# Глава 41. Ленинград.

Эдуард Феликсович Святский

Весна уж близится. Мы в нетерпении. Мы - это полутарогодичники после институтов. Нас должны куда-то перевести, чему-то учить и офицеров присвоить. Да когда ж?

Наконец приходит приказ. Март-Апрель в Ленинградской области. На прощание сжег Подзигуну коммутатор. Случайно. Ночью мы спали на дежурстве, свет гасили, чтоб глаза не резал, а в коммутатор вставляли штырь с лампочкой и на звонок ставили, чтоб будил. Трезвонил он так - мертвого поднимет. Вот этот штырь и замкнул чего-то.

Подзигун, счастливый меня больше не видеть, даже не ругался. Да и чинилось это легко.

Приезжаем в новую часть. Встретились все, с кем начинали в учебке. Ну и другие, конечно. Служба кончилась. Спим, трепемся, никому до нас дела нет. В караулы ходим, но так, лениво - ни бодрствующей смены, ни контроля. Олег К. рассказывает ужасы из своего следственного багажа. Поймали по телеку Фимляндию, смотрим буржуев. Один эстонец пытается переводить. Не, по фински он понимает без проблем, вот только по-русски это высказать не может.

Звонит сестра. Она в Ленинграде. Пять дней. Скачу к какому-то начальнику.

- Ну, на тебе отпуск 5 дней.

Звонит она снова. Я ей - Жди в Выборге. Но из нашей дыры куда выбраться... До Выборга добрался к 24.00. Последняя электричка на Питер уже умотала. С сестрой.

Утром рву за ней. У меня три адреса друзей и знакомых. И ни по одному ее нет. Оказалось, у нас новые родственники там обьявились, путем чьей-то женитьбы. Вот про них-то я и не знал. Дома телефона не было. Так и не нашли друг друга. А в остальном погулял неплохо. музеи, кино, просто город. Да еще у знакомых "гражданку" выпросил. Что б не козырять всяким там. Лафа...