# Куда уехал цирк?

Виктория Вексельман

Над Ольмертом смеются. Пока еще не зло, но ведь у него еще только выпадают волосы, а не вставные челюсти, хотя Авигдор Либерман так озаботился укреплением вертикали власти, что мы, может, дозреем.

Печально я гляжу на наше поколенье,   Его грядущее иль пусто иль темно.   Меж тем под бременем познанья и сомненья   В бездействии состарится оно.   Лермонтов М. Ю.      У израильских юмористов появились новые, весьма модные объекты для шуток - премьер-министр, министр обороны и начальник генштаба. Например, можно без страха доверять Эхуду Ольмерту и Дану Халуцу ведение переговоров с Сирией, потому что никто лучше, чем они не разбирается в инвестициях и недвижимости.      Экстрасенсы берутся угадывать мысли политиков на расстоянии, если им покажут хоть одного мыслящего политика. Впрочем, лихорадочные мысли Ольмерта прочитать несложно: "У нас нет атомной бомбы, у нас нет атомной бомбы", а если он оговорился, так только потому, что политик всегда говорит не то, что думает. Вот и получился конфуз.      Словом, правящая клика стала смешной. Над Шароном не смеялись, даже когда его с полубезумным взглядом выводили из "Хадассы", а он, как механический органчик твердил, что ему пора за работу. Над Ольмертом смеются. Пока еще не зло, но ведь у него еще только выпадают волосы, а не вставные челюсти, хотя Авигдор Либерман так озаботился укреплением вертикали власти, что мы, может, дозреем не только до юмора, но и до политической сатиры, если для этого сохранится почва, в буквальном смысле. Потому что Ольмерт и Ливни эту самую почву не только у юмористов, но и у всего народа просто рвут из-под ног. Вначале Ольмерт предложил отдать сектор Газы, потом консолидироваться в Иудее, Самарии и Иорданской долине, теперь приближенные Ципи Ливни считают, что Башар Асад созрел для переговоров.      Политический гоп-стоп теперь называется "мирный процесс". Абу-Мазен просто вслух говорит: "Жизнь или кошелек". В смысле, раскошеливайтесь на меня, а то хуже будет. Ольмерт для виду поломался, но затем 100 миллионов долларов отдал, а ему взамен "Касамы", правда, бывшие в употреблении, на территории Негева. Первые жертвы уже появились, два мальчика 14-ти лет. Ольмерт посовещался и решил прием египетского министра иностранных дел "непропорциональным ответом" не портить. Хотя "Исламский джихад" в нетерпении объявил, что перемирие, с его точки зрения, закончилось. Но Ольмерт на поводу у террористов не пошел.      Когда "Касам" падает на территории "стратегического объекта" в Ашкелоне, в дело вступает министр по стратегическим угрозам и громко призывает кары на головы террористов. А то вся страна недоумевала, какие такие функции у министра по стратегической угрозе? Сам министр уже неоднократно намекал: "Жила бы страна родная, и я вместе с ней". На посту министра. И чтобы никаких конфузов не было, он теперь голосует "за". За передачу 100 миллионов долларов террористам, за освобождение террористов "к празднику", хотя о судьбе своих, еврейских заложников никому ничего не известно, и за снятие блокпостов, все к тому же празднику жизни. Газета "Гаарец" привычно называет его "крайне правым политиком", потому что ему предписано играть эту роль.      Впрочем, самой большой стратегической угрозой для Либермана является не Ахмадинеджад, а Нетаниягу, который по опросам его, Либермана, обходит. В самом деле, Ахмадинеджад голоса на выборах отобрать не может, а вот Нетаниягу представляет прямую угрозу. Хотела было написать "и Абу-Мазен", а затем задумалась. Абу-Мазен как раз электорат отобрать может. Например, может дать указание израильским арабам, какую сионистскую партию поддерживать, а какую нет, как Арафат в свое время. Результат всем известен. В 1992 году "Авода" стала правящей партией, в 2001 году Брак проиграл выборы с разгромным счетом, а в 2006 году "Авода" радовалась 19 мандатам, да и то под обещание поднять минимальную зарплату до 1000 долларов. Искомые 1000 долларов усатому борцу за права всех трудящихся должен был дать капиталист и кровопийца Биби, но не вышло. Поэтому ругаться с арабскими депутатами с трибуны Кнессета для поддержания имиджа "правого экстремиста" - одно дело, а борьба за электорат - другое. Тут можно и в Вашингтон слетать с программой из 20 пунктов "Как нам обустроить государство Фалястын", и даже Шимона Переса слева обойти.      Так вот вся предвыборная кампания и шла под тем же лозунгом "Ахмадинеджад далеко, а Биби близко", не дадим ему отобрать наши кровные голоса.      Кампания травли "Ликуда" и Биньямина Нетаниягу была на выборах беспрецедентная. ШАС и НДИ не скрывали, что идут в коалицию с "Кадимой", и вели кампанию согласованно.      Мудрецы из "Ихуд леуми" сразу подсчитали, что они свои 9 мандатов возьмут, а больше им и не нужно, но перед выборами амбиции взыграли, а творческая мысль начала фонтанировать. Конечно, если бы им удалось предотвратить депортацию, было бы лучше, но кроме согласованного с шароновскими властями и полицией сидения в Кфар-Маймоне "представители правого лагеря" ничем похвастаться не могли. Оставалось только одно - отобрать голоса у Нетаниягу и забрать себе, в крайнем случае, передать другу Ивету. Был еще один враг справа - "Хазит". Этого врага тоже следовало уничтожить, чтобы не злить нового союзника, партию МАФДАЛ.      Вообще к партии МАФДАЛ у меня отношение особое - эта давняя союзница (с момента основания) рабочей партии в начале 90-х годов объявила себя представительницей правого лагеря, и дважды, именно справа, приводила к коалиционному кризису и поражению на выборах "Ликуда" - в 1992 и 1999 годах. Зато в коалиции Шарона МАФДАЛ сидела до последнего, пока Шарон и Перес не договорились, наконец, о дележе портфелей. Тогда МАФДАЛ с чувством исполненного долга и высоко поднятой головой опять ушла в ряды правой оппозиции.      "Не рой яму другому, сам в нее попадешь" - народная мудрость, которая в головах политиков угнездиться не может. Травля Нетаниягу и "Ликуда" привела к тому, что эта партия набрала всего 12 мандатов, и при той травле, которая против "Ликуда" велась слева и справа, это еще большое достижение. "Ихуд Леуми" от этого ничего не выиграла. Она осталась при своих 9 мандатах, зато НДИ получила 11 и отдала их на тарелочке с голубой каемочкой Ольмерту. Уж лучше бы голоса, которые с подачи агитаторов "Ихуд леуми" ушли в НДИ, достались МЕРЕЦу или "Кадиме". Было бы, по крайней мере, честнее, да и у НДИ амбиций поубавилось.      Результат бурной идеологической деятельности налицо - Ольмерт у власти, и укрепляет эту вертикаль вместе с Либерманом, который отвел от "Кадимы" главную стратегическую угрозу - досрочные выборы по результатам позорного военного поражения.      Правой оппозиции просто не существует. Борьба за голоса одних и тех же избирателей между "Ликудом" и "Ихуд леуми" велась на таком уровне, что сейчас они не могут нормально сотрудничать даже на скамье оппозиции. Все эти годы правые партии были ведомыми. Они шли в фарватере "Ликуда", а стать ведущими никак не получается. Для этого необходимо создавать объединенный национальный фронт, но все попытки его создания заканчиваются с тем же результатом, что и сидение в Кфар-Маймоне. На большее запала не хватает.      Наивные попытки "Еврейского руководства" бороться с Нетаниягу никого, кроме Сильвана Шалома, радовать не могут. И в самом деле, может ли Шалом рассчитывать на победу на ликудовских праймериз без помощи Фейглина? Представим себе на мгновение, что Моше Фейглин одержал победу на праймериз в "Ликуде", и под его руководством "Ликуд" - со всеми "вернувшимися домой" перебежчиками "кадима и обратно" - стал правящей партией. Что дальше? А дальше наступают суровые административные будни и каждодневный "саботаж спецов", и нужно иметь очень высокую квалификацию, чтобы в условиях этого саботажа продержаться. В первый раз Нетаниягу продержался три года. Добили его "соратники" в Уай-плантейшен. Он взял Натана Щаранского, Ариэля Шарона и Ицхака Мордехая, чтобы те поддержали его в борьбе с аппаратом Клинтона, а те предали. Второй раз Биньямин Нетаниягу выдерживал саботаж профсоюзного лидера Амира Переца, семейства Шаронов, прессы и Эхуда Ольмерта. Несмотря на все усилия этой теплой кампании, ему удалось спасти экономику и держать подальше от их цепких рук госказну. Поэтому я не стала бы говорить о нем как о слабом политическом и государственном деятеле. Для этого нужно быть очень высоким профессионалом, обладать опытом руководящей работы, и так далее. Сможет ли "честный парень", не обремененный излишним образованием, продержаться в условиях внутреннего и международного саботажа хотя бы полгода, я не уверена.      Демонстрации оказываются неэффективными. Конечно, если проводить их в Офакиме или Кфар-Маймоне. К сожалению, концепция, навязанная ЦАХАЛу - "не победить, а создать у противника впечатление", действует и в правом лагере. Ни одна из демонстраций правого лагеря не была нацелена на победу, на изгнание правительства национального предательства, все направлялось на создание впечатления. Впечатление, как известно, можно произвести на девушку, но не на врага.      Спасением было бы объединение всех здоровых правых сил в единый фронт, но когда правую интеллигенцию мучит комплекс Васисуалия Лоханкина, даже если они о таком литературном персонаже не слышали, а штатные политики относятся к народу как электорату, который они делят между собой в буфете Кнессета, то остается только цитировать классиков:      К добру и злу постыдно равнодушны,   В начале поприща мы вянем без борьбы,   Перед опасностью позорно малодушны,   Пред властию презренные рабы.      И прах наш с горечью судьи и гражданина   Потомок оскорбит презрительным стихом,   Насмешкой горькою обманутого сына   Над промотавшимся отцом. Опубликована на "Седьмом канале" http://www.sedmoykanal.com/article.php3?id=219734