# Лиса и виноград

Людмила Всеволодовна Зембицкая

Зембицкая Л. В.


ЛИСА И ВИНОГРАД


Не знаю, кому как, а мне судьба отмерила точные порции счастья и несчастья. Возможно, и есть постоянно счастливые или несчастные люди, но в моей жизни "черное" и "белое" чередовались с завидной регулярностью. Невозможно рассказать обо всем, расскажу о немногом.

Началось все уже в детстве. Помню наш маленький городок с японскими домами под переделанными на русский лад крышами, с изредка встречающимися "японскими садиками", заросшими и уже неухоженными. Помню тис, на котором мы строили шалаши и ели слизистую безвкусную ягоду, дом, в котором мы жили, с высоченным потолком и печкой, ненасытно пожирающей тонны угля.

Наша улица была тихой и упиралась в сопку. Зимой мы катались с нее на санках, на огромной скорости объезжая кучи золы, насыпанной на снегу. Летом - по этой сопке уходили в лес, и приносили ведрами никому не нужную кислую ягоду, которую мама скармливала курам.

Однажды все серые дома нашей улицы украсили металлическими ярко-красными щитами. Нашему дому достался щит с надписью "Чистота - залог здоровья - без полного здоровья немыслимо полное счастье!" Прошло тридцать лет, а эта надпись, как заноза, до сих пор сидит в моей памяти.

Да, в нашем доме была чистота. Когда я просыпалась утром, дома уже никого не было, и первым делом меня охватывало ощущение тепла, уюта и чистоты. Моя хлопотливая мама перед работой успевала сделать все.

А потом мы с отцом оставались одни. Больная мама очередной раз уезжала в далекие города, безрезультатно пытаясь добиться операции. Мы с отцом хозяйничали по-своему. Сразу на полу появлялся брезент - от пыли, - как говорил отец, печка начинала дымить, было постоянно холодно, и ели мы подгоревший густой суп. Папа, подняв крышку кастрюли, смущенно говорил: "Ну что ж, получился кулеш, подпрыгивай и ешь..." Маме тоже "помогло" несчастье. В незнакомом городе, на вокзале, ей стало плохо. Ее увезли на "скорой помощи" с прободением язвы и без очереди прооперировали...

В годы моего детства в нашей местности почему-то ничего не росло. Это сейчас успешно растут овощи, длинные, до горизонта, рядки бывших совхозных полей покрыты полиэтиленовыми книжечками - парничками, а в то время мы покупали здоровенные круги-брикеты сухого спрессованного лука и картошки с неприятным сладковатым привкусом. Мы, дети, даже не представляли, как растут вишни или груши. Когда кто-то приезжал с материка, нас угощали дольками мелко нарезанного яблока. А виноград... Виноград был моей тайной мечтой. Часто смотрела я открытки с баснями Крылова, подаренными мне на День рождения, и сочувствовала лисе.

Впервые виноград я увидела, когда мама взяла меня в командировку в областной город. Город показался мне огромным. Особенно поразила меня гипсовая ваза у магазина с росшими в ней садовыми цветами, которые никто не рвал. Эти чахлые цветы были прекрасны.

На обратном пути, в поезде, напротив нас сидела женщина. Бережно на коленях она держала бидон. Она разговорилась с мамой. Из разговора я поняла, что женщина едет долго и трудно с "материка", а в бидоне везет своим детям виноград.

Когда она открыла крышку бидона, я увидела не кисти, которые представляла, а отдельные ягодки, наполнявшие бидон. Вероятно, ей так удобнее было везти виноград. Ягоды были желто-зеленые, прозрачно-дымчатые. И у меня, помимо воли, вырвалось: "Тетенька, дайте, пожалуйста, попробовать", и тут же мне стало стыдно. Женщина закрыла крышку бидона и сказала: "Нехорошо, девочка"... Помню, что мне стало жарко.

Виноград я поела, когда мне было девять лет. Мы ехали в поезде много душных, но таких прекрасных и интересных дней. Папа на одной из остановок купил огромную кучу винограда ,и я сразу его съела.

После этого я уже не могу есть виноград.

Прошли годы, я окончила институт на юге страны и снова вернулась в свою родную глушь. Много лет работала, обзавелась своей семьей, и мой сын уже не удивлялся яблокам, как я в детстве. Их привозили к нам отовсюду: с Украины, Средней Азии, Молдавии, Венгрии, Китая, завернутые в пергамент в рисовых опилках, красные и отборные...

Но виноград по-прежнему и для него оставался чудом.

Часто в юности я задавала себе вопрос: "Почему мои родители, ненадолго, временно приехавшие на "край света", так и остались здесь на всю жизнь?" "Длинного рубля" у них никогда не было, а если и появлялись деньги, то все они уходили в поездки на запад и на однообразное питание... Позже я стала понимать их. Меня, как и их, постепенно засасывала какая-то трясина, полусонная, медленно текущая жизнь... Привязывали к себе буреломные леса с лопухами выше человеческого роста, легкость общения с незнакомыми людьми и почти родственные отношения с друзьями. Возможность часами разговаривать ни о чем и в долгие отпуска, не задумываясь, тратить деньги.

И никогда бы мне не уехать, если бы не заболел сын. Заболел странной и коварной болезнью, при которой все сладкое становится ядом... И вот сейчас я снова в теплом и красивом городе, где магазины и базары завалены всевозможными фруктами, а наш пятиэтажный дом до крыши завит виноградом.

Виноград дразнит, заглядывает в окна, синие тугие гроздья постепенно вянут, сжимаются, и осенью облетают вместе с листьями.

Но ни я, ни мой сын никогда не срываем их...


1989 - 2004г.