# Проблемы и трудности тайваньского президента

Валентин Лю

К первой годовщине вступления Чень Шуй-бяня на пост президента Китайской республики в 2000 году.

Валентин Лю

2001


ПРОБЛЕМЫ И ТРУДНОСТИ ТАЙВАНЬСКОГО ПРЕЗИДЕНТА:

ОДИН ГОД СО ДНЯ ВСТУПЛЕНИЯ ЧЕНЬ ШУЙ-БЯНЯ

НА ПОСТ ПРЕЗИДЕНТА КИТАЙСКОЙ РЕСПУБЛИКИ


В 1995 году, по опросу американского журнала "Тайм", этот человек был признан одним из 100 наиболее перспективных политиков Азии. На сегодняшний день он полностью оправдал эти прогнозы, оказавшись на посту президента Китайской республики и уже ровно один год направляя внешнюю и внутреннюю политику Тайваня.

Однако приход к власти оказался сопряжен для Чень Шуй-бяня не с успокоенностью и триумфом, а с множеством трудностей и проблем, от которых прямо зависит настоящее и будущее Тайваня. К числу этих проблем относятся обеспечение государственной безопасности, преодоление международной изоляции, стабилизация внутриполитической ситуации, государственные реформы, преодоление экономического спада, роста безработицы и создание условий для дальнейшего развития экономики острова.

Судя по результатам первого года правления президента и его администрации, решение этих проблем ознаменовалось весьма скромными успехами во внешнеполитической сфере и целой серией неудач и конфузов во внутренней политике, итогом которых стали конфликт между правительством и парламентом, кризис президентства, внутриполитическая нестабильность, ухудшение экономической ситуации и угроза общего государственного кризиса на Тайване.

В действительности, еще накануне выборов 2000 года Чень Шуй-бянь (один из наиболее активных сторонников независимости Тайваня) осознал необходимость смягчения своих радикально пронезависимых позиций, и выступил с более умеренной доктриной "нового срединного пути". Эта доктрина предполагала проведение сбалансированной внешней и внутренней политики, основанной на учете мнения и интересов большинства жителей Тайваня, независимо от их взглядов и происхождения.

Сразу же после выборов, ясно понимая свое положение "президента меньшинства", Чень Шуй-бянь был вынужден приступить к реализации этих предвыборных обещаний. Лишь таким образом новый президент мог рассчитывать на получение поддержки голосовавшего против него большинства населения острова, завоевание симпатий международного общественного мнения и стабилизацию отношений с КНР.

Одним из первых шагов на этом пути, помимо подтверждения предвыборного обещания отстраниться от прямого участия деятельности ДПП, стало выдвижение Чень Шуй-бянем программы "5 нет", означавшее если не отмену, то длительную отсрочку планов провозглашения независимости острова. Эти обещания включают сохранение сложившегося "статус кво", которое, на сегодняшний день, устраивает практически все стороны и является своего рода "нулевым" вариантом обеспечения национальных интересов Тайваня в отношениях между Тайбэем и Пекином. На протяжении всего минувшего года, Чень Шуй-бянь неоднократно заявлял (и продолжает заявлять) о своей готовности и искреннем желании вступить в переговоры с Пекином, по вопросу о перспективах воссоединения, без всяких предварительных условий. В своих заявлениях, он даже выразил готовность совершить поездку в материковый Китай и принять на Тайване представителей высшего руководства КНР. И хотя эти призывы не вызвали доверия и позитивной реакции с противоположной стороны Тайваньского пролива, однако они все же обеспечили сдержанную реакцию и даже скромные словесные уступки со стороны Пекина, вроде заявления заместителя председателя Госсовета КНР Цянь Ци-ченя о том, что "один Китай" может не сводиться к отождествлению только с КНР, или только с Китайской республикой на Тайване.

В целом, несмотря на отсутствие явных успехов в области внешней политики, по истечении первого года правления, внешнеполитическая деятельность нового президента, все-таки, может быть признана довольно успешной. За минувший год, тайваньскому президенту удалось поддержать и активизировать связи с дипломатическими союзниками Китайской республики. В то же время, вопреки опасениям скептиков и недоверию Пекина, президенту удалось сохранить общую стабильность в отношениях между сторонами Тайваньского пролива. В определенной степени, уже само отсутствие крупных провалов на внешнеполитическом поприще, можно вполне считать относительным успехом администрации Чень Шуй-бяня.

Едва ли не наиболее важным и знаменательным шагом, предпринятым сразу же после победы на мартовских выборах, стало заявление Чень Шуй-бяня о том, что он собирается стать "всенародным президентом" и сформировать на Тайване "всенародное правительство". Несмотря на всю краткосрочность деятельности четырехмесячного "общенародного правительства" под руководством премьера Тан Фэя, можно утверждать, что сама попытка создания правительства с участием представителей оппозиционных партий, оказалась одним из немногих реальных достижений Чень Шуй-бяня за 12 месяцев его президентства.

К сожалению, как показывает действительность, многие благие намерения и популистские начинания нового президента оказались трудноосуществимыми. Многие из конкретных усилий и инициатив Чень Шуй-бяня вызывали холодный прием со стороны общественности. Скромные результаты деятельности его администрации остаются весьма неустойчивыми и подвергаются критике как со стороны политической оппозиции, так и из рядов самой правящей партии. Под вопрос ставятся не только отдельные шаги нового государственного руководства, но и эффективность всей деятельности правительства и президента за истекшие 12 месяцев.

Таким образом, минувший год обернулся для президента Чень Шуй-бяня длинной чередой труднейших испытаний. При этом ему довелось натолкнуться на многие из тех самых "подводных камней", в игнорировании которых он столь мастерски изобличал своих предшественников у власти.

Эти трудности и испытания связаны с целым рядом причин. К ним относятся явные противоречия и невыполнимость ряда предвыборных обещаний, отсутствие опыта государственного управления и четкого курса у нового правительства, доминирование оппозиционных партий в парламенте, а также бремя бюджетных, экономических и социальных проблем, доставшихся в наследство от правительства Гоминьдана. Не последнюю роль играют также особенности личного характера и стиль руководства самого тайваньского президента.

Сразу же после своего избрания президент Чень Шуй-бянь прямо заявил о том, что понимает, насколько сложны стоящие перед ним задачи, равно как и то, что, заняв пост президента, он должен действовать "без права на ошибку". Но, коль скоро деятельность "без права на ошибку" в области управления государством сродни хождению по канату над пропастью, за первый год своего пребывания в должности государственного лидера президенту Чень Шуй-бяню пришлось уже не раз "срываться и падать", а затем с большими трудами снова выбираться на заданную жизнью высоту.

Уже после первых месяцев правления эти регулярные "срывы и падения" президента привели к заметному убыванию оптимизма среди сторонников новой власти. А ее противники развернули в октябре прошлого года кратковременную, но, тем не менее, беспрецедентную для демократических государств кампанию по отзыву президента, связанную с внезапным решением правительства о прекращении строительства 4-й АЭС на севере Тайваня.

В результате, в "экстраординарном" телевизионном обращении к нации от 5 ноября 2000 года президент даже публично покаялся в своих промахах и принес личные извинения тайваньской общественности и лидеру оппозиционного Гоминьдана Лянь Чжаню. "Как руководителю страны мне еще следует многому научиться, и мне следует сделать много поправок," - заявил Чень Шуй-бянь.

Чему же следует учиться, и какие промахи следует исправлять тайваньскому президенту? Как представляется, главная проблема для президента на протяжении всего первого года его правления заключалась в том, чтобы обратить свои благие планы и призывы в конкретные дела, заручиться поддержкой общественности и содействием политической оппозиции, путем выработки четкой государственной политики, подкрепленной последовательными практическими действиями нового правительства. Очевидно, что за первый год своего правления президент Чень Шуй-бянь так и не смог решить многие из этих проблем.

Судя по итогам первых 12 месяцев правления, сформированное новым президентом правительство только теперь начинает принимать конкретные меры для выработки нового и последовательного государственного курса, с целью стабилизировать экономическое и политическое положение в стране. В телевизионном обращении 18 мая, по случаю первой годовщины своего президентства, Чень Шуй-бянь открыто признал, что беспрецедентный для 5000-летней китайской истории и последних 50 лет истории Тайваня мирный переход государственной власти к новым политическим силам, пока еще не завершен.

Одним из главных "камней преткновения" нового президента в деле переопределения национальных интересов Тайваня является проблема "одного Китая". Характерно, что вынужденный сдвиг президента Чень Шуй-бяня в сторону более уравновешенной и прагматичной позиции в вопросе об отношениях двух сторон Тайваньского пролива, поставил его под огонь перекрестной критики со стороны уже не одного, но всех политических лагерей на Тайване. В то время как радикальные сторонники независимости острова критикуют Чень Шуй-бяня за отступничество от собственных идеалов, сторонники идеи воссоединения с материковым Китаем, в свою очередь, критикуют президента за неискренность в деле улучшения отношений в Тайваньском проливе. И обе стороны критикуют его за непоследовательность, нерешительность и колебания, которые, по их мнению, чреваты снижением уровня государственной безопасности и противоречат национальным интересам Тайваня.

Сложность дилеммы, с которой столкнулся президент Чень Шуй-бянь, в ходе этого политического маневрирования, проявилась в его отношении к занятию поста председателя Комитета по делам национального объединения (КНО), созданной еще в годы правления Ли Дэн-хуэя. Первоначально, президент Чень выразил готовность занять этот пост, традиционно принадлежавший тайваньскому президенту. Но затем, под влиянием резкой критики из рядов правящей Демократической прогрессивной партии (ДПП), он уклонился от руководства деятельностью названного комитета. Чтобы выйти из крайне двусмысленного положения, администрация президента предпочла поставить под сомнение саму правомерность статуса и эффективность деятельности КНО. В то же время, администрация президента прибегла к созданию альтернативной "надпартийной группы" по выработке новой стратегии в отношениях с материковым Китаем, под руководством президента Академии Синика Ли Юань-чжэ. Но эти шаги, в свою очередь, натолкнулись на критику оппозиции, которая утверждала, что создание подобной консультативной группы при президенте совершенно излишне, поскольку уже существует такой орган, как КНО. А отказ президента Ченя занять пост главы КНО выдает его неискренность и незаинтересованность в конечном воссоединении двух сторон Тайваньского пролива, в рамках "одного Китая". Как известно, работа консультативной группы Ли Юань-чже завершилась принятием консенсуса, который свелся к тому, что истолкование понятия "одного Китая" должно основываться на содержании Конституции Китайской республики. Однако ограниченное значение этого консенсуса для прогресса в отношениях между обеими сторонами Тайваньского пролива, выразилось в широких сравнениях с "горой, которая родила мышь".

При всей деликатности позиции Чень Шуй-бяня по вопросу "одного Китая", куда большие трудности и разочарования подстерегают тайваньского президента в области стабилизации внутренней политики и экономики. Так, попытка выполнить волевым решением предвыборное обещание по улучшению материального положения граждан (политика "трех троек", материальные пособия в 3000 Новых тайваньских долларов младенцам, инвалидам и престарелым гражданам), обернулась неуклюжими отсрочками, связанными с отсутствием в казне государства требующихся для этого денежных средств. Обещание не повышать налоги, при одновременном наращивании социальных расходов, привело к тому, что размеры государственного дефицита возросли до предельно допустимого уровня в 15 % . А обещания поддержать традиционную индустрию и связанные с этим отсрочки выплат просроченных банковских долгов частными предприятиями, привели к повышению доли "плохих займов" и разговорам о возможности скорого финансового кризиса на Тайване. Все это происходит на фоне сохраняющейся неопределенности в отношениях с КНР, ускоряющегося исхода бизнеса и утечки капиталов в КНР, падения курса биржевых акций и Нового тайваньского доллара, резкого роста безработицы и, как следствие, снижения темпов экономического развития острова.

Еще одной сложной проблемой, связанной с предвыборными обещаниями Чень Шуй-бяня, оказалась проблема сочетания интересов центральных и местных органов государственной власти. Показательным в этом отношении явился "финансовый" конфликт между президентом и мэром Тайбэя Ма Ин-цзю. В основе нарастающих между ними противоречий лежит не столько личное соперничество, проистекающее со времен выборов в мэры Тайбэя (1998), сколько противоречия между финансовыми интересами центрального и городского правительств.

Как известно, в бытность мэром Тайбэя (1994-1998) Чень Шуй-бянь внес немалый вклад в развитие и благоустройство тайваньской столицы, что снискало ему широкую поддержку и популярность среди тайбэйских горожан. К наследию "мэра" Чень Шуй-бяня относятся и решительные обещания по защите интересов жителей Тайбэя, данные в период работы мэром и неудачной кампании по переизбранию в 1998 году. Теперь же, оказавшись на посту президента, Чень Шуй-бянь вынужден не только отказаться от многих из своих прошлых обещаний, но и действовать вопреки этим обещаниям, с учетом интересов всех жителей острова.

Наиболее наглядным примером такого противоречия оказалась проблема государственных субсидий для городов центрального подчинения Тайбэй и Гаосюн. Будучи мэром Тайбэя, Чень Шуй-бянь обещал избирателям, что не допустит сокращения этих субсидий центральным правительством. Однако летом 2000 года центральное правительство, с согласия президента, приняло решение о 4-х процентном сокращении этих субсидий для двух крупнейших городов Тайваня (с 47 % до 43 %), и о перераспределении сэкономленных таким образом средств в пользу других местных правительств острова. Для тайваньской столицы это решение обернулось ежегодной потерей около 4-х миллиардов Новых тайваньских долларов и угрозой срыва ряда крупных коммунальных программ.

Таким образом, после занятия поста главы государства Чень Шуй-бянь невольно оказался по другую сторону конфликта интересов государственной и местной власти. В результате, президент вновь попал в весьма двусмысленное положение, которое можно выразить формулой "президент Чень Шуй-бянь против мэра Чень Шуй-бяня". И это противоречие было активно использовано нынешним мэром Тайбэя Ма Ин-цзю, который критикует и ставит под вопрос состоятельность слов и поступков нового тайваньского президента.

В области внутренней политики далеко не гладко складывались на протяжении минувшего года отношения президента с приведшей его к власти правящей ДПП. Наблюдавшееся в первые месяцы правления отдаление Чень Шуй-бяня от деятельности и важнейших программных положений ДПП, его попытки принимать государственные решения без тесных консультаций с партийным руководством, привели к некоторому ослаблению поддержки и маргинализации личного влияния президента внутри партии, а также несогласованности позиций ДПП и президента по целому ряду важнейших государственных проблем. Правда, впоследствии, внутриполитические неудачи подтолкнули Чень Шуй-бяня к более тесной координации своих действий с руководством ДПП, путем проведения еженедельных совещаний с участием президента, руководителей правительства и правящей партии. Однако в рядах правящей партии, все еще раздаются голоса несогласия, как с внешней, так и с внутренней политикой президента, в его отходе от идеи независимости Тайваня, в нарушении принципов действующей Конституции и попытках неправомерной монополизации государственной власти.

Дополняя общую запутанную картину, отношения президента с оппозиционными политическими партиями и парламентом также складываются по крайне негативному сценарию. Казалось бы, после долгих и тщетных призывов о проведении "круглого стола", президенту удалось "стронуть лед", проведя беспрецедентные для тайваньской истории октябрьские встречи 2000 года с лидерами оппозиции от Первой народной партии (ПНП, Джеймс Сун) и Гоминьдана (Лянь Чжань). Однако положительные результаты этих встреч были низведены "на нет" и односторонне денонсированы этими же лидерами оппозиции, после внезапного решения правительства о прекращении постройки 4-й АЭС. Возможно, после прозвучавшего в июле 2001 года заявления Чень Шуй-бяня о необходимости ревизии имущества Гоминьдана, такая же участь постигнет и надпартийный консультативный Комитет по экономическому развитию.

Одним из коренных "промахов", который ставят в вину президенту и в котором сходятся, как политические противники, так и многие соратники Чень Шуй-бяня по правящей партии, является практикуемый им и с трудом поддающийся изменению стиль руководства страной.

Еще в бытность видным оппозиционным деятелем, Чень Шуй-бянь отдавал явное предпочтение радикальному способу решения спорных проблем, и даже разработал особую тактику, выражавшуюся формулой "конфликт - переговоры - компромисс". Склонность к этой тактике Чень Шуй-бянь продемонстрировал и в первые месяцы своего президентства, хотя ее сущность не слишком увязывается с амплуа "всенародного президента" и обнаружила свою ограниченную эффективность уже в годы работы Ченя на посту мэра Тайбэя.

Практически с первого дня существования "всенародного правительства" под руководством премьера Тан Фэя со стороны политических кругов и общественности стали раздаваться все более громкие упреки Чень Шуй-бяню в авторитарности правления и отступлении от принципов Конституции, якобы предполагающей параллельное государственное руководство со стороны президента и назначаемого им премьера.

Знаменательно, что подобные упреки раздавались не только со стороны оппозиции, но и со стороны крупнейших деятелей ДПП. Критика "авторитарных" наклонностей Чень Шуй-бяня прозвучала еще в период его номинации в качестве кандидата в президенты от этой партии. Результатом острой критики Ченя со стороны политических единомышленников стал демонстративный выход из рядов ДПП двух ее бывших председателей, Сюй Синь-ляна и Ши Мин-дэ, которые также ставят в вину Чень Шуй-бяню авторитарность, нарушение Конституции, ухудшение экономической ситуации и ущемление интересов граждан Китайской республики.

Что касается оппозиции, то она не упускает ни малейшего случая для критики личных недостатков президента, нестандартные действия которого создают благодатную почву для подобных обвинений, начиная от разоблачений в "авторитарности", высокомерии и мании "Великого президента" (Лянь Чжань), до обвинений в "грубости и ребячестве" (Лянь Чжань). Как показывает действительность, критики от политической оппозиции воспринимают исходящие из президентской канцелярии призывы к "надпартийному" сотрудничеству в общенациональных интересах, главным образом, как попытки манипуляции со стороны президента, и громко обвиняют его в попрании национальных интересов, в коварстве, авторитарности, непоследовательности, а также в недостатке искренности и уважения к политической оппозиции.

В целом, неудачи Чень Шуй-бяня в создании эффективного и популярного правительства, гармонизации отношений между правительством и парламентом, правящей и оппозиционными партиями, в нормализации личных связей с прочими субъектами тайваньской политики, а также обнаружившаяся нереальность выполнения предвыборных обещаний по улучшению благосостояния избирателей, привели к заметному снижению его популярности, как президента. В глазах общественного мнения, сегодняшний президент Чень Шуй-бянь заметно проигрывает "по очкам" самому себе в бытность кандидатом в президенты и лидером политической оппозиции.

Избрание Чень Шуй-бяня на пост главы Китайской республики сопровождалось радужными ожиданиями пришествия "новой эры" в тайваньской политике, связанной с мирной передачей государственной власти новым политическим силам. Но сегодня энтузиазм тайваньской общественности значительно поугас. За год президентского правления рейтинг популярности Чень Шуй-бяня снизился почти вдвое, с более чем 80 %, до примерно 40 %.

Хотя в запасе у Чень Шуй-бяня есть еще целых три года, очевидно, что судьба его президентства и интересы всех жителей острова будут прямо зависеть от его способности выйти из сложившихся противоречий за счет выработки адекватных путей и способов решения общегосударственных проблем.

В свое время, будучи оппозиционным законодателем и главой парламентского комитета по вопросам обороны Китайской республики, Чень Шуй-бянь прославил себя критикой отечественного истребителя IDF(Цзин-го). Пытаясь доказать плохое качество производства и бесперспективность применения этого истребителя, Чень Шуй-бянь остроумно обыграл его сокращенное название, окрестив самолетом I Don't Fly (Я Не Летаю). Однако уже после прихода на пост президента Чень Шуй-бянь, в качестве главнокомандующего вооруженных сил Китайской республики, произвел личный осмотр отечественного истребителя IDF и объявил удивленным согражданам о том, что название этой боевой машины можно отныне расшифровывать как I Do Fly (Я Действительно Летаю).

Этот парадоксальный лексический курьез очень наглядно иллюстрирует двойственность нынешнего положения и судьбы самого президента Китайской республики. Сегодня, через год после выборов нового президента на Тайване, перед взорами всего мира стоят по-прежнему открытые вопросы: сумеет ли все-таки Чень Шуй-бянь быстро миновать период "ученичества" и стать "хорошим президентом", умело пилотирующим самолет тайваньской государственности? Куда полетит этот пока все еще взлетающий самолет, и чем закончатся попытки оппозиции "приземлить" непредсказуемого и непокорного тайваньского президента? Ответы на эти вопросы остаются по-прежнему открытыми. Более того, пока в кабине пилотов летящего самолета продолжаются споры о цели назначения, а также о правах и способах пилотирования, остается без ответа и самый насущный вопрос - вопрос о безопасности пассажиров и членов экипажа, которыми являются все жители Тайваня.


Resume

Valentin Liu in his article ("Problems and predicaments of Taiwan's president: on the eve of the first anniversary since inauguration of Chen Shui-bian") gives the account of various challenges that pursued R.O.C. president during the first year of his presidency. These problems should have the great impact on current and future development of Taiwan. They include national security, foreign and cross-Strait relations, implementation of internal politics and pre-election promises, resisting the economic slump and increasing joblessness, working out the guidelines of future economic and social development of Taiwan, etc. Judging by results of the first year of Chen Shui-bian's presidency, the efforts to withstand these challenges had lead to modest progress in external and cross-Strait affairs. Meanwhile, internal politics had witnessed serious conflicts between president, executive authorities and Legislature, the ruling and opposition parties that further influenced economic decline and political instability in Taiwan.

The roots of difficulties in resolving many national problems lay in such objective reasons as the lack of governmental experience and majority of ruling party in the Legislature, as much as the large burden of problems left unresolved by former administration. But some of the difficulties arose due to contradictions of electoral promises, the certain political inconsistency and mistakes that were publicly acknowledged by president himself.

During the first year of presidency Chen Shui-bian and his administration had extreme difficulties in establishment of new effective government and cooperation with opposition parties in Legislature. As a result, many of important political, social and economic problems were not properly resolved for the time being. It seems that only now, after one year of rule, the government of R.O.C., under the leadership of president, begins to make certain practical moves to ensure the new ways and goals of national welfare and development. While president Chen Shui-bian still have almost three years to fulfil his objectives, the future of his presidency and national interests of people in Taiwan would rely upon his ability to resolve all current challenges and contradictions in adequate and timely manner.