# Образ жизни

Светлана Эр

-Вставай! Вставай! На работу идти пора! - мать трясет Серегу за плечо.

-Не пойду никуда.

-У тебя условный срок. Забыл? Не пойдешь на работу, посадят, - она продолжает трясти его за плечи. - Вставай.

-Да, отцепись ты, - отталкивает он ее.

-Как ты с матерью разговариваешь?

-Достала уже!

Встал, натягивая на ходу майку. Голова тяжелая, во рту вонь от табака, алкоголя и какой-то дешевой закуски. Плеснул в лицо водой. Влез в джинсы, грязные ботинки, черную толстовку с капюшоном.

-Денег дай на трамвай.

-Ты вчера зарплату получил, - всполошилась мать. - Где деньги?

-Это мои деньги.

-Вот и катайся за свои.

-Не дури! - он схватил ее за халат. Оторвалась пуговица и покатилась по полу. - Денег дай!

Подошел к шкафу, вытащил из-под аккуратно сложенного белья деньги, отсчитал половину и ушел, хлопнув дверью.

Мать осталась сидеть на стуле, отрешенно глядя куда-то в стену.

Купил в киоске бутылку пива, влил в пересохшее горло.

На площади организованная толпа молча аплодировала. Никто не произносил речей, не размахивал флагами, не пел песен.

-Надейтесь, - хмыкнул он и пошел дальше.

-Стоять! - раздался за спиной злобный окрик. Оглянулся. Увидел полицейских с резиновыми дубинками.

-Че надо? На работу иду!

-Ну, иди-иди пока, - они стали вырывать из толпы особо приглянувшихся и заталкивать в машины. Никто не разбегался. Как в немом ужастике продолжали аплодировать.

Купил еще пива, смаковал потихоньку.

-Где носило? - набросился мастер. - Опоздал на полчаса.

-Аплодировал.

-Не ввязывайся. Накрутят по самое не могу.

-Аха, - нацепил оранжевую безрукавку и пошел укладывать тротуарную плитку.

Плитка к плитке, плитка к плитке...Серое пятно, еще одно серое пятно, еще одно...

-Покурим? - напарник протянул самокрутку.

-Тупой? В газету шмалец накрутил?

-А тебе разница?

Уселись на бордюре. Затянулись. Сидели, счастливые. Пришел мастер.

-Сволочи. Накурились.

-Обед, батя.

-Черт тебе батя. Дебилов присылают на работу.

-А ты академика хотел?

Плитка к плитке. Плитка к плитке. Девушки мимо идут, каблучками цокают. Снизу вверх на них приятнее смотреть.

-Э, тёлка, куда торопишься?

Носик презрительно сморщила, идет дальше.

Догнал. Заглянул в глаза. Реснички длинные. Взгляд из-под челки надменный, холодный. Смотрит, как на муху помойную.

-Вечером стусуемся?

-Ботинки почисти. Наркот.

-С-сука.

Проводил взглядом. Чистенькая. Духами пахнет. Села в машину крутую и укатила.

Сплюнул на асфальт: "Шмальца дай!" - крикнул напарнику.

Тот протянул самокуртку.

-Зацепила так?

-Селедка эта?

Вечером у подъезда встретился с пацанами. Все из одного двора. Пошли в "Подвал" пиво пить. Заказали водку и пиво. Потом снова водку. Девчонок вызванивали.

-Опять нажрался? - спросила одна из всех.

-Тебе дело?

-Пьяному не дам.

-А ты авансом.

Хохот. Дым.

-А пошли к Длинному на булькальку?

-Кальян водке не брат.

-А я брат.

-Гы-гы-гы...

Набулькались под завязочку. С девушкой в ванной закрылся. Она целовала его в губы, а он снимал с нее кофточку. Трусики порвал, дернув за нитку.

Свалились в ванну. Смеялись громко. Потом снова пили водку.

До дома рукой подать, но трудно идти. Перед глазами все плывет. Чуть добрался, упал у самых дверей и в куртку пытался укутаться, засыпая на бетонном полу.

Мать выглянула, разбудила, втащила в квартиру. Накрыла одеялом. Плакала у окна. Утром снова будила. Ругалась.

-Вставай! На работу пора!

-Деньги дай!

-Нет денег! Возьми там, где шлялся!

-Да, пошла ты!

Шел пешком. Потом влез в автобус. Подрезал у тетки кошелек. Понаблюдал, как на площади аплодируют. Спросил у деда из толпы:

-Не болят ладони?

-Душа болит.

-Цари все одинаковые, а Бог один. В церковь иди, дед. Помолись там за нас.

Плитка к плитке. Плитка к плитке. Самокрутка. Водка. Пиво. Мама. Слезы. Крики. Смысла нет. Потерян смысл где-то в прошлой жизни.

Зачем-то полез на крышу. Сидел там. Смотрел на звезды. А они подмигивали лукаво. Холодные и красивые. И каждая со своим смыслом. Разбежался. Прыгнул в небо.

- Эээх!!!

Мать в черном. Спрашивает у пацанов, зачем он это сделал? Зачем?

А те молча курят у подъезда. Пошли пиво пить на стадион. По бутылке на брата. Еще по бутылке.

-Эй, смотрите! - вскрикнула одна из всех, указывая рукой в небо. - Иллюзия одухотворенной красоты!

Пацаны, задрав головы, смотрят на звезды.