# Притча про целеустремленность.

Владимир Станиславович Тормышов

Притча про целеустремленность.


Тормышов В.С.


Темень в лесу. Ночь. Одинокий медведь-шатун шел по канату, натянутому между сосен. Сосны стояли по краям пропасти, между ними была большое расстояние. Внизу было ущелье. Еще ниже была равнина, и там жили люди.

Его шатало. Шатало то ли от выпитой накануне водке, то ли по привычке. Он и сам не знал, почему его всё время шатало.

Он шел, а его шатало, но он всё равно упрямо шел и шел вперед. Иногда он чуть не падал. Он тогда останавливался. Махал лапами в разные стороны, чтобы сохранить равновесие. Делал небольшую передышку. Переводил дух.

Останавливался и думал:

-- Как я устал! Иду, иду, а конца-края не видно. Вот дойду - тогда отдохну.

И он упрямо шел вперед на задних лапах, маневрируя и поддерживая равновесие при помощи передних лап.

Шел снег, дождь, палило и жарило его солнце. Хотелось, есть и пить. Когда был дождь - он напивался вволю. Когда мела пурга он мерз, и ветер бывало не раз и не два, едва не сдувал его вниз.

Но медведь-шатун был упорен и целеустремлен. Он знал твердо, чего он хочет. И твердо решил достичь своей цели. Во что бы то ни стало. Он так решил.

Он шел вперед и размышлял о смысле жизни. Для него весь смысл жизни был в высокой миссии, для которой он был предназначен. Так ему казалось.

-- ну и что я медведь?

-- Ну и что, что я шатун? - Думал временами он.

-- У меня есть цель в жизни. И это главное.

-- Главное в жизни - это смысл. А моя жизнь, вся моя жизнь наполнена им. Смыслом. Я рожден, чтобы осуществить свою мечту. Свою цель.

Такие мысли одолевали его не раз и не два и тешили его самолюбие. Нельзя сказать, что медведь был тщеславен, нет, но он был преисполнен своим высоким предназначением и искренне гордился этим.

Прошло время. Не нам судить - мало или много. Это, смотря по каким меркам смотреть. По меркам тех, кто внизу спал в уютных хижинах со своими женщинами, и пил пиво, когда хотел - то может и не так много. Но с точки зрения медведя, который шел, и рисковал то и дело сверзнуться в пропасть времени прошла целая вечность. Или две вечности, или три...

Но однажды медведь-шатун всё же дошел до конца каната. Отдышался и...

Пошел назад. В триста двадцать четвертый раз.


Copyright ▐ Тормышов В.С. 2002