# Золушка

Аноним Ayv

Сказка для взрослых

Местность вокруг казалась совершенно незнакомой, но я не беспокоился и был уверен, что найду дорогу. Лесная тропа влекла меня вперед, солнечные блики играли на хвое под ногами, теплыми пятнами пестрели на толстых стволах сосен. Долгий летний день едва заметно клонился к закату. Впереди, за кустами орешника, за ветвями ольхи показался просвет, и я вышел на небольшую поляну. Лес обступал ее с трех сторон, а с четвертой тянулся деревянный глухой забор с резными маковками на столбах. Тропа раздваивалась. Одна ее тореная ветвь шла по опушке и снова скрывалась в лесу на другом конце поляны. Другая, малохоженная, упиралась в калитку в заборе. За забором, в глубине сада, среди высоких сосен матово блестела темная черепица крыши большого дома.   Я остановился в раздумье. На другой край поляны из лесу вышла девушка. Одета она была в светлое короткое платье. В руке держала длинную травинку с пушистой метелкой на конце. Увидев меня, она сделала радостное движение рукой, словно хотела послать привет, но вдруг передумала. Она приближалась легкой походкой и улыбалась чему-то, поглядывая то на меня, то себе под ноги, на тропу среди травы.      - Здравствуй, - сказал я ей.   - Здравствуй, - ответила она и остановилась. - Ты кто?   - Я - Сказочник. А ты ведь не случайно здесь, так?   - Не случайно, - согласилась она и улыбнулась радостно.      По ее длинным светлым волосам, по темным глазам, по тонким белым рукам я догадался, что ей только что исполнилось 17 лет.      - Значит, ты пойдешь со мной? - спросил я. Здесь недалеко.      Она задумалась, потом рассмеялась и отрицательно покачала головой.      - Почему? - спросил я. - Ты же не случайно здесь. Пойдем! За десять монет!   - Нет, - сказала она, искренне веселясь.   - Что же, я совсем тебе не нравлюсь? - спросил я. - И десять монет - хорошие деньги.   - И деньги хорошие, и ты, Сказочник, мне нравишься, - ответила она весело. - Но, видишь ли, я - Золушка. Я ожидаю Принца.      Тут отворилась калитка в заборе, и на поляну ступил молодой человек. Одет он был в черные щегольские сапоги, черные мягкие штаны и белую кружевную рубашку с открытым воротом. Длинные черные волосы кудрями спадали на плечи. Лицо его озарилось улыбкой. Он двинулся по тропинке, на ходу широко раскинув руки. Девушка бросила травинку и побежала ему навстречу. Он подхватил ее и закружил по лугу. Потом понес к калитке. Она выглянула из-за его плеча, помахала мне и крикнула, задыхаясь счастливым смехом: "До свиданья, Сказочник! Мы еще встретимся с тобой!" Калитка со стуком захлопнулась за ними.      ----------      Большой отель казался незнакомым, но я не беспокоился. Вошел в ballroom и остановился у дверей. Огни люстр искрились, отражаясь в хрустале и серебре приборов, в бриллиантах дам. Оркестр тревожил нервы венгерским танцем Брамса. Спиной ко мне стояла стройная блондинка в длинном черном платье и разговаривала с высоким офицером в парадном мундире. Я был уверен, что она - замечательная красавица. Официант проходил мимо, и она обернулась, чтобы поставить на поднос недопитый бокал. По перчатке, до локтя облегающей тонкую руку, по цветам в волосах, по мраморной бледности лица я догадался, что ей 25 лет. Она совсем не была красавицей. Музыка смолкла. Разочарованный, я отвернулся.   Большие часы, стоявшие в углу на полу, заиграли короткую мелодию и тяжелыми мерными ударами пробили десять раз. Свет померк, а за растворенными окнами в темнеющем небе с треском разорвался залп фейерверка. Гости устремились на длинный балкон, окруженный каменной оградой с точеными вазами на столбах.   Свист и разрывы смолкли. Легкий ветерок сносил в небе дымные следы сгоревших ракет. Передо мной в темноте блеснули темные глаза, и тихий голос произнес:      - Здравствуй, Сказочник! Ты не узнал меня? Стыдно! Я не так уж изменилась. Это же я, Золушка.   - Здравствуй, - ответил я. - Прости.      Гости вернулись в зал. Мы остались на балконе одни.      - Расскажи о себе, о Принце, - попросил я.   - Рассказать? Но это же твое ремесло, - удивилась она.   - Сказочникам нужны истории, чтобы сочинять из них сказки, - объяснил я.   - Ну что ж. Слушай. Только ничего не забудь.      Мама умерла, когда мне исполнилось восемь лет. Мачеха и две сводные сестры ненавидели меня, попрекали и помыкали. Папа меня жалел, но боялся мачехи и не заступался за меня. Все шло, как положено в сказке. Однажды крестная прислала за мной экипаж и предупредила, чтобы я не опоздала. Экипаж надо было вернуть до полуночи. Я попала во дворец на бал. Только не к королю, а к барону. Но это же почти одно и то же сейчас, правда? На балу я танцевала лучше всех, и со мной познакомился принц, сын барона. Он был такой красивый! Но полночь настала слишком быстро, и я убежала из дворца, потеряв одну туфельку. Дома я проплакала всю ночь, потому что уверена была, что больше никогда не увижу своего Принца.   На другой день пришли жандармы с собакой на поводке, с моей туфелькой, и велели всем выйти из дома. Отец был на службе, а мачеха и сестры перепугались, как будто обокрали барона. Я не боялась, потому что думала, что Принца мне больше не видать, а все остальное было неважно.   Собака сразу же подбежала ко мне и залаяла. Меня увели, а мачеха кричала вслед, что так мне, воровке, и надо. Но я оказалась не в тюрьме, а во дворце барона. Принц узнал меня, покраснел и спросил, согласна ли я выйти за него замуж.   Накануне свадьбы ты как раз звал меня с собой. Видишь, я была права. Мы опять встретились.   - Что же дальше? - спросил я, потому что Золушка замолчала.   - Дальше ..., - она опустила голову и прикрыла глаза рукой в перчатке. - Мне всегда становиться грустно, когда я вспоминаю, что было дальше. Вечером того дня в окна загородного дома Принца полезли люди в черных масках. Они увели Принца, запечатали сургучом все двери, а меня выгнали на улицу. Принц из тюрьмы написал в газету, что во всем сознается и раскаивается. Что обещает вернуть все богатства, украденные у народа.   Мачеха была счастлива. "Так тебе и надо! - кричала она. - Вообразила себя принцессой! Кто, кроме ворья, на тебя польстится!"   Отец успокаивал меня; говорил, что Принца теперь скоро выпустят. Но что мне было с того? Я знала, что он уже никогда больше не будет Принцем.      Золушка стояла молча, опершись на каменную ограду балкона, и смотрела вниз, в темноту. Она снова казалась юной. Такой, какой я встретил ее в первый раз.      - Ты ведь сегодня не случайно здесь? - спросил я. Она кивнула. - Значит, ты пойдешь со мной? Здесь недалеко. За десять монет? - Она обернулась и долго смотрела на меня. - Что же, я совсем тебе не нравлюсь? И десять монет - хорошие деньги.   - Подожди, Сказочник, - сказала она наконец. - Послушай, что было дальше. Я думала, что умру, потому что уже никогда не встречу Принца, но тут появился ... он. Знаешь, Сказочник, он был похож на Принца, только старше, ниже ростом, не такой красивый, не такой знаменитый, и не такой богатый. В общем, он тоже был Принцем. Только Маленьким. Он взял меня с собой. Мы объездили много стран. Но Маленький Принц ужасно любил играть. Когда он видел колесо рулетки со слившимися в быстром вращении полосами цветов, он забывал обо всем на свете, даже обо мне. Однажды он проигрался так, что пришлось продать все, даже мои платья. Он стал бездомным и нищим.   Мне некуда было идти. Я не могла стать даже прежней Золушкой. Я думала, что умру, но тут появился он. Небогатый, и совсем не принц, но добрый, честный, щедрый. Он никогда не жалел денег для меня. Знаешь, Сказочник, он был хорошим.   - Что с ним случилось? - спросил я.   - С ним? Ничего. Он и сейчас здесь, - она кивнула на окна зала.   - Почему же ты говоришь о нем, как о мертвом? - удивился я.   - Не знаю, - сказала Золушка.      На балкон вышел высокий мужчина и окликнул Золушку.       - Милый, это Сказочник, - сказала она. - Мой старый знакомый.      Мужчина крепко пожал мне руку. На простодушном его лице появилась искренняя улыбка.      - Дорогая, нам пора. Уже поздно, - позвал он.   - Что ж, пойдем, - согласилась она.      Они двинулись вдоль балкона. Золушка на ходу обернулась и сказала с усталой улыбкой: "До свидания, Сказочник. Мы еще встретимся". Высокая дверь со стуком захлопнулась за ними.      ----------      Незнакомая улица сияла огнями фонарей и зеркалами витрин. Я был уверен, что не заблужусь. Увидел вывеску, приглашавшую в бар, где после семи всегда живая музыка, и толкнул тяжелую черную дверь. Метрдотель за конторкой с сомнением оглядел мой старый пиджак с обтрепанными рукавами, мятые брюки, стоптанные ботинки, но пропустил в зал. Там играла та самая - живая - струнная музыка, и мерцали разноцветные огни. Я вошел и остановился в раздумье.   У дальнего конца стойки на высоком круглом табурете сидела женщина и смотрела на меня. Я приблизился, в полумраке вглядываясь в ее лицо. Ни по дорогому серому платью, ни по свежему маникюру, ни по алмазному блеску в ушах я не мог определить, сколько ей лет.      - Здравствуй, Сказочник, - сказала она. - Ты опять не узнал меня. Стыдно!   - Здравствуй, Золушка, - ответил я. - Прости.      Подошел приветливый бармен в белой манишке и "бабочке". Я нащупал в кармане последнюю монету и заказал себе водки, а даме - что она предпочитает.      - Хочешь послушать, что стало со мной? - спросила она.   - Нет, - покачал я головой. Я и так знаю. Хороший человек умер.   - Умер, - кивнула она.   - Теперь мой черед рассказывать, - сказал я.   - Правда, - согласилась она. - В конце концов, ты ведь Сказочник.      Я выпил водку и начал рассказ.      У меня когда-то был друг - Волшебник. Однажды мы праздновали его день рожденья, выпили много шампанского, и нам стало очень весело. Мы шли по улице, шутили и смеялись. Был жаркий летний вечер. Он спросил:      - Хочешь, я покажу тебе кое-что? Ты слышал о пингвинах, мочалках, акулах?   - Нет, не слышал, - ответил я, смеясь. - Они что, все водоплавающие?   - Ты же хочешь стать Сказочником, - сказал он. - Значит, тебе будет интересно.      Он махнул рукой. Все завертелось у меня перед глазами, и мы оказались в какой-то северной стране, где наступала весна. Снег таял, и по улицам бежали ручьи. Солнце только что зашло. Небо над крышами домов было зеленоватым, выше все голубело, а высоко вверху становилось темно-синим, почти черным.      - Смотри же внимательно, - сказал Волшебник.      На бульваре, на круглом высоком постаменте стоял бронзовый памятник со склоненной головой. Снег, шурша, оседал на мокрых скамейках, на дорожках. Чернели голые ветви деревьев.   Позади памятника широкие ступени вели вверх, к входу в большой стеклянный зал. У памятника и на ступенях толпился народ.      - Чего они ждут? - спросил я.   - Скоро начнется представление, - объяснил Волшебник, кивнув на зал. - А ты смотри на девушек. Это гораздо интересней.      Я огляделся. Маленькими стайками стояли девушки-подростки. Слышался смех. Ярко пестрели разноцветные куртки, шапочки, теплые повязки на головах, спасавшие уши от холода. Девушки смотрели на проходивших мимо мужчин то вызывающе, то неуверенно, готовые ответить насмешливо и резко, или вдруг оставить подруг и пойти с первым встречным.      - Это пингвины, - объяснил Волшебник. - Видишь, они все ждут. Ждут чего-то огромного; такого, чего ни с кем никогда не случалось, а только с ними.   - Они ждут принца! - догадался я.   - Правильно. Смотри еще, - ответил он.      Девушки постарше и молодые женщины стояли и прогуливались по аллеям одни. Одеты они были не так ярко, как пингвины, и почти не смотрели по сторонам.      - Это мочалки, - сказал Волшебник. - Они ждут мужа или знакомого, который придет, как обещал, не опаздывая, с билетами. Они поэтому спокойны. Видишь, некоторые смотрят на часы и как будто сердятся. Показывают, что встречаются с подругой. Они тоже все ждут, но не так, как пингвины. Первые - что муж или знакомый станет богатым и знаменитым, станет принцем.   - Но маленьким принцем! - перебил я Волшебника.   - Маленьким, - подтвердил он. - Они гордятся перед пингвинами, потому что у них уже есть кандидат в маленькие принцы, а у тех - нет. И будет ли еще? ... Вторые ждут просто хорошего человека. Жизнь их уже научила, что даже маленькие принцы встречаются слишком редко. Смотри еще.      Женщины около тридцати и старше не стояли, а шли. Иногда вдвоем или втроем. Одеты они были дороже и с большим вкусом, чем мочалки. Держались уверенно.      - Видишь, как они все ухожены, причесаны? - спросил Волшебник. - Мужчины им как будто совсем не нужны. Они сами себе защита и опора. Они сильнее здешних мужчин. Они не верят ни в принца, ни в маленького принца, ни в хорошего человека. Пингвинов они не замечают, на мочалок смотрят презрительно. На тех, у кого ОН есть: "Вцепились в замухрышку!" На тех, у кого ЕГО нет: "Кому вы нужны без денег, без своего жилища". Но на самом деле и они ждут и вцепляются мертвой хваткой при первой возможности. Потому что они - акулы.   - Но не все же такие! - усомнился я. - Некоторые и в семнадцать лет акулы, другие всю жизнь пингвины.   - Верно, - согласился Волшебник. - Но в твоей сказке таких исключений не будет.      ----------      - Ты интересно рассказываешь, - похвалила Золушка. - Редким пингвинам иногда действительно встречаются принцы. Но знаешь, в чем беда, Сказочник? Они все - подонки! - она засмеялась глухим смехом.   - Дай мне досказать. У сказки должен быть счастливый конец. - Но Золушка перебила меня:   - Конец - это смерть. Пойдем лучше со мной. Здесь недалеко. И будет счастливый конец для твоей сказки. - Она оглядела мой костюм. - Я дам тебе десять монет. Ну же! Соглашайся! Десять монет - хорошие деньги!      Я молчал. Я больше не хотел идти с Золушкой. Даже за десять монет.      - Я пошутила, - сказала Золушка. - Купи мне еще drink, Сказочник! - В последнем ее слове прозвучала ядовитая ирония.      Я пересчитал оставшуюся мелочь. Сияющий любезностью бармен поставил перед ней рюмку на стойку. Золушка выпила одним глотком, достала зеркальце, поправила прическу, подвела губы. В движениях ее было что-то резкое, хищное.      - Прощай, Сказочник! - сказала она.      Я слышал сквозь музыку, как тяжелая дверь захлопнулась за ней.      Март 2005.      /-\/