# Как у нас украли страну. Глава 11.

Владимир Станиславович Тормышов

Как у нас украли страну. Глава 11.


Правительство РФ опять отличилось.

Если раньше оно ДЕЛАЛО вид, что заботится о своих гражданах.

То теперь оно и делать вид перестало.

Судите сами.

Правительство РФ, чтобы не повредить росту экономики, вместо борьбы с инфляцией собирается компенсировать части населения рост цен, а спрашивать за инфляцию премьер-министр Владимир Путин будет с Центробанка.

Большего бреда я не слышал со времен выступления Ельцина, что он под поезд ляжет.

Специалисты утверждают, что повышение социальных расходов приведет к еще большему росту цен.

Как пояснил замминистра экономразвития Андрей Клепач, внутренняя причина инфляции — в разрыве растущего на 19-20% в год потребительского спроса и растущего в районе 6% предложения производителей. В итоге только за первую неделю президентства Дмитрия Медведева цены выросли на 0,5% (6,8% с начала года).

Прогноз Минэкономразвития, обещающий на май 1% инфляции, нереален, хором говорят экономисты. Эксперты издания утверждают, что в росте инфляции и отсутствии в этой области позитивных перспектив на ближайшие пару лет виноваты решения, принятые Владимиром Путиным в бытность президентом, и принимаемые сейчас.

За основу экономического развития России принят инновационный вариант развития, по которому ВВП будет прибавлять по 6,5% в год. Для этого государство будет инвестировать в экономику, и поощрять к инвестициям банки, привлекать внешних инвесторов — и наращивать социальные расходы.

В числе мероприятий правительства — уже утвержденный рост энергетических тарифов для населения, который добавит минимум 3% годовой инфляции и предложение Путина на 7 лет избавить нефтедобывающие компании от налогов.

Как вам такое?

Народ должен платить больше, а корпорации не платить вообще!

Они нас только дустом не пробовали травить!

Центробанк, оставшийся в борьбе с инфляцией без поддержки правительства, может лишь повышать процентные ставки или укреплять курс рубля. При этом, экономисты отмечают, что обе эти меры лишь привлекут в страну дополнительный спекулятивный капитал, который затруднит борьбу с ростом цен.

Говоря проще - правительство после выборов умыло руки, и послало народ на хуй.

Этот шаг заставил меня сесть за комп, и продолжить свой труд.

Вернемся к тому, где остановились.


Для нас, лозунг внутренней колонизации играет роковую роль уже по одному тому, что он тотчас укрепляет в нас то мнение, будто найдено какое-то спасительное средство своим "собственным трудом", тихо и мирно, как это соответствует пацифистскому настроению, обеспечить себе лучшее будущее.

Это учение, принятое всерьез, для РФ означает конец всякому напряжению сил в борьбе за то место под солнцем, которое нам принадлежит по праву. Если средний русский придет к убеждению, что и на этом "мировом" пути он может обеспечить свою жизнь и свое будущее, это будет означать конец всяким активным попыткам действительно плодотворной защиты того, что жизненно необходимо для нации.

Тогда пришлось бы сказать "прости" всякой полезной для РФ внешней политике, тогда пришлось бы поставить крест над всем будущим народа.

В этом отлично отдает себе отчет еврейство и мусульмане. Не случайно то обстоятельство, что эти смертельно опасные для нашего народа идеи в нашу среду проводятся более всего евреями, турками, и выходцами из мусульманского мира.

Евреи слишком хорошо знают нашего брата, они прекрасно понимают, что средний русский легко попадается на удочку того шарлатана, который сумеет ему доказать, будто найдено всеспасающее средство внести поправки к законам природы и сделать излишней жестокую безжалостную борьбу за существование. Такой средний русский охотно слушает, когда ему доказывают, что господином планеты можно стать и без тяжкого труда, а просто при помощи ничегонеделания.

Необходимо подчеркнуть со всей силой: всякая внутренняя колонизация в РФ должна иметь в первую очередь задачей лишь устранение известных социальных зол и, прежде всего устранение всякой спекуляции землей, но никогда внутренняя колонизация не будет в состоянии обеспечить будущее нашей нации без новых территориальных приобретений.

Если мы будем поступать иначе, то в кратчайший срок мы исчерпаем не только наши земельные территории, но и наши силы вообще.

Наконец необходимо иметь в виду еще следующее.

Политика внутренней колонизации приводит к тому, что данный народ ограничивает себя своей земельной территорией, а это в свою очередь имеет крайне неблагоприятные последствия для обороноспособности данной страны. К тем же последствиям приводит и ограничительная политика в области роста народонаселения.

Уже от одного объема земли, которой владеет данный народ, в сильной степени зависит его внешняя безопасность. Чем больше та территория, которой владеет данный народ, тем сильнее его естественная защита. Теперь, как и раньше расправиться с народом, расселенным только на небольшой стесненной территории, гораздо легче, нежели с народом, который обладает обширной территорией. Большая территория все еще представляет собою известную защиту против легкомысленных нападений неприятеля, ибо этот последний знает, что успехов он может достигнуть лишь в результате очень тяжелой борьбы.

Вспомните 2 мировую!

Гитлер дошел до Москвы, и мы его все равно победили!


Риск для нападающего настолько велик, что он прибегнет к нападению, лишь имея какие-либо чрезвычайные основания для этого. Таким образом, уже одна большая протяженность данного государства является известной гарантией свободы и независимости данного народа, и наоборот небольшие размеры государства прямо вводят в соблазн противника.

Реально дело пошло так, что обе первые возможности, о которых я говорил выше, были отвергнуты так называемыми национальными кругами нашего государства. Мотивы у них были, правда, иные, чем те, о которых мы говорили. Политика ограничения рождаемости была отвергнута, прежде всего, по мотивам известного морального чувства. Политику же колонизации забраковали с негодованием, подозревая в ней начало борьбы против крупного землевладения и даже против частной собственности вообще. Принимая во внимание ту форму, в которой проповедовалась политика колонизации, можно, пожалуй, сказать, что это подозрение было достаточно основательным.

В общем и целом мотивировка отклонения этой политики была не особенно искусной с точки зрения того впечатления, какое она должна была произвести на широкие массы, да и вообще мотивировка эта обходила суть вопроса.

С отклонением первых двух путей оставались только две последних дороги, которые могли бы обеспечить растущее население работой и хлебом.


Либо оставалось перейти к работе для вывоза, к политике усиленной индустриализации и усиленного развития торговли с тем, чтобы на вырученные средства покрывать потребности собственного народа.

С самых различных сторон и с самых различных точек зрения оба последних пути подверглись обсуждению, толкам, спорам. Одни защищали первый из них, другие - второй. В конце концов, возобладала именно последняя точка зрения.

Самым здоровым путем был бы конечно первый из этих двух путей. Приобретение новых земель и переселение туда излишков населения имеет бесконечно много преимуществ, в особенности, если говорить не с точки зрения сегодняшнего дня, а с точки зрения будущего.

Уже одна возможность сохранить в качестве фундамента всей нации здоровое крестьянское сословие имеет совершенно неоценимое значение. Ведь очень многие беды нашего нынешнего дня являются только результатом нездоровых взаимоотношений между городским и сельским населением. Наличие крепкого слоя мелкого и среднего крестьянства во все времена являлось лучшей защитой против социальных болезней, от которых мы так страдаем сейчас. Это, в конце концов, единственное решение, обеспечивающее нации возможность снискивать себе пропитание в своей собственной стране. Только в этом случае исчезает гипертрофированная роль промышленности и торговли, и они занимают здоровое место в рамках национального хозяйства, в котором существует должное равновесие.

Промышленность и торговля становятся в этом случае не основой пропитания нации, а только одним из подсобных средств для этого. Промышленность и торговля в этом случае регулируют только размеры производства, соответственно размерам потребления во всех областях национального хозяйства. Выполняя такую роль, они в большей или меньшей степени освобождают дело прокормления собственного народа от иностранной зависимости. Такая роль промышленности и торговли способствует делу обеспечения свободы и независимости нации, в особенности в более трудные времена.

Само собою, разумеется, что такая политика приобретения новых земель должна быть осуществлена не где-нибудь в Камеруне. Новые земли приходится теперь искать почти исключительно в Европе. Надо сказать себе спокойно и хладнокровно, что боги на небесах уж конечно не имели намерения, во что бы то ни стало обеспечить одному народу в 50 раз больше земли, нежели имеет другой народ. Не надо допускать до того, чтобы современные политические границы затмевали нам границы вечного права и справедливости. Если верно, что наша планета обладает достаточным количеством земли для всех, то пусть же нам дадут то количество земли, которое необходимо и нам для продолжения жизни.

Конечно, никто не уступит нам земель добровольно. Тогда вступает в силу право на самосохранение нашей нации со всеми вытекающими отсюда последствиями. Чего нельзя получить добром, то приходится взять силою кулака. Если бы наши предки в прошлом выводили свои решения из тех же пацифистских нелепостей, которыми мы руководились теперь, то наш народ едва ли обладал бы теперь даже третью той территории, какую мы имеем. Тогда нашей нации в нынешнем смысле слова и вообще не было бы в Европе. Нет, именно твердой решимости наших предков обязаны мы тем, что имеем сейчас и тем самым вообще имеем достаточную почву под ногами, дающую нашему государству и нашему народу определенные внутренние силы жить и бороться за будущее.

Еще и по другим причинам такое разрешение проблемы было бы самым правильным.

Ведь многие европейские государства ныне прямо похожи на опрокинутую пирамиду, поставленную на свое собственное острие. У многих европейских государств их собственно европейские владения до смешного малы в сравнении с той ролью, какую играют их внешняя торговля и т. д. Выходит так: острие - в Европе, а вся база - в других частях света. Только у Североамериканских соединенных штатов положение другое. У США вся база находится в пределах собственного континента, и лишь острие их соприкасается с остальными частями света. Отсюда-то и вытекает невиданная внутренняя сила Америки в сравнении со слабостью большинства европейских держав.

Пример Англии также не опровергает сказанного. Глядя на британскую империю, не следует забывать весь англосаксонский мир как таковой. Англию нельзя сравнить ни с каким другим европейским государством уже по одному тому, что Англия имеет так много общего в языке и культуре с США.

Только с этой точки зрения нам надо было оценивать в свое время степень пригодности всех тех союзов, которые заключала РФ. Для такой политики мы могли найти в Европе только одного союзника: Англию.

Только в союзе с Англией, прикрывающей наш тыл, мы могли бы начать новый великий поход. Наше право на это было бы не менее обосновано, нежели право наших предков.

Никакие жертвы не должны были показаться нам слишком большими, чтобы добиться благосклонности Англии.

Только полная ясность в этом вопросе могла привести к хорошим результатам.

В результате мы имели бы некоторое самоограничение для данной минуты, но обеспечили бы себе великую будущность.

Было время, когда Англия вполне готова была идти на такое соглашение.

На рубеже XX1 столетия Лондон пробовал начать политику сближения с РФ. Англичане исходили именно из предчувствия того, о чем мы говорили выше. Тогда-то впервые и можно было констатировать то явление, которое впоследствии не раз сказывалось в прямо ужасающих размерах. Мы, видите ли, ни за что не хотели допустить и мысли о том, что РФ будет таскать каштаны из огня для Англии. Как будто, в самом деле, на свете бывают иные соглашения, нежели основанные на взаимных уступках. А ведь такой союз с Англией был тогда вполне возможен. Британская дипломатия была достаточно умна, чтобы понимать, что какое бы то ни было соглашение с РФ возможно только на основе взаимных уступок.

Тогда дело не дошло бы до "мировой" войны.

А какую могущественную позицию занимала бы в этом случае ныне Россия!

И что же? путь, о котором мы говорили выше, признан был совершенно неприемлемым. В СССР ничего так не боялись как войны, а вели политику так, что война должна была неизбежна придти, да еще в очень неблагоприятный для нас момент. Люди, определявшие судьбы РФ, хотели, чтобы страна ушла от неизбежной судьбы, на деле же судьба настигла страну еще скорей. Мечтали о сохранении мира во всем мире, а кончили мировой войной.

Вот главная причина того, почему о третьем пути устроения будущего, о котором мы говорили выше, не хотели даже и думать. Люди знали, что приобрести новые земли можно только на востоке Европы, люди знали, что этого нельзя сделать без борьбы, и люди эти хотели, во что бы то ни стало сохранить мир. Лозунгом внешней политики уже давно не было "сохранение нации, во что бы то ни стало", ее лозунгом давно уже стало: "сохранение мира всего мира, во что бы то ни стало". Каковы оказались результаты - всем известно.

Мне еще придется об этом говорить подробнее. Ввиду всего этого осталась только четвертая возможность: усиленное развитие промышленности и мировой торговли, создание военного флота и завоевание колоний.

Такой путь развития на первый взгляд казался более легким. Заселение новых земель - процесс длительный, требующий иногда целых столетий. С нашей точки зрения в этом и заключается внутренняя сила этого пути, ибо тут дело идет не о мимолетной вспышке, а о постепенном, но зато основательном и длительном процессе роста. В этом и заключается отличие этого пути от пути быстрой индустриализации, которую можно раздуть в течение немногих лет, а потом убедиться, что все это оказалось просто мыльным пузырем. Гораздо быстрей можно построить флот, чем в тяжелой борьбе с рядом препятствий создать крестьянское хозяйство и заселить фермерами новые земли. Но зато флот гораздо легче разрушить, нежели сломить создавшееся крепкое сельское хозяйство.

Но если уж РФ пошла по избранному ею пути, то надо было, по крайней мере, ясно понимать, что и этот путь развития неизбежно в один прекрасный день приведет к войне. Только дети могли верить в то, что дружественными заверениями и добрыми фразами о длительном мире мы сможем в "мирном соревновании народов" получить и удержать свою долю колоний, не будучи поставлены перед необходимостью прибегнуть к силе оружия.

Нет, раз мы пошли по этому пути, то ясно, что в один прекрасный день Англия должна была стать нашим врагом. Совершенно нелепо было возмущаться по поводу того, что злая Англия, видите ли, решилась на наши мирные поползновения ответить грубостью сознававших свою силу эгоистов.

Конечно мы, добренькие, никогда не решились бы поступить, как англичане.

Политику завоевания новых земель в Европе РФ могла вести только в союзе с Англией и желательно с США.