# Роль философии в современном мире

Александр Мирнович Воин

Роль философии в современном мире


А. Воин


Сегодня значительно вырос и продолжает расти в мире интерес к философии особенно среди молодежи. Как грибы после дождя появляются в интернете философские сайты и группы на английском, русском, украинском и других языках, количество участников в некоторых из них достигает сотен тысяч. Этот интерес обусловлен ростом сложности современной действительности, порождающей проблемы, касающиеся многих и требующие именно философского осмысления.

С другой стороны, если человека интересуют вопросы, связанные, скажем, с физикой или другой естественной наукой, то он при наличии соответствующих способностей и прилежности может найти ответы на них в трудах физиков или представителей другой естественной науки. Ответы, как правило (хоть и не всегда) принимаемые всеми представителями данной науки и проверенные практикой. А вот в философии он видит безбрежный океан писаний, авторов, школ, но ни по какому вопросу он не найдет согласованного между всеми этими субъектами ответа.

Это приводит к тому, что человек просто тонет в этом безбрежном океане, не видя ни берегов, ни ориентиров, куда плыть. В результате многие из поступивших на философские факультеты университетов, либо покидают их, либо из пылких искателей истины превращаются в холодный сапожников, продолжающих учебу не ради познания, а для приобретения диплома. Что касается остальных, то они в подавляющем большинстве давно уже перестали даже пытаться читать и разбираться не только в философских книгах, но даже в мало-мальски солидных статьях. И превращают упомянутые философские сайты и группы в нечто среднее между салонным трепом и вульгарным базар-вокзалом с умствованиями типа "Лучше быть богатым и здоровым чем бедным и больным" и диалогами типа:

- А вы читали Дерида?

- Дерида - это голова. А вы читали Рорти?

- Рорти - это тоже голова. Рорти и Дерида - это две головы.

Но что еще важнее, современная философия перестала влиять на действительность. Современные политические партии, если и базируют свою идеологию на какой-нибудь философии, то это философии прошлого: Декарт, Бекон, французские энциклопедисты, Кант, Гегель, Маркс, экзистенциалисты, пост позитивисты, самое позднее какой-нибудь Маркузе. Чаще же эти идеологии и идеологиями назвать нельзя, это просто набор лозунгов типа борьбы с коррупцией, поддержки своего производителя, проведения реформ (без уточнения каких) и т.п. А то и просто пещерный национализм или дремучий религиозный фанатизм. Философов же, если каких и вспоминают, то лишь для демонстрации своей образованности. При этом гораздо чаще поминают Платона с Аристотелем, чем кого-нибудь из современных философов. (Как будто Платон и Аристотель могут дать ответ на современные проблемы).

К чему это ведет, хорошо видно по тому, что происходит сегодня в мире, начиная с США и кончая Украиной. Одним словом, происходит системный кризис цивилизации.

Что же случилось с философией, и почему она перестала влиять на действительность? Для того чтобы разобраться в этом, предлагаю желающим нечто вроде небольшого путеводителя, который поможет им начать самостоятельное плавание по бурным водам философии для того чтобы разобраться в рассматриваемом вопросе. Прежде всего, спросим себя, а для чего собственно нужна философия? И тут же следующий вопрос, а как она может в принципе свою задачу выполнить?

"Философия предназначена научить людей жить лучше. Но как может убедить нас та или иная философия, что жить нужно именно так, как она предлагает? Для нерелигиозной философии есть только один путь для этого: объяснить нам окружающий мир и нашу собственную природу так, чтобы зная законы - связи этого мира, мы могли рассчитать последствия наших индивидуальных и коллективных деяний и судить к лучшему или худшему для нас ведут они. Но поскольку философии есть разные и все они дают разные рецепты, как жить, то, очевидно, они исходят из разных же картин мира и человека. Интуитивно, однако, мы чувствуем, что истина одна. И тогда возникает вопрос, что же является критерием истинности знания, как вообще соотносится наше знание с тем, что оно берется описывать, и в какой степени мы в принципе можем на него полагаться. Это серия вопросов, которые являются основным объектом рассмотрения для части философии, именуемой теорией познания или эпистемологией." (А. Воин. "Неорационализм - духовный рационализм. Direct Media, М. Берлин, 2014, изд 2-е).

"Ясно, что с тех пор, как эти вопросы возникли, оказывать сколько-нибудь сильное влияние на человеческое общество в целом или его значительную часть могли лишь те философы, которые давали убедительный для современников ответ на них (хотя убедительный - не значит, что верный). С другой стороны, характер этого ответа в немалой степени определял характер решения, которое давала та или иная философия по проблемам уже непосредственно касающимся человеческого общества и в случае философий, оказавших влияние на общество, характер этого ответа сыграл значительную и иногда драматическую роль в судьбах многих миллионов людей. Лучший пример тому и другому дают марксизм и экзистенциализм.

Марксизм абсолютизирует наше познание. Он утверждает, что оно является отражением действительности, отражением адекватным и таким, что всякое новое знание ничего не меняет в предыдущем, а лишь добавляется к нему....

Легко видеть, что абсолютизация марксизмом законов общественного развития таких, например, как неизбежность победы пролетарской революции, тесно связана с абсолютизацией им нашего познания. Ну и нет нужды объяснять гражданам бывшего Союза, какую роль сыграла абсолютизация марксизмом законов общественного развития в жизни их предков и их самих.


Экзистенциализм, в отличие от марксизма отрицает за нашим познанием способность сколь-либо адекватно отображать реальную действительность и с презрением относится даже к намерению отыскивать причину ее явлений. Так, например, один из его основоположников Мартин Хейдегер писал: "Причина (reason) прославленная в веках, есть наиболее крутовыйный противник мысли"....

Негативное отношение экзистенциализма к возможностям человеческого познания повлияло на другие его фундаментальные положения. Недостоверности нашего познания противопоставляется в нем достоверность наших ощущений и психических переживаний. Отсюда логически следует преувеличение экзистенциализмом ценности индивидуальной свободы и чувственных наслаждений в противовес всем прочим человеческим ценностям" (там же).

Во что вылилась философия экзистенциализма в жизни, можно видеть на примере сексуальной революции, в значительной мере базирующейся на философии экзистенциализма.

Таким образом, для того чтобы не заблудиться в океане философии, не добравшись до ее роли в современном мире, начинать ее изучение нужно с теории познания или эпистемологии. Но и это философское море настолько велико, что и в нем начинающий без путеводителя заблудится и утонет. Вопросами соотношения нашего познания и действительности философы занимались столько, сколько существует философия. Но начинать изучение теории познания с Сократа, Платона и Аристотеля, это тоже, что начинать изучать физику с атомистического учения Демокрита. До современных физики и теории познания таким образом не доберешься.

Поэтому изучение теории познания с целью добраться до современности рекомендую начинать с начала этой самой современности, т.е. с начала так называемого Нового Времени, когда и были заложены основы современной цивилизации. И заложены они были именно в философии и философия эта со временем получила название классического рационализма, у истоков которого стояли такие мыслители, как Декарт, Бекон, Паскаль и другие. Сердцевина классического рационализма, чтоб не сказать весь он, в его теории познания. Суть теории познания классического рационализма вкратце сводится к утверждению, что наука способна, отправляясь от опыта и только от опыта, давать нам знание истинное и надежное.

Эта позиция классического рационализма необычайно способствовала бурному прогрессу науки и техники в начальный период Нового Времени, а этот прогресс и приносимые им приятные плоды служили подтверждением истинности этого положения классического рационализма. Однако со временем, особенно после появления теории относительности Эйнштейна выяснилось, что наука время от времени меняет свои понятия и выводы. (Время абсолютно у Ньютона и относительно у Эйнштейна, скорости складываются по формуле Галилея у Ньютона и по формуле Лоренца у Эйнштейна). Это поставило под сомнение истинность и надежность добываемого наукой знания и привело к кризису классического рационализма, а вместе с ним и рационалистического мировоззрения, как такового. В результате в западной философии и теории познания восторжествовали релятивизаторы научного познания, первыми среди которых были упомянутые экзистенциалисты, а окончательный гвоздь в крышку гроба классического рационализма забили так называемые пост позитивисты. (Куайн, Кун, Фейерабенд, Поппер, Лакатос и др.).

Все попытки сторонников классического рационализма, среди которых были величайшие умы, вроде Гильберта, Рассела, Фреджа, Пеано и др. исправить науку так, чтобы она впредь не меняла ни своих понятий, ни выводов, ни к чему не привели. С этого момента началось постепенное угасание влияния философии на действительность и связанный с этим общий кризис западной цивилизации, к которой, кстати, я отношу и Россию, и бывший Советский Союз. (Напомню, что марксизм, по теории которого Союз был выстроен, это философия, также как и философия буржуазных революций, базирующаяся на классический рационализм). Угасание медленное, растянувшееся на полтора столетия, но сегодня уже хорошо заметное. Медленность этого угасания объясняется когнитивным диссонансом, характеризующим этот процесс.

Несмотря на релятивизацию научного познания, произошедшую в теории познания и эпистемологии, научно-технический прогресс продолжил развиваться и приносить все новые и новые приятные плоды, которыми западное общество, отринувшее классический рационализм, породивший этот прогресс, с удовольствием продолжало пользоваться. И отношение к естественным наукам, которые двигали этот прогресс, продолжало оставаться уважительным как в сознании людей, так и по части финансирования этих наук, которые на соответствующие вложения давали соответствующую отдачу. Этот научно-технический прогресс долго еще продолжал увеличивать материальное благополучие общества и тем оттягивал кризис и делал незаметным его. А, вот, что касается общественных и гуманитарных теорий, то здесь происходила деградация, обусловленная неверием в способность науки давать нам надежную истину. Правда, в сфере общественных наук поддерживался и временами раздувался до небес огонь страстей между сторонниками капитализма и социализма, но это не были научные страсти поиска истины, это были пропагандистские страсти в политической борьбе 2-х систем. И те, кто в этих баталиях участвовал, были не ученые, а профессиональные пропагандисты, даже если они и украшали себя научными званиями. А гуманитарные науки и философия превратились в поприще делания научных карьер гражданами, у которых для подобной карьеры в области естественных наук не хватало мозгов. На конференциях по этим наукам сторонники взаимоисключающих взглядов уже даже не пытаются спорить друг с другом, каждый отбубнил свое выступление и разбежались. А в журналистских репортажах с таких конференций, конгрессов и форумов, попадаются сообщения вроде "Фрейд уже не в моде". Понятно, что в науке, претендующей на добывание надежной истины, употребление слова "мода" неуместно. Такая, с позволения сказать, общественная и гуманитарная наука и философия, естественно, не могли влиять положительно на общественные процессы, а могли только служить инструментом манипулирования массами в руках прохиндеев. Таким образом, происходили одновременно два противоположных процесса: научно-технический прогресс продолжал увеличивать благополучие общества, а процесс деградации гуманитарно-общественных наук действовал в противоположном направлении , снижая качество управления. И сегодня наступил момент, когда этот второй процесс начал превалировать над первым. Чему пример то, что в самой научно-технически развитой стране мира США среднее благосостояние народа в последнее время начало не расти, а падать, благодаря плохому управлению и несмотря на продолжающийся научно-технический прогресс.

Возникает естественный вопрос, почему же, несмотря на то, что наука, в том числе естественная, время от времени меняет свои понятия и выводы, естественные науки продолжают приносить приятные плоды, а гуманитарные и общественные перестали?

Как ни странно, философы до сих пор не озаботились этим важным вопросом и никто не предложил ответ на него. Я же утверждаю, что это происходит потому, что естественные науки в процессе их развития выработали единый метод обоснования научных теорий. И хотя до сих пор он не был представлен в явном виде, но тем не менее он работает в этих науках на уровне стереотипа естественно научного мышления. Подобно грамматике в языке, для которого она еще не написана, но носители языка ее чувствуют. Это то и позволяет естественникам рано или поздно, худо ль бедно договариваться между собой и принимать всем сообществом какие-то теории, как доказанные, а конкурентные отвергать, что обеспечивает поступательное развитие этих наук и в результате приносит плоды научно-технического прогресса. Гуманитариям же и общественникам этот метод вообще не ведом, потому они сегодня не в состоянии ни о чем между собой договориться и общество не получает от них никакой пользы и решения насущных проблем, требующих научно-философского решения.

Я представил этот метод в явном виде и показал возможность применения его (с соответствующей адаптацией) в сфере гуманитарных и общественных наук. (Единый метод обоснования научных теорий. Direct-Media, М. - Берлин, 2017, изд. 2-е; https://www.academia.edu/30443977/). Представленный в явном виде этот метод решает ту проблему, из-за которой начался кризис рационалистического мировоззрения. Согласно единому методу обоснования наука таки меняет понятия и выводы при переходе от одной фундаментальной теории к другой (Ньютон - Эйнштейн). Но если при таком переходе обе теории обоснованы по единому методу обоснования, то результаты опытов могут отличаться от предсказываемых по любой из этих теорий не более чем на некую заданную величину с заданной вероятностью. (Будем ли мы рассчитывать траекторию полета снаряда по формулам Ньютона или по формулам Эйнштейна, но отклонение точек попадания снаряда от расчетной по теории будет не более заданной величины с заданной вероятностью). И в этом смысле обе теории будут истинными (несмотря на разницу в выводах и определении понятий) и именно и только такого рода истину дает нам наука. (Правда, области их истинности не будут совпадать полностью, область истинности теории Эйнштейна включает в себя как часть область истинности теоории Ньютона). Но все это только для теорий, обоснованных по единому методу обоснования. Теория не обоснованная по единому методу, никакой гарантии истинности своих предсказаний не дает. Таким образом, мы снова как во времена классического рационализма можем полагаться на выводы науки, с той лишь разницей, что мы уточнили, где настоящая наука, а где ее имитация или еще незаконченный продукт (гипотеза). Настоящая наука - это только теория, обоснованная по единому методу обоснования.

Помимо этого общефилософского, мировоззренческого значения единый метод обоснования решает много частных проблем. Пользуясь этим методом, как критерием научности можно очистить науку от набившейся в нее, включая естественные науки, карьерной бездари, что многократно поднимет эффективность науки. А внедрение изучения метода в систему образования, начиная со старших классов школы поднимет уровень аналитического мышления населения, которое без этого легко поддается обману со стороны демагогов и не в состоянии выбрать во власть действительно достойных людей.

Суть метода я излагал сжато в предыдущей моей лекции, поэтому не буду повторяться. Тех же, кто хочет разобраться в методе глубже, отсылаю к упомянутой моей книге.