# Борьба с Истаблишментом

Michael Voronkov

Студент молча рассматривал квитанцию о штрафе, отпечатанную на плотной серой бумаге и найденную им на лобовом стекле собственного "Кролика". Любой, обладающий меньшей выдержкой, разразился бы стенаниями о несправедливости судьбы и проклятиями в адрес толстых и ленивых полицейских. Но не Студент: он был вообще неразговорчив. Он не проронил ни слова, когда ему вручали красный диплом Московского университета, так же безмолвно принял из рук сэн-сэя черный пояс "таэквондо", молча улыбался, когда на него смотрела хорошенькая Виорика, и даже когда его сосед - тайванец Хонг - жарил свинину по рецепту генерала Цу на общей кухне, стоически смотрел в сторону. - Ну чего же ты молчишь? - не выдержал я, вытаскивая точно такую же серую бумажку из-под дворника моего "Кавалера" и кладя ее в карман. - Тебе что, пятьдесят баксов не деньги? Впрочем, ситуация и так была предельно ясна. "Кролик" Студента и мой "Кавалер", отвергнутые обществом правильно запаркованных "Лексусов" и "БМВ", ютились у бордюра практически на самом изгибе улицы, нарушая каким-то образом естественный порядок вещей в этом тихом и дорогом районе Атланты. Закончив изучать квитанцию, Студент перевел на меня пытливый взгляд. - Ну? - Нет, это же просто беспредел! Они не штрафуют этих зажравшихся юристов и докторов, - я кивнул в сторону "Лексусов" - О нет! Они обирают нашего брата - иностранного студента. Так это оставлять нельзя! Сказать по правде, пятьдесят долларов для любого аспиранта - деньги немаленькие. Ну а если вы, не зажмуриваясь, можете представить макаронно-сырно-сосисочную диету - то это и вовсе приличное состояние. Но это все, как говорится, лирика. Мною же овладела благородная жажда классовой справедливости. Наверное, учитель физкультуры, повязавший мне когда-то пионерский галстук, был бы мною горд в эту минуту. План был прост. Мы свидетельствуем в пользу друг друга по заранее написанному мною сценарию, а потом идем на день рождения к Виорике, купив бутылку и подарок из сэкономленных средств. В течение следующей недели все попытки Студента уплатить штраф и не бороться за справедливость были мною безжалостно пресечены. В назначенный день, после, в общем-то, весьма удачной генеральной репетиции, мы отправились на суд. Здание суда нашего графства по совместительству вмещало еще и полицейский участок, и каталажку с узкими окнами-бойницами. Этакий комплексный обед из трех блюд. В зале суда было полно народу: толстые черные тетки с гневно поджатыми губами, застенчивые конопатые парни с рыжими козлячими бородками и ниспадающими штанами, пара индусов с заранее печальными глазами, несколько заметно беременных и медлительных жительниц трэйлерного парка, одна воинственная старушка в шортах и в белых кроссовках, два важных китайца в костюмах и мы со Студентом. Конечно, нам было немного страшно. Наверное, то же самое ощущала чернокожая Роза Паркс, отказавшись уступить место представителю белого большинства... Нам было страшно, за нами пылали мосты конформизма, мы были полны решимости. Мы уселись на лучшие, по моему разумению, места в зале - напротив судейского кресла, обрамленного с одной стороны флагом ядовито фиолетового цвета с неуступчивым федеральным орлом, а с другой - боевым флагом Конфедератов, непонятно как сохранившимся в нашу эпоху тотальной политкорректности. Это абсурдное, на первый взгляд, сочетание я однозначно расценил как знак независимости а, следовательно, и справедливости суда нашего графства. - Ну сколько там сегодня, Джеф? - вяло обратился пожилой судья к обвинителю. Тот неторопливо переговаривался вполголоса с приставом. - Джеф?! - гаркнул судья и в зале немедленно воцарилось гробовое молчание. Как говорится, словно ангел пролетел. - Тридцать четыре дела, Ваша Честь, - елейно улыбнулся обвинитель и широким жестом обвел зал. - Правда, с одиннадцатью обвинение уже нашло общий язык. Вот проекты заключения суда. Довольный собой обвинитель положил перед судьей ворох бумаг. Тот стал их подписывать с кислой миной. То ли Студент увидел на моем лице тень сомнения, то ли ему не понравился вид летающего над головами вооруженного до зубов ангела провосудия с нездоровым блеском в глазах. - Слушай, давай тоже договоримся? - Поздно, - отрезал я. - Они удвоят штраф. И потом, мы не можем идти на поводу и истаблишмента! Студент с опаской посмотрел на меня: - Чего? - Истаблишмент. Ну это как заправляться бензином на Шевроне или пить кофе в Старбаксе, - пояснил шепотом я. - Понял? Студент печально вздохнул и стал медитировать. Первым из несогласившихся к судье вышли китайцы - один из них видимо был адвокат. Он сразу сделал шаг вперед и заговорил с очень сильным акцентом: - Ваша Честь, мистел Уанг, мой клиент, плосит... Судья явно не любил иностранцев пытающихся ускользнуть от правосудия. Он смерил адвоката презрительным взглядом: - Ваш "мистел Уанг", - распаляясь начал судья, - задолжал уважаемому суду триста шестьдесят два доллара и девяносто семь центов, которые он должен был уплатить... - судья сделал паузу и, найдя под широким рукавом мантии часы, продолжил - ... до трех часов дня седьмого марта, то есть сегодня. Адвокат смотрел в пол, втянув голову в плечи. - Вы знаете который теперь час? - Ваша Честь, мой клиент готов уплатить... - пролепетал адвокат рассматривая носки своих начищенных туфель. - ...Двадцать минут четвертого, - размеренно продолжал судья. - Лично я вижу три выхода из создавшейся ситуации... Он приподнялся с места, и теперь, подавшись вперед, грозно возвышался над китайцами. В его голосе прозвучал металл: - Первое, немедленная уплата штрафа плюс судебные издержки. Или второе, - мы назначим дорассмотрение дела, но классифицировать на этот раз... Адвокат был явно не в ладах с длинными предложениями. Он наморщил лоб, силясь не упустить ничего из сказанного судьей. Судья, не обращая на это ровно никакого внимания продолжал: - ...придется по уголовной статье. Или же третье - за неуважение к суду мы его посадим в каталажку на пару дней, с залогом... - голос судьи стал философски-задумчивым, он демонстративно закатил глаза, - ну, скажем... - Три тысячи долларов?! - услужливо вставил обвинитель. Судья недовольно поморщился, сел на место, полистал молча бумажки и не подымая глаз обратился к адвокату: - Ну, вам все понятно? Адвокат явно относился к категории юристов без которых шансы у клиента на успех резко повышаются. Объясняя своему китайцу оперативную обстановку, он вдруг обернулся к судье: - Плостите, Ваше Достоинство, а вы бы не могли повтолить каким было Ваше втолое условие? Наверное, настроение у судьи после этого инцидента было порядком испорченно. Раздав еще десятка полтора суровых приговоров, он пришел в опять в сносное расположение духа, что даже отпустил какого-то двадцатилетнего лопуха, которого Джеф упорно называл наркодиллером. Правда дежуривший у дверей зала суда полицейский взял беднягу за локоть и посоветовал тому не торопиться. В итоге возникла небольшая потасовка, которая не давала судье сосредоточиться, пока он наконец ни посмотрел выразительно на обвинителя. Незадачливого наркодиллера немедленно арестовали естественно за сопротивление аресту и в зале стало тихо как на кладбище. Я взглянул на Студента. Сиснув голову ладонями, он смотрел прямо перед собой и тихонечко раскачивался из стороны в сторону. Ну да, а кому тут легко? - Дело номер тринадцать-шестьдесят два, нелегальная парковка, Графство ДеКалб против Канжина. - провозгласил монотонно обвинитель. Студент долго не мог понять зачем ему библия дружески протянутая приставом, потом сильно побледнев стал не мигая выразительно смотреть на судью. - Молодой человек, - вкрадчиво начал судья. - Что вы можете сказать в свое оправдание? Студент забыл напрочь все, что мы так долго репетировали и молчал. Моя тщательно соркестрированная защита в стиле Мэтлока оказалась под угрозой срыва. Припомнив ужасы провосудия увиденные нами за последний час, я бросился другу на выручку. - Ваше Достоинство, спросите меня - я свидетель! Я отчеканил каждое слово показаний. Ключевой уликой являлись правила, где было сказано что водитель должен подчиняться дорожным знакам. В данном случае, с вдохновением аргументировал я, знак не был поставлен соответственно: он стоял в начале улицы за поворотом, был выгнут в сторону тротуара, вообще был покрыт слоем пыли чуть ли ни в палец толщиной. Я достал из нагрудного кармана фотографию этого знака с безопасного расстояния. Не успел я перейти к подробным деталям, как судья поднял голову и удивленно обратился к прокурору: - Стоп. Что это все значит, Джеф? Тот в растерянности развел руками. Видимо судья был все-таки тронут моей речью. Он прикрыл ладонью на секунду глаза. Восприняв это как признак близкой победы, я собрался перейти к заключительной части моей речи - про социальную ответственность полиции. Я вытащил еще одну фотографию - на этот раз нелегально запаркованной полицейской машины. - Достаточно - прервал меня судья. - Вы в университете учитесь? - обратился к Студенту. Студен весь сжался и сильно побледнел и сказал тихо: - Нет... Видимо от отчаянья Студент решил от всего отпираться. Судья внимательно посмотрел на Студента: - Это первое ваше нарушение? Студент помолчал, рассматривая носки своих ботинок и сказал еще тише: - Нет... Судья в неком замешательстве еще раз сверился со своими бумажками и удивленно покачал головой. По залу прошел легкий смешок. Он указал на меня пальцем: - Скажите, это ваш свидетель? Студент испугано посмотрел на меня и едва слышно пробормотал: - Нет... В зале раздался смех. Я побледнел, наша защита трещала по швам. Я в ужасе представил нас в оранжевых робах тюрьмы графства подбирающих мусор вдоль автострады. Но прежде чем я успел вмешаться в ситуацию, в голову судье пришла неожиданная догадка. Он снова обратился к моему другу: - А вы вообще говорите по английски? Вы понимаете, что вам говорят? На бедого Студента было страшно смотреть. Он втянул голову в плечи и упрямо сказал: - Нет... В зале начали открыто смеятся. Судья растерянно смотрел на Студента - видимо такого случая в его практике еще не было. - Ладно, - устало сказал судья - мы снимаем с вас этот штраф. Студент молчал. - Вы можете идти, и смотрите больше так не делайте. Студент не шелохнулся. - Ты что, - быстро зашептал я Студенту, - забыл как они скрутили наркодиллера? Пошли пока они не замели тебя за сопротивлениt аресту. Я дернул его за рукав. Студент как зомби развернулся и поплелся за мной. Его тонкая психика оказалась несовместимой с американской системой правосудия. "Бедный парень, эка как его прихватило" - подумал я. Но внутри у меня все ликовало. Еще бы мое первое, безусловно блистательное выступление в суде, и такая победа! - ...Ну что там дальше, Джеф? - Дело номер тринадцать-шестьдесят семь, нелегальная парковка, Графство ДеКалб против Воронкова. Да, кладя руку на Библию, я немного нервничал. Но это имело мало общего с трусливой дрожью в коленках. Скорее нетерпение гончей перед охотой. Я всерьез начал задумывался не податься ли мне на юридический факультет. Преисполненный достоинства, я предстал перед очами судьи. Он растерянно посмотрел на Джефа, выпросительно показывая то на меня то на папку с номером тринадцать-шестьдесят семь. Джеф утвердительно кивнул головой. Нехорошая усмешка пробежала по губам судьи. Когда я чертовски злой и с потерянной верой в конституцию Соединенных Штатов в целом и, с системой правосудия, в частности, вернулся на свое место, Студента уже и след простыл. "Вот гад, этот Студент, - подумал я. - Небось выпивает сейчас с хорошенькой Виорикой, а меня отсюда едва живым выпустили. Тоже мне друг" Выходя из здания суда, однако настроение мое немного улучшилось: Посреди парковки стоял "Кролик", а Студент с угрюмым толстым полицейским склонились у небольшой вмятины на крыле патрульной машины.