наконец элите интеллектуальное обеспечение".

Сегодня каждый бизнесмен может быть поэтом, если у него есть достаточно средств им стать.

Предложения и конверты присылать на домашний адрес - Александру Ступникову, единственному сертифицированному лучшему поэту ХХ-го века. С "..."-ем.