# Скрытые и явные враги Есенина

Владимир Станиславович Тормышов

Скрытые и явные враги Есенина.


"Надоело мне это блядское,


снисходительное отношение властей имущих,


а еще тошней переносить


подхалимство своей же братии к ним"


С. Есенин.


из письма Есенина от 7 февраля 1923 года к А. Кусикову


***


***

(Из дневника Виктора Андрониковича Мануйлова(1903-1987):


...

29 декабря 1925 года. Вторник. 29-е - несчастное для меня число. Сегодня в редакции "Молодой рабочий" узнал о самоубийстве Сергея Есенина. Целый день все не клеится, все думаю о нем.<...> О Ленине, говорят, так не жалели...


***


"Он, как поэт и офицер,


Был пулей друга успокоен..."


"На Кавказе"


С. Есенин.


***

(Из дневника Виктора Андрониковича Мануйлова(1903-1987):

...

В еще большее уныние повергла меня вся эта панихидная болтовня. Я выслушал все траурные заседания терпеливо. Скулили профессора о том, что, мол, "не уберегли паренька в лапоточках, поэта голубой Руси". Перевирая каждую цитату, тот самый "литературный деятель", который вчера еще ругался в редакции, теперь распространялся о трагедии поэта, выражавшего определенную идеологию определенного шатающегося слоя. Все эти самодовольные лицемеры, отворачивавшиеся от Сергея при его жизни здесь, среди нас, в Баку, - теперь говорили о потере величайшего русского поэта, бывшего чуть ли не другом всех этих ораторов, льющих крокодиловы слезы. Было жаль, что Сергей не может прийти сюда и запустить во всю эту публику увесистой бутылкой, - чтобы не трепались зря.


Конечно, ни на одном заседании я не выступал ни с речами, ни с воспоминаниями - слишком было тяжело, даже не от самой потери, но от всей этой гадости неудержимого словоблудия. И стихов не написал. Живому легче писалось, а теперь вот какая-то немота одолела - и начал было писать ругательное "На смерть Есенина" по адресу всей этой панихидной публики, но и того не докончил - не стоят они этого, и ругаться не хочется. Очень было трудно и тяжело. Только сейчас смог я вернуться к запущенной за эти дни переписке, чтению, работе; только теперь могу говорить и вслух вспомнить о Сергее"...


***


Есенин в письме к Кусикову от 7 февраля 1923 года:

"Тошно мне, законному сыну российскому, в своем государстве пасынком быть"

...

"Я перестаю понимать, к какой революции я принадлежал. Вижу только одно, что ни к Февральской, ни к Октябрьской".


***


А ныне я в твою безгладь

Пришел, не ведая причины:

Родной ли прах здесь обрыдать

Иль подсмотреть свой час кончины!

***


Они бежали от врагов

И от друзей сюда бежали.

Чтоб только слышать звон шагов

Да видеть с гор глухие дали.

...

***

"Страна негодяев":


Пустая забава,

Одни разговоры.

Ну что же.

Ну что же вы взяли взамен?

Пришли те же жулики,

Те же воры

И законом революции

Всех взяли в плен.


С. Есенин


***


"Мне тяжело с ними. Отец сядет под деревом, а я чувствую всю трагедию, которая произошла с Россией".

С. Есенин.


***


Грустно мы встретили Новый год. О Есенине как бы условились не говорить, но все думали о нем, и трудно было отвязаться от этой мысли. Я предложил два тоста: "За четыре искусства: искусство жить, искусство любить, искусство терпеть и искусство молчать".

(Из дневника Виктора Андрониковича Мануйлова(1903-1987)


***


Тема этой статьи неблагодарна и несозвучна с первой стороны с именем Есенина.

Казалось бы, какие у поэта могли быть враги?

Красавец.

Умница.

Коммуникабелен.

Гений.

Поэт.

Любимец партии, страны и литературы.

Однако не так все просто.

Ну что начнем тему гений и злодеи, то бишь личные враги Есенина?

Возможно, я ошибаюсь.

Возможно, эти все люди, о которых пойдет речь ниже - прекрасные и честнейшие люди, которые исполняли свой партийный и гражданский долг.

Им просто кто-то что-то приказал.

И совесть их чиста?

Мне вообще вот такие рассуждения достали еще в СССР.

И если человек сука и блядь, то я предпочитаю это прямо сказать, чем искать оправдания моральным уродам.

Возможно, я не прав.

Но пусть это будет моим грехом, за который я лично перед богом отвечу.

Большинство нижеперечисленных совестью не обладали и им было по хую что о них скажут потомки.

И вот я как их потомок в 2008 году скажу свое скромное мнение об этих людях.


Поводом для арестов поэта не раз служили доносы юрких, вертлявых товарищей: 1920-й, сентябрь - А. Рекстень, Шейкман; 1923-й, сентябрь - М. Роткин (Родкин); 1924-й, январь - Ю. Эрлих; 1924-й, февраль - С. Майзель, М. Крымский; 1924-й, март - братья Нейман.

Замечу от себя, что в этом списке нет ни одного русского человека.

Все до одного евреи.

Вообще, изучая жизнь Есенина сталкиваешься с необъяснимым среди его врагов - большинство - евреи.

Как будто ты не в СССР, а в Израиле.

Возможно, это мое личное мнение, но судите сами.

Доброхот Марк Родкин (Роткин), еврей, подслушав в столовой-пивной разговор Есенина с друзьями, в ноябре 1923 года сигналил в 46-е отделение милиции г. Москвы: "...когда они с неслыханной наглостью и цинизмом позволили себе оскорбить вождей русской революции, я понял, что это такие интеллигенты и 'литераторы', которые сознательно стараются при удобном случае дискредитировать и подорвать авторитет советской власти ее вождей..." (цит. по кн.: Сидорина Н. Златоглавый: Тайны жизни и гибели Сергея Есенина. М., 1995).

Вот список врагов поэта.

***


Альфред Рога.

Еврей.

Курьер.

Сноб.

Блядь, страдающая манией величия.

Сука, не смогшая простить обиды.

Стукач-гепеушник, начавший травлю Есенина, которая кончилась смертью поэта.

Поссорился с Есениным в поезде в 1925 году.

С его подачи на Есенина завели очередное уголовное дело, от преследователей поэт скрывался в психушке и потом уехал в Питер.

Судя по всему сука страшная.

Стукач, место которому у параши.

***

Юрий Левит.

Еврей.

Врач.

Он и дипкурьер Альфред Рога требовали сурово наказать Есенина за скандал в вагоне поезда Баку - Москва. Из опубликованных недавно заявлений истцов и объяснительной записки поэта видно, что конфликт навязан самими амбициозными "потерпевшими".


Дело принимало серьезный оборот. Не помогло заступничество Луначарского (его волновала, прежде всего, нежелательная огласка "дела" в белоэмигрантской печати). Кто-то более всемогущий отверг ходатайство наркома просвещения и поощрил раж судьи Липкина. Последний, узнав, что "хитрец" Есенин находится в психиатрической клинике, названивал туда, посылал за притворцем чекистов.

***


***


Крученых.

Начал травлю поэта еще при жизни.

Полная мразь.

Певец революции.

Зарабатывал на жизнь клеветой на Есенина.

Деньги не пахнут идеями?

***


Мариенгоф.

Мариенгоф одно время был другом.

И совладельцем Есенина:

1. Кафе

2.Издательства

3. Книжного магазина.

Пока Есенин ездил по заграницам благополучные предприятии развалил, обанкротил, деньги скорее всего присвоил.

Потом на свои уже деньги открыл свое кафе.

Есенину не перепало ни копейки.

Кидалово.

После этого Мариенгоф и Есенин стали врагами.

***


Гиппиус.

Еврейка.

Эта тетка просто ненавидела поэта.

Слава богу, особо не гадила.

Теперь несколько слов об отношениях Маяковского и Есенина.

При жизни их неоднократно сталкивали лбами.

Ни одному из них не нравились стихи оппонета.

Они ругали друг друга.

Но и уважали.

Подлости не позволяли ни себе ни в отношении друг друга.

Маяковского никак нельзя назвать врагом Есенина, хотя тот при жизни и критиковал Сергея Александровича.

Но критиковать и враждовать - вещи совершенно разные.

Хотя обижались они друг на друга порой довольно сильно.

"Я все так же Кольцова, Некрасова и Блока люблю. У них и у Пушкина только учусь. Про Маяковского что скажешь. Писать он умеет - это верно, а разве это стихи, поэзия? Не люблю я его. У него никакого порядку нет. Вещи на вещи лезут. От стихов порядок в жизни быть должен, а у Маяковского все как после землетрясения, да и углы у всех вещей такие острые, что глазам больно".

С. Есенин


***

Иван Петрович Овчаренко (псевд. Приблудный)

(1905-1937)

стихотворец.

Шестерка Есенина.

Как он сам себя называл "ученик".

Стучал на Есенина.

Возможно выполнял и иные поручения ГПУ.

Секретный сотрудник ГПУ с 1925 года. Репрессирован (см. его "дело" в книге: Куняев Станислав, Куняев Сергей. Растерзанные тени... М.: Голос, 1995).


***


Н. Н. Ходотов.

Актер.

Сноб.

Конфликт Есенина с актером Н. Н. Ходотовым освещался не раз в мемуарной литературе.

Скандал, как говорится, на весь город. Кто-то что-то не так ему сказал, а между тем не так и посмотрел. Он запустил бутылкой. В ответ полетела вторая... Одни из присутствовавших стали на сторону Есенина, другие - на сторону его противника.


***


Устинов Георгий Феофанович.

Русский, журналист.

Один из понятых, подписавший, якобы акт Горбова.

По мнению В. Кузнецова, Устинов вообще не был в "Англетере" в тот день.

Не вспоминает о его присутствии никто, кроме Эрлиха, кто был тогда, когда нашли Есенина мертвым в гостинице.

Но в контрольно-финансовых списках жильцов гостиницы (1925-1926) (24-й финансовый участок Ленинграда) имя поэта отсутствует.

Многие литераторы-современники Есенина прикладывались к бутылке не реже, если не чаще. Так, из переписки благополучного Константина Федина известно: пил он мертвецки, но за домашними занавесками. Любил заложить за воротник ленинградский поэт Илья Садофьев. Этот список легко продолжить. Но в глазах читателей они выглядели скромными овечками, их образ лепился газетами и другими средствами информации. Не имея возможности дискредитировать творчество Есенина, пользовавшегося небывалой в начале XX века популярностью в народе, его хулители кинулись на него самого.

В принципе, какой русский не любит выпить?

Водка - это наша национальная идея!

Бразильцы любят футбол.

Французы - женщин.

Русские женщин и выпить.

Убей, зарежь, не вижу ничего плохого ни в том, ни в другом.

Если все хорошо в меру.

И чтоб никто об излишествах не знал.

Лично я водку не люблю, а женщин у меня было чуть больше тысячи, но пива я выпил больше, чем все мои женщины вместе взятые весят.

И что?

Алкоголиком я не стал.

Бабником тоже.

Устинов вылил ушаты помоев на гроб усопшего 29 декабря 1925 года в ленинградской вечерней "Красной газете", где он время от времени печатался, наезжая в Северную Пальмиру. В той же газете "друг" представил своего знакомца законченным алкоголиком. И так писал человек, у которого обычно под кроватью валялась батарея пустых бутылок (по воспоминаниям хорошо знавшей его Н. М. Гариной, жены драматурга Гарина-Гарфильда).

Устинов как и его жена написали воспоминания о Есенине, в которых нет ни слова правды.

И знаете почему?

Да потому, что их тогда в Питере никто не видел.

Никто из прочих, кроме Эрлиха, кто оставил мемуары.

Вот так.

И воспоминания этой ГПУ-шной парочки - это лишь вуаль, закрывающая убийство поэта.

Устинов в 1932 году покончил с собой.

А.Я. Рубинштейн хорошо знала Устинова не только по "Красной газете", возможно, между ними даже когда-то существовала интимная связь, но это не имело большого значения. Она выполняла приказ: открыла страницы газеты потоку зловония, сочиняла статьи о Есенине.

Не забудем, стряпня эта до сих пор печатается в сборниках воспоминаний о поэте, вызывая десятки недоуменных вопросов.

Похоже, тайны она умела хранить, сказывался большой конспиративный опыт; в его свете "дело Есенина" для нее лишь эпизод.


Поднаторела она в кровавых интригах в газете "Красный набат" (1918-1919) - рупоре Политотдела 3-й армии. Бегло полистаем это издание, не забывая о нашей ведущей теме. Не удивляйтесь, - за шесть-семь лет до декабрьской трагедии в "Набате" вокруг А. Я. Рубинштейн уже незримо сплачивались разнокалиберные бесы, создавшие позже миф о добровольном уходе поэта из жизни.


***


Эрлих.

Вольф Иосифович Эрлих (1902-1937), стихотворец, секретный сотрудник ЧК-ГПУ-НКВД.

Еврей.

Стукач.

Любовник Гали Бениславской.

Умелый актер, который втерся в доверие к Есенину и стал его "шестеркой".

Пил и ел за его деньги.

Крал деньги поэта.

Участвовал в истории с убийством великого русского поэта.

Возможно, лично рук кровью и не замарал, но сделал все, что хотело от него ГПУ.

Продажная блядь, который продал Есенина,

и при жизни, и предал после смерти.

Предатель.


***

Сосновский.


Еврей.

Редактор "Бедноты".

Он - ненавистник Есенина,- Лев Сосновский. с первого номера (25 января 1918 г.) "Красной газеты", основанной Володарским, ее соредактором и активнейшим сотрудником выступал... Лев Сосновский, позже взявший на себя прокурорские обязанности по отношению к Есенину. Для тех, кто не знаком с пером "экса", соучастника убийства Николая II, одна цитата из его статьи "Развенчайте хулиганство":


"В этом жутком логове (имеется в виду, конечно же, кабак) формируется идеология Есенина, которого (не с похмелья ли?) нарекли "великим национальным поэтом" (выделено автором) и вывесили плакат без всякого протеста со стороны коммунистов, руководителей Дома Печати".


Доминанта иррациональной ненависти понятна. Кипящий злобой "картофельный журналистик" (характеристика Сосновского Есениным в его статье "Россияне"), абсолютно чуждый русской культуре, да и вообще любой культуре, вопиет: "Только теперь спохватились, что с есенинщиной надо бороться". И далее совсем нагло: "Уже прошел первый угар, вознесший этого свихнувшегося талантливого неудачника чуть не в великие национальные поэты".


***

Кусиков Сандро.

Чеченец.

Сексот ГПУ.

."...Кусиков паразитировал на многих известных поэтах", - писал знавший его прозаик С. Д. Спасский (С. А. Есенин: Материалы к биографии. М., 1992. С. 199).

Постукивал по мере надобности на Есенина.

Тот ему, как ни странно доверял.

Кусиков спаивал Есенина.

Бессовестно пользовался деньгами поэта.

Пил, ел, спал с бабами за счет Есенина.

И совесть его при этом была спокойна.

С первых же выпусков "Красная газета" публикует заметки Ал. Сандро (Кусикова), ласкового врага Есенина, грозившего ему в 1923 году запрещением въезда в СССР после путешествия за границу с Айседорой Дункан. Сегодня отпали сомнения в том, какому идолу служил Сандро-Кусиков, эмигрировав в Париж. Да он и сам почти не скрывал своей хорошо оплачиваемой тайной работы (см. его признание в сборнике "Русское зарубежье о Есенине"). Последний, излишне доверчивый, по пути из-за границы домой написал Кусикову о своем категорическом неприятии Февраля и Октября. Легко догадаться, что письмо не осталось в личном архиве адресата.


***

Бухарин.

Через четыре года после смерти поэта Бухарин напишет "Злые заметки" с целью морально добить Есенина.

Высокопоставленная продажная блядь и политическая проститутка был этот Бухарчик.

...

В них Пушкин,

Лермонтов,

Кольцов,

И наш Некрасов в них.

В них я.

В них даже Троцкий,

Ленин и Бухарин.

Не потому ль моею грустью

Веет стих,

Глядя на их

Невымытые хари.


"Русь бесприютная"

Есенин.


Да, Есенин вернулся в 1923 году в Россию "не тем, что уехал".

Литературовед В.А. Вдовин подметил, что дерзкие строчки Есенина в "Руси бесприютной" могли послужить Николаю Бухарину личным мотивом для недовольства его поэзией в известной статье "Злые заметки" (Правда. 1927. 12 янв.). Коля Балаболкин (так именовал Бухарина Троцкий) добивал усопшего поэта испытанным большевистско-интернациональным оружием: "Идейно Есенин представляет самые отрицательные черты русской деревни и так называемого 'национального характера'.


***

Елькович.

Не менее сложными путями удалось "собрать" хронику жизни Якова Рафаиловича Ельковича. Он возглавил "Красную" с 22 января 1925 по 1 января 1926 года, то есть именно при нем красногазетчики изощрялись в очернении Есенина. Статьи и заметки готовились срочно в номер, в них немало путаницы, материалы не согласовывались со "Сменой", "Ленинградским рабочим" и другими здешними газетами.

"Красная газета" первой поместила информацию о смерти Есенина 28 декабря 1925 года.

С её подачи нерасследованное убийство поэта стало именоваться самоубийством.

Этот еврейчик явно действовал с подачи ГПУ.

Я жил в СССР, и я не верю, чтобы у нас в СССР, что-то было напечатано без согласования с партийным и иным руководством.

НИ СЛОВА БЕЗ СОГЛАСОВАНИЯ.

Этот еврей был одним из главных идеологов травли Есенина после смерти.

Сука он был,

и ненавидел все русское, вытравливая все национально-российское из тогдашней литературы и культуры.


28 декабря, когда еще не состоялась судмедэкспертиза тела поэта, "вечерка" известила о его самоубийстве, показала "Красные клыки" (так называлась стенная газета при редакции). Ложь тут же подхватили ТАСС, РОСТА, зарубежные агентства.


Этот подлый еврей взял заказ ГПУ и написал что НАДО.


Начнем с ленинградской "Новой вечерней газеты" ("НВГ"), ее так же, как и "Красную газету", курировал Я.Р. Елькович. "Новая" не менее авантюрна, чем "Красная". 29 декабря "НВГ" напечатала подборку материалов о кончине Есенина, среди прочих - репортаж, как уже упоминалось, писателя Николая Брыкина "Конец поэта". Автор явно не появлялся в "Англетере", а просто поставил свое имя под чьей-то стряпней - достаточно сказать, что репортер изобразил "самоубийцу" обутым в сапоги, хотя на ногах Есенина были туфли.

***

Сусанна Map.

Имажинистка.

Сусанна Map, мечтавшая стать духовной музой ленинградских имажинистов (из воспоминаний Вадима Шершеневича), написала в номере "НВГ" слезливо-фальшивую заметку, в которой фигурирует покинутая поэтом заплаканная Анюта. Что ни абзац - пошлые выдумки.

***

Александр Флит.

Сатирик.

Позволим себе полностью скопировать "маленький фельетон" журналиста-сатирика Александра Флита, претендовавшего на роль советского Козьмы Пруткова. Вчитайтесь, пожалуйста, в это сочинение.

ХОРОШИЙ ГУСЬ


(Строки из дневника)


Декабря 9-го. Я, крестьянский гусь-середняк Селижаровской волости Осташковского уезда Тверской губернии, деревни Первозвановка, от Машки-гусыни и Мишки-гусака, 22-х фунтов живого веса, прибыл сего числа в партии гусей-односельчан в Ленинград и поступил на склад Губгусьпрода.


Декабря 11-го. Держат в клетках. Теснота невообразимая. Питание отвратительное. Некоторые панически настроенные элементы уверяют, что нас скоро под зарез. Позвольте! Но ведь рождественский гусь - вопиющий предрассудок, это - религиозный дурман, это пережиток старого режима?!


Декабря 15-го. Четыре дня не брался за свое гусиное перо. События потрясли меня. Дорогого дядю Петра Никанорыча вчера отделили в числе сотни отборнейших, жирнейших гусей выпуска 23-го года, зверски убили и погрузили в порту на Лондон, в адрес английской мещанской утробы.

Это у них называется экспортом битой птицы.


Декабря 17-го. Дни за днями катятся. Худею не по дням, а по часам...

Декабря 19-го. Вчера забрали соседа слева, сегодня забрали соседа справа. От страха у меня сделалась гусиная кожа. Но протесты бесцельны...


Декабря 21-го. Я знаю, что мне делать. Я - сознательный гусь, утру нос Губгусьпроду и брошу вызов всей человеческой утробе.


Прощайте, пока прощайте, мама, прощайте. Первозвановка Селижаровской волости Осташковского уезда Тверской губернии.


Протокол осмотра продажи живсекции Губгусьпрода.

Декабря 23-го, 1925 года, мы, нижеподписавшиеся, осмотрев партию гусей в 50 штук, запроданную ресторану "Кашира пьяная" и предназначенную к переводу в убойный отдел, составили настоящий акт о нижеследующем:

- из партии в 50 гусей, 50-й гусь найден повесившимся на крюке клетки и как погибший насильственной для гуся смертью, согласно инструкции Ветздравотдела, сдаче не подлежит.


Подписи. Место печати.


Александр Флит.


***


Мансуров. Бергман.

Есенин - известный человек сидит одиноким отшельником четыре дня в своей полуподвальной обители, никуда не выходит, встречаясь, за двумя-тремя исключениями, совсем с незнакомыми людьми. 27 декабря, согласно мемуарной лжи Мансурова, устраивает пир, обильно сдобренный водкой и праздничным гусем, а по "наводке" Бермана, - выставляет чуть ли не десяткам гостей многочисленные графинчики и закуски на "длинном столе", а сам в это время дрыхнет пьяный на кушетке с зажатой в зубах папироской. Сработано топорно-грубо. "Гостиницы для приезжающих торгуют как обычно, - информирует 24 декабря 1925 года 'Новая вечерняя газета', - но без продажи пива и крепких напитков".

Наглая.

Наглейшая ложь.

Как стало известно благодаря В. Кузнецову и его исследованию о смерти Есенина, - Есенин не жил в "АНГЛЕТЕРЕ".

***

Блюмкин.

Чекист.

Авантюрист.

И вообще редкостная сволочь.

Еврей.

Немцы ненавидят евреев.

Евреи временами тем же отвечают немцам.

Убийца немецкого посла Мирбаха.

Не раз писали и говорили, что сразу же после гибели Есенина в "Англетере" видели Блюмкина.

Блюмкин был не только специалистом по "мокрым делам", бичом врагов мировой революции, но и настоящим профессионалом по части подделки чужого почерка.

А. И. Солженицын, встречавшийся в лагере с зеком М. П. Якубовичем, в прошлом чекистом, передает в "Архипелаге ГУЛАГе" его воспоминание: "...в конце 20-х годов под глубоким секретом рассказывал Якубовичу Блюмкин, что это он написал так называемое предсмертное письмо Савинкова, по заданию ГПУ. Оказывается, когда Савинков был в заключении, Блюмкин был постоянно допущенное к нему в камеру лицо - он 'развлекал' его вечерами. <...> Это и помогло Блюмкину войти в манеру речи и мысли Савинкова, в круг его последних мыслей".


В 1924 году чуть не убил Есенина.

...Однажды в Баку Блюмкин в Есенина пытался разрядить в него свой револьвер, но поэту удалось бежать и вооружиться для самозащиты. Такая предусмотрительность была не лишняя: грозивший самосудом человек слыл психопатом. Неудивительно, - в свое время петлюровцы изувечили его до полусмерти, выбили все зубы и выбросили на железнодорожные рельсы. Четырежды его находили пули "контры" (в июне 1918 г. киевские эсеры, мстя за предательство, тяжело ранили его в голову), дважды его резали ножом - было от чего стать психом.

25 октября 1920 года тот же авантюрный товарищ "взял на поруки" Есенина, тогда в очередной раз попавшего в подстроенный чекистами капкан. Не раз встречались они в кафе, где растерявший нервы тип иногда пугал знакомых расстрелом, заполняя на их глазах подлинные бланки ОГПУ.

Слово есенинскому приятелю, сотруднику тифлисской газеты "Заря Востока" Николаю Вержбицкому: "...вдруг инспектор начал бешено ревновать поэта к своей жене. Дошло до того, что он стал угрожать револьвером. Этот совершенно неуравновешенный человек легко мог выполнить свою угрозу. Так оно и произошло. Ильин (ошибка мемуариста, действительная конспиративная фамилия Блюмкина - Исаков) не стрелял, но однажды поднял на Есенина оружие, что и послужило поводом для скорого отъезда поэта в Тифлис в начале сентября 1924 года.

Через несколько дней Есенин вернулся в Баку за своими товарищами, получив от них уведомление о том, что Ильин куда-то отбыл.


Вторично приехав в Тифлис и остановившись в гостинице "Ориант", Есенин снова неожиданно столкнулся в коридоре с Ильиным. Это сразу испортило ему настроение" (Вержбицкий И. Встречи с Есениным: Воспоминания. Тбилиси, 1961. С. 23).


В своей "Краткой автобиографии" (2 ноября 1929 г.) Блюмкин рассказывает: "В 1908 г., восьми лет, я был отдан в бесплатное еврейское духовное начальное училище (1-ю Одесскую Талмуд-Тору). Училище я окончил в 1913 г. <...> 13 лет я был отдан в училище, в электротехническую мастерскую.<...> Подлинно каторжные горькие условия жизни ремесленного ученика у мелкого предпринимателя в эту эпоху настолько общеизвестны, что на них не стоит останавливаться. В связи с ними скажу лишь только то, что именно к этому периоду моей жизни относится появление во мне - полуюноше - классового чувства, в последствии облекшегося в революционное мировоззрение"[23 - Здесь и ниже соответствующие цитаты приводятся по брошюре: Леонов Борис. Последняя авантюра Якова Блюмкина. М.: Отечество, 1993.].

В самом начале 1918 года вертлявый юнец командовал революционным "Железным отрядом", сформированным в его родной Одессе; позже комиссарил в 3-й армии (Румынский и Украинский фронты); с мая по июль того же года возглавлял - подумать только! - первый отдел ВЧК по борьбе с международным шпионажем.

Некоторые авторы, исследовавшие тайну гибели Есенина считают именно его, Блюмкина убийцей Есенина.


***

Г. Лелевич.


Еврей.

Г. Лелевич (наст, имя - Лабори Гилелевич Калмансон, 1901-1945), критик вульгарно-социологического толка, один из ненавистников Есенина и организаторов его

прижизненной и посмертной травли.

Г. Лелевич, предпочитавший лирике Сергея Есенина фельетонную бойкость Василия Князева, классической русской литературе - пролеткультовскую трескотню. Из дневника ленинградского критика Ин. Оксенова узнаем, что Лелевич, комиссаривший в российской печати, вмешивался в содержательную направленность посмертных статей о поэте, стремясь возможно больше исказить его человеческое и творческое лицо. После XIV съезда РКП (б) карьера двадцатичетырехлетнего "неистового пропагандиста" мировой революции пошла на спад, и кончил он так же печально, как и многие его бывшие сообщники по "опертройкам".

Есть люди, которые стоит тебе умереть начинают такую грязь на тебя лить, что просто тошно становится.

Мерзейшее такое ощущение...

Ты им вроде бы ничего плохого не сделал, а эти падлы обливают тебя так искусно грязью...

Так было и после моей смерти.

Бывают суки в русских селеньях!!!


***

Макаревич. А. М. (Петров П.П.) Он же Бытов.

Еврей.

Революционер.

Мразь.

Чекист.

Александр Михайлович Макаревич (П. П. Петров) рано ступил на стезю борьбы с царизмом, состоял в разного рода Комитетах и Советах. Себя не выпячивал, предпочитал оставаться в тени, имея склонность к художествам. Заметили, пригласили в Петроград следить за направлением умов. Но авантюрная, подпольная натура Макаревича-Петрова, по-видимому, заскучала, и скоро он перешел в штатные сексоты ГПУ.

Служил, надо отдать ему должное, профессионально, мастерски, почти не оставлял следов.

Причастен к убийству Есенина.

Финал судьбы лже-Петрова печальный. Из справки архива ФСБ: "Арестован 2 сентября 1952 года. Обвинялся в преступлении, предусмотренном ст. 58-10 ч. 1 УКРСФСР, то есть в том, что занимался изготовлением и распространением антисоветских документов, в которых возводил клевету на учение марксизма и на одного из руководителей ВКП (б) и Советского правительства".


***

Аршавский-Сыркин.

Аршавский-Сыркин достаточно "наследил" в печати в связи с трагедией в "Англетере", и вполне будет оправданно включить его имя в есенинский "черный список". Свои троцкистско-зиновьевские конспиративные связи (Г. Е. Горбачев, Яковлев, Семечкин, Ямщиков) раскрыл в 1934 году, когда его "чистили" на одном из партийных собраний. Между прочим, каявшийся парт-муж заявил: "Я знал людей, которые подумали, что убийство (С.М. Кирова) - это единоличный акт. Я же сразу понял, что за ним (неким военным чином из Политотдела Балтфлота) стоят люди - те, кто вел подкоп".

Сидел. Потом воевал.

Внес свою мерзкую лепту в оплевывание Есенина.

***

Троцкий. (Лейба Бронштейн).

Еврей.

Коммунист.

Убийца.

Политическая проститутка.

Ненавидел Ленина, Сталина, Есенина и вообще весь русский народ.


***


"Уже давно стало непреложным фактом, как бы не хвалил и не рекомендовал Троцкий разных Безыменских, что пролетарскому искусству грош цена..."

(Россияне. 1923).

Есенин.


***


Давно стало общим местом наблюдение, что облеченные властью тираны и диктаторы нередко баловались искусством. (Ленин питал слабость к музыке, Сталин - к стихам, Гитлер - к живописи.) Троцкий, в молодости переводивший на украинский язык басни Крылова, мнил себя большим эстетом в литературе. Некоторые его оценки творчества современников самостоятельны, не лишены наблюдательности и лихости ума.

"Стиль - это класс, - пишет он, - и не только в художестве, но, прежде всего в политике".

После возвращения поэта из-за границы Троцкий писал:

"Воротится он не тем, что уехал".

Есенинская Русь противоречит любимому детищу Троцкого - мировой революции. И хотя поэт распевал с Дункан в Европе "Интернационал", доверять ему нельзя, его сольные концерты лишь бравада и фронда. Чтобы иметь "право на песнь", его, это право, нужно заслужить верностью РКП (б).

Критик Ин. Оксенов 20 июля 1924 года записал в "Дневнике": "...когда Троцкий сказал Есенину: 'Жалкий вы человек, националист', - Есенин якобы ответил ему: 'И вы такой же'.


Поэт уже давно стал внутренним эмигрантом.

Он пишет:


"Отдам всю душу Октябрю и Маю.

Но только лиры милой не отдам".

Есенин.

***

"Если партия потребует, дорогой товарищ, не только лиру, но и голову отдашь, - не таких обламывали. Еще не забыто, как кудрявенький деревенский мальчишка читал стишки вдовствующей императрице и великим княжнам".

Троцкий.

***

Есенин, мог полагать Троцкий, - социально опасный элемент.

Есенин почувствовал неладное, сбежал; вероятно, вспомнил, как Ганин однажды в кабаке предлагал ему шутя пост министра просвещения в новом правительстве. Хороши шуточки! Партия будет с корнем выдирать инакомыслие. Недавно бахвалился, что у него сохранилась телеграмма Льва Каменева, в которой тот в феврале 1917-го благодарил великого князя Михаила за отречение от престола. Хвастун бросил тень на единство наших рядов.

Я писал в своей статье "Скандал Есенина в Бронксе" о скандале Есенина в США в городе Бронксе.

http://www.litsovet.ru/index.php/author.page?author_id=3531

(Цикл "Есенин)


Напомню,

скандал был связан с евреями.

Троцкий был еврей.

И ненавидел тех, кто в свою очередь говорил что-то плохое про представителей его нации.

Национальное чувство у трибуна революции было развито.

Есенин стал, поэтому одним из тех, кого стал ненавидеть Троцкий.

И с кем Троцкий стал бороться.

В ноябре 1923 года кучку "мужиковствующих" рифмоплетов - опять во главе с Есениным - прорабатывали общественным товарищеским судом (председатель Сосновский) в Союзе писателей. Скандалисты сумели тогда выкрутиться, и не в первый раз. Но, видно, побывки на Лубянке Есенину не пошли впрок.


Троцкому многое известно о его антисоветских проделках, он, наивный деревенщина, и не подозревает, что глаза и уши партии везде, даже в постели. Его подруга, Галина Бениславская, по своей "дури", кое-что рассказала Льву, сыну Троцкого, об откровениях Есенина, когда разводила амуры. Неоднократно Льва Давидовича информировал об опасной болтовне Есенина Яков Блюмкин, надежнейший младший товарищ-чекист. Говорят, он в Баку однажды чуть не застрелил говоруна, когда тот сказал лишнее. Перепуганный Есенин тогда сбежал в Тифлис.


Так мог думать Троцкий - мы ничего лишнего не присочинили, есть документальный материал для более резкого внутреннего монолога "вождя".

Врага Есенина не устраивала его чуждая Октябрю поэзия последних лет, о чем сам "архитектор революции" и напишет в статье, напечатанной в "Правде" 19 января 1926 года: "Поэт погиб потому, что был несроден революции".

***

Рязанский скандалист позволял себе и личные резкие выпады против членов Политбюро ЦК РКП (б), характеризовал Гражданскую войну как "дикость подлую и злую", сгубившую тысячи прекраснейших талантов:


В них Пушкин,

Лермонтов,

Кольцов,

И наш Некрасов в них.

В них я.

В них даже Троцкий,

Ленин и Бухарин.

Не потому ль моею грустью

Веет стих,

Глядя на их

Невымытые хари.


"Русь бесприютная"

Есенин.

***

Внешне Лейба выступал, чуть ли не радетелем Есенина. После его возвращения из-за границы даже хотел его "приручить", предлагая ему возглавить новый литературный журнал. Тогда они не смогли договориться. Поэт тоже был не лыком шит, иногда публично говорил о своей, так сказать, лояльности к всесильному "вождю революции". На самом деле все было намного острее и сложнее.

Они ненавидели друг друга.

Исследователи доказали, что прототипом Чекистова в есенинской поэме "Страна негодяев" послужил Троцкий, как и литературный персонаж, одно время живший в городе Веймаре.

Не исключено, что до Троцкого могла дойти фраза Есенина, сказанная в Берлине писателю-эмигранту Роману Гулю (опубликовано): "Не поеду в Россию, пока ею правит Троцкий-Бронштейн. <...> Он не должен править".

"...мы в русской литературе не хозяева..." (из письменного показания поэта в милицию от 21 ноября 1923 г.).

19 января 1926 года в своей статье о Есенине Троцкий пишет: "Больше не могу, - сказал 27 декабря побежденный жизнью поэт, - сказал без вызова и упрека..." И далее: "Только теперь, после 27 декабря, можем мы все, мало знавшие или совсем не знавшие поэта, до конца оценить..." - и прочее: "...каждая почти строка написана кровью пораненных жил", "сорвалось в обрыв незащищенное человеческое дитя!".

Какая хитрая витиеватость и позерство!

Именно двое лидеров партии Троцкий и Бухарин, два революционных мужа ненавидели Есенина, и возможно кто-то из них и дал команду к травле, возможно устранению и убийству поэта.

Хотя возможен вариант, что смерть Есенина была случайной на допросе в соседнем с "Англетером" здании ГПУ.

А гостиница и ГПУ соединялись общими подвальными помещениями.

"Так, даже в самом остром вопросе - убийство человека человеком - моральные абсолюты оказываются совершенно непригодны. Моральная оценка, вместе с политической, вытекает из внутренних потребностей борьбы".

Троцкий.

***

Троцкий считал убийство оправданным средством утверждения коммунистической идеи. "Мы должны, - писал он, - превратить Россию в пустыню, населенную белыми неграми, которой мы дадим такую тиранию, которая не снилась никогда даже жителям Востока. Путем кровавых бань мы доведем русскую интеллигенцию до полного отупления, до идиотизма, до животного состояния..."

Есенин мешал исполнению плана антихриста и сознавал уготованную ему незавидную судьбу:

***

И первого

Меня повесить нужно,

Скрестив мне руки за спиной,

За то, что песней

Хриплой и недужой

Мешал я спать

Стране родной.

С. Есенин.

***

Так, "трибун революции" мог узнать себя в поэме "Страна негодяев" в образе комиссара Чекистова, "гражданина из Веймара", приехавшего в Россию "укрощать дураков и зверей". Он презрительно говорит красноармейцу Замарашкину, в лице которого представлен политически наивный крестьянский люд:


Я ругаюсь и буду упорно

Проклинать вас хоть тысячи лет,

Потому что...

Потому что хочу в уборную,

А уборных в России нет.

Странный и смешной вы народ!

Жили весь век свой нищими

И строили храмы Божии...

Да я б их давным-давно

Перестроил в места отхожие.

"Страна Негодяев"

Есенин.

***

Станислав Куняев убедительно доказал, что прототипом Чекистова был Троцкий, одно время живший в эмиграции в городе Веймаре. Хорошо известны его многочисленные тирады об "отсталости" русского народа. Ныне известно и секретное письмо Ленина от 19 марта 1922 года, в котором он предлагает членам Политбюро программу физического уничтожения православного духовенства и изъятия церковных ценностей. Руководителем чудовищного плана официально должен был выступить М.И. Калинин, но фактическим исполнителем намечался Троцкий, о чем Ильич строго предписывал помалкивать.


Бывшему наркомвоенмору пришлось подумать, прежде чем назначить устроителей небывалого кошмара - устранения Есенина.

Сообщники скоро нашлись.

Это:

1.Георгий Феофанович Устинов, журналист. Темная лошадка в сокрытии следов убийства Есенина. Избранна роль лжеопекуна поэта в "Англетере", так как был удобной фигурой для создания нужного мифа (приятель поэта и т. д.). В свою очередь, Устинов чуть ли не первый сочинил о своем военном начальнике книжечку "Трибун революции" (написана в 1918 г., издана в 1920 г.), в которой поднял Троцкого до небес: "джентльмен революции", "пламенная карающая десница революции", "Горьковский Данко", "пламенный революционный трибун", "экстракт организованной воли", "лицо Троцкого - лицо русской революции".

Устинов называет проходимца-спекулянта, позже агента кайзеровской Германии, предателя России, Гольфанда-Парвуса (духовного наставника Ленина и Троцкого) "человеком больших знаний и выдающегося политического и литературного дарования".

2. Василий Князев.

Василий Васильевич Князев, сын тюменского купца, владельца двух магазинов, стихотворец-фельетонист, псевдоним Красный Звонарь, богохульник, сторожил тело Есенина в ночь с 28 на 29 декабря 1925 года в Обуховской больнице.

Сообщник по клевете на замученного Есенина.

покрыватели убийства Есенина не могли допустить даже внешнего осмотра трупа случайными людьми: настолько он, вероятно, после пыток был обезображен.

Князев, сексот ГПУ ночевал в морге с целью не допустить осмотра тела поэта.

Напомню тем, кто из морга никого не забирал, что морг это еще и место, где гримируют трупы.

При этом так накладывают грим, что диву даешься.

Заретушировать можно очень многое.

Сохранившиеся протоколы собраний красногазетчиков помогают представить личность поэта-ремесленника: анархист по натуре, игнорировал так называемую партийную работу, частенько устраивал в редакции "бузу", выбивал, где только возможно гонорары за свои рифмованные отклики на злобу дня.


3. Макаревич - Петров.

Павел Петрович Петров (Макаревич), прятавший свою гэпэушную физиономию под личиной кинорежиссера Севзапкино. Человек именно его профессиональных знаний и конспиративного опыта и выступил режиссером "постановки" самоубийства Есенина.

Авторитетный для коменданта "Англетера" Назарова "член партии" свое задание, однако, выполнил плохо. Доверившись громилам, перетащившим труп по подвальному лабиринту из дома следственной тюрьмы ГПУ по проспекту Майорова, 8/23, Петров не проверил подготовленный для открытого обозрения 5-й номер. В результате возникло немало недоуменных вопросов: почему веревка обвивала горло несчастного лишь полтора раза и не было петли; как Есенин, истекающий кровью, смог с порезанными ладонями и другими ранами соорудить на столе столь сложную пирамиду и взобраться под потолок; что за страшный вдавленный след над переносицей (официальная версия - ожог); наконец, куда исчез пиджак покойного??? Кстати сказать, видевший его Оксенов растерянно записал в "Дневнике": "...вдоль лба виднелась багровая полоса (ожог - от накаленной трубы парового отопления, о которую он ударился головой?), рот полуоткрыт, волосы, развившиеся страшным нимбом вокруг головы.<...> Когда надо было отправить тело в Обуховку, не оказалось пиджака (где же он? Так и неизвестно)". И далее: "В гробу он был уже не так страшен. Ожог замазали, подвели брови и губы".

Начинавший тогда сексотскую службу молоденький стихотворец Павел Лукницкий свидетельствует: "Есенин мало был похож на себя. Лицо его при вскрытии исправили, как могли, но все же на лбу было большое красное пятно, в верхнем углу правого глаза - желвак, на переносице - ссадина, и левый глаз - плоский: он вытек" (Встречи с Анной Ахматовой. Т. 1. 1924-1925. Paris: Ymca-Press, 1991).


4.Анна Яковлевна Рубинштейн.

Еврейка.

И она же "тетя Лиза", нареченная женой Устинова, она же Елизавета Алексеевна (Елизавета Александровна, Надежда Николаевна), ответственный секретарь ленинградской вечерней "Красной газеты".


Более подходящей кандидатуры на роль заботливой и сердобольной хранительницы покоя Есенина в гостинице трудно было придумать.

Порученное ей задание - обеспечить информационное прикрытие убийства Есенина - она выполнила далеко не безупречно, но в предновогодней и предрождественской суете, в напряженном ажиотаже завершавшегося XIV съезда РКП (б) все сошло с рук. Люди поверили ее сумбурной писанине от имени "тети Лизы", "искупавшей" поэта в ванне 5-го номера, которой, согласно инвентаризационной описи, как мы уже знаем, там вовсе и не было, "носившей" туда свой самовар, хотя в этом не было никакой необходимости.

Рубинштейн сохранила верноподданничество Троцкому до конца своей авантюрной биографии. Проживая в ленинградской "Астории" (1-й Дом Советов), она, несомненно, общалась с расположившимися там же многими троцкистами и конечно же с первой женой "мессии" - А.Л. Соколовской-Бронштейн и ее дочерьми.

5. Петржак Леонид Станиславович


Польский еврей.

родился в1891 году в Краноставском уезде Люблинской губернии (Польша); отец - мельник, мать - домохозяйка; два года учился в начальном училище; получил первые навыки кровавого террора в 1905 году, совершенствовался в том же духе в подпольной партшколе. Профессиональный революционер, то есть жил на кем-то экспроприированные или пожалованные "на революцию" деньги, готовя поражение в войне России и приближая в стране политический кавардак.

Сотрудник ГПУ.

Исполняя обязанность начальника губернского уголовного розыска, вместе с Г.А. Гольцикером, руководителем Активно-секретного отделения (АСО) того же ведомства, высылал в "Англетер" 5-ю бригаду агентов во главе с инспектором-орденоносцем П.П. Громовым.

Дальнейшее известно. То, что не ГПУ и милиция непосредственно занимались "делом Есенина", а таинственное АСО, наводит на мысль об особых полномочиях Петржака. Факт совмещения им службы в УГРО с должностью заместителя начальника иностранного отдела Ленинградского военного округа это подтверждает.


Троцкий не мог не знать ловкого подпольщика-конспиратора. В 1919-1921 годах он черпал необходимую ему секретную информацию из рук заведующего осведомлением, затем начальника агентуры ВЧК товарища Петржака.

6. Леонов Иван Леонтьевич

В 1925 году начальник Секретно-оперативной части (СОЧ) Ленинградского ГПУ, заместитель Станислава Адамовича Мессинга.

Существовал, очевидно, тайный оперативно-организационный треугольник по сокрытию убийства Есенина: "человек Троцкого" (он-то и был убийцей поэта) - Петржак - Леонов. Первый из них и осуществлял всю оперативную связь со своим хозяином в Москве и с двумя распорядителями - назовем их так - в Ленинграде. Петржак, по-видимому, отвечал за первую, очень важную стадию операции: задать изначально надежный и ложный ход возможного последующего - уже официального - расследования. Милицию и даже ГПУ оттеснили на задний план, на первом этапе им отводилась роль пассивных статистов, что с помощью Г.С. Егорова и И.Л. Леонова и было исполнено. У нас, кстати, нет уверенности, что об этой закулисной возне знал начальник Ленинградского ГПУ С.А. Мессинг, по имеющимся данным, вовсе, кажется, не благоволивший к Троцкому и троцкистам.

На втором этапе псевдорасследования, когда АСО УГРО сделало свое черное дело, подключился к операции Леонов, "чистильщик" грязных следов; его ищейки срочно создавали официальную легенду о самоубийстве поэта, брали под свою опеку его приехавших в Ленинград родственников, распускали слухи, контролировали "Англетер", заботились о фальсификации документов - возни хватало.


Наладив "машину лжи", "человек Троцкого", дабы лишний раз не маячить в городе, поспешил отбыть с докладом в столицу, поручив дальнейшую связь Эрлиху. Потому-то последний так часто в январе - феврале 1925 года вояжировал между Москвой и Ленинградом.


ГПУ, прежде всего в лице Леонова, "приняло" тело поэта в 5-м номере "Англетера" от 5-й бригады АСО УГРО.


7. Илья Ионович Ионов (Бернштейн)

Еврей.

директор Ленгиза. В его тесном знакомстве с Троцким сомневаться не приходится - достаточно прочитать протокол (1937) "репрессивных" допросов Ионова в архиве ФСБ. Не случайно он укрывал под сенью издательства от возможных неприятностей причастных к англетеровской истории А.Я. Рубинштейн, П.Н. Медведева, С.А. Семенова, щедро печатал под маркой Госиздата В.В. Князева, И.И. Садофьева, М.А. Фромана, В.И. Эрлиха и других.

О такого рода фарисеях писал жене в 1917 году затравленный большевиками Г.В. Плеханов. "Как мало ты знаешь этих людей! Они способны подослать наемного убийцу, а после убийства проливать крокодиловы слезы" (Год на родине. Т. 1. Париж, 1921).

У Ионова не нашлось ни одного доброго слова памяти поэта на партийных собраниях Ленгиза, состоявшихся 29 декабря 1925 и 2 января 1926 годов (протоколы сохранились).

8. Георгий Ефимович Горбачев.

Георгий Ефимович Горбачев (1897-1938), военно-политический работник, активный участник вооруженного большевистского путча в июле 1917 г. в Петрограде, один из вдохновителей и организаторов подавления Кронштадтского восстания (1921). В 1925 году зав. редакцией журнала "Звезда". В 1930 году передал в Пушкинский Дом приписываемое Есенину стихотворение "До свиданья, друг мой, до свиданья...".

***

В "Стране негодяев" "гражданин из Веймара" разглагольствует:


А народ ваш сидит, бездельник,

И не хочет себе ж помочь.

Нет бездарней и лицемерней,

Чем ваш русский равнинный мужик!

Коль живет он в Рязанской губернии,

Так о Тульской не хочет тужить.

То ли дело Европа!

Там тебе не вот эти хаты,

Которым, как глупым курам,

Головы нужно давно под топор...


Эдуард Хлысталов расследовал убийство поэта и пришел к заключению, что убийцы и их покровители негласно распускали слухи о безвыходности положения московского беглеца, уличенного в сотрудничестве с разведкой Великобритании, куда он собирался бежать.

Существенная деталь, косвенно подтверждающая "английский" вариант побега Есенина: его "делом", вероятней всего, занимались служившие в ГПУ именно по иностранному отделу Л.С. Петржак (одновременно глава Ленинградского уголовного розыска) и непосредственный убийца поэта, кстати, несомненный знакомец И.Л. Леонова. Нелишне сказать, - евреи-виновники нависшей над Есениным судебной расправы Ю. Левит и А. Рога обратились в прокуратуру через НКИД.

Вот письмо Есенина к П.И. Чагину от 27 ноября 1925 года. Он в завуалированной форме объясняет свое пребывание в психиатрической клинике: "Все это нужно мне, может быть, только для того, чтоб избавиться кой от каких скандалов. Избавлюсь, улажу... и, вероятно, махну за границу. Там и мертвые львы красивей, чем наши живые медицинские собаки".

Возможно, Есенин собирался эмигрировать в Англию, чувствуя, что его собираются убить.

Вот строки из письма Есенина:

"...как вспомню про Россию и вспомню, что там ждет меня, так и возвращаться не хочется. Если бы я был один, если бы не было сестер, то плюнул бы на все и уехал бы в Африку или еще куда-нибудь. Тошно мне, законному сыну российскому, в своем государстве пасынком быть. <...> Не могу, ей-богу, не могу! Хоть караул кричи или бери нож да становись на большую дорогу".


Что мы имеем?

В двух словах: имея таких врагов, каких имел Есенин было крайне сложно жить в 1923-1925 годах в СССР.

Это попахивало смертью.

Если вспомнить, кем были и кем работали враги Есенина.


Бездомный поэт отдавал дань Бахусу, но, как правило, в компании с приятелями. Он чаще всего находился на виду, на него глазели, измеряя - каждый по-своему - количество выпитого им спиртного. Уверен, образ постоянного хмельного скандалиста навязан нашей прессой и его, любившими поживиться на чужой счет, мнимыми приятелями. Духовно же симпатичные Есенину люди, искренне почитавшие его, говорят о нем с большим тактом. Актриса Августа Миклашевская, которой посвящено стихотворение "Заметался пожар голубой...", в своих воспоминаниях почти не касается хмельной проблемы, потому что она при их встречах и не возникала, ибо в обществе сердечно расположенных к нему знакомых он сохранял душевное равновесие и в допинге не нуждался.

Его враги мало того, что мешали ему жить.

Так и еще после смерти поэта клеветали на Есенина, обвиняя его в пьянстве, хулиганстве, упадничестве и прочем.

Впрочем, именно поэтому мы сегодня и

Вспоминаем их презренные имена.

Они своего добились.

Вошли в историю.

Как злодеи.


***


...Расскажи мне нежно.

Как живет здесь мудрый наш мужик?

Так же ль он в полях своих прилежно

Цедит молоко соломенное ржи?

Так же ль здесь, сломав зари застенок,

Гонится овес на водопой рысцой,

И на грядках, от капусты пенных,

Челноки ныряют огурцов?


"Пугачев"


С. Есенин.


***


Используемая Литература:

1. Павел Лукницкий

Встречи с Анной Ахматовой. Т. 1. 1924-1925. Paris: Ymca-Press, 1991.

2. Плеханов

"Год на родине"

Т. 1. Париж, 1921

3. Сергей Есенин.

Полное собрание сочинений.

Москва. Олма-пресс. 2004г.

4. Виктор Кузнецов.

"Тайна гибели Есенина".

5. Э. Хлысталов.

ТАЙНА ГОСТИНИЦЫ "АНГЛЕТЕР"

6. "КРЕСТ ПОЭТА"

Валентин СОРОКИН

7. "Крупнозернистая жизнь". Куняев.

8. "Лермонтов сопутствует Есенину..."

Олег САВИН

9. Леонов Борис. Последняя авантюра Якова Блюмкина. М.: Отечество, 1993.

10. Кузнецов Виктор.

"Был ли Ленин немецким агентом?"

перевод с английского языка. Спб.: Реал, 1994.

11. Вержбицкий И.

"Встречи с Есениным"

Воспоминания. Тбилиси, 1961. С. 23

12. А. И. Солженицын

"Архипелаге ГУЛАГ"

13. Тормышов В. С.

"Скандал Есенина в Бронксе"

http://www.litsovet.ru/index.php/author.page?author_id=3531

14. Сидорина Н. Златоглавый:

"Тайны жизни и гибели Сергея Есенина"

М., 1995

15. Иннокентий ОКСЕНОВ.

"НИКТО ДРУГОЙ НАМ ТАК НЕ УЛЫБНЕТСЯ".

16. Иннокентий ОКСЕНОВ

"Памяти Есенина" (1926)

17. Борис Лавренев.

"Казненный дегенератами" (Красная газета (веч. вып.). 1925. 30 дек., 315

18. Устинов Георгий.

"Сергей Есенин и его смерть"// Красная газета. 1925. 29 дек.

19. Лазарь Васильевич (Вульфович) Берман

"По следам Есенина"

20. Виктора Андроникович Мануйлов "Дневник"

21. С. Д. Спасский (С. А. Есенин: Материалы к биографии. М., 1992. С. 199)

22. Куняев Станислав, Куняев Сергей. Растерзанные тени... М.: Голос, 1995

23. Хлысталов Эдуард.

"13 уголовных дел Сергея Есенина"

По материалам секретных архивов и спецхранов. М.: Русланд, 1994.

24. Нина ГАРИНА

"НЕУЖЕЛИ ЭТО ВСЕ ПРАВДА?"

Рукопись хранится в Институте русской литературы РАН (Пушкинском Доме), ф. 736, 64.

25. Н. Н. Никитин в

"О Есенине" Избранные произведения: В 2-х т. Л.: Художественная литература, 1969.

26. Лазарь БЕРМАН


"ПО СЛЕДАМ ЕСЕНИНА"

Рукопись воспоминаний хранится в Российской национальной библиотеке (Санкт-Петербург), ф. 1250, 20

27. Лев КЛЕЙНБОРТ

"В СТИХАХ ЕГО БЫЛА РУСЬ..."

Рукопись хранится в Институте русской литературы РАН (Пушкинском Доме), ф. 586, 433