# Глава 6. Поспешишь - людей насмешишь.

Эдуард Феликсович Святский

Пришел как-то с ночной смены. Поспал слегка. Голова в тумане, но нельзя ж всю жизнь-то проспать. Надо до репетиции и сходить куда-нибудь. Вон в кино идет, говорили, чего-то интересного. Глянул в газету, времени в обрез. Сел на трамвай, поехал в центр. Полусплю. Вдруг в окно вижу очередь: ба да это ж мой любимый "Футбол-Хоккей" продают. Так, сзади еще трамвай, успею. Дверь открывается, я пулей вылетаю из вагона, краем глаза вижу, машины уже стоят, нет одна вроде едет... Дальше помню какой-то визг, дальше какие-то носилки, дальше - белые стены, оказывается: три дня в реанимации, все запасы крови в меня перекачали, спасибо, зав. реанимацией знакомый был. В общем, я побежал, успею мол, все уже стоят, транспорт ждут, а один микроавтобус газанул, спешил очень, пока эти там из трамвая повылезут, успею мол. Вот мы и встретились. За рулем милиционер был, но на чужой машине и без права на ней ездить. У друга взял для спешного дела. Ему тоже спасибо, не кинул бы меня тотчас в кузов и не угнал бы в больницу - не читали б вы всего вот этого. А звали его - ха-ха - как моего лучшего друга - Валера Кошелев.

Переломал я себе не все. А только, извиняюсь, задницу. То есть таз. Но зато сразу в шести местах. Ну там, еще по мелочи. Кожу со спины содрал и прочая ерунда.

Положили в больницу, кинули в гамак - пока спина не заживет - все равно нельзя ничего делать. Ночью видел сны: кости мол срослись неправильно, доктора говорят: будем его обратно под машину класть, все ломать, пусть правильно срастается.

Пока спина зажила, сделали рентген: все срастается как надо. Везет же тебе, - сказал счастливый лечащий. Еще бы: такой тяжелый больной, и все само путем. Лежи себе, балдей, пока не срастется, плюй в потолок. Только температура донимала: каждый день 40 и никуда. Искололи всего пенициллином, искапали, без толку. Через месяц отец им идею кинул: а ну как я к пенициллину невосприимчив? Проверили. Таки да. Заменили антибиотик и жизнь заиграла радужными красками.

Вот, жалко, за неделю до того страховщик привязался, я его послал, а зря. Но это еще ничего, вот Олю, которая Владимировна, со страхованием имущества донимали, раз отказалась - пожар, пришли еще, ну теперь-то чего страховаться? - затопило, в третий раз отказалась - обокрали, тогда застраховалась, больше ничего не происходило.

Приходил следователь. Показывал пуговицы. Я их опознал. Тогда он показал мне кучу свидетельских показаний, где стояло, что появился я с другой стороны, и что машина от меня увиливала, а я гнался за ней на третьей скорости и, финтом, обманув шофера, взял пример с Анны Карениной. Приезжал Олег К, следователь, с которым я в армии служил, советовал судиться. Не стал я с милицией связываться. Они ко мне приходили, мол, чем помочь, сказал: телефон поставьте - 25 лет на очереди, 8 - первые, сколько можно. Поставили, но не сразу и под давлением.

Ребята из театра были ежедневно. С гитарой, с песнями и анекдотами. Под конец лежать весело было. Родителей вот только вконец измучил.

Через три месяца отпустили домой. Полежал еще чуть-чуть, потом на костыли, очень быстро на палочку, а там и сам пошел. Как ничего и не было. Везет дуракам. Чуть позже дернул военкомат. Хотели на два года лейтенантом призвать. Их кто как посылал, но я решил радикально. Инвалид, говорю, куда к черту. Загнали в госпиталь. Проверяли. Ну, я дома с отцом порепетировал, приседал минут 20, вставал того дольше и все пытался на врача завалиться. Дали нестроевую и больше не дергали. Заодно очередное звание забыли присвоить. Нужно оно мне.