# Вопиющий случай оголтелого шовинизма.

Андрей Петрович Вильмс

Просто истории √ 3. Особенности современной └русской⌠ мифологии.

Вопиющий случай оголтелого шовинизма.


Просто истории - 3.


Особенности современной "русской" мифологии.


Однажды выбрала дама-"наш человек" в парфюмерно-галантерейном отделе достойного её высокой культуры торгового центра, скажем ┌KaDeWe - Berlin" кроме вороха прочих прилично-дорогих парфюмов туалетную бумагу, - тоже необходимо высокой марки, само собой разумеется.


На кассе её встретили, как положено, улыбкой и приветствием, но и улыбка, и приветствие были какими-то казёнными; с предыдущей покупательницей, из местных, общались несколько теплее, хотя, судя по выбранным немкой каким-то недостойным духам да и вообще по дешёвенькой одежонке, дама-"наш человек" эту местную и на версту бы к сему храму высокой культуры не подпустила!


Неслыханная наглость!

Вот какая, значит, благодарность за все те деньги, что дама от всей широкой души в этой забегаловке оставляет!


Когда же дама отчитывала, - строго, но справедливо, - зарвавшуюся продавщицу, эта самая предыдущая немка позволила себе дерзость съязвить: "С каких это пор русские пользуются туалетной бумагой?"

"С тех пор, когда вы, немцы, перестали нам вылизывать задницу!!"

Б-р-р-р...


История эта, со смаком и с трудом сдерживаемыми слезами наконец-то отомщённого поруганного достоинства, кочует уже не первый год по "русской" Германии; слышал, что вроде бы и до телевидения добралась, - до "русского", конечно.


История впечатляющая, несмотря на то, что даму ту лично никто не знает и очевидцы тоже ни разу никому не встречались.


Этот же случай произошёл на самом деле.


Дама-"наш человек".

Правда, не в ┌KaDeWe" и не в ┌Galerie Lafayette", а в ┌Rossmanne" привокзальном, - ничего страшного: с кем не случается...

Сдала негативы, чтобы вторую партию фотографий напечатали.


Для этого по всей Германии, - от столиц до самых до окраин, в любом магазине или киоске, кроме фотосалонов, - в формуляре на конвертике с негативами или плёнкой ставишь пару крестиков и всё.


Парнишка в лаборатории забрасывает в машину, - кроме как на крестики формулярные никуда не смотрит: фотка стоит 1 Cent, так что можно представить, какой там конвейер.

Формуляр не в порядке, - отсылает назад.


Так что конверт дамы без крестиков, но с записочкой внутри: какие бы фото надо бы напечатать, - не солоно хлебавши вернулся...


Берёт дама конвертик, а там вместо фотографии родной подружки московской на берлинском фоне одна только родная записка!

"Что эти немцы себе позволяют! Что за издевательство!"


Хватает продавщицу, - та разглядывает всё с неподдельным интересом и начинает объяснять.

Так и так надо заполнять, оформлено мол неправильно, "nicht korrekt" то есть.


Дама же за последние десять лет в Германии то, что и знала из басурманских наречий, всё забыла: не работала ни дня; какие дела, - социальная работница всё делала; TV русское; врачи, магазины, турбюро, страховщики да маклеры-выжиги - все свои.


Тем более в расстроеных чувствах...

Но "nicht korrekt" из потока непонятных звуков всё-таки выделила...


"Как ┌nicht korrekt"?! Что вы себе позволяете?! Я кандидат наук!"

...

...

...

"Вы думаете, если я иностранка, ...!"

"Вопиющий случай оголтелого шовинизма! Что за издевательство!"

...

"Я в суд подам! В газету! Вы мне заплатите!"

...

...

"Да я до Лужкова дойду! Он вам объяснит, кто здесь ┌nicht korrekt"."


Естественно, что и немка ничего из гневного, богатого жестикуляцией выступления не поняла. Бочком, бочком отползала между рядами с товаром.

Сменная подшефница выскочила из подсобки, бросив чашку кофе, за дальними полками, - чтоб не попасться на глаза разгневанному покупателю, - добралась до касс. Там - последняя надежда: продавщица из Узбекистана.


Сначала и это не помогло: "Я в совершенстве владею немецким и английским! Я кандидат наук! Не учите меня."


В конце концов выбилась из сил, - успокоилась.

Разобрались; отправили негативы ещё разок.


В Багдаде, то бишь в Берлине, всё спокойно!


Но...


Не пройдёт и полгода, как обрастая необходимыми леденящими душу подробностями и лишившись не подходящих образу деталей ┌Подвиг с фотографиями" пополнит сагу о "Русской" в Германии, Великой и Ужасной (РГВУ).


Не пройдёт и столетия, как РГВУ займёт достойное место в ряду с Робином Гудом, Ильёй Муромцем, Давидом Сасунским, Манасом, Пенфесилеей, Гераклом и прочими аргонавтами!