# Виноград вынес приговор концепции

Виктория Вексельман

Он (Шарон) был стар и болен, а взамен на зачистку сектора Газы и северной Самарии от евреев ему обещали международную любовь и почести. И Шарон старался. Даже сдал филадельфийский коридор в ударные сроки, чтобы было полной неожиданностью для Египта. И все ради того, чтобы выступить с трибуны Генеральной ассамблеи ООН под бурные аплодисменты. Что делала армия все это время? Да готовилась к размежеванию - к депортации евреев, к изгнанию, разрушению, этническим чисткам. Врагом этой армии были патриоты. Начальник Северного округа, генерал Бени Ганц, сказал: "Для нас правые экстремисты опаснее ракет "Хизбаллы". Два года армия готовилась воевать против своего народа.

Среди многочисленных обвинений в адрес премьер-министра, министра обороны и начальника генштаба совсем негромко прозвучала фраза о том, что виноваты не только они, но и их предшественники, начиная с Эхуда Барака, который поспешил вывести войска из Южного Ливана в одностороннем порядке.      Никто, кроме "четырех матерей", да журналисток Кармелы Менаше и Шелли Яхимович за Бараком не гнался, но он бежал из Ливана так быстро, что командиры впопыхах забыли предупредить трех солдат на наблюдательном посту. Ребята спохватились, когда за ними не пришла смена, связались по рации с командиром и узнали, что ЦАХАЛ успешно вышел из Ливана. 800 метров до границы они бежали уже мимо боевиков "Хизбаллы".      Правда, Барак обещал ударить, как только так сразу, но похищение трех солдат - Омара Сауэйда, Бени Авраама и Ади Авитана прошло для "Хизбаллы" совершенно безнаказанно. Как и многочисленные ракетные обстрелы и другие террористические вылазки. Барака сменил Ариэль Шарон, а концепция осталась. Не трогать "Хизбаллу".      Неужели армия и разведка не знали, что "Хизбалла" строит бункеры, а поверх бункеров жилые кварталы, что "Хизбалла" перестраивает свою милицию в армию, что ее ракеты направлены на Израиль и могут накрыть весь север, вплоть до Хадеры? Да знали все и всё. И предупреждения звучали постоянно, причем не на закрытых форумах, а в открытой прессе.      А правительство ничего не делало. Почему? Да потому что раньше, когда Южный Ливан, он же Северная Галилея, был в руках ЦАХАЛа и ЦАДАЛа, с террористами можно было успешно бороться. Мы считались оккупантами, но осуждали нас немногие. Сирия, которая не смогла распространить свой контроль на юг Ливана, была довольна, что с террористами расправляется ЦАХАЛ. Сферы влияния были поделены. Сирийский наркотрафик проходил на севере, через дружественные режиму Асадов христианские кланы во главе с кланом Франжье. Больше шумели "четыре матери", "Шалом ахшав" и прочие израильские левые радикалы. С уходом ЦАХАЛа из Южного Ливана мы столкнулись с совершенно новым явлением - международной границей и суверенной территорией другого государства. Любая превентивная операция по зачистке территории суверенного государства от членов организации, представители которой заседают в парламенте этой страны, по всем международным законам рассматривалась бы как агрессия. Готов ли был Ариэль Шарон, сменивший Эхуда Барака на посту премьер-министра уже зимой 2001 года, на повторение ливанской войны? Ответ однозначный - нет.      Изобретенная левыми кличка "мясник Сабры и Шатилы" приклеилась к нему надолго. Он не забыл остракизма дома и на международной арене. Двери всех стран были закрыты перед ним, пока Биньямин Нетаниягу не сделал его министром иностранных дел. Второй раз испытывать судьбу ему не хотелось. Поэтому он предпочитал отмахиваться от предупреждений начальника генштаба Буги Яалона. Кто знает, может, в душе Шауль Мофаз с ним и не соглашался, но своего мнения вслух он никогда не высказывал ни в должности начальника генштаба, ни в должности министра обороны. Его мнение всегда совпадало с мнением премьер-министра. Любого.      А тут подоспел план размежевания. Родился он не случайно и не внезапно. Почва для него готовилась давно. Израильский политолог и специалист по Ближнему Востоку, профессор Дан Шифтан из Хайфского университета еще в 1999 году издал книгу под названием "Размежевание", где писал, что мы должны уйти из сектора Газы, Иудеи и Самарии ради сохранения еврейского большинства в еврейском государстве. Можно сказать, готовил объективное, научное обоснование бегства, чтобы народу не было обидно.      Не исключено, что Ариэль Шарон, или Омри Шарон от имени отца, взял на себя определенные обязательства еще накануне выборов 2001 года. Ведь летал же он вместе с Довом Вайсглассом в Вену на встречу с Мухаммедом Рашидом под покровительством общего друга Мартина Шлаффа. Сам Ариэль Шарон потом говорил, что именно Омри научил его различать оттенки, а не делить мир на черное и белое, и благодаря ему он стал премьер-министром.      Однако Ариэль Шарон сопротивлялся. Тогда "Авода" вышла из правительства, протестуя против отказа Шарона сократить финансирование поселений. Оглядываясь назад, в 2002 год, мы можем сказать, что это был принципиальный вопрос. Речь шла о постепенном, финансовом удушении поселенческого движения, накануне тотального демонтажа поселений. Шарон сопротивлялся, и "Авода" свалила правительство. Эту работу должен был выполнить Амрам Мицна. Для закрепления его успеха прокурор Лиора Глатт-Беркович сливает Баруху Кра информацию по делу о ссуде Сирила Керна, но наезд на Шарона дал обратный эффект.      Прокуратура, тем не менее, не унималась. Шарону был поставлен ультиматум - либо ты с сыновьями идешь на нары, либо выполняешь план Амрама Мицны. Слабеющим рассудком Шарон понимал, что бегство из сектора Газы смерти подобно, но демонстрация проекта обвинительного заключения его сломила. Он принял к исполнению план Амрама Мицны.      По воспоминаниям его ближайшего окружения, он даже оживился. Снова появилась цель, снова он что-то делал, исчезла даже его депрессия. Он был стар и болен, а взамен на зачистку сектора Газы и северной Самарии от евреев ему обещали международную любовь и почести. И Шарон старался. Даже сдал филадельфийский коридор в ударные сроки, чтобы было полной неожиданностью для Египта. И все ради того, чтобы выступить с трибуны Генеральной ассамблеи ООН под бурные аплодисменты.      Что делала армия все это время? Да готовилась к размежеванию - к депортации евреев, к изгнанию, разрушению, этническим чисткам. Врагом этой армии были патриоты. Начальник Северного округа, генерал Бени Ганц, сказал: "Для нас правые экстремисты опаснее ракет "Хизбаллы".      Два года армия готовилась воевать против своего народа. Два года солдат психологически готовили к тому, что поселенцы - враги, что это граждане второго сорта, что, изгоняя их из домов, солдаты выполняют патриотический долг. Вся военная машина работала на размежевание. Все ресурсы были брошены на то, чтобы психологически подготовить карателей, обеспечить их калорийным питанием и культурным досугом, душевыми кабинами и образцово-показательными сортирами. Над этим, не покладая рук, работал генерал Уди Адам. Тот самый, который во время войны командовал Северным фронтом, известно с каким успехом.      Сам же Шарон наслаждался абсолютной властью и готовил сына Омри в наследники. План был таков. Его сменит Ольмерт, подержит Омри на посту министра, а потом, на следующих выборах, уступит ему место. Для этого Шарону нужно было взять в свои руки армию и полицию. Эти структуры должны были возглавлять люди, лично преданные Шаронам, такие, которые без них никогда не взошли бы на Олимп. Дан Халуц и Моше Каради.      Член форума Шикмим, Эяль Арад, признал, что Дан Халуц изначально не соответствовал своей должности, и Ариэль Шарон это прекрасно понимал, но с Халуцем он мог делать дела, а командовать армией собирался сам. Он еще многое собирался сделать сам, да не успел.      Шароны действовали основательно. На все посты в армии от полковника и выше назначались только офицеры, одобренные форумом Шикмим. Далеко не всегда это были лучшие люди. Вернее, почти никогда. Потому что думающие, инициативные, порядочные офицеры были для клана Шаронов опасны. Потом судья Элиягу Виноград сказал, что именно их, смелых и инициативных офицеров, которые не побоялись бы взять на себя ответственность, воевать так, словно он решал судьбу всей страны, в армии не оказалось.      Да откуда им было взяться, если в армии господствовала пораженческая концепция? Если офицеры армии и полиции были запуганы Верховным судом, если этих самых инициативных, не боящихся рисковать, из армии выталкивали?      Наше политическое руководство давно действовало по принципу Макиавелли - назначать на ответственные посты людей, не соответствующих должности, которыми потом легко манипулировать. Исключение составлял Нетаниягу в роли министра финансов, да и то только потому, что другим Америка деньги взаймы давать отказывалась, за что Нетаниягу весь шароновский клан люто ненавидел, но терпел.      Второй принцип Макиавелли - развращать врага. Рабин с Пересом, а затем Эхуд Барак активно развращали ФАТХ, развращаясь одновременно с Арафатом. Общий бизнес и дележ добычи диктовал другие условия оборонной концепции. Народу внушали, что армия настолько сильна, что может отдать врагу территории, что террористы Арафата будут защищать нас от террора, что большой войны не будет, а только вялотекущая война с местными бандитами. Принцип "ты мне, я тебе" действовал безотказно. ФАТХ вяло требовал создания независимого палестинского государства, срывая при этом любые попытки всучить ему управление. Израильские правительства, в свою очередь, подкидывали монстру на съедение немного человечинки, проводя взамен точечные ликвидации для успокоения общественного мнения, все вместе делили под сурдинку международную помощь, проворачивали дела по совместному бизнесу, и все были довольны.      Дело дошло до того, что израильское руководство и обслуживающая их пресса сами поверили своей лжи о том, что большой войны не будет, что мир на пороге, что армию к войне готовить не нужно, а воевать ей придется с поселенцами. Поэтому новый премьер-министр, наследник Ариэля Шарона, Эхуд Ольмерт, с легкой душой назначил на пост министра обороны профсоюзного крикуна, Амира Переца. Ему предстояло выполнить серьезную задачу - демонтировать поселения в Иудее и Самарии, изгонять евреев, чтобы осуществить поставленную Ольмертом цель, "создать в одностороннем порядке международно-признанные границы".      Так Эхуд Ольмерт встретил лето 2006 года. Война Эхуду Ольмерту и Амиру Перецу нужна была как воздух. Им нужно было доказать, какие они крутые. Амоны Ольмерту было мало. Тем более что Сдерот уже превратился в город-призрак, и народу нужно было показать, что мы можем уйти откуда угодно, и все равно будем громить врага. И начальнику генштаба размежевания очень хотелось записать на свой счет победу над врагом. А тут еще президент Буш подзуживал.      Но армия было не просто не готова. Она была полностью деморализована. Размежевание истощило все ресурсы, а командиры, привыкшие к потешным боям с бандами палестинских террористов, растерялись, увидев перед собой хорошо обученный и вооруженный спецназ "Хизбаллы".      Кроме того, израильское руководство боялось победы, как огня. Ципи Ливни то и дело спрашивала, когда война закончится, и готова была принять любую резолюцию Совбеза. Она вообще на все готова, открыта любым "мирным инициативам". Победа означала контроль над территорией Южного Ливана, а этого Ольмерт и Перец боялись пуще огня. Победа ломала бы концепцию размежевания. Да и что делать потом с этим Южным Ливаном? Опять там армию держать? Она ведь нужна для очередного размежевания.      Неужели генерал Халуц был настолько некомпетентен, что верил в безраздельную силу авиации? Да едва ли. Просто Ольмерт и Перец дали ему понять, что хотели бы обойтись без наземной операции. Вот он и старался.      Но главными виновниками поражения являются не Ольмерт, Перец, Халуц и Ливни, а пресса и народ. Пресса ковала им победу на выборах. Ах, если бы израильская пресса так же помогала армии во время войны, как Ольмерту и Перецу во время выборов. А народ всю эту лапшу с ушей снимал, с удовольствием ел и причмокивал.      В Амоне конные полицейские копытами давили мальчишек, ломали им головы, руки и ноги, избивали девчонок? Круто! Молодец! Бей врагов народа! В Москве ОМОН лимоновцев побил, и наши израильские правозащитники в крик. А после Амоны промолчали.      Министр юстиции Ципи Ливни дала добро на аресты девочек - подростков, на содержание их в тюрьме, словно уголовниц, а в качестве министра иностранных дел не смогла разоблачить ложь и провокацию в Кане, когда под видом жертв израильской бомбардировки местные режиссеры-постановщики натаскали трупы из местного морга. Она же допустила принятие абсолютно невыгодной для Израиля резолюции 1701, и наш мудрый народ продолжает умиляться ее честности, порядочности и компетентности.      Эхуд Барак организовал позорное бегство из Ливана, подарив Южный Ливан "Хизбалле", подстегнул арабский террор, опозорил Израиль на весь арабский мир, но еще находятся люди, готовые голосовать за него.      Ами Аялон носится по миру со своей инициативой, подозрительно напоминающую Саудовскую, только без возвращения арабских "беженцев", додумался даже до аренды у Сирии Голанских высот, которые и так являются суверенной территорией Израиля, а народ и за него готов голосовать.      Впрочем, с нашим народом ничего случайного не бывает. Всякая наша трусость и предательство бывают наказуемы.      Евреи побоялись войти в землю обетованную. Камнями готовы были забросать Йегошуа Бин-Нуна и Калева Бен-Йефуна, расхваливавших ее. За это евреи были прокляты, но, увидев, что мор поразил 10 трусов-разведчиков, решили исправиться.      Моше их предупредил: "Не взбирайтесь, ибо нет Г-спода среди вас, дабы не быть пораженными перед врагами вашими". Но не послушался его народ. "И сошли амалекитяне и кнаанеи, жившие на горе той, и разбили их полностью" (Бемидбар 14:45).      "А что до оставшихся из вас, то Я вселю в сердце их робость в странах врагов их, и побегут, как в бегстве от меча, и падут, хотя никто не преследует, и не будет у вас силы противостоять врагам вашим" (Ваикра 27:36-38).