# Одиннадцать дней, вихрем пронессшихся над Европой.

Оксана Александровна Зарипова

Одиннадцать дней, вихрем пронессшихся над Европой.


Ну что ж, начнем благословясь...

Мысли и мечты о путешествии в Европу посещали меня давненько, а в этом году появился и повод для их осуществления. Моему старшенькому исполняется в этом году 13, то есть совершеннолетие у него, "бар-мицва", по-нашему. Отмечается это второе из предполагаемых 7-8 наиглавнейших событий жизненного пути израильтянина оч-чень широко, но по-разному. Сефардские (то бишь, восточные) евреи предпочитают заказать ба-альшой зал, созвать туда человек 200-800 (кто сколько тянет) и устроить этакий сабантуй с обязательным прочтением необходимой главы из Торы и прочими прибамбасами. Представляете себе етот праздничек? Куча народу, которого виновник торжества не имел счастия лицезреть до сих пор и которых он вряд ли знает по имени, поскольку каждый из родителей тащит туда своих друзей и знакомых, шум-гам, запинающийся пацан, пытающийся выговорить древнееврейские слова молитвы, кошмарный сон короче... Поэтому отпрыску было заранее заявлено, чтобы НА ТАКОЕ он не рассчитывал. Надо отдать Амиру должное, он был полностью солидарен со мной...

Итак, едем в путешествие. У ребенка были всего два, но очч конкретных желания, дитё пожелало посетить Диснейленд и обозреть музей мадам Тюссо в Лондоне. Отсюда и плясали. После недолгих сомнений был выбран самый дорогой, (а-а, где наша не пропадала) тур, специально для оболтусов(ок), которым исполняется 12/13 лет. Называлось ето все претенциозно: "По паркам Европы" и предполагало посещение Голландии, Бельгии, Франции и Англии, а конкретнее, Парижа и двух французских парков, "Диснейленда" и "Астерикса", Амстердама и Роттердама, Брюсселя, Брюгге и третьего детского парка "Эфтелинг" и Лондона.

Вся эта насыщенная программа предлагалась фирмой "Натур" и, за неимением свободного времени для рысканья по тур. конторам, был выбран этот тур, обещавший милым деткам цельную кучу впечатлений и сюрпризов.

Сюрпризы начались еще до начала поездки: билеты были получены за два дня до вылета, летели мы не в Париж, как обещали, а в Амстердам, музей мадам Тюссо оказался опцией, хотя был обещан как включенный в программу, еще какие-то малоприятные мелочи, но вот все позади...

Мы прибыли в аэропорт Бен-Гурион, надеясь быстренько спихнуть чемоданы и пошляться по "Дьюти-Фри", но не тут то было. Наши нервишки, и без того расшатанные суровой израильской повседневностью, были подвергнуты еще одному испытанию. Вы когда-нибудь видели израильскую семью, уезжающую на отдых за границу? Нет? Вам повезло... а нам нет Перед нами в очереди как раз стояла такая семейка, а мож, их там было несколько, мы так и не поняли, человек 5 взрослых, куча детей и 17 чемоданов, но чемоданов огромных. Очередь уважительно затихла, ожидая, пока весь этот "багаж" обклеится бумажками и протиснется по узенькой вялоползущей дорожке. Два распаренных мужика, обвешанные кучей верещащих разновозрастных детей, отмахиваясь от чьей-то из них мамы, поминутно спрашивающей, прошел ли ее саквояж, протискивали это огромный раздутые "чудовища" на дорожку. При этом они еще ухитрялись успокаивать свою мамашу, отвечать на вопросы отпрысков, совать соску младенцу, беседовать с обалдевшей, как ее там, "наземной стюардессой" и вяло отмахиваться от ЦУ, которые щедро раздавала жена кого-то из них, преспокойненько стоявшая сбоку. Наконец, последний чемодан проехал, мы в пять минут забросили свой чемоданчик и рюкзачок и, урра, свобода!! Пройдясь по "Дьюти-Фри", мы обнаружили, что все, якобы безналоговые цены, приблизительно соответствуют нашим, повседневным, а частенько и превышают их.

Наконец объявили посадку и мы подкатили к маленькому голландскому самолетику.

Нас встречала пронзительно голубоглазая веснушчатая девчушка, коряво выговаривающая "Шалом!". Мы погрузились в самолет, рядом с нами оказался один из 17-ти чемоданных мужиков, очч даже приятный в общении, наверное, сказалось, отсутствие супруги, детей и мамаши. Впрочем, они сидели неподалеку, и жена зорко присматривала то ли за мужем, то ли ... кем он там ей приходится. Веснушчатая голубоглазка на пару с огромным амбалом-стюардом, как сейчас принято выражаться, "афро-голландского" происхождения, начали проводить инструктаж, на случай, "ежли чего". Мы слушали невнимательно, справедливо полагая, что "ежли чего" все-тки приключится, то поздняк будет метаться в поисках спасательной масочки или жилетика. Амирка почти сразу заснул, я тоже. Под утро, покружив минут сорок над аэродромом, мы приземлились в Скипхолле, голландском аэропорту. Покинув самолет, мы сразу же попали в аэропорт, безо всяких автобусов, очень удобно. По полу ползет дорожка, можешь тихонько ползти вместе с ней, можешь шагать рядом, обгоняя. Навстречу тебе ползут люди в обратном направлении. Амирка сразу рассмешил меня, решив, что все они "крашеные". Отсмеявшивь, объяснила сыну, что большинство народа в Голландии светловолосые, так что перекись тут ни причем.

Наш сопровождающий, Алексей, отловил всех "путешественников" в конце дорожки и, забрав быстренько багаж, мы двинулись к ожидавшему нас автобусу. Водитель наш, Морис, оказался из Словении. Рассевшись и слегка представившись друг другу по алфавиту, мы отправились в центр Амстердама, на площадь Дам. Посмотрев на королевский дворец и памятник жертвам Второй Мировой Войны, мы отправились завтракать в кондитерскую. Есть нам с Амиркой не хотелось, и мы отправились обратно на площадь любоваться скульптурными украшениями дворца. Площадь была пустынна, если не считать голубей и уборщиков, но вскоре появились голландцы всех цветов и размеров, спешащие на работу, пешком или на великах. Мы благоразумно не ходили и не стояли на красных дорожках для велосипедистов. Завернув за угол, мы наткнулись на ... фалафельную, со знакомой надписью по-английски и на иврите на фоне Кока-Колы. Отвергнув предложение сына, предложившего запечатлить меня на фоне фалафельной, мы вернулись к группе позавтракавших и отправились слоняться по городу.

Больше всего запомнились аккуратные дома, сложенные из мелкого темно-красного или темно-коричневого кирпича с обязательно выбеленными в белый цвет оконными рамами. Дома выглядели очень нарядно и напоминали Ригу. Еще раз полюбовавшись позеленевшим бронзовым Атласом, держащим неизменный земной шар и позолоченным корабликом на крыше королевского дворца, мы погрузились в автобус и отправились на голландскую ферму в деревню Воллендам. Нас встретила неизменно белобрысая шепелявая голландка в старинном голландском чепчике и передничке, и, конечно, в сабо. Путая русские и ивритские слова с ангийскими, она рассказала как делают сыр, как его хранят и как его нарезают или, вернее, наскребают специальными ножичками.

После чего передала нас своему мужу, а может, просто сослуживцу, который тоже оказался шепелявым приколистом. Отпуская шуточки, он показал как вырезают сабо, как пользуются машинами, продемонстировал пару резных "свадебных" сабо и предложил пройти в магазинчик в соседней комнате. Там все было увешано разноцветными сабо. Мы попробовали разные сорта сыра, все сошлись во мнении, что самый вкусный сыр тот, который самый некашерный, изготовленный с ветчиной.

Потом мы гуляли по Воллендаму, кукольной деревушке, с восхитительными домиками и садиками, магазинчиками с сувенирами и корабликами у пристани. На улочках множество кафе, за столиками разномастные туристы и смеющиеся голландцы. На горизонте проплыл кораблик или яхта с алым парусом... Бутерброды с рыбой и креветками, запах Северного Моря, разноязычный гомон туристов, солнечные зайчики на воде... Сказочная деревушка.

Из Воллендама мы отправились в Роттердам. Город современный, поскольку был разрушен практически весь фашистами, отказавшись капитулировать. Центр города похож на любой современный город, те же магазины, кафешки. Самое интересное - люди. Разномастны до безобразия. Белобрысые и белокурые голландцы. Негры, афро-голландцы, в отличие от наших эфиопов, почти черные или темно-коричневые как горький шоколад. Китайцы. А может, японцы; туристы со всего света. Негры, надо сказать, преобладают сведи иноземных физиономий. Да, вот что интересно, ни разу мне не попался человек с рыжими волосами, мож, их ваще нету в Голландии?

Мы забыли взять в Роттердам фотоаппарат, поэтому не сфотографировали дома, построенные различными психами, на радость которым было отдано строительство в Роттердаме.

А кем еще можно назвать парня, построившего дом, состоящий их торчащих в разные стороны углов. Для проживания в этом доме необходима конечно же, куча "бабок", хотя бы для того, чтобы заказать специальную мебель для этого дома, стандартная мебель там не может стоять. Заглянув в гастрономчик "Albert Heijn" мы купили кой-чего поужинать и поехали в гостиницу. После ужина отрубились мы с Амиром моментально.


День второй:


После завтрака (вареные яйца, ветчина, сыр, четыре разных свежесваренных джемов) мы отправились в Заансе Сханс, деревню-музей мельниц и прочих прибамбасиков.

Мы посмотрели, как работает мельница, поднялись по почти вертикальной лесенке и увидели как вращаются огромные колеса шестеренок, запуская все остальное оборудование. Спускаться надо было тож по очч вертикально стоящей лесенке. Амир поначалу годро заявил, что спускаться "попой вперед" не желает, но через пять ступенек природа одержала победу и мой маленький бунтарь спустился как все, повернувшись к окружающему миру мягким местом.Пошел дождь, поначалу мы бурно радовались после израильского хамсина, но очч быстро промокли и радоваться перестали, поскольку зонтик мы не взяли. Пришлось заскочить в очередной магазинчик и обзавестись огромным зонтом. Открыв зонтик, мы дружно хрюкнули: зонтик оказался "веселенькой" расцветки под цвета флага сексуальных меньшинств. Подходяще для Амстердама, решили мы, и, хихикая двинулись к автобусу. Из-за дождя мы не успели ничего посмотреть толком в деревне, хотя там много и других магазинов и музейчиков.

Мы отправились в Амстердам, разглядывая Голландию из окна автобуса. В основном мы любовались лугами и пасущейся на них живностью: коровами, лошадьми и овцами. Попадались и пони. Нас заинтересовало, что частенько животные одного окраса, например, очаровательный табунчик белых лошадей или стада строго рыжих или черно-белых коров. На дороге через каждый километр, естественно, находится телефон, похожий на раскрытый клюв прищурившегося тукана, внутри клюва - телефонный аппарат. Луга отделены друг от друга водными канавками или канальчиками, туда отводят лишнюю воду, чтобы не гнили посевы. Каналы и канавы разные, одни чистые, прозрачные, другие различной степени "заросшести" ряской и кувшинками. Деревья большей частью осины, тополя, в городе много каштанов, хвойных не попадалось...

Приехав в Амстердам, посетили музей Анны Франк. Не хочу никого обидеть, но должного впечатления на меня он не произвел, мне показалось, что у них было достаточно жизненного пространства для сносного существования по сравнению с людьми, котрые прятались в подвалах и гетто, вынужденные часто стоять или лежать неподвижно целый день в "схоронах". Но это мое субъективное мнение, я его никому не навязываю...

Пока стояли в очереди в музей, мимо нас по каналу проплыло несколько катеров с веселыми гомиками: у них в этот день была какая-то общая тусовка в цетре города. Одни разрядились в разноцветные парики, ленты и подвязки, на другом катере горланили усатые и безусые пузаны в шотландских юбках и в беретах. Наш разноцветный зонтик смотрелся в тему. На мостах и по берегам каналов их уже ожидали люди. Тоже частично разодетые или раскрашенные, и те и другие весело перекрикивались, что-то распевали и махали прохожим руками. Вместо пешей прогулки по городу, мы отправились в музеи, я выбрала музей Ван-Гога. Пока стояли в очереди, на наружном лифте спустился благообразный дедушка, осведомился о возрасте детей, протянул Амиру билет и уехал обратно на лифте. В музее три этажа, на входе полузабытый нами гардероб, куда полагается сдавать даже зонтики. Первый этаж - картины Ван-Гога, второй этаж - "учебный", там несколько картин разных художников, альбомы репродукций, компы и прочая пурга для самообразования. Третий этаж - постоянная экспозиция разных художников, несколько картин Сезанна и Моне.

После музея мы подъехали в центр города. Не знаю кому как, а мне в лом торчать в магазинах в поисках шмоток и прочего. Все это есть и дома, а времени жаль. Мы гуляли по центру, разглядывая разношерстную толпу, да рази ж ето можно в магазинах увидеть? Вот остатки "голубых" и "розовых", разошедшиеся после тусовки. Там стайка американок ангажировала одного пожилого кадра в в шотландской юбочке и в беретике. Запечатлиться вместе желают. Дедулька-гомик послушно присел, девчонки выстроились рядком, поправили челочки, а в тот момент, когда щелкала камера, дедуля-озорник приподнял юбочку-кильт, а там ничего нет, кроме его самого Визгу!

Вот девчушки-лесбиюшки, а может, просто выпендриваются. Одна хороша: высокая, стройная смуглянка в желтом комбинезончике-плетенке, то бишь, практически ни в чем, на попке татуировка, детально разглядываемая из-за прозрачности одеяния.

Вот две "живые фигуры": один золотой-робот, второй "серебрянный"-саксофонист, желтый сакс выбивается из гаммы. Стоят неподвижно, пока не бросишь монетку, тогда саксофонист начинает играть, неплохо, кстати, а робот двигается в стиле Вертера, что-то булькая при этом, изображая голос механического "брата меньшего".

Вот несчастный китаец, обкурившийся "по самое не хочу", утыкается носом в стену, не желая видеть окружающий мир, а вот бритоголовый вышибала-"браток" выталкивает из бара тож бритоголового афро-голландца, чего не поделили, Бог знает. Сцена вызывает живой интерес сынули, и, потеребив меня, на предмет выяснения причины драки, естесстно получает предложение отправиться нафиг и не беспокоить маму. Поканючив еще для верности, отпрыск заявляет, что голоден и мы заходим в ближайший "Макдональдс". Быстренько получив свои гамбургеры и чипсы, садимся за столик. За соседним столиком обретается божий одуванчик некогда мужского пола. Через пару минут в кафе вскарабкивается огромный лысый пузан в штанах с подтяжками. Старички бурно поприветствовами друг друга (похоже, завсегдатаи), пузатый Питер притащил себе мороженку, а "божий одуванчик" неожиданно для нас достал пачечку бумаги, пакет со знаменитым зеленым листиком, ловко, в один миг свернул косячок и задымил. Питер в это время невозмутимо пожирал мороженое, глянула я на них и прыснула: кого на жрачку пробило, кого на измену

Шатаемся дальше. Голландцы показались мне очень милыми, терпеливыми людьми выше среднего роста. После Израиловки контраст очч чувствуется. Улыбчивые, спокойно переносящие мой корявый английский. Несколько раз подваливали "добровольцы", горящие желанием че-нить объяснить или показать, например, бабуля в Воллендаме, ткнувшая пальчиком в сэндвичи с креветками, объясняя, что это морепродукты и рекомендуя их попробовать. Продавец спокойно выслушивал всю бабкину хренотень, улыбаясь в усы. Но... мой сын оказался консерватором. Он наотрез отказывался от всякой заморской экзотики, креветок, мидий, копченых угрей.

Один продавец сувениров в Воллендаме очч сильно меня озадачил, спросив у меня что значит на моем языке: "Богатов". Поскольку фамилия была для меня знакомой, я очч озадачилась: нафига вот етому двухметровому голландцу с трубкой наши, долгое время числившиеся "бывшими" друзья? Отмерев через 5 сек., я осторожненько сообщила любопытствующему дяде Стёпе, что интересующее его слово, собсстно, фамилия, но дяденька покачав головой и улыбаясь всеми вставными зубами, продолжал настаивать на расшифровке таинственного слова. Минуты через две он, отчаявшись по-видимому добиться от меня чего-нить вразумительного, ткнул в меня пальцем и спросил: "Ты из Израиля?" Кивнув, я стала ждать продолжения. Подумав еще полминуты, он выпалил что-то по-голландски, не иначе как "Эврика!". Потом уже спокойнее попросил сказать как будет на иврите "доброе утро". Вот когда асимончик упал, тока тогда до меня дошло, что ет он "Бокер тов" так выговаривает. Нда... Но вернемся в Амстердам.

Часть группы отправилась в район "Красных фонарей" полюбоваться на тружениц секс-индустрии. Амир идти туда отказался, я не настаивала, правда, признаюсь, отнюдь не из воспитательных соображений, а просто не прикалывало меня идти туда в два часа дня. Вряд ли фонарики горят в это время, да и девчонки, я так полагаю, спят после ночной вахты, хотя... мож, у них пересменка. А вот в музей секса нас не пустили с Амиром, тока с 16ти лет, хотя ребенок изъявил желание просветиться. Но нет так нет, в Интернете просветится. Пообещав сынуле, что годика через 4е он сможет мне лекции читать по вопросам секса, мы отправились шататься дальше.

На обратном пути в гостиницу Мирка наконец-то разговорился с пацанами из группы и по приезде отправился с ними в бассейн, а затем в гости к кому-то из них. Вот что интересно (поколение Пепси:-). Поплавав вместе в бассейне, а потом побывав в гостях, сынуля не удосужился поинтересоваться именами новых знакомых. Придется завтра самой поинтересоваться, ни за что ведь теперь не спросит, скорпиошка:-).


День Третий: Бельгия


С утра, простистившись с Голландией, двинулись в сторону Бельгии. Грузчики, а вернее, грузчицы╜две хрупкие на вид, но вероятно, крепкие внутри, погрузили нехилые чемоданы и баулы. Интересно, а мужиков-грузчиков у них не наблюдается? И вот за это они так долго боролись? Нда, грустно, девушки...

В автобусе включили какую-то кинушку, и, увлекшись, мы и не заметили как очутились в Бельгии. Поля сменились лесами, местами хвойными, но лиственных все-тки больше, много берез, появилась рябина. Поля больше не разделены канавками, лошадей что-то не видно, пони тож, остались одни коровы. Буйная растительность очч даж услаждает зрение.

На дороге забавные голландские телефончики-клювы сменили прозаические оранжевые столбики, а голландские номера, цвет которых не раз заставлял реагировать какие-то там глубинные рефлексы и настораживаться (черные надписи, голубой фон: цвета номеров арабских машин с территорий) тоже поменялся на белый с красными надписями. Проехали Антверпен, Алексей снова выдал порцию информации, включая знаменитую легенду о великане, мы полюбовались шпилями Антверпена и подъехали к Эфтелингу.

Алексей отправился в кассу и, "обилетившись", мы вошли в сказочный город. Красота!

Все чистенько, везде цветы, много зелени. Мы начали с симпатишного лабиринта, через который надо было пройти, не забрызгавшись. Потом нам посоветовали зайти в здание с очч грозным орлом или еще какой-то грозной птицей, мило пообещав, что там не страшно. Аха, щазз! Это оказалось подобием американских горок, но в кромешной темноте. Не знаю кому как, мне мало не показалось. На выходе можно приобрести свои испуганные физиономии, надо сказать, что сильно веселящихся товарисчей на фотках я не заметила. Наши с Амиркой физии можно было вставлять в какой-нить фильм ужасов, чтобы усилить общее впечатление от какого-нить бяки-вампира или чего-нить в этом роде. Единодушно решив, что повседневной щекотки своих нервов нам достаточно (кто считает по-другому, милости просим к нам в Иерусалим пожить), мы решили ходить на "мирные" аттракционы и не пожалели об этом. На сравнительно небольшой территории парка очень компактно расположены всякие разные забавы. Нам больше всего понравились: китайская пагода, подымающаяся над парком; замок эльфов, кабинки там подвесные, они проезжают мимо замка эльфов, куклы двигаются, сделаны они очаровательно, все настолько красиво, что невольно замираешь и молча любуешься. Еще нам понравился аттракцион "Фата-Моргана", там кабинки проплывают по воде мимо средневековых предков нынешних арабов, персов, турков. Потом мы катались на лодках по озеру, полная нирвана. Амирке захотелось чего-нить поживее и мы отправились кататься на таких круглых лодках, которые крутятся, натыкаются и постоянно пытаются увернуться от отовсюду льющейся воды. Надо сказать, удается это не всегда, мы прилично промокли, но ребенок "требовал продолжения банкета" и отправился туда еще раз. В общем, промокшие, но насладившиеся Эфтелингом в полной мере, мы отправились в Брюссель.

Первыми увиденными нами брюссельцами были арабы, за ними последовали как это, "афро-бельгийцы". И тех и других в Бельгии предостаточно, но арабов все-таки больше.

Побросав вещи в номер, мы отправились гулять по городу. Пройдя по узкой улочке, сплошь уставленной столиками из кафе (практически, в каждом кафе, там подают мидии в прикольных кастрюльках и, проходя мимо, мы могли наблюдать, как народ ковыряется в этих ракушках), мы вышли на центальную площадь, Гранц-Плац. Площадь четырехугольная, очень четко очерчена старинными домами: ратушей и разными старинными зданиями, принадлежавшими богатейшим купеческим фамилиям. На фасаде каждого здпния ╜ скульптуры, позолоченные и позеленевшие бронзовые, которые указывают на род занятий владельца дома, например, ткацкое дело или мясной "бизнес". Кроме этого, на крыше и фасаде скульптуры, рассказывающие о трудовых буднях, сценки из повседневной жизни. В одном из этих домов когда-то жил Гюго, а в другом - один из двух "сиамских близнецов" Энгельс, по-моему. Если идти от площади по направлению к знаменитому Писающему мальчику, натыкаешься на красивую стену с барельефом лежащей святой, имя запамятовала. Так же как к стене Плача, к святой желательно прикоснуться, чтоб "все у вас было хорошо". Через несколько шагов знаменито писающий вот уже четыре века малыш. Он оказался таким маленьким, я думала, он чуть побольше. Мне его почему-то стало жалко, я поняла почему кто-то из правителей Европы (никак не вспомню, кто) подарил городу первый костюмчик для Писа. Терь у него костюмов этих "ну просто завались" и брюссельцы периодически устраивают выставки всех одеяний малыша. Рядом с фонтаном - лавочка, на все лады использующая облегчающегося младенца. Можешь купить себе там на память что-нибудь с изображением Писа, а могешь изобразить Писа из собственной персоны. Там стоит фанерка с нарисованным на ней Писом и дырками для головы и м-м, скажем другого места, вернее, дырка предназначается для вашей собственной руки, дабы поддерживать уже нарисованное это пресловутое место, но народ чего тока в ету вторую дырку не сует. Мы вот видели как какой-то умник всунул в нижнюю дырку язык. Амир над придурком посмеялся, но запечатлеться в позе малыша согласился после долгих уговоров.

Мы вернулись на площадь, чтобы увидеть знаменитую иллюминацию, но в этот день там был какой-то фестиваль не то из Испании, не то в честь нее, и, к сожалению, иллюминации мы не увидели. Погуляв еще немного, мы вернулись в гостиницу.


День 4й: Брюгге.


Приехав в Брюгге, мы поняли, что путеводители правы, время там и в самом деле как будто остановилось. Некогда самый богатый горд в Европе, сегодня Брюгге тихий очень средневеково быглядящий городок. Дома, построенные еще в 12-том веке практически не изменились, внешне, естесстно. Мы прогулялись по красивейшей липовой аллее, жаль, долгой наша прогулка не было, лил проливной дождь.

Статуя Микеланджело... слов нет, ее надо увидеть, мрамор светится, нет талантливее скульптора на свете. Жаль, что стоит она в отдалении, в нише. Собор очень красивый, но ... "бегом-бегом". Алексей позвал меня: "Пойдемте, здесь больше ничего интересного нет." Аха, прямо-таки. А картины, иконы, могилы Марии Бургундской и Карла Смелого?.. но у нас регламент. Вот когда я прочувствовала всю прелесть организованного тура. Ничего не поделаешь, пришлось тащиться за остальными.

Мы вышли на центральную площадь, очень красивую, с неизменной мэрией, собором и прочими прибамбасами. Все чистенькое, вылизаное, позолоченные скульптуры и украшение отполированы. Везде лавочки с сувенирами: знаменитым брюссельским кружевом и шоколадом, а вот гобеленовых лавок, как в Брюсселе, мы не видели, жаль, гобелены в Бельгии потрясающие.

Дождь, промочивший нас, несмотря на наш внушительный зонт, заставил заскочить в ближайший магазин и купить мне кофту, Амир от сухой одёжки категорически отказался. Убедившись, что цены такие же, как в Иерусалиме, а то и дороже, переодевшись в сухое, мы отправились дальше. Погуляв еще немного по улочкам вместе с разноцветной толпой туристов, мы вернулись на площадь фотографироваться. Оттуда мы направились в Париж. Пейзаж за окном не радовал разнообразием, поэтому решили расписать пульку, это помогло скоротать время до Парижа.

Остановившись подкрепиться в придорожном ресторанчике, мы впервые столкнулись с языковыми трудностями, зато сразу в лоб. Практически ни один из официантов не говорил по-английски, и, чтобы расплатиться нам пришлось прибегнуть к языку жестов и помощи бармена Марка, который сносно понимал английский.

Превое что мы увидели по приезде в Париж был Монмартр. Господи, такое впечатление, что я нахожусь около старой "таханы-мерказит" в Тель-Авиве. Повсюду секс- пип- и прочие шоу, похоже, на том же уровне, что и в Тель-Авиве, т. е. ниже всякого уровня. Злачные места перемежаются лавчонками, в которых продается всякая дребедень, типа полинявших маек и пыльных безделушек, а впечатление, что ты находишься где-нить в Тель-Авиве или Яффо, усиливается при виде знакомых до боли физиономий наших "двоюродных", прижившихся в Европе в огромных количествах.

Вообще, очч тягостное впечатление произвело засилье арабов в Европе. Не, я не расистка, и моя кровь гордой ашкеназки не бросается мне в голову. Просто по своей ментальности эти народы, народы-паразиты, и тому, кстати, есть убедительные доказательства. Мой личный опыт тож чего-то стоит, поверьте. Можно проработать или прожить с ними бок о бок хоть всю жизнь, дать им работу, благополучное существование, но, если при этом, вы будете надеяться на какую-либо благодарность, то мне уже смешно. Они будут просто пользоваться вами, при этом ненавидя вас. Да поймите же, НЕНАВИДЯ! Вам нужны доказательства? Ради бога. Не так давно добрые дяденьки из Бельгии, пустившие к себе кучу арабов, решили проверить что преподают в арабских школах Бельгии. "Арабские школы Бельгии с преподаванием на арабском языке", ет ваще без комментариев. Так вот, добрые дяди и тети из этой педагогической комиссии получили неслабый шок: основные предметы не преподавались вообще или преподавались приблизительно на том же уровне, как в "Детях капитана Гранта" англичане преподавали географию маленькому аборигену из Лахлана. Мало того, общая идеология преподавания оказалась пронизана ненавистью по отношению к тому государству, которое приняло их, дало жилье и работу, то бишь, получив от государства все, что положено, они учат своих детей ненавидеть страну, в которой те родились. Так что протрите глаза, господа присяжные заседатели. И бананы из ушей выньте заодно....

Вернемся все-таки к Парижу. Проехав по бульвару Клиши (я чесс говоря, задернула шторки, ну их нафиг, "двоюродных", этого "добра" и в Израиле навалом), мы отправились на прогулку по Сене (с корабля на бал). Отрицательное впечатление сильно сгустилось: какой придурок придумал эту душегубку? Застекленный катер, рассчитанный на толпу народа, солнце, прожаривающее эту колымагу, эта самая толпа народа, галдящая на своих языках. Несмотря на движение катера и пару-тройку открытых окон, мы полностью ощутили себя в теплице, в которой нарушена кислородо- или чего-там подача. Через пять минут, получив тепловой удар, я мирно приткнулась к нашему сопровождающему и отключилась.

Выйдя из душегубки, мы тут же переключились на Эйфелеву башню. Честно говоря, я со страхом ожидала этой встречи; казалось, что после первых тягостных впечатлений от Парижа, встреча с творением Эффеля будет похожа на мою первую встречу со Стеной Плача. Вроде бы должно впечатлить по полной программе, ан нет, ты стоишь, мучительно пытаясь где-то там в глубине себя, любимого, чего-то отыскать, приличествующее случаю, но это что-то никак не желает находиться. И вообще ничего там не реагирует даже на попытки воззвать не то к совести, не то к душе... Грустно, в общем, девушки.... Но, к счастью, символ Парижа полностью оправдал мои, где-то еще в сопливом детстве, возложенные на него (символ) ожидания. Хотя.. возлагают чаще обязательства, реже венки, а ожидания? С ними тож как-то должно поступать, убей Бог, не помню, каким образом. Но не суть. Полюбовавшись на Париж со второго уровня, на третий мы не пожелали подниматься, мы прошлись по сувенирным магазинчикам, пофотографировались на фоне панорамы Парижа и окончательно пришвартовались с той стороны, откуда видна Сакре-Кёр. Слов никаких не хватит, чтобы описать эту красоту, это надо увидеть. Во всяком случае, первые впечатления от встречи с Парижем почти полностью сгладились, а заодно я поняла смысл крылатой фразы: "Увидеть Париж и умереть". Понять поняла, но следовать ему не собиралась, поэтому по истечении положенного времени, мы с сожалением слезли с Эйфелевой Башни и отправились в гостиницу.

Гостиница той же сети "Новотель" разительно отличалась от своего бельгийского собрата (или сосестры, черт их разберет).

Качество обслуживания в ней ностальгически напомнило обслуживание в "совковых" гостиницах, тех из них, которые считались не то ударниками, не то чемпионами оного обслуживания. Воду для чая добыть оказалось очень трудно, поскольку чайников в номере не было, а бармен, выдав чайничек с кипятком, заявил, что делает нам ну просто очч большое одолжение (на следующий день и этого одолжения ему показалось многовато, и он бурчал себе что-то под нос типа, "ходють тут всякие" и "я тут один, а вас всех много и на всех не напастись"). На мой вопрос о наличии чайников в номерах девушка за "прилавком" заявила, что такая услуге не оказывается в 4-х звездочных гостиницах, чем очень умилила наше старшее поколение, напомнив им родимый "совок". Следующим номеров в длинном списке гостиничных приколов стояла невозможность отключить кондиционер. Короче, "нравится, не нравится, спи, моя красавица". Поскольку спать под ледяными струями воздуха в прохладные французские ночи никому не улыбалось, народ стал подключать седьмое чувство, то бишь смекалку и каждый по своему затыкать несносное достижение цивилизации. Все та же девушка, снисходительно улыбаясь непросвещенности нас, посоветовала перевести рычажок кондиционера на подачу теплого воздуха. Самые доверчивые пошли переводить и при этом лишний раз убедились в том, что не только барометр способен показывать все время "ясную погоду", но и кондиционер могёт что? Правильно, не обращая внимания на заданность температуры, обдувать комнату потоками ледяного воздуха. Если бы мы находились где-нить в Эйлате, это было бы кстати, но в Париже я, не мудрствуя лукаво, просто заткнула отверстия кондиционера полотенцем.

Надо сказать, я была готова внутренне к чему-то подобному, поскольку перед поездкой, обшаривая Инет в поисках релевантной информации, наткнулась на страничку соотечественника (в письмах путешественников на Travel.ru), уже прошедшего этот маршрут и поделившегося своими впечатлениями по поводу обслуживания в этом филиале гостиницы "Новотель". (Но представитель фирмы "Натур" на мой вопрос о гостинице в Париже ничтоже сумняшеся заявила, что гостиница в центре Парижа, так что узнали мы о том, что это не так, за день до вылета.) Однако реальность превзошла все мои ожидания. Хотя об одном было написано оч-ч точно. Завтрак, ну он и есть завтрак, его не должно быть много по европейским меркам, но хватать-то на всю группу его должно? Нашей группе не хватало, хотя обжор у нас не водилось, но на 24 человека должно быть что-то больше 15ти ломтиков ветчины. Бедные наши израильские соотечественники из путешествующей параллельно группы вообще отправлялись на завтрак с баночками супов, завариваемых кипятком, ветчина-то некашерная.

На всем этом фоне текущий бачок в номере вообще практически не затронул ничего в наших душах, так, мимолетно запомнилось.

В общем, как можно понять из моего рассказа, по вечерам нам было не скучно. Днем тоже.


День 5й: Париж


На второй день пребывания в Париже нас ожидала обзорная экскурсия по городу и посещение Версальского Дворца. Первым экскурсоводом была француженка Одиль, специально выучившая русский язык. С этой очч энергичной дамой мы вихрем пронеслись вокруг и внутри Собора Парижской Богоматери, проехали по мосту Александра, с российским и французским гербами и статуями - символами Франции.

Вообще очень много лепных украшений: кариатиды и кариатидки, лепные розетки и прочие прибамбасы, не знаю как называющиеся, притягивают взгляд. Очень интересны балконные и оконные решетки. Ажурные и вьющиеся, они изящны и неповторимы, у каждого здания свои решетки, оригинальные, как папиллярные узоры на пальцах.

После наших извилистых улочек очень приятно видеть широкие ровные проспекты. Как объяснила Одиль, что после очередной революции, правители решили перестроить улицы Парижа для м-м, скажем быстрого реагирования на ЧП и прочие нестандартные ситуации. Хотя, думается мне, баррикада для Парижа тогда была не ЧП, а, можно сказать, повседневной реальностью.

Интересно устроены здания, торцами образующие площадь. Их торцы чуть вогнуты так, что площадь получается почти идеально круглой или овальной формы. А мы несемся дальше. Мост святой Женевьевы - хранительница Парижа, Большой и Малый Дворцы, Лувр, Дом Инвалидов, Дом французского Парламента со статуями знаменитых французов, один из них Кольбер. Отмахнувшись от образов Д Артаньяна, Фуке и юного короля, пока еще не "Солнце", летим дальше. Мимо Пантеона, Д'Орсе, церквей, лепных украшений, памятников и фонтанов. Мы продолжали наслаждаться прелести организованного тура. Остановиться рассмотреть что-либо нет возможности: программа не позволяет, можно полюбоваться издали, снаружи, постоять около. Так что если хотите узнать Париж лучше, езжайте туда сами, без гидов и сопровождающих.

Мы проезжаем мимо огромного факела, торчащего возле туннеля, в котором погибла Диана. Факел был подарен газетой "Трибюн" как некое извинение за поведение корреспондентов-паппараци. Нелепый памятник нелепой смерти...

Дальше, дальше. Все это время Одиль вываливает на нас огромное количество фактов, событий, имен. Наконец, распрощавшись с ней, мы незамедлительно едем в Версаль. Здесь за нас принимается другой гид: Катя, русская, живущая в Париже. И снова несемся, теперь уже на своих двоих, по анфиладе раззолоченных комнат дворца Людовика 14-го. Катя энергично и внятно вколачивает в наши обалдевшие черепушки еще один поток фактов имен и придворных сплетен. Мы продвигаемся за ней, стараясь не упустить ни слова. Вот комната личной охраны короля, то бишь мушкетеров, дальше его спальня, приемная, кабинет, еще что-то, все раззолочено, везде картины, гобелены, роспись. Через час, просвистев по комнатам, картинам (очень много изображений Филиппа 15-го и его жены, Марии Лещинской, ну не считая, разумеется, изображений, бюстов, барельефов и статуй Людовика 14-го, а вот Людовик 16-й очень похож на пастора из фильма "Тот самый Мюнхаузен"), поневоле начали завидовать "одиночкам". Те, прижав гид-телефон к уху, никуда не торопятся и спокойно наслаждаются созерцанием всей роскоши Версаля. Вылетев в парк, мы получаем получасовую возможность отдышаться и проветрить свои перегруженные "по самое не могу" головы. Мы с Амиркой, прикинув свои возможности, оматривать парк не стали, решили просто побродить возле фонтанов перед дворцом. Амир запечатлелся со всеми скульптурами морских богов, которые ему приглянулись и мы вернулись в автобус. Катя провозит нас по гордку Версаль, попутно показывая парки, где охотились короли, королевские конюшни. Казалось бы, хватит впечатлений на один день, ан нет. Мы снова несемся, на этот раз, в самый на мой субъективный взгляд, сумасшедший квартал Парижа - Дефанс, "Париж 21-го века". Удивительно, как быстро приклеиваются ярлыки, а главное, непонятно, почему именно 21-го века? Увиденное нами непохоже вообще ни на что. Огромные, застекленные кубы, шары, цилиндры и прочие геометрические формы зданий, белые ступени арки "Облако", уходящие ввысь (и почти ручные голуби на них), несуразные скульптуры, например, в виде пальца, необъятная площадь. Все огромное, подавляющее, в общем, "...небоскребы, небоскребы, а я маленький такой...". Хотя очень высоких небоскребов там нет, но общее впечатлание именно такое. Если это архитектура 21-го века, то... бедные мы, люди. Убого как-то все это смотрится. Несмотря на внушительные габариты. Души в этом всем не чувствуется, тоскливо как-то и неуютно.

После посещения Дефанса, мы отправляемся полюбоваться Сакре-Кёр и Монмартром. Поднявшись на финикулерчике к Саке-Кёр, мы с Амиркой замерли. Оттуда виден весь Париж, по-моему, даже лучше, чем с Эйфелевой Башни, хотя утверждать не берусь. Алексей, наш сопровождающий, что-то рассказывает о Сакре-Кёр, но перегруженный за весь день мозг, воспринимать даполнительную информацию отказался наотрез, поэтому мы просто стоим и любуемся видом на Париж и самой Сакре-Кёр. Потом гуськом мы проходим на Монмартр и гуляем около художников, преимущественно почему-то азиатского происхождения. Амирка закупает себе сувениры, и мы наконец отправляемся в гостиницу. Казалось бы, устали настолько, что где-то там внутри наверняка мигает красная лампочка, показывая на общую перегрузку, но вот поди ж ты, странен человеческий организм: мы садимся играть в преф. Конечно, надолго нас не хватает, сыграв 20-ку, мы расходимся по комнатам и отключаемся.


День 6-й: Диснейленд


Приехав в Диснейленд, выслушиваем несколько ЦУ Алексея и, получив карты парка, расходимся. Мы с Амиркой отправляемся в "Adventureland", страну пиратов, ковбоев и приключений. Облазив там все, что можно, мы выходим на главную аллею, чтобы увидеть парад. Что можно сказать? Зрелище на любителя. Мы с Амиркой единодушно решили, что тратить большую часть дня на ожидание этого парада, занимать места, где "все видно", бесполезная трата времени. "Все видно" практически с любого места парка, поэтому мы просто "приземляемся" в какой-то кафушке, и, сидя за столиком, наблюдаем пресловутый парад. Главное неудобство в том, что пока идет этот парад, главные переходы в парке практически перекрыты, что очень затрудняет передвижение по парку народа, который не впечатлился героями Диснея, машущими лапами, ручками и прочими атрибутами с разнообразных повозок в виде драконов, уток, джиннов. Вот, кстати, повозки действительно красивы. После парада, мы отправляемся в "Discoveryland", там Амирка отрывается по полной программе. Покатавшись на всем, чем можно, посмотрев вечерний парад, несравненно красивее, чем дневной, мы отправляемся в гостиницу, отупевшие от усталости. Про себя решаю, что при вывозе среднего сына за границу в его 13-ть лет, сюда я не поеду. Парк очень красив, конечно, но очень запутан (опять же, на мой субъективный взгляд), толпы народу со всего мира, огромные очереди на все практически аттракционы, шумовой фон тож не слабый. В "Эфтелинге" все было гораздо симпатичней.


День 7-й: Астерикс.


По-моему, большая ошибка планировать посещение "Астерикса" после "Диснейленда".

Я бы сделала наоборот. Но не мне решать. Итак, мы в деревеньке героев французских комиксов, Астерикса и Обеликса. Аттракционов здесь больше, чем в Диснейленде, проблема в том, что сил на эти аттракционы уже нет. Амирка, конечно, полон решимости успеть за пять часов, отведенные на посещение парка, успеть по максимуму, но у меня только одно желание: приткнуться куда-нить и покемарить. Договорившись с сынулей встретиться позже, я отправляюсь в дельфинарий, там я преспокойно просыпаю большую часть представления. Потом захожу в какой-то кинотеатр, там классный аттракцион с фокусами, голограммами и прочими видеоприбамбасами. Получив массу удовольствия, я затаскиваю туда вовремя нашедшегося Амирку. На этом наше время заканчивается и мы отправляемся обратно, в Париж. Мы, конечно, толком ничего в "Астериксе" не успели увидеть. Очередные прелести организованного тура. Вечером основная часть группы должна была отправиться в варьете, поэтому им необходимо было укрепить свои силы перед ответственным посещением. Мы туда решили не ходить. Во-первых, дорого, во-вторых, жаль времени. Поэтому, проехавшись со всеми до бульвара Сен-Жермен, мы отправились гулять по Парижу. Честно говоря, эта прогулка, бесцельная и неторопливая, была лучшим временем, проведенным нами в Париже. Мы вышли к Собору Парижской Богоматери, спокойно, без беготни обшли вокруг, посмотрев украшения, скульптуры и химер. Потом прошлись по набережной Сены, заглядывая попутно в лавочки сувениров. Потом поднялись на мост, с которого виден Нотр-Дам, вечером подсвеченный. Жаль, что не получились фотографии, вид изумительный. На мосту мы нарисовали Амирку, рисовал его художник китайского разлива Янг. Портрет получился так себе, учиться Янгу еще и учиться, но как памятка потянет. Забрав готовое "произведение искусства", мы вернулись к Собору и погуляли в садике, позади Собора. Потом присоединились к группе, получившей порцию зрелищ и хлеба и вернулись в гостиницу.


День 8-й: в Лондон, господа!


Утром выехали в Кале, оттуда на пароме добрались в Дувр. Господи, как хорошо, что не отправились в круиз на пароходе, были такие мысли. Амирке было очень не по себе, я тож особого восторга не испытывала. Очень хотелось спать, чем я благоразумно занималась большую часть времени. Из Дувра мы добирались еще 3-и часа до Лондона на автобусе. Водитель, тоже Морис, очень нервный "англо-африканец", то и дело останавливается и начинает гундеть по поводу наших "свободолюбивых" деток: то они не так сидят, то не так свистят, и так всю дорогу. Природа очень отлична от материковой, живописные скалы, много зелени, опять появились лошади на лугах. Алексей рассказывает историю Англии, но мозги, еще не оправившиеся после "парижской" атаки плохо воспринимают "англицкую". Плюнув на многочисленных Генрихов, Карлов и Эдуардов, мы садимся играть в карты. Играю я невнимательно, краем уха прислушиваясь к историческим сплетням из жизни англиской монархии, а краем глаза поглядываю в окно, на скалы, леса и старинные не то замки, не то просто жилые дома, проносящиеся мимо нас. Они сложены из темного кирпича, с белыми ставнями и окнами, вид у них очень старинный и аккуратный.

Наконец мы въезжаем в Лондон. На этот раз наша гостиница, тоже "Новотель" находится в самом городе, на станции метро "Хаммерсмит". Гостиница огромна, от лифта до номера нужно прошагать минуты полторы. Дождаться лифт большая проблема, поэтому я предпочитаю лестницу. Отдохнув часок. Мы едем на метро на Пикадилли Сёркус, прогуливаемся по Сохо, заглянув в Чайна-Таун.

Там, к сожалению, перекопаны все улицы, но полюбоваться фонариками и гирляндочками, мы все-таки смогли.

Народу в городе много, поскольку выходной день. Гуляем, в очередной раз наблюдая разноцветность лиц и одежд.

На улицах сидят, стоят и даже полулежат музыканты-одиночки и даже целые группы, разнообразно терзающие музыкальные инструменты, собственные глотки и уши прохожих. Частенько "музыка" - жуткая какофония, но исполнители, похоже, обкуренные, а может, просто самозабвенно наяривающие собственные "произведения" не переживают по этому поводу. Но вдруг... мы слышим знакомые звуки "Вальса Цветов" Чайковского. Идем на звук. Ну конечно! Перед группой парней и девчушек, самозабвенно исполняющими творение Петра Ильича стоит табличка: "Играют ученики Московской Консерватории". Каникулы у ребят! Сочетают приятное с полезным, да и нам очень похорошело на душе. Кинув ребятам всю мелочь, которая была в кошельке, отправляемся дальше. Ощущения от поездки по Ла-Маншу все время напоминают о себе и, приехав в гостиницу, я попросту сваливаюсь , не отреагировав на просьбы сынули сыграть с ним в дурака. Заразившись манией игры в карты от пацанов, Амир как и всякий неофит очень настойчив. Но я не в состоянии пошевелить ничем, включая язык, поэтому разочарованный отпрыск заваливается спать рядом со мной. Вот тоже еще один прикол гостиниц сети "Новотель". В номере, предназначенном для мамы и подростка только одна широкоспальная кровать и узенький диванчик напротив телевизора (В голландской гостинице в номере были две односпальных кровати).

На протяжении всей поездки, я с интересом наблюдаю за своим "медвежонком". Он дичится остальных детей, но периодически общается с ними. Периодически, поскольку дети очень разные. Мальчишки из Нетании, Лода и Ришона более раскованы, частенько чересчур. Амир не кричит, не скачет, держится около меня, хотя я не требую. Но и "скорпионский" характерец периодически дает себя знать....

Мы были в Лондоне в те дни, когда искали пропавших девчушек, Холли и Джессику. Тогда еще надеялись найти их живыми, родители Холли заказывали мессу, с экранов неперерывно вещали журналисты, терзая вопросами и догадками полицейских различных рангов, знаменитости и политики обращались к похитителям с просьбой вернуть малышек и не причинять им вреда....

Амир в свою очередь терзал меня, непрерывно задавая вопросы и заставляя смотреть вечерние выпуски CNN. Если учесть, что ко времени пребывания в Лондоне голова распухла от увиденного и услышанного настолько, что бурно реагировать не было сил практически ни на что, то Амир мог смело претендовать на звание "самого ухватистого клеща", поскольку всегда ухитрялся заставить меня выдать ему максимум информации (невзирая на то, что уже слышал ее несколько раз).


День - 9й: Лондон


С утра, подкрепившись стандартным "европейским" завтраком, отправляемся на обзорную экскурсию по Лондону на автобусе. Алексей притаскивает откуда-то женшшыну Эллу, бывшую "израильтянку", подвизающуюся в Лондоне экскурсоводом. Экскурсовод из Эллы отвратительный, очень чувствуется, что обычно ее клиенты - израильтяне. Ничтоже сумняшеся, она пропускает мимо наших глаз и ушей большинство старинного вида церквей и памятников, зато оч-чень подробно расписывает витрины и ассортимент всех проплывающих за оками магазинов. Выглядит все это "действо" приблизительно так: "Посмотрите налево, это церковь святой Марии, а теперь направо, видите, эту изумительно оформленную витрину..."... дальше взахлеб раасказывается, что вон то обернутое фольгой бревно и кокетливо свисающие с потолка прибамбасы,изображают то-то и то-то... а под конец, с благоговейным придыханией нам сообщается, что в этом магазине одевалась сама леди Ди, заодно сообщается какая-нибудь пикантная подробность из личной жизни несчастной принцессы.... Бред, одним словом.

У памятника королеве Виктории нам разрешают выйти "на пять минут". Сфотографировавшись, я останавливаюсь перед королевой, разглядывая ее. Дородная, некрасивая, с очень властными чертами лица, интересно, какой она была на самом деле? Грубой, самодовольной повелительницей, или другой, Женщиной, мечтающей о любви и ласке? Кто ж теперь скажет, хотя надо историю повторить. Мои раздумья прерывает Элла, визгливо созывающая всех к автобусу.

Дальше мы успеваем постоять у Букингемского дворца, пронестись мимо Альберт-Холла, подъехать к Тауэру, все это опять бегом-бегом, так что на каком-то этапе я просто отключаюсь, тем более, что Эллу слушать просто невозможно. Кроме визгливого голоса и пристрастия к магазинным витринам, она еще и неважно знает историю, так что пару раз кто-то ее поправляет.

Где-то в промежуткае между беготней мы подъезжаем к Британскому музею. Времени на осмотр этого уникального памятника колониальной Англии нам отводится просто "немеряно", целый час. Да-да, ни больше, ни меньше. Я уже даже не спорю, просто, отмахнувшись от Эллы с Алексеем, тащу Амирку в залы, где выставлены статуи египетских богов. Было у Амира такое увлечение, древний Египет, жаль, что недолго. Осмотрев их, я отправляюсь к Розетскому Камню, и потом остается еще немного времени, чтобы пробежаться по залам с эллинской культурой и полюбоваться древнегреческими статуями. Напоследок успеваю заскочить в библиотеку. Библиотека двухэтажная, круглой формы. Очень хочется подняться на второй этаж, побродить между стеллажами, но времени, как всегда, нет. Разыскивая выход, где нас ждет Алексей, попутно объясняю что-то Амирке об ассирийцах и древних греках. Наконец мы вылетаем из музея с ощущением, что какая-то сила протащила нас по музею, не давая толком рассмотреть и полюбоваться скульптурами, мумиями и барельефами... Небольшая передышка в парке позади Собора Святого Павла, Элла наконец-то замолкает, и мы спокойно любуемся фонтанчиками и лужайкой. Амирка все время порывается попрыгать на травке, но я, не уверенная в том, что подобные прыжки моего немаленького "медвежонка", придутся по вкусу служителям или садовнику, категорически ему запрещаю. Потом, через парк, мы не спеша бредем к нашему автобусу, который должен отвезти нас в гостиницу. Парк настолько красив и ухожен, что настроение, подпорченное "экскурсией" несколько приходит в норму.

Мы с Амиром отказываемся ехать в гостиницу, поскольку вечером мы должны пойти на колесо обозрения "London Eye", а ехать туда-обратно не хочется. Мы решаем прогуляться поОксфорд-Стрит и прилегающим к ней улочкам. Погуляв часок, мы проголодались. Амирка, этот садист-консерватор, снова подтаскивает меня к очередному "Мак-Дональдсу", но тут я категорически встаю на дыбы. Купив спиногрызу его гамбургер, я дожидаюсь, пока он его сжует, и возвращаюсь на улицу. Там, побродив еще часок, нахожу на небольшой улочке паб, не то по имени Джерома, не то в честь него. Интерьер выдержан в стиле середины-конца девятнадцатого века. Хозяин подает заказанный салат, а потом и рыбу с чипсами. Это просто песня. Рыба вкусна необычайно, салат тоже пикантен, чипсы я скармливаю спиногрызу. Наевшись до отвала, я напоминаю сама себе трех друзей, некогда сбежавших от прелестей Темзы в подобный кабачок и "оторвавшись" там от души, отправившихся в оперу. Опера не предусмотрена программой (и слава Богу, терпеть ее не могу), поэтому возвращаемся с Амиром пошататься по улицам до шести часов вечера. На это время запланирована аттракция под названием "London Eye", а если проще, "колесо обозрения". Отстояв очередь, мы все умещаемся в стеклянную кабинку овальной формы. Металлический только пол и скамеечки посреди кабинки. Панорама Лондона восхитительна, хотя на Париж с Эйфелевой башни смотреть было интересней, не мешало стекло. Мальчишки, уставшие от впечатлений, устраиваются на полу играть в неизменного "дурака". Кабинка поднимается на высоту 120 метров, и замерев ненадолго, на самом верху, медленно ползет вниз.

Культурная программа на сегодня закончена. Хотя предусмотрена опция для желающих, один из популярных мюзиклов, таковых не находится. Все тихо ползут к метро, желая где-нибудь тихо приткнуться и поспать.

Метро в Лондоне забавное. Во-первых, оно полностью оправдывает свое прозвище "tube" (труба), все поезда как будто въезжают в огромную, хотя и неширокую, хоббичью нору. Станции старенькие, узкие, нет московского "размаха", о лепных украшениях и говорить нечего. Но все довольно опрятно.

От нечего делать, разглядываю попутчиков. Вот два индийца, в серых костюмах и черных чалмах. Они негромко переговариваются, лица бесстрастны, ни улыбки тебе, ни гримасы. Рядом с Амиркой сидит девчушка, наверное, возвращается с работы. Аккуратненькая юбочка, туфельки, прическа, все ладное, недорогое, но аккуратное. Чем-то напоминает Джоди Фостер в "Молчании ягнят". На соседней лавочке сидит тетка азиатского происхождения, вся в различных оттенках сиреневого и розового. Она читает какую-то газету, потом выходит, оставив ее. Амирка быстренько прихватывает газету, начинает рассматривать картинки. Естественно, там очередной репортаж о пропавших девочках, но мне лень пошевелить языком. Я предлагаю ему взять газету с собой и обещаю честно ответить на все вопросы утром.

На одной из остановок в вагон заваливается толпа хохочущих парней и две девчонки. Они все подвыпившие, наши мамаши тут же поджимают губки и начинают презрительно посматривать на девчонок. Веселье, насколько позволяет мне понять мой английский, из-за них. Они одеты в мини-юбочки и сетчатые чулки, которые расползлись у них на ногах. Девчонки, попытавшись поправить чулки, еще больше рвут их, и, наплевав на них, присоединяются к весело ржущим парням. Мамаши начинают прицокивать языками, осуждающе косясь на девчонок. Я, честно говоря, смотрю на них с удивлением. Пожилых людей в группе нет, общий возраст тридцать+. Надо же, как быстро мадам позабыли собственную молодость. Откуда бы в таком возрасте ханжеству взяться? Но это не мои проблемы, мне куда как интереснее исподтишка наблюдать за своим сынулей. Он косится на девчонок, но тут же отворачивается и напускает на себя безразличный вид. Н-да, подрос спиногрыз, когда, и не заметили

Наконец, добираемся до нашей остановки. Тут же в метро, небольшой магазинчик, там мы набираем себе всякой вкуснятинки на ужин. Кроме традиционной ветчины, покупаем ягоды. Вообще, мы с Амиркой "отрываемся" на всю катушку. Малина, красная смородина, черешня, мням, как вкусно! Правда, Амирка ограничивается малиной и черешней, красная смородина ему не по вкусу. Ну и фиг с ним, мне больше достается


День 10й - Лондон.


Следующий день, долгожданный для Амира, мы идем в музей мадам Тюссо. Несмотря на довольно ранний час, в музей длинная очередь. Отстояв в ней больше часа, мы попадаем в музей. В первом зале, по-видимому, артисты кино или театра, знакомые англичанам, но ничего не говорящие нам. Амир, правда, тут же находит статую (или правильнее, слепок?), Жерара Депардье. Знаменитый француз сидит в кожанке за столиком, в компании бутылки. Амирка подсаживается к нему, я фотографирую. Надо сказать, фотографировать там очень трудно. Народу в музее много и всем хочется запечатлеться со своими кумирами. К некоторым "экспонатам" очередь, например, к Дэвиду Бекхэму. Амир терпеливо выстаивает и наконец запечатляем его мордашку рядом с панковатым футболистом. Проходим в следующий зал, тут празднество Голливуда. Амир не знает, к кому бросаться первому. Я резонно замечаю, что лучше обойти всех по порядку. Начав с Пирса Броснана, мы обходим всех Амиркиных героев. Амир предлагает запечатлить и меня, но я соглашаюсь только на Шона Коннори. Наконец, отщелкав всю пленку, мы переходим в следующий зал. Там "выставлены" политики, короли и прочие руководители государств. Неизвестно почему, туда же затесались "Биттлз" и Мухаммед Али. Хотя, впрочем, где-то сбоку, мы обнаруживаем Альберта Эйнштейна. В центре зала - группа изображений (никак не удается подобрать удобопроизносимое название, экспонатом вроде не назвать, статуей тоже как-то невместно, ну не слепком же, в самом деле) английской королевской семьи. Желающих запечатлеть свои "физии" рядом с королевами и их супругами множество. К счастью, Амир не горит таким желанием, и мы оперативно движемся дальше. Почти напротив королей нынешних, я вижу королей вчерашних. Группа "Генрих VIII и его жены". Рядом с Генрихом поставлен стульчик. Тут я не выдерживаю, валюсь на этот стульчик, и, пока Амир фотографирует меня, тихо отдыхаю. Запечатлевшись с Наполеоном, Лениным и Путиным, Амир начинает метаться по залу, боясь кого-нибудь пропустить. Мне это быстро надоедает, сил нет, хочется где-нибудь тихо посидеть. Тут я замечаю чью-то бабушку в инвалидной коляске, тихо дремлющую у стены. Решив поприкалываться, я подзываю спиногрыза и ткнув пальцем по направлению к ни в чем не повинной старушке, заявляю: "Вон туда, с ней ты еще не фоткался!" Амир, распаленный беготней, бодренько чешет к бабульке. Подойдя к ней почти вплотную, он понимает, что его разыграли. Посмеявшись, мы спускаемся вниз. Там атмосфера средневековой тюрьмы, в камерах, очевидно, чем-то знаменитые преступники. Амбре тоже соответствует декорациям, как поясняет какой-то гид, для "достоверности". Зажав носы, мы проходим мимо камер. Амир постоянно теребит меня на предмет узнать, кто там сидит, стоит и лежит, но тут я ему ничем помочь не могу, не обладая знаниями в области криминалистики и судебных процессов. Могу только рассказать про Жанну Д' Арк, почему-то причисленную к отравителям и убийцам. Хотя, может, там всех "революционеров" столкали вместе, не знаю. От запаха голова закружилась и мы начали проталкиваться к выходу. Тут Амир смог отыграться за мою "наколку" с бабулей. Около дверей стоит непонятно чья скульптура?, изображение? опрятного дядечки во фраке и шляпе. Подойдя к нему, я не успеваю ответить на вопрос девчушек из России, которые "приклеились" к нам где-то по дороге в "тюрягу" о том, кто это, как "слепок" наклоняется вперед и пугает меня: "А-а-а!". Я, естесстно, взвизгиваю и отскакиваю в сторону. Рядом хохочет отмщенный спиногрыз. После посещения темницы, мы садимся в "поезд", аттракцион вроде тех, что были в Эфтелинге, и он провозит нас через всю историю Лондона. Вот сцена коронации, а там великого Лондонского пожара 1666 года. Перед нами мелькают разные сцены из истории этого прекрасного города, фигуры участников сцен движутся, кто-то машет нам. Куклы сделаны просто очаровательно и мы с Амиром наслаждаемся.

Выйдя из музея, мы сворачиваем на какую-то улочку. Подымаю глаза: Бейкер-стрит. Алексей тычет зонтом в кирпичное здание на противоположной стороне, там номер 221-б. В доме знаменитого сыщика музей, как заявляет Алексей, неинтересный. К концу поездки я перестала спорить с Алексеем и доказывать, что лучше посмотреть меньшее количество достопримечательностей, но зато рассмотреть их подробнее, поэтому прохожу мимо "неинтересного" музея молча. Какой смысл спорить, когда у нас "насыщенная программа"! Честно говоря, к концу поездки я возненавидела это словосочетание. Думается, что организаторам подобных поездок, неплохо бы пересмотреть свои "насыщенные программы" и немного разгрузить их.

Спускаемся в подземный переход, его стены выложены плиткой с профилем Шерлока с неизменной трубкой.

Мы садимся в пресловутый двухэтажный автобус, чтобы поехать в Национальную Галерею. Можно догадаться, что времени нам отводится на посещение картинной галереи, час! Спорить бесполезно. Не пререкаясь, я сразу же отправляюсь в залы импрессионистов и там на этот самый час забываю обо всем. Амирка, впрочем, напоминает о себе, ему наскучили картины. Всунув ему несколько фунтов на мороженое, договариваюсь встретиться с ним у входа, и возвращаюсь к картинам. Осмотрев все картины импрессионистов, понимаю, что на большее меня не хватит, и, хотя есть еще минут десять, выхожу в магазинчик при галерее и покупаю открытки с понравившимися картинами.

Выйдя из музея, мы переходим на Трафальгарскую площадь. Там всегда полно жедлающих покормить голубей. Амир тоже предпринимает попытки приманить пернатых, но я отговариваю.

Дождавшись остальных, движемся по направлению Сейнт-Джеймскому парку. Мы покупаем пакет черешни и медленно плетемся по парку, любуясь белками, утками, лужайками и деревьями. Там все так красиво, столько зелени, глаза наслаждаются. Потом мы возвращаемся в гостиницу. Вечером у нас ужин в стиле Генриха VIII, в кабачке, рядом с Тауэром. Амир наотрез отказывается идти на ужин. Я пытаюсь уговорить его, но он ни в какую не соглашается. Купив ему на ужин всяких вкусностей, я отправляюсь веселиться.

Едем на метро. Рядом с нами несколько парней, говорящих по-русски. Через пару минут они понимают, что и мы разговариваем на "великом и могучем". Они ненадолго притихают, потом продолжают свой разговор, звучащий намного приличнее. Потом, узнав, что мы из Израиля, заваливают нас кучей вопросов. Вопросы стандартны. Как мы там живем, если взрывают и стреляют? А какой иврит язык, трудный или не очень? Так, весело болтая, мы добираемся до места. Покрутившись минут двадцать без толку, мы наконец находим наш кабачок. На входе нас встречает "бифитер" в полном боевом облачении. Мальчишки тут же кидаются к нему, чтобы посмотреть на настоящий меч, которым опоясан охранник Тауэра. Тот, по всей видимости, актер, молоденький белобрысый парнишка, протягивает им меч, раздувшись от сознания собственной важности. Внутри интерьер средневековой харчевни. Длинные деревянные столы, низкие своды, тусклое освещение. Еда сытная и вкусная. Пока народ набивает желудки, актеры и актрисы поют средневековые английские песенки, танцуют, показывают фокусы и сражаются на мечах. Обстановка умиротворяющая, даже соседство с группой горланящих латиноамериканских подростков не нарушает благодушия. Усталые, сытые и довольные, возвращаемся в гостиницу. Я мечтаю добраться до кровати и поспать. Но не тут-то было. Мои приключения не окончены. Дверь не открывается. Достучаться до Амира тоже бесполезно, он, по всей видимости, дрыхнет без задних ног. Отбив все руки и перебудив народ в соседних номерах, я понимаю, что делать нечего и спускаюсь к портье. Тот, поколдовав чего-то в компьютере и на каком-то приборе, обещает, что все в порядке и предлагает мне отправляться спать. Аха, счазззз. Дверь, по-прежнему не открывается. Снова спускаюсь к нему. Он, жутко удивленный, проделывает по второму разу все манипуляции и уверяет меня, что теперь-то все будет тип-топ, но, поглядев на мою не проникшуюся доверием "физию", предлагает в случае неудачи вниз больше не спускаться, а позвонить ему по телефону, который висит в коридоре. Через пять минут так я и делаю, поскольку дверь по-прежнему не желает открываться. Портье предлагает мне подождать, сейчас придет специалист и откроет дверь. Проклиная эту злосчастную дверь, гостиницу и уснувшего спиногрыза, я жду специалиста, подпирая стенку в коридоре. Специалист, занятый очевидно более важными делами, не торопится прибыть. Я тихо задремываю у стенки, прикидывая сквозь полудрему, что лучше бы мне спуститься вниз, там хоть диванчики имеются. Не успеваю я додумать свою мысль, появляется "специалист", дедуля лет семидесяти, но тем не менее бодрый и крепенький. Извинившись, он пытается открыть дверь. Безрезультатно. Я, полностью проснувшись, жду, чем все это кончится. Дедок размышляет пару минут, с сомнением оглядывается на меня, а потом неожиданно с силой вламывает со всей дури по двери кулаком. Дверь, не выдержав натиска, распахивается. Как ни странно, замок не сломан и я наконец-то отправляюсь спать.


День 11 - последний.


С утра, за завтраком, делюсь ночными впечатлениями с попутчиками. Тут же выясняется, что различные бытовые "приключения" пришлось пережить практически всем. У кого-то сломалась дверная ручка и тоже ночью, только пердыдущей, и починить ее никто не смог, поэтому пришлось обойтись собственными силами и ключами из сумочки. У целой группы в матрасах оказались не то блохи, не то клопы, не то еще какие-то насекомые. Сначала мы не поверили, но они предъявили вполне реальные многочисленные укусы. Короче, "гостиницы первого класса", арендованные фирмой "Натур" снова показали себя во всей красе.

После завтрака у нас свободное время. Мы с Амиром решаем съездить на возал, где снимали фильм про Гарри Поттера. В свое время я где-то вычитала, что там так и стоит Хогвардский Экспресс и устроены прочие прибамбасы для привлечения туристов. Одна беда, не могу вспомнить, с какого вокзала уезжал Гарри Поттер в Хогвардс. Опросив всех мальчишек в группе (все они читали книгу, но никто не помнит название вокзала), я обращаюсь к портье, уже утреннему. Тот недоуменно пожимает плечами. На мой вопрос, а не его ли это должность отвечать на вопросы и снабжать постояльцев гостиницы информацией, он утвердительно кивает. Поглядев на его глупую "арабо-английскую" физиономию, я обращаюсь к персоналу гостиницы. Наконец, одна из продавщиц сувенирного магазина, предлагает мне подойти на станции метро в справочную, может быть, там смогут мне помочь. Несемся в метро. Там моментально объясняют, как проехать на нужный нам вокзал (это оказывается Кинг-Кросс) и мы отправляемся в путь. На вокзале нас ждетчто называется "крутой облом". Экспресса там нет, правда, служитель предлагает нам осмотреть место, где снимался фильм, между четвертой и пятой платформами.

Решив не поддаваться разочарованию, мы возвращаемся в гостиницу. Оттуда мы едем в Виндзор, последняя экскурсия перед отъездом, в Лондон мы уже не вернемся, сразу из Виндзора отправимся в аэропорт Хитроу.

Около автобуса нас ждет новый гид, Юра, если не ошибаюсь, тоже бывший "израильтянин" с массой неистребимых "совковых" комплексов. Слушать его крайне трудно, поскольку он поминутно теряет нить своего повествования и с легкостью перескакивает с темы на тему, забывая, с чего начал. При этом он пытается приструнить наших мальчишек, требуя абсолютной тишины и внимания. При этом у Юры замашки массовика-затейника из провинциального санаторного курортика, поэтому я стараюсь полностью отключиться и рассматриваю окружающий пейзаж, отмахиваясь от жужжащего голоса этого, с позволения сказать, гида. Мы едем вдоль Темзы, по сторонам мелькают старинные замки и рядом с ними вполне современные дома, утопающие в зелени. Погода солнечная, для Англии, как нам объяснили, редкая. Наконец мы подъезжаем к Виндзорскому замку. Массивный замок, стоящий на высоком холме, спокоен и величав. На Круглой Башне развевается флаг Великобритании, значит, Ее Величества королевы Англии, в замке нет. Когда королева в замке, на башке развевается личный флаг королевы. Мы прогуливаемся вокруг Круглой Башни, окруженной прелестным заросшим садом, рассматриваем Верхние и Нижние Палаты.

Не желая слушать Юру, мы с Амиром все время отстаем, за что постоянно получаем замечания. Впечатление "совка" резко усиливается и напоминает постоянные одергивания учителей в школе. Наконец, устав от окриков, я довольно резко прошу Юру оставить нас с сыном в покое. Мы с Амиром, избавившись от нудных нареканий и идиотского рассказа о Виндзоре с перебеганием с темы на тему, наслаждаемся мягким солнечным днем, красотой башен, лужаек и заросшего парка, фотографируемся на фоне первого почтового ящика Королевской почты, осматриваем массивные пушки у стен замка, рассматриваем ухоженный садик с подстриженными кустами и деревьями и идеальными дорожками, в котором королева принимает иностранные делегации.

Потом мы заходим в часовню Святого Георгия. Архитектура часовни отличается от остальной архитектуры замка. Готика, узкие башенки, протыкающие небо, изумительная резьба по дереву внутри, резьбой отделан весь молитвенный зал часовни. Красивые витражи в узких, вытянутых окнах. Под потолком висят знамена рыцарей Ордена Подвязки.

В часовне Святого Геогия похоронены британские монархи, мы проходим мимо красиво изукрашенных саркофагов со скульптурными изображениями усопших на крышках. Подножия саркофагов тоже украшены скульптурами. На стенах и в нишах скульптуры и барельефы, очень талантливо сделанные. Уходить мне не хочется, так там все красиво.

Потом мы идем осматривать кукольный домик королевы Марии. Скептически хмыкнув, представив себе взрослую тетку, играющую в куклы, я вхожу туда и замираю. Это - кукольный домик? "Домик" представляет собой точную копию английского поместья, вернее, королевской резиденции. Там проведено настоящее электричество и водопровод, во дворике стоят действующие машины марки "роллс-ройс" старинных моделей, а в библиотеке настоящие миниатюрные книги, там есть Киплинг и Конан Дойль, мебель точно скопирована со знаменитого стиля "Чиппендейл", на стенах висят нарисованные миниатюрные картины знаменитых художников. С трудом оторвавшись от этого чуда, мы отправляемся в королеские апартаменты. Амирка двигается как сомнамбула, но с горящими глазами, стены увешаны старинным оружием и рыцарскими доспехами. Фоторгафировать там нельзя, руками трогать, естессно, тоже, и Амир только пожирает глазами все эти мечи, шпаги, дротики и кинжалы. Мы проходим по гостиным и столовым, спальням и тронным залам, комнатам стражи и бальным залам. Красиво все неописуемо, это надо увидеть. Коллекции посуды, оружия и доспехов. Все роскошно, но мне почему-то кажется, что и стиль, и краски, и позолота немного сдержанней, чем в Виндзорском дворце, и это приятно глазу.

Наконец, оглушенные всей этой роскошью, мы вываливаемся на улицу и неторопливо шагаем к выходу. У ворот нам попадается рослый и абсолютно невозмутимый полицейский в заменитой черной каске. Он безропотно позволяет всем желающим сфотографироваться с ним. Наверное, там специально таких невозмутимых подбирают.

Наконец мы собираемся возле памятника королеве Виктории и договариваемся встретиться через пару часов, чтобы ехать в аэропорт.

Мы с Амиркой, наскоро перекусив, отправляемся гулять по улочкам Виндзора, полных разными лавочками с туристической дребеденью. Амирка выпрашивает себе красную майку, "как у Бекхема", тут же натягивает ее на себя. Купив пару сувенирчиков, мы присоединяемся к группе, сидящей у подножия замка.

Тут нас ожидает сюрприз. Оказывается, принято собирать деньги для сопровождающего группы. Кем "принято" и когда, один Бог знает. Но, несмотря на то, что Алексей довольно приятный человек, желание поощрить его "чаевыми" не возникает, прежде всего, по причине их отсутствия: в кошельке у меня осталось фунтов восемь. Да и благодаря совету Алексея, деньги я поменяла на пароме, и как потом выяснилось, по очень невыгодному курсу, потеряв при обмене больше ста шекелей.

Наконец мы прощаемся с "громозекой"-Юрой и едем в аэропорт. Там Алексей мило прощается с нами, сообщив, что его миссия выполнена и уходит, оставив всех, не говорящих "ни бе, ни ме" по-английски в страшной растерянности. Успокоив двух, собирающихся биться в истерике мамаш, я подхожу вместе с ними к весам и таможенникам, или кто они там, помогая им со своим далеким от совершенства английским. Этот "милый" финт ушами на прощанье только укрепляет меня в правильности решения не платить чаевые. Пройдя таможню, мы приземляемся в зале ожидания и терпеливо ждем. Самолет опаздывает по непонятной причине, не то его не успели почистить после прошлого вылета, не то устраняют какие-то неполадки. В аэропорту вся усталость, скопившаяся за эти одиннадцать дней, как-то резко наваливается на меня и я безучастно ожидаю объявления на посадку, сидя в полудреме в кресле. Амирка носится по залу, стараясь потратить последние два или три фунта на колу и чипсы из автоматов. Ему уже было почти удается поставленная задача, но тут один из автоматов, выплюнув банку колы, неожиданно выплевывает и деньги обратно прибавив к ним от себя еще один фунт. Радостный спиногрыз несется к следующему автомату, чтобы потратить свой фунт и на халяву приобретенный чужой. Взрослые с энтузиазмом договариваются о дальнейших встречах в ближайшие выходные в каком-то киббуце. Я вежливо отказываюсь. Не люблю искусственного общения.

Наконец мы плюхаемся в кресла самолета, я почти сразу же засыпаю. Часов в семь утра мы приземляемся в Бен-Гурионе. Быстренько выудив свои сумки, мы с Амиркой идем навстречу матушке, заказавшей такси и начинаем "подъем" домой, к Иерусалимским горам.


1


1