# Артемида

Андрей Петрович Вильмс

Артемида


Артемида - охотница, т. е. Hunter, - звали её, стало быть, Ханти. Нет, не то, что Манси!

А просто Ханти, т. е. Артемида...


Но началось всё с Бомбы...


Провели за бугром месяцев 8. Несколько отойдя от первичного очумения, стали устраиваться поудобней, поуютней. Что создает уют для выходцев (точнее, выездцев или вылетцев) из Союза? Правильно, кусок колбасы!

А потом? А потом: для кого как. Кто-то разводит фикус, кто-то выписывает из Союза одноклассника (или: одноклассницу).


Один дальний родственник хороших знакомых затосковал. Поскольку тосковал, как положено, на собесе, импортировать жену не мог. Маменька мальчика подсуетилась: очередных подъезжающих на ПМЖ знакомых уговорила (зелёный шорох сыграл в уговорах решающую роль) бракосочетать их мальчика (фиктивно, надеюсь) с одноклассницей тоскующего (сразу провести жену разрешается, само собой). Всё шло прелестно, - сыночек уже меньше тоскует! Да только вот связывать накрепко свою только начинающуюся жизнь узами Гименея что-то расхотелось, тем более, если сейчас приёмный муж разведётся, дама остаётся опять голой иностранкой, - чтобы жениться, надо работать! - А работать вообще не хочется!!

Вот такой чудненький узел Гименея получился, т. е. Зоопарк...


Более продвинутые любители природы привозят питона (см. миниатюру Морроссо К. О. "Грустный питон").

Мы же поступили оригинальнее всех.

Решили взять котёнка. Но где? - Коты в Германии на улице не валяются.

В местной газетке подчеркнули пару объявлений. Где-то котов уже раздали, один был ещё на месте.

В Speckgürtel (жировой прослойке): виллы (продвинутых), домики (средний класс) и немногочисленные небольшие доходные дома (для тех, кто ещё не входит в первые 2 категории, но которым очень хочется) по окраине города. Эта жировая прослойка была наиболее жирной, наиболее старой: между столицей и прусской резиденцией, - от нас ~ 30 km.

В огороженном вечнозелёными и вечноколючими кустами дворе 4-ёхэтажного дома, от подвала до конька оборудованного и меблированного в начале 70-х ("Grundig" и "Siemens" и: никакой "Ikea"!) хозяйкой, - тогда 35-летней женой преуспевающего инженера "Schering"а, сейчас тоже молодящейся дамой, важно прогуливались 3 кошки.

Наша была уже годовалой, самой упитанной и в то же время самой симпатичной (нечастое сочетание). Бомба вежливо, но настойчиво отделалась от наших рук.

Хозяйка приготовила вкусный кофе и какао, какие-то, явно самопечённые, вкусные плюшки, разговорилась: "А, Украина. Это где Шеварнадзе - президент." Через пару часов неторопливой болтовни было предложено приезжать сюда, пока Бомба полностью не привыкнет к новой семье. "Ах, я буду её тоже навещать у Вас, частенько..."

Нда... поймите меня правильно, я хорошо отношусь к тёщам, но когда они: далёко!


Через неделю подъехали к другому дому, от нас поближе, попроще. Во дворе носилась стайка детей, вперемешку с мячиками, самокатами и котятами. Кошечка для нас была поймана молниеносно: "Берите эту, она не такая драчливая!"

Не знаю уж, как другие котята, но эта начала уже на второй день на нас охотиться. Так у нас появилась Ханти.


Месяцев через 8 она без разбега запрыгивала на верх дверей; поймала на лоджии пару воробьёв, переругивалась с воронами, загнала под стол, в угол голубя. Эта охота кончилась вничью: кошку оттащили, ошарашенного голубя спустили с лоджии.

Примерно в то же время у сына был очередной наплыв корешей: до 9 галдящих, стремящихся поймать, потискать, засунуть в сумку пацанов одновременно.

Один из пацанов как-то не закрыл толком входную дверь.


Ханти, как и беженцы вообще, рассчитывала, что жизнь за дверью: в любом случае спокойней и уж по крайней мере такая же сытая, как у людей (голубя-то точно некому будет отобрать!).


Искали киску и во дворе, и по кустам вдоль дороги, и по этажам (неприятность: на 4 этаже длиннющим коридором соединялись 5 лестничных площадок)...


На следующий день развесили поисковые объявляшки с парадной фоткой Ханти и хватающей за душу просьбой о помощи.


Ещё через день из соседей самообразовался поисковый комитет. Довольно быстро одна бабулька вычислила мужика, видевшего беглянку последним. Бабулька в течении короткого, но энергичного допроса (не без пристрастия, я думаю!) вытрясла из него душу и: признание!

Сдал кошку в полицию. - Другая дама тут же звякнула, куда надо. "Куда надо" подвердило факт задержания, сообщило номер Дела и адрес КПЗ.


В Tierheim (зверское убежище) приехали в субботу утром. На территории: центральная приёмная, управа, клиника, прудик, скверик, отделения по сортам живности с вольерами, приёмными, складами и кухнями, парковкой со служебными авто (для собак: бусики, для котов: комби). Из центральной приёмной: в кошачье отделение. В вольерчиках и клетках: некоторые котяры бросаются, - ужасающие когти; другие: несчастно-безучастно сидят, поджав лапки; некоторые, завидев любого человека, призывно урчат, отираясь о решётку.

Но Ханти - нет, нет нигде!!

Растерянно идём опять в центральную: те советуют зайти в клинику (по актам предворительное исследование с прививками должно было бы закончиться, но лучше ещё проверить).


В клинике: в отделении отдыха.

В углу: клетка. Ханти почувствовала, увидела первой...

Ура! Они меня нашли, они забирут несчастную киску отсюда; жаловалась: "Плохие посадили меня в клетку, кололи в бочок. Кругом были незнакомые большие кошки, не всегда приветливые!"


Тётка в клинике прочитала сердитую лекцию о вреде не закрытых толком входных дверей; в центральной приёмной лекцию не читали, вежливо предоставили счёт: 135,-


65: прививки;

25: опознавательный чип в левое плечо (леди Винтер!);

еда, жильё, уход - бесплатно (идёт из пожертвований);

10: за делопроизводство;

35: услуги полиции.

У меня с собой только "хунди" (стольник), - служащая: "Ну ладно, полиции простим..."


О походной клетке мы не подумали: не до этого было!

Из соседних авто засматривались: кошка всю дорогу ехала у меня на левом плече, - при поворотах осторожней надо было...