# Напряженье

Николай Владимирович Сундеев

(Конец 80-х, Кишинев)


1.


Прошиты дни

вибрирующей нитью

надрывных слухов.

Я не верю им.

Не верю, что пора кровопролитья

сгущается над городом моим.


Но все ж

непредсказуемым разбродом

грозит разбухшая,как никогда,

вражда не между властью и народом,

а межнациональная вражда.


2.


Этой ночью тревожной

думал: слухи не так уж глупы,

и казалась возможной

смерть от рук разъяренной толпы.


Этой ночью бессонной

всякий - близкий, далекий ли - звук

для души напряженной

был предвестьем неслыханных мук.


Пронеси ее мимо,

Боже, дикую эту волну!


...Страх ни с чем не сравнимый -

страх за сына

и дочь, и жену...


3.


В чем-то ты уже не тот,

и в душе -

следы надломов,

потому что прожил год

в ожидании погромов.


Страшен поворот судьбы -

рев национал-стихии,

бесноватый клич толпы:

"Чемодан - вокзал - Россия!"


Русский - оккупант и зверь,

вот и весь их сказ недлинный.


...Вновь стиральною машиной

подопрешь входную дверь


на ночь;

будет под рукой

молоток - твой друг надежный...


В чем-то ты

уже другой,

ибо понял: все возможно.


4.


Человек не может

быть самим собой:

человека гложет

страх перед толпой.


Ночь угрозой дышит

с четырех сторон.

Топот ног он слышит,

вопли, стекол звон...


Он в окно слепое

смотрит, в злую тьму.


Нет ему покоя.

Жизни нет ему.


5.


Вот он,

час испытаний,

он уже начался.

И потерь, и метаний

пролегла полоса.


Нету выбора, нету,

нет иного пути:

мне пристрелянной этой

полосою идти...