# Моя - чужая Англия - 2-3

Вячеслав Збарацкий

- 2 -       Лучше глупцом быть вместе со всеми, чем мудрецом в одиночку. (Б. Грасиан)       Отец Маши, Юрий Григорьевич был одновременно и тестем, и советчиком и другом Олега. Он знал Олега ещё с Машкиных студенческих лет, как её однокурсника и просто неплохого парня, а позже как её сослуживца. И когда они начали встречаться, Юрий Григорьевич был рад сложившимся обстоятельствам. Когда же Олег и Маша, в конце-концов, решили пожениться, он был просто в восторге, по его собственным словам лучшего зятя чем Олег, ему и не надо.    Юрий Григорьевич, весёлый пожилой человек, бывший преподаватель истории в средне-специальных учебных заведениях, ныне был на заслуженном отдыхе, то есть был пенсионером. Маша была поздней и единственной дочерью Юрия Григорьевича, и так уж сложилось, что он воспитывал её один. У Машиной матери была другая семья, где-то то ли под Орском, то ли под Омском. Практически сразу же после Машиного рождения, её мать, бывшая учащаяся ПТУ, закрутившая ветреную любовь с симпатичным холостым преподавателем истории, исчезла в неизвестном направлении, прихватив с собой всё самое ценное, включая пенсию Машиной бабушки. Это время было самым тяжелым в жизни Юрия Григорьевича. Упрёки на работе, служебное расследование, комиссии СОБЕСа, но со временем всё устаканилось.    Рано поседевший, вызывающий только искреннее сочувствие москвичек, сорокалетний отец-одиночка, патологически не верящий женщинам с периферии, так больше и не женился. Бабушка умерла, когда Маше было двенадцать лет, и Юрий Григорьевич вырастил из своей дочери отличного парня. Рыбалка, грибные походы по Подмосковью, секция фехтования, гитара, лыжи и коньки... Юрий Григорьевич души не чаял в дочери, и имея не то чтоб властный демонически-деспотичный характер, а просто в силу вечной занятости и профессиональных особенностей, возможно был не до конца внимателен к подрастающей Маше. Но лет в шестнадцать, к удивлению Юрия Григорьевича, Маша начала переоформляться в немногословную миниатюрную красавицу с огромными печальными глазами и очень сдержанным самостоятельным характером. И он с отцовской ревностью стал с удивлением замечать, что на неё всё чаще и чаще обращают внимание юноши-сверстники. И чуть подумав, он стал давать ей деньги на одежду, с тем чтоб она "прибарахлялась" сама, четко осознавая, что он со своим ПТУшно историческим вкусом навряд ли сможет удовлетворить потребности молоденькой красивой девушки живущей в самом центре Москвы в моде. К семнадцати годам Маша была самостоятельным, в психологическом плане полностью сформировавшимся, ответственным, скромным, молчаливым и очень рациональным человеком. Она никогда необдуманно не говорила и не делала ровным счётом ничего, что могло хоть как-то навредить или скомпрометировать её. Она с хладнокровным равнодушием взирала на глупые шалости сверстниц, вроде поездок на сомнительные дачи на вечеринки, которые не всегда кончались добром. Уже на втором курсе Юрий Григорьевич предоставил ей полную свободу действий, будучи уверенным на все сто, в её самостоятельности и серьёзности. С удивлением, одобрением и белой завистью, он четко видел разительные различия между тем народцем, которому он преподавал и Машиными однокурсниками. Контингент, которому он преподавал (на их взгляд) самый несуразный предмет, а именно - Новейшую Историю, характеризовался вопиющим неуважением к этой самой истории, путая демократию с бюрократией, а демагогию с урологией. Сей незадачливый контингентец, был просто уверен в том, что Спартак получил своё имя в честь футбольной команды. На тот текущий момент их больше интересовали более земные проблемы, а именно выпивка и особи противоположного пола, нежели какая-то нудная и непонятная история, пусть даже именуемая новейшей. Сам Юрий Григорьевич частенько поговаривал, что история по сути своей не может быть новейшей, старейшей или ещё какой-нибудь, категорически не соглашаясь с этой формулировкой и безапелляционно внося её в разряд точных наук, а не каких-то там абстрактных величин. Он, апеллируя фактами и датами, упрямо твердил, что она не терпит ежегодной тотальной смены значимости событий, которая широко практикуется сегодня. Но, вообще-то будущие электромонтажники, автослесари и наладчики - коим он преподавал эту самую историю, не очень-то ей интересовались. И будучи предметом, далеко не профилирующим в учебных заведениях подобного рода, на его уроках больше внимания уделялось ежеминутным проблемам, вроде дисциплины, нежели абстрактной и непонятной истории. И вступать с ними в полемику относительно истории, выходившей за рамки программы, будь то история древнего мира, античных времён или история средневековья, (которую этот электорат путал, как пёс столбы) никто и не собирался. Тем более, что из года в год, сия стабильная величина претерпевала значительные изменения, обусловленные сменой учебной программы в демонстративном и упорном поиске оправдательных объяснений сегодняшним ярковыраженным несоответствиям с реалиями. Которые были лишены логического умозаключения, опирающегося на опыт, здравый смысл, без каких-нибудь попыток сопоставить всё происходящее с историческими фактами. А посему у Юрия Григорьевича на работе была масса свободного времени от уроков.    Олега он по-отечески любил, восхищаясь его отходчивой горячностью, неюношеской рассудительностью и мальчишеской непосредственностью в совокупности, и был искренне рад за свою дочь. За долгий период преподавательской деятельности он неплохо разбирался в психологии молодых людей, почти безошибочно отделяя с первого разговора интеллектуалов от бездарностей, и видел в Олеге умного, талантливого, честного и благородного парня, не способного на подлость. Что по его мнению, было главным в той ужасной эпохе беспредела, в которой на сегодняшний момент существовала вся страна, а это не много не мало - более чем пятая часть суши....       * * *    Слава богу, что в этой стране у нас есть три преимущества: свобода слова, свобода мысли и мудрость никогда не использовать ни то ни другое. (Марк Твен)       Время неумолимо перекраивало минуты в часы, а те в дни. Лисята подрастали. И эти комочки с беленькими кончиками на хвостиках уже проявляли интерес к выходу из норы. Мать-лиса полностью выматывалась в поисках еды, но всё равно они были вечно голодны. И возможно именно поэтому несколько раньше, чем другие лисьи семьи, мать начала учить их выходить по ночам и внимательно смотреть и нюхать. А не выпал ли на свою беду какой-нибудь нерадивый птенец из гнезда. Не вышвырнул ли кто-нибудь попавшую в капкан мёртвую крысу, на расположенных неподалёку от Вайверн-скул участках-огородиках, или же просто уронил что-нибудь съедобное. Учила, как подходить к мусорным контейнерам возле школьной столовой, как их обследовать и как доставать оттуда еду. Всё чаще и чаще в лунные не дождливые ночи в школьном дворе, под зорким присмотром лисы-мамы три ещё совсем маленьких лисёнка познавали этот огромный и такой неизвестный мир. В один из таких дней они впервые увидели другого лиса. Он показался огромным и сильным. Они скорее удивились, чем испугались. Он был крупнее матери почти вдвое, но при его появлении, она смело изогнув спину, пронзительно визжа и потявкивая самоотверженно и отчаянно ринулась навстречу незнакомцу. Но удивлённый её поведением лис не испугался, а подпустив её совсем близко и внимательно посмотрев, не торопясь ушел, не проявляя ответной агрессии. Он пришёл через час, неся в зубах обронённый кем-то из людей, почти полный пакетик жареной картошки, положил его на видное место там где обычно проводятся школьные линейки, и чуть постояв, удалился. После этого он появлялся три-четыре раза в неделю, и оставив то что приносил, быстро уходил, не делая попыток ни к сближению, ни к установлению контакта. А однажды он набросился и прогнал от паба под названием Вайверн-армс, расположенного в конце Роздэйл-авеню самого лиса Тони, незаконно промышлявшего на территории этого лисьего семейства. Его необычное поведение, настораживавшее сначала лису, было очевидно нестандартным, но с каждым разом волнений по этому поводу становилось всё меньше и меньше. Этот взрослый одинокий лис, как бы взял осиротевшее лисье семейство из Вайверн-скул под свою опеку. И при каждом его последующем появлении, лиса всё меньше и меньше оскаливалась, враждебно выгибая спину. И в одну из лунных ночей он равнодушно допустил ее, на расположенный за пределами их участка, берег реки Сояр, посмотреть, а не выбросило ли на большую отмель мёртвую рыбёшку.    Вообще плотность лисьих участков на урбанизированных территориях Англии просто поразительна. В одном только Белграве (один их районов города Лестера), почти на окраине которого была расположена Вайверн-скул, живут, по меньшей мере, семь неродственных лисьих семей. Они метят участки, защищая их от посягательств чужаков, и контролируют их выполняя функцию санитаров-собирателей. Это довольно мощный лисий клан Лестера, границы которого переходят далеко за Аббей-парк, одновременно контролируя почти весь этот огромный парк и город до рынка с северной стороны. Лисий клан Белграве, граничит с большим и невраждебным кланом Сити, самым приспособленным к жизни в застроенной человеком территории лисим кланом Лестера. Многие поколения лис родились здесь. И живущие здесь ныне лисы, каждую ночь промышляя на своём участке и обследуя нашпигованный ресторанами, ресторанчиками и многочисленными кафе великолепный исторический центр Лестера, не представляют себе иной жизни. Для них это родные места. Это их, ставшие средствами коммуникации огромные городские мосты, это их ставшие охотничьими тропами городские дороги, старинные высокие каменные замки и музей римской истории. Это их городские улицы, величественные средневековые церкви и их рынок. Это их Лестер. Они не боялись освещённых ночью улиц, снующих по трассам ночных авто, и доминирующее присутствие большого города не вызывает у них чувства настороженности, какое есть у их живущих в неурбанизированных местах родственников, при посещении антропогенного ландшафта. Они наверняка считали, что именно так и должны жить лисы в природе, точнее они всё это считали самой природой. Они идеально приспособились жить в этой доброжелательной, уютной и сытной местности, уничтожая городских мышей и крыс, больных птиц, и подбирая оставленные человеком остатки еды, тем самым, очищая прекрасную старинную часть Лестера.       * * *    Цель власти - власть. (Джордж Оруэлл)       Спустя неделю началась работа Олега. Перед этим после минутных переговоров по телефону Сергей Игоревич сказал многозначительное: "Олега, ты зачислен, радуйся! Завтра конай в свою контору за трудовой ксивой. Ну, там типа уволиться, проставиться, попрощаться, и так далее. Там уже будет всё на мази. А послезавтра созвонишься с Вованом, и там всё пучком оформите. Колёса заберешь. У тебя гараж-то есть?    - Да, - сам не зная почему, соврал Олег.    - Ну и бедово...    "На мази" было уже сегодня. Вечером того же дня, директриса статбюро позвонила Маше и взволнованным голосом будто оправдываясь, сказала, что характеристика, рекомендательные письма и трудовая книжка с благодарностью и штампом о переводе готова. И что Олегу совсем необязательно, но все-таки желательно заскочить в отдел кадров и подписать и получить уже подписанный обходной лист. А потом, запнувшись, скромно добавила, что она и представить себе не могла, что у Олега такие связи. Что-то залепетав про тихий омут, она сказала что документы завтра же будут направлены туда, куда ей сказано. И просила передать ему большой привет, и главное то, чтоб он не забывал свою первую работу и своего первого скромного директора.    Удивлённая Маша сразу же все это передала Олегу, у которого от услышанного тоже округлились глаза.       * * *    Строгость российских законов смягчается необязательностью их исполнения. (Салтыков-Щедрин)       ...первая командировка Олега была в Красноярск.    Все её действия закончились в ВИП-зале "Емельяново", аэропорта города Красноярска, куда Олег прибыл в салоне бизнес-класса. В ВИП-зале, как только Олега доставили туда на машине для ВИП-пассажиров, к нему подошёл мужчина в очках, и не представившись сказал, не то спрашивая, не то констатируя.    - Ха! Вы я так полагаю от Сергея Игоревича.    - Да, - сказал Олег.    - Тогда это вам, - сказал его собеседник, протягивая кейс, - это то, что нужно передать Сергею Игоревичу. Потом позвонил по телефону и сказал, - Сергей Игорич, передаю кейс вашему человеку. Ха!... - Он один, такая сумма... Ха! Ну ты и шельмец, Игорич... всё гениальное просто! Ха! Я пока приставлю к нему своего человечка, а то мало ли что? Ха! - и не прощаясь отключил телефон. Потом нажав другую клавишу, в тот же телефон властно скомандовал: "Ко мне!". И через секунду указав на Олега двум торопливо подошедшим жлобам, произнес: "он". А сам сев за отдалённый столик в кафе ВИП-зала, все время косился на кейс.    Уже через полчаса молодая симпатичная девушка в форме гражданской авиации с улыбкой во весь рот, в котором среди ровненьких безупречных зубов, совершенно несуразным блеском, красовался один золотой, провожала Олега до машины ВИП-пассажиров. Его не попросили пройти на досмотр, ни тем более не спросили что в кейсе. Олег ещё тогда подумал, что-то тут с безопасностью не то. Могло показаться, что если бы он был простым транзитным ВИП-пассажиром бизнес-класса, то мог бы преспокойно выйти в город, и взять какой-нибудь запрещённый груз, и без досмотра опять сесть в самолёт. Расположенный на втором этаже аэровокзала красноярского аэропорта "Емельяново" ВИП-зал, свободно сообщался с кафе, куда мог преспокойно войти любой желающий. Но потом Олег подумал, что всё это скорей всего сделано по велению загадочного человека встречавшего его, и передавшего ему не менее загадочный кейс, и проход на посадку без предполётного досмотра невозможен.    ...В Москве прямо у трапа Олега встретила машина. В машине был Володя. И от его вида Олег пришел в себя, выйдя из напряжённого состояния. Володя, расплывшись в приветливой улыбке, произнес, учтиво открывая дверь машины перед Олегом, - ну вот и хорошо. С почином. Садись, поехали, - а когда машина практически не притормаживая выехала через ворота за территорию аэродрома, добавил, протягивая пакет, - на.    - Что это?    - Это твои честные полторы штуки, и пятихатка от шефа как премия.    - И всё?    - А ты что хотел?    - Я имею в виду, я что выполнил свою работу?    - Да, Каширин. Это и есть твоя работа, Олег. И сделал ты её на-отлично! Просто, на пять баллов, Каширин. Молодец! - радостно приговаривал Володя, - или ты думал, что будешь проводить сложные экономические расчёты?    - А что дальше?    - Отдыхай. Хочешь, сиди в кабинете в банке, хочешь торчи дома. Машина по задницей, короче трать зарплату. Ты поедешь в Самару через неделю. Я сообщу тебе об этом за два дня. Что-то не так?    - Вов, я только не понял, на кой вам тогда нужен был экономист?    - Олег, а как тебя устроить к нам на должность без диплома и подозрения. У нас ведь тоже есть контролирующие органы...    - Контролирующие органы? - вопросом повторил Олег.    - Да ты не парься, Каширин, у всех свои критерии контроля. Кому-то и участковый мозги вправит, а кому-то и ОБЭП и генпрокуратурой по барабану. Но делиться нужно всем. Не даром говорят - жадность фраера сгубила...       -3-       Конституция государства должна быть такой, чтобы не нарушать конституцию гражданина. (Станислав Ежи Лец)       В Лестере, как и везде в Англии, и наверно во всей Великобритании, да и пожалуй что во всём Соединенном Королевстве множество старинных исторических построек вроде замков, хранящих в себе ещё грандиозное количество нераскрытых тайн и ненайденных кладов, и которые неплохо и рационально сочетаются с современными постройками и насаждениями. Они как-то очень красиво и к месту вписываются в природный колорит, и прекрасно гармонируя с лесами, полями, морским побережьем и горами, практически стирают визуальную границу между городским и загородным ландшафтом, теряя здесь эту чёткую в других странах грань. В сумерках, в городском центре Лестера, на немноголюдных освещенных светофорами улочках - лисы частые гости. И уж если быть до конца объективным, то за длительный, и не всегда рациональный и бескровный период освоения человечеством нашей планеты, это ещё вопрос: а гости ли здесь лисы? Или же на заселённую лисами землю, как бы к ним в гости пришли, сначала эти замки и крепости. Затем, уже чуть позже, не спрашивая разрешения у законных хозяев, здесь построили ветхие поселения, а позднее и всё остальное. То есть - заводы и телевышки, магазинчики и супермаркеты, стадионы и школы, университетские городки студентов, парки, жилые дома, банки и ипподромы, серьёзно потеснив хозяев - лис. Но, как бы там ни было, всё это в своём гармоничном сочетании, освещенное неоновым светом реклам и разноцветными подмигиваниями поворотников и стоп-сигналов ночных машин, и предназначенных именно для них светофоров, кажутся ещё загадочнее, величественней и таинственней, ...но лисы не различают цветов. Зато превосходно различают интенсивность и порядковую периодичность включения светофоров! и именно их утреннее не подмигивание, а постоянное горение - сигнализирует им, что промысел пора заканчивать, и что не за Северным морем - утро. И только этим можно объяснить тот факт, что в выходные и праздничные дни лисы расходятся по своим домам много позже, нежели в дни будние, уступая город людям, когда многие светофоры начинают работать в регулирующем движение режиме с раннего-раннего утра.    Очень многие горожане в Соединенном Королевстве кормят городских лис, точнее подкармливают их. И лисы ревностно охраняют такие дворы от посягательств себе подобных из других лисьих семей, регулярно посещая их с наступлением сумерек. Родственные и неродственные лисьи семьи объединены в большие территориальные кланы, за границы которых при нормально протекающей жизни без каких-либо чрезвычайных обстоятельств, лисы редко путешествуют. На каждой территории есть свои лидеры, аутсайдеры и лузеры, но никто никому не подчиняется, а просто уступает в зависимости от обстоятельств, либо еду, либо дорогу. В спорных случаях случаются драки, расставляющие все точки над пресловутым "i", а заодно иногда перемещая положение в замысловатой лисьей иерархической лестнице. Кроме лисьего клана Белграве в Лестере жили ещё четыре больших лисьих клана, а за их пределами на довольно обширной территории от Бирстола до Сайстона обитает самый большой и крепкий лисий клан графства Лестершир, да и наверное всего Ист-Мидландс. Он вплотную примыкает к клану Белграве, гранича с ним и активно враждуя за территорию. И самое удивительное, что всё это было можно назвать парадоксальным для граждан других стран словосочетанием - городские лисы. Границы лисьих кланов незыблемы, и только в нехолодные, но тёмные английские зимние ночи, когда начинаются лисьи свадьбы, отчаянные молодые самцы нарушают границы и принимают участие в рыцарских соперничествах, сражаясь за молоденьких холостых лисичек.    От госпиталя принца Филиппа на Малабар-роуд, расположенного в десяти минутах быстрой ходьбы до центра Лестера, до мусульманских мечетей на Мельбурн-роуд, проживал самый маленький самостоятельный и независимый лисий клан. Этим кланом верховодит очень крупный злобный и сильный лис, который несколько лет назад сбежал из какого-то зоопарка, и образовав с местной лисой семью, пока ещё не набрал силы. И скорее всего именно он и охотился на спящих голубей, шарахаясь по ночным крышам Лестера, или нахально, на виду у людей и с их восторженного одобрения, побирался у пабов принимая подачки или выискивая еду на своей территории, ничуть не стесняясь присутствия людей. Он никогда не пресекал границ мощного центрового клана Сити отчётливо понимая, что задержавшись где-нибудь по лисьим делам всего на пару дней, он может в одночасье лишиться своей территории. Оказывается нестабильность существует и в мире лис.    Самый приспособленный к урбанизированной городской территории лисий клан "Сити", подбирал остатки на Лестерском городском рынке, и у многочисленных пабов и ресторанов, а так же ловил жирных лестерских уток на ночлеге и очень нахальных городских крыс. Члены этого клана не обращали особого внимание на гусей и казарок, по опыту зная, что те на ночлеге располагаются на недоступной лисам воде, где-нибудь на парковом пруду подальше от береговой линии. Даже на первый взгляд кажущееся беспечными днем, гуси на всякий случай, отдыхая выставляют зоркого часового, а ночью применяют ещё более серьёзные меры безопасности, становясь практически неуязвимыми. Но всего этого нельзя было сказать о многочисленных и не очень осторожных кряквах, и кроме остатков людской еды, лисий клан "Сити" специализировался именно на них. Территория лисьего клана "Сити" была вытянута как бы в длину, вдоль города и пригорода Лестера на десятки километров, позволяя своим членам при желании беспрепятственно совершать внушительные ночные ознакомительные - с территорией клана - переходы. В ширину же, она была сильно сжата, в самых кормовых, а следовательно самых узких местах граница клана Сити не превышала иногда трёх километров, ограничивающихся очень неспокойной границей, с постоянно регистрируемыми нарушениями лис-разбойников из других кланов. С некоторыми кланами шла непримиримая война, с некоторыми ограничивались дипломатическими метками мочи на кустах, и в некоторых местах плавающе неопределённой пограничной полосой, без чёткого погранконтроля. В самом центре Лестера территория лисьего клана "Сити" с одной стороны ограничивалась лестерским парком Виктория, с другой - живописным и огромным Аббей парком, где этот клан ненапряжённо граничил с дружественным лисьим кланом "Белграве", подданство которого и имело уже известное нам лисье семейство из Вайверн-скул.    Вообще хитрость лисиц их плутоватость и сообразительность, конечно же, всем хорошо известна, а вот их трусость сильно преувеличенна! И если хорошо разобраться то на всех этих территориях жили отчаянные и дерзкие храбрецы, сорвиголовы и рыцарствующие смельчаки, которые с риском были на "ты"...       * * *       Общественное мнение это мнение тех, чьё мнение обычно не спрашивают. (Кшиштов Теодор Теплиц)       ...На первые, так просто заработанные деньги Олег и Маша, решили подарить Юрию Григорьевичу компьютер. Всем известно, что пути господни неисповедимы... Юрий Григорьевич быстро освоив этот непростой аппарат, уже через две недели будет пробовать отправлять по электронной почте свои первые E-mail-ы. а содержание первого из них было следующим. \\ Износ и обветшание жилья превышает все допустимые мыслимые и немыслимые характеристики. Диспаритет между жильём в центре и регионах очевиден. Папа \\    Он сразу после отправки позвонил и попросил прочитать своё первое отправленное сообщение. Дотошно уточняя, а ни поставил ли кто-нибудь по дороге в него запятые или что-нибудь поменял. И когда выяснил, что сообщение прошло в точности так как он это отправил, он одновременно радуясь и удивляясь, как годовалый ребёнок при виде разрезаемого арбуза и его восхитительно быстрой смене цвета, сказал,    - Вот это да! Штирлиц с Джеймсом Бондом просто отдыхают. Это же лучшая шпионская штуковина на свете...       * * *       Остановись на бегу, чтобы увидеть, как распускается ветка дерева. (Конфуций)       Весна необратимо вступала свои права. Дни становились теплее и суше, а на окружающей английские города вечно зелёной картинке, разноцветными кляксами красовались ранние весенние цветы. Начали появляться насекомые. Отцветали плодовые деревья. Подрастающие лисята всё чаще и чаще любопытствовали, греша демаскировкой и пренебрегая принятыми у лис мерами безопасности, высовывали любопытные носы навстречу толстой и веселой школьной поварихе миссис Холинзвок, которая после школьного ланча, частенько приносила им угощения из столовой. Она, аккуратно положив еду перед входом в лисье жилище, с любопытством заглядывала во внутрь, с неистребимым желанием уточнить, сколько именно в этом году родилось лисят. В отверстие приспособленного лисами под дом полуподвала, миссис Холинзвок хорошо видела их любопытные мордашки, с нетерпением принюхивающиеся из норы в направлении принесённого угощения. И стоило только лишь миссис Холинзвок отойти всего метров на пять-десять, как они не дожидаясь того пока она вообще удалится, ни сколько не стеснённые её присутствием, по одному выскочив из своего жилища, набрасывались на еду. И даже если вдруг ранним весенним утром кто-нибудь из лисят, по неосторожности и из любопытства на несколько секунд заглядывали в окно школы, то по строгой, тихой и послушной Вайверн-скул, разносился громкий и восторженный визг детей. И тогда даже строгая и чопорная директор школы миссис Ансток расплывалась в улыбке, не обращая внимания на громкие крики детей приветствующих лис. Проживание тут лисьего семейства ни для кого не было секретом, а лиса в городе Лестере, отнюдь нередкое явление. Ведь не даром на городской эмблеме английскогго графство Лестершир, главным городом которого является Лестер, изображена бегущая лиса. Да и на многих государственных учреждениях, и на различной клубной символике многочисленных лестерских клубов, не зависимо от их направления, частенько имелся силуэт лисы. А одна маленькая девочка из начального класса Вайверн-скул, утверждала то, что живущие в их школе лисы вегетарианцы, и с большим удовольствием едят индусские вегетарианские пирожки - чупати и самосу, которые они с дедушкой вечерами выкладывают им в качестве угощения в собственном саду.    Трогательно бережное отношение англичан ко всему живому, как национальная привычка и характерная особенность этой великой нации, постепенно предаётся и иммигрантам, коих и в самом Лестере, и во всей Англии, да пожалуй, что и во всём Объединённом Королевстве очень-очень много.