# Глава 40. Афган.

Эдуард Феликсович Святский

Сижу себе как-то на коммутаторе. Делать нечего - звонков много, не почитаешь. Приходится разговоры подслушивать. Вдруг звонит ком.дивизии нашему полкану (ком.полка). Опять вагон с углем? И вдруг: Надо, - говорит, - бойцов к Афгану подобрать. Значит, водителей там, тра-та-та, и... связиста.

Полкан тут же бодро перечисляет всех имеющихся осетин и чеченов, дошел до связистов, задумался.

- Связисты, - говорит, - ну кого бы, - (явно никого по фамилиям не знает) - вот Святский... - надо ж, вспомнил вдруг, зараза.

Афган тогда знали мало. Зеленые хотели туда, писали заявления, думали, гонять меньше будут. Но воевать не хотелось. Что я там забыл?

Подумать я не успел, сразу стал действовать. Отключил полкана, и ору сам в трубку, делаясь под пропитой полкановский голос: Святского нельзя, он - еврей.

Включаю опять полкана, тот себе продолжает - или Выставкина?

- Ну ты подумай там, - это нач.див. - И записку мне. Смотри там, кто еврей, кто - кто.

- Хорошо, - удивляется полкан.

Они отговорили, я сползаю под стул. А чего волновался-то, кретин? Кто ж дембеля отправит?

По вечерам приходил прапор, которого туда посылали, плакал: Вы смотрели программу "Время"? Наши танки горят как свечки. Мы его не жалели: Профессионал? Деньги за войну получаешь? Так воюй.

Так что я еще пару лет этот эпизод за комический считал. Страшно потом стало.

Пару недель спустя шли учения. Я опять на коммутаторе балдел. К вечеру завалился прапор-связист. Пьян, в... ну, сами догадаетесь. Догадались? Ну, так, куда больше... Стал он подслушивать. И вдруг как заорет в трубку: Врете, я жив! Через полчаса влетает Подзигун, зеленый, прапора трясет. Оказалось, тот прослушал доклад об итогах учений, там сказали, что он погиб под танком. Вот он и заорал на ухо нач.штаба дивизии. Получил, мало не показалось. А в Афган я, слава богу, не попал.