# Восток - дело азартное

Валентин Лю

О том, как власти стран Азии пытаются контролировать индустрию азартных игр

Азартные игры - одно из старейших занятий народов всех стран и континентов. По не вполне ясным причинам, повышенная страсть к азартным играм присуща огромному числу азиатов. Но пока жители Азии делают ставки на все мыслимые предметы пари, от петушиных боев и президентских выборов, до итогов матчей по европейскому футболу, многие азиатские страны сталкиваются с глубокими культурными предрассудками, политической и религиозной борьбой против легализации индустрии азартных игр. Тем не менее, власти этих стран все чаще дают согласие на открытие казино в пределах своих границ. Делается это, как правило, в расчете на приток большего числа туристов и огромных денег от лицензий на ведение игорного бизнеса.


Популярность последнего ставит перед азиатскими правительствами много сложных вопросов. Например, не стоит ли, в интересах большего общественного порядка, легализовать игровой бизнес, не оставляя его на откуп подпольных дельцов? И не приведет ли легализация казино к нарастанию потока отмываемых через них "грязных", преступно нажитых денег?

Впрочем, ни дороговизна, ни отсутствие лицензий не могут сдержать нарастающую волну открытия все новых казино в Азии. В 2001 г. Индия сделала решительный шаг по этому пути, разрешив кораблю-казино бросить якорь у берегов Гоа, единственного индийского штата, где имеются легальные казино. Сегодня в Гоа работают 6 казино, включая плавучее казино "Каравелла".

Введение 5 % налога, который может обогатить многие бедные индийские штаты - один из главных доводов в пользу легализации азартных игр. Сегодня Индия занимает 9 место в мире по доходам от игорной индустрии, хотя к легальным играм в ней относятся лишь лотерея (разрешена всего в 13 штатах) и конные скачки. Истинные доходы от всей игорной индустрии не поддаются учету, так как ее большая часть остается в тени. Но известно, что обороты только от легальной бумажной и электронной лотереи достигают от 350 млрд. до 1 трлн. рупий в год. Интересно, что власти страны разрешают делать ставки на скачках, ссылаясь на то, что это своего рода искусство. Но при этом запрещают делать ставки на крикет.

На Тайване, под влиянием многолетних общественных дебатов, требований местных властей и инициатив парламентариев, правительство подумывает о легализации игорного бизнеса и открытии казино на отдельно взятом архипелаге Пэнху. Открытие игорной "резервации" на Пэнху сулит не только привлечь новых туристов и инвестиции, но и остановить отток за границу огромных капиталов тайваньских игроков. Между делом, власти Тайваня уже около 7 лет успешно проводят розыгрыши прежде запрещенной государственной лотереи, тем самым, сделав первый полушаг к легализации игорного бизнеса. В 2005 г. тайваньский Центризбирком решился даже использовать лотерею для повышения явки избирателей на выборы местных органов власти.

В мусульманской Малайзии, где легализированы казино, взаимные пари и скачки, имеется 4 города с игровыми центрами. Самое крупное Casino de Genting, круглосуточно действующее на горном курорте Genting Highlands (2000 м над у. м.), имеет 426 игорных столов, 3140 игровых автоматов и гостиницу на 7000 номеров. Правда, это открытое в 1971 г. казино закрыто для мусульман, обслуживая, в основном, сингапурцев и китайцев. С января 2006 г. власти страны почти в 5 раз увеличили стоимость лицензий для игорных операторов и склонны ограничивать открытие новых центров игрового паломничества. Но слабость попыток оградить мусульман от игорного бизнеса показал скандал с бывшим первым министром области Сабах, который наиграл в 2005 г. миллионные долги в казино Лондона и Мельбурна.

О развитии легального игорного бизнеса думают и власти Японии. В 2008 г. ожидается принятие соответствующего закона, а в 2009 г. могут быть проведены тендеры на открытие 3 казино на Окинаве, в Токио и, вероятно, еще одном из городов острова Хонсю. Пока же японские игроки довольствуются общением с "однорукими бандитами" и вылазками в казино других стран Азии и Америки.

Даже социалистический Вьетнам успел вскочить на подножку вагона, открыв около 15 лет назад казино До Сон в северном порту Хайфон. Это казино возникло как совместное предприятие между государственной туркомпанией Ван Хоа и компанией UIP, во главе со Стэнли Хэ, знаменитым боссом игорного бизнеса Гонконга и Макао. В 2006 г. малайская компания перекупила у корейских владельцев крупное казино Jockey Club Saigon. Ранее, в 2005 г. вьетнамские законодатели предложили открыть казино для иностранцев в г. Хо Ши Мин. Несмотря на успехи бизнеса, власти Вьетнама все же не слишком поощряют открытие новых казино. Но в 2007 г. ожидается легализация ставок на матчи европейского футбола. Это связано с тем, что объемы нелегальных пари на популярный во Вьетнаме футбол, по данным прессы, достигают 1 млрд. дол. США в год. Их легализация может пресечь скандалы с договорными матчами в Футбольной лиге Вьетнама и скандалы подобные случаю с чиновником из министерства транспорта, который истратил в 2005 г. на футбольные пари более 1,5 млн. дол. США.

Благодаря давней игорной традиции и особой смеси культур Запада и Востока, главной "жемчужиной" игорного бизнеса в Азии остается Макао. Этот бывший португальский анклав с населением до полумиллиона человек и площадью всего в 23,8 кв. км занимает третье место в списке игровых столиц мира, после Монте-Карло и Лас-Вегаса. Макао получает львиную долю доходов за счет игорного бизнеса, включающего десятки казино, сотни игровых столов, лотереи, ипподром, собачьи бега и подпольные игровые притоны, контролируемые местной мафией. Но покуда Макао питает надежды на океан новых клиентов из КНР, где азартные игры все еще запрещены, знаменитые казино Макао постепенно теряют клиентов из других стран ЮВА, где игорная индустрия набирает все большие обороты. Вдобавок, несколько лет назад Пекин запретил выезд в Макао китайских чиновников, после того, как несколько чиновных и партийных бонз просадили там по нескольку миллионов долларов из казенного бюджета.

Впрочем, казино Макао не грозит разорение, так как, по статистике, только в 2000 г., в первый год после передачи под власть Пекина, этот анклав посетили 2,2 млн. граждан КНР. А число приезжих из Тайваня достигало 1,3 млн. чел. Наконец, в 2002 г. китайские власти прикрыли 40-летнюю монополию миллиардера Стэнли Хэ, допустив к борьбе за лицензии на открытие казино любые игорные корпорации мира. Не преминув использовать этот счастливый шанс, американцы уже строят в Макао свое казино, сочетающее лучшие стандарты Лас-Вегаса с законами фэншуй, золочеными интерьерами, чайными церемониями и игорными традициями Китая.

Рост числа казино по всей Азии усложняет и регулирование деятельности этих заведений. Одно из главных опасений состоит в том, что казино могут быть использованы для отмывания денег мафии. Эти опасения резонны, потому что даже Австралия, с ее наиболее четкими правилами регулирования игорного бизнеса, не может предотвратить отмывание денег в своих казино, через которые ежегодно проходят миллионы нарко- и прочих преступных долларов.

Жители Тайланда, где легальный игорный бизнес ограничен лотереей и скачками, сбивают азартную лихорадку в казино, пышно процветающих в приграничье более бедных соседей: Камбоджи, Лаоса и Мьянмы. Хотя все эти казино находятся за пределами Тайланда, большая часть из них принадлежит тайцам, а 99 % клиентуры составляют также сами тайцы. Лет 25 назад граница Тайланда и Камбоджи была местом сражений между армией и партизанами Красных Кхмеров, постоянно угрожавших военными вылазками в Тайланд. Но сегодня единственным видом вторжений являются потоки из тысяч тайцев, ежедневно выезжающих в Камбоджу для игры в пограничных казино.

Не менее двух казино работают сегодня на границе Тайланда и Мьянмы. Одно казино действует недалеко от столицы Лаоса, г. Вьентьяна, и еще около 8 казино раскинулись вдоль тайско-камбоджийской границы. Крупнейшим центром игорного бизнеса служит местечко Попет в 220 км к востоку от Бангкока. До введения в 2000 г. тайскими властями визового режима, поток приезжавших в Попет тайцев достигал 5000 чел. в день. За последние годы здесь открыты не менее 7 казино. Чтобы не рисковать арестом в подпольных казино на родине, тайцы предпочитают навещать роскошные казино за ближайшей границей, где могут спокойно делать ставки, и даже бесплатно переночевать в гостинице, закупив фишки на 750 дол. США.

Хотя рост популярности приграничных казино вызывает опасения утечки капиталов из Тайланда, на деле, вместо утечки капиталов наблюдается даже их обратный приток. Ведь прибыль от работы этих казино попадает в карман владельцев из Тайланда. Например, крупнейшее в Попет казино "Тропикана" принадлежит тайке, хозяйке гигантского сталелитейного концерна. А соседним казино "Лас-Вегас" владеет тайский магнат, контролирующий развитую по всей стране сеть АЗС. По непроверенным слухам, среди "закулисных партнеров" третьего казино числился даже один из вице-премьеров страны. Кроме того, приграничные казино эксплуатируют тайское электричество, телефонную связь и банковскую систему.

Казино в Попет обслуживают несколько тысяч тайцев и камбоджийцев (дилеров, крупье и гостиничных служащих), а также интернациональная команда менеджеров из Австралии, Филиппин и Макао. Но, помимо создания некоторого числа рабочих мест, вызывает сомнения, какие выгоды получает от этих казино сама Камбоджа, где до недавних пор не было законодательства, регулирующего поступление в казну прибылей от игорного бизнеса. Местные казино являются прибыльными лишь для узкого круга чиновников и политиков, ведающих выдачей лицензий.

На тайской стороне также возникают проблемы от последствий бума в приграничном игорном бизнесе. Власти Тайланда пытаются удержать одержимых азартным недугом сограждан от растраты за игорным столом трудно нажитых денег. Одна из статей в газете "Bangkok Post" сообщает, что ежегодный оборот игорной индустрии Тайланда ежегодно достигает 320 млн. бат. Примерно 110 млн. бат приходятся на подпольные притоны, 92 млн. - на подпольные лотереи, 51 млн. - на ставки по европейскому футболу и тайскому боксу, и еще 38 млн. бат - на государственные лотереи. Теневой характер игорного бизнеса, опять же, сопряжен с наркотиками, проституцией, коррупцией и другими преступлениями. Вот почему критики призывают власти легализовать и отрегулировать работу казино в самом Тайланде. Но попытки поднять этот вопрос встречают оппозицию. Тайский консерватизм, вкупе с интересами подпольных и приграничных казино, удерживают эту проблему от появления в повестке обсуждений парламента.

Не менее сложно обстоят дела с игорным бизнесом Филиппин. Когда в 2001 г. местные власти разрешили работу первого в стране Интернет-казино, парламентарии и влиятельная католическая церковь раскритиковали этот шаг, как вторжение азартных игр в дома и офисы филиппинцев, и даже как греховное искушение для молодых пользователей Интернет. Когда Интернет-казино все же открылось, филиппинцы получили круглосуточный доступ к широкому набору азартных игр, включая блэкджек, крэпс, мини-баккару, рулетку и игровые автоматы. В 2005 г. государственная "Корпорация развлечений и азартных игр Филиппин" (КРАФ) благословила международную группу BetonSports на заключение с местной Интернет компанией Philweb крупного контракта по приему ставок на спортивные соревнования в режиме онлайн.

Помимо Интернет-казино, КРАФ надзирает за десятками казино, сотнями киосков игры "бинго" и букмекерскими конторами по всей стране. Только в 2000 г. правительство получило через эту государственную контору общий доход в 292 млн. дол. США. Хотя многие церкви, гражданские и неправительственные организации принимают дотации от Корпорации, церковь все равно выступает против всех форм азартных игр в этой единственной в Азии стране, населенной преимущественно католиками. Отцы церкви жалуются, что азартные игры сеют душевную смуту, особенно среди бедных филиппинцев, которые делают ставки, не имея денег на покупку даже самых нужных вещей. Делается это, естественно, в надежде на счастливый случай, который позволит им мгновенно разбогатеть. Судя по опросам, к различным азартным играм прикладываются не меньше 58 % филиппинцев. Несмотря на нескончаемые споры о допустимости и моральности участия властей в игорном бизнесе, последний все так же процветает, принося огромные доходы страдающему от дефицита средств правительству Филиппин.

В свое время церковь и оппозиция часто использовали тему азартных игр для борьбы против президента Эстрады, чья любовь к игре и тесные связи с воротилами игорного бизнеса привели к его импичменту в январе 2001 г. и последующему аресту. Падение Джозефа Эстрады было предрешено в момент, когда он не поделил доходы от подпольных азартных игр с партнерами и был публично обвинен ими в получении миллионных взяток, которые тратил на расширение бизнеса и покупку шикарных вилл для многочисленных любовниц.

После скандала с Эстрадой министерство финансов Филиппин задумалось о приватизации КРАФ, оговариваясь при этом, что приватизация может принести как пользу, так и нежелательное снижение средств на многие благотворительные проекты, с другой стороны. По закону, половина доходов КРАФ поступает в казну, а другая половина идет на покрытие расходов самой Корпорации и различных благотворительных взносов, включая социальный фонд президента, используемый, в основном, для финансирования проектов помощи бедному населению. По словам руководителей КРАФ, участие правительства в игорной индустрии позволяет лучше контролировать и регулировать игорный бизнес в стране. Однако сомнительность этих утверждений показал скандал с президентом, который, как матерый игрок, рискнул корыстно пойти "ва-банк", но пал жертвой недовольных партнеров и конкурентов. А в 2005 г. оппозиционные силы Филиппин инициировали импичмент нынешнего президента Глории Макапабаль Аройо. Одной из причин кампании за импичмент стали обвинения против родственников Аройо в наживе на игорной индустрии.

Трудно представить себе современное казино в королевстве Непал, одной из беднейших и наименее развитых стран мира, где азартные игры строго запрещены для местных граждан. Но индийцы и другие иностранцы, приезжающие попытать счастье за игорным столом, держат на плаву местный игорный бизнес. Почти четверть века Непал имел лишь одно казино для иностранных клиентов. Но теперь в стране действуют 6 казино, работающих при лучших гостиницах г. Катманду, столицы Непала. Бизнес всех казино бурно процветает, чему не мешает даже растущая конкуренция со стороны других стран. В старейшее в Непале казино "Непал", работающее с 1968 г. в лучшем столичном отеле, по будням заглядывают до 2000 клиентов, и до 3500 игроков в выходные дни. Тремя другими крупными казино являются открытые в 1992 г. "Казино Рояль", "Казино Эверест", "Казино Анна" и др. За каждое из них хозяева компании "дарят" властям по 180 000 дол. США в год, помимо налогов и других выплат в казну.

Хотя основной контингент игроков в Непале традиционно составляют индийцы, в последние годы их число снижается, так как для утоления азарта многие индийцы выезжают в круизы на судах или в другие страны Азии, где также имеются казино. Еще одна проблема состоит в том, что индийцы не могут ввозить в Непал банкноты дороже 100 рупий. А индийские банкноты с номиналом от 500 рупий запрещены для хождения в Непале.

Имеются и психологические проблемы, связанные с антииндийскими настроениями непальцев. По словам одного из хозяев казино, в ответ на неприветливость хозяев, самолюбивые индийцы предпочитают не приезжать в гости вообще. Однако 95 % крупных игроков в Непале - все же индийцы, а остальные 5 % - прочие иностранцы, например, тибетцы. Среди мелких игроков индийцы составляют 65 %, а 35 % - другие иностранцы. Все эти клиенты приносят казино ежегодный доход в 400 млн. рупий, или 5,2 млн. дол. США.

По мере открытия новых казино, существующие казино ожидает рост конкуренции. Хотя часть оппозиционных политиков выступает против развития игорного бизнеса в Непале, местную игорную Мекку, судя по всему, ожидает долгое и светлое будущее. Впрочем, это будущее - не для непальцев, которым все так же запрещено играть в азартные игры, несмотря на то, что первое в стране казино открылось уже почти 40 лет назад.


Азартные игры, легальные или нелегальные, находят клиентов во всех странах Азии. А азиатские правительства постепенно осознают, что игорная индустрия привлекает в экономику огромные капиталы и, при должном регулировании, может помогать в решении многих социальных и экономических проблем. Как бы ни складывались судьбы игорной индустрии в разных странах континента, особый азарт азиатов остается залогом ее неизменного выживания. Неистребимость игорной страсти, возможно, объяснима культурной спецификой азиатских народов, с присущим им фатальным взглядом на жизнь. Ведь что, как не искренняя вера в судьбу может породить неодолимое искушение поиграть с этой судьбой, поставив на кон, в один роковой или прекрасный день, всю череду своих будущих кармических перерождений?!


Валентин Лю

22.12.06