# Отказ от псевдодемократии как средство выживания нации

Виктория Вексельман

Израилю для выживания необходимо отказаться от демократии, подрывающей основы государства, предлагает Овадия Шохер, но он несколько запоздал, поскольку мы уже сейчас живем в пост-демократическом обществе.


Я бы согласилась с постулатом, что "демократия является одним из факторов разрушения еврейского государства", если бы в Израиле была демократия, а не видимость ее.


Европа яростно отказывается от национальной самобытности, европейской истории и культуры, и упорные попытки евреев сохранить свою национальную обособленность, еврейский характер государства вызывают в лучшем случае непонимание, а чаще всего ненависть.


Свободы выбора у нас давно нет. Наши выборы давно превратились в "заказные футбольные игры". После позорного провала Шимона Переса в 1996 году заинтересованные в демонтаже Израиля лица перестали мелочиться и стали скупать партийных лидеров налево и направо, в буквальном смысле этого слова.


Не вышел номер с Эхудом Бараком - его сменил Ариэль Шарон, вся страна отвергла программу Амрама Мицны - ее выполнил все тот же Ариэль Шарон. Он провел изгнание евреев из сектора Газы и северной Самарии, он же вел тайные переговоры с Сирией об отступлении с Голанских высот.


Со свободой слова у нас туго. В демократической стране нет монополии на СМИ, а свобода прессы не включает право нарушать тайну следствия, разглашать военные тайны и поливать грязью свой народ, защищая права врага уничтожать нас. У нас свободная пресса загнана в Интернет и самиздат.


В демократической стране полиция не ломает руки, ноги, головы и хребты подросткам, не держит бессудно в тюрьмах 14-летних девочек-диссиденток и мальчиков тоже, и не оправдывает зверства полиции циничными заявлениями судей: "А вы что хотели, это война, а на войне как на войне. Идя на такую демонстрацию, надо понимать, что тебя ждет, а наказание диссидентам ужесточить, чтобы неповадно было". Тут наши суды и полиция действуют в соответствии с принципом необходимой безжалостности для подавления диссидентского движения.


В демократической стране народная армия не занимается трансфером своих собственных граждан, не гонит их из дому, не разрушает их дома, не воюет с собственным народом.


В демократическом государстве парламентарии не разъезжают по миру с призывами к бойкоту своей страны и к террористической войне, не ездят брататься с врагом во время войны, не получают пособия от Института национального страхования за потерю кормильца-террориста.


Впрочем, это издержки не демократического, а псевдодемократического общества, в котором соблюдение принципа видимости демократии дороже жизни человека и выживания нации. Хотя именно этот принцип проповедует наш Верховный суд, проводя европейскую политику денационализации Израиля и превращения его в государство всех граждан.


Под видом защиты демократии израильские ученые требуют бойкота израильских вузов и научно-исследовательских центров, деятели кинематографии на деньги минпроса ставят слезливые фильмы о террористах-смертниках и призывают к бойкоту израильских кинематографистов, журналисты изображают патриотов монстрами, еврейские юристы представляют в судах интересы террористов, да еще и являются членами партии БАЛАД, занимая в них "почетные" от 95 до 108 места.


Может ли выжить Израиль при такой с позволения сказать демократии? Ответ однозначный - нет.


Вот что по этому поводу пишет Овадия Шохер в книге "Ослепленный Самсон":


"Возможность демократии в Израиле в настоящее время - безнадежный миф. "Ни мира, ни войны" Троцкого окончилось провалом, и Израиль катится по той же дороге. Израиль не в мире, поэтому он в состоянии войны, сомнительной и завоевательной войны.


Демократия терпит различия во мнениях о национальной политике вместо требования единого национального усилия. Демократия, неизбежно слабая и неприспособленная для военного времени, предназначена для мира. Демократии Древней Греции вели только короткие завоевательные войны, если только не были вынуждены вступать в совершенно недемократичные союзы. Они также были свободны от политических сомнений: все желали трофеев и дани.


Тоталитарные режимы показали неимоверные возможности во Второй мировой войне: Соединенные Штаты с трудом одолели маленькую, недавно индустриализованную Японию и Германию, почти разбитую ко времени высадки американской армии в Европе.


Многие страны осознали необходимость ограничения свобод и ввели военную цензуру, ограничили свободу собраний и отложили выборы, существенно приостановив демократические процессы. Секретные соглашения с иностранными правительствами, дезинформация, приостановление прав обвиняемых дополняют неявный переход к автократии в рамках приемлемой для населения политики".


На последнее предложение Овадии Шохера следует обратить особое внимание. Повторю: "Секретные соглашения с иностранными правительствами, приостановление прав обвиняемых дополняют неявный переход к автократии". Эти действия полностью характеризуют повадки нашей правящей и судебной элиты. Ословский сговор, Женевский сговор (даже за спиной законного правительства), тайные переговоры с Сирией об отдаче Голан, приостановление прав противников поэтапного уничтожения государства Израиль мирным путем. То есть, левая пост-сионисткая и пост-национальная элита уже осуществила в Израиле автократический переворот.


Приемлема ли для народа такая политика и такая автократия? Думаю, вопрос риторический. Пора лишить нашу левую элиту монополии на демократию, потому что демократия в леволиберальном исполнении это всегда тоталитаризм, прикрывающий предательство.


Поэтому прав Овадия Шохер, когда говорит, что так называемую израильскую демократию следует ограничить. Вопрос заключается в том, кто эту демократию будет ограничивать.

26.03.07