# Встреча с Писателем

Геннадий Зарецкий

- Михаил Веллер приезжает. - Ну и что?

- Михаил Веллер приезжает.

- Ну и что?

- Как что! Сама мне сообщение прислала!

- Не люблю я его. Говорит обо всем на свете, а сам ничего толком и не знает.

- А мне нравится, я точно пойду.

- Давай.

Тоже мне заявления. Толком ничего не знает. Даже Энгельс говорил, что толком ничего не знает - тем не менее был признанным военным стратегом. Теоретическим, так как армии у мирового пролетариата тогда еще не было. А главное, он постоянно подкармливал Маркса, который знал всё. А партия, в отдельно взятый период, не может вынести двух людей, которые знают всё. Только по очереди.

Пойти оказалось не так просто. 50 мест в библиотеке разошлись, как горячие пирожки.

Хорошо Сашка выручил. Зарезервировал два места. Я один не хотел идти. Но по теории вероятности, двум женатым мужчинам пойти одним куда бы то ни было в принципе невозможно, т.к. или одна жена имеет планы, или вторая. На этот раз имела планы его жена. Даже вернее теща. У нее случился юбилей - 70 лет. Это ж надо, 70 лет такую подлянку нам готовила.

Пойти одному? А чего мне в одиночку на Веллера пялиться? Я в одиночку могу его книги читать, а не на встречи ходить. К тому же у меня уже два билета.

Идея! Приду с двумя билетами, зацеплю девченку симпатичную... Хм, потом... напьюсь. А я за рулем... Опять какой-нибудь столб своей машиной буду двигать. У меня тяга к перепланировкам дорог, когда выпимши. Обычно хочется опоры под мостами раздвигать - узко стоят. В этих поединках всегда побеждают статические объекты. Не уверен, есть ли закон физики на этот счет, но я его постиг методом проб и ошибок. Следствие из этого закона - один я в Бруклин ни ногой, ни колесом!

Маму с собой возьму! Чтобы трезвым вернуться, а главное своим ходом. Я как настоящий еврейский мальчик очень маму люблю. Куда без мамы? Только к тёще.

Билеты пришлось забирать заранее. Вспомнил таксисткое прошлое, пробираясь в центр Бруклина. Пополнил лексикон нестандартных английский идиом при обсуждении с соседними водилами вопроса о том, кто первым будет ехать на зелёный.

После Нью Джерси в Бруклине непривычно ездить. Ритм не тот. В Нью Джерси человек еще из дому не вышел, а водилы ему уже дорогу уступают. Бывает едешь на работу, а на дороге пробка. Оказывается, передний водила по телефону звонит пешеходу, беспокоится, мол, я уже пять минут как для тебя дорогу перегородил, а ты ещё в одних трусах.

В Нью Йорке конечно никто никого не ждет. Даже машина водителя не ждет. Тот только в магазин зашел. А машина уже уехала. Хотя в Нью Джерси народу давят на дорогах больше. Какой-то умник заявил, что надо пешеходные переходы ночью освещать, тогда пешеходов будет лучше видно. Разве, если их будет лучше видно, их будут меньше давить? Недаром все пешеходы ночью одеты во всё черное, мало ли что у этих водителей на уме. Так мой брат, увидев дельфина в море, на всякий случай выбежал из воды, и на замечание, что дельфин умный, заметил: "Умный-то он умный, а вот что у него на уме?"

И вот день настал. Пришли к библиотеке. За пол-часа до открытия. Очередь человек сто. Все наши. То есть все без билетов. У меня билет был. Пошел к полицейскому. ЁПРСТ - первый русский полицейский за мои 12 лет в Америке. На чистом русском языке мне сказал, что по-фигу: есть билеты, нет билетов - всем стоять. Встал. Стою. Наличие билета не афиширую. Хочу приобщиться. Действительно, в очереди все свои. Философы. Попадем - не попадем. Вопросы терзают!

А те кто с билетами - полное, как сказал бы Губерман, гАвно! Вот что с людЯми избранность делает. Но рано или поздно, из общности пришлось выйти и войти в зал.

Веллер предложил задавать вопросы и пообещал давать развернутые ответы. Развернутые ответы, это такая хитрая штука, когда отвечающий прежде чем дать ответ, разворачивает вопрос, чтобы вопрошавший не был до конца уверен в том, что именно он спросил. К тому же развернутый ответ позволяет не вдаваться в детали. Говорят, что детально орентированный взгляд на вещи иногда полезен. При изучении фень шуй, или в программировании, или при подметании полов.

Литература - это совсем другое. Надо впасть в транс. И не бояться нести отсебятину. Иначе ничего нового не скажешь. Это МОИ открытия, не Веллера. Хотя он, возможно, тоже что-то подобное говорил, но я был уже там, в трансе. Я туда периодически впадаю, особенно, когда с супругой разговариваю. Она на меня очень положительно действует. Я спрошу её - как дела? Она еще отвечать не начала, а я уже там, в трансе. Хорошо так. Сижу. Ничего не слышу. Познаю себя. Тут какие-то шумы извне. GZ, ты где? Это супруга ответы требует. Пока я себя познавал, она успела не только на мои вопросы ответить, но и свои вопросы сформулировать. Видимо неразвернутые ответы даёт. Я ещё не до конца себя познал, а меня уже назад зовут.

Выхожу из транса - Веллер ещё на сцене. Хорошо, что ему вопросы задавали, а не мне. Хорошо, что я не дома. Надо отдать ему должное, он просто мастер развернутых ответов. Мастер! Полтора часа на 5 вопросов отвечал. Я думаю, что ещё сдерживался. Мог и все три часа на один вопрос отвечать, да и вообще, писателю вопросы ни к чему. У него своё видение мира. Ему есть, что сказать.

А вопросы бывают просто до неприличия. Взять и у серьёзного писателя спросить, кто из современных работников пера ему больше всего нравится. Веллер только вежливо рассказал анекдот. Когда-то Гюго спросили, кто первый французский поэт? Гюго вежливо помолчал, потом скромно потупился, и наконец выдавил, что второе место отдал бы Вольтеру.

Или про политику спросят. Как развалился СССР? Я помню, меня возле метро Октябрьская-кольцевая в лютый мороз корреспондентка японского телевидения поймала и спросила, когда по моему мнению начался развал СССР. И камеру на меня направили, гады. Тогда только-только Беловежская пуща отгремела. Я впомнил Порт Артур, Цусиму, крейсер Варяг. Думаю: вот, самурайка недобитая, на перестройку и гласность намекает? Меня голыми руками не возьмешь. Хотел сказать, что в 1913 году. В учебниках истории достижения развитого социализма всегда с 1913-м годом сравнивали. Но сдержался. СССР начал разваливаться в 1917 году, говорю, как только родился - так и стал разваливаться. Она задумалась и отстала. А я до сих пор думаю, какой же правильный ответ? По его, Веллера, теории, развал начался с вывода войск из Афганистана. Империя, мол, слабину дала, и центробежные силы стали превалировать над центростремительными. А как же, думаю, США из Вьетнама ушли - у них только хиппи отэтого завелись и ничего. Задумался я, но ответ не нашел. Занят был. Я писателя слушал. Я на свои вопросы во время бесед с женой ответы ищу, а не во время встреч с писателеми.

Конечно, рассказывать русскому человеку полтора часа о литературе - занятие тяжелое и неблагодарное. Золотое правило любого докладчика - вовремя переключиться на близкую любому образованному человеку тему. То есть на секс, водку или политику.

Причем, тема выпивки - самая политически корректная.

Но сказать что-то новое о близком и родном не каждый сможет.

Веллер смог! И от литературы далеко не отошел. Провел сравнительный анализ хорошей бутылки водки и книги Солженицина "200 лет вместе". Цена примерно одинаковая, но после бутылки водки можно остаться друзьями, а вот после этой книги... Я загнулся на 20й странице. Веллеру, как профессионалу, хватило двух.

* * *

Зачем вообще ходят на встречу с писателем?

На балет или на концерт люди ходят посмотреть, не обманывает ли их телевизор или радио. На футбол - чтобы донести свои мысли и чуства до спортсменов. А на писателя зачем?

Тяга к знаменитостям? Чтобы убедиться, что он на самом деле живой?

То есть он, прямо из телевизора, и с тобой рядом. И ты физически начинаешь себя в телевизоре ощущать. Аж крючит всего. А в телеке места мало. Об этом еще Карлсон говорил. Чтобы туда человека впихнуть - его иногда на части разрезают, особенно если крупным планом будут снимать.

А тут просто постоишь рядом, кайф почти тот же, только быстрее проходит. Поэтому люди бывалые рекомендуют вещественными доказательствами запасаться. Для опохмелки. Чтобы потом рассказать под бутылочку приятелям, как видел настоящего писателя, держал его за рукав и взял автограф. Жизнь прошла не зря.

Я два автографа взял. Один - родителям, второй - Сашке, за билет отблагодарить. Себе брать не стал. Не смог себе текст придумать, а положиться на вдохновение Веллера не решился. С родителями легко, "таким сяким - от такого сякого". А Сашка - натура творческая, может обидеться. Поэтому я предупредил: "Это для дружбана моего. Он тоже пишет. Напишите что нибудь, как от писателя - писателю". Веллеру обьяснять два раза не надо. Написал: "Александру (дальше фамилия) - дружески, на удачу".

Хорошо написано. Но с фамилией полный провал. Фамилия сложная, а я не Левитан. В смысле, дикция у меня никакая. Две ошибки в фамилии заметил. На самом деле ошибок было четыре, но другие две ерунда, две лишних буквы. Их можно резинкой затереть, или кляксу поставить. Главное, что заглавная буква другая. И весь смысл фамилии меняется .

Что делать? Времени мало. Сзади читатели напирают. У всех на руках листки с тщательно выписанными текстами фамилий, адресов и телефонов. То есть, люди не случайные.

Другую книгу дать? Так нет другой.

Исправлять? Разве можно автограф исправлять? Это же исторический документ!

Веллер растерялся. То есть, возмущаться начал. Это всегда так. Когда человек не знает, что делать, он начинает возмущаться. Чтобы за него решили. Свободы от выбора требовать. Здесь главное - не потерять контроль над собой, и что нибудь в ответ не сказать.

Держу конроль. То есть молчу. А чтобы вселить в оппонента надежду, улыбаюсь. Улыбка работает всегда. Улыбайтесь, и решите все проблемы. Я улыбкой даже головную боль лечу. У меня по пути на работу стала голова болеть. То есть организм сопротивлялся насилию - хотел назад. Я решил улыбаться. Вылечил. Теперь только в боку колет.

Даже ошибки в программе так чинил. Начальница прибегает. Вся серая, или красная, я уже не помню точно. Орет. Трясется вся. У тебя там ошибка в программе. Тоже мне новость. Там этих ошибок, чинить не перечинить. Job Security. Но когда на тебя что-то красное несется и орет, надо меры принимать. Улыбаюсь. На агрессию не отвечаю. Она автоматически улыбается в ответ. Беру инициативу и заявляю, ошибка задокументированна (пусть проверят!), и сделана с целью протестировать процесс тестирования. То есть, проследить за теми, кто следит за нами. От этого еще никто не отказывался. Уходит довольная. На войне представила бы к ордену.

Вот и тут. Стою. Рядом с Веллером. Наслаждаюсь мгновением. Книгу не убираю. - - Исправляйте, говорю.

- Как исправлять, спрашивает.

Михаил Веллер, который написал "Все о жизни", спрашивает у меня КАК ему что то сделать?! Ради этого стоило жить!

- Перечеркните, и по новой напишите?

- А если опять неправильно?

Это хорошее замечание. Дикция у меня за это время лучше не стала. А диктовать по буквам известному писателю, как какому-то первокласснику, неудобно. Решил упростить задачу, то есть разбить одну сложную задачу на несколько простых. Сначала меняем И на Е, а потом В на Л. Исправления сделали проверенным со школы методом - одна буква пишется сверху другой. Кому надо, тот поймет. Если училка и закатит пару, то от родителей можно будет отмазаться, сказать, что рука дрогнула.

На этом моя встреча с Михаилом Веллером завершилась. Если что не так, я тут ни при чем - это у меня рука дрогнула.