# Технический файл

Исторических Событий Очевидцы

## Памяти Горенского Александра Георгиевича. Воспоминания и фотографии


## Воспоминания | Фотографии


## Гаврилов М.В. (Санкт-Петербург) Диденко В.В. (Ростов-на-Дону) Синягин А.К. (Москва) Пересадько Е.С. (Раменское, Московская область)


## Гаврилов Михаил: "Он больше не мог жить без творчества"

С Александром Георгиевичем я познакомился случайно - мы пересеклись в комментариях к поэме Александра Николаевича Синельникова "Запустить в штаны ежа". На "Самиздате" и сейчас можно прочесть наши первые сообщения друг другу. Это случилось в ноябре 2016 года. Далее мы стали переписываться по электронной почте. Я узнал, что Александр Георгиевич написал повесть о своей службе на Кубе и предложил ему опубликовать ее на сайте Cubanos.ru. "Отправлять материалы по электронной почте я не умею, - ответил Александр Георгиевич, - но разработал свой метод доставки - обыкновенной почтой". Так я, пожалуй, единственный раз в жизни, получил в своем почтовом отделении CD-диск, на который была записана повесть и кубинские фотографии. Я уже тогда понял, что у Александра Георгиевича - пытливый ум и потрясающая работоспособность. Не справляясь с какой-то технической задачей, он всегда находил выход из ситуации, нередко - весьма оригинальный. Затем я отправил ему по электронной почте ссылку на форум, где доступно разъяснялось, как отправлять по е-мейл приложенные файлы. И Александр Георгиевич быстро во всем разобрался. Почти три месяца мы скрупулезно работали над его книгой. Какие-то вещи пришлось изменить. Александр Георгиевич согласился с названием, которое предложил я, - "Два года на базе "Гранма". 10 марта 2017 года повесть была опубликована вместе с фотоальбомом. Казалось бы - дело сделано. Обычно после этого мое общение с авторами заканчивалось. Но с Александром Георгиевичем всё вышло иначе - наша активная переписка продолжилась. А.Г. Горенский принял горячее участие в голосовании по Петиции в поддержку ветеранов Карибского кризиса, всегда комментировал новые материалы на сайте. Я часто обращался к нему с вопросами по Карибскому кризису и всегда получал точные и подробные ответы. Параллельно Александр Георгиевич создал авторский раздел на сайте Проза.ру Почти всегда я был одним из первых читателей, а также редактором. Могу сказать не понаслышке, что для Александра Георгиевича было очень важно заниматься литературным творчеством. В письмах ко мне он неоднократно подчеркивал, что, раз найдя свою стезю, свое призвание, он больше не может жить без творчества. Пояснял, что повести и рассказы делают его жизнь более осмысленной. Через меня он познакомился с Григорием Васильевичем Богдановым. С тех пор у него появилась заветная мечта - выбраться в Москву и встретиться со своими однополчанами, один из которых - Михаил Леонидович Шугаев. К сожалению, эту мечту так и не удалось осуществить. А.Г. Горенский поддерживал дружеские связи с Василием Васильевичем Диденко, Евгением Степановичем Пересадько и многими другими ветеранами Карибского кризиса. Ему было очень важно общение. Александр Георгиевич и материально помогал сайту Cubanos.ru. В частности, когда требовалось отсканировать книгу "Операция "Анадырь". Как это было.". Больше всего в Александре Георгиевиче меня подкупали его открытость, эмоциональность, живая реакция на происходящие события. Можно даже сказать, юношеский задор. Фраза из песни: "Главное, ребята, сердцем не стареть!" - на сто процентов ему подходила. Александр Георгиевич всегда близко к сердцу принимал проблемы ветеранов Карибского кризиса, очень сожалел, что они до сих пор остаются непризнанными, и мечтал о том времени, когда ситуация изменится. Также его отличали неизменная вежливость и скромность. После своей повести о службе на Кубе ему хотелось написать еще что-то на эту тему, и, по моему предложению, он создал более документальное сочинение "ФКР-1 на базе "Гранма", 1962-1965". Мы продолжали плодотворно общаться. Его последние кубинские экспонаты датированы 11 сентября 2021 года. А в октябре Александр Георгиевич надолго замолчал. Когда я поздравил его с 59 годовщиной Карибского кризиса, он ответил только через два дня. Оказалось, заболел коронавирусом и 24 дня провел в местной больнице. Обещал написать подробности о пребывании на больничной койке. В тот момент я и сам на две недели оказался в больнице. А на следующий день после своей выписки, 19 ноября, обнаружил в почтовом ящике письмо пермского журналиста Константина Бахарева, который принял активное участие в судьбе Александра Георгиевича (особо отмечу материал, размещенный в журнале "Родина"). Константин сообщил, что Александр Георгиевич Горенский скончался 18 ноября. 2021 год, к огромному сожалению, принес много потерь. Ушли в мир иной и Григорий Васильевич Богданов, и Александр Семенович Воропаев. И вот, теперь, Александр Георгиевич Горенский. Для всех нас это большая утрата. Мне трудно оценить заслуги Александра Георгиевича объективно, для меня он давно стал близким знакомым, добрым собеседником, общения с которым будет очень не хватать. Поэтому я закончу словами Валерия Алексеевича Бубнова: "Александр Георгиевич Горенский являлся яркой, неординарной личностью с большим запасом положительных эмоций, вдумчивым и правильно оценивающим события человеком. Он оставил целый пласт полноценных и интересных воспоминаний о Карибском кризисе, являлся непосредственным участником военно-стратегической операции "Анадырь". Его нестандартные комментарии всегда было интересно читать, понимая, что за ними стоит очень вдумчивый человек. Светлая ему память на века".


## Диденко Василий Васильевич: Памяти Александра Георгиевича Горенского

20 ноября [2021 г.] из Перми пришла печальная весть: "Сегодня похоронили Александра Георгиевича [Горенского]..." Шок! Как же так?! Ведь мы же вот-вот совсем недавно (чуть ли не позавчера) общались и ничто не предвещало... тем более он только-только выздоровел после коронавируса (о нём теперь вспоминают в первую очередь, когда речь заходит о болезнях). Кто же такой Горенский Александр Георгиевич? Он родился 10 июня 1938 года. Покинул нас навсегда 18 ноября 2021 года. И вся его жизнь - всё-всё-всё - между двумя этими датами. Это не есть официальная его биография, поэтому нет хронологического перечисления событий и своеобразный ритм изложения. Это, скорее всего, - потребность души выговориться, её попытка на бумаге сказать добрые слова об Александре Георгиевиче, которые не были сказаны ему и о нём при его жизни, как он того заслужил. Пусть простят будущие читатели, сразу оговорю себе право вместо длинных полных фамилии-имени-отчества ради экономии буду писать иногда ГАГ. Познакомила нас и сблизила Куба, вернее книга о пребывании на Кубе ("Два года на базе <Гранма>"), которую ГАГ написал ещё в те времена, когда о нашей кубинской эпопее было мало ещё сказано. Книга была написана ярко, интересно, хорошо иллюстрирована фотографиями из личного архива автора. Я её проглотил и давал читать друзьям-приятелям, сотрудникам, ветеранам-"кубинцам"... Все её хвалили. Маленькое пояснение. Насколько мне известно, книга не была издана в бумажном варианте, а существует только в электронном виде, т.е., так сказать, виртуально. У нас была возможность использовать современную множительную технику. Позже мы неоднократно печатали новые экземпляры с ведома и одобрения автора [ГАГ] и с его автографом для награждения ветеранов-"кубинцев", в том числе его однополчан (об этом будет сказано далее). Большое спасибо Гаврилову Михаилу Валерьевичу, который много лет тому назад помог связаться с ГАГ. Вначале скажу немного о самом Михаиле Валерьевиче, грешно не сделать это. Он это заслужил. Ленинград (прямо рука не поворачивается написать Санкт-Петербург - мы же советские люди). ГСВСК - Группа советских военных специалистов на Кубе; это - "молодые" воины после 1964 года, в отличие от ветеранов Карибского кризиса 1962-63 годов, когда была ГСВК - Группа советских войск на Кубе. Он ведёт в интернете сайт cubanos (кубанос - кубинцы), который объединяет всех, кому дороги Куба и ветеранское движение. Очень важное это дело, оно объединяет множество людей. Но очень нелёгкое: требуется постоянное внимание, кропотливая работа, своевременное реагирование. Людей много (и читателей, и авторов), они все разные и запросы-вопросы у каждого свои, иногда они (интересы) вступают в противоречие... И всё это надо быстро разрулить, никого не обидеть, тем более не допустить конфликтов... Особенно деликатно надо иметь дело с авторами - и материал интересный найти, родить его, привести в божеский вид... И Александра Георгиевича он нашёл, вынянчил и вывел на творческую стезю. Повторюсь, большое дело делает. Честь и хвала ему! И ещё: Михаил Валерьевич в соавторстве с Бубновым Валерием Алексеевичем создали энциклопедию soveticos (советикос - советских военных на Кубе): "Белые пятна Карибского кризиса" (содержание понятно из названия) и "Тайны Лурдеса" (два тома; об уникальном центре радиоэлектронной разведки на Кубе, где и сам он служил). Кроме того, принял большое участие в создании книги "<Радуга> на Кубе 1970-1992" (автор Бубнов В.А.; о создании системы пассивной загоризонтной радиолокации для предупреждения о ракетном нападении). Наше общение с ГАГ, предполагавшее первоначально чисто протокольный звонок с благодарностью за создание книги, неожиданно постепенно переросло в дружеское общение на многие годы; в то, что умные люди назвали "роскошь человеческого общения". Надо честно сказать, что автор этих строк привередлив в выборе людей для общения, а ещё: жизнь научила его видеть собеседника насквозь (и не ошибаться в выборе!). Извините, отвлёкся от главной темы. Хотя, как посмотреть. Итак, общение с ГАГ. Встречались мы (по телефону и электронной почте; лично, увы, не довелось) в течение нескольких лет постоянно, зачастую подолгу, никогда это не был пустой трёп. Затрагивались и откровенно обсуждались самые разнообразные темы. Преобладали, ясное дело, связанные с Кубой и ветеранским движением. Судьба так распорядилась, что в регионе, где много последних лет жил ГАГ, вообще нет других "кубинцев" (а может они просто не найдены? Такое вполне может быть.), другие собратья далеко. Может именно поэтому ГАГ не участвовал в различных мероприятиях, проводимых ветеранскими организациями. Соответственно и о нём знали немногие. Но ни в коем разе ГАГ не сторонился их. Он всегда живо интересовался всем, что происходит, сопереживал. ГАГ для ветеранского движения сделал очень много - он сделал то, что недоступно большинству: создал правдивые и интересные произведения о нас, "кубинцах", описал нашу эпоху. Всё это останется на века и внукам-правнукам расскажет, что и как было на самом деле, без прикрас, чтобы польстить власть предержащим, или приукрасить себя. О творчестве и сотрудничестве с ГАГ на этой почве. В самом начале (им создана, мною прочитана его главная книга "Два года...") он доверительно пригнал мне по электронке своё новое произведение, которое у него было на выходе. Прочитал, интересно. Только впечатление портило множество грамматических ошибок (окончания, знаки препинания...), технический брак (описки, повторы слов...), были и авторские огрехи (неуклюжие обороты и т.д.). Робко попытался сказать об этом автору с предложением, совместно поработать над истреблением огрехов. ГАГ сразу согласился и колёса закрутились. Замечаний набралось многие десятки. Многие были приняты автором и учтены в новой редакции текста. В творческие вопросы не вторгался (считаю это недопустимым, чтобы не нарушить авторскую индивидуальность). Такая работа мне была понятна, так как неоднократно доводилось её выполнять с разными авторами. Она обязана быть перед выпуском произведения в люди. Иногда без неё работа выглядит неряшливо, прямо как непричёсанная мадам. В случае с ГАГ удивительной была его обучаемость: ему не надо было много раз долдонить одно и то же; всё схватывал налету и сразу использовал. Когда довелось работать над следующими произведениями ГАГ (они все прошли через меня), замечаний была горсточка. В творческом деле редакторские замечания неизбежны, хотя бы в силу разного восприятия людьми. Но ведь автор должен реагировать на всех. Ещё интересный момент. Постепенно (так уж получилось) мы нашли в нашей областной организации ветеранов "кубинцев" (сейчас нас осталось всего лишь 60 человек, а было в лучшие времена - 180! Почему так поредели наши ряды, хотя за это время нашлись новые люди - откликнулись, т.к. не знали об организации; знали, но молчали, опасаясь подписки о неразглашении; приехали из других регионов?) Причина проста: время (возраст и хвори забрали наших боевых товарищей навсегда). Первым нашёлся Треско Виталий Павлович (26.08.1943 - 26.06.2019 гг.). Виталий Павлович был энергичным и коммуникабельным человеком, всегда активно участвовал в жизни областной организации, постоянно избирался в её руководящие органы. Работал он генеральным директором проектного института "Ростовтяжэлектропроект". Книгу Александра Георгиевича пришлось вручать близким Виталия Павловича. К сожалению (к сожалению - потому, что не стало ВП, ГАГ любезно подписал эту книгу). А ещё был удивительный человек - Ващаев Калин Васильевич (14.08.1939 - 12.08.2020 гг.). О нём можно сказать, что он из породы тех людей, о которых говорят: Какой же русский не любит быстрой езды?! А тот, на котором едут. Проживал Калин Васильевич в станице Боковской (север Ростовской области). Всю жизнь с ранних лет работал механизатором. Это люди, которые "пахали" с раннего детства (3-5 классы) круглосуточно (именно так во время уборочной) без выходных и отпусков в жару, мороз, дождь и слякоть, не имея благодарности за свой тяжкий труд, зачастую без добросовестной оплаты, адекватной вкладу. У Калина Васильевича не оказалось никаких документов, подтверждающих его самоотверженный труд. Он даже не ветеран труда оказался, поэтому ему не положены никакие социальные льготы и блага (очень жидкие в РФ). Мы (областная организация) много сил потратили, чтобы как-то помочь Калину Васильевичу; стучались во все двери многих организаций (министерство соцзащиты, областной военкомат, минздрав, губернатор, законодательное собрание - "областная дума"...). Бестолку. Единственное исключение - местные власти, его земляки. Они обследовали условия проживания, убедились, что да, действительно есть такой заслуженный и позабытый человек. Оказали КВ посильную помощь, в районной газете опубликовали цикл очерков, в местном музее создали уголок, посвящённый Калину Васильевичу. Это очень важно для сельской местности - там все про всех всё знают, многие - родственники между собой. Там до сих пор очень ценят внимание и доброе отношение окружающих. Документов кубинского периода у Калина Васильевича не было, что тоже тормозило его признание. Но удалось добиться для него правительственной награды Республики Куба - медаль "Воин-интернационалист" 1-й степени, которую вручили в торжественной обстановке. Вручили также Калину Васильевичу книгу Александра Георгиевича с автографом автора. ГАГ помнил Ващаева, сразу идентифицировал его по очень редкому имени. В июне 2019 года нашёлся ещё один однополчанин ГАГ - Аникеев Иван Андреевич (01.06.1939 г.). Он, слава богу, жив, в меру здоров. Он наш земляк и прибыл в родные края - Ростовскую область. Проблем у него предостаточно, но держится прямо таки, как стойкий оловянный солдатик. В меру сил помогаем ему. На Кубу ИА шёл на одном корабле с ГАГ. Это очень сближает людей, примерно как в атаку вместе сходить. 26-го июля [2019 г.] (это большой государственный праздник Республики Куба - штурм казарм Монкада, примерно как у нас было 7 Ноября) Ивану Андреевичу в торжественной обстановке вручили книгу ГАГ с автографом автора. Маленькое пояснение. ИА прибыл к нам с Украины. Там он, как все участники военно-стратегической операции "Анадырь" (чтобы понятнее - участники Карибского кризиса), был признан участником боевых действий, пользовался льготами наравне с участниками Великой отечественной войны (т.е. максимум доступного) - материальные блага плюс моральная поддержка, что в старости заметно греет. Ещё Иван Андреевич - участник ликвидации последствий аварии в Чернобыле. Здесь (в РФ) он всего лишился: ни Кубы, ни Чернобыля. Ничего не можем доказать. Такая сэ ля ви. Рядом оказались две удивительных вещи из области статистики. Первая: во всей большой области (теперь называется Пермский край) нет ни единого "кубинца". Вторая: в Ростовской области было целых 3 (три!) однополчанина ГАГ (полк ФКР - фронтовых крылатых ракет, численность около 500 человек. ФКР могли нести ядерные боеголовки. Данные теперь не секретны, но характеризуют моральную сверхнагрузку, висевшую над каждым. Все же знали, не в игры играют: и от нас улетит, так и к нам запросто прилететь может, и уже не надо будет суетиться - поздно.). ГАГ - кадровый военный, военное училище он окончил в Иркутске; служил, как медный котелок - сколько надо, и там, где Родина требовала. Нелегка жизнь под погонами, и Александр Георгиевич сполна хлебнул лиха. Но он не зачерствел душою, не оброс скорлупою пофигизма (есть и такое слово в русском языке). Никак не был он солдафоном - очень интеллигентный человек. У него был светлый разум, большой кругозор, глубокие познания во многих сферах. А ещё большая житейская мудрость и смётка. Откуда всё это взялось? Моё глубокое убеждение: все мы родом из детства. Жизнь хорошая школа, но только для прилежных учеников. Для остальных она - безжалостная мачеха. ГАГ был прилежным учеником. Его детство пришлось на суровые годы для всего советского народа - шла Великая Отечественная война. Про его малую родину слышали все в Советском Союзе, о ней часто пели по всем радиостанциям и по не очень многочисленным тогда телевизионным каналам: замечательная песня великих композитора Александры Николаевны Пахмутовой и поэта Николая Николаевича Добронравова про речку Бирюсу. Вспомнили? Как раз там и есть малая родина ГАГ. Да, конечно, там не стреляли и бомбёжек не было; бои шли где-то далеко-далеко на западе. Но! Воевал ВЕСЬ народ, каждый отдавал последнее для фронта. Касалось это и мелюзги - голод, холод, неустроенность, а ещё отсутствие родительской ласки и недостача обычного человеческого тепла... надо было элементарно выживать, что требовало и от маленького человечка быстро соображать, принимать правильные решения. И ещё важная особенность - жизнь во многом протекала на природе (леса, реки, флора-фауна, и солнце, и морозы...). Всё это - "учебные пособия" и "домашние задания" для самостоятельного решения. Позже - рыбалка, охота не спорта ради, а для добывания хлеба насущного. Был от природы одарённым, потому всякое рукомесло вроде бы само собой прилипало к нему, а ещё музыка, художества разные... но всё это надо было постичь и развить, само по себе оно не растёт в человеке. Так же и ценные человеческие качества, в том числе ответственность за порученное дело, сопереживание и соучастие близким и окружающим тоже, доброта... Все мы обеднели - навсегда потеряли хорошего человека. 26 ноября [2021г.] было 9 дней со дня ухода Александра Георгиевича, 27 декабря будет 40 дней, 18 ноября 2022 года исполнится год. Можно по-разному относиться к этим датам. Они не нами придуманы, множество поколений их отмечали. Давайте и мы дружно помянем Александра Георгиевича Горенского, он того заслужил. Будьте все здоровы! И счастливы, по возможности.


Диденко Василий Васильевич (26.08.1941г.). г. Ростов-на-Дону, "Ростов-Дон Энергосвязь", гендиректор. Республика Куба (06.08.1962 - 24.11.1963гг.). Лимонар, провинция Матансас. ПВО.

"Ростов-Дон Энергосвязь" 03.12.2021 г.


## Синягин Андрей: "Глубочайшую симпатию вызывает личность автора"

С Александром Георгиевичем Горенским я познакомился с легкой руки администратора сайта 'Cubanos.ru' Михаила Гаврилова и вел с ним переписку с 3 марта по 29 октября 2021 года. Первоначально наша переписка касалась только воспоминаний о жизни на Кубе. Я был на Кубе в детстве с родителями в 1963-1964 годах, а он служил на Кубе с октября 1962 по октябрь 1964 год, в ракетном полку, куда был направлен в преддверии Карибского кризиса. По словам Горенского, 'о Кубе без восторга ни вспоминать, ни говорить я не могу. Хоть нам и 'досталось' поначалу, но все равно, есть что вспомнить.' Но потом наша переписка переросла в доброе и доверительное общение о жизни, семье и творчестве. В который раз я убедился, как многие заблуждаются в том, что узнать и понять светлого человека можно только в результате длительного знакомства и лишь при живых встречах... Мне досадно, что не удалось познакомиться с Александром Георгиевичем вживую. Зато я успел познакомить его со своим пермским другом, православным священником отцом Ярополком. У Горенского были сложные отношения с религией, но он с радостью два раза встретился с отцом Ярополком для долгого, душевного и духовного общения. Вот как его охарактеризовал отец Ярополк (а ему можно доверять, он раньше служил в советском спецназе): 'Высокий, солидный, с военной выправкой, при этом добрый, душевный и интеллигентный офицер, настоящий русский офицер...' Мне жалко, что не посчастливилось пообщаться с Александром Георгиевичем за пределами дружеской переписки. Зато я смог прочесть почти все его сочинения - мемуары о военной службе на Кубе и в Монголии, о 'неспокойном' детстве на берегах реки Бирюсы, об отце Георгии Семеновиче, фронтовике и заведующем детским домом, о друзьях детства с непростой судьбой - Володе Яковлеве и Борисе Веселухине. И успел благодарно отозваться на них. Вот, в частности, мой отзыв на его воспоминания о Кубе, чуть пространный, но искренний и создающий представление об авторе книги 'Два года на базе 'Гранма'. 'Вчера наконец начал читать Вашу книгу, увлекся и прочел на одном дыхании. И рад поделиться впечатлениями. Во-первых, в книге - все правда, в деталях, подробностях и эпизодах жизни в необычном мире. Во-вторых, удивительная Куба мне самому очень близка, хотя - и это понятно! - у нас совсем разные воспоминания. Я убежден, что счастливые воспоминания составляют главное богатство человека. В-третьих, какое же возникает противоречивое состояние главного героя в экзотических условиях! С одной стороны, во время службы постоянно присутствовали военные риски и угрозы для жизни молодого человека. С другой, могли ли Вы мечтать, прожив детство и юность в Сибири, что будете когда-нибудь заниматься подводной охотой и плавать с черепахами?! В-четвертых, прекрасно отражены характеры окружавших Вас людей, добрых и благородных, но и людей непонятных и неприятных. Вот ведь какой-то 'доброжелатель' донес, что Вы везете домой в чемодане подарочный пистолет. В-пятых, глубочайшую симпатию вызывает личность самого автора. Который наблюдал, запоминал, записывал, чтобы потом оставить яркие воспоминания о достойно прожитой жизни. А мне еще как завзятому книжнику так понравились эпизоды, как Вы спасали из огня чудесные книги и как развернули армейский караван в Финку Вихию, приговаривая - если не сейчас, то уже никогда мне не увидеть домик великого писателя Эрнеста Хемингуэя.' Светлая память Александру Георгиевичу Горенскому, настоящему русскому офицеру, прекрасному литератору и очень хорошему Человеку...


## Пересадько Евгений Степанович: "Настоящий писательский талант!"

Мы с Александром служили на Кубе в одном полку, но в разных подразделениях. Я помню его визуально, но мы почти никак не пересекались - ни по службе, ни по спорту, ни по рыбалке. Более тесные отношения возникли несколько лет назад, и связаны они с его литературной деятельностью и воспоминаниями об общем деле. Меня поразила его необыкновенная уникальная память и подробнейшее описание прошедших событий, умение интересно преподнести читателю материал. Настоящий писательский талант! Воспоминания Александра Горенского надолго останутся, как один из подлинных документов Карибского кризиса. При этом был он очень общительным и доброжелательным человеком, живо интересующимся боевыми соратниками и окружающим миром, лёгким и интересным в общении. Добрая память о друге и однополчанине надолго останется с нами. Хотелось бы сказать и о двух других наших товарищах из 231-го ОАИП. Михаил Леонидович Шугаев, в 1962-64 гг. - начальник пусковой установки фронтовой ракеты (ПУФР), а затем старший оператор станции управления (СУФР), необычайно общительный, широко образованный и талантливый человек, один из руководителей самодеятельного оркестра, который скрашивал нам жизнь вдали от своих семей. Окончил службу в Москве инженером-инструктором Центра подготовки космонавтов в Чкаловской. Полковник. Фото 1 (пиктограмма, разворачивается в полный рост) Валентин Павлович Колесников, в 1962-64 гг. - начальник СУФР, прослужил в армии 27 лет, преподавал в Школе младших авиационных специалистов (ШМАС). Майор. Фото 1 (пиктограмма, разворачивается в полный рост) Михаил и Валентин были большими друзьями с первых лет службы, поддерживали дружбу до последних дней и умерли почти одновременно в начале ноября. Нас, ветеранов, уже мало осталось. Большинство ушли, но мы помним о них. Все мы - срез того трагического и крайне неспокойного времени, когда мир висел на волоске от смерти. Слава Богу остались живы и с честью выполнили возложенную на нас задачу.

## Фотографии