# На Деревню, Девушке...

Геннадий Иосифович Ушеренко

Еще одна история о поисках счастья и любви

HА ДЕРЕВНЮ, ДЕВУШКЕ...


Среди ночи Лизу разбудило жалобное собачье повизгиванье. Наверное, маленькому Дойлу опять приснился страшный сон, а, может, он просто замерз в своей клетке ? Раньше Лиза не раз нарушала правила и брала щенка в свою постель, но сегодня ей совершенно не хотелось вставать и выбираться из-под теплого одеяла.

-Пусть привыкает, пора уже начинать взрослую жизнь, - Лиза решительно повернулась на другой бок, стараясь не встречаться взглядом с собачьими глазами.Страшно обиженный на бессердечную Лизу щенок еще немного поворочался, просительно потявкал и, в конце концов, затих.

Зато Лиза, как ни старалась, заснуть уже не смогла.Потревоженный сон куда-то улетел, и опять в голову полезли невеселые мысли, от которых не удавалось спрятаться даже ночью. И как всегда, когда ей было особенно тяжело, помогали воспоминания о прошлом.

Детство Лизы прошло в спокойной домашней обстановке.Она выросла в обеспеченной интеллигентной семье: папа, ответственный работник, мама, врач - педиатр, - все делали для своего единственного ребенка.Особых обязанностей по дому у Лизы никогда не было.Все домашние дела лежали на приходящей домработнице, а Лизе полагалось лишь хорошо учиться, да иногда погулять с домашней любимицей,французской болонкой по кличке Кукла

Училась Лиза хорошо, в начальных классах даже ходила в отличницах,с плохими компаниями не водилась и особенных хлопот никогда родителям не доставляла.В четвертом классе у нее вдруг обнаружились очевидные способности к рисованию, и родители немедленно отвели ее в художественный кружок при доме ученых, который считался самым престижным в городе, и откуда открывалась прямая дорога в художественную школу.Поначалу Лизе понравилось, но постепенно скучная атмосфера занятий стала ее раздражать и она втайне от родителей начала пропускать уроки, а затем и вовсе бросила.Когда же тайна открылась, родители были страшно огорчены, но, к их чести, силой заставлять ходить на рисование не стали.

В выпускном классе стал вопрос о выборе будущей профессии.Становиться врачом, инженером или учителем у Лизы никакого призвания не было, но не желая огорчать родителей в их стремлении дать дочке высшее образование, она согласилась поступить в Полиграфический институт, где, кстати, неплохо училась, в чем ей, несмненно, помогало умение рисовать.На третьем курсе Лизу опять одолела хандра и скука, и почти целый семестр она пропустила, вместо занятий предпочитая гулять по городу, посещать кинотеатры и музеи, а то и просто посидеть в парке с книгой в руках.

Когда и это обнаружилось, родители провели с ней серьезную беседу, убеждая и умоляя закончить институт и получить образование и специальность.Уступив слезам и уговорам, Лиза институт все же закончила, получив диплом и специальность графика-дизайнера.

Не поехав по распределению в далекий уральский город, она по протекции папы устроилась в одно не очень крупное издательство, где и начала свою производственную деятельность.С самого начала работа не слишком захватила Лизу. Скучная атмосфера издательства, женское окружение со своими извечными сплетнями и каждодневным перемывом косточек сослуживцам стали все больше и больше надоедать Лизе. По утрам она буквально силой заставляла себя вставать и идти на работу, где предстояло првести 8 часов за компьютером, оформляя дурацкие книжки бездарных авторов.

Надо сказать, что в свои 22 года Лиза все еще оставалась девушкой, постоянного парня у нее не было, а детские и юношеские влюбленности так и не успели перерости в серьезное чувство. Почти все свободные вечера и выходные Лиза проводила дома вдвоем с мамой ( папа к тому времени уже умер) у телевизора или в своей комнате на диване, читая переводные любовные романы, которых в домашней библиотеке скопилось великое множество.Поэтому не удивительно, что ее девичьи мечты почти полностью совпадали с мечтами всех героинь ее любимых романов, - встретить и полюбить если не принца, то единственно достойного и, конечно же, на всю жизнь.

Так уж получилось, что первым, но не единственным в ее жизни мужчиной стал старший лейтенант Сережа, направлявшийся в отпуск в старинный город Смоленск. Лиза ехала туда же в первую в своей жизни командировку и страшно волновалась.Непонятно как и почему приглянулся ей этот простоватый парень, путавший Рубенса с Рембрантом, и никогда не слыхавший о Босхе, но к концу их совместного путешествия Лиза полностью подпала под его мужское обаяние.Последующая неделя в Смоленске прошла как во сне.Сережа не оставлял ее ни на минуту: терпеливо ждал у дверей издательства, пока она решала свои командировочные вопросы, гулял с ней по городу, водил в кинотеатры и рестораны. Даже организовал рыбалку на берегу Днепра, где она впервые в жизни ночевала в палатке вдвоем с мужчиной, и где все и случилось.А когда в последний день перед отъездом он повел ее знакомить со своими родителями, простыми рабочими с местного бетонного завода в их 2-х комнатную хрущевку, влюбленной Лизе показалось, что она и впрямь находится в Букингэмском дворце рядом со своим принцем.

Они договорились встретиться в конце Сережиного отпуска в ее родном городе, когда он будет возвращаться в свою часть, расквартированную в Германии. Но уже через 2 дня он не выдержал и приехал к ней.А еще через день они расписались, несмотря на просьбы потрясенной случившимся Лизиной мамы хотя бы немного подождать.Так что в Германию Лиза отбыла уже в статусе законной супруги советского офицера.

Военный городок, в котором служил Сережа, находился в живописном пригороде Дрездена, и это обстоятельство чрезвычайно обрадовало Лизу, никогда еще не бывавшей заграницей, а тем более, в непосредственной близости от центров мировой культуры, каким ей представлялась местная картинная галерея.

Лизе сразу понравилась необычная обстановка, в которую она попала. Впервые в жизни она почувствовала себя взрослой самостоятельной женщиной, и ее новые обязанности ничуть не тяготили ее. Лиза с удовольствием принялась готовить обеды, убирать их маленькую квартирку в семейном офицерском доме, ежедневно подшивать к Сережиной форме белые крахмальные подворотнички.Каждый раз сгорая от нетерпения она ждала мужа с суточных дежурств, чтобы ночью снова и снова ощущать его сильные мужские руки на своем жаждущем любви и ласки теле.

В свободные дни они выбирались в Дрезден, где подолгу гуляли по улицам этого чистенького немецкого города, заходили в кафе и маленькие ресторанчики и, конечно, проводили много времени в художественной галерее, где Лиза чувствовала себя как рыба в воде и рассказывала все, что сама знала о живописи, внимательно слушавшему ее Сереже.

Но постепенно размеренная казарменная жизнь стала надоедать Лизе.Торжества по любому поводу в офицерском клубе, переходящие в обычные пьянки, постоянные сплетни и пересуды офицерских жен, знающих все и про всех, раздражали ее.У Лизы снова появились знакомые чувства тоски и скуки.

В один прекрасный день Лиза поняла, что беременна. Беременность проходила тяжело: ее постоянно мутило, кружилась голова и преследовала слабость. Как большинство беременных женщин она поправилась и подурнела. Лиза стала капризной и раздражительной, ей казалось, что Сережа не любит ее такую.Но Сережа вел себя безупречно и старался не обращать внимания на ее капризы, выполняя все ее желания и помогая по дому.

Роды случились преждевременные. Лизе казалось, что она не перенесет адскую боль, разрывающую ее тело на части.Там, на операцинном столе в госпитале, она поклялась, что никогда больше не будет рожать.

Девочку, появившуюся на свет, назвали Алисой.Лиза оказалась очень заботливой мамой: никого не подпускала к младенцу, купала, пеленала и кормила сама.Девочка часто болела, и Лиза проводила дни и ночи возле ее кроватки.

Заботы и хлопоты о ребенке как-то вытеснили из ее жизни Сережу.Она не замечала или не хотела замечать, как часто он стал мрачнеть, обижаться на ее невнимание, подолгу задерживаться на службе. В короткие минуты близости с ним, она ловила себя на мысли, что ей это уже не особенно приятно и хочется, чтобы все побыстрее закончилось.Все мысли ее были о ребенке, муж просто стал присутствовать в ее жизни как что-то необходимое, но неодушевленное, вроде тумбочки у кровати.

Поэтому новость, разнесенная полковыми сплетницами, что у Сережи роман с молоденькой телефонисткой из штаба, даже не огорчила ее.Лиза попросту собрала свои вещи, уложила Алису в коляску и навсегда исчезла из его жизни.

Нельзя сказать, что Лизина мама сильно обрадовалась неожиданному возвращению блудной дочки, да еще с годовалым ребенком на руках.Но лишь увидев маленькое существо, мирно спящее в кроватке, она мгновенно забыла все прошлые обиды и обратила всю свою любовь к новоявленной внучке.

Лиза же переложив все заботы о дочке на бабушку, с головой окунулась в новую жизнь.Случайно встреченная на улице однокурсница познакомила ее с компанией молодых непризнанных художников.Теперь все свое время Лиза проводила на каких-то подпольных выставках в каких-то странных подвалах, служащих галереями, в захламленных коммуналках, где собирались их участники, спорящие об искусстве до хрипоты, и пила вместе с ними дешевый портвейн, закусывая карамельками. У нее во множестве появились любовники, опять же из числа непризнанных живописцев. Просыпаясь в незнакомой постели с очередным бородатым гением, Лиза не чувствовала себя виноватой, наоборот, обрела какую-то внутреннюю свободу, несвойственнную ей раньше.

И когда один из них, каким-то чудом получивший грант от университетского фонда где-то в далекой Америке, предложил Лизе поехать с ним за океан в поисках счастья, она неожиданно легко согласилась.На сборы ушло не много времени, и уже через 2 недели они очутились в небольшом городке штата Нью-Джерси, где кроме местного университета, небольшой торговой плазы да бензоколонки никаких других достопримечательностей не было.

Лиза быстро окунулась в новую жизнь. Пока гений читал лекции кучке восторженных хипповатых студентов, она ездила за покупками в супермаркет, готовила нехитрый ланч и даже что-то пыталась рисовать на заднем дворике небольшого дома, где они жили. Раз в неделю они ездили на парти, устраиваемые местной профессурой, где Лиза толком не знающая английского языка, вела сябя чинно и благородно, стоя где-нибудь в уголке с коктейлем в руке и делая вид, что ей жутко интересны заумные разговоры, ведущиеся вокруг.

Через полгода идиллия внезапно закончилась. Гений объявил, что уезжает в Лос-Анжелос, где одна известная галерея, якобы, заитересовалась его работами( Лиза подозревала, что заинтересовалась им хозяйка этой галереи, заодно решившая сделать на русском художнике неплохие деньги), и как только устроится непременно вызовет Лизу к себе. Еще он оставил ей 500 долларов на хозяйство и благополучно отбыл.

Очень скоро деньги закончились, и перед Лизой стал извечный вопрос, что делать и как все же жить дальше? Русских знакомых у нее в этой глуши не было, а просить помощи у знакомых американцев она стеснялась, да и не могла по причине плохого знания языка.

В то утро Лиза доела остатки еды, хранящейся в холодильнике, и вышла на задний двор, где стоял ее мольберт с незаконченным рисунком.Странно, но в последнее время рисование успокаивало Лизу, отвлекало от невеселых мыслей о будущем.С головой погрузившись в творчество, она не сразу услышала, как кто-то настойчиво окликает ее. Это был их сосед, седой благообразный джентельмен, и раньше виденный Лизой в обществе целой своры породистых собак, свободно резвящихся на территории его дома.

Он стоял у забора, разделяющего их участки, жестами показывая, что хочет поговорить с ней.Оказалось, что старик немного говорит по-русски, - его далекие предки были выходцами из России.Нещадно коверкая русские слова, он пытался объяснить Лизе, что давно наблюдает за русской лэди, и понимая ее положение, хотел бы чем-нибудь помочь.Не согласится ли она пожить у него в доме, выполняя несложную работу, а он за это будет ей платить неплохие деньги. Наверное, Лиза слышала, что многие американские семьи нанимают иммигрантов для ухода за детьми, но ему нужен человек для ухода за собаками, которых у него с женой целых 10 штук. На Лизин вопрос, почему он выбрал именно ее, старик молча показал рукою на мольберт, где красовался незаконченный портрет одной из них, над которым Лиза как раз работала сегодня.

И вот уже больше года она живет в доме у мистера и миссис Стюарт. Хозяева оказались милейшими людьми, выделив в ее полное распоряжение целый флигель. У Лизы есть своя ванная, телефон и даже компьютер. В ее обязанности входит кормежка и выгуливание собак, чистка клеток, в которых они спят, и ежедневный отчет мистеру Стюарту о состоянии здоровья и настроения каждой из них. Свободного времени уЛизы остается не так уж много, но она справляется,- мистер Стюарт очень ею доволен.Лишь одно обстоятельство смущает ее - собачий вольер находится в этом же флигеле. Но и это не страшно,- к постоянному запаху псины она уже почти привыкла.

Раз в месяц супруги отправляются на очередную собачью выставку, откуда обязательно привозят дипломы и медали. А как-то раз мистер Стюарт попросил уЛизы рисунок одной из своих собак, который он хотел показать кому-то из своих знакомых.Через неделю он вручил Лизе конверт c 1000 долларами и долго извинялся, что, возможно, продешевил.Почти все заработанные деньги Лиза теперь регулярно отсылала домой, ведь сама она жила на всем готовом, а маленькая Алиса стремительно росла и им с мамой требовались деньги.

Одиночество теперь почти совсем не тяготило Лизу, ей хватало общения с собаками, с которыми она проводила большую часть суток.Так почему же ей не спится по ночам, почему опять гложет тоска и иногда нестерпимо хочется плакать? Она вдруг представила себя на месте маленького Дойла, лежащей в большой клетке, полной еды и питья. Разве таким представляла она свое будущее, когда беззаботно жила с папой и мамой и читала свои любимые книжки?

Позавчера на почте отправляя очередной денежный перевод в Россию, Лиза увидела на сденде какую-то бесплатную русскую газету, бог весть как попавшую в эту глушь.Читая ее дома, она потом еще долго удивлялась, - вот ведь где-то, совсем недалеко отсюда, проходят концерты заезжих русских артистов, полным-полно русских магазинов с русской едой, русские рестораны забиты публикой с вечера до утра.

-Что же я делаю здесь?- мысленно задала себе этот вопрос Лиза.

Остаток ночи она провела с ручкой и бумагой в руках, сочиняя несколько фраз для газетного объявления, и успокоилась, только запечатав конверт.

Через несколько дней редактор отдела рекламы русской газеты в третий раз перечитывала коротенькое объявление пришедшее накануне:

"Симпатичная девушка познакомится с мужчиной, который забрал бы ее из этой дыры.Возраст и национальность значения не имеют.Надоело до чертиков!"

-Вот ведь,дуреха! - редактор не смогла сдержать свое удивление, - адрес и телеефон не сообщила.Куда теперь прикажете писать? На деревню, девушке?