# Глава 4. Тамаз.

Эдуард Феликсович Святский

Тамаз призван был на службу за полгода до нас. Мальчик из грузинской деревни, почти не говоривший по-русски, получил от жизни армейской по первое число. Доставалось ему больше всех. Ночью во сне выкрикивал команды и матерился. Потом он понял службу, выслужился и стал ефрейтором. А по окончании учебки - сержантом и был оставлен воспитывать пополнение. Бедное пополнение!

Он выбирал жертву послабее и начинал издеваться. Засядет в ленинской комнате, новичка отправляет в бытовку (это через всю казарму, метров 20) и кричи через две стенки звание, имя, фамилию.

- Рядовой Янченко!

- Не слышу.

- Рядовой Янченко!!

- Не слышу.

- Рядовой Янченко-о-о!!!

- Громче.

Позабавится так минут двадцать (а выбирает человека с голосом послабее) и отправляет его в сортир очко зубной щеткой чистить.

А то повесит, кого послабее на перекладину и отжимайся 50 раз или виси полчаса. Парень падает, наутро руками шевельнуть не может.

Здорово он нам надоел, хотя лично нас и не трогал. Нас в казарме - полк. Полк, конечно, кастрированный. То есть, кадрированный. То есть 100 человек служат, остальные 900 - числятся из запасников. Мы, которые с высшим образованием, в другом отделении были. Но надоел он нам сильно. Был среди нас юрист - Олег К. Тоже после Университета. Пошел с нами в комсомольскую организацию, рассказали там про Тамаза, его на склад перевели. Все вздохнули с облегчением. Он тоже.