# Есть только миг Книга 2

Яков Канявский

ЯКОВ КАНЯВСКИЙ


ЕСТЬ ТОЛЬКО МИГ


Книга 2


КНИГА 2. ЛЮБОЗНАТЕЛЬНОСТЬ.


ГЛАВА 1. За моря, за океаны.

Аркадий не предполагал, что начатый с внуком безобидный разговор, обернётся для него большой работой. И работа над темой "Культурный слой" (Книга 1) окажется только небольшой частью предстоящего труда. Надо было думать о следующей теме. И начинать, очевидно, надо с истории. О чём думали люди в древности? Очевидно, о пропитании. Чтобы добывать пропитание, нужно было знать окружающую среду. Некоторых любопытство гнало всё дальше от родного очага. А с развитием мореплавания возможности путешественников значительно расширились.

Во все времена у многих народов существует порода людей, которых называют романтиками, чудаками и т.д., которые стремятся "за мечтами, за туманом" и по другим причинам к перемене мест. О таких людях Юрий Визбор писал: "Счастлив, кому знакомо щемящее чувство дороги, где ветер рвёт горизонты и раздувает рассвет".

Страсть к перемене мест существует не только у людей. Многим известен европейский угорь, обитающий во всех пресноводных водоёмах Европы и Малой Азии. Нежное, жирное и вкусное мясо угрей высоко ценится с древних времён. Как лакомство угрей подавали на стол во время пиршества Александра Македонского. Но никто не мог разобраться, откуда угорь берётся.

Великий греческий учёный Аристотель записал в своих сочинениях: "У угрей нет пола, нет икры и молок, так как их рождают недра моря". И это предположение просуществовало две тысячи лет. Но, в 1684 году это предположение рискнул опровергнуть итальянский натуралист Франческо Реди. "На основании своих продолжительных наблюдений я могу утверждать, что каждый год с первыми августовскими дождями в самые тёмные и облачные ночи угри, сбившись плотными стаями, уходят из рек и озёр в море. Там они мечут икру, из которой через разное время, в зависимости от состояния погоды, выходят маленькие угри, и плывут опять в пресные воды..."

Франческо Реди сумел приблизиться к разгадке. В дальнейшем оказалось, что нерестится угорь только один раз - перед смертью. Прожив сравнительно долгую жизнь и нагуляв жировые запасы, угри отправляются в свой последний и самый утомительный путь. Попав в Атлантический океан, угри уходят на глубину 430 метров и держат курс на Северную Америку, пока не достигнут Саргассова моря. Там они опускаются на глубину 1220 метров, находят свою первую и последнюю пару, нерестятся и погибают.

Вылупившиеся из икринок мальки угрей поднимаются примерно до глубины 213 метров. Здесь их подхватывает течение Гольфстрим и несёт через весь Атлантический океан к берегам Евразии. Т.о. для угрей родиной является Саргассово море. Получается, что эти рыбы всю жизнь путешествуют, а потом возвращаются на родину умирать.

Но, на родину стремятся не только угри. В 2008 году сотрудник Национальной службы морского рыболовства США, ихтиолог Скотт Бенсон сделал сообщение на конференции, посвящённой морским черепахам. Он рассказал о результатах исследований, начатых ещё в 2003 году. Если угри проплывают расстояние в 5630 км.,то кожистая черепаха, отправившаяся в плавание с побережья провинции Папуа в Индонезии проплыла через весь Тихий океан расстояние в 20558 километров. За 647 дней она добралась до берегов Северной Америки, а оттуда взяла курс на Гавайские острова.

Кожистые черепахи являются одними из самых древних жителей нашей планеты. Ещё со времён мезозойской эры (примерно 251 млн. лет назад) предки этих черепах жили в одно время с динозаврами и все эти миллионы лет шли собственным путём развития. Достигнув в 30 лет необходимой половой зрелости, руководствуясь магнитными полями Земли, эти черепахи безошибочно находят тот единственный на всей планете пляж, на котором вылупились сами и где им предстоит дать жизнь следующему поколению.

Получая какие-то таинственные сигналы, морские черепахи как по команде собираются в один день и час на одном пляже, находят в прибрежных водах свою пару. После этого тысячи самок выбираются на берег, отползают от кромки воды метров на 5-7, разгребают задними лапами лунку и откладывают в неё яйца. Затем самка тщательно засыпает лунку песком, утрамбовывает и разравнивает его и уходит назад в море.

Вылупившиеся из яиц морские черепахи первые пять лет жизни отсиживаются в саргассовых "ложах" и до поры могут не опасаться быть съеденными. Если морской черепахе удастся дожить до половой зрелости, она будет плыть, и год и два пока не попадёт на ту песчаную отмель, где родилась она сама.


Если угри и черепахи ориентируются в путешествии по магнитным полям, то людям приходилось ориентироваться по небесным светилам. По ним же они вели счёт времени. Ещё первобытные люди, сталкиваясь с такими явлениями природы, как смена дня и ночи, времён года, изменение внешнего вида Луны, обнаружили определённые закономерности. С их помощью можно измерять промежутки времени.

Единицей измерения времени стали сутки, т.е. время оборота Земли вокруг Солнца. Спустя некоторое время первобытные люди заметили, что Луна периодически изменяет внешний вид. От новолуния она переходит к первой четверти, затем к полнолунию, к последней четверти и снова к новолунию. Это явление назвали фазами Луны. Промежуток между двумя одинаковыми фазами от полнолуния до полнолуния определялся в 30 дней. Эта единица измерения времени получила название лунный месяц.

Наблюдения показали, что четверть лунного месяца составляет около семи дней. Со временем появилась необходимость определять время посева и жатвы. Это привело к тому, что появились первые солнечные календари. Слово "календарь" произошло от латинских слов "калео" и "календариум", что переводится, как провозглашать и долговая книга. Дело в том, что в Древнем Риме было принято выплачивать долги первого числа каждого месяца.

В 700 году до н.э. был принят Римский календарь, в котором было 10 месяцев. Первый месяц март был назван в честь бога войны Марса. Второй месяц назвали "априкус", что означает "согреваемый Солнцем". Третий месяц назвали в честь бога земли Майи. Четвёртый месяц посвятили богине Юноне, жене Юпитера. Остальные месяцы имели только числовые латинские обозначения.

Этот календарь содержал304 дня. В 650 году добавили ещё два месяца. Одиннадцатый месяц (январь) получил название по имени двуликого бога Януса. Двенадцатый месяц назвали фебруарис, что означает очистительный.

Реформа календаря была проведена в 46 году до н.э. александрийскими астрономами под руководством Созигена по приказу римского императора Юлия Цезаря. Календарь этот получил название юлианского. В его основу был положен солнечный год с приблизительной продолжительностью 365,25 суток. Для удобства стали считать, что три года содержат по 365 суток, а четвёртый (високосный) год - 366 суток. Начало нового года стало приходиться на 1 января. Нечётные месяцы стали составлять 31 день, а в чётных было по 30 дней. Февраль в високосном году имел тоже 30 дней, а в остальные годы 29 дней.

Этим календарём люди пользовались полтора тысячелетия. Ко второй половине XVI века ошибка составляла уже 10 суток. В 1582 году глава римской католической церкви папа Григорий III провёл новую реформу календаря, ликвидировав эту ошибку. Он объявил 5 октября 1582 года 15-и октября. Этот календарь получил название григорианский или "новый стиль".

В России "новый стиль" был введён в 1918 году. Расхождение с юлианским календарём составляло тогда 13 суток. К 2100 году это расхождение достигнет уже 14 суток.

Люди стремились согласовать между собой сутки, месяц и год. Это привело к тому, что в разное время было создано три вида календарей. Солнечный календарь основан на движении Солнца и согласовывает сутки и год. Лунный календарь основан на движении Луны и согласовывает сутки и лунный месяц. В лунно-солнечном календаре должны быть согласованы все три единицы времени.

Почти все страны мира в настоящее время пользуются солнечным календарём. В некоторых восточных странах, исповедующих ислам, пользуются лунным календарём. Лунно-солнечный календарь применяется в иудаизме.


Со временем упорядочивался не только календарь, но и само представление о планетарной системе. Длительное время считалось, что в центре планетарной системы находится Земля. Однако, со временем появились взгляды, что в центре планетарной системы находится Солнце, а не Земля. Первым высказал эту идею Коперник.

Последователем его был итальянец Джордано Бруно. Он родился в семье солдата в небольшом городке Нола близ Неаполя в 1548 году. В детстве его звали не Джордано, а Филиппо. В 1559 году мальчика привезли в Неаполь изучать литературу, логику и диалектику.

Когда Филиппо исполнилось 15 лет, он поступил в местный монастырь Святого Доминика, и спустя два года принял монашеский сан, получив имя Джордано. В монастыре была прекрасная библиотека, в которой Джордано провёл всю свою молодость. За 10 лет, проведённых над книгами, он стал крупнейшим среди современников знатоком Аристотеля и всех его христианских, еврейских и арабских толкователей. Чем больше он читал, тем яснее становились для него несообразности религиозных догм. Богоугодные книги делали его атеистом.

За сомнения относительно непорочности зачатия девы Марии он навлёк на себя подозрения. Руководству церкви пришлось начать расследование. Не дожидаясь результатов, Бруно бежал в Рим, а затем на север Италии. Позже он добрался до Франции. В 1578 году во время одной из своих лекций он произвёл впечатление на французского короля Генриха III. Бруно был приглашён ко двору и получил несколько лет спокойствия и безопасности.

Бруно получил рекомендательные письма для поездки в Англию. Сначала Бруно жил в Лондоне, затем в Оксфорде. После ссоры с местными профессорами он снова уехал в Лондон. Здесь он издал ряд трудов, одним из главных среди которых был "О бесконечности вселенной и мирах", который вышел в 1584 году. Он пытался убедить высокопоставленных лиц королевства в истинности идей Коперника, согласно которой Солнце, а не Земля находится в центре планетарной системы. Но англичане не поддались его пропаганде.

Бруно вынужден был бежать во Францию, затем в Германию. В 1591 году он принял приглашение молодого венецианского аристократа Джованни Мочениго и переехал в Венецию. В 1592 году, однако, их отношения испортились, и Мочениго написал на Бруно донос. Потом последовали ещё доносы. Бруно был арестован и заключён в тюрьму. Через год его передали римским тюремщикам. Инквизиторы не сумели убедить Бруно в необходимости отречения. После семилетнего тюремного заключения 8 февраля 1600 года Бруно был приговорён инквизиционным трибуналом "нераскаявшимся" и передан на суд губернатора Рима. По решению светского суда Бруно был предан сожжению.


В связи с проведённой календарной реформой, астрономические проблемы тогда живо обсуждались. Познакомился с теорией Коперника и студент Пизанского университета Галилео Галилей. Будущий итальянский физик, механик, астроном, философ, математик родился в Пизе 15 февраля 1564 года в семье родовитого, но обедневшего дворянина Винченцо Галилея, видного теоретика музыки и лютниста. В семье Винченцо Галилея и Джулии Амманнати было шестеро детей, но выжить удалось четверым.

Начальное образование Галилей получил в расположенном неподалёку монастыре Валломброза, где он был принят послушником в монашеский орден. Мальчик очень любил учиться и стал одним из лучших учеников в классе. Он взвешивал возможность стать священником, но отец был против.

В 1581 году 17-летний Галилей по настоянию отца поступил в Пизанский университет изучать медицину. В университете Галилей посещал также лекции по геометрии (ранее он с математикой был совершенно незнаком) и настолько увлёкся этой наукой, что отец стал опасаться, как бы это не помешало изучению медицины. Галилей пробыл студентом неполных три года; за это время он успел основательно ознакомиться с сочинениями античных философов и математиков и заработал среди преподавателей репутацию неукротимого спорщика. Уже тогда он считал себя вправе иметь собственное мнение по всем научным вопросам, не считаясь с традиционными авторитетами.

Вскоре финансовое положение отца ухудшилось, и он оказался не в состоянии оплачивать далее обучение сына. Галилей вернулся во Флоренцию (1585), так и не получив учёной степени. К счастью, он успел обратить на себя внимание несколькими остроумными изобретениями (например, гидростатическими весами), благодаря чему познакомился с образованным и богатым любителем науки, маркизом Гвидобальдо дель Монте. Маркиз, в отличие от пизанских профессоров, сумел его правильно оценить. Уже тогда дель Монте говорил, что со времени Архимеда мир не видел такого гения, как Галилей.

Восхищённый необыкновенным талантом юноши, маркиз стал его другом и покровителем; он представил Галилея тосканскому герцогу Фердинанду I Медичи и ходатайствовал об оплачиваемой научной должности для него. В 1589 году Галилей вернулся в Пизанский университет, теперь уже профессором математики. Там он начал проводить самостоятельные исследования по механике и математике. Правда, жалованье ему назначили минимальное: 60 скудо в год (профессор медицины получал 2000 скудо).

В 1590 году Галилей написал трактат "О движении".

В 1591 году умер отец, и ответственность за семью перешла к Галилео. В первую очередь он должен был позаботиться о воспитании младшего брата и о приданом двух незамужних сестёр.

В 1592 году Галилей получил место в престижном и богатом Падуанском университете (Венецианская республика), где преподавал астрономию, механику и математику. Научный авторитет Галилея уже в эти годы был чрезвычайно высок. Годы пребывания в Падуе - наиболее плодотворный период научной деятельности Галилея. Вскоре он стал самым знаменитым профессором в Падуе. Студенты толпами стремились на его лекции.

В эти годы он написал трактат "Механика", который вызвал некоторый интерес и был переиздан во французском переводе. В 1604 году на Галилея поступил донос в инквизицию - его обвинили в занятии астрологией и чтении запрещённой литературы. Падуанский инквизитор Чезаре Липпи, симпатизировавший Галилею, оставил донос без последствий.

Появление в 1604 году новой звезды, называемой сейчас Кеплера, пробуждает всеобщий интерес к астрономии, и Галилей выступает с циклом частных лекций. Узнав об изобретении в Голландии зрительной трубы, Галилей в 1609 году конструирует собственноручно первый телескоп и направляет его в небо. Галилей открыл горы на Луне, Млечный Путь распался на отдельные звёзды, но особенно поразили современников обнаруженные им четыре спутника Юпитера. Сейчас они носят более подходящее название "галилеевых спутников".

В 1610 году Галилео Галилей рассмотрев в свой телескоп Сатурн, что этот небесный объект выглядит не как единое тело, а как три тела, почти касающихся друг друга. Он предположил, что Сатурн имеет два спутника. Спустя полвека нидерландский учёный Христиан Гюйгенс с помощью телескопа с 93-кратным увеличением доказал, что увиденные Галилеем "пятна" на самом деле являются кольцами.

Однако, известно, что Галилей страдал врождённой глазной болезнью и скончался, будучи полностью слепым. И вот уже в XXI веке учёные из Института и музея истории науки во Флоренции решили установить, что действительно видел Галилей в телескоп при его зрении. Для этого они намерены вскрыть могилу Галилея и получить образец ДНК великого учёного, чтобы с его помощью поставить ему офтальмологический диагноз...

Наступает всеобщее признание. Галилей становится самым знаменитым учёным Европы, в его честь сочиняются оды, где он сравнивается с Колумбом. Французский король Генрих IV 20 апреля 1610 года, незадолго до своей гибели, просил Галилея открыть и для него какую-нибудь звезду.

Общеевропейская слава и нужда в деньгах толкнули Галилея на губительный, как позже оказалось, шаг: в 1610 году он покидает спокойную Венецию, где он был недоступен для инквизиции и перебирается во Флоренцию.

Герцог Козимо II Медичи, сын Фердинанда I, обещал Галилею почётное и доходное место советника при тосканском дворе. Обещание он сдержал, что позволило Галилею решить проблему огромных долгов, накопившихся после выдачи замуж двух его сестёр.

Обязанности Галилея при дворе герцога Козимо II были необременительны - обучение сыновей тосканского герцога и участие в некоторых делах как советника и представителя герцога. Формально он также зачислен профессором Пизанского университета, но освобождён от утомительной обязанности чтения лекций.

Галилей продолжает научные исследования и открывает фазы Венеры, пятна на Солнце, а затем и вращение Солнца вокруг оси. Свои достижения (а также свой приоритет) Галилей зачастую излагал в задиристо-полемическом стиле, чем нажил немало новых врагов.

Рост влияния Галилея, независимость его мышления и резкая оппозиционность по отношению к учению Аристотеля способствовали формированию агрессивного кружка его противников, состоящего из профессоров-перипатетиков и некоторых церковных деятелей. Особенно возмущали недоброжелателей Галилея его пропаганда гелиоцентрической, поскольку, по их мнению, вращение Земли противоречило библейским текстам.

В 1611 году Галилей, в ореоле своей славы, решил отправиться в Рим, надеясь убедить Папу, что коперниканство вполне совместимо с католицизмом. Он был принят хорошо, избран шестым членом научной "Академии деи Линчеи", знакомится с Папой Павлом V, влиятельными кардиналами. В том же 1613 году Галилей выпустил книгу "Письма о солнечных пятнах", в которой открыто высказался в пользу системы Коперника.

25 февраля 1615 года римская инквизиция начала первое дело против Галилея по обвинению в ереси.... Последней ошибкой Галилея стал призыв к Риму высказать окончательное отношение к коперниканству (1615). Встревоженная успехами Реформации, католическая церковь решила укрепить свою духовную монополию - в частности, запретив коперниканство. 24 февраля 1616 года одиннадцать квалификаторов (экспертов инквизиции) официально определили гелиоцентризм как опасную ересь.

5 марта Папа Павел V утвердил это решение. В тот же день Папа утвердил декрет конгрегации, который включил книгу Коперника в Индекс запрещённых книг "до её исправления". Всё это время (с декабря 1615 по март 1616 года) Галилей провёл в Риме, безуспешно пытаясь повернуть дело в иную сторону. По поручению Папы 26 февраля его вызвал Беллармино и заверил, что лично ему ничего не грозит, однако впредь всякая поддержка "коперниканской ереси" должна быть прекращена. В знак примирения 11 марта Галилей был удостоен 45-минутной прогулки с Папой.

Церковный запрет гелиоцентризма, в истинности которого Галилей был убеждён, был неприемлем для учёного. Он вернулся во Флоренцию и стал размышлять, как, формально не нарушая запрета, продолжать защиту истины. В конце концов, он решил издать книгу, содержащую нейтральное обсуждение разных точек зрения. Он писал эту книгу 16 лет, собирая материалы, оттачивая аргументы и выжидая благоприятного момента.

В 1623 году новым Папой, под именем Урбан VIII, был избран Маттео Барберини, давний знакомый и друг Галилея. В апреле 1624 года Галилей поехал в Рим, надеясь добиться отмены эдикта 1616-го года. Он принят со всеми почестями, награждён подарками и лестными словами, однако в главном вопросе ничего не добился. Эдикт был отменён только два столетия спустя, в 1818 году. Урбан VIII особо похвалил книгу "Пробирных дел мастер" и запретил иезуитам продолжать полемику с Галилеем.

В 1628 году великим герцогом Тосканы стал 18-летний Фердинанд II, воспитанник Галилея; его отец Козимо II умер семью годами раньше. Новый герцог сохранил тёплые отношения с учёным, гордился им и всячески помогал.

В марте 1630 года книга "Диалог о двух главнейших системах мира - птолемеевой и коперниковой", итог почти 30-летней работы, в основном завершена, и Галилей, решив, что момент для её выхода благоприятен, предоставляет тогдашнюю версию своему другу, папскому цензору Риккарди. Почти год он ждёт его решения, затем решает пойти на хитрость. Он добавляет к книге предисловие, где объявляет своей целью развенчание коперниканства и передаёт книгу тосканской цензуре, причём, по некоторым сведениям, в неполном и смягчённом виде. Получив положительный отзыв, он пересылает его в Рим. Летом 1631 года он получает долгожданное разрешение.

В начале 1632 года "Диалог" вышел в свет. Книга была написана не на учёной латыни, а на "народном" итальянском языке. Галилей безрассудно рассылает 30 экземпляров своей книги влиятельным духовным лицам в Риме. Поскольку до этого Галилей вступил в конфликт с иезуитами, защитников у него в Риме осталось мало, да и те, оценив опасность ситуации, предпочли не вмешиваться.

Уже через несколько месяцев книга была запрещена и изъята из продажи, а Галилея вызвали в Рим (невзирая на эпидемию чумы) на суд Инквизиции по подозрению в ереси. После неудачных попыток добиться отсрочки по причине плохого здоровья и продолжающейся эпидемии чумы (Урбан на это пригрозил доставить его насильно в кандалах) Галилей подчинился, написал завещание, отбыл положенный чумной карантин и прибыл в Рим 13 февраля 1633 года. Никколини, представитель Тосканы в Риме, по указанию герцога Фердинанда II поселил Галилея в здании посольства. Следствие тянулось с 21 апреля по 21 июня 1633 года.

По окончании первого допроса обвиняемого взяли под арест. Галилей провёл в заключении всего 18 дней (с 12 по 30 апреля 1633 года) - эта необычная снисходительность, вероятно, была вызвана согласием Галилея покаяться, а также влиянием тосканского герцога, непрестанно хлопотавшего о смягчении участи своего старого учителя. Принимая во внимание его болезни и преклонный возраст, в качестве тюрьмы была использована одна из служебных комнат в здании инквизиционного трибунала.

Судя по сохранившимся документам и письмам, научные темы на процессе не обсуждались. Основными были два вопроса: сознательно ли Галилей нарушил эдикт 1616 года, и раскаивается ли он в содеянном. Три эксперта инквизиции дали заключение: книга нарушает запрет на пропаганду "пифагорейской" доктрины. В итоге учёный был поставлен перед выбором: либо он покается и отречётся от своих "заблуждений", либо его постигнет участь Джордано Бруно.

Последний допрос Галилея состоялся 21 июня. Галилей подтвердил, что согласен произнести требуемое от него отречение; на этот раз его не отпустили в посольство и снова взяли под арест. 22 июня был объявлен приговор: Галилей виновен в распространении книги с "ложным, еретическим, противным Св. Писанию учением" о движении Земли. Галилей был осуждён к тюремному заключению на срок, который установит Папа. Его объявили не еретиком, а "сильно заподозренным в ереси"; такая формулировка также была тяжким обвинением, однако спасала от костра. После оглашения приговора Галилей на коленях произнёс предложенный ему текст отречения. Копии приговора по личному распоряжению Папы Урбана были разосланы во все университеты католической Европы.

Папа не стал долго держать Галилея в тюрьме. После вынесения приговора Галилея поселили на одной из вилл Медичи, откуда он был переведён во дворец своего друга, архиепископа Пикколомини в Сиене. Спустя пять месяцев Галилею было разрешено отправиться на родину, и он поселился в Арчетри, рядом с монастырём, где находились его дочери. Здесь он провёл остаток жизни под домашним арестом и под постоянным надзором инквизиции.

Режим содержания Галилея не отличался от тюремного, и ему постоянно угрожали переводом в тюрьму за малейшее нарушение режима. Галилею не дозволялось посещение городов, хотя тяжелобольной узник нуждался в постоянном врачебном наблюдении. В первые годы ему запрещено было принимать гостей под страхом перевода в тюрьму; впоследствии режим был несколько смягчён, и друзья смогли навещать Галилея - правда, не более чем по одному.

Инквизиция следила за пленником до конца его жизни; даже при кончине Галилея присутствовали два её представителя. Все его печатные работы подлежали особо тщательной цензуре. Только один раз, незадолго до смерти (март 1638 года), инквизиция разрешила слепому и тяжело больному Галилею покинуть Арчетри и поселиться во Флоренции для лечения. При этом ему под страхом тюрьмы было запрещено выходить из дома и обсуждать "про́клятое мнение" о движении Земли.

Галилео Галилей умер 8 января 1642 года, на 78-м году жизни, в своей постели. Папа Урбан запретил хоронить Галилея в семейном склепе базилики Санта-Кроче во Флоренции. Похоронили его в Арчетри без почестей, ставить памятник Папа тоже не позволил.

В 1737 году прах Галилея, как он и просил, был перенесён в базилику Санта Кроче, где 17 марта он был торжественно погребён рядом с Микеланджело. В 1758 году Папа Бенедикт XIV велел вычеркнуть работы, защищавшие гелиоцентризм, из "Индекса запрещённых книг"; впрочем, эта работа проводилась неспешно и завершилась только в 1835 году.

С 1979 по 1981 годы по инициативе Римского Папы Иоанна Павла II работала комиссия по реабилитации Галилея, и 31 октября 1992 года Папа Иоанн Павел II официально признал, что инквизиция в 1633 году совершила ошибку, силой вынудив учёного отречься от теории Коперника.


Людей небезразличных всегда интересовала география, астрономия, история. В 2013 году в Берлине отмечалось столетие с момента открытия одного из самых известных памятников древности - бюста египетской царицы Нефертити, изваянного 3400 лет назад. Этот бюст стал центральным экспонатом открывшейся в Новом музее Берлина выставки "Свет Амарны. 100 лет со дня открытия Нефертити".

Нефертити была женой фараона Эхнатона, прославившегося своей религиозной реформой и введением культа Солнца. Бюст Нефертити был раскопан в 1912 году, но до последнего времени мало кому было известно имя человека, финансировавшего данную археологическую экспедицию.

Это был берлинский предприниматель, текстильный фабрикант, покровитель искусств, видный член еврейской общины Джеймс Симон (1854 - 1932). Странное для уроженца Германии имя Джеймс он получил потому, что его отец часто ездил в южные штаты США, откуда ему поставляли хлопок. Сына он назвал в честь одного из своих деловых партнёров.

Джеймс Симон сыграл в развитии германской культуры не меньшую роль, чем Павел Третьяков в развитии культуры русской. С конца XIX века он скупал по всему миру произведения древнего и средневекового искусства, финансировал археологические экспедиции в Египет и Месопотамию. В результате он собрал богатейшую коллекцию из 20 000 экспонатов и передал берлинским музеям.

В истории был ещё один коллекционер, вывезший из Египта сопоставимые по объёму ценности - французский император. Разница только в том, что Наполеон за них не платил.

Симон в 1911 году стал шестым по богатству человеком в Германии. Но интересовался больше не бизнесом, а искусством. Он принадлежал к узкому кругу лиц, дававшим кайзеру консультации по финансовым вопросам. С кайзером Вильгельмом II Симона сближала общая страсть к археологии и древностям.

В 1920 году Симон передал оригинал бюста Нефертити в художественное собрание прусского королевского дома. Вместе с бюстом берлинские музеи получили и все другие уникальные ценности, находившиеся в собственности мецената.

Экономический кризис, охвативший Германию после поражения в Первой мировой войне, тяжело ударил по Джеймсу Симону. В 1925 году он закрыл своё предприятие и продал роскошный особняк. В 1931 году, к 80-летию мецената, в Новом музее Берлина был торжественно открыт зал египетского искусства, носивший имя Симона.

А через два года, после прихода к власти нацистов, все упоминания о вкладе еврейского фабриканта в развитие германской культуры были вычеркнуты из официальной истории. Сам Джеймс Симон скончался за несколько месяцев до победы Гитлера на выборах. Дети его эмигрировали в США.

Имя мецената было возвращено из забвения в 2006 году, когда был учреждён Фонд Джеймса Симона.


Изучая предметы древности, не всегда удаётся расшифровать сделанные на них надписи. Особую сложность представляет письменность майя. Единственным человеком в мире, которому удалось расшифровать эти древние письмена, был Юрий Кнорозов. Родился он в Харькове 19 ноября 1922 года в семье потомственных интеллигентов. Отец занимал должность главного инженера Южного треста стройматериалов. Бабушка была знаменитой армянской актрисой, выступавшей под псевдонимом Мари Забель.

Юрия в детстве несколько раз пытались исключить из школы за плохое поведение. Он дерзил учителям. Обладал феноменальной памятью, позволявшей страницами цитировать любимые книги. Но откровенно пренебрегал едва ли не половиной предметов. А рисование и музыка были для него важнее программы.

После школы Кнорозов поступил в Харьковский университет, попал в оккупацию. В 1943 году сумел выйти из окружения и восстановиться в Московском государственном университете. Разбирая фонд трофейной библиотеки, телефонист Кнорозов обнаружил два ценнейших раритета: "Сообщение о делах в Юкатане" монаха-францисканта Диего де Ланда и "Кодексы майя". Оба фолианта осели на дне солдатского вещмешка.

В университете Кнорозов бросил все силы на изучение майянистики. Жил он в общежитии, на стипендию покупал книги, а потом одалживал деньги на еду. 29 марта 1955 года 30-летний Юрий Кнорозов шёл на защиту кандидатской диссертации. Шёл и не знал, чем это может закончиться. Ожидал даже ареста и обвинения в шпионаже. Ведь наличие фонетического письма у индейцев майя противоречило марксистскому учению. Сам Энгельс отказывал майя в праве на письменность, настаивая на том, что возникновение грамоты сопутствует становлению развитого классового государства, которого, по его мнению, у индейцев доколумбийской эпохи быть не могло.

Защита диссертации длилась всего три с половиной минуты. Юрию Кнорозову было присвоено звание сразу доктора наук.

В 1956 году Кнорозов был участником Международного конгресса американистов в Копенгагене. С тех пор, несмотря на многочисленные приглашения, Кнорозова за границу не выпускали. Ему не могли забыть нахождения на оккупированной территории.

Лишь на закате жизни в 1990 году ему удалось побывать на родине майя по приглашению президента Мексики Винисио Сересо Аревало и получить Большую Золотую медаль из рук лидера Гватемалы. В 1995 году Президент Мексиканской республики лично вручил Юрию Кнорозову высший орден республики - орден Ацтекского орла.

Мексиканское посольство ещё при жизни учёного профинансировало создание Центра мезоамериканских исследований имени Кнорозова при Российском государственном гуманитарном университете. В Гватемале и Мексике его считали, чуть ли не богом.

А на родине, когда в 1999 году у Юрия Кнорозова случился инсульт, великого учёного вывезли умирать в коридор, т.к. у дочери не хватило средств состязаться с жёнами подраненных "братков", прочно занимавших палаты. Дирекция Кунсткамеры отказалась предоставить зал музея для прощания, и люди вынуждены были ютиться в морге.


Сама Америка на протяжении веков, словно магнит, притягивала жителей многих стран мира. В школах учат, что в 1492 году испанский мореплаватель Христофор Колумб пересёк Атлантический океан и достиг берегов "новой земли". Сам Колумб так и не понял, что открыл новый материк. Он просто пытался проложить выгодный торговый путь в Азию. Кроме того, в 1492 году Колумб ограничился только посещением Багамских и Антильских островов. На материк же он высадился во время третьей экспедиции в 1498 году.

Но и это трудно считать открытием. Археологические исследования показывают, что первые жители на территории Америки появились 15 - 20 тысяч лет назад. Путешествия в Америку совершались и до начала нашей эры. Согласно одной из версий, первыми добрались до американских берегов египтяне или финикийцы.

Около 600 лет до н.э. египетский фараон Нехо II отправил их вокруг Африки, а они вернулись буквально через три дня... Известно, что финикийцы достигли Канарских островов. Не исключено, что они посетили и Азорский архипелаг. В восемнадцатом веке там был обнаружен золотой клад, по всей вероятности, принадлежащий этому древнему народу. Но, раз финикийцы совершали такие дальние путешествия, то вполне могли достичь и Америки.

В легендах центральноамериканских народов не раз упоминается о богоподобных чужестранцах. При этом жители Центральной Америки точно, как и египтяне возводили пирамиды, наделяя их священным смыслом.

Не исключено, что новый материк был открыт и римлянами. Римская империя в то время занимала огромную территорию, имела очень развитое кораблестроение. Римские корабли ничем не уступали фрегатам восемнадцатого века. Для них не составило бы особого труда пересечь Атлантику. В мексиканской долине Толука была найдена терракотовая головка бородатого мужчины, возраст которой около двух с половиной тысяч лет. Именно тот период характерен для римской культуры наличием подобных поделок.

Не исключено, что Северную Атлантику пересекали и ирландские монахи на своих судёнышках-курахах. Такие судёнышки плели из лозы и обтягивали бычьей кожей. Ходили они на вёслах и под квадратным парусом. Ирландцы неплохо знали эти воды. В 825 году появилась запись о посещении ими Исландии "тридцать лет назад", то есть в795 году. В 1976 году писатель и путешественник Тимоти Северин на копии такой лодки от Ирландии до Ньюфаундленда. Лодка его называлась "Святой Брандан" в честь монаха, который путешествовал по Северной Атлантике в VI веке.

Кроме всех таких гипотез имеются и веские доказательства о походах викингов, которые начали заселять Исландию в конце девятого века. В 981 году Эйрик Рауди, изгнанный оттуда за буйный нрав на три года, поплыл на запад. Он достиг неведомой земли с ледниками, лугами и фьордами. Он вернулся сюда ещё через три года и расписал красоты "зелёной страны". По всей видимости, это была Гренландия. Около 986 года за ним отправились более четырёхсот колонистов на двадцати пяти судах, из которых до места добрались только 14.

Летом 986 года Бьярни Херюльфсона, плывшего из Исландии в Гренландию, отнесло ветром к югу, к лесистым берегам Ньюфаундленда. Высадиться он не рискнул. Его рассказ о Новом Свете прозвучал за 500 лет до плаваний Колумба. Рассказ этот проверил сын Эйрика - Лейф. Он купил у Бьярни судно и с командой из 35 человек весной 1004 года отплыл из Гренландии на юго-запад.

Сначала они высадились в краю гор и ледников, назвав его Хеллуланд ("валунная страна"), потом в "лесной стране" (Маркланд) и поселились на длинном полуострове у озера. Викинги переждали мягкую зиму, ловя лося и собирая ягоды. Летом 1005 года, загрузившись дефицитным в Гренландии лесом, они вернулись домой, и рассказали о богатой земле - Винланде.

В следующие десятилетия викинги, включая брата Лейфа, Торвальда и исландского купца Торфинна Кардсефни, не раз бывали в Винланде. Первым европейцем, родившимся в Новом Свете, считается Снорри - сын жены Торфинна - Гудрид.

В 1960-х годах в этом районе были раскопаны остатки восьми бревенчатых изб, которые датируются примерно 1000 годом.

В период с XI по XIII века викинги проделали большой путь в Америке. Они доходили до острова Элсмир и пролива Кеннеди на севере. На юге они достигли озера Нипгон, пройдя Гудзонов залив. Начиная с XIV наступило похолодание, скандинавские колонии в Гренландии погибли. Малочисленных поселенцев в Америке, оставшихся без связи с метрополией, индейцы ассимилировали или убили.

В 1405 - 1433 годах из Китая были отправлены 7 посольственных экспедиций под руководством высшего дворцового евнуха - Чжэн Хэ. Китайцы посетили известные регионы - Чампу, Суматру, Яву, Шри-Ланку. Но вот на дне реки Сакраменто в штате Калифорния были найдены остатки китайской джонки. С помощью радиоуглеродного анализа было выяснено, что джонка 1410 года, а хвойная порода растёт в Восточной Азии.

Но, оставим споры о первопроходцах и вернёмся к Колумбу. 3 августа 1492 года три небольших судёнышка "Санта-Мария", "Нинья" и "Пинта" вышли из порта Палос в открытый океан под командованием Колумба. Не легко ему было убедить королевскую чету Испании в идее достигнуть берегов Индии, плывя от европейского континента в западном направлении.

Недоверчивый король Фердинанд сопротивляясь давлению поверившей в Колумба королевы, колебался, тянул время и не давал окончательного ответа. Помогли Колумбу мараны, занимавшие важные государственные посты.

В Испании в это время завершалась эпопея травли испанских евреев. На всём Пиренейском полуострове началось жестокое преследование приверженцев иудейской веры. Под давлением королевской власти и инквизиции часть испанских евреев перешла в христианство, другая была крещена насильственно. Этих людей, которые тайно продолжали исповедовать иудаизм, называли маранами.

Остальные евреи, не изменившие вере отцов, в соответствии с королевским эдиктом от 31 марта 1942 года должны были в трёхмесячный срок покинуть Испанию.

Так вот канцлер Арагона Луис де Сантанель (Сантанхель) и другие видные мараны, оказали Колумбу всемерную поддержку. Они убедили короля Фердинанда и королеву Изабеллу снарядить экспедицию. Королевской чете они заявили, что в случае неудачи готовы возместить понесённые убытки. Они надеялись, что полученные из Индии богатства покроют военные расходы королевства и пополнят оскудевшую в борьбе с маврами казну.

Про самого Колумба известно, что родился он в Генуе, был примерным католиком, регулярно ходил в церковь, исповедовался и венчался по христианскому обычаю. Женился он на девушке из семьи маранов Энрикес. Сам Колумб неоднократно заявлял, что является продолжателем рода царя Давида. А из найденных в конце XIX века документов следует, что мать Колумба - Сусанна Фонтерозас - происходила из маранов....

И вот на протяжении двух месяцев три парусника, подгоняемых попутным ветром, продвигаются на запад. На исходе съестные припасы и вода. На каравеллах вспыхивает мятеж. Матросы требуют вернуться назад в Испанию. Но Колумб непреклонен. Он помнил об экспедиции Бартоломео Биаша, обогнувшей уже мыс Доброй Надежды, достигшей восточного побережья Африки и повернувшей назад. А ведь уже открывался свободный путь в Индию.

Колумб уверен в своих расчётах и приказывает плыть только вперёд. Для определения местонахождения корабля в открытом море Колумб использовал наиболее совершенные навигационные инструменты, созданные евреями. Астролябию сконструировал Закуто (Авраам Бен Шмуэль) и квадрант Герсонида (Леви Бен Герш). Пользовался он и усовершенствованными астрономическими таблицами, составленными Авраамом Бен Шмулем.

Уверенность Колумба принесла ему удачу. Когда разъярённая команда была готова выбросить Колумба и его офицеров за борт, раздался взволнованный крик: "Земля!".

После открытия Америки и учреждения там испанских колоний Колумб заключил договор с кролём Фердинандом о том, что на Ямайке, куда он собирался перебраться с семьёй, не будет действовать суд инквизиции. И до сих пор на Ямайке живут люди, которые возводят свою родословную к Христофору Колумбу. А всего на американском континенте проживает половина еврейского населения планеты.


Иногда открытия совершались купцами, искавшими новые пути для продвижения своих товаров. Именно так поступил голландский еврей Исаак Лемер. Он был директором одного из представительств знаменитой Ост-Индской торговой компании и торговал с восточными странами. В начале 17 века он отправил своего сына Якоба Лемера в морское путешествие с целью найти новые пути в обход Магелланова пролива, проход через который был платным.

В 1615 году в голландском городе Горн снаряжены были два корабля: "Эндрахт" и "Горн". Экспедицию возглавил сын Исаака Лемера, Якоб. В конце мая 1615 года Лемер и Схаутен отплыли из Хоорна. Три месяца они плыли через Атлантический океан. Во время этого похода на "Горне" вспыхнул пожар. Сгорело все, кроме пушек. Пушки и люди были перевезены на борт "Эндрахта".

25 декабря 1615 года Лемер и Схаутен открыли остров Эстадос. Они назвали этот остров Землей Штатов, поскольку посчитали его северной оконечностью Неведомой Южной земли.

Плавание продолжалось, и 13 января 1616 года справа остался Магелланов пролив. 29 января 1616 года экспедиция подошла к самой южной точке Южной Америки - мысу Горн (мыс назван в честь родного города Схаутена - Хоорн).

В апреле 1616 года путешественники открыли несколько островов архипелага Туамоту, а в мае - северную часть архипелага Тонга. И вот, наконец, 25 июня они достигли архипелага Бисмарка (островная группа, с 1884 ставшая германской колонией и названная по имени Отто фон Бисмарка), открыв по пути острова Новая Ирландия и Новый Ганновер.

17 сентября 1616 года экспедиция прибыла к Молуккам после шестнадцати с половиной месяцев плавания, совершив тем самым кругосветное путешествие. Сам Якоб Лемер умер на обратном пути из Индии в Амстердам 22 декабря 1616 года.


Существование Антарктиды предполагали многие путешественники, в том числе Джонатан Свифт, Америго Веспуччи, Джеймс Кук. У русских мореплавателей тоже зародилась идея об экспедиции в южные широты для поиска предполагаемого материка. Практический шаг к подготовке экспедиции в Антарктиду сделал Крузенштерн. В 1819 году он отправил морскому министру де Траверсе письмо, в котором обосновывал необходимость экспедиции к Южному полюсу

Хотя практического смысла для России в такой экспедиции было мало, но она имела огромный научный интерес. Морское министерство проект одобрило и подготовило два корабля, выбрав их капитанами опытных мореплавателей. Шлюпом "Восток" назначили командовать Беллинсгаузена, а шлюпом "Мирный" - Лазарева.

Беллинсгаузен происходил из балтийских немцев. Его детство прошло в Кронштадте, где с 10 лет он учился в Морском кадетском корпусе. В этот же корпус поступил и Лазарев, происходивший из семьи блестящего дворянина - сенатора Петра Гавриловича Лазарева.

Беллинсгаузен в 1803 - 1806 годах принимал участие в первом кругосветном плавании на борту корабля "Надежда". Фактическим руководителем плавания был Иван Крузенштерн.

Лазарев в это время изучал в течение 5 лет морское дело на британских кораблях. Оба мореплавателя участвовали в войнах с иностранными державами.

И вот 28 января 1820 года шлюпы "Восток" и "Мирный" впервые подошли к берегу Антарктиды, покрытому толстым слоем льда. Этот день вошёл в историю как дата открытия Атлантического материка.


Одним из наиболее разносторонних исследователей в истории человечества, натуралистом, путешественником, автором теории эволюции был Чарльз Дарвин. Родился ученый двенадцатого февраля в английской многодетной семье в г. Шрусбери, графство Шропшир. Отец мальчика занимался финансами. Также он был успешным врачом. Деятельность Роберта Дарвина позволяла семье жить безбедно.

Мать мальчика умерла в 1817 году и воспитание мальчика легло на плечи отца. В 1817 году мальчик начал курс обучения в местной дневной школе, а через год был переведен в англиканскую.

Юный Чарльз был весьма неглупым ребенком. Но при этом в школе не любил учиться и считал школьную программу крайне скучной. В свободное от учебы время предпочитал собирать и изучать насекомых, ракушки, необычные камни. Наблюдал за природными процессами - цветением деревьев и кустарников, течением рек, направлением ветра. Увлекался охотой и рыболовством.

В 1825 году отец внял просьбам сына и отправил его учиться в университет г. Эдинбурга. Роберт хотел видеть в мальчике продолжателя врачебной династии. Особо много времени посвятил изучению биологии, в частности, морских беспозвоночных, водорослей. Увлекался таксидермией, натуральной историей и геологией. Принимал активное участие в деятельности университетского музея, где была собрана крупнейшая в Европе коллекция растений. После двух "ужасно скучных" лет обучения забросил обучение. По настоянию разгневанного отца решает перевестись на богословский факультет Кембриджа. Абитуриент вдумчиво читает церковные книги для поступления. Занимается индивидуально с преподавателем в родном Шрусбери.

Годы обучения запомнились уроками верховой езды, охоте, коллекционированием жуков, изучением литературы, математики, физики, географии. Окончил образование в 1831 г. Несмотря на то, что особыми успехами за время обучения не блистал, полученные знания позволили Дарвину оказаться в списке десяти лучших выпускников. После окончания университета стал еще больше сомневаться в истинности догм христианства.

В нескончаемых поисках реализации потенциала ученый знакомится со знаменитым ботаником Джоном Хенслоу, который принял выпускника в команду исследователей природы Южной Америки на корабле "Бигль". Отец Чарльза был против путешествия, считая его напрасной тратой времени. Только благодаря вмешательству дяди, Джозайи Веджвуда II, Роберт Дарвин сдался и дал напутственное благословение сыну. За более чем пятилетнее путешествие команда побывала в Перу, Аргентине, Чили, Бразилии, Европе, Австралии, Африке. На Галапагосских островах исследователя особо заинтересовали пересмешники, которые несколько отличались от обитающих в Англии. Изучал черепах, виды которых различались даже на соседних островах. Ученый с интересом изучал местные территории, флору и фауну. Результатом экспедиции стала огромная коллекция камней, минералов, трав, чучел животных и птиц. Были сделаны описания внешнего вида и анатомии многих беспозвоночных.

Все наблюдения были занесены в дневник, на который и опирался Чарльз при написании научных трудов в последующие двадцать лет. Исследования были опубликованы под названием "Путешествие вокруг света на корабле "Бигль". Ученый получил мировую известность как в ученой среде, так и у обычных людей. Помимо этого у Чарльза сформировались призвание и смысл в жизни - Дарвин не видел жизни без науки. В пятилетнем путешествии вырос как ученый Дарвин. После его завершения Чарльз перебирается в Кембридж. Но очень скоро переезжает в Лондон, где вступает в общество ученых, с которыми преимущественно общается на протяжении следующих пяти лет.

Этот период жизни Чарльза ознаменован бурной, плодотворной деятельностью - были написаны фундаментальные труды, многие часы проведены в бурных дискуссиях. За любовь к упорному стремлению доказательства мыслей и идей исследователя выбирают главным секретарем общества геологов. Жизнь в крупном городе все больше и больше давит на ученого. А организм все хуже справляется с атакующими болезнями. В 1839 он женится на Эмме Вэджвуд и уже в 1842 переселяется в приобретенное поместье "Доун". Впоследствии жена родит Дарвину десятерых потомков. Вдали от городской суеты Чарльз может полностью посвятить себя любимым занятиям - прогулкам, рыбалке, охоте, наблюдению за природой.

Солидное наследство и доход от написанных книг позволяют с головой окунуться в любимые дела. В 1842 году был написан труд Дарвина "Зоология путешествия на "Бигле".

В 1859 была опубликована революционная на тот момент книга "Происхождение видов путем естественного отбора". Доводы автора вразрез расходились с принятым мнением в обществе, подкрепленным писаниями Библии о том, как создавался мир. Труды подробно описывали, почему стоит рассмотреть возможность миллионов лет самостоятельного развития природы - растений, животных, человека. Впоследствии теория была названа именем исследователя - "дарвинизм".

Идея была тщательно подкреплена полученным в ходе многолетних наблюдений материалом. "Дарвинизм" становился весьма популярным и, несмотря на скандальность, принес неплохую прибыль ученому. В 1862 вышла книга "Опыление орхидей", затем - "Карабкающиеся растения" и "Насекомоядные растения". В 1868 - продолжение "Происхождения видов..." - "Изменение домашних животных и культурных растений". В 1871 году увидела мир книга "Происхождение человека и половой отбор". А в 1872 - "Выражение эмоций у человека и животных", в которой ученый рассматривал происхождение человека от обезьяноподобных предков. Конечно, они не имели такой популярности, зато позволили ученому получить несколько престижных наград, среди которых - Коплеевская золотая медаль от Лондонского Королевского сообщества. В последующие годы он стал почетным доктором наук Бреславльского, Боннского, Лейденского университетов, а также членом-корреспондентом Петербургской академии. Следует отметить, что русская православная церковь не жаловала труды ученого и всячески старалась его очернить. На защиту пришлось встать многим представителям интеллигенции. Алексей Константинович Толстой активно защищал то, во что верил ученый.

Чарльз Дарвин стал в один ряд с самыми видными учеными всех времен и народов. Его работы, доказывающие происхождение живых существ от общих предков являются основой современной синтетической теории эволюции, биологии, а также генетики.

Знаменитый ученый умер девятнадцатого апреля 1882 года в возрасте семидесяти трех лет. Несмотря на мировую известность, потомкам он запомнился как человека скромный, дружелюбный, тактичный. Ученый Дарвин, биография которого изучается во всех современных вузах, похоронен в Вестминстерском аббатстве, возле Исаака Ньютона.


Не всегда для получения ценных сведений нужно посылать целую экспедицию. Иногда с этим может справиться и один человек. Когда люди каждый день пьют чай, они и не подозревают, что так было не всегда. Пару веков назад далеко не каждый мог позволить себе такое удовольствие. Чай производился только в Китае и стоил дорого. При этом лучший чай китайцы оставляли себе, а похуже продавали британской Ост-Индской компании в обмен на опиум, который англичане выращивали в Индии.

Но однажды китайцы заявили, что опиум им больше не нужен, т.к. они начали выращивать его сами. Тогда и англичане решили выращивать чай сами. Для этого у подножья Гималаев было подходящее место. Но попытки выращивания чая закончились провалом. Кустики вырастали, но их листья отдавали горечью. Требовались другие сорта, такие как у китайцев.

И вот в 1840 году созрел план заброски в Китай своего агента. Для этого выбрали 35-летнего шотландца по имени Роберт Форчен, который разбирался в ботанике и знал китайский язык. Форчен работал куратором ботанического сада в Челси. У него уже был определённый опыт. За несколько лет до этого он уже проникал в Китай инкогнито и привёз оттуда коллекцию неизвестных в Британии цветковых растений. Правда, Королевское общество садоводов, по заданию которого он отправлялся в Китай, присвоило себе всю прибыль.

Предприятие было для Форчена очень рискованным. В Китае с лазутчиков живьём сдирали кожу. Но Форчен решил рискнуть. Он заключил с Ост-Индской компанией договор, который гарантировал ему в случае удачи безбедное существование. По договору за чай его доля составляла 500 фунтов в год. Но если он привезёт и другие растения, представляющие интерес для страны, то вся прибыль пойдёт только ему.

Для того, чтобы перевоплотиться в китайца, Форчен обрил голову, сзади заплёл косичку и надел одеяние китайского мандарина. И вот под именем Синг-Ва он появился в Шанхае, пьёт чай из фарфоровой пиалы без молока и сахара. На китайской плоскодонке он плывёт вверх по реке Янцзы. Он пробирался в глубь страны, где не бывал ещё ни один европеец.

По пути он высаживается на берег, собирает образцы растений и семена. Всё это он раскладывает по кувшинам и корзинам. Местным жителям он говорит, что он большой начальник из северной провинции. Люди с трепетом падают на колени перед такой важной персоной. Ему торопятся услужить и открыть кое-какие секреты.

На первой же чайной плантации он узнал важную вещь. Чёрный и зелёный чай, оказывается вовсе не разные виды. Просто листья с одного и того же куста обрабатывают по-разному. Оказалось также, что чай, который продают британцам, опасен для здоровья. Этот чай китайцы подкрашивали, используя в качестве красителя одну из разновидностей цианида. И британцы много лет отравлялись этим напитком.

Форчен изъявил желание самолично побродить по плантациям, уверяя, что ему нравится вдыхать аромат цветущих кустов. При этом он собирал образцы почвы, листья, семена и ветки. Ему даже помогали складывать всё это по ящикам и корзинам. Всего Форчен упаковал 10 000 чайных семян и 13 000 молодых кустиков.

Для того, чтобы довести всё это богатство в целости и сохранности Форчен привёз из Британии специальные стеклянные коробки. Внутри лежал пепел от сожжённого риса, который обеспечивал необходимую влажность и предотвращал гниение. Тщательно запакованные коробки Форчен погрузил на судно, отправлявшееся из Гонконга в Индию.

В Калькутте запечатанные ящики отправили вверх по Гангу в город Аллахабад. Но один любопытный чиновник решил взглянуть на саженцы, т.к. сам по профессии был ботаником. Он вскрыл один за другим все ящики. Внутренняя экосистема была нарушена. По прибытии на место обнаружилось, что из 13 000 молодых растений выжила только 1000. Оказалось, что их всю дорогу ещ1 и поливали и держали в тени, что совершенно противопоказано. Во всех коробках расплодилась плесень и грибки. Полностью здоровыми остались только 80 саженцев. А семена погибли все.

Форчен отправился в новое путешествие. На этот раз он держал путь на юг, где растёт чёрный чай. В этих краях постоянно вспыхивали мятежи против императора, бродили вооружённые до зубов подозрительные личности. Форчена это не остановило. Он исследовал склоны гор вместе с несколькими слугами. Те тащили на носилках вначале его, а потом собранные им растения.

В одном из монастырей добродушные южане ему рассказали, что чай нужно заваривать горячей водой, а не кипятком. Наливать чай нужно в подогретые пиалы и класть лучше крупные листья. Вместе с монахами Форчен собирал и сушил листья и вскоре стал знатоком чайного дела. Он собрал ценнейшую коллекцию, которую снова требовалось переправить британцам. Все семена Форчен перемешал с землёй, запрятал в стеклянную тару и приложил строгие инструкции не вскрывать и ничего не поливать.

За время пути 10 000 семян проросли и по прибытии были готовы к посадке. Вскоре на Гималаях зазеленели чайные плантации. Форчен привёз ещё и бергамот с жасмином в качестве приправы к чаю. Приехали с ним ещё восемь живых китайцев - экспертов, чтобы те помогли вырастить чай в Индии. Индийский чай по качеству превзошёл китайский. При этом он стал настолько дешёвым, что стал доступен всем.


Но это был только эпизод посещения Азии европейцем. Серьёзное же исследование этого континента провёл Николай Михайлович Пржевальский, который провёл в путешествиях более 20 лет, прошёл свыше 30 000 километров и сделал несколько десятков открытий. Среди русских путешественников трудно найти другой пример такой цельно прожитой жизни.

Пржевальские происходили из старинного казачьего рода. Отец будущего путешественника Михаил Кузьмич Пржевальский, выйдя в отставку с военной службы, в имении жены, Елены Алексеевны, в деревне Кимборово Смоленской губернии. Здесь в апреле 1839 года и родился Николай. В 1846 году Михаил Кузьмич умер, оставив на руках жены трёх сыновей и дочь.

Из-за забот по хозяйству мать мало могла уделять внимания детям. Ими больше занималась нанька Макарьевна. Николай вспоминал, что рос дикарём. Однако этот "дикарь" в 1855 году с отличием окончил Смоленскую гимназию. Хорошим поведением, правда, он не отличался. Однажды его чуть не исключили из гимназии за то, что уничтожил классный журнал. Но мать уговорила начальство ограничиться изрядной порцией розг.

В это время русские войска обороняли Севастополь. Николай после гимназии решил поступить в действующую армию. Но на фронт он не попал. А разгульная жизнь офицеров ему была не по нутру. Разочаровавшись в армейской службе, Пржевальский стал задумываться о путешествиях, о которых с детства мечтал. Его интересовали малоисследованные районы России. Пржевальский подал рапорт о переводе на Амур, но получил трое суток гауптвахты.

Пржевальский понял, что добиться своей цели он сможет, только окончив Академию Генерального штаба. В августе 1861 года он на отлично сдал экзамены, и в числе первых был зачислен в Академию. Ещё во время учёбы он был избран членом Российского географического общества. К этому времени относятся его первые сочинения, в том числе и о Приморском крае.

После окончания Академии Пржевальский добровольно отправился в Польшу для участия в подавлении восстания. Позже он преподавал в Варшавском юнкерском училище историю и географию. И вот, наконец, долгожданное назначение в Восточносибирский военный округ. Глава Отделения физической географии Русского географического общества в Петербурге Пётр Петрович Семёнов предложил Пржевальскому отправиться в путешествие по малоизученному Уссурийскому краю.

Перед тем, как отправиться в экспедицию, Пржевальский изучал в в библиотеке Сибирского отделения Географического общества всё, что было известно об Уссурийском крае. Путешествовать по Приморью предстояло на свои деньги.

И вот в мае 1867 года его мечты начали сбываться. Уссурийская экспедиция продлилась почти два года, прошла больше трёх тысяч километров. Пржевальский сплавлялся по таёжным рекам, ночевал в лесах, на морозе, сражался с шайкой китайских бандитов. Была исследована долина Уссури, озеро Ханка и впадающие в него реки, побережье Японского моря, южную часть Сихотэ-Алиня. Доклад Пржевальского в Русском географическом обществе о результатах экспедиции был встречен с восторгом.

Ещё один эпизод в жизни Пржевальского связан с Дальним Востоком. В молодости Николай Михайлович был заядлым картёжником. На кон смело ставил 200-300 рублей и почти не знал проигрыша. Играл не с друзьями, а с купцами и офицерами. Выиграв тысячу рублей, игру обычно прекращал. Зимой 1868 года в Николаевске он выиграл огромную для того времени сумму в 12 000 рублей. Уезжая в Петербург, выбросил карты в Амур. На эти деньги, в основном и снаряжалась его легендарная экспедиция в Монголию.

Пржевальский обратился к Русскому географическому обществу с предложением об организации экспедиции в Центральную Азию. Этот проект получил полное одобрение. Началась череда великих центральноазиатских путешествий Пржевальского. Караваны верблюдов экспедиции шли через Монголию, Северный Китай и Тибет. Экспедиционный отряд состоял из четырёх человек - начальника экспедиции Николая Пржевальского, его помощника поручика Михаила Пыльцова и двух казаков.

В январе 1871 года экспедиция прибыла в Пекин. Оттуда надо было отправляться к пустынному плато Ордос в излучине Хуанхэ и выйти к берегам озера Кукунор. Предстояло идти по землям, охваченным восстанием дунган. Кроме того, караванные пути контролировались отрядами бандитов. Пржевальский закупил ружья, револьверы, патроны, порох и дробь. Николай Михайлович даже устроил учения своему отряду.

Из Пекина отряд вышел в середине мая 1871 года отряд выступил из Пекина. К исходу сентября отряд Пржевальского прибыл в город Диньюанинь (Алашань-Цзюци). Здесь отряд отдохнул и отправился в ближайшие горы Алашаня. До главной цели путешествия _ озера Кукунор - оставалось 640 километров. Но денег оставалось меньше 100 рублей. Их не хватало даже на обратный путь.

К тому же, надвигалась зима. Пржевальский принял решение возвращаться. Там, где несколько месяцев назад путешественники страдали от жары, теперь их ожидали морозы. По ночам температура опускалась до 32 градусов. Единственным топливом в этих местах был сухой помёт скота - аргал. Но, настроенное враждебно местное население, продавать его отказывалось. Самим же собирать, не было времени.

В январе 1872 года экспедиция пришла в китайский город Калган. Два месяца готовилась новая экспедиция к берегам озера Кукунор. Отряд шёл по местности, разорённой дунганским восстанием. Колодцы по пути были отравлены. Дунгане нередко бросали туда убитых ими людей.

Об экспедиции распространялись среди местного населения самые невероятные слухи. Поскольку бесстрашная четвёрка русских не боялась вступать в стычки с бандитами, молва наделила их сверхъестественными способностями. Говорили, что это полубоги, заговорённые от пуль. Пржевальскому приписывалась способность управлять стихиями, напускать болезни на скот и людей, предсказывать будущее. На поклон к отряду съезжались толпы людей.

Чтобы достигнуть озера Кукунор потребовалось несколько месяцев пути. После двухнедельной передышки отряд двинулся дальше. Больше двух месяцев экспедиция шла Тибетским нагорьем. Это была самая трудная часть пути. Старая одежда плохо защищала от холода. В разреженном воздухе каждый шаг давался с трудом, кончались запасы. В страшных лишениях отряд достиг конечной точки своего путешествия - верховий реки Янцзы.

На обратном пути внезапно разразившийся в горах Алашаня страшный ливень вызвал катастрофическое наводнение, которое едва не смыло все коллекции и багаж экспедиции. Переход через Гоби сопровождался страшной жаждой, т.к. проводник не мог найти по пути два колодца. Сопровождавший экспедицию любимый пёс Пржевальского умер от жажды. Силы людей тоже уже были на исходе, когда обнаружили, наконец, третий колодец.

Путешествие закончилось 1 сентября 1873 года прибытием в Кяхту. Результаты экспедиции превзошли все ожидания. В январе 1874 года Пржевальский прибыл в Петербург. Его доклад в Русском географическом обществе проходил под гром аплодисментов. Об экспедиции много писали газеты. Пржевальский удостоился аудиенции у Александра II. Император осмотрел коллекции и распорядился приобрести их для Академии наук. Пржевальскому было присвоено звание подполковника. Русское географическое общество вручило ему свою высшую награду - Большую Константиновскую медаль.

В 1870-1885 годах Пржевальский провёл ещё три экспедиции. Ему удалось проникнуть в самое сердце Центральной Азии. Благодаря Пржевальскому эта географическая область не просто появилась на карте. Весь научный мир получил представление и о природе её.

Наиболее плодотворной была третья экспедиция, начавшаяся зимой 1879 года и продолжавшаяся около двух лет. Отряд из 13 человек проделал путь свыше 7 500 километров. При этом большая часть пути пролегала по ещё не исследованным районам Центральной Азии. Пржевальский стал первым европейским путешественником, проникшим во внутренние районы Тибета.

По возвращении их ждал триумф. Ещё по дороге в Петербург приходилось останавливаться и выступать с докладами. Русское географическое общество избрало Пржевальского своим почётным членом. Он удостоился ордена Святого Владимира 3-й степени. Он стал также почётным членом Венского, Венгерского, Дрезденского, Итальянского географических обществ. Королевское географическое общество в Лондоне наградило его золотой медалью.

Летом 1888 года Пржевальский начал собираться в новую экспедицию по Центральной Азии. В этом путешествии должны были принять участие 25 человек. Правительство ассигновало на него 80 000 рублей. От этой экспедиции ожидался большой успех. Но Пржевальский отправился в путь с тяжёлым сердцем.

5 октября экспедиция прибыла в Пишпек. Во время охоты на фазанов в окрестностях города Пржевальский несколько раз пил сырую воду. 22 октября экспедиция прибыла в Каракол. Здесь Пржевальский почувствовал себя плохо. 29 октября его состояние настолько ухудшилось, что пришлось вызвать доктора. Приходя в сознание, он говорил: "Похороните меня непременно на Иссык-Куле, на красивом берегу. Надпись сделайте простую: "Путешественник Пржевальский".


Далеко не каждому путешественнику удавалось организовать большие экспедиции. Да и не все этого хотели. К примеру, знаменитый русский антрополог, этнограф и путешественник Миклухо-Маклай предпочитал большую часть времени работать в одиночку. Николай Миклухо родился 17 июля 1846 года в небогатой дворянской семье. Отец, Николай Ильич, был инженером-путейцем. Мать, Екатерина Семёновна, урождённая Беккер - полька по национальности.

20 декабря 1857 года Н. И. Миклуха скончался в возрасте 41 года. Материальное положение семьи было крайне тяжёлым, поскольку Н. Миклуха не выслужил пенсии, однако семейные сбережения были вложены в акции пароходной компании "Самолёт"; мать также подрабатывала черчением географических карт. Эти средства позволяли дать детям образование. Мать сумела поднять пятерых детей.

24 сентября 1863 года Н. Миклуха воспользовался возможностью поступления в университет вольнослушателем, без окончания гимназического курса, и подал прошение о зачислении на физико-математический факультет. 26 февраля 1864 года в университете началась сходка, были беспорядки. Кончилось тем, что вольнослушателю Миклухе было запрещено посещать университет и вообще (как утверждал потом Миклухо-Маклай) поступать в русские университеты.

21 апреля 1864 года Николай выехал в Германию, где должен был обучаться доходному инженерному ремеслу. Но он поступает на философский факультет Гейдельбергского университета. Это приводит к конфликту с матерью, от денег которой он полностью зависит.

19 октября 1865 года Николай Миклухо подал заявление на медицинский факультет Йенского университета. Отчасти это произошло под давлением матери. Наставниками Миклухи в Йенском университете стали Карл Гегенбауэр и Эрнст Геккель. Геккель называет Миклуху "своим усердным и полезным помощником". В марте 1866 года научный руководитель Николая Э. Геккель закончил монографию "Общая морфология организмов" и, испытывая усталость от кабинетной работы, решил совершить поездку на Сицилию для изучения средиземноморской морской фауны. В команду он пригласил приват-доцента Рихарда Грефа из Бонна и двух своих студентов - Германа Фоля и Николая Миклуху.

Вернувшись в Йену, Миклуха вновь стал ассистентом Геккеля, но у него выросла самооценка. Перед началом зимнего семестра 1867/1868 годов он, взяв рекомендательные письма Геккеля и Гегенбауэра, совершил поездку по крупнейшим зоологическим коллекциям европейских музеев. Дневников он тогда не вёл, но из отрывочных упоминаний в его научных статьях известно, что он побывал в Дании, Норвегии, Швеции и Франции. 6 июля 1867 года в редакцию "Йенского журнала медицины и естествознания" поступила первая статья учёного, посвящённая рудиментам плавательного пузыря у селахий. Примечательно, что она была подписана "Миклухо-Маклай".

В 1868 году Миклухо-Маклай закончил медицинский факультет Йенского университета; поскольку он не собирался становиться практикующим врачом, то отказался от сдачи государственных экзаменов. Продолжая ассистировать Геккелю, он занялся разработкой двух параллельных тем: морфологии губок и эволюции нервной системы животных. Летом 1868 года вышла его вторая статья - "Материалы к познанию губок". В июле 1868 года Миклухо-Маклай написал свою третью статью - "К сравнительной анатомии мозга", основанную на собственных полевых материалах по мозгу акул. Здесь он впервые обратился к теоретическим вопросам и критиковал тогдашнего авторитета в нейрофизиологии - академика Карла Бэра. В статье Николай Николаевич кратко изложил своё понимание механизма эволюции, в отличие от своих учителей Дарвина и Геккеля.

К тому времени у Миклухо-Маклая не было денег даже чтобы оплатить долги по жилью. В июле и августе он бомбардировал письмами брата Сергея, прося повлиять на мать, жалуясь на нездоровье и безденежье. У Миклухо-Маклая к тому времени долг составлял 463 талера (около 400 рублей серебром), поэтому пришлось бежать от кредиторов. Весь сентябрь 1868 года Миклухо-Маклай провёл в Италии как турист, переезжая из города в город. Вскоре ему удалось обнаружить новый вид известковых губок, который он назвал в честь учителя Astrospongia Heckelii.

В феврале 1869 года Миклухо-Маклай узнал из газет о завершении строительства Суэцкого. Он немедленно загорелся идеей изучить морскую фауну Красного моря, в те времена практически неизвестную. Кроме того, он решил воспользоваться последней возможностью описать фауну Красного моря до того, как она начнет подвергаться воздействию средиземноморской фауны. Планам мешало хроническое безденежье: Николай рассчитал, что минимально необходимая ему сумма составит 500 рублей. Поскольку мать неодобрительно относилась к занятиям наукой, он вновь писал брату Сергею. Наконец в начале марта Е. С. Миклуха прислала 1000 франков, что соответствовало 300 рублям.

22 марта Миклухо-Маклай покинул Каир, направившись в Суэц. Там он испытал первый приступ малярии - болезни, которая будет преследовать его всю жизнь. Судя по инкубационному периоду, заразился он ещё на Сицилии, где в те времена болезнь была широко распространена.

Условия для исследований оказались тяжелы: жара даже ночью не опускалась ниже +35 ╟С, чаще всего не было жилья, приступы малярии не прекращались, а от пыли пустыни развился сильный конъюнктивит.

С большим трудом Николай вернулся в Суэц, собрав, тем не менее, коллекцию роговых, кремнёвых и известковых губок, хранящуюся ныне в Зоологическом музее РАН. После пятилетнего отсутствия Николай Николаевич Миклухо-Маклай вернулся в Россию.

Путешествие Миклухо-Маклая на Красное море сыграло важную роль в судьбе учёного. Здесь проявились характерные особенности его деятельности: склонность работать в одиночку, предпочтение стационарных методов исследования. Он стал превращаться в натуралиста широкого профиля.

Ко времени возвращения Н. Н. Миклухо-Маклая в Россию материальное положение семьи Миклух несколько улучшилось: пароходное общество "Самолёт" стало выплачивать дивиденды по акциям. Но он отвык от России, и его раздражала окружающая действительность и люди. Кроме того, у него повторились малярийные приступы, сопровождавшиеся бредом и обмороками. В августе он добрался до Саратова, где благодаря заботам родных несколько оправился.

Прожив месяц под Саратовом, Миклухо-Маклай отбыл в Москву на Второй съезд русских естествоиспытателей, проходивший с 1 по 11 сентября 1869 года. Он записался на секцию зоологии и сравнительной анатомии, на которой были представлены 69 докладов. Два из них принадлежали Миклухо-Маклаю.

После съезда Миклухо-Маклай отправился в Петербург, где был нанят академиком Брандтом. Тому нужен был помощник для обработки и публикации коллекций губок, собранных К. М. Бэром и А. Ф. Миддендорфом.

Учёный быстро справился с этим заданием и опубликовал два сообщения на немецком языке в изданиях Петербургской академии наук. Это способствовало принятию его в ряды Русского географического общества (РГО). Уже 5 октября Миклухо-Маклай выступил на совместном заседании физической и математической секций РГО с докладом о путешествии на Красное море.

После знакомства с князем Кропоткиным, планировавшим большую полярную экспедицию, Миклухо-Маклая 8 октября представить в РГО собственный проект экспедиции на Тихий океан. Совет РГО, собравшийся 28 октября 1869 года, постановил "принять план г-на Маклая, включающий не только исследования животных, но и антрополого-этнографические наблюдения". Было решено обратиться в Морское министерство, чтобы доставить его в Тихий океан и обратно на военном судне.

После доклада Миклухо-Маклай сразу уехал в Йену готовить монографию об эволюции мозга у рыб. Параллельно с подготовкой монографии "Материалы по сравнительной неврологии позвоночных" он штудировал литературу об Австралии и Океании. Наибольший интерес вызвала статья А. Петерманна "Новая Гвинея. Немецкие призывы от антиподов", вышедшая в ноябре 1869 года. В феврале 1870 года Миклухо-Маклай писал Остен-Сакену, что намерен остаться на островах южной части Тихого океана, по крайней мере, на 3-4 года. Несмотря на опасения РГО, Совет Общества 11 мая 1870 года планы Миклухо-Маклая одобрил и назначил ему пособие в размере 1200 рублей. 21 мая морской министр адмирал Краббе сообщил, что получено Высочайшее разрешение принять Миклухо-Маклая на корвет "Витязь", но "без производства довольствия от морского ведомства". Отправление экспедиции назначалось на сентябрь.

11 марта состоялась встреча в Веймаре с И. С. Тургеневым и Полиной Виардо. Они довольно хорошо сошлись. Контакты - очные и заочные - Миклухо-Маклая с писателем продолжались до самой смерти Тургенева в 1883 году.

В материальном отношении Миклухо-Маклай по-прежнему полностью зависел от матери, с которой предпочитал в тот период общаться через сестру Ольгу. Сдав в набор книгу, в апреле 1870 года учёный решил поехать в Лондон для консультаций со специалистами и закупки научного оборудования. Наделав в Йене долгов, на последние деньги Николай выехал в Лейден, где получил чек от матери с письмом, в котором заявлялось, что он больше не может ни на что рассчитывать.

В Лондоне он лично познакомился с Томасом Гексли. Гексли поделился воспоминаниями о своём путешествии в Австралию и Новую Гвинею в 1846-1850 годах, а также дал рекомендацию для приёма в Адмиралтействе.

Не удалось закупить никакого оборудования в связи с британской дороговизной. 30 апреля Николай срочно покинул Лондон из-за обострения малярии и вернулся в Йену. Он не мог выехать в Россию из-за безденежья, и только 24 мая Екатерина Семёновна Миклуха в очередной раз прислала ему перевод.

В Новую Гвинею Миклухо-Маклаю предстояло добираться в Новую Гвинею самостоятельно из Батавии, т.к. Морское ведомство не собиралось ради него менять маршрут "Витязя". Субсидии РГО в 1200 руб. было заведомо недостаточно: сам учёный оценивал бюджет своей экспедиции минимум в 5000 руб. В этой ситуации он вновь обратился к матери с просьбой продать полагающуюся ему в счёт наследства долю акций компании "Самолёт". Но мать отказала. Учёный пытался одалживать деньги у знакомых, наконец, передал в Зоологический музей свои коллекции губок, но с условием компенсации расходов на "собирание, хранение и провоз этих коллекций", которые оценил в 300 рублей. Некоторые члены РГО снабдили его безвозмездно оборудованием. Академик Семёнов сумел заинтересовать предприятием Миклухо-Маклая известную меценатку - великую княгиню Елену Павловну. В результате удалось добиться изменения маршрута "Витязя".

19 октября 1870 года Миклухо-Маклай выступил на общем собрании РГО, сообщив, что планирует экспедицию продолжительностью в 7 или 8 лет, но программа была довольно неопределённой, хотя и очень амбициозной. У части присутствующих вообще возникло недоумение, поскольку исследования тропических островов казались ненужными для России. Однако по уставу РГО одобрения планов общим собранием не требовалось. Вскоре учёный получил открытое рекомендательное письмо для всех русских консулов в портах и на островах Тихого океана, а Министерство внутренних дел Российской империи прислало РГО заграничный паспорт на имя "дворянина Миклухо-Маклая, командированного с учёной целью". Так была легализована двойная фамилия исследователя.

29 октября "Витязь" навестил великий князь Константин Николаевич, который долго беседовал с Миклухо-Маклаем. Было решено, что через год после высадки русское военное судно посетит Новую Гвинею; в случае, если исследователя не будет в живых, оно должно было забрать рукописи, упакованные в герметические цилиндры. Отплытие состоялось 8 ноября 1870 года. Миклухо-Маклаю было тогда 24 года.

В начале февраля корвет попал в экваториальную штилевую зону (командир берёг уголь и шёл под парусами). 3 февраля Миклухо-Маклай провёл эксперимент с измерениями температуры океанской воды на большой глубине. Эксперимент продолжался три часа, за это время было достигнуто дно на глубине 1829 м (1000 морских саженей) и измерена температура воды +3,5 ╟С, в то время как на поверхности она составляла +27,56 ╟С. Уже в 1871 году учёный написал по этому поводу статью, опубликованную в "Известиях РГО".

7 февраля корвет пересёк экватор, а утром 20 февраля прибыл в Рио-де-Жанейро. В Бразилии Миклухо-Маклай сразу же устроился в городскую больницу, где имел возможность осмотреть несколько сот представителей чёрной расы обоего пола. Наиболее интересные с его точки зрения "образчики" он водил к фотографу, где запечатлевал без одежды "с трёх сторон и в пяти положениях". Судьба этого антропологического фотоархива неизвестна.

9 марта 1871 года плавание продолжилось, 1 апреля "Витязь" вошёл в Магелланов пролив. Через три дня они пришли в Пунта-Аренас. Хотя резкий переход от тропиков Бразилии к холодам Патагонии привёл к болезни Миклухо-Маклая, он усердно изучал и зарисовывал патагонцев.

11 апреля "Витязь" продолжил путь. 16 он апреля вышел в Тихий океан и направился на север вдоль побережья Чили. В начале мая команда добралась в Вальпараисо. Для изучения индейцев учёный поехал в Талькауано, где приобрёл у начальника местной тюрьмы более 200 карточек арестантов с фотографиями и описанием преступлений: он считал, что сможет установить связь между характером и формой черепа. Эти материалы также до сих пор не обнаружены.

Курс к Новой Гвинее был проложен по кратчайшей дистанции. 24 июня "Витязь" подошёл к острову Пасхи и лёг в дрейф у западного побережья. 21 июля команда прибыла на Таити. 11 августа "Витязь" прибыл в Апиа, это был последний пункт, где Миклухо-Маклай мог снабдиться припасами и нанять слуг. Учёный встретился с предпринимателем Теодором Вебером, который заодно был германским консулом на Самоа. Открытое письмо немецкого правительства, предписывающее оказывать Николаю Николаевичу безвозмездные услуги, произвело впечатление. Вебер подыскал двух слуг: шведского матроса Ольсена и юношу с острова Ниуэ по кличке Бой.

19 сентября 1871 года корабль достиг северо-восточного побережья Новой Гвинеи, войдя в Залив Астролябия. 20 сентября 1871 года "Витязь" встал на якорную стоянку примерно в 140 м от берега. Вскоре появились папуасы; их допустили на борт корвета, но после мирной встречи командир распорядился дать артиллерийский салют: перепуганные папуасы бросили подарки и поспешно ретировались. Миклухо-Маклай, отказавшись от охраны, с Ольсоном и Боем высадился на берегу и посетил деревню, всё население которой сбежало в джунгли. Самым смелым оказался папуас по имени Туй. Именно Туй стал в дальнейшем главным посредником Миклухо-Маклая при общении с обитателями прибрежных деревень.

Миклухо-Маклай при помощи Туя выбрал для стационарной базы небольшой мыс Гарагаси, где была сооружена хижина для учёного (размером 7 × 14 футов), а в шалаше, принадлежащем Тую, устроили кухню. Из продуктов у Николая Николаевича было два пуда риса, чилийские бобы, сушёное мясо и банка пищевого жира. 27 сентября "Витязь" покинул залив.

Первый месяц на Новой Гвинее прошёл довольно напряжённо. Миклухо-Маклай пришёл к выводу, что его визиты чрезмерно беспокоят островитян и ограничился только контактами с туземцами, навещавшими его на мысе Гарагаси. Поскольку он плохо знал язык и обычаи, то первое время ограничивался метеорологическими и зооботаническими исследованиями. Уже 11 октября его свалил первый "пароксизм" лихорадки, повторные приступы продолжались во всё время пребывания учёного в Заливе Астролябии. Постоянно болели слуги, особенно плохо было Бою, у которого Миклухо-Маклай диагностировал "опухоль лимфатических желёз в паху". Проведённая операция не помогла, 13 декабря мальчик умер. Тело Боя было захоронено в море, а папуасам исследователь внушил, что юноша "улетел в Россию".

К новому, 1872 году авторитет Миклухо-Маклая среди местного населения вырос, и 11 января он впервые получил приглашение в деревню Бонгу. Произошёл обмен подарками, но жён и детей новогвинейцы от учёного по-прежнему прятали. В феврале 1872 года Николаю Николаевичу удалось излечить Туя от тяжёлого ранения (на него упало дерево, рана на голове загноилась), после чего учёный был принят в деревне, Туй представил ему жену и детей; мнение о европейце как о злом духе было значительно поколеблено.

После этого учёный мог спокойно совершать дальние экскурсии по побережью и даже в горы. Наибольшую трудность создавал языковой барьер: к концу своего первого пребывания на Новой Гвинее учёный владел примерно 350 словами местного языка бонгу, а в окрестностях бытовали не менее 15 языков. Зачастую для того, чтобы выяснить значения самых обиходных слов, у Миклухо-Маклая уходили месяцы.

Исследованные территории, берега залива Астролябия и часть побережья к востоку от него до мыса Хуон, Миклухо-Маклай назвал своим именем - "Берег Миклухо-Маклая". 19 декабря 1872 года в Залив Астролябии вошёл паровой клипер "Изумруд". К тому времени Миклухо-Маклая считали погибшим, о чём даже была напечатана заметка в газете "Санкт-Петербургские ведомости" от 6 (18) июля. Состояние здоровья и невозможность нормально обработать научные материалы побудили Миклухо-Маклая покинуть (хотя бы временно) Новую Гвинею. После двухдневных проводов в прибрежных деревнях Николай Николаевич погрузился на борт "Изумруда", который 24 декабря на рассвете поднял якорь и направился к Молуккским островам. Характерно, что после всего пяти дней пребывания в бухте Константина более половины команды заболели малярией.

В январе 1873 года "Изумруд" прибыл на Тернате, где простоял 6 недель - до полного выздоровления экипажа. Судовой врач залечил Миклухо-Маклаю нарывы на ногах, и, хотя приступы малярии не оставляли его, он был весьма бодр. На Тернате Миклухо-Маклай окончил предварительный отчёт о Новой Гвинее для РГО. В апреле команда отбыла в Гонконг, где Н. Н. Миклухо-Маклай впервые обратил внимание на свою известность, растиражированную английскими газетами. Он совершил поездку в Гуанчжоу.

В Гонконге антрополог заинтересовался феноменом наркомании и намеревался посетить опиекурильню, чтобы на собственном опыте испытать действие опиума. Врач-англичанин Клоус отговаривал Николая Николаевича от этого шага, но в итоге согласился присутствовать при эксперименте и записывать ощущения, сообщаемые ему Миклухо-Маклаем. Опыт проводился в Китайском клубе, имеющем кабинеты для курения. За три часа исследователь выкурил 27 трубок (суммарно - 7 г опиума), то есть дозу, значительно превышающую обычную для китайских курильщиков. Пройдя все фазы наркотического опьянения, учёный впал в прострацию, а следующие два дня испытывал головокружения и тяжесть в ногах. По результатам опыта Миклухо-Маклай в 1875 году опубликовал в Батавии статью на немецком языке "Опыт курения опиума (физиологическая заметка)".

Из Гонконга Миклухо-Маклай связался с генерал-губернатором Нидерландской Ост-Индии Джеймсом Лаудоном, ходатайствуя об участии в голландской экспедиции на Новую Гвинею. Лаудон тут же сообщил, что учёный будет в экспедиции "самым желанным гостем". Решение было принято: в Батавии Николай Николаевич покинул борт "Изумруда".

16 августа 1873 года в Батавии Миклухо-Маклай был избран иностранным членом-корреспондентом Королевского общества естествоиспытателей Нидерландской Ост-Индии. В Бейтензорге встретились Николай Николаевич и английский биолог Джон Гелтон, который под впечатлением личности русского учёного в 1874 году опубликовал в журнале "Nature" статью об исследованиях в Новой Гвинее. Перевод статьи Гелтона был опубликован в России в журнале "Знание" в 1874 году, а в сборнике "Природа" увидели свет "Антропологические заметки" самого Миклухо-Маклая в переводе с немецкого Д. Н. Анучина.

Финансовое положение учёного оставалось тяжёлым: у Лаудона он был вовсе избавлен от расходов, но будущее было неопределённым. Семья перестала с ним общаться после покупки имения в Малине и до самого возвращения в Россию в 1882 году. Однако нашёлся меценат - чиновник Министерства иностранных дел В. Л. Нарышкин, который через РГО перечислил Миклухо-Маклаю 2000 рублей. Это было весьма кстати, поскольку голландская экспедиция на Новую Гвинею сорвалась из-за начавшейся в это время Ачехской войны, вдобавок в ноябре 1873 года Николай Николаевич ощутил первые симптомы лихорадки денге.

Покинув Бейтензорг, 15 декабря 1873 года Миклухо-Маклай начал дневник, который до конца поездки вёлся сравнительно аккуратно. Генерал-губернатор устроил путешественника на пароход "Король Вильгельм III". Во время плавания к Молуккским островам резко ухудшилось состояние здоровья учёного: участились приступы малярии и вновь проявилась незалеченная лихорадка денге. Учёный, однако, продолжил работу. 2 января 1874 года Миклухо-Маклай высадился на Амбоне - конечной цели своего плавания.

Наняв в Амбоне местных жителей-христиан, уже бывших на Новой Гвинее, 23 февраля 1874 года Миклухо-Маклай отправился на остров. Главной целью плавания было сопоставление антропологического состава населения юго-западного побережья в сравнении с северо-восточным на Новой Гвинее. С 27 февраля по 23 апреля проходило плавание вдоль берегов, в течение которого Миклухо-Маклай уточнил официальную голландскую карту.

В целом путешествие оказалось намного менее результативным, чем первое. Однако именно здесь Миклухо-Маклай впервые столкнулся с работорговлей, и ему удалось лично арестовать и добиться осуждения одного из пиратских командиров. В научном плане наиболее интересным его открытием стали результаты обследования малайско-папуасских метисов. Было установлено, что межрасовые браки дают здоровое потомство, а не приводят к неполноценности. Была у него и любовница - малайско-папуасская метиска по имени Бунгарая.

С лета 1874 года европейская и русская пресса начала регулярно отслеживать деятельность Миклухо-Маклая: Новая Гвинея входила в моду. Барону Остен-Сакену удалось добиться новой субсидии от РГО в размере 1500 руб., он также обратился в Общество любителей естествознания, антропологии и этнографии за дополнительной финансовой поддержкой путешественнику, но получил отказ. Сам Николай Николаевич обдумывал в тот период экспедицию по Яве, однако, понимая, что это приведёт к конфликтам с колониальными властями, 20 ноября 1874 года отплыл в Сингапур, который решил сделать своей главной базой для исследований на Малаккском полуострове. Прибыл он туда 24 ноября. Покровительство учёному оказал британский генерал-губернатор Эндрю Кларк. Он рассчитывал использовать этнографа как разведчика, поскольку даже в 1874 году во многих районах полуострова не бывал ни один европеец.

В июне 1875 года Миклухо-Маклай отправился во вторую экспедицию по Малаккскому полуострову, поднявшись по реке Джохор до реки Эндау. Путешествие продолжалось до октября. Британские власти - в Сингапуре сменился генерал-губернатор - стремились как можно быстрее получить информацию стратегического характера, в результате Николай Николаевич скорейшим образом покинул город и вернулся в Батавию.

Ещё в мае 1875 года, вернувшись из поездки по Малакке, Миклухо-Маклай был встревожен газетными сообщениями о готовящейся аннексии восточной части Новой Гвинеи, в частности Берега Маклая. 24 мая он написал письмо П. П. Семёнову, который тогда фактически руководил РГО. По косвенным данным, он сообщал, что намерен "сплотить в одно целое" аборигенов Берега Маклая, и просил выяснить, поддержит ли правительство России его начинание. Не получив ответа, 28 октября он отправил второе письмо. Миклухо-Маклай заявлял, что не желает русской колонизации Новой Гвинеи, а намеревается установить над ней протекторат, который понимал как особое отношение между слабой и сильной стороной с сохранением суверенитета последней.

Письмо от 28 октября П. П. Семёнов переслал в Министерство иностранных дел, департамент внутренних сношений которого только что возглавил Ф. Р. Остен-Сакен. Остен-Сакен немедленно подготовил записку "О русском путешественнике Миклухо-Маклае" для доклада императору; в её редактировании принимал участие канцлер А. М. Горчаков.

Примечательно, что он рекомендовал просьбу о протекторате отклонить, что Александр II и сделал. Решение правительства было изложено в письме, которое было отправлено Миклухо-Маклаю в феврале 1876 года и достигло адресата два года спустя. П. П. Семёнов, помимо изложения позиции высшей инстанции, мягко попенял путешественнику, что он "с почвы научной переходит на почву чисто практическую".

Не получив своевременного ответа, Николай Николаевич стал готовить самостоятельную экспедицию. Голландский предприниматель из Сингапура К. Шомбургк согласился отправить Миклухо-Маклая на коммерческой шхуне "Си Бёрд", отплывавшей из порта Чиребон на Яве в феврале 1876 года. На борту шхуны "Си Бёрд" Миклухо-Маклай написал открытое письмо для отправки Остен-Сакену, которое пришло в Петербург летом 1876 года. Главным в этом письме было заявление, что он один, не рассчитывая на чью-либо помощь, попытается отстоять независимость папуасов. По получении письма было решено его не печатать, а взамен дать в официозной прессе статью о деятельности учёного. Такая статья - "Значение деятельности Миклухо-Маклая" - от имени редакции увидела в свет в газете "Голос" 2 (14) ноября 1876 года. Судя по финальной части статьи, русское правительство всё-таки решило осторожно поддержать инициативу Миклухо-Маклая, не давая ему, впрочем, никаких гарантий. Это позволяло в будущем использовать его деятельность в российских интересах, в качестве "разменной карты" в дипломатической игре.

По пути, несмотря на болезни, Миклухо-Маклай продолжал этнографические исследования, наиболее подробные наблюдения он сделал на Палау и Япе, где остановился на две недели. Не владея местными языками, он использовал в качестве переводчиков европейских торговцев и островитян, которые освоили английский язык. 27 июня 1876 года исследователь высадился в Заливе Астролябия.

Хотя второе пребывание на Новой Гвинее оказалось самым длительным в экспедиционном опыте Миклухо-Маклая - 17 месяцев, его описания не столь подробны, как дневники 1871-1872 годов, более того, оригиналы полевых дневников утрачены. На сей раз, Миклухо-Маклай разместил свою резиденцию на мысе Бугарлом близ деревни Бонгу (от старого дома на мысе Гарагаси остались только сваи, изъеденные термитами).

Его слуги и плотник со шхуны за шесть дней соорудили двойной домик на сваях длиной 10 и шириной 5 м. Людей и кухню разместили отдельно, а учёный имел в своём распоряжении кроме спальни и веранды ещё и анатомичку, кабинет для антропологических измерений и склад, которые располагались под свайным навесом двухметровой высоты.

Близ дома был разбит огород, на котором выращивались кукуруза, тыквы, арбузы и огурцы, уже через несколько месяцев и местные жители стали заимствовать эти культуры. Папуасы тепло приняли исследователя, а усовершенствовав знание языка, он получил возможность расширить круг наблюдений: получил приглашение на свадьбу и даже смог наблюдать обряд умыкания невесты, присутствовал на похоронах и собрал интересные материалы о погребальных обычаях.

Особенность второй экспедиции на Берег Маклая - многочисленные экскурсии, совершённые учёным; всего он посетил более 20 деревень. Вероятно, они преследовали и цели создания Папуасского Союза, о существовании которого он публично объявил. Собственно научная деятельность не прекращалась: он составил 14 кратких словников языков, на которых говорили обитатели 27 деревень. Тем не менее, учёного не покидали опасения о нашествии авантюристов и работорговцев, не случайно, что именно в Бугарломе он написал статью об известных ему случаях похищения людей капитанами торговых судов.

По договору с Шомбургком он должен был прислать за Миклухо-Маклаем судно через 6 месяцев, но договора не выполнил. Это вновь поставило учёного на грань физического выживания: закончились съестные припасы и даже писчая бумага. Пришлось перейти на подножный рацион, а записи делать на листах, вырываемых из книг, обёрточной бумаге и проч. За 17 месяцев второго пребывания на Берегу Маклая так и не появилось ни одного европейского судна. Неопределённость положения нервировала Николая Николаевича. Вновь резко ухудшилось состояние его здоровья.

Только 6 ноября 1877 года появилось судно: Шомбургк с годичным опозданием прислал шхуну "Флауэр оф Ярроу". Она вела меновую торговлю в Северо-Западной Микронезии и заодно была направлена в бухту Астролябии. На шхуне свирепствовала цинга. Миклухо-Маклай оставил дом со всей обстановкой жителям Бонгу, взяв с собой только книги и рукописи, но перед отъездом собрал вождей всех окрестных деревень и повелел при появлении европейских судов уводить женщин и детей в горы, а самим папуасам соблюдать крайнюю осторожность. Сообщил он и тайные знаки для опознания своего посланца, если не сможет приехать сам.

Плавание в Сингапур продолжалось около двух месяцев и сильно ухудшило состояние здоровья Миклухо-Маклая. Вследствие плохого питания к малярии присоединились цинга и хронический колит. К моменту прибытия, 18 января, он был почти не в состоянии писать. Телесные недуги в результате привели к тяжёлому нервному срыву.

Тяжёлое физическое состояние учёного усугубляли денежные проблемы. Благодаря призывам к Мещерскому и Остен-Сакену, 9 апреля 1877 года Миклухо-Маклай получил 3577 долларов переводом. Денег хватило только на расплату с Шомбургком, однако долги по первой экспедиции на Новую Гвинею так и не были погашены. Себе исследователь оставил 450 долларов.

Поскольку от матери не было никаких известий, а русский военный флот не собирался посылать суда в Южные моря (в том числе из-за русско-турецкой войны), Миклухо-Маклай решил переехать в Австралию. Отправив за собственный счёт своих палауских слуг на родину, Николай Николаевич купил билеты на пароход "Сомерсет".

За день до отплытия он распорядился отнести в банк дневники и зарисовки своей второй экспедиции, при этом, не запомнив названия банка и не взяв расписки. Только в 1882 году он предпринял поиски рукописей, но они, ни к чему не привели. Он даже не смог самостоятельно взойти на борт парохода, в каюту его внесли на руках.

18 июля 1878 года пароход прибыл в Сидней. Путешественника принял почётный консул России Э. М. Поль, в доме которого он и остановился. В Сиднее о Миклухо-Маклае хорошо знали, и уже на следующий день - 19 июля три ведущие газеты опубликовали статьи о прибытии "барона Маклая". Путешественник не стал опровергать сведений о своём титуле и даже заказал себе визитные карточки и почтовую бумагу с вензелем "М" под баронской короной. Уже 29 июля - через 11 дней после прибытия в Австралию - Миклухо-Маклая избрали почётным членом Линнеевского общества.

Уже в ноябре 1878 года Миклухо-Маклай переселился в Австралийский музей, где ему была предоставлена комната и лаборатория. Научная деятельность его была разнообразна. Увлекшись работой, он даже отклонил возможность вернуться в Россию: русский военный корабль тогда мог зайти в Сидней, направляясь на Балтику.

На шхуне "Сэди Коллер", команда которой занималась добычей гуано, Миклухо-Маклай отплыл 27 марта 1879 года. В сиднейских газетах утверждалось, что он собирался посетить Новую Британию и Новую Каледонию, а потом вернуться на Новую Гвинею. Деньги на поездку, 150 фунтов, одолжил ему У. Маклей.

Уже в Нумеа исследователь столкнулся с фактами работорговли, а потом на Новых Гебридах специально занялся методами охоты на людей и их перепродажи. Одновременно он испортил отношения с капитаном Уэббером, который бесчеловечно обращался с туземным экипажем, и принял решение высадиться на архипелаге Луизиада, что и осуществил 18 января 1880 года. Через три дня на острове Вари его подобрали английские миссионеры, которые совершали инспекционную поездку по юго-восточному побережью Новой Гвинеи.

Заразившись там новой формой злокачественной лихорадки, измученный путешественник 12 мая 1880 года прибыл в Брисбен - главный город колонии Квинсленд. С главой правительства Квинсленда, Артуром Палмером, Миклухо-Маклай был знаком ещё по Малакке с 1875 года. Благодаря этому знакомству путешественнику предоставили бесплатный переезд по железной дороге, выделили лабораторию в Квинслендском музее и разрешили использовать аппаратуру Землемерного ведомства (фотоаппараты и химикаты для проявки и печати фотографий).

Финансовое положение учёного оставалось довольно напряжённым: пребывая в Квинсленде, он не нёс вообще никаких расходов. Вскоре консул Э. М. Поль получил из Петербурга 4500 рублей для него, что при тогдашнем курсе составляло 606 фунтов стерлингов. Это позволило вернуть долг У. Маклею и вернуться в Сидней. Однако главный долг фирме Дюммлера в Батавии достиг 13 500 гульденов, то есть 1000 фунтов, и оставался непогашенным. Деньги прислал князь А. Мещерский, организовавший в Европе большую кампанию по помощи учёному.

В конце января 1881 года Миклухо-Маклай вернулся в Сидней и вновь занялся делами биологической станции. Правительство безвозмездно предоставило землю и назначило попечительский совет, председателем которого был известный врач Дж. Кокс; Миклухо-Маклай был избран почётным секретарём. Министр просвещения Нового Южного Уэльса - Дж. Робертсон - назначил Миклухо-Маклая директором заведения, получившего название Морской биологической станции.

24 ноября 1881 года датирован "Проект развития Берега Маклая", адресованный коммодору Дж. Уилсону - командующему британскими ВМС в юго-западной части Тихого океана. Это было ответом на события августа - октября 1881 года, когда в Сиднее стало известно, что в деревне Кало на юго-восточном побережье Новой Гвинеи были убиты несколько христианских миссионеров. Коммодор Уилсон решил устроить показательную акцию - деревню сжечь, вырубить плодовые деревья и плантации и, по возможности, расправиться с жителями. Миклухо-Маклай настоял на своём присутствии в карательном походе (в Порт-Морсби и деревню Кало), и ему удалось спасти аборигенов от расправы.

В "Проекте развития" Миклухо-Маклай решительно заявлял, что намерен вернуться на побережье своего имени, чтобы спасти островитян от белых захватчиков. Главной своей задачей он заявлял достижение более высокой ступени самоуправления на основе уже существующих местных обычаев. Из изолированных дотоле деревень должен быть составлен Большой Совет, членами которого были бы самые авторитетные старейшины деревень, но внутренние дела каждой деревни оставались бы в ведении традиционных советов. В качестве первоочередной задачи выдвигалось строительство школ, пристаней, дорог и мостов, а также всемерное развитие местной экономики. На себя Миклухо-Маклай возлагал обязанности консультанта Большого Совета и министра иностранных дел.

В конце декабря 1881 года в Сидней пришла русская эскадра в составе крейсера "Африка" и клиперов "Пластун" и "Вестник" под командой контр-адмирала А. Асланбегова. Это было удобной возможностью для Миклухо-Маклая посетить Россию, где он не был к тому моменту 12 лет.

Рядом с биологической станцией располагалось поместье сэра Джона Робертсона - неоднократного премьер-министра колонии Новый Южный Уэльс. В своё время Робертсон отстаивал идею станции Миклухо-Маклая и даже лично выбрал участок для строительства и наблюдал за ходом стройки. Летом 1881 года 35-летний путешественник познакомился с его дочерью - недавно овдовевшей 25-летней Маргарет Робертсон-Кларк. Маргарет была весьма образованной женщиной, она несколько раз ездила в Европу. Маргарет хотела сделать карьеру оперной певицы и собиралась ехать для этого в Италию, а также симпатизировала католицизму. Расстались они 17 февраля 1882 года и, видимо, уже тогда решили вступить в брак.

Морское министерство разрешило Миклухо-Маклаю следовать на борту клипера "Вестник", который тогда находился в Мельбурне. Эскадра покинула Австралию 24 февраля; на борту "Вестника" путешественник добрался до Сингапура, где перешёл на борт крейсера "Азия". Крейсер 9 июня достиг Суэца и далее следовал в Неаполь, но 11 июня начались вооружённые события в Александрии, из-за которых "Азия" простояла на рейде Суэца до 15 июля. Только 18 июля Миклухо-Маклай покинул Египет, а далее сошёл на берег в Генуе и перешёл на борт броненосца "Пётр Великий", идущего на Балтику. 31 августа (12 сентября) 1882 года броненосец ошвартовался на Кронштадтском рейде.

Российская публика с нетерпением ждала возвращения Миклухо-Маклая: газета "Голос" отслеживала этапы передвижения путешественника и получала от него краткие телеграммы. Однако Николаю Николаевичу почти нечего было представить в РГО - черновые рукописи дневников нуждались в обработке, поэтому во время плаваний он написал множество конспектов лекций о путешествиях и лабораторных изысканиях. Подготовка лекций была полезна и в другом отношении: по сути, он впервые систематизировал собранный материал и расположил его в определённой последовательности.

Первое "Чтение" в РГО состоялось 29 сентября (11 октября) в зале Географического общества и было посвящено двум путешествиям на Новую Гвинею. Стенограмма лекции была немедленно опубликована в столичных газетах, при этом сами выступления не отличались особой эффектностью.

На пике общественной популярности Миклухо-Маклая он был представлен императору Александру III. На аудиенции у императора Миклухо-Маклай доложил о проведённых экспедициях и пожаловался на безденежье. Через пять дней он получил приглашение от императрицы Марии Фёдоровны рассказать царской семье и придворным несколько наиболее знаменательных эпизодов. Вероятно, тогда же император распорядился урегулировать финансовые дела исследователя.

12 октября, накануне заседания Совета РГО, Миклухо-Маклай уехал в Москву. Общество любителей естествознания, антропологии и этнографии приняло Миклухо-Маклая своим непременным членом и наградило золотой медалью. 15 октября Николай Николаевич выступал в большом зале Политехнического музея, где собралось более 700 человек.

13 октября прошёл Совет РГО, по результатам которого было направлено письмо министру финансов Н. Х. Бунге: предлагалось в течение двух лет выплачивать Миклухо-Маклаю по 400 английских фунтов в год до завершения его большого труда и погасить лежащий на нём долг в 1350 фунтов. 31 октября император постановил выплатить эти суммы из его личных средств, но с условием, что труд учёного будет напечатан на русском языке и издан в России.

Здоровье Миклухо-Маклая сильно ухудшилось после пребывания в Москве и Петербурге. 28 ноября 1882 года он покинул Россию и отправился поездом в Берлин. 16 декабря он присутствовал на заседании Берлинского общества антропологии, этнологии и первобытной истории.

В январе 1883 года Миклухо-Маклай неделю провёл в Англии, где попытался реализовать "Проект развития Берега Маклая". Конкретных договорённостей с потенциальными спонсорами достигнуть не удалось.

Через Геную и Неаполь Миклухо-Маклай добрался до Порт-Саида, где получил корреспонденцию из Австралии, в том числе письмо от Маргарет, в котором она соглашалась стать его женой. Но, если "Скобелев" придёт в Сидней в конце марта, у исследователя не останется времени для встречи с невестой. Он немедленно написал Шестакову, прося скорректировать планы. Однако 22 февраля, когда пароход с Миклухо-Маклаем прибыл в Батавию, там находился и "Скобелев" под флагом командующего отрядом русских судов на Тихом океане - контр-адмирала Н. В. Копытова. Планы вновь резко поменялись: 24 февраля 1883 года корвет с Миклухо-Маклаем на борту взял курс на Новую Гвинею.

17 марта 1883 года "Скобелев" вошёл в Залив Астролябия и ошвартовался в бухте Константина. Третье пребывание на Берегу Маклая оказалось самым кратким - всего 8 дней. Миклухо-Маклай обнаружил, что большинство его старых друзей уже умерли (в том числе Туй), два квартала в Бонгу полностью обезлюдели, а прежде большая деревня Горенду была брошена. Сами бонгуанцы объясняли убыль населения болезнями, насланными колдунами из горных деревень, и выражали желание, чтобы Маклай поселился среди них. Маклай явно не оставлял желания осесть на "своём" острове. Однако упадок Бонгу и затянувшаяся война между деревнями повергла его в уныние, и он осознал тщетность своего проекта создания единого сообщества папуасов.

Путешественник высадил в Бонгу неизвестные папуасам садовые культуры - хлебное дерево, манго, апельсин, лимон. Он привёз и зёрна кофе, однако рекомендовал отправить их обитателям горных деревень с наказом горцам, что их привёз сам Маклай. Расставаясь с папуасами через неделю, Миклухо-Маклай пообещал не оставлять их в беде и "со временем" поселиться в этих местах. 23 марта на рассвете "Скобелев" покинул Берег Маклая.

Сойдя со "Скобелева", Миклухо-Маклай на испанском пароходе переехал в Гонконг, чтобы ожидать там оказии до Сиднея. В Гонконге он узнал, что 4 мая 1883 года правительство Квинсленда собственным произволом объявило восточную Новую Гвинею своим владением и обратилось в Лондон за утверждением данной аннексии. Не зная, чем закончится колониальная акция Квинсленда, Миклухо-Маклай написал великому князю Алексею Александровичу и самому императору. В письмах путешественник вернулся к идее 1875 года о российском протекторате над Берегом Маклая, вероятно, надеясь совместить его с Папуасским Союзом.

10 июня 1883 года Миклухо-Маклай вернулся в Сидней и обосновался в здании Биологической станции, занявшись, прежде всего матримониальными делами. Родственники невесты были против заключения брака. Объяснялось это тем, что иностранец "барон Маклай" не имел никаких источников дохода, отличался слабым здоровьем и собирался увезти жену то ли на Новую Гвинею, то ли в Россию.

Сэр Джон Робертсон, отец Маргарет, обратил внимание на то, что брак православного с протестанткой, совершённый по протестантскому обряду, не будет признан законным в России. Миклухо-Маклай в ноябре 1883 года отправил телеграмму обер-гофмаршалу В. С. Оболенскому с просьбой разрешить женитьбу на протестантке с условием, что родившиеся в браке дочери будут протестантского вероисповедания. Обер-прокурор Святейшего Синода К. П. Победоносцев по распоряжению императора в конце января 1884 года отправил в Австралию телеграмму на английском языке, которая разрешала все спорные моменты. Сэр Робертсон вынужден был уступить, и 27 февраля 1884 года Нильс и Рита (как они называли друг друга) обвенчались.

В ноябре родился первенец - Александр. Семья жила в доме близ биологической станции, по-прежнему испытывая материальные трудности: императорская субсидия оказалась недостаточной, - временное облегчение принёс перевод на 200 фунтов от матери Миклухо-Маклая, первый за долгие годы. В декабре 1885 года родился второй сын - Владимир. В Австралии детей исследователя чаще называли Нильсом и Алленом.

Ещё в 1881 году в Сиднее с Миклухо-Маклаем встретился Отто Финш - доверенное лицо германской Новогвинейской компании. Он сумел научиться у путешественника диалекту Бонгу и даже условным знакам, по которым папуасы должны были отличить чужаков от "своих". В октябре 1884 года Финш отплыл на Берег Маклая, выдал себя за брата Маклая и смог купить участки земли под плантации и угольную базу. Почти одновременно с аннексией Порт-Морсби в Залив Астролябии пришёл немецкий крейсер, и над Северо-Восточной Новой Гвинеей был установлен германский протекторат.

В Сиднее об этом стало известно 19 декабря. Новости стали ударом для Миклухо-Маклая. Отчаянные попытки учёного столкнуть между собой Британию, Россию и Германию по вопросу о Новой Гвинее в результате ни к чему не привели, раздел был узаконен британо-германским договором 1885 года.

В начале 1885 года правительство Нового Южного Уэльса приняло решение об отчуждении земли и здания Биологической станции для военных нужд - она располагалась прямо у входа в залив Порт-Джексон. 12 июля Миклухо-Маклай получил предписание освободить здание станции. Это решение было напрямую связано с ростом антирусских настроений в Австралии. Потеря станции натолкнула учёного на мысль о возвращении в Россию. Из-за нездоровья он смог выехать из Брисбена только в конце февраля 1886 года.

Прибыв в Одессу в начале апреля 1886 года, путешественник немедленно получил приглашение от императорского семейства посетить Ливадию. Аудиенция прошла в два дня - 23 и 24 апреля, император живо интересовался делами путешественника, но полностью изложить свои планы о провозглашении независимости Новой Гвинеи Миклухо-Маклай так и не смог.

22 июня 1886 года Миклухо-Маклай приехал в Петербург, и вскоре в издании "Новости и Биржевая газета" появилась заметка о приглашении желающих заняться какой-либо деятельностью на Берегу Маклая. Неожиданно на объявление откликнулись сотни человек со всей России, в том числе и замеченные в связях с революционерами и находящиеся под полицейским надзором. У путешественника спонтанно возник план создания переселенческой колонии, и уже 1 июля он обратился к императору с просьбой дать разрешение на основание такой колонии на Берегу Маклая.

Однако учёный неосторожно заявил в интервью петербургской газете на немецком языке "Герольд", что намерен связать Берег Маклая с Россией путём его населения русскими колонистами. Данное сообщение не осталось незамеченным и в Европе и было перепечатано газетой "Таймс". Из-за усилившегося давления на него уже в августе Миклухо-Маклай признал свой замысел неосуществимым.

22 октября в Петербурге открылась выставка этнографических коллекций Миклухо-Маклая, которые преподносились им в дар Академии наук. Выставка пользовалась успехом, особенно у молодёжи - в день её посещало до 1000 человек. Своеобразным продолжением выставки стали семь лекций, прочитанных в ноябре - декабре 1886 года в зале Городской думы.

Окончательный провал колонизационных планов обострил старую болезнь: давно возникшие боли в челюсти в феврале 1887 года усилились, возникла опухоль. Поскольку финансовое положение Миклухо-Маклая не позволяло жить "на два дома", он решил перевезти семью в Россию. Александр III распорядился выдать на эти нужды 400 фунтов стерлингов. Сильно заболевший исследователь 17 марта 1887 года выехал в Одессу и 20 мая прибыл в Сидней. Семья отбыла из Сиднея уже через 4 дня, на том же пароходе, на котором исследователь приехал из Порт-Саида.

Семейство сошло с парохода в Генуе и через Вену поехало в Россию. В Вене Николай Николаевич и Маргарет вторично обвенчались по православному обряду. В Петербург они прибыли 14 июля. Летом 1887 года болезнь несколько ослабела, Миклухо-Маклай даже успел съездить в Малин, навестить заболевшую мать. Напряжённая работа над вторым томом "Путешествий" привела к тому, что в ноябре он уже не мог выходить из дома. Вскоре отнялась правая рука, видимо, это свидетельствовало о появлении ракового метастаза в левом полушарии мозга.

В конце января 1888 года у Миклухо-Маклая появились отёки ног и нижней части живота, боли не прекращались, началась бессонница. Единственным средством, облегчавшим боли, был морфий. В 20 часов 15 минут 2 (14) апреля 1888 года Миклухо-Маклай скончался. Вскрытие не проводилось по просьбе вдовы, отпевание состоялось в больничной церкви. К выносу тела подошли немногие, в том числе несколько членов РГО во главе с П. П. Семёновым, адмиралы П. Н. Назимов и Н. Н. Копытов. Больше людей пришло на Волковское кладбище, надгробную речь произнёс В. И. Модестов. Николая Николаевича похоронили на Литераторских мостках рядом с отцом и сестрой Ольгой (умершей родами в 1880 году).


В отличие от Миклухо-Маклая, другого путешественника - Фритьофа Нансена больше интересовали северные широты. Фритьоф Нансен родился 10 октября 1861 года недалеко от Христианин (тогдашнее название Осло) в усадьбе Стуре-Фрён. Его отец Бальдур Нансен был преуспевающим адвокатом. Мать происходила из рода графов Ведель-Ярлсберг.

Ещё в юности Фритьоф прославился, как хороший конькобежец и лыжник. В 17 лет он стал чемпионом Норвегии и 12 раз защищал этот титул. Но после окончания гимназии он выбрал науку и поступил в университет на отделение зоологии. В качестве биологической практики в 1882 году Фритьоф отправился в четырёхмесячное плавание по Северному Ледовитому океану на зверобойном судне "Викинг".

Это путешествие произвело сильное впечатление на 20-летнего Нансена. Он полюбил Север и его суровую природу. В 1883-1887 годах Нансен занимался наукой. В 1886 году он был награждён большой золотой медалью Королевской академии наук.

Ещё во время путешествия на "Викинге" Нансен задумал пересечь на лыжах Гренландию. В 1887 году Нансен отправился в Стокгольм посоветоваться с известным шведским полярным исследователем Норденшельдом. Тот отнёсся к планам Нансена скептически, но обещал помочь советами. Нансен через Академию наук ходатайствовал о предоставлении ему правительством 5 000 крон на экспедицию.

В прессе многие не одобряли намерение Нансена начать переход через всё ледяное плато Гренландии с восточного берега, а не от обжитого западного. Ведь таким образом Нансен лишал свою команду путей к отступлению. Но были и такие, кто поверил Нансену. Датский коммерсант А.Гамель пожертвовал на экспедицию 5 000 крон.

Нансен тщательно проверял всё снаряжение в окрестных горах. В состав экспедиции кроме Нансена вошли ещё пять опытных и выносливых участников. В путь они отправились 5 мая 1888 года, а 17 июля высадились на плавучие льды в 20 км. от побережья. С трудом добрались до земли южнее Умивик-фьорда. Отсюда и стартовала экспедиция.

На каждого лыжника приходилось больше 100 кг. Груза, мороз достигал отметки минус 40 градусов Цельсия. Шерстяная одежда плохо спасала от холода. Но отступать лыжникам было некуда, он продвигались вперёд. Через льды Гренландии они прошли 660 км. и 3 октября 1888 года достигли западного побережья. По дороге были собраны ценные научные материалы и проведены метеорологические наблюдения.

На последний пароход они опоздали и в Норвегию вернулись только в 1889 году. Встречали их как национальных героев. К мнению Нансена теперь прислушивались. Ещё за четыре дня до отправления в Гренландскую экспедицию, Нансен получил докторскую степень. Теперь же он стал профессором университета. В 1890 и 1891 году Нансен написал о Гренландской экспедиции две книги: "На лыжах через Гренландию" и "Жизнь эскимосов".

Закончив обработку материалов по Гренландии, Нансен задумал необычную и рискованную экспедицию в район Северного полюса. Он предполагал, что существует сильное восточно-западное течение от Сибири к Северному полюсу и Гренландии. Этому предположению было и подтверждение. В 1881 году к северо-востоку от Новосибирских островов потерпел крушение корабль "Жанетта" американской экспедиции Джорджа Де Лонга. Различные предметы этой экспедиции были обнаружены у юго-западных берегов Гренландии.

Нансен планировал построить прочный корабль и доплыть на нём до Новосибирских островов. Корабль вмёрз бы в лёд и вместе со льдами дрейфовал бы к Северному полюсу и проливам между Шпицбергеном и Гренландией.

Теперь к плану Нансена отнеслись уже с энтузиазмом. Норвежский парламент поддержал план и выделил в 1890 и 1893 годах субсидии в 250 000 крон на строительство судна. Обязательным условием получения средств был чисто норвежский национальный состав команды. Поскольку с 1814 по 1905 год Норвегия была частью Швеции, национальный вопрос очень волновал парламентариев. Остальные необходимые средства были собраны в счёт национальной подписки, частных пожертвований и субсидий разных инвесторов.

Экспедиции помогал и российский барон Эдуард Толль, который организовал на Новосибирских островах эвакуационные базы на случай гибели судна. Он дал также Нансену 35 западносибирских ездовых собак.

Пока шла постройка судна, план Нансена горячо обсуждался во всём мире. Некоторые полярные исследователи отнеслись к нему весьма скептически, считая, что судно будет раздавлено льдами. Но были и те, кто поддержал Нансена.

Корпус судна был построен с таким расчётом, что при сжатии льдами корабль не ломало, а выдавливало на поверхность. На участие в экспедиции претендовало более шестисот человек. У Нансена была возможность подобрать надёжную команду. Готовясь к путешествию, Нансен изобрёл множество полезных приспособлений.

Электричеством корабль подпитывала маленькая ветряная мельница, обеспечивая нормальный световой режим в условиях полярной ночи. "Нансеновский примус" со спиртовой горелкой позволял экономить керосин. Гибкие и лёгкие "сани Нансена" были изготовлены без единого гвоздя, отдельные части связывались ремнями. Сапоги из оленьих шкур имели специальные прокладки из александрийского листа, поглощающие влагу.

При спуске корабля на воду освящала его жена Нансена Ева. С этой очаровательной лыжницей Нансен познакомился на лыжной трассе, когда помог ей выбраться из сугроба. Она оказалась дочерью знаменитого зоолога Михаэля Сарса и одной из лучших певиц Норвегии. Перед свадьбой, сыгранной в 1990 году, Нансен предупредил невесту, что отправляется на Северный полюс. Еву это не испугало. Через год у супругов родилась дочь Лив. Позже появилась ещё девочка и трое мальчиков.

При освящении судна Ева дала ему имя "Фрам", что в переводе на русский означает "вперёд". "Фрам" имел 35 метров в длину и 12 - в ширину. Водоизмещение его было 800 тонн. Стены кают были утеплены, двери кают выходили в общую кают-компанию. Всего было 13 кают.

24 июня ё893 года экспедиция отправилась в путь, имея на борту продовольствия на 5 лет и значительный запас топлива. До района Новосибирских островов "Фрам" дошёл без происшествий. Не доходя до них около 100 миль, "Фрам" повернул к северу и 22 сентября прочно вмёрз в лёд.

Дрейф "Фрама" проходил не так близко к Северному полюсу, как хотел Нансен. Ведь он планировал по пути покорить эту точку на карте. Но Нансен решил всё равно достичь Северного полюса на санях. Месяцы были посвящены лихорадочным сборам. Предстояло построить индивидуальные нарты и каяки по эскимосскому образцу. Он взял с собой самого сильного и выносливого участника экспедиции Ялмара Йохансена и 14 марта на трёх нартах они покинули корабль. До полюса было 645 километров.

Путь оказался очень тяжёлым. Приходилось преодолевать ледовые торосы и участки открытой воды. Они продвинулись к полюсу ближе всех, но приняли мужественное решение повернуть назад и направиться к Земле Франца- Иосифа. Там они вырыли некоторое подобие землянки, обложив её камнями и моржовыми шкурами.

Зимовка продлилась с 28 сентября 1895 года до 19 мая 1896 года. Летом 1896 года им повезло встретиться с английской экспедицией Джексона. На судне этой экспедиции они вернулись 18 августа в Вардё, пробыв в Арктике 3 года. А через неделю в Норвегию

вернулся и "Фрам". Дрейф судна подтвердил наличие течения, которое предполагал Нансен. Были получены ценнейшие материалы о ветрах, течениях и температурах. Было доказано отсутствие участка суши в области дрейфа.

За три года дрейфа на "Фраме" не было больных. Об этой экспедиции Нансен издал ряд научных работ. В 1990 году Нансен участвовал в экспедиции по изучению течений в Северном Ледовитом океане. Новые достижения в полярных широтах Нансен передал своему талантливому преемнику Руалю Амундсену. Нансен мечтал об экспедиции на Южный полюс, но занялся общественной работой.

После Первой мировой войны Норвегия стала нейтральной страной и остро нуждалась в авторитетном дипломатическом представителе. Таким и оказался Нансен. Он стал послом Норвегии в Великобритании, представителем своей страны в Лиге наций и верховным комиссаром по делам военнопленных.

Его дочь Лив Нансен-Хейер написала об отце книгу. Одной и серьёзных заслуг её отца стал "нансеновский паспорт". Такое название получили введённые Лигой наций по инициативе Нансена в 1922 году временные удостоверения личности, заменявшие паспорта для лиц без гражданства и беженцев, которые были рассеяны по многим странам мира. Эти документы облегчили жизнь сотням тысяч перемещённых лиц и помогли им вернуться на родину. Только от геноцида армян Нансеном было спасено около 320 тыс. человек, которые в дальнейшем по "нансеновским" паспортам смогли получить убежища в различных странах, в том числе в Сирии.

Много душевных и физических сил потребовалось Нансену, когда он стал также верховным комиссаром по оказанию помощи голодающим. В России и на Украине голодом были охвачены территории с населением свыше 40 000 000 человек. Собирая пожертвования, Нансен показывал западной аудитории снимки-диапозитивы, сделанные им в районах бедствия. При их демонстрации некоторые зрители теряли сознание.

Выступление Нансена в Лиге Наций 30 сентября 1921 года его биографы считают "самой великой речью в его жизни". В аудитории были люди разных убеждений, в том числе и такие оппоненты, которые считали, что нельзя помогать большевистской России. Нансену удалось найти самые точные слова, радикально поменявшие настрой аудитории.

В его честь ежегодная правозащитная премия была названа "Медалью Нансена". Сам Нансен получил Нобелевскую премию мира, значительную часть которой он потратил на реализацию проекта помощи русским крестьянам.

Последние два года жизни Нансен страдал от сердечных заболеваний. 13 мая 1930 года Фритьоф Нансен скончался на веранде своего дома; похороны были назначены на день национального праздника - 17 мая. Была проведена гражданская панихида в актовом зале университета Осло, был дан салют из Акерсхуса. На похоронах присутствовали король Хокон VII, Бьорн Хелланд-Хансен, Отто Свердруп, Филип Ноэль-Бейкер (командированный от Лиги Наций), генерал-майор Дитриксон - соратник по Гренландии, и другие.

Согласно его завещанию, тело Нансена было кремировано. Урна с прахом учёного была захоронена под одной из берёз в "Пульхёгде".


Другим полярным исследователем был Руаль Амундсен. Руаль Энгельбрегт Гравнинг Амундсен родился 16 июля 1872 года в городе Борге в семье капитана, владельца судоверфи Вервен Йенса Амундсена.

С детства Руаль Амундсен мечтал стать полярным исследователем, зачитывался книгами об экспедиции британского полярника Джона Франклина, который в 1845 году не вернулся из экспедиции по поиску Северо-западного прохода между Атлантическим и Тихим океанами.

Начиная с 15-16-летнего возраста, Амундсен ввёл для себя спартанский режим жизни: строгая диета, физические упражнения, сон на открытом воздухе даже зимой, регулярные лыжные походы в период с ноября по апрель. По собственным словам, Амундсен никогда не любил футбола, но регулярно играл в эту игру, "чтобы тренировать своё тело и приучить его к выносливости"

В 1890 1892 годах Амундсен по настоянию матери учился на медицинском факультете в университете города Христиания (ныне Осло).

В 1893 году, после смерти матери, он оставил учебу и поступил младшим матросом на судно "Магдалена", совершавшее плавания по Северному Ледовитому океану. В 1895 году Амундсен сдал экзамен на штурмана, в 1900 году получил лицензию капитана судна.

В 1897 1899 годах Амундсен в качестве первого помощника капитана корабля "Бельжика" совершил свою первую экспедицию в Антарктику. Возглавлял экспедицию бельгийский морской офицер лейтенант Адриен де Жерлаш.

Целью мероприятия было изучение берега Антарктики, но экспедиция чуть не закончилась трагедией, когда корабль по неопытности руководителя сковал лед около острова Петра I. Прошло 13 месяцев, прежде чем судно освободилось из ледяного плена, и вышло в открытое море. По инициативе Амундсена, который во время дрейфа фактически принял командование на себя, чтобы выжить, команда занялась ловлей пингвинов и тюленей, изготовляя из кожи животных теплую одежду и употребляя их мясо в пищу.

В январе 1901 года Амундсен купил подержанную 47-тонную зверобойную яхту "Йоа". Заняв у брата Густава 10 000 крон, Руаль Амундсен переоборудовал яхту (был поставлен керосиновый двигатель в 13 л. с. и механизированы парусные лебёдки). В апреле он отправился в полугодовое плавание в Баренцево море, как для испытания судна, так и для проведения океанографических работ под руководством Нансена.

1902 год прошёл для Амундсена напряжённо, поскольку не удавалось раздобыть достаточно средств на проведение экспедиции, а первоначально заложенный бюджет в 50 000 крон оказался недостаточным. К началу 1903 года финансовый дефицит Амундсена достиг 70 000 крон.

Проблема безденежья преследовала полярника всю жизнь. До последней минуты отправление экспедиции было под угрозой: общая сумма расходов составила 150 000 крон, не считая стоимости судна и натуральных пожертвований фабрикантов консервов. При этом 14 тысяч крон было взято в долг под поручительство братьев Густава и Леона буквально за несколько дней до отплытия.

17 июня 1903 года Амундсен отправился на судне "Йоа" в Арктику с шестью членами экипажа. Целью экспедиции было отыскать Северо-западный проход с востока на запад от Гренландии к Аляске, а также определить текущие координаты северного магнитного полюса, т.к. они со временем меняются.

Амундсен пересек Атлантический океан, обогнул западную часть Гренландии, вошел в море Баффина, далее - в пролив Ланкастера. Через лабиринт островов канадского побережья судно медленно двигалось к цели сквозь плавучие льдины, сильные ветры, туман и мелководье. К концу лета экспедиция нашла естественную гавань на острове Короля Вильяма вблизи Северного полюса, что позволило произвести точные научные наблюдения.

1 марта 1904 года Амундсен, Хансен и Ристведт, экипированные по-эскимосски, отправились в санный поход к Северному магнитному полюсу. В тот день стоял мороз в −53 ╟С. Вечером того же дня температура опустилась до −57 ╟С. В результате уже утром 5 марта команда вернулась на "Йоа", причём при возвращении собаки за 4 часа преодолели 10 миль, на которые по пути на полюс потребовалось потратить 2½ дня.

Впрочем, уже 16 марта Амундсен и Хансен выступили во второй раз, 24 апреля они достигли позиции Северного магнитного полюса, определённой Джеймсом Кларком Россом в 1831 году. Поскольку полюс изменил положение, Амундсен вернулся на корабль, проведя в походе семь недель.

В гавани, названной "Йоа", Амундсен с командой пробыл два года, построив наблюдательные пункты, оборудованные точными измерительными приборами. Результаты изучений дали большую работу многим ученым на 20 лет вперед. В это время Амундсен изучил быт эскимосов и научился управлять собачьими упряжками.

В августе 1905 года научная работа закончилась, и судно "Йоа" продолжило свой путь между Атлантическим и Тихим океанами. Через три месяца следования экспедиция обнаружила на горизонте корабль, отплывший из Сан-Франциско. Т.о. Северо-западный проход был впервые пройден. Но, вскоре после открытия морского пути судно вмерзло в лед и осталось на третью зимовку.

Чтобы сообщить миру о достижении экспедиции, Амундсен 24 октября 1905 года на нартах с 12 собаками и эскимосской семейной парой в качестве ассистентов выступил в 700-километровый путь до ближайшего телеграфа в Игл-Сити на Аляске.

Однако аппарат не работал, и только 5 декабря, преодолев 1300 км, полярник прибыл в Форт-Эгберт - золотопромышленный город на Юконе. Лучший дневной переход равнялся 65 км за 10 часов. 5 декабря мир узнал об открытии Северо-западного морского пути между Атлантическим и Тихим океанами.

За время отсутствия Амундсена резко изменилась политическая ситуация - Норвегия стала независимой страной. По совету Нансена, Амундсен известил о своём успехе нового короля Хокона VII.

3 февраля 1906 года Амундсен пустился в обратный путь на остров Хершел и прибыл на "Йоа" 12 марта, преодолев 1300 км за 30 походных дней. Здесь заболел самый младший член команды - Густав Вик. 31 марта он скончался. Только 1 июля 1906 года "Йоа" смогла сняться с места, мыс Барроу преодолели 30 августа в сильный шторм.

На этом покорение Северо-западного прохода было завершено. 19 октября "Йоа" прибыла в Сан-Франциско, где стеснённый в средствах Амундсен продал яхту норвежскому землячеству для публичного обозрения. 8 ноября команда прибыла в Христианию, где премьер-министр К. Миккельсен 20 ноября 1906 года вручил ему Большой крест ордена св. Олафа - король находился в Лондоне; в тот день у школьников отменили занятия.

Лекционное турне Амундсена по разным странам Европы проходило чрезвычайно успешно. Всё лето заняла подготовка книги об экспедиции, выпущенной в Норвегии тиражом 10 000 экземпляров. 20 апреля 1907 года было опубликовано официальное постановление стортинга, в котором бюджет экспедиции на "Йоа" был оценён в 160 000 крон, причём эта сумма была признана "незначительной для благополучного преодоления Северо-западного прохода под норвежским флагом".

К тому времени долг Амундсена составлял 80 000 крон (поверенным в делах экспедиции был Александр Нансен - младший брат Фритьофа). В тот же день стортинг ассигновал 40 000 крон для покрытия наиболее срочных долгов полярника, хотя официально это было оформлено как покупка научных материалов экспедиции норвежским государством. 24 января 1907 года Амундсен был избран иностранным почётным членом Русского географического общества.

Амундсен был молод и не собирался почивать на лаврах. Новой его целью был Северный полюс. Он собирался повторить на "Фраме" дрейф Нансена, но в более высоких широтах. На льдах он собирался добраться до окрестностей полюса, а дальше на собачьих упряжках совершить бросок к самому полюсу.

Амундсену удалось заручиться государственной поддержкой. Король же из личных средств выделял на экспедицию 30 000 крон. С согласия Нансена, Амундсену предоставили судно "Фрам".

Накануне выхода в море финансовый дефицит Амундсена достиг 150 000 крон, при этом неоткуда было взять денег даже для обратного рейса "Фрама". Спонсор неожиданно нашёлся в Аргентине: это был магнат-скотовод дон Педро Кристоферсен, переселившийся в Новый свет в 1871 году. Его брат Кристофер Кристоферсен стал в 1910 году норвежским послом в Аргентине, а до того занимал пост министра иностранных дел (в 1908-1910 годах) и был близко знаком с Нансеном. Дон Педро безвозмездно обеспечил "Фрам" керосином и необходимыми припасами[111]. Тем не менее, Амундсен залез в долги и был вынужден заложить свой дом за 25 тыс. крон. Из Христиании "Фрам" вышел 7 июня 1910 года в полночь, его отплытие наблюдал из своего кабинета Нансен.

Планы Амундсена разрушили американцы Фредерик Кук и Роберт Пири, которые уже к тому времени покорили Северный полюс. Амундсен не хотел быть третьим. Он задумал идти покорять Южный полюс. Команде он объявил об этом, когда корабль прибыл на остров Мадейру. Все приняли это с восторгом. На Мадейре же Амундсен передал своему брату Леону письма для короля Хокона и Нансена. В них он извинился за смену курса и сообщил о намерении покорить Южный полюс.

13 января 1911 года "Фрам" достиг Китовой бухты у ледяного барьера Росса. В это же время на расстоянии 650 км, от Амундсена в проливе Мак-Мердо остановился соперник Амундсена английский полярник Роберт Скотт. Намерение Амундсена покорить Южный полюс очень встревожило Скотта. У него были в распоряжении мотосани. Но он понимал, что решающим фактором будут опыт, выносливость, упорство и везение.

Амундсен на предполагаемом пути устраивал через равные промежутки склады с запасами продовольствия. Команда проводила постоянные тренировки, училась управлять упряжками, чинить нарты, преодолевать ледяные трещины. Когда же Ялмар Йохансен выразил недовольство излишней требовательностью руководителя, Амундсен наказал его исключением из группы, которая должна была отправиться к полюсу.

И вот 19 октября 1911 года группа из пяти человек во главе с Амундсеном направилась к Южному полюсу. Они двигались на четырёх санях, запряжённых 52 собаками. Они сразу набрали хороший темп, легко находили оставленные склады с продовольствием и на каждом градусе широты устраивали новые.

Группа двигалась вначале по холмистой равнине, преодолевая по пути лабиринты ледниковых трещин. На 85-й параллели шельфовый ледник закончился и начался подъём по крутым заснеженным склонам. Перед подъёмом был оставлен главный склад продовольствия с запасом на 30 дней. Амундсен планировал за 60 дней дойти до полюса и вернуться к этому месту. На такой срок и было взято продовольствие с собой.

Путешественникам приходилось преодолевать лабиринт из горных трещин. Поскольку карт никаких не было, то приходилось тратить много сил и времени на поиск правильного пути. Вот тут и пригодились те тренировки, которые проводил Амундсен. Когда выбрались на большой ледник, норвежцы назвали его именем Акселя Хейберга, который пожертвовал крупную сумму на проведение экспедиции.

Ледник был разбит многочисленными трещинами. Приходилось предварительно разведывать путь, связавшись друг с другом верёвками. Как и планировалось, были убиты 24 собаки. На дальнейшем пути этим мясом питались оставшиеся лайки и люди. Это место назвали "Бойней". Там оставили одни сани и 16 собачьих туш.

По пути путешественники давали названия горным вершинам, ледникам и снежным равнинам. Одну из самых высоких гор они назвали именем Фритьофа Нансена, а спускавшийся с неё ледник был назван именем его дочери - Лив.

Когда горы закончились, перед путешественниками открылось высокогорное плато. Когда 7 декабря 1911 года определили свои координаты, оказалось, что до полюса осталось 193 километра. 16 декабря до полюса оставалось 7 - 10 км. Экспедиция разбилась на 2 группы, чтобы более тщательно обследовать приполюсной район. 17 декабря они остановились в точке, где по расчётам находился Южный полюс.

Здесь путешественники оставили небольшую палатку, в которой было 2 письма от Амундсена. Одно предназначалось норвежскому королю с кратким отчётом о походе. Другое письмо предназначалось Роберту Скотту. Над палаткой на шесте укрепили норвежский флаг, а под ним вымпел с надписью "Фрам".

18 декабря экспедиция Амундсена отправилась в обратный путь. По старым следам идти было гораздо легче. Продовольственные склады они находили легко. Через 39 дней они вернулись в базовый лагерь. На всё путешествие к полюсу и обратно ушло 99 дней. И прошло оно без всяких потерь.

Группа Роберта Скотта подошла к палатке на Южном полюсе через месяц - 18 января 1912 года. Мотосани у них сломались. Вместо собак Скотт взял с собой маньчжурских пони, но они не выдержали холода и физических нагрузок. Пришлось их пристрелить. В результате тяжёлые сани пришлось тащить людям. До полюса англичане уже дошли обессиленными. И после таких мук их ждало разочарование, т.к. они оказались на полюсе не первыми.

Группа Скотта тоже состояла из пяти человек. На обратном пути погиб унтер-офицер Эдгар Эванс, упав с ледяного холма. Потом капитан Оутс отморозил обе ноги и просил товарищей оставить его. Но они не могли этого сделать. Тогда он 16 марта намеренно в метель уполз из палатки, и его не нашли. В 20 км. от склада "Одна тонна" они разбили свой последний лагерь. Сил у них уже не было, а в это время началась сильнейшая вьюга. Последнюю запись в дневнике Скотт сделал 29 марта 1912 года. Он явно умер последним. Тела Скотта, Уилсона и Боуэрса были найдены спасательной экспедицией только 12 ноября.

7 марта 1912 года "Фрам" остановился у острова Тасмания. Амундсен из города Хобарта известил мир о покорении Южного полюса. Гибель экспедиции Роберта Скотта в значительной степени омрачила триумф Амундсена. В мировых СМИ эта трагедия вышла на первый план.

Амундсену к этому времени было 40 лет. Он стремился к новым открытиям. В 1918 году на корабле "Мод" он отправился в новую экспедицию на разведку Сибири до Берингова пролива. Эта довольно рискованная экспедиция продлилась три года и не дала особых научных результатов.

Ещё в 1914 году Амундсен стал первым гражданским пилотом Норвегии. При поддержке американского миллионера Линкольна Элловорта он купил 2 крупных гидросамолёта и планировал первым долететь до Северного полюса на самолёте. Однако в 1925 году эта затея терпит провал. Один самолёт совершает вынужденную посадку на дрейфующие льды. Все пересаживаются на второй самолёт. Но вскоре из-за неисправности и второй самолёт совершает вынужденную посадку. Только через 3 недели, устранив неисправность, команда добирается до Шпицбергена на последних литрах бензина.

Амундсен решает добраться до Северного полюса на дирижабле. На средства того же американского спонсора он покупает дирижабль итальянского аэронавта Умберто Нобиле. Дирижабль переименовывают в "Норвегию" и доставляют на Шпицберген. Амундсен нанимает Нобиле на должность главного механика и капитана.

Но тут выясняется, что американец Ричард Берд на двухмоторном "Фоккере" пролетел над Северным полюсом и сбросил там флаг США. Но дирижабль выглядит гораздо солиднее. В мае 1926 года он вылетел со Шпицбергена, благополучно пересёк через полюс Арктику и приземлился на Аляске. Все 72 часа полёта без сна дирижабль вёл Умберто Нобиле. Поэтому именно его имя зазвучало громче, чем Амундсена. Норвежец явно не ожидал такого поворота событий. Получалось, что он был всего лишь пассажиром при Нобиле.

Амундсен уединился в своём доме в Бунне-фьорде около Осло. Он стал угрюмым и замкнутым. У него не было ни жены, ни детей. Жил он со своей старой няней, которая вела его хозяйство. После её смерти он остался совсем один, и хозяйство вёл сам. Он поссорился со многими бывшими соратниками, продал все свои ордена и почётные грамоты. Главным врагом всей его жизни стал Умберто Нобиле.

А Нобиле стал генералом и 1928 году решил повторить перелёт над Арктикой на новом дирижабле "Италия". Теперь он был руководителем экспедиции. За его полётом следил сам Муссолини. Из-за обледенения внешней оболочки после достижения полюса дирижабль пошёл на снижение и разбился. Из-за отсутствия связи никто не знал, что случилось с пассажирами.

Поисковая экспедиция началась практически сразу. В ней решил принять участие и Амундсен. В срочном порядке он нанимает двухмоторный гидроплан с экипажем и 18 июня вылетает в направлении Шпицбергена. Ему очень хотелось первым найти Нобиле. Но осуществить это не удалось. Через неделю рыбаки нашли поплавок и бензобак от его разбившегося самолёта. Никто не знает, где покоятся останки этого знаменитого путешественника.

А через неделю удалось обнаружить Умберто Нобиле и семерых его уцелевших спутников.

14 декабря 1928 года - в годовщину покорения Южного полюса - ровно в полдень в Норвегии было объявлено двухминутное молчание в память о полярнике Руале Амундсене.

Исследователем северных морей был и Владимир Русанов. Родился он в 1875 году в городе Орле, в семье купца второй гильдии. В 1901 году за революционную деятельность Владимир был выслан на 2 года в Вологодскую область под надзор полиции. Тогда и зародилась у него любовь к русскому Северу.

В дальнейшем учиться в России ему не позволили, и после отбытия ссылки он уехал за границу вместе с женой. Жена умерла во время родов. Заботу о маленьком сыне взяла на себя мать Русанова. А Владимир упорно продолжал учиться. В Россию он вернулся в 1907 году и сразу направился на Север. В июле он плывёт на карбасе по Маточкину Шару.

В период с 1908 по 1911 год Русанов участвовал во французской и трёх российских экспедициях на Новую Землю. В одиночку на полусгнившей шлюпке он плавал вдоль её берегов по неизведанным местам, открывал новые заливы, бухты, ледники и острова, которые до сих пор носят данные им названия.

В 1910 году на небольшом судне "Дмитрий Солунский" он обогнул с севера Новую Землю и по Карскому морю дошёл до Маточкина Шара. В 1911 году на моторной лодке "Полярная" он завершил своё плавание вокруг острова Новая Земля. Благодаря этим исследованиям северные земли эти были закреплены за Россией.

Путешествия Русанова были рискованными. Однажды, во время одиночного похода, он провалился в ледяную пещеру, на дне которой текла талая вода. Отвесные стенки не позволяли вырубить ступеньки геологическим молотком. Началась вьюга, заметавшая его следы. Русанов пошёл по пещере вслед за текущей водой. Вскоре он увидел дневной свет. В более пологой стенке удалось вырубить ступеньки. А снежный сугроб он пробил головой.

В 1912 году опытному полярнику Владимиру Русанову было предложено возглавить российскую экспедицию к островам Шпицбергенского архипелага. Эта экспедиция должна была изучить геологию островов, выполнить ряд научных исследований по географии, ботанике, зоологии и метеорологии. Кроме того, экспедиция должна была закрепить влияние России на этих полярных землях и занять несколько свободных угленосных участков.

Русанов получает разрешение на покупку корабля. В апреле он приобретает в Норвегии моторно-парусное судно "Геркулес". Корабль этот уже был проверен во льдах, обладал неплохой маневренностью, мотором в 30 лошадиных сил и хорошо ходил под парусами.

Принять участие в экспедиции согласился Александр Кучин, с которым Русанов в своё время познакомился в Архангельске. Несмотря на молодость, Кучин считался опытным мореплавателем, принимал участие в экспедиции Амундсена к Южному полюсу.

Врачом в экспедиции была невеста Русанова Жюльетта Жан, с которой Владимир был знаком, уже пять лет. По словам самого Русанова, она была прекрасно воспитана, знала музыку, живопись, знала иностранные языки. К тому же она не была избалована и умела работать. В июне 1912 года во время свидания в Париже она уговорила Русанова взять её в экспедицию. После возвращения они собирались сыграть свадьбу.

"Геркулес" отправился к берегам Шпицбергена 26 июня 1912 года. Во время экспедиции были случаи, связанные с угрозой для жизни самому Русанову. При пешем переходе с двумя матросами через Западный Шпицберген Русанову попал в грудь камень, сорвавшийся с отвесной стены. Русанов еле удержался на скалистом выступе. На

восточном побережье Русанов упал в ледяную пропасть и только чудом успел удержаться на снежном выступе, пока ему не сбросили верёвку.

Мистический случай произошёл с любимицей команды собакой Тампе. Её брали с собой в походы. Она была послушна и всегда охотно возвращалась на судно. Но однажды, во время одного из последних посещений берега собака мгновенно выскочила из причаливающей шлюпки и бросилась прочь по склону горы. На вершине она оглянулась, будто прощаясь, и сбежала вниз по другому склону. Убежала в безжизненную ледяную пустыню. И все поиски её оказались тщетными.

На Шпицбергене были открыты и закреплены за Россией месторождения угля, составлена карта полезных ископаемых, собран богатый научный материал. Экспедиция была окончена. На одном из встречных пароходов в начале августа Русанов отправил трёх матросов с отчётом об экспедиции, зоологическими и геологическими коллекциями.

У самого же Русанова ещё до начала экспедиции были намерения после обследования Шпицбергена идти на восток в Карское море. Поэтому на судно заранее было загружено максимальное количество продовольствия и топлива. Кучин считал зимовку на судне равносильной гибели. Но, похоже, Русанов сумел убедить Кучина.

18 августа "Геркулес" добрался до Маточкина Шара. Там Русанов оставил последнее сообщение: "Иду к северо-западной оконечности Новой Земли, оттуда на восток. Если погибнет судно, направлюсь к ближайшим по пути островам: Уединения, Новосибирским, Врангеля. Запасов на год. Все здоровы. Русанов".

Больше от экспедиции Русанова не было никаких известий. Наступил 1913 год. Попыток отыскать экспедицию не предпринималось. Общественность и Русское географическое общество начали бить тревогу. Лишь в 1914 году было принято решение об организации спасательных экспедиций. Но на поиски Русанова был отправлен только барк "Эклипс". Но корабль попал в ледовую ловушку и зимовал, не достигнув острова Уединения.

Только благодаря протестам общественности "Эклипсу" было поручено возобновить поиски летом 1915 года. На этот раз судно добралось до острова Уединения, но никаких следов Русанова там не нашли. На этом поиски практически были закончены.

Только 9 сентября 1934 года у западного побережья Таймыра фотограф М.И. Цыганок обнаружил некоторые вещи русановцев. Сразу после этой находки другой фотограф А.И.Гусев сообщил, что за месяц до этого на одном из островов в архипелаге Мона он обнаружил столб, обложенный камнями с вырезанной надписью "Геркулесъ 1913г.".

В 1935 году на острове Попова-Чухчина некоторые вещи и обрывок рукописи Русанова. Ещё некоторые вещи на этом острове были найдены в 1957 году. Усилиями разных экспедиций было выявлено несколько стоянок русановцев. В 2000 году на Таймыре работала Орловская государственная телерадиокомпания. Этой экспедиции впервые удалось обнаружить останки одного из русановцев. Руководитель отдела идентификации личности Центра судебной медицины Минздрава РФ Виктор Звягин установил, что с большой долей вероятности это могут быть останки Александра Кучина.

Всего на "Геркулесе" было восемь человек. Явно, что русановцы покинули свой корабль и высадились на сушу. Значит, где-то лежат останки ещё семерых членов экспедиции.


В экспедиции Русанова 1912 года принимал участие Самойлович, ставший позже знаменитым исследователем. Рудольф (Рувим) Лазаревич Самойлович родился в 1881 году в городе Азове. После окончания Мариупольской гимназии он поступил на физико-математический факультет Новороссийского университета.

Студент Самойлович принимал участие в революционном движении и попал под надзор полиции. Продолжать образование пришлось в Германии, во Фрейбурге. Он усердно занимался науками, производственную практику проходил в угольных копях. Кроме учёбы в университете овладел тремя языками. Одновременно он принимал участие в работе германских социал-демократических кружков, пересылал на родину первые номера ленинской "Искры". В 1904 году он окончил Королевскую Саксонскую академию.

В 1905 году Самойлович вернулся в Азов и продолжал нелегальную революционную деятельность. 21 июля 1906 года он был арестован и в кандалах по этапу был выслан в Холмогоры Архангельской губернии. Из ссылки он бежал и почти два года нелегально жил в Петербурге. Революционная деятельность среди заводских и фабричных рабочих закончилась новым арестом и выселением в северную глухомань.

Самойловичу полюбился этот мало изученный северный край. Как геолог он направляет прошение архангельскому губернатору о разрешении заняться исследованием берегов реки Пинеги. Вскоре в архангельском научном журнале была опубликована первая научная статья Самойловича о гипсовых пещерах.

Спустя три года Самойлович получил разрешение местных властей и летом 1910 года перебирается в Архангельск. Здесь он знакомится с ссыльнопоселенцами, среди которых был и известный уже геолог Владимир Русанов. Русанов добивается разрешения у архангельского губернатора на участие Самойловича в качестве горного инженера в экспедиции 1912 года на Шпицберген. Была обследована огромная территория архипелага, обнаружены богатые запасы каменного угля и поставлены первые русские заявочные знаки.

Благодаря характеристике Русанова власти сняли запрет на въезд Самойловича в Петербург. Самойлович выступил с научным докладом и обратил внимание на необходимость ускорения работ по добыче угля на находящемся без хозяина Шпицбергене. Первые пять тысяч пудов заполярного угля в 1913 году были вывезены на пароходе "Мария" горным инженером Самойловичем.

В последующие три сезона он ведёт разработку каменного угля, ставит новые заявочные столбы, пишет статьи в питерские и архангельские газеты, ратует за освоение заполярной территории, которая тогда ещё была ничейной. Он проводил геологические изыскания в Северной Карелии, в Олонецкой губернии. Им были открыты большие запасы слюды-мусковита, которые получили название "жила Самойловича". Действовала она десятки лет.

После октябрьских событий 1917 года Самойлович посвятил себя целиком профессиональному исследованию Крайнего Севера. Правительство Советской России понимало важность использования Севера и организовало научно-промысловую экспедицию. Начальником экспедиции правительство назначило Самойловича. Через год на Крайнем Севере действовали уже 23 отряда экспедиции.

Экспедиция Самойловича достигла впечатляющих результатов. Были найдены: апатиты в Хибинах, нефть в Ухте, уголь в Воркуте, цинк и свинец на острове Вайгач, флюорит в хребте Пай-Хой, медь, молибден, , гипс, горный хрусталь, асбест. Кроме того, усилиями экспедиции Самойловича была создана консервная промышленность на Мурмане, развит пушной и рыбный промысел.

Результатом всех этих научных исследований стало в 1925 году преобразование экспедиции в Институт по изучению Севера. Первым руководителем его стал Рудольф Самойлович. В начале 30-х годов, когда директором был назначен О.Шмидт, Самойлович оставался Самойлович.

В 20-х годах экспедиционная деятельность Самойловича была сосредоточена на изучении архипелага Новая Земля. Когда в 1928 году потерпел аварию дирижабль "Италия", спасательные экспедиции 14 стран хотели найти команду Нобиле. Комитет помощи Нобиле был образован в Москве. Он направил три группы спасателей на ледоколах "Малыгин", "Седов" и "Красин". Возглавить отряд на "Красине" поручили Самойловичу.

Направляли движение лётчики. И 12 июня 1928 года "Красин" подошёл к льдине лагеря. В телеграмме спасённого Нобиле руководителю экспедиции Самойловичу говорилось: "Моё сердечное поздравление. Моя глубокая благодарность и признательность. Ура Вам и "Красину". В Сорренто земляков-красинцев обнимал Максим Горький. Многие участники экспедиции были награждены орденами. Профессору Р.Самойловичу в Большом театре был вручён только что утверждённый орден Трудового Красного знамени. Зал его имя встретил овацией.

Обобщая научные исследования, Самойлович создал труд "Во льдах Арктики", который является одним из лучших в этой области науки. Экспедиции Самойловича проводили и строительные работы. На крайнем северном мысе полуострова Таймыр была сооружена крупная арктическая обсерватория. В результате экспедиции в Карское море на карту были нанесены многие тогда неизвестные острова. В 1930 году на карте Арктики появляется остров Самойловича.

В июле 1931 года Самойлович назначается руководителем международных исследований на дирижабле "Граф Цеппелин". Это был самый мощный в мире воздушный корабль, оборудованный новейшей техникой. За 106 часов корабль преодолел 13 000 километров, совершив облёт всех морей, берегов и островов Западной Арктики.

В 1935 году в связи с 15-летием созданного им института, Самойлович был награждён орденом Ленина. Он - вице-президент Географического общества СССР, почётный член географических обществ многих стран мира, доктор географических наук. В 1936 году Самойловича вводят в Совет при начальнике Главсевморпути, в состав которого входили известные полярники и учёные Вавилов, Крылов, Ферсман, Визе, Плисецкий.

Захлестнувшие страну политические репрессии не обошли и Крайний Север. Впервые подвергся критике и Самойлович. Вскоре почётный член Географического общества США профессор Самойлович был приглашён американцами для прочтения лекций об изучении Арктики, однако разрешения на поездку не получил.

В 1937 году состоялась двадцать первая экспедиция Самойловича. Путь ледокола "Садко" лежал через несколько морей Ледовитого океана с выходом в Восточносибирское море. Навигация в тот год была трудной. Более двадцати судов застряли во льдах Арктики. В море Лаптевых в ледовом плену оказались ледоколы "Садко", "Седов" и "Малыгин". Три капитана телеграфировали в Главсевморпуть с просьбой назначить руководителем профессора Самойловича. Была налажена жизнь и работа лагеря так, что за полгода не пострадал ни один из более 200 человек состава и были выполнены многие исследования.

После экспедиции Самойлович вернулся в Ленинград. Но через месяц его арестовали в санатории в Кисловодске. Было это в мая 1938 года. "Врага народа" Самойловича обвинили в шпионаже в пользу Германии, в стремлении продать Западу советские угольные шахты и убить товарища Сталина. В марте 1939 года его расстреляли.

В 1956 году приговор от 4 марта 1939 года был отменён и "дело было прекращено за отсутствием состава преступления".


Покорителем Северного плюса был и Иван Дмитриевич Папанин. Родился он в Крыму, в Севастополе 14 (26) февраля 1894 года. Его дед и отец служили на Черноморском флоте. Закалку Иван получил в Гражданскую войну. Во время красного террора в Крыму Розалия Землячка, прославившаяся своей жестокостью, назначила Папанина комендантом Крымского ЧК. Папанин принимал участие в репрессиях, получил полное нервное истощение и благодарность за сбережённые конфискованные ценности.

Папанин был организатором диверсий во врангелевском тылу, спас Черноморский флот, организовав его уход до прихода немцев.

И вот его, южанина, Сталин выбрал на роль главного покорителя Северного полюса. Ещё в середине 20-х годов Папанин руководил строительством радиостанции в Якутии, был начальником полярных станций на Земле Франца Иосифа и на мысе Челюскин.

Во второй половине 30-х годов для руководства страны покорение Севера было ключевой политической программой. В 1937 году была спланирована экспедиция к Северному полюсу на дрейфующей льдине. В состав экспедиции вошли Иван Папанин, Эрнст Кренкель, Евгений Фёдоров и Пётр Ширшов. С ними была ещё лайка - пёс Весёлый.К экспедиции готовились тщательно. На ленинградском судостроительном заводе имени Каракозова для папанинцев построили специальные нарты, которые весили всего 20 кг. На московском заводе "Каучук" создали палатку из лёгких алюминиевых труб и брезентовых стен, между которыми проложили два слоя гагачьего пуха. Пол был надувной, резиновый. В Подмосковье Папанин организовал репетицию дрейфа. Там поставили эту палатку, питались консервами, привыкали друг к другу. Испытание прошло благополучно. Сам Папанин перед дрейфом прошёл даже поварскую школу. Опасный дрейф длился 274 дня, за это время станция прошла со льдами 2000 километров. Ежедневно члены экспедиции проводили исследования, каждый месяц Москва получала отчёты о проводимой работе. К концу января 1938 года площадь станции значительно сократилась. 1 февраля в результате шторма поле станции разорвало трещинами от полкилометра до пяти. Были отрезаны две базы и технический склад. Полярники остались на льдине длиной 300 и шириной 200 метров. Наметилась трещина под жилой палаткой. Поначалу спасать папанинцев вылетел самый могучий советский дирижабль "СССР-В-6". Но он разбился под Кандалакшей. Погибли 13 человек. На этом закончилось отечественное дирижаблестроение. На помощь 19 февраля пришли два ледокола - "Таймыр" и "Мурман".

Научные результаты, полученные в уникальном дрейфе, были представлены Общему Собранию АН СССР 6 марта 1938 года и получили высокую оценку специалистов. И. Д. Папанин вместе с радистом станции Кренкелем получили степени докторов географических наук.

После экспедиции с 1939 по 1946 год Папанин работал во главе Севморпути. С 15 октября 1941 года - также Уполномоченным Государственного Комитета Обороны по перевозкам на Белом море. Во время войны дневал и ночевал в Мурманске и Архангельске, куда приходили важные стратегические грузы из Англии и США. Папанин руководил обороной, обеспечивая охрану морского пути. В 1943 году ему было присвоено звание контр-адмирала.

Но, вскоре вся героическая четвёрка подверглась гонениям. Первым пострадал Кренкель. С началом войны его "отодвинули" из-за того, что он был немец. Потом обвинили в низкопоклонстве перед Западом. В 1948 году ему пришлось оставить работу в Главсевморпути. Некоторое время был без работы. Позднее, по официальным данным "возглавил один из московских радиозаводов".

Папанин пострадал из-за того, что "утратил личную скромность" и отгрохал трёхэтажную дачу. Он зарабатывал много и мог себе это позволить. В то время номенклатура захотела жить хорошо. Кто-то приобретал бриллианты, другие везли из Германии трофейные вещи. А Папанин построил дачу.

Она та и выделялась среди послевоенной нищеты. Была комиссия Госконтроля, упоминание в фельетоне газеты "Правда". Дачу пришлось сдать государству. В 1946 году ему пришлось уйти с руководящей работы, официально - "по болезни". Два последующих года были самыми унылыми в его жизни. Потом полярный друг Ширшов пригласил Папанина к себе на второстепенную должность заместителя директора Института океанологии.

Сам Пётр Ширшов пережил трагедию своей жены, Евгении Гаркуши. Очаровательная киноактриса была замечена Берией. Она ему отказала и вскоре была арестована "за спекуляцию". Попутно её обвинили в шпионаже на Англию. Ширшов был тогда министром морского флота, академиком, но ничем помочь не мог. Умерла она в 1948 году в гулаговском посёлке под Магаданом. А Ширшов ненадолго её пережил. После трагедии он заболел раком и умер в 1953 году.

Во время идеологической кампании 1947 - 1948 годов попал "под раздачу" и Фёдоров. В войну он был начальником гидрометеослужбы Красной Армии. По роду службы он тесно контактировал с коллегами-союзниками. От их работы зависел проход союзных конвоев. Как потом отмечалось в документах, "Центральный Комитет вскрыл пресмыкательство перед заграницей и раболепие бывшего начальника гидрометеорологической службы Фёдорова".

Фёдоров был снят с поста, лишён звания генерал-лейтенанта о подвергся суду чести. После смерти Сталина все, кроме Ширшова, жили ещё долго, имели работу и почёт.

Папанин с 1949 до 1951 год был заместителем директора Института океанологии АН СССР по экспедициям, с 1951 года и до конца жизни возглавлял Отдел морских экспедиционных работ в Президиуме АН СССР.

С 1956 года Папанин был одновременно директором Института биологии внутренних вод АН СССР в посёлке Борок. Председатель Московского филиала Географического общества СССР.

Он был дважды Герой Советского Союза (1937, 1940), имел девять Орденов Ленина (1937, 1938, май 1944, 26.11. 1944, 1945, 1956, 1964, 1974, 1984);орден Октябрьской Революции (1971); два ордена Красного Знамени (1922, 1950); орден Нахимова I степени (1945); орден Отечественной войны I степени (1985); два ордена Трудового Красного Знамени (1955, 1980); орден Дружбы народов (1982); орден Красной Звезды (1945); медаль "За боевые заслуги"; другие медали и иностранные награды.

Папанин был депутатом Совета Национальностей Верховного Совета СССР 1-го и 2-го созывов от Карельской АССР.

Умер 30 января 1986 года. Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище.


Кроме Северного полюса существует ещё наиболее удалённая от любого участка суши условная точка в Ледовитом океане, называемая Полюсом относительной недоступности. Находится она на 84*08 с.ш. и 174*51 з.д. Эта точка окружена огромным ( до 4 млн. кв. км.) ледяным пространством. Нога человека туда не ступала до 1941 года. Существовала масса легенд, что там находится Земля Санникова, Земля Андреева, Земля Джиллиса, Земля Гарриса и т.д. Штурм этой точки был сложнее, чем покорение Северного полюса.

И вот в 1940 году два полярных аса - лётчик Иван Иванович Черевичный и штурман Валентин Иванович Аккуратов предложили свой вариант экспедиции. Нужно создать самолёт-лабораторию, на котором кроме экипажа будет находиться научная группа. Базовой точкой должна быть бухта Роджерса на острове Врангеля. Отсюда самолёт вылетает вглубь неизведанных районов, садится в дрейфующих льдах и там проводятся исследования. Затем самолёт возвращается на базу. И так несколько раз. Если погода позволит, то достичь Полюса недоступности.

Для полёта был переоборудован туполевский "СССР-Н-169". Экипаж асы подбирали из людей, которым полностью доверяли. Экспедиция началась 5 марта и закончилась 11 мая 1941 года. Все задачи, включая и достижение Полюса недоступности, она выполнила. Согласно практике того времени участники экспедиции, хотя бы Черевичный с Аккуратовым, должны были получить звание Героев Советского Союза. Однако этого не произошло. Началась война. А вскоре произошёл случай, когда асы нарушили приказ Сталина.

В августе 1941 года ГКО принял решение командировать в США группу авиационных специалистов для отбора техники, которая будет поставляться по ленд-лизу. Лететь должны были прославленные лётчики Громов, Байдуков, Юмашев, известные американцам по перелётам 1930-х годов. Надо было их срочно доставить в США. Сталин ночью позвонил по "вертушке" начальнику Главсевморпути Папанину и сказал, что нужно для доставки делегации послать лётчиков полярной авиации, т.к. делегация полетит через Шпицберген.

Под рукой оказались свободными Черевичный и Аккуратов. Они получили приказ лететь по маршруту Москва - Архангельск - Шпицберген - Норвегия - Англия - США. Приказ был утверждён Сталиным. Не только асы, но и многие понимали, что это маршрут губительный. Небо от Норвегии до Англии контролировалось немцами. Лететь предстояло на гидросамолётах "Консолидейтед", закупленных перед этим в США. Машины эти были надёжными, но тихоходными. Они представляли идеальную мишень для немецких "мессеров".

И асы рискнули нарушить приказ Сталина и лететь через Арктику по маршруту Архангельск - остров Врангеля - Аляска. Из Москвы вылетели в 9 утра 31 августа 1941 года двумя авиалодками. Флагманскую вёл Черевичный, вторую - Василий Задков. Делегация не подозревала об изменении маршрута. Папанину Черевичный доложил о новом маршруте после вылета из Архангельска. Папанин обложил в эфире лётчиков густым матом, но отступать уже было невозможно. В пути было и обледенение, и туман, и разрыв масляной трубки. Подлетая к Берингову проливу, связались с американцами. А Москва в это время теребила Лондон, интересовалась прибытием делегации. Полёт продолжался 65 часов и завершился в Сиэтле.

Делегация осталась в США, а самолёты через несколько дней вернулись в Москву. Лётчиков вызвал Папанин, обложил матом, велел не светиться и срочно отправляться в ледовую разведку. Черевичный получил свою Золотую Звезду в 1949 году. Василий Задков тоже потом стал Героем Советского Союза.


Исследованием морских глубин занимался океанограф и путешественник Жак Ив Кусто. Родился он 11 июня 1910 года в городке Сен-Андре-де-Кюбзак близ Бордо. Его отец Даниэль Кусто вёл во Франции дела двух предпринимателей из США. Проводя лето вместе с родными на лазурном берегу в Руайане, он полюбил море и корабли.

Служба заставляла отца переезжать вместе с семьёй из города в город, а потом и вовсе надолго уехать в Америку. Учась в частной нью-йоркской школе, Жак хорошо изучил английский язык. В 13 лет он смог заниматься с кинокамерой отца и увлёкся киносъёмками. На каникулах Жак путешествовал по Америке. Когда же семья возвратилась на родину, Жак объездил почти все страны Европы.

Кусто-младший мечтал стать военным моряком. Конкурс в морскую Академию был огромный, но Кусто приняли. Ещё курсантом ему повезло совершить на учебном судне "Жанна д*Арк" первое кругосветное путешествие. Службу он начинал на военно-морской базе в Шанхае. Его ждала блестящая карьера военно-морского офицера. Кусто решил ещё окончить и Академию морской авиации в Уртене.

Однажды ночью несясь на предельной скорости по горной дороге, Кусто потерпел аварию. Было смещение позвонков, перелом костей, пробито лёгкое, парализована одна рука. Об авиации пришлось забыть. Руку должны были ампутировать. Но железная воля спасла Жака. После долгого лечения и упорных тренировок он вернулся на флот. Службу проходил на военно-морской базе в Тулоне.

В 27 лет он женился на юной Симоне Мелькиор, внучке французского адмирала Жана Бэма. Невеста была моложе Жака на 9 лет. Симона стала его верной спутницей и помощницей.

В Тулоне же Кусто познакомился с двумя страстными энтузиастами подводных исследований - Филиппом Тайе и Фредериком Дюма. Первые же подводные впечатления были восторженные. Было решено посвятить свою жизнь изучению подводного мира. Друзья перепробовали все существовавшие тогда водолазные аппараты. Все они были громоздкими и неудобными.

Опыты были прерваны с началом войны. Кусто служил канониром на крейсере "Дюпле". После оккупации Франции весь её военный флот, стоявший в Тулоне, в ноябре 1942 года был затоплен. Морские офицеры Кусто и Тайе без работы.

Именно в эти годы появилась возможность вернуться к опытам под водой. Кусто поставил задачу создать дыхательный аппарат, позволяющий пловцу свободно перемещаться в воде. Ответ был найден, когда Кусто познакомился с устройством редуктора, изобретенного Эмилем Ганьяном. Автомобили во время войны работали на газе. Редуктор и предназначался для регулирования его давления.

Летом 1943 года был создан опытный аппарат, получивший название акваланг, что в переводе означает "водное лёгкое". Испытывался он на Французской Ривьере в укромном заливчике вдали от купальщиков и солдат оккупационных войск. Акваланг оказался замечательным аппаратом.

Кусто и его друзья решили обследовать место, где был затоплен французский флот. Там был снят первый большой подводный фильм "Затонувшие корабли".

Чтобы иметь средства для новых фильмов друзья брались за самые разные подводные работы, вплоть до разминирования фарватеров и подъёма торпед с затонувших подводных лодок.

В 1946 году началось промышленное производство аквалангов. Кусто получал 5% от стоимости каждого проданного аппарата. Для совершения дальних экспедиций нужен был ещё собственный корабль. И тут ирландский "пивной король" и горячий сторонник подводных исследований Томас Гинесс пришёл на помощь. Он купил списанный минный тральщик и сдал его Кусто в аренду за один франк в год. Переоборудованный, покрашенный в белый цвет, "Калипсо" превратился в удобную плавучую лабораторию.

Когда на экраны вышел фильм "В мире безмолвия" Жака Кусто, к нему пришла всемирная слава. Люди впервые смогли увидеть подводный мир, его необыкновенную жизнь. На Каннском фестивале 1956 года фильм получил "Золотую пальмовую ветвь". А в Голливуде фильм получил "Оскара".

Близ Марселя впервые в истории Кусто проводит подводные археологические раскопки, находит около 2000 амфор и других предметов. На Галапагосских островах в Тихом океане Кусто изучает гигантских ящериц игуан. Для наблюдения за жизнью китов он направляет "Калипсо" к берегам Антарктиды. Он борется за чистоту морей и океанов.

В 60-х годах у Кусто появилась идея построить подводные дома и жить в них. В подводном доме "Преконтинент - III", установленном в Средиземном море на глубине 100 метров, акванавты жили и работали более 30 суток. Участником испытаний подводного дома был младший сын Кусто Филипп. Он был отважный лётчик и акванавт. Его жизнь рано оборвалась в авиационной катастрофе. А в 1990 году неожиданно умерла участница всех экспедиций Симона.

Вторично Жак Кусто женился на молодой стюардессе Франсин Трипле, которая была моложе на 36 лет. Кусто даже на девятом десятке продолжал выходить в океан. Сломила его авария с "Калипсо" В Сингапурской гавани его протаранила какая-то баржа. Умер он во сне 25 июня 1997 года в Париже. Он прожил 87 лет и сделал очень много за свою жизнь.


А исследователем земных недр занимался Эдуард Зюсс. Академик Обручев называл его "философом и поэтом современной геологии". Эдуард Зюсс родился в Лондоне 20 августа 1831 года в еврейской семье. В гимназии он не учился, получил домашнее образование. Позднее он посещал лекции в Венском и Пражском университетах. Но занятия эти носили отрывочный и случайный характер.

На научное поприще он вступил в 17 лет, написав работу о геологии Карлсбада и его минеральных водах. Работает он в Геологическом комитете и придворном музее. Молодому учёному создали репутацию доклады в Венском обществе естествоиспытателей и ряд публикаций в изданиях Венской Академии наук.

В 23 года Зюсс был приглашён на должность ассистента минералогического отделения Венского музея. Через два года министр просвещения даёт санкцию на назначение Зюсса экстраординарным профессором по кафедре палеонтологии в Венском университете. И это несмотря на отсутствие учёной степени и оппозицию со стороны представителей академического антисемитизма.

В этом университете Зюсс читал лекции с 1857 по 1901 год. Его лекции отражали эволюцию научных интересов Зюсса: палеонтологию, геологию, проблемы тектоники. В лекциях сочеталось глубочайшее знание предмета и красочная, образная речь.

В 1860 году Зюсса избирают членом-корреспондентом Австрийской Академии наук. И это в 23 года! Через 6 лет Венский университет присуждает ему степень доктора философии за совокупность научных работ. Ещё через год он занимает пост ординарного профессора по кафедре геологии в Венском университете и избирается действительным членом Венской Академии наук.

Исследовательскую деятельность Зюсс считал необходимым сочетать с практической пользой. Как член общинного совета и референт комиссии по урегулированию Дуная и водоснабжению Вены он занимался вопросами снабжения столицы. Население Вены в то время страдало от эпидемиологических болезней. Зюссом было проведено исследование третичных отложений Венского бассейна. Зюсс предложил использовать чистейшие воды альпийских источников.

Был проложен водовод длиной более 100 км. и обустроена канализация. И вот на площади Шварценберг забили струи альпийской воды. Горожане вскоре в знак благодарности поставили около фонтана памятник Зюссу. Результаты практической деятельности, направленные на улучшение положения населения, подняли авторитет Зюсса среди горожан. В 1869 году его избрали почётным гражданином Вены и депутатом парламента.

Зюсс не оставлял научную работу, публиковал статьи, посвящённые проблемам геологии. Только с 1862 по 1872 годы им было опубликовано в различных изданиях более сорока работ. Важнейшее значение имели труды Зюсса по истории динамики Земли. Он положил начало новой геологической дисциплине - региональной тектонике.

В 1883 - 1909 годах был опубликован его четырёхтомный труд "Лик Земли". По словам Обручева, этот труд подвёл итог всем наблюдениям, касающимся строения Земли и истории формирования земной коры. За этот труд Зюсс получил большую золотую медаль имени Семёнова от Русского географического общества и золотую медаль имени Лайеля от Лондонского королевского общества.

В Венской Академии наук он занимает последовательно посты секретаря математическо-естественно-исторического отделения Академии. С 1885 года Зюсс был секретарём Академии, с 1893 года вице-президентом Академии, затем до 1911 года - Президентом Австрийской Академии наук.

Эдуард Зюсс был также почётным членом практически всех Академий мира и членом большого числа научных обществ. Умер Эдуард Зюсс 26 апреля 1914 года. Его именем назван один из кратеров на Луне.


Много путешествовал и основоположник генетической науки в СССР, академик, биолог и селекционер Николай Вавилов.

Николай Иванович Вавилов родился в 1887 году в семье московского купца второй гильдии Ивана Ильича Вавилова, самородка из крестьян. Вавилов управлял обувной мануфактурой, а в 1909 году Ивана Ильича избрали членом собрания городской думы. Семья промышленника жила в собственном доме на Средней Пресне. Мама - Александра Михайловна Постникова - из зажиточной московской семьи служащего мануфактуры.

Трое из семи детей Вавиловых умерли в младенчестве. Младшая сестра Николая - Лидия Вавилова, микробиолог - скончалась от черной оспы в 1914 году, заразившись смертельной болезнью в экспедиции. Младшего брата Сергея Вавилова, прославленного физика и академика, не стало в 1951 году (умер от инфаркта).

Отец мечтал, чтобы сыновья пошли по его стопам и продолжили семейное дело. Но старший, обложившись гербариями и географическими картами, штудировал учебники по биологии, младший увлекся физикой и математикой. Отец пытался "переубедить" отпрысков с помощью ремня, бранил их, но сыновья унаследовали от главы семьи твердый характер.

Окончив гимназию, Николай и Сергей уступили отцу и поступили в коммерческое училище на Остоженке, но мечты о научной карьере победили. Николай, не желая тратить год на изучение латинского языка, необходимого при поступлении в Императорский Московский университет, в 1906 году стал студентом сельскохозяйственного института, выбрав агрономию. Сергей поступил на физико-математический факультет столичного университета.

В институте по инициативе академика и биохимика Дмитрия Прянишникова Николай Вавилов изучал селекцию. Получив диплом академии, переехал в Петербургское Бюро прикладной ботаники.

В 1913 году талантливого биолога направили учиться за границу. В коммуне Вильморен во Франции он ознакомился с селекционным семеноводством, в немецкой Йене и английском Мертоне трудился в лабораториях. Полгода работал со знаменитым биологом Уильямом Бэтсоном. В Кембридже Николай Вавилов продолжил исследовать хлебные злаки, высеяв на университетской ферме привезенные из России семена зерновых.

Научная командировка оборвалась из-за начавшейся Первой мировой войны. Призывная комиссия освободила молодого ученого от службы: у Николая обнаружили давнюю травму глаза.

В 1916 году Вавилов побывал в Северном Иране, Фергане и на Памире. В путешествиях собрал научный материал, разработал законы гомологических рядов и установил очаги распространения культурных растений.

Всколыхнувшие Россию революционные события 1917 года застали Николая Вавилова в Саратове, где он устроился преподавателем в университете. Вскоре будущий академик опубликовал исследование об устойчивости растений к инфекциям, в котором впервые указал на генетические свойства иммунитета.

Об открытии профессора советские биологи узнали в 1920-м на съезде селекционеров в Саратове. Доклад ученого пролил свет на основы теории изменчивости. Коллеги Николая Ивановича назвали открытие Вавилова соответствующим по масштабу открытиям Дмитрия в химии и открывающим широчайшие перспективы для практики.

Спустя год Николай Вавилов изложил закон гомологических рядов в Америке, на Международном сельскохозяйственном конгрессе. Доклад Вавилова назвали сенсационным, портреты советского ученого украсили передовицы газет.

Позже, после обнародования Николаем Вавиловым исследования о центрах происхождения культурных растений, ученые получили своего рода компас, позволяющий ориентироваться в безбрежном растительном мире Земли.

В 1921 году Николая Ивановича пригласили в Петроград, где он с группой учеников и единомышленников организовал Всесоюзный институт растениеводства. В вузе, расположившемся в Царском Селе, прошло двадцать последних лет жизни знаменитого ученого.

В 1929 году Николай Вавилов становится академиком и президентом ВАСХНИЛ. 42-летний президент наладил контакты с коллегами из Америки и Европы. Советская генетика в 30-е годы и первой половине 40-х идет на шаг впереди западной науки.

Половина жизни Вавилова прошла в экспедициях. В студенчестве молодой ученый исходил с палаткой Закавказье и Северный Кавказ.

В 1920-е ученый - признанный лидер советской биологии и светило аграрной науки - подкреплял открытия и разработки богатейшим материалом, который собирал вместе со студентами в научных экспедициях.

В 1924 году профессор побывал в Нуристане - закрытой для европейцев провинции Афганистана. Зарубежные экспедиции в Средиземноморье, Африку и Индию невероятно обогатили коллекцию семян. Ученый написал, что в Индии "нашли прарожь" и "четыре раза перевалили Гиндукуш, один раз по пути Александра Македонского".

В середине 1920-х генетик побывал с экспедицией в Хивинском оазисе Узбекистана, а в 1926-27 провел исследовательские работы в Алжире, Марокко, Сирии и Палестине. Николай Вавилов изучил растительный мир Греции, юга Франции, объездил Испанию и Португалию. Пешие маршруты Вавилова и его группы составили 2 тысячи километров, а собранный материал насчитывал тысячи образцов.

В конце 1920-х и начале 1930-х ученый посетил Японию, Китай и Южную Америку. После экспедиций вышла в свет его вторая важнейшая работа о центрах происхождения культурных растений, за которую присудили Премию имени В. И. Ленина.

Николай Иванович за недолгую жизнь совершил 180 экспедиций по Америке и Евразии, обогативших мировую науку и принесших ему лавры великого путешественника. Результатом экспедиций стала богатейшая коллекция культурных растений, достигшая в 40 годах 250 тысяч образцов и ставшая первым в мире генным банком.

Однокурсники Вавилова по сельскохозяйственной академии немало удивились, узнав об ухаживаниях умника и красавца Николая за студенткой Катей Сахаровой. Екатерина - дочь сибирского купца, не красавица, "синий чулок", строга и суховата в общении. Но Николай Вавилов влюбился в девушку за ее острый ум. С Катей он говорил на все темы. Они сблизились на практике в Полтавской губернии. Поженились в 1912 году. Ни о каком свадебном путешествии речи не шло - в те годы будущий академик уже жил в "вавиловском" режиме: частые командировки и многомесячные экспедиции, изнурительная работа в нечеловеческом темпе - на сон отводилась пятая часть суток.

Вавилов-старший не принял Октябрьской революции и в 1918-м эмигрировал в Болгарию. Через несколько дней после отъезда бывший купец Иван Ильич Вавилов стал дедушкой: у Николая и Екатерины родился первенец Олег. Дед увидел внука в 1928 году, перед смертью. Николай Иванович уговорил отца вернуться в Россию, а спустя неделю Иван Вавилов умер.

Личная жизнь Николая Вавилова и Екатерины Сахаровой не сложилась. После рождения сына ученый уехал работать в Саратов. Катя с маленьким сыном осталась в Москве. Через год муж получил квартиру, и семья воссоединилась. Но у Вавилова появилась другая женщина. С Еленой Барулиной ученый познакомился в экспедиции. Аспирантка без памяти влюбилась в профессора агрономического факультета, старшего на 8 лет.

Николай Вавилов пытался сберечь семью: в 1921 году, переехав в Ленинград, он позвал жену с сыном. Но Екатерина отказалась, понимая, что место в сердце мужа занято. Женщина осталась в Саратове, потом вернулась в Москву, где жила с сыном Олегом в доме на Средней Пресне.

На Елене Барулиной Николай Вавилов женился в 1926 году. Через два года у супругов родился сын Юрий.

Обласканный властью в 1920 годах, в 30-х Николай Вавилов почувствовал сжимающееся вокруг него кольцо. Из института растениеводства изгоняли ближайших соратников Вавилова.

В 1929 году репрессии ужесточились: беспартийные инженеры, научные работники, аграрии и экономисты, названные "правыми уклонистами" и "вредителями", арестовывались ОГПУ и расстреливались. За многих коллег ходатайствовал Николай Вавилов, чей авторитет долгое время не позволял властям взяться за него самого.

Роковую роль в трагической судьбе академика сыграл Трофим Лысенко. Молодого агронома из народа вначале 30-х академик Вавилов поддержал, хотя отметил, что рассчитывать на мгновенные положительные результаты от продвигаемой Лысенко яровизации (воздействии пониженных температур на развитие растения) не стоит.

Молодой ученый понравился Иосифу Сталину "народным" происхождением и обещаниями достичь невероятной урожайности зерновых за год-полтора. Когда на съезде колхозников-ударников в 1935 году Трофим Лысенко заявил, что "вредители есть и в науке", а колхозники "дают народному хозяйству больше, чем некоторые профессора", Иосиф Виссарионович одобрительно воскликнул "Браво, товарищ Лысенко!".

В 1938 году Трофим Лысенко стал президентом ВАСХНИЛ, заменив на этом посту Вавилова. С 1939 при поддержке Сталина Лысенко со сторонниками громил генетику, называя отрасль буржуазной лженаукой.

Летом 1939 года соратник и правая рука Трофима Лысенко - Исаак Израилевич Презент - написал председателю Совнаркома СССР Вячеславу Молотову докладную записку, в которой оклеветал Николая Вавилова и его коллег, готовивших VII Международный генетический конгресс. Презент предположил, что конгресс станет "средством борьбы против передовой науки".

VII Международный конгресс состоялся, но не в Союзе, а в Шотландии. Николай Вавилов разрешения на выезд не получил, и председательское кресло на сцене пустовало.

В августе 1940 года Николая Вавилова, находившегося в научной экспедиции в Черновцах, арестовали. Следствие длилось 11 месяцев. Ученого вызывали на допрос 400 раз, а совокупное время допросов длилось 1700 часов. Следствие вели сотрудники НКВД Алексей Хват и Султан Албогачиев. Особенно "постарался" полуграмотный Хват, применявший к Вавилову жесточайшие пытки.

Подорванное в экспедициях тифом и малярией здоровье Вавилова, пытки и голод стали причиной смерти ученого. Отмененный смертный приговор ничего не изменил в участи академика. В Саратовской тюрьме изможденный и страдающий дистрофией Николай Вавилов заболел воспалением легких. Из-за упадка сердечной деятельности 26 января 1943 года наступила смерть.

Великого ученого похоронили в общей могиле для заключенных, точное место захоронения неизвестно. На Воскресенском кладбище Саратова установлена индивидуальная могила и памятник Вавилову.

К началу Великой Отечественной войны основанный Вавиловым в Царском Селе институт растениеводства владел самой огромной в мире коллекцией семян. Во время блокады сотрудники института сохранили коллекцию при отсутствии электричества и перебоях с отоплением.

Зимой 1941-1942 от голода умерли пятеро сотрудников института, отказавшихся рассматривать запасы злаков как еду. Летом ученые посадили семена под артиллерийским обстрелом.

Сыновья Вавилова стали физиками. Старший Олег Вавилов, окончив МГУ, работал научным сотрудником лаборатории космических лучей. В декабре 1945, после смерти отца, защитил диссертацию. Погиб в 1946 году в Домбае, куда поехал с группой альпинистов.

Юрий Вавилов окончил Ленинградский университет, где учился на факультете ядерной физики - специальности, закрытой для детей "врагов народа".


ГЛАВА 2. ЗА ГОРИЗОНТОМ.

"Если бы человечество знало о своём будущем, оно бы не так смеялось,

расставаясь со своим прошлым".

Виктор Шендерович.


Кто-то открывал новые страны, а многих интересует будущее человечества и всей нашей планеты. Но далеко не каждому удаётся заглянуть за горизонт. Очень редко рождаются люди, способные увидеть или предсказать будущее. Здесь удобно процитировать рассказ об одном из них.

14 декабря 1503 года в городке Сен-Реми во Франции супруга еврейского нотариуса Жома де Нотрдама только что родила сына. Однако в доме повисает тяжелая тишина - родившийся ребенок, похоже, не жилец. Он не подал голоса и едва дышит. В самый напряженный момент тишину разрывает бой часов на монастырской башне.

На 12 ударе раздается первый крик новорожденного Мишеля де Нотрдама. Мальчик жив, в доме радостная суета.

И лишь дед ребенка Жан де Нотрдам - придворный астролог, алхимик и лекарь короля Прованса Рене Доброго молча, удаляется в свой кабинет. Удаляется, чтобы рассчитать судьбу внука и проверить старинную примету - тот, кто входит в мир ровно в полночь, наделен особой миссией. Астрологические расчеты старого Нотрдама подтвердят - мальчика ждет великое будущее, его имя войдет в историю.

С этой минуты дед полностью берет на себя воспитание и образование Мишеля. Он передаст ему все свои знания, научит лечить людей и откроет тайны движения небесных тел.

1506 год. Трехлетний Мишель не по возрасту развит. Гуляя с дедушкой в саду он без запинки пересказывает главы из книг, прочитанных ему накануне. И вдруг на мгновение застывает: "Нужно немедленно собрать плоды с фиговых деревьев, потом будет поздно", - возбужденно говорит он деду. Жан де Нотрдам не удивлен, он давно ждал чего-то подобного от своего внука. Старик отдает необходимые распоряжения слугам. Плоды быстро собирают. А на следующий день в городке поднимется страшная буря, которая уничтожит почти весь сад, выдрав с корнем старые деревья. Так воплотится в жизнь первое пророчество великого провидца.

О чудесных возможностях своего внука старик Нотрдам не распространяется. Более того, он с малых лет внушает мальчику золотое правило - никому не рассказывать о своем даре. В начале 16-го века в Европе расцвет инквизиторских судов. В городах пылают костры, на площадях сжигают ведьм, еретиков и евреев. И хотя в доме иудеев Нотрдамов давно проповедуют христианство, вся семья находится под пристальным вниманием властей. Появление в столь неблагонадежном семействе мальчика, обладающего даром предвидения - прямой путь на костер.

1520 год. Мишель де Нотрдам - лучший студент престижного Авиньонского университета. Своей невероятной памятью он приводит в восторг преподавателей. Юноша мечтает стать врачом, штудирует самые известные труды по медицине и вместе с другими студентами ухаживает за больными местной монастырской лечебницы.

Однажды, позабыв о предупреждениях деда, Мишель с легкостью ставит диагноз тяжелобольному мальчику. Студент Нотрдам диктует состав микстуры, которая обязательно поможет ребенку. Сокурсники слушают его затаив дыхание. А спустя несколько дней кто-то из них напишет донос в инквизиторскую комиссию о том, что Мишель де Нотрдам из семьи крещеных евреев продал душу дьяволу в обмен на необычайные способности целителя.

Ранним утром в дом Нотрдамов входит неизвестный в монашеском одеянии. Гость требует вывести на допрос Мишеля де Нотрдама. Член тайного инквизиторского совета желает лично разобраться, насколько опасен этот великий целитель. "Кто рассказал тебе о чудодейственном рецепте?", - спрашивает монах сонного юношу. Но Мишель молчит. Несколько минут он рассматривает непрошенного гостя, и вдруг произносит: "Я вижу красное свечение у вас в груди. Семь дней осталось до суда - бог поразит вас в самое сердце!".

Инквизитор потрясен, в страхе он бросается прочь из этого дома. Вечером того же дня Мишель соберет все свои вещи и в спешке покинет Авиньон. А всего через неделю на телеге к городскому кладбищу подвезут тело инквизитора - монаха Жана Ленопра. Как и предсказывал Мишель, он умер внезапно, схватившись за сердце. В тот момент, когда тело Ленопра предадут земле, юный Нотрдам будет уже далеко.

В течение 8 лет Мишель де Нотрдам, вчерашний студент-медик, будет скитаться по Франции. И лишь в 1529 году осядет в Монпелье. Здесь он продолжит учебу и вскоре получит докторскую степень. С этого момента его фамилия пишется на латинский манер, Нотрдам становится Нострадамусом.

1535 год. В Европе свирепствует чума. Не многие решаются бороться с болезнью. В кожаных передниках, в повязках, пропитанных чесноком, защищаясь амулетами и молитвами, врачи входят к больным. У них есть только одно оружие - ртутная микстура. Пользы от этого средства никакой, зато вред очевиден. Тысячи людей умрут от чумы, столько же от отравления парами ртути. Странствующий врач Мишель Нострадамус прибывает на юг Франции в Провансальский город Экс. Чума не щадит город, уничтожает целые кварталы, врачи бегут отсюда. Экс проклятое место. Бороться с эпидемией Нострадамусу придется в одиночестве. Сначала он использует те же методы, что и его коллеги. Но вскоре понимает - привычные средства не дают результата. Мишель приступает к поиску нового лекарства.

Молодой врач сидит за столом в своей крохотной комнате, пытаясь найти формулу нового лекарства. Мишель устал, его неудержимо клонит в сон. Надо взбодриться. И врач ополаскивает лицо водой. Неожиданно он замирает, глядя в зеркальную водную поверхность. Точно наяву, он видит в воде цветы - алые цвета крови розы на длинных стеблях. Нострадамус немедленно вызывает слугу, немого мальчика. Но тот долго не может понять, чего хочет хозяин. Розы? Не сошел ли он с ума? Разве сейчас, в разгар эпидемии, время думать о цветах? Но врач настаивает, и мальчишка приносит букет цветов.

Нострадамус изготовляет пилюли, в состав которых входит выжимка из роз, тратит все деньги на создание нового лекарства, и раздает его бесплатно прямо на улицах Экса.

У его фирменных пилюль чудодейственный эффект, больные выздоравливают один за другим. Вскоре к борьбе с чумой Нострадамус привлекает и городские власти. По его настоянию Экс наконец очищают от умерших. Беспримерное сражение со страшной эпидемией в общей сложности продлится 9 месяцев. И в день выздоровления последнего больного, отцы города торжественно объявят Нострадамуса спасителем, и предложат Мишелю пожизненное содержание, если он согласится остаться в Эксе. Но врач отказывается, он должен идти дальше, вслед за чумой.

1536 год. Известный странствующий врач Нострадамус в Ажене, в доме одного из самых авторитетных астрологов Франции Сезара Скалигера. Им есть что обсудить - Скалигера интересует секрет розовых пилюль. Взамен астролог обещает научить Нострадамуса скрывать свои видения за шифром, понятным лишь посвященным. Впрочем, не только волшебный шифр удерживает Мишеля в доме Скалигера. Нострадамус влюблен, его покорила младшая сестра мадам Скалигер красавица Жанна. Молодых людей постоянно видят вместе. Кажется, врач забыл о страшной черной чуме и о собственном пророческом даре. В конце концов, Сезар Скалигер дает согласие на брак своей невестки с Мишелем Нострадамусом.

1539 год. Новая вспышка эпидемии добирается до Ажена. Число жертв растет, люди уверены - им не избежать божьей кары. Многие отказываются от лечения и, завернувшись в саван, ждут смерти. Нострадамус не сомневается, бороться с чумой - вот его миссия. Днем и ночью он по первому зову покидает свой дом и отправляется к больным. Почему-то Мишель убежден - ему чума не причинит вреда. Просьбы Жанны быть осторожнее и поберечь ее и их малолетних детей Мишель оставляет без внимания. Нострадамус очнется слишком поздно.

В тот день, когда любимая жена, молча, протянет ему руки, врач увидит страшные черные пятна - характерные признаки чумы. Всего через несколько дней Мишель лишится всей семьи. Друг за другом уйдут его дети и обожаемая супруга. Известие о трагедии тут же разлетится по городу. Но врач не дождется сострадания даже от тех, кого избавил от болезни. Люди проклинают Нострадамуса. Как можно доверять лекарю, который не смог уберечь от смерти своих близких? Больше всех негодует Сезар Скалигер. Он не может простить Мишелю смерть невестки и племянников. Скалигер называет бывшего друга убийцей и угрожает ему костром.

Слова Сезара отнюдь не пустая угроза. Через несколько дней Мишель арестован. Стражники ведут Нострадамуса в тюрьму. Но несчастный врач кажется совершенно безучастным. Он не боится костра, наоборот, он ждет его с нетерпением. Там, на небесах, он сможет соединиться с семьей. Попав в камеру, Нострадамус немедленно хватает кружку с водой. Быть может, вода опять откроет ему будущее? Но перед Мишелем возникают совсем иные картины - он видит смерть и рождение королей, страшные войны и природные катастрофы, страны, которых даже нет на карте. Когда видения исчезают, Мишель стучит в дверь и требует от охранников, чтобы ему срочно принесли перо, чернила и бумагу. Нострадамус приступает к главному труду своей жизни - Книге пророчеств.

1539 год. Нострадамус по-прежнему в тюрьме. В ожидании казни Мишель начинает работу над своей первой книгой пророческих откровений. Он тщательно описывает свои видения, но так, чтобы их истинный смысл был ясен лишь посвященным. Он, то на латыни, то на греческом, даты зашифровывает в первых строчках, а в некоторых словах меняет буквы местами. Но все эти меры кажутся лишними. Инквизиции нет никакого дела до писанины опального лекаря. И без того очевидно - Нострадамус заключил сделку с дьяволом и заплатил за талант целителя жизнями своих жены и детей.

Однако через месяц церковь принимает неожиданное решение отпустить доктора Нострадамуса. Тюремный охранник по секрету сообщает - за лекаря хлопотал знаменитый астролог Скалигер, уважаемый и известный в городе человек. Запоздалое раскаяние Сезара спасает Мишелю жизнь. Он выходит из тюрьмы в полной решимости продолжить работу над своей книгой, но прежде покинуть ненавистный Ажен.

1543 год. Нострадамус снова путешествует, на этот раз по Италии. Мишель по-прежнему зарабатывает на жизнь медицинской практикой, но денег зачастую хватает только на хлеб и ночлег. Однажды зимой недалеко от Турина Нострадамус встречает группу монахов. Мишель подходит к одному из них, бывшему свинопасу Феличи Перетти и, неожиданно опускается на колени. Монах с удивлением смотрит на измученного путника и просит его немедленно подняться. Но незнакомец уверяет, как истинный христианин он просто обязан склонить голову перед его святейшеством Папой Римским. Слова Нострадамуса вызывают лишь вздох сожаления - похоже, этот несчастный тронулся умом. Монахи решают приютить бродягу у себя в монастыре. Спустя полвека монах Перетти станет главой католической церкви. Он примет сан Папы Римского и будет назван Сикстом V-тым. Но необычайное возвышение бывшего свинопаса дело далекого будущего, а пока в монастыре неподалеку от Турина монахи находят небольшую келью для Мишеля Нострадамуса.

Два года Нострадамус проведет в монастыре. Вместе с послушниками он работает в монастырском саду, помогает паломникам и лечит больных. Своей работоспособностью Мишель быстро завоюет доверие священнослужителей. Вскоре ему позволят заняться изучением местного архива, и Нострадамус с удивлением обнаружит в подвалах монастыря настоящие сокровища - древние трактаты по астрологии. Вот ему попался особо интересный экземпляр - античная карта небесных светил. Мишель всматривается в рисунки и вдруг замечает, как сквозь размытые линии проступает совсем иная картина. Ратушная площадь, толпа в ожидании публичной казни. К столбу привязан священник, который через секунду вспыхивает словно факел. Великая инквизиция покарала опасного еретика, который посмел рассуждать о бесконечной Вселенной и множественности миров. Мишель не сразу придет в себя после пережитого прозрения. Только через несколько часов Нострадамус успокоится и запишет свое пророчество - детальное предсказание казни Джордано Бруно.

В 1593 году священника и философа Джордано Бруно обвинят в ереси и заключат под стражу. Долгих семь лет от него будут добиваться покаяния и публичного отречения от собственной теории мирового устройства. Но все попытки инквизиции сломить отважного ученого окажутся тщетными. 17-го февраля 1600 года в Риме на площади Кампо деи Фьори Джордано Бруно будет сожжен. Так воплотится в жизнь видение, которое застало пророка Нострадамуса в небольшом монастыре под Турином.

1545 год. В ворота монастыря стучит гонец. Он прибыл из Экса, там на юге Франции новая вспышка страшного заболевания, и городские власти умоляют великого врача Мишеля Нострадамуса о помощи. Провидец незамедлительно отправляется в путь. В Эксе Нострадамус составит из трав уникальное дезинфицирующее средство, и находка целителя поможет остановить распространение легочной чумы. Теперь врач полностью реабилитирован, никто ни в Эксе, ни в его окрестностях не сомневается - Нострадамус великий целитель. Мишель принимает, наконец, решение прекратить свои странствия. Однако в Эксе он не останется. Астрологический прогноз требует, чтобы провидец отправился в городок Салон. Звезды твердят, что там, в Салоне Нострадамуса ждет довольство и покой, там он должен будет открыть миру свои пророчества.

1555 года, город Салон. В жизни Нострадамуса полоса удач, здесь он женится на богатой вдове Анне Понсард Жемелье и начинает публиковать первую часть своих предсказаний. Записанные пророчества охватывают уже тысячелетия, и Мишель обнародует их по центуриям - столетиям. Центурии, в свою очередь, разбиты на четверостишия - катрены. Первая часть книги состоит из трех центурий. В ней описываются события, которые должны произойти в Европе в ближайшие триста лет.

В августе 1556 года 53-летний пророк прибывает в столицу в королевский дворец. Придворные окружают новую знаменитость. Сама Екатерина Медичи принимает его необычайно милостиво. И лишь Генрих II не проявляет особого внимания к Нострадамусу, его величество доверяет только своему астрологу. А тот предсказал Генриху долгие годы блистательного правления и безмятежной жизни. Екатерина приглашает провидца на аудиенцию.

Мишель видит - за оживлением королевы скрывается тревога. Оставшись наедине с Нострадамусом, Екатерина открывает книгу пророчеств. Указывая на 35-ый катрен, Медичи задает ясновидцу только один вопрос - "Когда это случится?". Нострадамус с почтением склоняет голову: "Во время рыцарского поединка в честь пышной свадьбы", - произносит он. Согласно пожеланию Екатерины Нострадамус остаётся в Париже. Пройдёт совсем немного времени...

В день пышной свадьбы своей дочери Генрих II устраивает рыцарский турнир и сам принимает в нем участие. Его противник - граф Монтгомери, начальник королевской охраны. Граф вооружен щитом с изображением геральдического символа рода Монтгомери - грозного льва. Глашатай возвещает о начале поединка, и соперники сходятся в схватке. Уже через минуту сбывается магическое предсказание Нострадамуса - молодой лев побеждает старого. От пики графа Монтгомери отлетит щепка и попав в отверстие шлема войдет в левый глаз короля. Через 10 дней после страшного ранения Генрих II скончается.

Сразу после пышных похорон короля кто-то из дворцовой свиты расскажет о пророческом катрене Нострадамуса. Слухи моментально расходятся по Парижу. Вскоре перед домом Нострадамуса соберется разъяренная толпа. Сам факт исполнения предсказания простолюдины сочтут колдовством. В дом провидца летят камни, толпа неистовствует и требует казнить колдуна. Мишеля Нострадамуса, его жену и шестерых детей спасет королевская стража. Екатерина Медичи, предчувствуя возможную развязку событий, распорядится приставить к дому пророка круглосуточную охрану. Вид вооруженных стражников охладит пыл гневной толпы.

Как только минует опасность, пророк закроется в своем кабинете и распорядится, чтобы никто не смел его беспокоить. Прорицатель пишет продолжение своей книги и не желает отвлекаться от видений, которые приходят одно за другим. Он подолгу смотрит в чашу с водой. Словно сквозь туман он видит разъяренный народ заснеженной страны - Нового Вавилона. "И в месяце октябре вырастет Новый Вавилон. Красные истребят красных. Но он просуществует только 73 года и 7 месяцев...". Нострадамус пишет всю ночь. К рассвету, описание масштабных событий, которые развернутся на востоке через много лет, будет завершено.

Предсказание великого пророка настигнет далекую снежную страну Россию в 20-м веке. После октябрьских событий 1917 года церковь будет отлучена от государства, храмы подвергнутся разорению, а священники будут объявлены врагами народа. А еще через несколько лет на карте появится новое государство - Советский Союз, который Мишель Нострадамус нарек Новым Вавилоном. И ровно через 73 года и 7 месяцев государство под названием СССР исчезнет с мировой карты.

1563 год, Париж. После того, как его дом едва не был сожжен парижанами, Нострадамус с опаской выходит на улицу. Его фигуру в плаще и берете, парижане узнают моментально, и провидец старается обходить стороной людные места. Но однажды возле дома пророк сталкивается с возбужденной толпой. Люди окружают Мишеля плотным кольцом и обрушиваются на него с угрозами и оскорблениями. Пытаясь защититься, старый прорицатель отмахивается тростью и взывает к милосердию. Но лишь вмешательство его секретаря, который буквально выхватывает старика из толпы, спасает Нострадамуса от расправы.

В доме секретарь Жан Шаньи вручит Мишелю срочную депешу - губернатор Прованса граф Савойский Клод де Танд приглашает прорицателя в свой замок. Нострадамус примет приглашение, не подозревая, что визит к графу Савойскому обернется домашним арестом. Граф распорядится не выпускать пророка за пределы усадьбы, уверяя Нострадамуса, что это всего лишь вынужденная мера безопасности. Недовольство толпы столь велико, пояснит свои действия губернатор, что великому прорицателю в любую минуту грозит гибель.

Нострадамус часами прогуливается по большому парку, который окружает графский замок. В один из дней он подходит к пруду и, опираясь на трость, наклоняется к прозрачной поверхности. В отражении Мишель отчетливо видит поле боя и лицо молодого мужчины. Простой солдат, он, словно император, раздает приказы генералам. А за его спиной знамя с изображением пчелиного роя. Через четверть часа в своей комнате прорицатель запишет очередной катрен - "Поднимется огромный рой пчел. Никто не узнает, откуда они. Они нападут ночью, город окажется в руках пяти болтунов".

Рой пчел - это герб будущего правителя Франции Наполеона, болтуны - пятеро членов директории. В 1785 году Наполеон поступит на военную службу в чине младшего лейтенанта артиллерии. А в 1799-м совершит государственный переворот, свергнет правительство директории и сосредоточит в своих руках практически всю полноту власти. Нострадамус посвятит Наполеону десяток предсказаний и укажет точный срок его правления - 14 лет.

Все пророчества о Бонапарте будут записаны в замке губернатора Прованса. Клод Савойский отпустит своего пленника только через месяц. Нострадамуса снова спасет Екатерина Медичи. Вдовствующая королева узнает о его вынужденном аресте и отправит в замок графа гневную депешу с приказом немедленно освободить пророка. После своего заточения Нострадамус возвратится в Салон.

1564 год. Король Франции 14-летний Карл IX сын Генриха II отправляется в путешествие по Провансу. В поездке его сопровождает мать Екатерина Медичи. Сын Генриха получил в наследство от отца не только трон, но и астролога. Однако королева-мать давно не доверяет его прогнозам. Она уговаривает сына заехать в Салон и нанести визит Нострадамусу. Вскоре вся королевская свита прибывает в дом пророка.

Королева-мать просит Нострадамуса предсказать будущее ее сыну Карлу и поведать о его королевских победах. Однако прорицатель качает головой: "Вашему сыну недолго придется царствовать, мадам, - говорит Екатерине прорицатель, - его место на троне займет дальний родственник, гугенот Генрих Наваррский". В толпе придворных раздается возмущенный шепот: "Что за глупости? Это совершенно невозможно!". Всем известно, что у Карла IX два брата, и даже если с нынешним владыкой случится несчастье, Генриху Наварскому никогда не видать французского трона. Однако и это, казалось бы, совсем неправдоподобное пророчество Нострадамуса, в точности сбудется.

Прямые наследники французского престола сыновья Екатерины Медичи умрут один за другим. Род Валуа угаснет. И в 1584 году на французский трон взойдет Генрих Наваррский, первый из династии Бурбонов. Он станет одним из самых популярных королей Франции, а благодаря знаменитому роману "Королева Марго" и одним из самых популярных исторических персонажей. Впрочем, пока это всего лишь сюжеты отдаленного будущего.

Карл IX запомнил провидца из Салона. Весной 1566 года его величество приглашает пророка во дворец и предлагает Нострадамусу должность своего лейб-медика. Прорицатель дает согласие и вместе со своим секретарем отправляется в Париж. Однако насладиться всеми почестями ясновидящему не суждено. В дороге Мишель Нострадамус тяжело заболевает. У него страшно болят суставы и сильный жар. Старый прорицатель с трудом добирается до Парижа.

По распоряжению короля Мишеля разместят в лучших комнатах, приставят прислугу и вызовут медиков. Однако Нострадамус как будто не обращает внимания на эти хлопоты. Провидец знает - его уже не спасти. Однажды, после очередного врачебного консилиума, он попросит своего секретаря заказать для него медальон. На нем должна быть всего лишь одна дата - 21 июля 1791 года и надпись, которую он, Нострадамус, продиктует только самому граверу. "Что же должно случиться в этот день?", - поинтересуется Жан у своего хозяина. "Это дата разорения моей могилы", - ответит прорицатель.

Незадолго до своей смерти Мишель Нострадамус в присутствии свидетелей огласит свое завещание. Он пожелает быть замурованным в стене, чтобы никто не смог наступить на его могилу. Ранним утром 2 июля 1566 года в результате обострения подагры в Париже скончается величайший пророк Мишель Нострадамус. Его тело будет положено в саркофаг и в вертикальном положении погребено в церкви Миноритов в Салоне. Спустя два века после смерти Нострадамуса во Франции появится легенда о том, что ключи к его пророчествам похоронены вместе с провидцем. 21 июля 1791 года некий якобинец вскроет могилу ясновидящего, но не найдет там никаких секретных бумаг. Зато увидит на шее пророка медальон с точной датой вторжения и надписью "Горе тому, кто вскроет мою могилу". На следующий же день полиция установит мародера, но арестовать его не успеет - якобинца обнаружат убитым.

"Центурии" были переведены на английский язык в 1672 году. . В центурии содержится 100 катренов. До нас дошло 12 центурий. Но некоторые из них неполные. В общей сложности наследие составляют 1142 катрена и 47 секстин. Около 250 катренов не являются пророческими. Над расшифровкой рифмованных предсказаний Нострадамуса ученые бьются уже сотни лет. Но смысл большинства из них становится очевиден лишь после того, как прогнозы становятся реальностью. В своих легендарных центуриях Нострадамус предсказал приход к власти Наполеона, Ленина и Гитлера, Шарля де Голля, открытия Пастера. Поведал миру о грядущих войнах и природных катастрофах. Он предсказал создание атомной бомбы, убийство Джона Кеннеди и теракт 11 сентября 2001 года в Нью-Йорке.

Жан-Шарль де Фонбрюн, известный толкователь трудов Нострадамуса, дает новое прочтение его предсказаний до 2025 года. Он остановился на этом годе, потому что, по его мнению, в это время начинается эра Водолея, эра духовного и материального изобилия. Обновления человечества. Никаких войн, наступит всеобщий мир.

Но до этого времени, по Нострадамусу, начнется крупнейший конфликт. Россия и ислам поднимутся против Запада. Нострадамус говорит: "Со стороны Персии около миллиона". Иран в состоянии мобилизовать миллион человек. Затем сложится альянс между Китаем, исламскими странами и Россией против Запада. Есть причина для беспокойства. С атлантической цивилизацией будет покончено.

Господство Европы закончится. - Население Парижа покинет город. Столицей Франции станет Авиньон. Только сами люди могут заставить провидца "солгать", установив на земле всеобщий мир и обеспечив духовное обновление. Однако до сих пор слова пророка сбывались. Но это ничему нас не научило.

В 1975 году, читая лекцию в Экс-ан-Провансе, Жан-Шарль де Фонбрюн объявил о падении шаха Ирана. Слушатели посчитали такое предсказание абсурдным. И вот три года спустя в Тегеране вспыхивает восстание, а еще через пять месяцев шах Мохаммед Реза Пехлеви вместе со своей семьей отправляется в изгнание в Каир.

Нострадамус предвидел рождение Саддама Хусейна и укрепление его мощи. Более того, он указал день недели, когда будет захвачен Кувейт, и почти точно дал название операции западных держав против Ирака - "Буря в пустыне".

Комментарий одного катрена: вспыхнет большой пожар в период между 1 и 30 апреля 1986 года. 26 апреля 1986 года взорвалась атомная электростанция в Чернобыле, и "радиоактивный ветер" забушевал над Европой! Некоторые катастрофы описываются во всех подробностях, например разрушение Хиросимы и Нагасаки.

Начиная с утопий философов эпохи Просвещения, Нострадамус описывает симптомы болезни, которая погубит западную культуру. Именно Европа начала две первые мировые войны, и есть опасность, что она же и в третий раз вовлечет планету в гигантскую катастрофу. Одним из самых явных подтверждений этому, что особенно подчеркивает Нострадамус, служит мировой экономический кризис. Резкие колебания на различных биржах приведут к тому, что все ценные бумаги, все валюты рухнут. После падения коммунизма на Востоке мы скоро станем свидетелями разрушения капитализма на Западе, поскольку обе системы подпитывали одна другую с момента своего появления во второй половине XIX века.

Предсказанные события о столкновении Запада с мусульманскими странами ужасны. От Монако до Сицилии не останется ни одного города, ни одного селения, которые не разграбят исламисты. Неаполь, Палермо и вся Сицилия обезлюдят.

Та же участь ждет и Корсику, и Салерно, и Сардинию - они познают голод, эпидемии, войны. Люди захотят положить конец этим злосчастиям. В письме к французскому королю Генриху II Нострадамус пишет: "Церковь будет подвергаться небывалым преследованиям. При этом начнется чумной мор и погибнет более двух третей человечества".

Море, окружающее Англию, окрасится мусульманской и французской кровью. Население островов в проливе между Францией и Великобританией погибнет, поскольку помощь из США придет слишком поздно.

Из-за распрей между французами, из-за их беспечности путь исламистам будет открыт. Земли провинции Сен-сюр-Мер зальет кровь. В Марсель войдут военные корабли, и самолеты закружат над ним. Лига арабских государств будет ликвидирована. Из двух законов (христианского и исламского) "закон пиратов-исламистов" утратит силу, хотя ислам и Франция по-прежнему останутся в состоянии противоборства.

Нострадамус сделал и сенсационное пророчество о террористическом налете на США, в результате которого были разрушены знаменитые "башни близнецы".

Пророчества Нострадамуса на 2016 год говорят о невзгодах и лишениях, к которым стоит быть готовым всем и каждому. На Востоке начнется кровопролитный конфликт, будут воевать люди в чалмах, а чуть позже в войну втянутся десятки государств. Не об этом ли говорила и знаменитая болгарская предсказательница Ванга, когда прогнозировала начало Третьей мировой войны на Ближнем Востоке? Более того, есть опасения, что одна из арабских стран применит химическое оружие, вызвав небывалую панику в мире. По словам Нострадамуса, люди будут переселяться в северные страны, ища спасения от уничтожающих лучей.

Предсказывал Нострадамус и проблему перенаселения Земли. В связи с отсутствием места для жизни, люди начнут осваивать дно тихого океана и строить города под водой. А под землей уже вовсю будет идти строительство городов.

Высказался известный предсказатель и о судьбе России в 2016 году. По его прогнозу к этому периоду Россия станет сильнейшей экономикой мира, ее влияние на окружающие страны резко усилится, а значит, она встанет в один ряд с таким гегемоном, как США. Противостояние же между этими двумя сверхдержавами выйдет на новый уровень и лишь усилится. Как видим, и это предсказание начинает сбываться.


Будущий гений Исаак Ньютон родился в ночь на рождество 1642 года, и был настолько слаб, что сразу после родов мать бросила умирать дитя на чердаке - чтобы не видеть его

агонии. Но младенец так орал на весь дом, что молодая женщина вернулась за ним, поняв, что у него есть шанс выжить. Затем, выйдя второй раз замуж, она спровадила сына к родственникам, вновь овдовев, вернула его в дом, пыталась заставить в 15 лет заняться семейной фермой, но юный Исаак был непреклонен - он хотел учиться, а не копаться в навозе. В 19 лет он поступает в Колледж Святой Троицы Кембридж, чтобы учиться на бакалавра теологии, и с этого времени на протяжении 35 лет его жизнь будет неразрывно связана с этим университетом.

Значительную часть своих выдающихся открытий в физике и математике Ньютон, очевидно, сделал еще до 25 лет, но поделился ими только со своим учителем и другом Генри Барроу и попросил держать информацию в тайне; час их публикации настанет только спустя десятилетия.

В 1669 году он, наконец, получает место профессора математики в Колледже

Святой Троицы. Это место сулит стабильный доход и возможность спокойно

заниматься наукой. Остается только одна мелочь: все преподаватели колледжа

должны принести клятву, что они верят в святую троицу и ее единство, то есть в главную доктрину христианской церкви. Но дать такую клятву молодой кандидат в профессоры категорически отказывается. Нет никакой троицы, пытается объяснить он, все это - домыслы, на самом деле Бог един, один и всеобъемлющ.

Ближе всего эта его позиция именно к иудаизму, а не к какой-нибудь другой религии или ее ответвлению. И это свое мнение Ньютон высказал публично, в ближе колледже, носящей имя Святой Троицы! Из-за своей принципиальности и неготовности идти на сделки с совестью Ньютон вполне мог распрощаться с местом профессора, но профессор Барроу и другие члены академического братства смогли уговорить короля Чарльза

подписать указ, отменяющий пункт об обязательности клятвы на верность святой троице.

В 1686 году выходит самый знаменитый труд Ньютона - "Математические принципы натуральной философии" (что упоминаемый просто как "Принципы"), включающий в себя наиболее выдающиеся его открытия в области механики, астрономии, строения Земли, акустики, оптики и т.д.

Но мало кто обращал внимания на то, что за рядами математических формул и точными формулировками фундаментальных законов материального мира кроются и глубочайшие эзотерические идеи. Физика для Ньютона - не более, чем один из инструментов познания Творца и его фундаментальных законов. Строку 19-ого псалма Давида "Небеса рассказывают о славе Бога, о делах Его рук повествует небосвод" он трактует однозначно: сама гармоничность устройства нашего мира, единство и взаимосвязанность действующих в нем законов свидетельствуют о его сотворенности и

существовании Бога...

Это - мысль, к которой два века спустя долго и мучительно (в силу своего

атеистического воспитания) будет приходить Альберт Эйнштейн, но для Ньютона

она была естественной и однозначной. Больше того: Ньютон был уверен, что не

открывал ничего нового, а просто коснулся лишь самой вершины огромного

айсберга глубочайших знаний, которыми некогда обладали древние и которые

зашифрованы в священных еврейских книгах. И движимый все той же жаждой

познания Ньютон начинает глубоко изучать иврит, чтобы прочесть в оригинале

ТАНАХ, а затем и погрузиться в тайны Каббалы - еврейского мистического

учения.

Из уже упоминавшейся здесь книги "Хронология древних царств" и изученных

рукописей Ньютона выстраивается более-менее цельная, хотя все еще полная

белых пятен картина его мировоззрения. Бог, повторял он за Рамбамом, один, и нет подобия его Единственности. Он - Творец мира, Создатель законов природы и человеческого общества, и Он же, присутствуя всюду, незримо направляет всю человеческую историю. Он поведал сокровенные знания об устройстве мироздания первому человеку Адаму, а затем они передавались избранным людям из поколения в поколение, и дошли до выжившего в потопе Ноаха (Ноя), а затем были переданы праотцу еврейского народа Аврааму. Увидев, что другие народы искажают переданное им учение, Всевышний избрал в качестве хранителя и передатчика этих знаний еврейский народ, и этим, с точки зрения Ньютона, определяется роль евреев в мировой истории. Но в своем открытом виде эти тайны во все времена были доступны немногим. Кроме Ноаха, они были открыты разве что пророку Моисею, а затем тщательно зашифрованы в устройстве переносной Скинии Завета, которую воздвиг Моисей в пустыне, а также в построенном Соломоном Иерусалимском Храме.

"Само устройство Первого Храма истинной веры, открытой человечеству, призвано указать - через саму символику Храма - путь к пониманию рамок

существования этого мира... Неудивительно, что жрецы Храма возвышались над

остальным народом своими знаниями о законах мироздания и внесли их в свои

теологические сочинения", - говорится в одной из рукописей, хранящихся в

Иерусалиме.

Иерусалимский Храм был, по Ньютону, моделью нашей Солнечной системы; огонь

на жертвеннике символизировал Солнце; расположение каждой из его частей

пропорционально точно соответствовало расположению планет в нашей системе, каждый ритуал, совершаемый священниками-Коэнами и левитами, порядок

жертвоприношений и т.д. были исполнен глубочайшего тайного смысла...

Еще одним источником тайных знаний Ньютон считал Тору. Он не принимал мысль

иудаизма о том, что Тора предшествовала сотворению мира и была от слова до слова передана Моисею Богом, но признавал, что в ней должны быть закодированы величайшие тайны, и, возможно, она скрывает в себе еще один текст или даже тексты - если попытаться прочесть ее каким-то другим образом. Пройдет больше двух столетий, понадобится изобретение компьютеров прежде, чем израильский математик Элиягу Рипс создаст специальную программу и откроет, что при чтении через различное количество букв в Торе открываются новые пласты текста - и таким образом подтвердит гениальную

догадку Ньютона.

Следующим источником "истинного знания" о мире, о прошлом и будущем

человечества были, по Ньютону, другие книги ТАНАХа, в первую очередь, откровения, явленные еврейским пророкам, которые тоже следовало

расшифровать. Историчность и несомненная истинность всех книг ТАНАХа не

вызывала у него никаких сомнений.

При этом Ньютон считал себя истинным христианином, хотя понимание христианства у него было весьма своеобразным. Он отрицал доктрину о Святой Троицы и в сочинении "Историческое прослеживание двух заметных искажений Священного Писания" пытался доказать, что сама эта доктрина родилась вследствие ошибки в понимании и переводе

первоначального текста. Не верил он и в Божественное происхождение Иисуса, но в то же время признавал его "божественную миссию". По его версии, основоположник христианства и его ученики были просто группой евреев, бывших носителями того самого "тайного знания", о котором шла речь выше, и решивших следовать Божественным установкам так, как они их понимали. Т.о. он ставил Иисуса на уровень пророка, почти соизмеримого с Моисеем (что, разумеется, уже крайне далеко от иудаизма).

Верил Ньютон также и в то, что с помощью духовных инструментов можно влиять

на материальный мир. Именно этим объяснялся его интерес к алхимии - он

считал, что процесс превращения неблагородных металлов в благородные возможен, но с помощью не материальных, а неких духовных механизмов.

Понятно, что такой Ньютон казался адептам академической науки, сбрендившим с ума стариком, спекулянтом и профанатором, никак не совмещающимся с представлением об авторе основных законов механики, закона всемирного тяготения, преломления света и т.д., на памятнике которого выбито "Разумом он превосходил род человеческий". И именно поэтому они так отшатывались от его рукописного наследия. Но если он и в самом деле "разумом превосходил род человеческий", то, может, все, же стоит обратить внимание и на эти его сочинения?

Тем более, что с помощью совмещения самых различных методов - как чисто

научных, так и теологических - Ньютон пытался заглянуть за завесу будущего и вслед за еврейскими мистиками вычислить дату прихода Мессии и конца человеческой истории как истории войн и бедствий, а также предсказать ряд отдельных грядущих событий.

В частности, на основе этих расчетов он утверждал, что в 1880-х годах евреи

начнут возвращаться на землю предков - и это предсказание сбылось! Ньютон

предвидел, что в 1940-х годах, после какого-то страшного катаклизма, в

котором погибнут миллионы людей, на земле Израиля возродится еврейское

государство. Еще в начале ХХ века это пророчество показалось бы всем полным

бредом, но, как видим, и оно сбылось.

Приход Мессии Ньютон приурочивал к 2060-м годам. Сбудется ли это "бред"

великого физика и теолога? Что ж, кто доживет, сможет проверить...

Великий ученый, как известно, не имел жены и детей, и после его смерти в

1727 году весь его архив был передан племянникам и сложен у них дома. На

протяжении многих десятилетий наследники Ньютона пытались продать этот

архив, искренне полагая, что он должен стоить сотни и сотни тысяч фунтов

стерлингов - подобно архивам Фарадея, Максвелла и прочих великих. Несколько

раз, чтобы взвесить возможность такой покупки, к ним наведывались

сотрудники Библиотеки Кембриджа, Британского национального музея и других, не менее уважаемых учреждений, но после беглого знакомства с рукописями, отшатывались от них, как от чумы, и разговор о покупке заканчивался.

Наконец, в 1936 году архив Ньютона был выставлен на аукцион. Здесь часть

рукописей, связанных с алхимическими изысканиями Исаака Ньютона, приобрел

лорд Джон Мейнард Кейнс. Позже, на основе их изучения, он опубликовал

скандальную статью "Другой Ньютон". В ней он утверждал, что великий физик

считал себя, прежде всего, мистиком и теологом, и при этом верил... в Бога не

столько в христианском, сколько в еврейском смысле этого слова.

После этого стало немного понятно, что так пугало историков науки, просматривавших архив сэра Исаака Ньютона - его рукописное наследие никак

не вязалось с тем образом материалиста, сторонника "чистой науки", приверженца проверки теории практикой, который был создан его биографами.

На том же аукционе другая - большая - часть рукописного наследия

Исаака Ньютона была куплена неким Авраамом Шаломом Иегудой. Уроженец

Иерусалима, он был страстным антисионистом, из-за чего перебрался из

подмандатной Палестины в Штаты, где занимался исследованием Библии и, в

первую очередь, книги "Невиим" ("Пророки"). Иегуда был знаком с книгой

Ньютона "Хронология древних царств", и потому надеялся найти в работах

гения новые идеи для своих исследований.

Иегуда показал свое новое приобретение своему другу Альберту Эйнштейну, и

вместе они решили, что подобное сокровище должно храниться не дома, а в

публичном месте - и предложили его в дар сначала Гарвардскому, а затем

Йельском университету. Но оба этих храма науки категорически отказались эти

рукописи даже из рук такого авторитета, как Эйнштейн.

В 1951 году врачи сообщили Аврааму Шалому Иегуде, что он смертельно болен.

К этому времени он кардинальным образом поменял свои взгляды, стал

убежденным сионистом и потому решил передать архив Исаака Ньютона в дар

Национальной библиотеке в Иерусалиме. Библиотека его с благодарностью

приняла, но после смерти Иегуды его наследники начали долгий судебный

процесс - в результате рукописи прибыли в Иерусалим лишь в конце 1960-х

годов.

Настоящее их изучение началось только в 1980-х годах, и с того времени по их следам было опубликовано несколько монографий, посвященных мировоззрению великого физика. И все же они все еще скрывают свои главные тайны. Но даже то, что нам уже открыто, не может не вызывать, по меньшей мере, изумления.


Американский мистик, медиум и самопровозглашённый "целитель" Эдгар Кейси родился 18 марта 1877 в семье фермера, в 8 милях от Хопкинсвилла, штат Кентукки, США.. Первый признак незаурядности Эдгара проявился в 9 лет. Ему никак не удавалось правильно написать слово "хижина". Подобное затруднение на уроке вызвало хихиканье со стороны товарищей по классу и выговор со стороны родного дяди Люсьена - школьного учителя.

Когда в тот день Эдгар вернулся из школы домой, то почувствовал, что дядя уже побывал там: отец ходил сердитый и оскорблённый. В тот же вечер в гостиной Кейси происходила угнетающая сцена, во время которой отец старался вдолбить в голову сына элементарные правила правописания, а тот, казалось, совершенно ничего не понимал или не хотел понимать. К 10 часам вечера отцовское терпение лопнуло: Лесли Кейси так дал сыну по уху, что тот свалился со стула. Очутившись на полу, как вспоминал потом Эдгар, он услышал голос: "Если ты немного поспишь, мы сможем помочь тебе". Кто это сказал, и откуда шёл голос, Кейси не знал, но он был уверен, что ясно слышал голос. После этого случая Эдгару достаточно было поспать, положив под голову любой учебник, чтобы знать его от корки до корки.

В 1893 году семья Кейси переехала в Хопкинсвилл и поселилась на Седьмой Западной улице. В этом же году Эдгар закончил восемь классов школы. В течение года работал у дяди на ферме. В 1894 году получил работу в книжном магазине.

В 1900 году в партнёрстве со своим отцом он организовал бизнес по продаже страховок, но заболел ларингитом, вследствие чего полностью потерял голос. Не в состоянии работать, он жил у родителей около года. Далее он решил заняться фотографией, так как это не требовало напряжения голоса - и стал учеником в мастерской У. Р. Боулза в Хопкинсвилле.

В 1901 году в Хопкинсвиллском оперном театре выступал некий гипнотизёр Харт. Он услышал о болезни Кейси и предложил за 200 $ его излечить. Эдгар согласился - и голос действительно вернулся к нему во время гипнотического сеанса, но исчез при пробуждении. И, как ни старался Харт внушить Кейси, чтобы тот продолжал говорить после пробуждения, всё было безуспешно.

Так как Харт уехал давать представления по другим городам, он не мог дальше лечить Кейси. Однако местный гипнотизёр, Эл Лейн, пообещал им заняться. Интересно, что в трансе Эдгар описал свою собственную болезнь и способ её лечения. При этом он говорил не "я", а "мы". По его утверждению, голос пропал вследствие "частичного паралича мышц гортани и голосовых связок" и мог восстановиться за счёт усиления кровообращения в поражённых тканях. Лейн внушил ему увеличение кровотока, и

действительно, шея и грудь Кейси стали ярко-красными. Спустя 20 минут, находясь в трансе, Кейси объявил лечение законченным. После пробуждения голос к нему вернулся.

Далее Кейси и Лейн принялись лечить местных жителей - Кейси впадал в транс и выдавал советы по их лечению. Постепенно они перешли на заочную форму лечения - достаточно было просто указать местонахождение больного и его имя, а Кейси говорил диагноз и лечение. Он вскоре стал очень популярным и люди со всего мира стали обращаться за его советами по почте.

Как последователь протестантской церкви "Ученики Христа", Кейси был очень религиозным. Он каждый день читал Библию, выступал с лекциями в воскресной школе и помогал другим, только когда его просили.

Известность Кейси росла, но он никогда не стремился извлечь выгоду из своего мистического дара. Его жена и старший сын со временем заменили Лейна. Кроме того, появилась секретарь, Глэдис Дэвис, которая стенографировала "чтения" Кейси.

В 1923 году Артур Ламмерс, богатый издатель, предложил ему прокомментировать некоторые философские понятия. В трансе Кейси рассказал о реинкарнации, хотя этого не было в христианской доктрине. О реинкарнации Кейси говорил ещё во многих других своих пророчествах-чтениях. В нескольких чтениях Эдгару настоятельно было заявлено, что ему следует перебраться в Вирджиния-Бич, штат Виргиния.

В это время Кейси уже был профессиональным медиумом с небольшим штатом работников и добровольцев. Откровения в этот период были, в основном, на оккультные темы. При спонсорской поддержке Мортона Блюмменталя в 1929 году в Вирджиния-Бич был основан госпиталь Кейси, а в 1931 году была образована Ассоциация для исследований и просвещения.

В сентябре 1943 года Кейси приобрёл общенациональную известность, благодаря статье "Чудесный человек из Вирджиния-Бич", опубликованной в журнале "Coronet".

Кейси предсказывал войны, землетрясения, революции. Он говорил о прошлых жизнях, о древней истории Израиля, о погибшей цивилизации Атлантиды. Множество диагнозов и предсказаний Кейси подтверждались, что озадачивало скептиков. Кейси называли "спящим пророком", потому что он закрывал глаза и казался вошедшим в транс во время предсказаний. К моменту своей смерти он оставил тысячи отчётов о прошлых жизнях и всевозможных заболеваниях...

Почти 100 лет назад Эдгар Кейси предсказывал такие события, как: экономический кризис 1929 года; подъем индустриализации в 1933; исход событий на Курской дуге; победу СССР в борьбе с фашистами. Кейси точно предсказал (среди многого другого) автокатастрофу 1929 г. на Уолл-стрит, изобретение лазеров, находку Курманнских рукописей, а также падение коммунистического режима в СССР в начале 90-х годов и распад Советского Союза....

Американский ясновидящий говорил, что в 21 веке Россия станет крупнейшей, политически успешной державой во всем мире. По его мнению, она вступит в новый век сложно и неоднозначно, потеряет союзников и будет вынуждена доказывать правоту на политической арене практически в одиночку....

Для США предсказатель увидел проблемы, связанные с принципами ведения своей внешней и внутренней политики. Ясновидящий назвал свою страну жертвой, против которой обернётся то, что до сих пор помогало ей обводить вокруг пальца и обкрадывать другие территории и государства. Причём, общий контекст его высказываний по этому поводу наводит на мысль о том, что в Америке как никогда ранее приобретёт актуальность проблема конфликтов на религиозной почве, а также терактов.

Кейси точно предсказал (среди многого другого) автокатастрофу 1929 г. на Уолл-стрит, изобретение лазеров, находку Курманнских рукописей, а также падение коммунистического режима в СССР в начале 90-х годов.

Есть у прорицателя и мнение об экологическом состоянии планеты в целом.

Отталкиваясь от того, что наша планета является живым организмом, адекватно реагирующим на отношение человечества к себе, он пророчил людям серьёзные климатические перемены, если они не перестанут относиться к Земле потребительски. В ближайшие годы из-за этого могут происходить перемены в климате, которые, пройдя точку невозврата, поставят нас всех на путь гибели. И 2017 год может в этом смысле оказаться временем, когда что-то подобное и будет происходить (если люди, конечно, не одумаются). К примеру, уже сегодня перемещение земных полюсов происходит с беспрецедентно большой скоростью. И если в умах сильных мира сего ничего не изменится, то есть риск, что Полярное сияние могут начать видеть уже не жители районов, близких к Арктике, но обычные европейцы.

Кейси умер 3 января 1945 года в возрасте 67 лет. Последними его словами были: "Как же наш мир сейчас нуждается в Боге". Его похоронили в Хопкинсвилле.


Одной из самых загадочных фигур ХХ века был Вольфганг Мессинг. Родился Мессинг под знаком Девы, 10 сентября 1899 года в еврейском местечке Гура-Кальвария, в предместье Варшавы. Десяти лет от роду поразил родителей предсказанием, что через два дня сдохнет их корова и сгорит дом в соседнем селе. Отец наказал его за дурные фантазии. А через два дня корову убил взбесившийся бык и дом действительно сгорел.

Его притягивала Луна. Ночами он вставал и шел на ее властный зов. Отец боролся с его лунатизмом варварским способом - ставил возле кровати корыто с ледяной водой. Вольф попадал в него ногами, шок! - и он просыпался. Но все тщетно. В лунные ночи мальчик снова вставал, чтобы идти.... Куда?!

Было решено отдать его в хедер - учиться на раввина. Из хедера Вольф сбежал. Без денег, без еды сел в поезд, который шёл в Берлин. Именно здесь, в вагоне, неожиданно проявился ещё один необычайный дар юного Мессинга.

Увидев, что идёт контролер, он со страху забился под лавку, надеялся, что контролёр не догадается туда заглянуть. Но он заглянул. И осветил Вольфа фонариком. Лицо у него стало довольным, ведь он поймал зайца! Тогда, сам не знаю почему, мальчик поднял с пола какую-то бумажку и молча, протянул ему, изо всех сил желая, чтобы он принял её за билет. Контролёр послушно пробил её компостером и изрёк: "Странный ты мальчик. С билетом и под лавкой. Места же есть..."

Так впервые проявилась у него, бессознательная ещё, сила внушения, которая не раз спасёт ему жизнь. Она поражала самых скептичных. Как это было, например, в Англии, где он усыпил всех профессиональных гипнотизёров, которые собрались, чтобы разоблачить его...

Берлин стал для Мессинга городом открытия многих загадочных свойств его организма. И первых телепатических сюрпризов.... В первое время в Берлине, обнаружив в себе эту способность, мальчик очень полюбил бродить по рынку. Где ещё вы встретите столько разных людей! Где ещё можно так незаметно быть пристально внимательным, как не в толпе? Как-то он увидел одну пару. Они брели между рядами, и у них был очень подавленный вид. Чувствовалось, что мысли их далеко. Вольф незаметно наблюдал за ними. Внезапно в мозгу вспыхнула яркая картина: больная девочка в постели. Он отчётливо увидел её бледное лицо...

Проходя мимо этой пары, он сказал вслух: "Не тревожьтесь. Ваш ребёнок поправится". Они остановились как вкопанные. Неизвестно, что сильнее выражали их лица - страх, изумление или надежду. Именно тогда Вольф вдруг осознал, что благодаря этой способности слышать мысли других сможет помогать людям. Особенно тем, кто остро нуждается в поддержке.

В Берлине начала нового, XX века, где Мессинг впервые открыл в себе телепатический дар, он работы найти не мог. Разве что изредка - рассыльным. Ночевал, где придётся. Его иногда подкармливали на рынке, но голодные обмороки случались всё чаще. Один из них закончился в морге, куда его отправил врач, констатировавший в больнице факт смерти. Тело было холодным, дыхание отсутствовало, пульс не прощупывался.

Если бы не студент-медик, случайно обнаруживший у него редкие удары сердца, его похоронили бы заживо. На самом же деле это проявился ещё один дар Мессинга - способность погружаться в каталепсию, когда признаки жизни могут почти полностью отсутствовать. Так, собственно, он и очутился в клинике известного европейского невропатолога, профессора Абеля, который начал исследовать его уникальные возможности. Он объяснил юноше, что тот наделён фантастической способностью управлять своим организмом.

Начались тренировки: Абель отдавал ему мысленные приказы, и Мессинг отыскивал спрятанную вещь. Он учился слушать чужие мысли, различать в хоре одновременно звучащих голосов тот, что был нужен. Именно здесь Вольф блестяще овладел даром впадать в транс по желанию, вызывать у себя нечувствительность к боли и, ко всему, открыл в себе мощную силу гипнотизёра.

Он нашёл импресарио, некоего Цельмейстера, и стал зарабатывать свой хлеб насущный. Импресарио демонстрировал его в паноптикуме, где Мессинг с пятницы и до воскресенья оставался в закрытом стеклянном гробу в состоянии транса. На третий день "мертвец" оживал. Был позже и цирк, где, научившись отключать боль, он протыкал себе тело длинными иглами и спицами. И, наконец, - сеансы "чтения мыслей", принесшие ему известность, славу и настоящие деньги. Вскоре афиши с его портретом можно было увидеть по всей Германии. "Вольф Мессинг. Каталепсия. Гипноз. Чтение и передача мыслей на расстоянии и с завязанными глазами. Предвидение будущего".

Его импресарио вальяжно растолстел, стал одеваться у лучших портных, обзавёлся золотыми часами. Позже Мессинг уличит его в воровстве и уволит. Чтобы сделать себе рекламу, он ездит по городу, управляя автомобилем с завязанными глазами. Маршрут определяет тот, кто сидит рядом: он не произносит ни слова, Мессинг читает его мысли.

Во время первых гастролей в Вене, в 1915 году, Мессинг познакомился с Альбертом Эйнштейном, а через него и с Фрейдом. Некоторое время жил у Эйнштейна, и они проделали немало экспериментов, так как он чрезвычайно заинтересовался этими эффектами. Пытался понять их природу. Но даже ему это не удалось.

Фрейд и Эйнштейн стали материально помогать юноше, развивать его удивительные способности. Вскоре Мессинг уехал учиться в Вильненский университет, на кафедру психологии. Но пробыл там недолго. Слава следовала по пятам. Соблазн был слишком велик. И шанс хорошо заработать тоже. Начались гастроли по многим странам - в Европе, Америке. Затем - Австралия, Япония, Аргентина, Бразилия...

Помимо выступлений, которые шли с аншлагами и безумно выматывали его, приходилось постоянно кому-то помогать. К нему обращались с просьбами - найти пропавшую вещь или преступника, помочь вернуть украденное. Аристократы, полиция, простые люди... Мессинг никому не отказывал.

Эти гастроли принесли Мессингу не только мировую известность, но и большие гонорары. Он заработал неплохие деньги и вернулся в Польшу. В 1937 году в Варшаве, на одном из выступлений, он предсказал, что если Гитлер пойдёт на восток, то в недалёком будущем его ждут поражение в войне с Россией и смерть.

Слова эти, естественно, дошли до Гитлера. Он объявил Мессинга своим личным врагом и "врагом рейха". Когда немцы заняли Польшу, всю его семью - отца, братьев, других родственников (мама умерла раньше от инфаркта) - уничтожили в Майданеке. А портреты Мессинга были расклеены повсюду. Награда - 200 000 марок. И так было не только в Польше, но во всей оккупированной Европе.

Поймал Мессинга в Варшаве обычный полицейский патруль. И хотя он назвался художником, офицер узнал его. Вольф не успел включить свой дар внушения - зубы ему выбили сразу. Оглушённым его доставили в участок. Придя в себя и собрав волю, он сделал то, что ему удавалось и прежде - бесконтактное внушение: послал мысленный приказ охранникам собраться в его камере. Затем вышел, запер дверь камеры на засов, но, не рискнув все, же спуститься в дежурку, выпрыгнул в открытое окно со второго этажа.

Идти некуда, оставаться на улицах - опасно. Он отправился на рынок и там упросил одного крестьянина вывезти его из города на его телеге, под сеном. Той же ночью он переправился на рыбацкой лодке через Западный Буг и пересёк границу СССР. Его "крёстным отцом", первым партийным чиновником Брестской области, с которым он встретился, стал Пётр Абрасимов. Мессинг мысленно заклинал его: "Поверь и помоги мне!" Затем вдруг сказал: "Вы станете послом в большой стране".

Так и случилось. Абрасимов не раз занимал должность посла. В ГДР, в Польше, в Японии. "Большой" же страной оказалась Франция.... Но всё это будет позже. А тогда Абрасимов, конечно, не принял всерьёз пророчество этого странного испуганного человека. Но разрешил ему выступать на сценах Белоруссии.

Так началась новая жизнь Мессинга. Жизнь мистика в стране, не признававшей никаких паранормальных явлений. И страна эта встречала каждое его появление овациями.

История, ставшая хрестоматийной. В мае 1940 года, во время его выступления в Гомеле, на сцену поднялись двое. Извинившись перед публикой, они прервали концерт. Мессинга повезли в Москву: Сталин пожелал сам убедиться в его загадочном даре. Они беседовали довольно долго. Вождь расспрашивал о его встречах со знаменитостями. Интересовался Юзефом Пилсудским (глава польского государства). Затем предложил Мессингу выйти из Кремля без пропуска.

- Если сможете выйти, - сказал он, подводя Мессинга к окну, - встаньте у того дерева.

Он вышел из Кремля, как выходят из метро. Встав у дерева, обернулся к окну. Сталин махнул рукой: "Возвращайтесь!"

Когда он, спокойно миновав охрану, вошёл в кабинет, вождь спросил:

- Как вам это удалось?

- Я внушал охране, что я - Берия.

Другую проверку ему устроил уже Лаврентий Павлович. История широко известная: следовало получить в сберкассе 100 000 рублей. Кассир, взяв у него пустой клочок бумаги, отсчитал деньги. Люди Берии запротоколировали это и вернули деньги кассиру. С тем тут же случился инфаркт. ...

Не странно ли, что Сталин, с его подозрительностью, терпел существование человека, способного заглянуть в чужие мысли? А значит, и в его! Просто не верил, что кто-то осмелится? Какой-то артист! Гипнотический же дар Мессинга ему был неинтересен. Он и сам обладал им. (Об этом говорили все, даже Черчилль.) Ясновидение? Что ж, можно иногда использовать. Лаврентий и займётся. Предсказание будущего? Чушь! Еврейские штучки!

И всё же были у Мессинга и другие встречи с вождём, но о чём они разговаривали, он никогда и нигде не упоминал. Теперь уже известно, что во время одной из встреч Мессинг предостерёг вождя: сын Сталина, Василий, ни в коем случае не должен лететь в Свердловск вместе с хоккейной командой ВВС. По воле отца Василию пришлось ехать поездом.... Самолёт же с командой разбился, все хоккеисты погибли.

В 1943 году, в Новосибирске, Мессинг предсказал, что война закончится победой 8 мая 1945 года. Сталин прислал ему телеграмму с благодарностью за точно названный день окончания войны.

Как объяснить его способность безошибочно сказать, кто живёт в том, или ином номере гостиницы на другом конце города. Как можно, сидя в Москве, "увидеть" где-то за сотню километров потерянный портфель с секретными документами (его пропажа вместе с высоким чиновником переполошила Кремль и заставила Берию обратиться к артисту)? По данной Мессингом "картинке" сельской местности с покосившейся церквушкой и мостом через речку картографы определили населённый пункт. Оперативники нашли портфель под мостом...

Когда Вольф Григорьевич вводил себя в состояние транса, он поднимал двухпудовую гирю как пушинку. Он был способен предвидеть события, предчувствия его не обманывали. Самым запомнившимся был случай в Ашхабаде в 1948 году. В первый же день, идя по улице, он вдруг почувствовал, как его охватила тревога. Не возникало никаких образов. Но что-то заныло, засосало в нём! И ничего конкретного. Кроме необычайно сильного желания немедленно уехать. Это чувство усиливалось с каждой минутой. Он впервые в жизни отменил выступление и вернулся в Москву. Через два дня Ашхабад был разрушен землетрясением.

И всё-таки интуиция не всегда выручала его. С гордостью показывая газетные вырезки военных лет, сообщавшие о двух подаренных им фронту самолётах, он ни словом не обмолвился нигде, что дар этот был вынужденным. Ни предвидение, ни предчувствие не подсказали ему тогда, что не следует отказываться от настойчивого предложения пожертвовать свои немалые сбережения на истребитель. Он отказался и был арестован. На первом же допросе ему предъявили обвинение в шпионаже в пользу Германии. Пришлось соглашаться и отдать миллион. Но из тюрьмы он вышел сломленным и навсегда испуганным человеком.

Сегодня известно, что после первого ареста, обернувшегося самолётом, Мессинг потерял интерес к сберкассе и стал вкладывать свои гонорары в драгоценные камни. Шла война, и деньги мало что стоили. Но судьба уготовила ему ещё один сюрприз, сведя его в Средней Азии, где он жил в эвакуации, с польским эмигрантом Абрамом Калинским. Мессинг поддался на его уговоры бежать в нейтральный Иран. Благо рукой подать! Соблазн был велик. Но куда подевался его дар провидца?! "Стукнул" ли старик-туркмен, согласившийся за бешеные деньги - 40 тысяч - стать проводником? Или, что более вероятно, сам Калинский, который, как выяснилось много позже, был осведомителем НКВД? Мессинга снова арестовали. И на сей раз, дело было совсем худо.

Спасла его найденная в его кармане та самая благодарственная телеграмма Сталина. Да ещё привычка дарить фронту самолёты. Так взлетел в небо второй его истребитель, подаренный авиаполку "Варшава". А он перестал коллекционировать бриллианты. Разглядев в них целую эскадрилью.

В Новосибирске в 1944 году после выступления к нему подошла красивая молодая женщина и сказала, что его ведущая не обладает необходимым шармом, да и одета недостаточно строго. "Я бы всё повела не так". "Ну, вот и приступайте", - сказал Мессинг.

Теперь все его "Психологические опыты" начинались со вступительного текста, в котором упоминались опыты Павлова и Сеченова. Текст был специально написан Аидой Раппопорт.

Вскоре он объяснился ей в любви.... Он никогда не был аскетом. Женщины в его жизни появлялись и раньше. И исчезали. Всех влекли его слава и деньги. И он без сожаления расставался. С Аидой было иначе. Она стала для Мессинга всем - женой, другом, секретарём, ассистентом.

С ней он обрёл свой дом, где можно было, наконец, скинуть маску и стать самим собой. Она окутала его такой любовью и заботой, каких он не знал прежде. И он, как мальчик, охотно слушался её во всём. Лишь иногда, словно что-то вспомнив, распрямлялся, становясь в позу, и резким скрипучим голосом заявлял: "Это говорит тебе не Вольфочка, а Мессинг!"

Жизнь его стала размеренной, нормальной, как у всех. От прежней остался лишь режим, которому он не изменял. Утром - чашка кофе, яйцо всмятку с куском чёрного хлеба. Прогулка с двумя собаками. Днём - запоем читал. Перед выступлением непременно полчаса спал.

Как и всё необъяснимое, жутковатый дар Мессинга рождал у многих естественную защитную реакцию - скепсис. Ему аплодировала страна, но атмосфера зависти была плотной - ведь успех не прощают. Поразительным выступлениям сопутствовали обвинения в мистификации и мошенничестве и, конечно же, яростные разоблачения "экспертов". Раздавались они даже со страниц относительно либеральной "Литературной газеты", где Мессинга исправно и неустанно "выводил на чистую воду" профессор-физик Александр Китайгородский.

Но вот Аида заболела, у неё признали рак. Болезнь безжалостно наступала, но она отказывалась ложиться в больницу, и врачи приходили к ним домой. В один из таких визитов академик-онколог Николай Блохин стал уверять его, что отчаиваться не надо, что болезнь может и отступить, даже в таком состоянии у пациентов, случается, наступает ремиссия, и они живут ещё долгое время... Он не дослушал, голос сорвался в фальцет:

- Не говорите чепухи! Я не ребёнок, я Вольф Мессинг! Она не поправится... Она умрёт второго августа 1960 года в семь часов вечера.

Так и случилось. Минута в минуту....

Первые девять месяцев одиночества едва не свели его с ума. Он никого не хотел видеть, редко отвечал на телефонные звонки. Жизнь утратила смысл. Мир сузился до стен крохотной квартиры на Новопесчаной, где на стенах висели его дипломы, на полках стояли сувениры, привезённые со всех концов страны, подаренный кем-то белый кубинский коралл, каравелла "Санта-Мария" ....

Во время Карибского кризиса 1962 года к Мессингу за советом обратился Никита Хрущёв. Мессинг предсказал, что Третья мировая война не начнётся. Как-то Леонид Брежнев попросил Мессинга повлиять на дочь Галину, ведшую легкомысленный образ жизни. А вскоре Галина вышла замуж за капитана милиции Чюрбанова.

Многие свои записи Мессинг кодировал. Так в его записях в разных вариантах фигурировали цифры 11 и 19. И вот 11.08.79 погибла в авиакатастрофе ташкентская команда "Пахтакор", а в 2011 году разбился самолёт с ярославской хоккейной командой "Локомотив". В его шифрованных записях оказались предсказания о вторжении войск в Афганистан и о распаде СССР.

Прожив 75 лет, Мессинг так и не вырос, оставшись внутри всё тем же мальчиком из еврейского местечка. Грустным, встревоженным. Одиноким. Пугавший других дар сделал его человеком без кожи - открытым всем эманациям людских душ. То, что он читал в них, вряд ли добавляло ему оптимизма. Он мог видеть будущее, но не мог изменить его. Даже своё. Непосильная для смертного ноша!

В отличие от любого из нас, Мессинг знал день и час своей смерти. Но, как и все мы, боялся её. И не мог скрыть ни страха, ни отчаяния. Вопреки всему, перечёркивая весь свой опыт провидца, пытался надеяться - не на Бога, на врачей. Умолял власти позволить ему вызвать за свой счёт уже тогда прославленного американского нейрохирурга Дебейки, который "вытащил" буквально с того света президента Академии наук СССР Келдыша. Ему отказали.

Говорят, уходя в больницу, он обернулся на свой дом и тихо сказал, едва сдерживая слезы:

- Ну, вот и всё, Вольф. Ты сюда больше не вернёшься.

Так и случилось. Операция по замене подвздошных артерий прошла блестяще. Тревожиться было не о чем. Внезапно отказали почки... Ночью 8 ноября 1974 года Мессинг умер.

Имущество Мессинга описали. Деньги на сберкнижке забрало государство. Бесценный старинный фолиант на иврите унесла соседка. Наверное, и исчезнувший загадочный сундучок ушёл туда же. Перстень с огромным бриллиантом, стоимостью 700 тысяч, о котором ходила молва, так и не нашли. О каких ещё предсказаниях узнает человечество после 2050 года, когда должны будут рассекречены архивы Мессинга?

Похоронен Вольф Мессинг на Востряковском кладбище, рядом с супругой.

На просьбу друзей выделить две тысячи рублей для установки надгробия чиновники в Министерстве культуры ответили решительным отказом. Могила Мессинга много лет была фактически безымянной, поросла травой и наверняка затерялась бы, если бы в 1990 году его старая приятельница Татьяна Лунгина, приехав специально из Лос-Анджелеса, на свои деньги не поставила ему скромный памятник.


Научно проверить реальность телепатической связи первым попытался английский физик Уильям Баррет в 70-х годах XIX века. Его опыты оказались исключительно удачными. Позднее телепатической передачей слов и чисел занялся выдающийся французский физиолог, лауреат Нобелевской премии Шарль Рише.

В России первым занялся этой темой лаборант физического факультета Киевского университета Яков Николаевич Жук. Весной 1901 года в "Известиях" Киевского университета была напечатана его статья "Передача зрительных ощущений". В ней шла речь о "чтении мыслей". Он изучил работы иностранных учёных и сделал вывод, что процент правильной передачи мысленного внушения не может объясняться случайностью.

Т.к. было немало сомневающихся, Жук решил проверить сомнения собственными опытами. Он задумал цикл телепатических опытов с мысленной передачей разнообразных рисунков. В процессе опытов он убедился, что телепатия является очень тонким, капризным, непредсказуемым явлением. На результат влияют окружающая обстановка, характер участников опыта и даже время.

Желающих участвовать в экспериментах оказалось немало. Совместно с несколькими лицами Жук провёл свыше двухсот опытов при различных условиях. Сам Жук при этом бывал и в роли внушающего, и в роли внушаемого. Из полученных ответов Жук отобрал для анализа 169 и разделил их на 5 групп. К первой группе он отнёс телепатические рисунки, сходство которых с оригиналом было весьма велико. Ко второй группе были отнесены рисунки "лишь до некоторой степени похожи на передаваемые. К третьей - такие, где исходная картинка оказалась нарисованной не полностью. К четвёртой группе относились только те рисунки, в которых сохранялась лишь идея задания. В пятую группу вошли неудачные ответы.

Из 161 рисунка 86, то есть 51% были признаны достаточно удачными. В том же 1901 году в университетских "Известиях" была напечатана статья Жука о телепатии. Для более широкого круга читателей Я.Жук выбрал научно-популярный и литературный журнал "Мир Божий". В июньском номере за 1902 год появилась новая статья Я.Жука "Взаимная связь между организмами".

В это время Яков Николаевич был уже приват-доцентом кафедры физики Киевского университета, читавшим самостоятельный курс. Его статья была посвящена не только "чтению мыслей", но и ясновидению, пророческим снам, появлению призраков и т.д. Жук старался найти для этих явлений научное объяснение.

Об исследованиях Я.Жука говорил в 1920 году на конференции специалистов Института по изучению мозга академик В.М.Бехтерев. В 60-х годах XX века их проанализировал и высоко оценил профессор Л.Л.Васильев, создатель первой в СССР лаборатории парапсихологии при Ленинградском государственном университете. О дальнейшей судьбе Я.Н.Жука ничего не известно.

.


Кроме телепатии и ясновидения многих людей интересует вопрос: что их ждёт после смерти. Многие народы верят в повторное рождение в другом теле - реинкарнацию. И вера эта зародилась ещё в каменном веке. Они будто уже тогда видели в смерти новое рождение человеческой души. В Древнем Египте считали, что душа человека проходит свой полный цикл за 3 000 лет.

В реинкарнацию верил и знаменитый математик Пифагор. Он даже рассказывал о своих прошлых жизнях, когда он был троянским воином, , пророком, крестьянином, проституткой, лавочником. На Востоке концепция переселения душ лежит в основе религиозных вероучений.

До сих пор поражают многочисленные загадочные случаи, когда дети вспоминали в деталях свои прошлые жизни, родственников. Они описывали очень точно места, где никогда не были.

Писали, что в 1929 году трёхлетняя Шанта Дэви заявила как-то родителям, что является замужней женщиной и зовут её Луджи. Она подробно описала свой дом в другом городе Мутре и свою прежнюю семью. Она сказала, что умерла при родах 4 года назад. В Мутре все слова девочки подтвердились. К Шанте приехал муж Луджи, ставший вдовцом. Она его тут же узнала. Когда девочку отвезли в Мутру, она спокойно отыскала дорогу к своему прежнему дому и по именам назвала всех членов большой семьи. Она даже мгновенно отыскала место, где перед смертью спрятала драгоценности.

В середине 80-х годов XX века индийские газеты вновь бурно обсуждали случай теперь уже с Ашишем Бансалом. Когда тому исполнилось 3 года, он заявил родителям, что женат и имеет троих детей. Родители приняли это за шутку. Однако, через 10 лет Ашиш назвал имена своей жены и детей и пожелал встретиться с ними. В 14 лет он рассказал всю историю своей прежней жизни.

Он утверждал, что был Бинаем Тхакуром, рабочим железнодорожной мастерской в Бомбее. Однажды поздно вечером, когда он возвращался с работы, на него напали четверо, ограбили и убили.

Этой историей заинтересовались и решили провести эксперимент. Мальчик, никогда не бывавший в Бомбее, быстро нашёл мастерскую при железнодорожной станции Матунга. Там подтвердили, что здесь работал Бинай Тхокур и 14 лет назад он исчез.

Было в газетах сообщение и о том, что 22 ноября 1963 года в племени Отобей-Рива в Новой Гвинее родился туземец Араану. Мальчик родился в тот момент, когда в США был убит Джон Кеннеди.

Через некоторое время выяснилось, что маленькому туземцу известны самые сокровенные факты из жизни убитого президента. Для обследования туземца была создана очень представительная комиссия, состоявшая из парапсихологов, врачей и историков. Работа комиссии проходила в одной из больниц города Мистинг в Новой Гвинее. К изумлению комиссии мальчик не только нарисовал план помещений в Белом доме, но и рассказал массу малоизвестных подробностей о детстве Кеннеди. Он сумел повторить текст тезисов Джона Кеннеди о правящем классе в Британии, которые были написаны им в 1940 году.

В Европе и Америке реинкарнацией заинтересовались в середине XIX века. К настоящему времени в переселение душ верит почти четверть европейцев, 23% американцев и около 30% россиян. У исследователей собралось обширное досье, в которое вошли самые различные свидетельства о реинкарнации. В последнее время исследователи всё чаще пользуются гипнозом для возврата человека в его прошлые жизни.

Хорошо задокументирован пример такого возврата в истории Грэма Хакстэйбла. Когда тот погрузился в транс, то оказался неким Беном, канониром на английском фрегате XVIII века "Эджи". Сначала он отвечал на вопросы гипнотизёра Эрнайла Блоксхэма, а потом зажил своей прежней жизнью. Он готовил свою пушку к предстоящему бою с французским судном. Он отдавал команды и как-будто участвовал в реальном сражении. В какой-то момент раздался вопль: "Моя нога! Нога! Нога!".

Гипнотизёр с трудом вывел Хакстэйбла из транса. Когда тот очнулся, то первым делом пожаловался на боль в ноге. Когда потом Хакстэйбл слушал потом магнитофонную запись, то очень удивился. Ведь он никогда не плавал по морю и не интересовался историей флота.

Серьёзно занимался поиском доказательств реальности реинкарнации профессор психиатрии медицинского колледжа при Вирджинском университете Йен Стивенсон. На основании собранных фактов он написал книгу "20 случаев предполагаемой реинкарнации". Он собрал настоящее досье, в котором содержатся сотни описаний возможного переселения душ.

Хорошим доказательством реинкарнации является совпадение родимых пятен с теми, которые были в прошлой жизни. Ещё лучше, если испытуемый в прошлой жизни говорил на другом языке и в своих воспоминаниях продемонстрировал знание этого языка.

Из множества случаев, расследованных Стивенсоном, был один очень необычныхй. Трёхлетний Джасбир Лал Джат умер на руках своих родителей от оспы. Дыхание его остановилось, тело похолодело. На следующий день, когда родители готовились к погребальному обряду, ребёнок пошевелился.

Ребёнок выздоровел через несколько недель, но поведение его совершенно изменилось. Он стал утверждать, что принадлежит к касте брахманов и родом из города, находящегося в 40 км, от селения, где тот теперь находился. По словам Джасбира, его должник специально отравил его во время свадьбы, чтобы не отдавать долг. Ему стало плохо, он выпал из свадебной колесницы и разбил голову. Все посчитали, что причиной его смерти была рана на голове. Выражался Джасбир довольно изыскано и отказывался от пищи, которая не соответствовала его более высокому статусу.

Всё, сказанное Джасбиром, подтвердилось. Когда его посетили родственники погибшего, Джасбир не только назвал всех по имени, но и рассказал многие подробности из их жизни.

Руководитель отделения психиатрии Центра медицины при Йельском университете доктор Брайан Вайс не верил в реинкарнацию и скептически относился к разным чудесам. Одна из его пациенток страдала очень устойчивой фобией - водобоязнью. Она не только боялась искупаться в каком-нибудь водоёме, но и принять ванну для неё было проблемой. Никакие традиционные методы лечения не давали результата. Тогда Вайс решил применить гипноз.

Он погрузил женщину в транс и дал ей установку вернуться в то время, когда возникла причина водобоязни. И тут женщина начала вспоминать события, которые происходили 4 000 лет назад. В то время она жила в какой-то восточной стране и утонула во время наводнения. Во время следующих сеансов гипноза удалось узнать и о других воплощениях. В одном из них она была гречанкой и даже встречалась с Вайсом, который был тогда её учителем.

Обо всём этом женщина рассказывала так эмоционально, что трудно было ей не поверить. Был и ряд исторических деталей, о которых в настоящей жизни женщина знать не могла. Вайс проверил их у специалистов и убедился, что факты полностью соответствуют данным историков. Состояние женщины после этих сеансов значительно улучшилось, она избавилась от своей фобии. А Вайс стал использовать этот метод для лечения своих пациентов.


Не менее таинственным считается способность человека покидать своё тело. В научном мире это называется "внетелесный опыт" (ВТО). Феномен ВТО серьёзного изучения не получил. Представители классической науки, хотя и не отвергали достоверность таких явлений, но изучать их не спешили. Этот вопрос был отдан на откуп религии и оккультизму. Но вот к изучению ВТО подключился американский исследователь Роберт Аллан Монро.

Родился он 30 октября 1915 в Лексингтоне, штат Кентукки, США в семье профессора колледжа и врача. Детство провёл в Кентукки и Индиане. Поступил в Государственный Университет Огайо, получил степень по инженерии в 1937 году. Работал режиссёром и сценаристом на двух радиостанциях. Через два года Монро переехал в Нью-Йорк, продолжил работать в СМИ, выпуская еженедельные передачи, и вскоре основал собственную радиокомпанию. Монро занимал должность вице-президента и члена совета директоров сети Mutual Broadcasting System, попал в список "Кто есть кто в США" и публиковался в журналах и газетах.

В 1956 году компания занялась исследованием эффектов звуковых волн на человеческое сознание, включая возможность обучения во время сна. Бо́льшую часть тестирований Монро проводил на самом себе. В 1958 году, совершенно неожиданно, он испытал состояние, в котором его сознание было отделено от физического тела. Монро применил к этому состоянию, в некоторых источниках называемому "астральной проекцией", термин "внетелесное переживание".

Его тело перед сном стало испытывать непонятные вибрации. Врачи никаких патологий не обнаружили. Монро стал к этому привыкать. Но однажды ночью, во время таких вибраций, он ощутил себя парящим над собственным телом. Сам Монро позднее описывал это явление так:

"Я плавно взлетел над постелью. Стоило мне захотеть остановиться, и подъём прекратился - я парил посредине между полом и потолком. Ощущение было довольно приятное, но я нервничал, опасаясь неожиданно упасть. Через несколько секунд я мысленно направил себя вниз и мгновение спустя вновь оказался в постели, при этом все обычные физические чувства полностью функционировали. С того момента, как я лёг в постель, и до тех пор, когда я встал по окончании вибраций, никакого перерыва в сознании не было".

Постепенное изучение духовной литературы (особенно восточной) убедило его, что данное явление не плод воспалённого воображения.

Монро начал экспериментировать над собственным сознанием. В 1971 году Монро опубликовал первую книгу, посвящённую ВТП - "Путешествия вне тела". Книга привлекла внимание научных исследователей, медицинских специалистов и многих других.

Монро считает, что способность ВТО присуща человеку от рождения. Убедили его в этом и собственные опыты путешествия вне тела. Во многих случаях Монро, находясь в состоянии астральной проекции, наблюдал за тем, что делают в это время его друзья и близкие. В ходе последующих проверок полученные им сведения подтверждались. При этом, и его часто видели в местах, от которых он находился на значительном расстоянии.

Был случай, когда в процессе ВТО Монро беседовал с кем-то из "представителей Высшего Разума". Данная сущность указала Монро на его прошлую реинкарнацию. По его мнению, в последний раз он был монахом в Кошоктоне, штат Пенсильвания. Через некоторое время, благодаря усилиям приятеля Монро, католического священника, недалеко от Кошоктона и в самом деле нашёлся захолустный монастырь.

Монро начал работать над разработкой методов контроля и стимуляции возникновения новых состояний сознания в лабораторных условиях. Эти исследования привели к разработке технологии Hemi-Sync, основанной на идее синхронизации частот работы полушарий мозга с помощью бинауральных ритмов. В 1974 году был основан Институт Монро. Последующие двадцать лет Монро продолжал свои исследования. Он разработал целый ряд методик аудиостимулирования, предназначенных для концентрации внимания, снятия стресса, улучшения сна и т. д.

В 1985 году вышла вторая книга Р. Монро - "Далёкие путешествия", в которой описываются личные переживания, испытанные автором вне физической реальности, и приведены данные, полученные в ходе экспериментов над добровольцами. За год до своей смерти Монро написал заключительную часть своей трилогии - "Окончательное путешествие" (англ. Ultimate Journey), в которой подводится итог его исследовательской деятельности.

Начатое Робертом Монро дело продолжила его дочь Лори Монро (1951-2006), возглавлявшая Институт Монро с 1994 года. В дальнейшем Институт продолжает своё существование под руководством последователей.


Что касается ясновидения, то предсказать будущее можно и научным путём. Одним из таких футурологов был Элвин Тоффлер. Родился Элвин 4 октября 1928 года в Нью-Йорке в семье еврейских иммигрантов из Польши - скорняка Сэма Тоффлера и его жены Роуз Эльбаум. Был женат на Хайди Тоффлер, которая также является футурологом и соавтором многих его книг.

Со своей будущей женой познакомился в Нью-Йоркском университете, где он изучал английский язык, а она была аспиранткой в лингвистике. Будучи радикально настроенными студентами, они решили отказаться от дальнейших научных работ, переехали на Средний Запад, где и поженились.

Последующие пять лет свои расходы они покрывали, благодаря работе на сборочных конвейерах, вблизи изучая проблемы и потребности рабочего класса. Элвин Тоффлер работал монтажником и сварщиком.

Позже Элвин Тоффлер применил свой практический опыт в описании природы труда и различиях между физическим и интеллектуальным трудом.

Впоследствии Элвин Тоффлер был приглашенным профессором Корнельского университета, членом Новой школы социальных исследований, корреспондентом в Белом доме и бизнес-консультантом.

Научная концепция Элвина Тоффлера основывается на идее сменяющих друг друга волн-типов общества. Первая волна - это результат аграрной революции, которая сменила культуру охотников и собирателей. Вторая волна - результат индустриальной революции, которая характеризуется нуклеарным типом семьи, конвейерной системой образования и корпоративизмом. Третья волна - результат интеллектуальной революции, то есть постиндустриальное общество, в котором наблюдается огромное разнообразие субкультур и стилей жизни. Информация может заменить огромное количество материальных ресурсов и становится основным материалом для рабочих, которые свободно объединены в ассоциации. Массовое потребление предлагает возможность приобретать дешёвую, нацеленную на конкретного покупателя продукцию, распределяемую по малым нишам. Границы между продавцом (производителем товара и (или) услуги) и покупателем (потребителем) стираются - "prosumer" может сам удовлетворить все свои потребности.

У Тоффлера на русский язык переведено 5 книг. Главная из них - 1980-го года, "Третья волна". Тоффлер утверждает, что войны и революции, битвы классов и народов - это отражение главного социального процесса: смены цивилизационных волн.

Первой волной была сельскохозяйственная. Её итог - обеспечение человечества доступной едой. Организационно цивилизация Первой волны - это феодальное государство. Здесь заметна некоторая интенсификация по сравнению с жизнью собирателей или охотников. Но ещё очень слабая централизация и стандартизация.

Вторая волна - индустриализация, смысл которой в том, чтобы обеспечить всех стандартным промтоваром. Тоффлер описывает 6 базовых принципов Второй волны: стандартизация, специализация, синхронизация, централизация, концентрация, максимилизация. Во Второй волне семья из патриархальной превращается в маленькую и мобильную. Школа Второй волны готовит ребёнка помимо обучения грамоте и счёту, приучает к дисциплине и готовит ребёнка выполнять стандартную работу по выпуску стандартной продукции, которая будет стандартно потребляться. Организационная оболочка цивилизации Второй волны - централизованное буржуазно-демократическое государство.

Недавно появилась Третья волна, которая с появлением компьютеров быстро развивается. Принципы этой волны противоположны идеологии Второй волны: индивидуализация, дестандартизация, децентрализация, деконцентрация. Поэтому во всём мире трещат вертикали власти, школа превращается в кандалы, а семья перестаёт быть единственной формой совместной жизни.

По Тоффлеру борьба консерваторов с демократами, государственников с либералами, на самом деле являются столкновением различных цивилизационных волн.

Тоффлер рассматривает того или иного деятеля с такой точки зрения: был ли этот деятель человеком своей волны, или шёл против неё, пытаясь остановить ход истории. И с этой точки зрения, например, Сталин и Мао находятся по разную сторону баррикад. Сталин был индустриализатором отсталой, аграрной России и продвигал цивилизацию своими методами. Он действительно принял Россию с сохой, а сдал - с атомной бомбой. Хотя в США и индустрию, и атомную бомбу создали без террора и концлагерей.

А Мао Цзэдун, хотя тоже пользовался методом террора, оставил страну с сохой и без индустрии. И до реформ Второй волны, проводимых Дэн Сяопином, Китай оставался крайне отсталым государством.

Исходя из идей Тоффлера, при Брежневе Россия была с Европой и США в одной группе индустриальных стран, а противостояние было борьбой внутри высшей лиги. Теперь же Россия вылетела во Вторую лигу. А Путин так же пытается остановить Третью волну, как Мао останавливал Вторую. Путину важны иерархия, стандарт, централизация, дисциплина, потребление, концентрация. Он делает ставку на централизованное государство, нефтегаз и какое-нибудь освоение Арктики. В то время как для Третьей волны это вещи второго порядка. В свою веру Путин обратил множество людей. Большинство российского истэблишмента бьётся сегодня за то, чтобы остановить Третью волну.

Главная сила Третьей волны - в мозгах, в человеческом капитале. А для Второй волны ( в том числе и для России) людишки являются расходным материалом. Третья волна производит нематериальные блага: новое общение, обмен идеями, качественное время.

Т.о. "Третья волна" Тоффлера позволяет поверх конкретных людей видеть куда более крупные процессы.

Тоффлер был почётным доктором литературы, права, естественных наук и менеджмента, членом Международного института стратегических исследований и Американской ассоциации развития науки.

Вместе с супругой являлся заслуженным адъюнкт-профессором Университета национальной обороны в Вашингтоне.

Элвин Тоффлер умер во сне 27 июня 2016 года в своем доме в Лос-Анджелесе на 88-м году жизни.


Вольф Мессинг говорил: "Человек не должен знать будущего. Такое знание может стать фатальным". Однако, в канун каких-либо потрясений появляются оракулы, ясновидцы, которые предсказывают время предстоящих событий и их последствия.

Перед Первой мировой войной в роли предсказателей выступали Папюс, Гвидо фон Лист, Хейро, Григорий Распутин, иеромонах Иннокентий. В канун революции и в период Гражданской войны вещателями были Зеботтендорф, тибетский далай-лама Хутухту.

Перед Второй мировой войной предсказателями были Хуберт Пирс, Дж. Б. Райн, Эдгар и Хью Кейси из США, немец Эрик Гануссен, швед Карл-Эрнст Крафт, астролог Гиммлера Вульф. В Советском Союзе были Вольф Мессинг и Сергей Вронский.

Во все времена власти ясновидцев почитали, но старались монополизировать информацию оракулов. В Германии Гитлер придал астрологии статус имперской науки, но в то же время распорядился о запрете всех форм предсказания судьбы. По всей Германии прошла конфискация оккультной литературы.

В марте 1981 года президент США Рейган подписал директиву о создании в рамках Пентагона Командования разведки и безопасности (КРБ). Возглавил его генерал-майор Альберт Стабблайн по прозвищу "Колдун", которого интересовали возможности использования оракулов, магов и экстрасенсов.

В СССР люди, обладавшие сверхъестественными способностями, контролировались органами КГБ. Возможности дистанционного воздействия на психику в Советском Союзе изучали около пятидесяти институтов. Ассигнования на эти цели исчислялись сотнями миллионов рублей.

В то же время в СССР официально парапсихологию не признавали. По сообщениям американской печати 11 июня 1977 года в Москве сотрудниками КГБ был арестован американский корреспондент Роберт Тот в момент получения от советского учёного-парапсихолога Валерия Петухова секретных материалов о новейшей аппаратуре, фиксирующей потоки пси-частиц.

Но, т.к. официально в СССР парапсихология не признавалась, то корреспондента отпустили. Валерия Петухова объявили шарлатаном и мошенником, пытавшимся обдурить наивного американца. А Роберта Тота потом всё равно выдворили из СССР как сотрудника московской резиденции американской военной разведки уже по делу о шпионаже.

Российский физиолог Игорь Винокуров и профессор биофизики Георгий Гуртовой написали книгу "Психотронная война. От мифов к реалиям". В ней они рассказывают о тайном применении "психотронного оружия" спецслужбами разных стран и некоей "мафией". С помощью психотроники специалисты читают мысли, внушают их подопытным и производят другие воздействия на жертву, превращая её в зомби.

Термин "психотроника" предложил использовать французский инженер Фернан Клерк для описания психологических явлений в связке с современными технологиями. Затем термин этот популяризовал чешский учёный Зденек Рейдак. В сущности, это та же парапсихология. Её задачами остались изучение телепатии, дальновидения и прочих экстрасенсорных способностей.

На сценарий будущего развития человечества окажут серьёзное влияние информационные технологии, нанотехнологии, наноэлектроника, а также науки, которые обещают в будущем разгадку тайн человеческого мозга и применение их в создании искусственного интеллекта.


ГЛАВА 3. НАУКА.

В отличие от пророков, которые только предсказывают будущее, во все времена есть люди, которые делают это будущее реальностью. К ним относятся люди науки.

Одним из них был древнегреческий физик, математик и инженер Архимед. Родился он в 287 г. до н. э. в греческой колонии Сиракузы, расположенной на острове Сицилия. Его отцом, предположительно, стал астроном и математик Фидий. Плутарх также утверждал, что ученый был близким родственником доброго и искусного правителя Сиракуз Гиерона II. Вероятно, детские годы Архимед провел в Сиракузах. Начальное образование ученый, предположительно, получил у отца. В юном возрасте для получения образования направился в Александрию Египетскую. На протяжении нескольких столетий этот город был культурным и научным центром цивилизованного Древнего Мира. Прожив несколько лет в Александрии, Архимед вернулся в Сиракузы и жил там до конца жизни.

В области инженерии Архимед активно разрабатывал механические конструкции. Он изложил подробную теорию рычага и эффективно пользовался этой теорией на практике, хотя непосредственно само изобретение было известно еще до него. В том числе, на основе знаний в этой области он смастерил ряд блочно-рычажных механизмов в порту Сиракуз. Эти приспособления упрощали подъем и перемещение тяжелых грузов, позволяя ускорить и оптимизировать работу порта. А "архимедов винт", предназначенный для вычерпывания воды, до сих пор применяется в Египте.

Большое значение имеют теоретические изыскания ученого в сфере механики. Опираясь на доказательство закона рычага, он начал писать труд "О равновесии плоских фигур". Доказательство базируется на аксиоме о том, что на равных плечах равные тела по необходимости уравновесятся. Такой же принцип построения книги - начинающийся с доказательства собственного закона - Архимед соблюдал и при написании произведения "О плавании тел". Эта книга начинается с описания хорошо известного закона Архимеда.

Настоящей страстью учёного были открытия в области математики. Согласно утверждениям Плутарха, Архимед забывал о пище и уходе за собой, когда стоял на пороге очередного изобретения в этой сфере. Главным направлением его математических изысканий стали проблемы математического анализа.

Еще до Архимеда были изобретены формулы для вычисления площадей круга и многоугольников, объемов пирамиды, конуса и призмы. Но опыт ученого позволил ему разработать общие приемы для вычисления объемов и площадей. С этой целью он усовершенствовал метод исчерпывания, придуманный Евдоксом Книдским, и довел умение применять его до виртуозного уровня. Архимед не стал создателем теории интегрального исчисления, но его работы впоследствии стали основой для этой теории.

Архимед заложил также основы дифференциального исчисления. С геометрической точки зрения он изучал возможности определения касательной к кривой линии, с физической точки зрения - скорость тела в любой момент времени. Ученый исследовал плоскую кривую, известную как архимедова спираль. Он нашел первый обобщенный способ поиска касательных к гиперболе, параболе и эллипсу. Только в семнадцатом веке ученые смогли в полной мере осознать и раскрыть все идеи Архимеда, которые дошли до тех времен в его сохранившихся трудах. Ученый часто отказывался описывать изобретения в книгах, из-за чего далеко не каждая написанная им формула дошла до наших дней.

Достойным открытием ученый считал изобретение формул для вычисления площади поверхности и объема шара. В предыдущих из описанных случаев Архимед дорабатывал и усовершенствовал чужие теории, либо создавал быстрые методы расчета как альтернативу уже существующим формулам. Теперь же в случае с определением объема и поверхности шара он был первым. До него ни один ученый не справился с этой задачей. Поэтому математик попросил выбить на своем могильном камне шар, вписанный в цилиндр.

Открытием ученого в области физики стало утверждение, которое известно, как закон Архимеда. Он определил, что на всякое тело, погруженное в жидкость, оказывает давление выталкивающая сила. Она направлена вверх, а по величине равна весу жидкости, которая была вытеснена при помещении тела в жидкость, вне зависимости от того, какова плотность этой жидкости.

С этим открытием связана легенда. Однажды к ученому якобы обратился Гиерон II, который засомневался в том, что вес изготовленной для него короны соответствует весу золота, которое было предоставлено для ее создания. Архимед сделал два слитка такого же веса, как и корона: серебряный и золотой. Далее он по очереди поместил эти слитки в сосуд с водой и отметил, насколько повысился ее уровень. Затем ученый положил в сосуд корону и обнаружил, что вода поднялась не до того уровня, до которого она поднималась при помещении в сосуд каждого из слитков. Таким образом, было обнаружено, что мастер оставил часть золота себе.

Есть миф о том, что сделать ключевое открытие в физике Архимеду помогла ванна. Во время купания ученый якобы слегка приподнял ногу в воде, обнаружил, что в воде она весит меньше, и испытал озарение. Подобная ситуация имела место быть, однако с ее помощью ученый открыл не закон Архимеда, а закон удельного веса металлов.

Архимед стал изобретателем первого планетария. При движении этого прибора наблюдают: восход Луны и Солнца; движение пяти планет; исчезновение Луны и Солнца за линией горизонта; фазы и затмения Луны. Ученый также пытался создать формулы для вычисления расстояний до небесных тел. Современные исследователи предполагают, что Архимед считал центром мира Землю. Он считал, что Венера, Марс и Меркурий вращаются вокруг Солнца, и вся эта система вращается вокруг Земли.

О личной жизни ученого известно значительно меньше, чем о его науке. Еще его современники сочиняли многочисленные легенды об одаренном математике, физике и инженере. Легенда рассказывает, что однажды Гиерон II решил преподнести в подарок Птолемею, царю Египта, многопалубный корабль. Водное судно было решено назвать "Сиракузия", однако его никак не получалось спустить на воду. В этой ситуации правитель вновь обратился к Архимеду. Из нескольких блоков он соорудил систему, при помощи которой спуск тяжелого судна удалось сделать при помощи одного движения руки. Если верить преданиям, во время этого движения Архимед сказал: "Дайте мне точку опоры, и я переверну мир".

В 212 году до нашей эры во время Второй Пунической войны Сиракузы были осаждены римлянами. Архимед активно использовал инженерные знания, чтобы помочь своему народу одержать победу. Так, он сконструировал метательные машины, с помощью которых воины Сиракуз забрасывали противников тяжелыми камнями. Когда римляне бросились к стенам города, надеясь, что там они не попадут под обстрел, другое изобретение Архимеда - легкие метательные устройства близкого действа - помогли грекам забросать их ядрами.

Ученый помог своим соотечественникам и в морских сражениях. Разработанные им краны захватывали вражеские судна железными крюками, слегка приподнимали их, а затем резко бросали обратно. Из-за этого корабли переворачивались и терпели крушение. Долгое время эти краны считались чем-то вроде легенды, однако в 2005 году группа исследователей доказала работоспособность таких устройств, реконструировав их по сохранившимся описаниям.

Благодаря стараниям Архимеда надежда римлян на штурм города провалилась. Тогда они решили перейти к осаде. Осенью 212 года до нашей эры колония была взята римлянами в результате измены. Архимед в ходе этого происшествия был убит. Согласно одной версии, его зарубил римский воин, на которого ученый набросился за то, что тот наступил на его чертеж. Другие исследователи утверждают, что местом гибели Архимеда стала его лаборатория. Ученый якобы настолько сильно увлекся исследованиями, что отказался сразу последовать за римским солдатом, которому было велено проводить Архимеда к военачальнику. Тот в гневе пронзил старика своим мечом.

Есть еще вариации этой истории. Но все они сходятся на том, что древнеримский политический деятель и военачальник Марцелл был крайне огорчен гибелью ученого. Объединившись с гражданами Сиракуз, и с собственными поданными, он устроил Архимеду пышные похороны. Цицерон, обнаруживший разрушенную могилу ученого через 137 лет после его гибели, увидел на ней шар, вписанный в цилиндр.


Супергением начала итальянского Возрождения был ЛЕОНАРДО ДА ВИНЧИ. Родился он 15 апреля 1452 г. в маленькой деревне Анкиано, расположенной недалеко от городка Винчи. Он был незаконным сыном богатого нотариуса Пьеро (Piero da Vinci) и красивой поселянки Катарины (Katarina). Вскоре после этого события нотариус заключил брак с девушкой знатного происхождения. Детей у них не было, и Пьеро с женой взяли трехлетнего ребенка к себе.

Краткая пора детства в деревне миновала. Нотариус Пьеро переехал во Флоренцию, где отдал сына в ученики Андреа дель Верроккьо, известному тосканскому мастеру. Там, помимо живописи и скульптуры, будущий художник получил возможность изучить основы математики и механики, анатомию, работу с металлами и гипсом, способы выделки кож.

Юноша жадно впитывал знания и позже широко использовал их в своей деятельности.

Сегодня он известен в первую очередь как художник, чьи шедевральные полотна украшают самые известные музеи мира. Загадка улыбки Мона Лизы до сих пор вызывает десятки самых безумных теорий, а на знаменитой фреске Леонардо да Винчи "Тайная вечеря" исследователи видят предсказание конца света...

Однако Леонардо был и не менее талантливым изобретателем, который открыл для человечества новую ступень развития. Человек, чья гениальность была признана еще при жизни, во многом опередил свое время.

Сконструировав по чертежам Леонардо да Винчи машины, исследователи доказали, что именно ему принадлежат "авторские права" на парашют, вертолет, акваланг, пулемет, автомобиль и массу других механизмов, без которых невозможно представить современную цивилизацию. Современные испытания устройств, выполненных по чертежам Леонардо, показали - они работают!

Такой многогранный человек просто не мог быть не признанным и продолжал усердно работать до самой смерти. Все это вызывает огромный интерес вокруг жизни и взглядов известного творца.

Леонардо да Винчи никогда не спешил закончить свое творение. Он считал, что незаконченность это обязательное качество жизни. Окончить - значит убить! Медлительность творца была удивительной, он писал свои полотна годами. Мог сделать два-три мазка и удалиться на много дней из города, например, благоустраивать долины Ломбардии или создавать аппарат для ходьбы по воде.

Почти каждое из его значительных произведений "незавершенка". Многие были испорчены водой, огнем, варварским обращением, но художник никогда не исправлял повреждений, словно давал право жизни вмешиваться в его творчество, что-то подправлять.

Над разгадкой тайны улыбки Моны Лизы исследователи бьются уже много лет. Едва ли не каждый год находится ученый, сообщающий: "Тайна раскрыта!" Некоторые считают, что разница восприятия выражения лица Джоконды зависит от личных психических качеств каждого.

Кому-то оно кажется грустным, кому-то задумчивым, кому-то лукавым, кому-то даже злобным. А некоторые считают, что Джоконда вовсе даже и не улыбается! Другие ученые считают, что дело в особенностях художественной манеры автора. Якобы Леонардо так по-особому накладывал краски, что лицо Моны Лизы постоянно меняется. Многие настаивают на том, что художник изобразил на полотне себя в женском обличье, оттого и получился такой странный эффект. Говорят, что именно модели Джоконды великий художник обязан своей смертью. Что многочасовые изнурительные сеансы с ней извели великого мастера, поскольку сама модель оказалась биовампиром. Как только картина была написана, великого художника не стало.

Леонардо да Винчи был левшой и писал "зеркально" - то есть справа налево, хотя иногда, например, для переписки с официальными лицами, он использовал обычный стиль письма. Вокруг такой странности мастера ходили слухи. Кто-то из исследователей его творчества заявлял, что Леонардо намеренно писал "наоборот", чтобы его записи не были доступны невеждам и дуракам.

Самое интересное, что изобретатель специально допускал ошибки в чертежах, чтобы предотвратить, говоря сегодняшним языком, промышленный шпионаж. Прибавьте к этому необъятность знаний, доступных только специалистам разных областей. Все это не могло не вводить исследователей в заблуждения. Вот поэтому многие тайны гения остаются для человечества неразгаданными. Самодвижущаяся повозка да Винчи была трехколесной и приводилась в движение заводным пружинным механизмом. Два задних колеса были независимы друг от друга, а их вращение производилось сложной системой шестеренок.

Кроме переднего колеса, было еще одно - маленькое, поворотное, которое размещалось на деревянном рычаге. Предполагается, что эта идея родилась у Леонардо в далеком 1478 году. Но лишь в 1752 году русский механик-самоучка, крестьянин Леонтий Шамшуренков смог собрать "самобеглую коляску", приводимую в движение силой двух человек, а действующие паровые автомобили появились несколькими десятилетиями позже - в Англии и Франции.

Интересен тот факт, что да Винчи считают изобретателем карикатурного рисунка - благодаря тому, что он часто изображал изуродованные человеческие тела. Удивительно, но диаграмма, нарисованная Леонардо, помогла британскому кардиохирургу в 2005 году придумать новый способ лечения повреждённого сердца. Кроме того, есть мнение, что именно да Винчи открыл такие болезни, как атеросклероз и артериосклероз.

В январе 2005 года исследователи обнаружили тайную лабораторию Леонардо, оборудованную в помещениях женского монастыря около церкви Сантиссима-Аннуциата во Флоренции. Там были найдены нетронутые фрески мастера, а также комната для препарирования трупов (Леонардо и его ученики вскрывали сотни покойников, изучая анатомию).

Леонардо в письме к Лодовико Сфорца активно рекламировал свои военно-технические идеи. Военная новация заключалась в оснащении обычной пушки подъемным блоком, позволявшим корректировать угол стрельбы и повысить точность поражения. Это было действительно интересное изобретение, которое могло бы стать средневековым аналогом систем залпового огня.

Всю свою жизнь да Винчи был буквально одержим идеей полета. Для начала были сделаны расчеты, которые показали, что длина крыла утки (в ярдах) численно равна квадратному корню ее веса. Исходя из этого, Леонардо установил - для поднятия в воздух летательной машины с человеком (136 кг) необходимы крылья, подобные птичьим и имеющие в длину 12 метров.

Леонардо любил воду: он разработал инструкции по подводным погружениям, изобрел и описал прибор для подводного погружения, дыхательный аппарат для подводного плавания. Все изобретения Леонардо легли в основу современного подводного снаряжения. Кроме того, да Винчи предлагал слушать звуки подводного мира, приложив ухо к веслу, опущенному в воду. Хотел сотворить лыжи для хождения по воде и акваланг - устройство, позволяющее дышать под водой.

Создавая фреску "Тайная вечеря" Леонардо да Винчи очень долго искал идеальные модели. Иисус должен воплощать Добро, а Иуда, решивший предать его на этой трапезе, - Зло.

Леонардо много раз прерывал работу, отправляясь на поиски натурщиков. Однажды, слушая церковный хор, он увидел в одном из юных певчих совершенный образ Христа и, пригласив его в свою мастерскую, сделал с него несколько набросков и этюдов.

Прошло три года. "Тайная вечеря" была почти завершена, однако Леонардо так и не нашел подходящего натурщика для Иуды. Кардинал, отвечавший за роспись собора, торопил художника, требуя, чтобы фреска была закончена как можно скорее.

И вот после долгих поисков художник увидел валявшегося в сточной канаве человека - молодого, но преждевременно одряхлевшего, грязного, пьяного и оборванного. Времени на этюды уже не было, и Леонардо приказал своим помощникам доставить его прямо в собор.

С большим трудом его притащили туда и поставили на ноги. Человек толком не понимал, что происходит, и где он находится, а Леонардо запечатлевал на холсте лицо человека, погрязшего в грехах. Когда он окончил работу, нищий, который к этому времени уже немного пришел в себя, подошел к полотну и вскричал:

- Я уже видел эту картину раньше!

- Когда? - удивился Леонардо.

- Три года назад, еще до того, как я все потерял. В ту пору, когда я пел в хоре, и жизнь моя была полна мечтаний, какой-то художник написал с меня Христа...

Считается, что в 1495 году Леонардо да Винчи впервые сформулировал идею "механического человека", иначе говоря - робота. По замыслу мастера, это устройство должно было представлять собой манекен, одетый в рыцарские доспехи и способный воспроизводить несколько человеческих движений. Первое механическое устройство, отдаленно похожее на то, что было предложено да Винчи, сконструировал французский механик Жак Вокансон в 1738 году.

Сделанные да Винчи изобретения и открытия охватывают все области знания (их более 50!), полностью предвосхищая направления развития современной цивилизации. Во многих случаях ученым приходилось открывать заново то, что уже было открыто Леонардо да Винчи.

Иногда кажется, что изобретатель просто хотел указать людям, сколько нового м еще предстоит открыть. Так или иначе, загадка и наследие гения останется в истории человечества навсегда.


Гоголем от науки называли французского математика Блеза Паскаля, опередившего эпоху. Родился он 19 июня 1623 года в поместье Клермон-Ферран. Его отец Этьен Паскаль был президентом налоговой палаты Людовика XIII. Ещё только раздался первый крик новорожденного, а отец уже сидел у камина и набрасывал план воспитания сына: к 12 годам он должен изучить классические языки, а в 15 лет взяться за точные и естественные науки.

В 1626 году у маленького Блеза появилась младшая сестра Жаклин. Но сама мать при родах скончалась. Жаклин для Блеза считалась всегда лучшим другом. Её влияние на Блеза было почти безграничным. Других друзей у поглощённого занятиями мальчика не было.

В 12 лет за обеденным столом он озадачился звоном посуды. Свои соображения о свойствах звука он изложил в увесистом трактате. Через некоторое время отец застал Блеза за попыткой доказать теорему Эвклида. И это при том, что Блез ещё не был знаком даже с понятием прямой. Пришлось скорректировать воспитательные планы. В 14 лет Блезу разрешили посещать семинары Марена Мерсенна. Там он быстро завоевал уважение коллег. В 16 лет Паскаль издал свой первый научный труд "Опыт о конических сечениях".

Юный математик создал хитроумную машинку-паскалину. Когда этот арифмометр выставили на обозрение в Люксембургском саду, толпы зевак едва не проломили ограду. Изготовление арифмометра требовало большой точности всех деталей. Паскаль лично контролировал изготовление каждой из них. На поток поставить изготовление не удалось. При жизни учёного было выпущено только 50 экземпляров.

Случались и подделки. Один руанский часовщик скопировал механизм машинки. Однако сути её функционирования он не знал, машинка не выдавала нужного результата. Сам Паскаль тяжело переживал этот случай, бросавший тень на его репутацию. Здоровье его и так было неважным. Ещё в 4 года он перенёс тяжёлое нервное заболевание, напоминавшее потом о себе мучительными припадками. А после потрясения с подделкой машинки учёного в 1647 году разбил паралич.

Несмотря на усилия лучших врачей Парижа, Паскаль смог передвигаться только на костылях. Это не помешало ему заинтересоваться формулировкой Аристотеля "Природа не терпит пустоты". Он предположил, что в высокогорье, где воздух более разрежен, ртуть в трубке Торричелли поднимется на меньшую высоту, чем в долине. В ноябре 1647 года он написал зятю Флорену, приехавшему в родное поместье в Клермоне. Он просил поставить задуманный эксперимент на горе Пюи-де-Дом.

Результаты, полученные в следующем году, подтвердили догадку Паскаля. Он понял, что все явления, приписываемые ранее "боязни пустоты" на самом деле следствия давления воздуха. Обобщая полученные результаты, Паскаль сделал вывод, что давление воздуха есть частный случай равновесия жидкостей и давления внутри них. Паскаль подтвердил предположение Торричелли о существовании атмосферного давления. Воодушевлённый учёный самостоятельно поднялся на вершину башни Сен-Жак на улице Риволи, чтобы ещё раз убедиться в своей правоте. Теперь на этом месте стоит памятник Паскалю.

Но здоровье паскаля ухудшается. Согласно современным данным, в течение всей жизни Паскаль страдал от комплекса заболеваний: рака головного мозга, кишечного туберкулёза и ревматизма. Но одно время Паскаль собирался жениться. Вмешался роковой случай. Как-то лошади, запряжённые в карету Паскаля, растерялись при столкновении на мосту и понесли. Двое головных оборвали постромки и сорвались в Сену.

Паскаля в полуобморочном состоянии доставили домой. Жаклин постаралась внушить брату, что это Бог взывает к покаянию грешника. Вскоре на рабочем столе учёного вместо научных трудов и чертежей появились богословские книги.

В ночь с 23 на 24 ноября 1654 года, "от десяти с половиною часов вечера до половины первого ночи", Паскаль, по его словам, пережил мистическое озарение свыше. Придя в себя, он тут же переписал мысли, набросанные на черновике на кусочек пергамента, который был зашит им в подкладку своей одежды. С этой реликвией, тем, что его биографы назовут "Мемориалом" или "Амулетом Паскаля", он не расставался до самой смерти. Запись была обнаружена в доме его старшей сестры, когда вещи уже умершего Паскаля приводились в порядок. Это событие коренным образом изменило его жизнь. Паскаль не рассказал о том, что произошло, даже сестре Жаклин. Он оборвал светские связи и принял решение покинуть Париж.

В поисках уединения, переселяется в загородный Пор-Рояль. Он совершенно прекращает занятия наукой как греховные. Несмотря на суровый режим, которого придерживались отшельники Пор-Рояля, Паскаль чувствует значительное улучшение своего здоровья и переживает духовный подъём. Отныне он становится апологетом янсенизма и отдаёт все силы литературе, направив своё перо на защиту "вечных ценностей". Совершает паломничество по парижским церквям (он обошёл их все). Готовит для "малых школ" янсенистов учебник "Элементы геометрии" с приложениями "О математическом уме" и "Искусство убеждать".

Паскаль включается в полемику янсенистов с иезуитами и создаёт "Письма к провинциалу" - блестящий образец французской литературы, содержащий яростную критику ордена и пропаганду моральных ценностей, излагаемых в духе рационализма. Он порицал казуистику иезуитов, ведущую, по его мнению, к падению нравственности человека. "Письма" были опубликованы в 1656-1657 годах под псевдонимом и вызвали немалый скандал. Паскаль рисковал попасть в Бастилию, ему пришлось некоторое время скрываться, он часто менял места своего пребывания и жил под чужим именем. Вольтер писал: "Делались попытки самыми различными способами показать иезуитов отвратительными; Паскаль сделал больше: он показал их смешными".

Отказавшись от систематических занятий наукой, Паскаль, тем не менее, изредка обсуждает математические вопросы с друзьями, но не собирается более заниматься научным творчеством. Единственным исключением стало фундаментальное исследование циклоиды (как рассказывали друзья, он занялся этой проблемой, чтобы отвлечься от зубной боли). За одну ночь Паскаль решает задачу Мерсенна о циклоиде и делает ряд открытий в её изучении.

Начиная с середины 1657 года, Паскаль делает фрагментарные записи для "Апологии христианской религии" на отдельных листах, классифицируя их по темам. Болезнь помешала ему: с начала 1659 года он делал только отрывочные записи, врачи запретили ему любые умственные нагрузки, но больной умудрялся записывать всё, что приходило ему в голову, буквально на любом подручном материале. Позднее он не смог даже диктовать и прекратил работу. После смерти Блеза друзья-янсенисты нашли целые пачки таких записок, перевязанных бечёвкой. Сохранилось около тысячи отрывков, различных по жанру, объёму и степени завершённости. Они были расшифрованы и изданы книгой под названием "Мысли о религии и других предметах".

С 1658 года здоровье Паскаля быстро ухудшается. Его одолевает физическая слабость, появляются ужасные головные боли. Гюйгенс, посетивший Паскаля в 1660 году, нашёл его глубоким стариком, несмотря на то, что в тот момент Паскалю было всего 37 лет. Паскаль понимает, что скоро умрёт, но не испытывает страха перед смертью, говоря сестре Жильберте, что смерть отнимает у человека "несчастную способность грешить". Не имея возможности ни читать, ни писать, ни размышлять, он занимается благотворительностью и изредка посещает старых друзей.

Осенью 1661 года Паскаль поделился с герцогом де Роанне идеей создания дешёвого и доступного всем способа передвижения в многоместных каретах. Герцог создал акционерное общество для реализации этого проекта и 18 марта 1662 года в Париже открылся первый маршрут общественного транспорта, названного впоследствии омнибусом.

В октябре 1661 года, в разгар нового витка преследования янсенистов, умирает сестра Жаклин. Это был тяжёлый удар для Паскаля.

19 августа 1662 года после мучительной продолжительной болезни Блез Паскаль скончался. Похоронен он в приходской церкви Парижа Сен-Этьен-дю-Мон.


В России образ отечественной науки определил Леонтий Филиппович Магницкий.

Леонтий Филиппович Магницкий (фамилия при рождении - Телятин или Теляшин) родился 9 [19] июня 1669 года в Осташкове в патриаршей слободе. По одной из версий, был родным племянником архимандрита Нектария, устроителя Ниловой пустыни близ Осташкова Тверской губернии и потому имел доступ к церковным книгам.

В 1684 году отправлен в Иосифо-Волоколамский монастырь как возчик для доставки рыбы монахам. Там он поразил монахов своей грамотностью и умом, поэтому был оставлен при обители в роли чтеца. Затем переведён в московский Симонов монастырь. Монастырское начальство решило готовить незаурядного юношу в священнослужители.

В 1685-1694 годах - учится в Славяно-греко-латинской академии. Хотя математика там не преподавалась, знания Леонтия Филипповича в области математики удивляли многих. При встрече он произвёл на царя Петра I очень сильное впечатление незаурядным умственным развитием и обширными познаниями. В знак почтения и признания достоинств Пётр I "жаловал" ему фамилию Магницкий "в сравнении того, как магнит привлекает к себе железо, так он природными и самообразованными способностями своими обратил внимание на себя".

В 1694-1701 годах - Магницкий живёт в Москве, обучает детей в частных домах и занимается самообразованием. Магницкий женился на Марии Гавриловне, дочери приказного дьяка Окунькова. Первое время после женитьбы Магницкие жили скудно. Даже когда появился ребёнок, у них ещё не было своего пристанища. Жили в то время они у приятелей, переходя из дома в дом. Об этом покровитель Магницкого Курбатов писал Петру I.

В 1701 году по распоряжению Петра I Магницкий был назначен преподавателем школы "математических и навигацких, то есть мореходных хитростно наук учения", помещавшейся в здании Сухаревой башни.

Там он начал работать помощником учителя математики - Андрея Фарварсона, а затем - учителем арифметики и, по всей вероятности, геометрии и тригонометрии; ему было поручено написать учебник по математике и кораблевождению.

В 1703 году Магницкий составил первую в России учебную энциклопедию по математике под заглавием "Арифметика, сиречь наука числительная с разных диалектов на славенский язык переведенная и во едино собрана, и на две книги разделена" тираж 2400 экземпляров. Как учебник эта книга более полувека употреблялась в школах благодаря научно-методическим и литературным достоинствам.

Магницкий первым ввёл в России понятия "миллион", и "триллион" Первым в мире Магницкий вычислил широту и долготу главных российских городов, составил первые в России руководства по геометрии и тригонометрии. Сам учебник Магницкого явился настоящей энциклопедией знаний. Это и география, и геометрия, и физика, и механика, и геодезия, и навигация, и много других наук.

Магницкий составил "Таблицы логарифмов и синусов, тангенсов и секансов". Он знал латинский, греческий, французский, итальянский, немецкий и голландский языки.

В 1704 году Магницкому царским указом было пожаловано дворянство. Пётр I был особенно расположен к Леонтию Филипповичу, жаловал его деревнями во Владимирской и Тамбовской губерниях, приказал выстроить ему дом на Лубянке, а за "непрестанные и прилежные в навигацких школах во учении труды" наградил "саксонским кафтаном" и другой одеждой.

В 1714 году Магницкому поручен набор учителей для цифирных школ.

В 1715 году в Петербурге была открыта Морская академия, куда было перенесено обучение военным наукам, а в московской Навигацкой школе стали учить только арифметике, геометрии и тригонометрии. С этого момента Магницкий становится старшим учителем школы и руководит её учебной частью.

С 1732 года и до последних дней своей жизни Л. Ф. Магницкий являлся руководителем Навигацкой школы. В 1730 году в Навигацкую школу пришёл Михайло Ломоносов. К этому времени он знал "Арифметику" почти наизусть. Магницкий понял, что здесь Ломоносову делать нечего и направил его в Славяно-греко-латинскую академию.

В 1733 году умерла Мария Гавриловна. Сам Магницкий умер в Москве в октябре 1739 года в возрасте 70 лет. Похоронен в Москве в церкви Гребневской Иконы Божией Матери у Никольских ворот (в 1927 году церковь была разобрана).


Первым русским учёныйм-естествоиспытательем мирового значения был Михаил Васильевич Ломоносов.

Михаил Ломоносов родился 19 ноября 1711 года в деревне Мишанинской Куростровской волости Двинского уезда Архангелогородской губернии (Архангельская область) в зажиточной семье помора Василия Дорофеевича (1681-1741) и дочери просвирницы погоста Николаевских Матигор, Елены Ивановны (урождённой Сивковой) Ломоносовых.

Отец, по отзыву сына, был по натуре человек добрый, но "в крайнем невежестве воспитанный". Мать М. В. Ломоносова умерла очень рано, когда ему было девять лет. В 1721 году отец женился на Феодоре Михайловне Усковой. Летом 1724 года и она умерла. Через несколько месяцев, возвратившись с промыслов, отец женился в третий раз - на вдове Ирине Семёновне (в девичестве Корельской). Для тринадцатилетнего Ломоносова третья жена отца оказалась "злой и завистливой мачехой"

Михаил начал помогать отцу с десяти лет. Вместе они ходили рыбачить в Белое море и до Соловецких островов. Нередкие опасности плавания закаляли физические силы юноши и обогащали его ум разнообразными наблюдениями.

Грамоте обучил Михаила Ломоносова дьячок местной Дмитровской церкви С. Н. Сабельников. "Вратами учёности", по его собственному выражению, для него делаются "Грамматика" Мелетия Смотрицкого, "Арифметика" Л. Ф. Магницкого, "Стихотворная Псалтырь" Симеона Полоцкого. В четырнадцать лет юный Ломоносов грамотно и чётко писал.

Жизнь Ломоносова в родном доме делалась невыносимой, наполненной постоянными ссорами с мачехой. Особенно ожесточала мачеху страсть Ломоносова к книгам. Узнав, что отец хочет женить его, Ломоносов решил бежать в Москву. Он притворился больным, женитьбу пришлось отложить.

В декабре 1730 года 19-летний Михаил отправляется вместе с рыбным караваном из Холмогор в Москву. Путешествие в Москву выглядело как бегство, поскольку будущий учёный покинул дом ночью, тайно, ни с кем не простившись. Долгое время его считали беглым. Ломоносов взял с собой, помимо одежды (две рубахи и тулуп), лишь подаренные ему соседом "Грамматику" Смотрицкого и "Арифметику" Магницкого. Отправился он пешком, нагнав караван лишь на третий день, и упросил рыбаков разрешить ему идти вместе с ними. Путешествие до Москвы заняло три недели, и в начале января 1731 года Ломоносов прибыл в Москву.

Чтобы поступить в "Спасские школы", то есть, в Славяно-греко-латинскую академию, Ломоносову пришлось подделать документы и выдать себя "за сына холмогорского дворянина".

Ломоносов зарекомендовал себя как прилежный ученик. В библиотеке Заиконоспасского монастыря он читал летописи, патристику и другие богословские книги, - издания светского содержания и философские, и даже - физические и математические сочинения.

В 1734 году Ломоносов отправляется в Киев, где на протяжении нескольких месяцев обучается в Киево-Могилянской академии, но, не найдя там совершенно материалов для физики и математики, он "прилежно перечитывал летописи и творения святых отцов".

В 1735 году, не дойдя ещё до богословского класса, Ломоносов был вместе с другими двенадцатью учениками Спасского училища отправлен в Петербург и зачислен в студенты университета при Академии Наук. По одной из версий, богословская карьера Ломоносова оборвалась из-за вскрывшегося подлога документов при поступлении.

Рукоположение не состоялось, но способный семинарист был направлен на ниву естествознания. Одним из существенных пробелов в образовании Ломоносова и его товарищей было то, что они не знали немецкого языка, распространённого в то время в Академии. Занятия начались с изучения немецкого языка, которому их обучал ежедневно учитель Христиан Герман.

Под руководством В. Е. Адодурова он начал изучать математику, у профессора Г. В. Крафта знакомился с экспериментальной физикой, самостоятельно изучал стихосложение.

В марте 1736 года Академия Наук (в лице президента Иоганна Корфа) принимает решение отправить в Европу 12 наиболее способных молодых людей из "Спасских школ" для обучения естественным (физика, химия) и техническим наукам (металлургия, горное дело).

Переехав в Германию, с ноября 1736 года Михаил Ломоносов жил в доме вдовы марбургского пивовара, члена городской думы и церковного старосты Генриха Цильха, Екатерины-Елизаветы Цильх. Через два с небольшим года, в феврале 1739-го, Михаил Ломоносов женился на её дочери Елизавете-Христине Цильх (1720-1766).

8 ноября 1739 года у них родилась дочь, получившая при крещении имя Екатерина-Елизавета. 26 мая 1740 года Михаил Ломоносов и Елизавета-Христина Цильх обвенчались в церкви реформатской общины Марбурга. Сын М. В. и Е.-Х. Ломоносовых, родившийся в Германии 22 декабря 1741 года, и получивший при крещении имя Иван, умер в Марбурге в январе 1742 года.

За границей Ломоносов обучался пять лет: около 3 лет в Марбургском университете, под руководством знаменитого Христиана Вольфа, и около года во Фрайберге, у Генкеля; около года провёл он в переездах, был в Голландии.

Помимо заявленного обучения, Ломоносов укрепил свои знания немецкого языка, обучался французскому и итальянскому языкам, танцам, рисованию и фехтованию. В период обучения в Марбургском университете Ломоносов начал собирать свою первую библиотеку, потратив на книги значительную часть выдававшихся денег.

1737-1738 годы Ломоносов посвятил занятиям различными науками. Его первая студенческая работа по физике называлась "О превращении твёрдого тела в жидкое, в зависимости от движения предшествующей жидкости".

Весной 1739 года Ломоносов представил ещё одну работу "Физическая диссертация о различии смешанных тел, состоящих в сцеплении корпускул", в которой рассматривались вопросы о строении материи и намечались контуры новой корпускулярной физики и химии.

К началу 1739 года Ломоносов и его товарищи завершили своё обучение в Марбурге. К этому времени от него уже забеременела дочь хозяйки, 19-летняя Елизавета Цильх, с которой он сыграл свадьбу в Марбурге по реформатскому обряду 26 мая 1740 года.

Первая их дочь Екатерина родилась до свадьбы и считалась незаконнорождённой. Вскоре из Петербурга пришло предписание готовиться к отъезду во Фрайберг к Генкелю для изучения металлургии и горного дела.

14 июля 1739 года они прибыли в этот старейший горнозаводской центр Саксонии.

После относительно независимой и свободной университетской жизни в Марбурге русские студенты попали в полное подчинение к строгому и педантичному Й. Ф. Генкелю. Обучение Генкель начал с занятий минералогией и металлургией. Преподавание строилось в основном на практических занятиях: посещение рудников и металлургических заводов сопровождалось объяснениями производственных процессов.

Здесь Ломоносов познакомился с устройством рудников, способами укрепления шахт, подъёмными машинами. Позднее, в своей книге "Первые основания металлургии, или рудных дел", Ломоносов широко использовал знания и опыт, приобретённый во Фрайберге.

Первая серьёзная ссора с наставником разразилась в конце декабря 1739 года. Поводом послужил отказ Ломоносова выполнить черновую работу, которую ему поручил Генкель. Весной, когда Ломоносов и его коллеги после очередного скандала пришли просить денег на своё содержание, Генкель им отказал. Отношения оказались окончательно испорчены. Кроме того, Ломоносов считал, что ему уже нечему учиться во Фрайберге.

В начале мая 1740 года Ломоносов, оставив некоторые свои книги товарищам и захватив с собой небольшие пробирные весы с гирьками, навсегда покинул Фрайберг. Ломоносов рассчитывал с помощью барона Г. К. фон Кейзерлинга, русского посланника, уехать в Россию. Но, прибыв в Лейпциг, где, по его расчётам, должен был находиться посланник, Ломоносов не застал его там.

Затем он решил возвращаться в Россию морским путём через Голландию, но, по дороге был схвачен и завербован в прусскую армию, оказался в немецкой казарме в Везеле, прослужив несколько недель в прусской армии, откуда вскоре дезертировал. В октябре 1740 года Ломоносов опять в Марбурге, где вновь живёт в доме тёщи.

Возвращение Ломоносова в Петербург шло через порт Любек, который он покинул в мае 1741 года. 8 июня в 1741 году 30-летний Ломоносов вернулся в Петербург, оставив жену в Марбурге.

В России он никому не рассказывал о своей женитьбе и почти 2 года не вспоминал о своей жене, пока она не нашла его через российское посольство. Узнав о запросе от жены, Ломоносов не стал отрицать факта свадьбы и способствовал её переезду в Петербург.

10 июня 1741 года Ломоносов был направлен к профессору ботаники и естественной истории И. Амману для изучения естествознания. Будучи студентом и не получая никакого жалования, Ломоносов под руководством Аммана приступил к составлению Каталога собраний минералов и окаменелостей Минерального кабинета Кунсткамеры.

24 августа 1741 года Ломоносов представил на прочтение академиков две диссертации: одну по физике и другую по химии. Он надеялся, что их одобрят, а их автора, согласно данному Академией обещанию при отправке его за границу, произведут в экстраординарные профессора. Но месяцы сменялись месяцами, а Ломоносов всё не получал никакого назначения. В ожидании он занялся переводами статей профессора физики Крафта.

Наконец, 25 ноября 1741 года на престол вступила императрица Елизавета Петровна. Убеждённый в том, что императрица не намерена покровительствовать иноземцам, Ломоносов решается подать прошение на высочайшее имя о своём назначении. На этот раз прошение возымело надлежащее действие, и Шумахер поторопил академиков высказать своё мнение о диссертациях Ломоносова.

8 января 1742 года секретарь канцелярии уже подписал следующее постановление, в котором говорилось, что "до дальнейшего указа из Правительствующего сената и нарочного Академии определения быть ему Ломоносову, адъюнктом физического класса. А жалованья определяется ему с 1742 года, января с 1 числа, по 360 рублей на год, счисляя в то число квартиру, дрова и свечи".

Вступив в должность, Ломоносов почти тотчас же обратился с предложением устроить химическую лабораторию, которой до сих пор ещё не было при Академии наук. Но это первое предложение не обратило на себя никакого внимания.

В апреле 1743 года Ломоносов за дерзкое поведение при академических распрях (между "русской" и "немецкой" партиями) был заключён под стражу на 8 месяцев. Только 12 января 1744 года Сенат, заслушав доклад Следственной комиссии, постановил: "Оного адъюнкта Ломоносова для его довольного обучения от наказания освободить, а во объявленных им продерзостях у профессоров просить прощения" и жалованье ему в течение года выдавать "половинное".

В это время из Германии приезжает жена Елизавета. Следует отметить, что борьба немецкой и антинемецкой партии в Академии происходила на фоне конца правления Анны Иоановны, которое характеризовалось бироновщиной и "засильем немцев" - доминированием иностранцев в государственном аппарате, науке и образовании.

В 1743 году (не позднее ноября) Елизавета-Христина Ломоносова с дочерью Екатериной-Елизаветой и братом Иоганном Цильхом приехала в Санкт-Петербург. Первая дочь Ломоносовых умерла в 1743 году.

25 июля 1745 года специальным указом 34-летнему Ломоносову было присвоено звание профессора химии. Его диссертация называлась "О металлическом блеске". По табели о рангах он становился чиновником VII класса и получал дворянский статус. В том же году он хлопочет о разрешении читать публичные лекции на русском языке; в 1746 году - о наборе студентов из семинарий, об умножении переводных книг, о практическом приложении естественных наук. В то же время Ломоносов усиленно ведёт свои занятия в области минералогии, физики и химии, печатает на латинском языке длинный ряд научных трактатов.

В 1748 году при Академии возникают Исторический Департамент и Историческое Собрание, в заседаниях которого профессор химии Ломоносов начинает вести полемику с Г. Ф. Миллером. Он предъявляет Миллеру обвинения в умышленном принижении русского народа в научных исследованиях. Ломоносов представляет ряд записок и проектов с целью "приведения Академии Наук в доброе состояние", усиленно проводя мысль о "недоброхотстве учёных иноземцев к русскому юношеству", к его обучению.

В 1749 году, в торжественном собрании Академии Наук, Ломоносов произносит "Слово похвальное императрице Елизавете Петровне", имевшее большой успех; с этого времени Ломоносов начинает пользоваться большим вниманием при дворе. В году Ломоносову, при помощи И. И. Шувалова, удаётся устроить фабрику мозаики. Для этих целей 6 мая 1753 императрица Елизавета жалует Ломоносову мызу Усть-Рудица и четыре окрестных деревни.

21 февраля 1749 года в Санкт-Петербурге у Ломоносовых родилась дочь Елена. Так как Михаил Васильевич не имел сыновей, линия рода Ломоносовых, которую он представлял, пресеклась.

В 1754 г. Ломоносов, недовольный тем, что премия за решение объявленной Академией наук задачи досталась У. Сальхову, в сердцах отказался от кафедры химии. Миллер его слова об отказе заведовать кафедрой химии внёс в протокол, и кафедра была передана Сальхову. Лишённый лаборатории, Ломоносов с этого времени вынужден был заниматься химией у себя дома и в Усть-Рудицах.

Ломоносов сближается с любимцем Елизаветы И. И. Шуваловым, что создаёт ему массу завистников, во главе которых стоит И. Д. Шумахер. Под влиянием Ломоносова совершается в 1755 году открытие Московского университета, для которого он составляет первоначальный проект, основываясь на "учреждениях, узаконениях, обрядах и обыкновениях" иностранных университетов. В 1756 году Ломоносов отстаивает права низшего русского сословия на образование в гимназии и университете.

13 февраля 1757 года 46-летний профессор Ломоносов получает чин коллежского советника. По табели о рангах он становился чиновником VI класса. Новым местом его службы стала канцелярия Академии, он ведал научными и учебными департаментами.

Назначенный в 1758 году главой Географического департамента Академии наук, Ломоносов начинает работу по составлению нового "Атласа российского" и добивается рассылки во все губернии географических анкет, сведения из которых могли бы помочь в создании различных карт.

В 1759 году он занят устройством гимназии и составлением устава для неё и университета при Академии, причём, опять всеми силами отстаивает права низших сословий на образование, возражая на раздававшиеся, вокруг него голоса: "куда с учёными людьми?".

Учёные люди - доказывает Ломоносов, - нужны "для Сибири, для горных дел, фабрик, сохранения народа, архитектуры, правосудия, исправления нравов, купечества, единства чистые веры, земледельства и предзнания погод, военного дела, хода севером и сообщения с ориентом (востоком)"

В то же время идут занятия Ломоносова по Географическому Департаменту; под влиянием его сочинения "О северном ходу в Ост-Индию Сибирским океаном" в 1764 году снаряжается экспедиция в Сибирь. В конце жизни Ломоносов был избран почётным членом Стокгольмской (1760) и Болонской (1764) академий наук.

Ломоносов умер 4 (15) апреля 1765 года на 54-м году жизни от воспаления лёгких. Незадолго до смерти Ломоносова посетила императрица Екатерина II.

На следующий день после смерти Ломоносова его библиотека и бумаги были по приказанию Екатерины II опечатаны Г. Г. Орловым, перевезены в его дворец и исчезли бесследно. Уже современники связывали изъятие документов с боязнью "выпустить в чужие руки" бумаги Ломоносова.

Ломоносов был похоронен 8 (19) апреля 1765 года на Лазаревском кладбище Александро-Невской лавры. Надгробие М. В. Ломоносова, поставленное канцлером М. И. Воронцовым - стела из каррарского мрамора с латинской и русской эпитафией и аллегорическим рельефом.

Единственная оставшаяся в живых дочь Елена Михайловна Ломоносова (1749-1772) вышла замуж за Алексея Алексеевича Константинова, домашнего библиотекаря императрицы Екатерины II. В этом браке родились сын Алексей (ок. 1767-1814) и три дочери: Софья (1769-1844), Екатерина (ок. 1771-1846) и Анна (ок. 1772-1864). Софья Алексеевна Константинова вышла замуж за Николая Николаевича Раевского-старшего, генерала, героя Отечественной войны 1812 года.


В 1801 году в Потсдаме у банкира Симона Якоби и его жены Рахель Леман роился сын Мориц Герман. Образование Мориц Якоби получил в Берлинском и Геттингенском университетах. По желанию родителей он стал архитектором. Но у него была тяга к экспериментам.

В 1834 году Мориц переезжает в Кенигсберг к младшему брату Карлу, одному из уважаемых профессоров университета. Карл впоследствии стал выдающимся математиком, жил в России и увековечил своё имя некоторыми математическими терминами. А Мориц всерьёз увлёкся вопросами зарождавшейся электротехники. Он сконструировал невиданный тогда электромотор, благодаря которому вошёл в историю. Машина с вращающимся валом работала на постоянном токе от гальванических батарей.

Конструкция мотора была очень оригинальной. Её описание было опубликовано Парижской академией наук с присуждением автору докторской степени. Но на родине учёного не оценили. В 1835 году Морица пригласили в Российскую империю на должность профессора Дерптского университета. Однако там он пробыл недолго и был приглашён Санкт-Петербургский университет.

Здесь автору электродвигателя был дан размах государственного масштаба. Здесь он не вращался в высшем свете. Вообще в обществе был скучноват, не участвовал в скандалах и сплетнях. Женился он на блестяще образованной Александре Григорьевне Кохановской, которая была моложе мужа на 9 лет. Она стала его соратницей. У них родилась единственная дочь. Якоби принял российское подданство и стал Борисом Семёновичем.

Первым открытием Якоби, сделанным случайно, стало изобретение гальванопластики. С помощью электролиза стало возможным изготовлять статуи и барельефы для соборов, дворцов и театров, золотить листы кровли для куполов, изготавливать денежные знаки. Якоби сразу стал мировой знаменитостью.

Затем посыпались другие изобретения на основе гальванических батарей. Якоби придумал самобеглую повозку, предшественницу трамвая, ботик-электроход, плававший по Неве и многое другое.

Православная церковь объявила электричество средой обитания дьявола, а Якоби - безбожным инженером. Газеты же выражали Якоби чувства благодарности за его полезные труды.

В жизни Якоби был скромным. Когда он был удостоен самой престижной Демидовской премией, то от денежной её части в 5000 рублей отказался, "чтобы присуждённая сумма была употреблена на дальнейшие исследования по части электромагнетизма и на усовершенствование сих загадочных сил природы".

Заслуги Якоби были отмечены и за рубежом ценными наградами и высокими званиями. Но скромный учёный богатств никаких не нажил, хотя был щедрым благотворителем. Умирая, 70-летний академик был вынужден обратиться с просьбой к правительству не оставить в нужде её семью.

Умер Якоби 11 марта 1874 года и похоронен на Смоленском кладбище в Санкт-Петербурге.

Почти сорок лет отдал академик Якоби служению России. Теперь же его могила забыта неблагодарными потомками и находится в плачевном состоянии.

Его праправнучка, журналистка Людмила Флам в 1997 году возглавила в США общественный комитет "Книги для России", призванный снабжать российские библиотеки русскими книгами, выпущенными в других странах.


Развитию науки в России способствовал русский государственный деятель, фаворит императрицы Елизаветы Петровны, генерал-адъютант Иван Иванович Шувалов. Родился он 1(12) ноября 1727 года в Москве в небогатой дворянской семье. Рано лишился отца, служившего в гвардии, воспитывался матерью Татьяной Родионовной. В детстве жил в Москве и в имении деда в Смоленской губернии. В Москве занимался языками и математикой (имел общего учителя с А. В. Суворовым), впоследствии получил привычку к самообразованию, много читал, увлекаясь французской литературой.

Благодаря покровительству двоюродных братьев, Александра и Петра Шуваловых, участников дворцового переворота 1741 года, Шувалов оказался при императорском дворе. В 1742 году начал придворную службу в чине камер-пажа. В 1749 году получил чин камер-юнкера. Елизавета Петровна увидела Ивана на свадьбе его сестры с князем Голицыным и по-женски его разглядела.

Братья его делали стремительную карьеру и подстроили ей встречу с Иваном наедине. Императрице Иван приглянулся. Он был произведён в камер-юнкеры, стал фаворитом императрицы Елизаветы Петровны. В 1751 году был назначен камергером, но от дальнейших званий и почестей отказывался, состоя до конца царствования в чине 4-го класса и даже не приняв титула графа.

Иван любил императрицу, а она его не просто любила, она ему верила. Её было 40, а ему 20. И в этом возрасте он занимался государственными делами. Он составил проект общественно-политических реформ. Предлагал усовершенствовать деятельность Сената, упорядочить бюрократический аппарат, определить юридический статус купечества и крестьянства.

Он развивал торговый флот, закладывал банки, начал строительство сиротских домов. В международных делах он считал союзником Францию. С этой страной у России не было геополитической конкуренции. Из Франции шёл свет идей Просвещения. Поэтому последующее "офранцуживание" русского двора и общества началось во многом с подачи Ивана Шувалова.

В 1750-е годы и особенно в 1760-1761 власть Шувалова распространялась на все области государственного управления, что оказало заметное влияние на внутреннюю и внешнюю политику России. Шувалов единственный пользовался правом доклада у императрицы, готовил многие указы и объявлял Сенату или губернаторам повеления императрицы. Шувалов содействовал развитию русской науки и искусства, оказывал покровительство учёным, писателям и художникам. В числе прочего он поддерживал многие начинания М. В. Ломоносова. Шувалов также считал необходимым создание Московского университета. При любом удобном поводе он затевал об этом разговор с императрицей. Елизавета жаловалась: "Опять Ванечка в уши дул, клянчил свой университет". Елизавета долго на это не соглашалась, т.к. в казне не было денег.

Наконец соответствующий указ был подписан императрицей в 1755 году в день именин матери Шувалова, Татьяны Родионовны. С тех пор Татьянин день является праздником МГУ и всего российского студенчества. Однако, денег было выделено очень мало, и Шувалов "докладывал" свои деньги, о чём даже Ломоносов вначале не знал. Кроме того, императрица долго не хотела вычёркивать богословский факультет, а Шувалов с Ломоносовым планировали медицинский. Шувалов всё-таки настоял, и в университете стали учить "на врачей".

А через 2 года была открыта и Академия художеств.

После смерти Елизаветы Петровны Иван Шувалов "ходил как помешанный". В 1763 году он уехал за границу, и не один, а с дочерью. Дело в том, что ещё до связи с императрицей Иван был помолвлен с Машей Нарышкиной, сестрой друга детства. Елизавета Нарышкину срочно выдала замуж. Но, плодом любви Маши и Ивана стала дочь Лиза. Маша вскоре умерла от чахотки. Малышку Иван Иванович воспитывал сам. И вот теперь увёз её за границу подальше от российских смут. Там он её выдал замуж за английского лорда.

Считается, что после воцарения Екатерины II Шувалов оказался в опале. Однако, в бытность его за границей он выполнял тайные дипломатические поручения новой императрицы. У Шувалова были хорошие отношения с французской королевой Марией-Антуанеттой. Он даже был приглашён в парижскую "Сиреневую лигу", представлявшую собой узкий круг тех, кто вершил тогда политику. Иностранцев туда не принимали, но для Шувалова сделали исключение. В России 21 апреля 1773 года Шувалов был произведён в действительные тайные советники. Попутно занимался собиранием коллекции произведений искусства. Впоследствии передал свою коллекцию Академии художеств и Эрмитажу.

В 1777 году Шувалов вернулся в Россию. Во время путешествия Екатерины по России Иван Шувалов был её спутником в карете. Много дней они находились вдвоём в замкнутом пространстве кареты. О многом можно успеть побеседовать за это время.

28 июня 1778 года он был назначен обер-камергером Двора Её Императорского Величества.

С 29 декабря 1778 года - куратор Московского университета, обер-камергер, действительный тайный советник Шувалов был избран почётным членом Императорской академии наук, а 21 октября 1783 года он был назначен действительным членом только что учреждённой Императорской Российской академии.

Шувалов умер 15 [26] ноября 1797 и был похоронен в Благовещенской церкви Александро-Невской лавры Санкт-Петербурга.


В 1901 году в Московский университет поступил учиться один из будущих основателей научной деятельности в Средней Азии Абрам Львович Бродский. Родился он 2 октября 1882 года в Керчи в семье ремесленника Лейба Бродского. Абраму было 2 года, когда умер его отец, а ещё через 6 лет он потерял и мать.

После смерти родителей воспитывался в Туле дядей, М. С. Гринштейном. В 1901 году окончил Тульскую губернскую классическую гимназию и в том же году поступил в Московский государственный университет на естественное отделение физико-математического факультета. В 1902-1904 годах за участие в противоправительственных антивоенных демонстрациях трижды исключался из университета, арестовывался, сидел в Бутырской тюрьме, но потом вновь принимался в университет. После очередного исключения был выслан на родину в Керчь, где 6 месяцев провел в местной тюрьме.

В 1905 году работал на Севастопольской биологической станции и на Вилла-Франкской зоологической станции. В том же году он женился на уроженке Тулы Елизавете Григорьевне Григорьевой. На следующий год, чтобы избежать ареста, Бродский с женой и новорожденным сыном уехал в Швейцарию.

В 1906-1907 годах А. Л. Бродский учился в Женевском университете, защитил диссертацию по морфологии и физиологии простейших, получив диплом доктора естественных наук. В 1907 году учёный переезжает в Париж, где работает в Институте Пастера. В 1908 году он возвращается в Россию и, после восстановления в Московском государственном университете, в 1909 году оканчивает его с дипломом первой степени.

В 1908-1919 годах А. Л. Бродский преподаёт в Московском городском народном университете имени А. Л. Шанявского и на Высших женских сельскохозяйственных курсах. После организации в Ташкенте Туркестанского государственного университета, в ноябре 1919 года Московским советом Туркестанского университета он избирается профессором кафедры зоологии беспозвоночных. После завершения Оренбургской операции на Восточном фронте появляется возможность переезда преподавателей, оборудования и библиотеки для вновь организованного университета.

1 февраля 1920 года с первым из так называемых "поездов науки" А. Л. Бродский вместе с семьёй переезжает в Ташкент. В 1920 году он избирается деканом физико-математического факультета Туркестанского государственного университета, а в 1921 году - ректором Туркестанского университета (с июля 1923 года это Среднеазиатский государственный университет). Ректором университета А. Л. Бродский остается до 1926 года. Бессменным же руководителем кафедры зоологии беспозвоночных А. Л. Бродский оставался вплоть до своей смерти в 1943 году. Эта кафедра обслуживала три факультета: физико-математический, медицинский и сельскохозяйственный.

Он был основателем и заведующим биолого-почвенного факультета САГУ. Впоследствии этому факультету было присвоено звание имя профессора Бродского. По совместительству Бродский был также профессором в Среднеазиатском хлопковом институте, Казахском педагогическом и Узбекском педагогическом институтах, на учительских курсах в рабочем университете. Он подготовил на своей кафедре 100 специалистов-зоологов, которые работали потом в научных учреждениях и вузах Средней Азии.

Бродский участвовал в организации целого ряда научно-исследовательских учреждений Средней Азии. Он распространил свою деятельность на всю Среднюю Азию. Вместе с профессором Д.Н.Кашкаровым он стал пионером природоохраны в республиках Средней Азии. Он вёл обширную научную работу, был организатором и участником научно-исследовательских экспедиций по Средней Азии. И это в условиях, когда единственным видом транспорта были лошади и верблюды. Никаких дорог не было кроме караванных путей, на которых ещё орудовали басмачи.

С 1927 года Бродский посвятил свою научную деятельность новой отрасли науки - почвенной зоологии. Она нашла практическое применение в растениеводстве путём борьбы с вредителями. За активную научную деятельность Абраму Львовичу было присвоено звание "Залуженный деятель науки Уз. ССР". В 1938-1939 годах Бродский работал заместителем Наркома просвещения Узбекской ССР. С 1 января 1940 года он был заведующим сектором Узбекского филиала Академии наук СССР.

Скончался А.Л Бродский 2 января 1943 года, был похоронен в Ташкенте.


В апреле 1858 года в германском городе Киле в семье профессора гражданского права Иоганна фон Планка родился сын Макс. У него были обнаружены незаурядные музыкальные способности. С детских лет и всю жизнь он увлекался игрой на фортепиано и органе.

Максу было 9 лет, когда семья перебралась в Мюнхен. В гимназии преподаватель математики пробудил в Максе интерес к естественным наукам, а учитель литературы - к филологии. В 16 лет он отдал предпочтение физике. Три года он учился в Мюнхенском университете, затем год - в Берлинском. В 1879 году Макс защитил диссертацию по термодинамике.

Через 6 лет он стал адъюнкт-профессором Кильского университета. Тогда же он женился на дочери мюнхенского банкира Мари Мерк, которую знал с детства. В середине 1880-х годов скончался заведующий кафедрой Берлинского университета, один из великих физиков того времени Кирхгоф. Предложение занять эту кафедру получил 30-летний Макс Планк.

В 1888 году в семье Макса Планка родился сын Карл, затем появились дочери-близняшки Грета и Эмма. В 1893 году ещё родился сын Эрвин. Вскоре после переезда в Берлин Планк приобрёл отдельный дом с садом в районе, почти сплошь застроенном профессорскими особняками.

В жизни Планков особое место занимала музыка. Сам Макс был одарён огромными музыкальными способностями. Он был прекрасным пианистом, играл на виолончели и органе, сам пел и дирижировал хором. Любовь к музыке родители привили и детям. Вскоре они тоже стали участниками домашних концертов.

Планка интересовали проблемы теплового излучения и изменения цветового диапазона нагретых тел. Он размышлял часами, пытаясь описать тепловое излучение с помощью классической физики. Труды Кирхгофа, Максвелла, Больцмана и других предшественников уже не помогали. Нужна была новая гипотеза.

Прозрение наступило в 1990 году. Для вывода формулы пришлось ввести новое, радикальное понятие. Энергия источников колебаний изменяется не непрерывно, как принято в классической физике, а может принимать только дискретные значения, изменяясь лишь конечными шагами. Каждый такой шаг равен некоторой постоянной (теперь называемой "постоянной Планка"), умноженной на частоту колебаний. Дискретные порции энергии впоследствии получили название квантов.

Гипотеза Планка ознаменовала рождение квантовой теории, совершившей революцию в физике. Сам Планк тогда не осознал до конца значения своего открытия. Квантовую физику создавало уже новое поколение учёных. Одним из них был молодой Альберт Эйнштейн. В 1905 году он на примере фотоэлектрического эффекта объяснил с помощью квантов двойственную природу света. В том же году он опубликовал статью с изложением специальной теории относительности, которую активно поддержал Планк.

Через год после того, как Макс Планк отметил своё 50-летие, у него неожиданно умерла жена. Погоревав 2 года, Макс женился на своей племяннице. У них родился ещё один сын.

В 1913 году Макса Планка избрали ректором Берлинского университета. С началом Первой мировой войны оба взрослых сына ушли на фронт. Эрвин в первые же дни войны был ранен и попал в плен к французам. Карл погиб в мае 1916 года под Верденом. Планк использовал все свои связи и добился освобождения Эрвина.

Но трагедии в семье Планка не кончились. Весной 1917 года после родов умерла дочь Грета. Её вдовец, профессор-историк Фердинанд Фелинг женился на её сестре. Но через годи Эмму постигла та же участь.

В 1918 году Макс Планк был удостоен Нобелевской премии " в знак признания его заслуг в деле развития физики благодаря открытию квантов энергии".

Макс Планк был далёк от политики. А вот его сын Эрвин во времена послевоенной Веймарской республики активно погрузился в политику. Он занимал пост статс-секретаря в правительствах Брюнинга, Палена, Шляйхера.

Планка-старшего интересовало лишь выживание немецкой науки в условиях общегерманского разорения. В 1930 году его избрали президентом Общества кайзера Вильгельма, по сути являвшегося Академией наук Германии.

В 1933 году к власти в Германии пришёл Гитлер, и жизнь в стране кардинально изменилась. Демократ Эрвин ушёл из правительственного аппарата. Макс Планк пошёл на приём к фюреру, надеясь добиться снисхождения к коллегам-евреям. Но Гитлер в беседе раскачал в себе такую ярость, что Максу Планку не оставалось ничего другого, как умолкнуть и распрощаться. Самого же Макса Планка нацисты продолжали держать при себе, как принадлежащего им великого учёного современности.

В конце войны Эрвин Планк был казнён как участник заговора против Гитлера. Дом и личная библиотека Макса Планка погибли во время воздушного налёта на Берлин. Сам учёный с женой пытались найти убежище в имении Рогец недалеко от Магдебурга. Там они оказались между отступавшими немецкими войсками и наступающими союзниками. Супруги были обнаружены американскими частями и доставлены в безопасный тогда Геттинген. В этом городе Макс Планк скончался 4 октября 1947 года, не дожив 6 месяцев до своего 90-летия. На его могильной плите выбиты только имя, фамилия и численное значение постоянной Планка.


Для создания крупной научной физической школы в Советском Союзе многое сделал Герой Социалистического труда, лауреат Государственной и Ленинской премий Абрам Фёдорович Иоффе. Родился он 29 октября 1880 года в городе Ромны Полтавской губернии в семье купца 2-й гильдии Фёдора Васильевича Иоффе и Рашель Абрамовны (урождённой Вайнштейн).

После успешного окончания реального училища Арам Иоффе преодолел 3-процентную норму приёма евреев, успешно сдав экзамены в Технологический институт. За участие в "студенческих беспорядках" в марте 1899 года он был исключён из института. Но вскоре был прощён институтскими властями и снова стал студентом. В июне 1902 года он окончил Технологический институт, получив звание инженера-технолога.

Однако, Иоффе мечтал стать физиком-экспериментатором в физической исследовательской лаборатории. В России же выбор был невелик. Профессор Н.Гезехус и президент Палаты мер и весов Н.Егоров дали Иоффе рекомендательные письма к Вильгельму Рентгену в физический институт Мюнхенского университета. В.Рентген охотно принял Иоффе в свой институт.

Когда в 1903 году в научной печати появились заметки Пьера Кюри о свойствах радия, Рентген поручил Иоффе проверить их обоснованность. В том же году Иоффе открыл магнитную фокусировку электронов. Рентген оценил способности Иоффе и осенью 1903 года зачислил его на должность своего приват-ассистента. Одновременно ему было предложено приступить к работе над докторской диссертацией. В июне 1905 года состоялась успешная её защита с высшим отличием "Summa cum laude". Такая оценка расценивалась как большое событие в жизни университета.

Рентген предложил Иоффе остаться совсем в Мюнхенском университете в должности профессора. Несмотря на заманчивость предложения, Иоффе решил вернуться на родину. В августе 1906 года Иоффе уехал в Петербург. Через 5 лет Иоффе получил приглашение на постоянную работу в Беркли (США), но Иоффе не поехал. Повторное приглашение было и в 1926 году, но Иоффе опять ответил вежливым, но твёрдым отказом.

В Петербурге Иоффе выбрал Политехнический институт, где ему была предоставлена возможность заниматься исследовательской деятельностью. Тематика его исследований была различна, что говорит о многогранности этого учёного. Кроме научной и педагогической деятельности Иоффе создавал научную физическую школу, сумев привлечь начинающих учёных и одарённых студентов.

На первом семинаре в лаборатории Иоффе в 1916 году были, ставшие постоянными участниками, П.Капица, Н.Семёнов, П.Лукирский, Я.Френкель, Я.Дорфман и другие.

30 ноября 1918 года профессор Абрам Фёдорович Иоффе был избран членом-корреспондентом Академии наук. А 3 марта 1920 года на заседании Отделения физико-математических наук, в присутствии президента Академии А.П.Карпинского и 12 академиков А.Иоффе был избран в академики.

Несмотря на экономические трудности в стране, Иоффе работает над расширением физико-технического отдела, добивается поездки в Европу для приобретения современного оборудования и налаживания научных связей. Иоффе завязал личные отношения с видными физиками Лауэ, Лоренцом, Планком, Резерфордом.

В ноябре 1921 года в результате реорганизации отдел был выделен в Государственный физико-технический рентгенологический институт (ГФТРИ). Он стал первым и основным центром физической науки в СССР. Директором института стал академик Иоффе. Этот пост он занимал до своего ухода в 1950 году.

Вторая поездка состоялась в 1922 году, в ходе которой он продолжал закупку необходимого институту оборудования. При этом он дважды посетил в Берлине Эйнштейна, побывал в научных центрах Германии, Англии, Голландии.

Благодаря деятельности молодой школы физиков Иоффе в последующие годы было создано 15 научных центров, во главе которых стояли ученики Иоффе.

Однако, в 30-е годы начались нападки на физиков со стороны философов, исповедовавших ортодоксальный материализм. Стал модным термин "физический идеализм", взятый из ленинской работы "Материализм и эмпириокритицизм". Критике подверглись ведущие физики: Я.Френкель, И.Тамм, В.Фок, М.Бронштейн, Я.Шпильрейн.

В их защиту академик Иоффе опубликовал ответную статью "О положении на философском фронте советской физики". Теперь нападкам подвергся и сам Иоффе. Недруги Иоффе предприняли очередной выпад против него в 1938 году, опубликовав в журнале "Под знаменем марксизма" статью "Ещё раз на волне идеализма в современной физике". Все нападки носили идеологический характер. В частности Иоффе подвергался в статье нападкам за покровительство декану физмата Б.Гессену, арестованному как врага народа. (Б.Гессен был реабилитирован в 1956 году).

Статья призывала к расправе и с Иоффе. Но его не арестовали. Высшее руководство страны учло высокий международный авторитет Иоффе и его лояльное отношение к власти.

С началом Отечественной войны Иоффе был назначен председателем Комиссии по военной технике. В 1942 году он был удостоен Государственной премии за исследования в области полупроводников. Его практические рекомендации нашли воплощение в реализации идеи по радиообнаружению самолётов.

Серьёзную инициативу проявил Иоффе в создании знаменитой Лаборатории ╧2 (будущего Института атомной энергии), где в годы войны начались работы по созданию ядерного оружия. По его предложению, руководителем исследований был назначен один из его учеников И.В.Курчатов.

Однако после войны власти вернулись к вопросу о физическом идеализме. В начале 1949 года Сталин пригласил к себе Курчатова и зампреда Государственного комитета по атомной энергии Д.Ефимова и сказал: "Товарищ Курчатов, Академия наук готовит совещание по разгрому идеализма в физике. Возглавить это дело... надо вам. Это очень важно"

Курчатов ответил: Иосиф Виссарионович, у нас сейчас очень много работы, и нежелательно отвлекать людей". Сталин настаивал: "Товарищ Курчатов, это очень важно, прошу вас".

Курчатов возразил: "У меня сейчас работают русские, грузины, евреи, армяне, украинцы, татары и многие другие, некоторые из них даже верят в бога, но все они работают, работают отчаянно, целеустремлённо, нельзя их отрывать от дела".

Сталин: "Идеализм в физике - вредная вещь. Сделайте, пожалуйста, так, как это сделал товарищ Лысенко. Он разгромил морганистов-вейсманистов. Так же точно надо сделать в физике". Курчатов встал и, волнуясь, сказал: "Но это помешает нам обеспечить выполнение вашего задания в срок".

Видя состояние Курчатова, Сталин сказал: "Не волнуйтесь, товарищ Курчатов, не волнуйтесь. Это сделаем потом. Вы лучше скажите мне, можно ли сделать атомное тактическое оружие?" Вождю очень нужна была атомная бомба. Это и другие важные международные события отодвинули удар по физике.

Но самому Иоффе пришлось выслушивать много гадостей. В 1949 году вышла книга Иоффе "Основные представления современной физики", в которой отмечалось, что новая физика подтверждает основные положения диалектического материализма. Её обсуждение 21 апреля 1950 года на заседании Учёного совета. Отзывы о книге были весьма положительными.

Между тем, борьба с "Безродными космополитами" превратилась в откровенно антисемитскую акцию. И всё чаще упоминалось имя Иоффе. Президент АН С.Вавилов всячески пытался защитить Иоффе. Но он получил от Берии приказ убрать Иоффе с поста директора. В декабре 1950 Иоффе был снят с поста директора и выведен из состава Учёного совета института.

Но после ухода Иоффе с директорского поста, травля его усилилась. Президиум АН СССР в 1952 году организовал для Иоффе специальную лабораторию полупроводников, которая в 1954 году стала Институтом полупроводников Академии наук СССР. Там Иоффе работал до конца своей жизни.

А вскоре умер "отец народов" и нападки на Иоффе почти прекратились. Во времена оттепели Иоффе не был обойдён почестями и наградами. Получил он даже предложение вновь возглавить Физтех, но он отказался.

А. Ф. Иоффе скончался в своём рабочем кабинете 14 октября 1960 года. Похоронен он на Литераторских мостках Волковского кладбища.


Основателем Института Физических проблем в СССР был Пётр Леонидович Капица. Родился он 26 июня (8 июля) 1894 в Кронштадте в семье военного инженера бессарабского происхождения Леонида Петровича Капицы и его жены Ольги Иеронимовны, дочери топографа Иеронима Стебницкого из волынского дворянского рода Российской империи.

В 1905 году поступил в гимназию. Через год из-за слабой успеваемости по латыни переходит в Кронштадские реальное училище. Окончив училище, в 1914 году поступает на электромеханический факультет Петербургского политехнического института. Способного студента быстро замечает А. Ф. Иоффе, привлекает на свой семинар и работу в лаборатории.

Первая мировая война застала молодого человека в Шотландии, которую он посетил на летних каникулах с целью изучения языка. В Россию он вернулся в ноябре 1914 года и через год добровольцем отправляется на фронт. Капица служил водителем на санитарном автомобиле и возил раненых на польском фронте. В 1916 году, демобилизовавшись, возвращается назад в Петербург продолжать учёбу. Отец Капицы умирает от испанки в революционном Петрограде, затем умерли его первая жена, двухлетний сын и новорожденная дочь.

Ещё до дипломной защиты А. Ф. Иоффе приглашает Петра Капицу на работу в Физико-технический отдел недавно созданного Рентгенологического и радиологического института (преобразованного в ноябре 1921 года в Физико-технический институт). Учёный публикует свои первые научные работы в ЖРФХО и начинает преподавательскую деятельность.

Иоффе считал, что перспективному молодому физику необходимо продолжить учёбу в авторитетной зарубежной научной школе, но организовать выезд за границу долго не удавалось. Благодаря содействию Крылова и вмешательству Максима Горького в 1921 году Капица, в составе специальной комиссии, командирован в Англию. Благодаря рекомендации Иоффе ему удаётся устроиться в Кавендишской лаборатории под начало Эрнеста Резерфорда и с 22 июля Капица начинает работать в Кембридже. Молодой советский учёный быстро заслуживает уважение коллег и руководства благодаря таланту инженера и экспериментатора.

Темой докторской диссертации, которую Капица защитил в Кембридже в 1922 году, стало "Прохождение альфа-частиц через вещество и методы получения магнитных полей". С января 1925 года Капица - заместитель директора Кавендишской лаборатории по магнитным исследованиям. В 1929 году Капица избран действительным членом Лондонского.

В ноябре 1930 года Совет Королевского общества принимает решение о выделении 15 000 фунтов стерлингов на строительство в Кембридже специальной лаборатории для Капицы. Торжественное открытие Мондовской лаборатории (по имени промышленника и филантропа Монда) состоялось 3 февраля 1933 года. Капица избирается Мессельским профессором Королевского общества.

Капица поддерживает связи с СССР и всячески содействует международному научному обмену опытом. В "Международной серии монографий по физике" издательства Оксфордского университета, одним из редакторов которой был Капица, выходят монографии Георгия Гамова, Якова Френкеля, Николая Семёнова. В Англию по его приглашению приезжает на стажировку Юлий Харитон и Кирилл Синельников.

22 февраля 1929 года непременный секретарь АН СССР Ольденбург сообщает Капице, что "Академия наук, желая выразить своё глубокое уважение к учёным заслугам Вашим в области физических наук, избрала Вас на Общем собрании Академии наук СССР 13 февраля с. г. в свои члены-корреспонденты".

В СССР не остались без внимания многочисленные случаи невозвращения советских учёных. В 1936 г. В. Н. Ипатьев и А. Е. Чичибабин были лишены советского гражданства и исключены из состава Академии наук за то, что остались за рубежом после командировки. Широкий резонанс в научных кругах имела аналогичная история с молодыми учёными Г. А. Гамовым и Ф. Г. Добжанским.

Деятельность Капицы в Кембридже не оставалась незамеченной. Особое беспокойство властей вызывал тот факт, что Капица оказывал консультации европейским промышленникам. До 1934 года Капица с семьёй жил в Англии и регулярно приезжал в СССР на отдых и повидать родных. Правительство СССР несколько раз предлагало ему остаться на Родине, но учёный неизменно отказывался. В конце августа Пётр Леонидович, как и в предыдущие годы, собирался навестить мать и принять участие в международном конгрессе, посвящённом 100-летию со дня рождения Дмитрия Менделеева.

После приезда в Ленинград 21 сентября 1934 г. Капицу вызвали в Москву, в Совет народных комиссаров, где он встретился с Пятаковым. Заместитель наркома тяжёлой промышленности рекомендовал, как следует обдумать предложение остаться. Капица отказался, и его отправили на приём в вышестоящую инстанцию к Валерию Межлауку.

Сталин инструктировал Межлаука так: "Передайте Капице, что мы сделаем всё, чтобы создать ему желательные условия, построим для него специальный институт, но объясните твёрдо, что в Англию он не вернётся, мы не разрешим ему выехать туда". Председатель Госплана сообщил учёному, что выезд за границу невозможен, и виза аннулирована.

Капица был вынужден переехать к матери, а его супруга, Анна Алексеевна, уехала в Кембридж к детям одна. Английская пресса, комментируя случившееся, писала о том, что профессора Капицу принудительно задержали в СССР. Пётр Леонидович был глубоко разочарован. Обращался с просьбой о помощи и вмешательстве к Ланжевену, Альберту и Эрнесту Резерфорду. Резерфорд письмом к полпреду СССР в Англии обратился за разъяснениями - почему известному физику отказывают в возвращении в Кембридж. В ответном письме ему сообщили, что возвращение Капицы в СССР продиктовано запланированным в пятилетнем плане ускоренным развитием советской науки и промышленности.

Первые месяцы в СССР прошли трудно - не было работы и определённости с будущим. Жить пришлось в стеснённых условиях коммунальной квартиры у матери Петра Леонидовича. Постепенно Пётр Леонидович пришёл в себя и согласился продолжить работу по специальности. В качестве условия потребовал перевезти Мондовскую лабораторию, в которой он работал, в СССР. Если Резерфорд откажется передать или продать оборудование, то необходимо будет приобрести дубликаты уникальных приборов. Решением Политбюро ЦК ВКП(б) было выделено 30 тыс. фунтов стерлингов на закупку оборудования.

23 декабря 1934 г. Вячеслав Молотов подписал постановление об организации в составе Академии наук СССР Института физических проблем (ИФП). 3 января 1935 г. газеты "Правда" и "Известия" сообщили о назначении Капицы директором нового института. В начале 1935 года Капица переезжает из Ленинграда в Москву - в гостиницу "Метрополь", получает в распоряжение личный автомобиль. В мае 1935 года началось строительство институтского лабораторного корпуса на Воробьёвых горах. В период с 1935 по 1937 год постепенно было получено оборудование из Англии.

Однако возможности для работы в СССР уступали тем, что были за рубежом - это даже несмотря на то, что он получил в своё распоряжение научное учреждение и практически не испытывал проблем с финансированием. Угнетало то, что проблемы, решавшиеся в Англии одним телефонным звонком, погрязали в бюрократизме.

В 1935 году кандидатура Капицы даже не рассматривается на выборах в действительные члены АН СССР. Он неоднократно пишет записки и письма о возможностях реформы советской науки и академической системы представителям власти, но не получает внятной реакции. Несколько раз Капица принимал участие в заседаниях Президиума Академии Наук СССР, но, как сам вспоминал, после двух-трёх раз "устранился".

В январе 1936 года из Англии возвращается Анна Алексеевна с детьми, и семья Капицы переезжает в коттедж, построенный на территории института. К марту 1937 года закончилось строительство нового института, перевезена и смонтирована большая часть приборов, и Капица возвращается к активной научной деятельности. В это же время при Институте Физических проблем начинает работать "капичник" - знаменитый семинар Петра Леонидовича, который вскоре приобретает всесоюзную известность.

В январе 1938 года Капица публикует в журнале Nature статью о фундаментальном открытии - явлении сверхтекучести жидкого гелия и продолжает исследования в новом направлении физики. Одновременно коллектив института, возглавляемого Петром Леонидовичем, активно работает над важной задачей разработки воздухоразделительных установок для производства кислорода, при этом он старается внедрить относительно новую технологию производства криогенных температур на базе турбодетандера. Эта инновация вызывает бурные дискуссии в СССР, за рубежом его работа тоже не остается незамеченной. На общем собрании Отделения математических и естественных наук АН СССР 24 января 1939 г. единодушным голосованием Капица был принят в действительные члены Академии наук СССР.

Во время Великой Отечественной войны ИФП был эвакуирован в Казань, туда же переехала из Ленинграда семья Петра Леонидовича. В военные годы необходимость в производстве жидкого кислорода из воздуха в промышленных масштабах резко возрастает (в частности, для производства взрывчатки). Капица работает над внедрением в производство разработанной им кислородной криогенной установки. В 1942 г. первый экземпляр "Объекта ╧ 1" - турбокислородной установки ТК-200 производительностью до 200 кг/ч жидкого кислорода - был изготовлен и в начале 1943 года запущен в эксплуатацию. В 1945 году сдан "Объект ╧ 2" - установка ТК-2000 с производительностью в десять раз больше.

По его предложению 8 мая 1943 года постановлением Государственного комитета обороны создаётся Главное управление по кислороду при СНК СССР, начальником Главкислорода назначается Пётр Капица. В 1945 г. организован специальный институт кислородного машиностроения - ВНИИКИМАШ и начал выходить новый журнал "Кислород". В 1945 году Капица получил звание Героя Социалистического Труда, а возглавляемый им институт был награждён Орденом Трудового Красного Знамени.

Помимо практической деятельности Капица находит время и для преподавания. C 1 октября 1943 г. Капица зачислен на должность заведующего кафедрой низких температур физического факультета МГУ.

Тем временем, во второй половине 1945 года, сразу по окончании войны, в активную фазу вступает советский атомный проект. 20 августа 1945 года был создан атомный Спецкомитет при Совнаркоме СССР, руководителем которого стал Лаврентий Берия. В комитет первоначально вошли только два физика.

Курчатов был назначен научным руководителем всех работ, а Капица, который не являлся специалистом в ядерной физике, должен был курировать отдельные направления (низкотемпературная технология разделения изотопов урана).

И Курчатов, и Капица входят в состав Технического совета специального комитета. Дополнительно туда приглашаются И. К. Кикоин, А. Ф. Иоффе, Ю. Б. Харитон и В. Г. Хлопин.

У Капицы сразу же возникает недовольство методами руководства Берии. Он весьма нелицеприятно и остро отзывается о генеральном комиссаре госбезопасности - как в личном, так и в профессиональном плане.

3 октября 1945 года Капица пишет Сталину письмо с просьбой освободить его от работы в Комитете, но ответа не последовало. 25 ноября Капица пишет второе письмо, более подробное (на 8 страницах) и 21 декабря 1945 года Сталин разрешает отставку Капицы.

17 августа 1946 года Капицу снимают с должности директора ИФП. Он удаляется на государственную дачу, на Николину гору. Вместо Капицы директором института назначают Александрова. По словам академика Фейнберга, в это время Капица находился "в ссылке, под домашним арестом". Дача была собственностью Петра Леонидовича, но имущество и мебель внутри были, большей частью, государственные и их практически полностью вывезли. В 1950 году он был уволен и с физико-технического факультета МГУ, где читал лекции.

В своих воспоминаниях Пётр Леонидович писал о преследовании со стороны силовых структур, прямой слежке, инициированной Лаврентием Берией. Тем не менее академик не оставляет научную деятельность и продолжает исследования в области физики низких температур, разделения изотопов урана и водорода, совершенствует познания в математике.

Благодаря содействию президента АН СССР Сергея Вавилова удалось получить минимальный комплект лабораторного оборудования и смонтировать его на даче. В многочисленных письмах Молотову и Маленкову Капица пишет об экспериментах, проводимых в кустарных условиях, и просит о возможности вернуться к нормальной работе. В декабре 1949 года Капица, несмотря на приглашение, проигнорировал торжественное заседание в МГУ, посвящённое 70-летию Сталина.

Ситуация изменилась только в 1953 году после смерти Сталина и ареста Берии. 3 июня 1955 года Капица после встречи с Хрущёвым вернулся на пост директора ИФП. Тогда же был назначен главным редактором ведущего физического журнала страны - "Журнала экспериментальной и теоретической физики". С 1956 года Капица - один из организаторов и первый заведующий кафедрой физики и техники низких температур МФТИ. В 1957-1984 годы - член президиума АН СССР.

По воспоминаниям Н. Хрущева от предложения взяться за разработку тем оборонного значения Капица отказался, мотивируя это тем, что он - "учёный, а учёные подобны артистам: любят, чтобы об их работе говорили, писали, показывали их в кино, военная же тематика секретна. Связаться с ней означает изолироваться, похоронить себя в стенах института...".

Капица продолжает активную научную и педагогическую деятельность. Убедительность научного предвидения и весомость мнения П. Л. Капицы порой проявлялась в неожиданных областях. Так, в августе 1955 года он повлиял на решение о создании первого искусственного спутника Земли.

Помимо достижений в науке, Капица проявил себя как администратор и организатор. Под его руководством Институт физических проблем стал одним из наиболее продуктивных учреждений Академии наук СССР, привлёк многих ведущих специалистов страны. В 1964 году академик высказал идею создания научно-популярного издания для молодёжи. Первый номер журнала "Квант" вышел в 1970 году. Капица принимал участие в создании научно-исследовательского центра Академгородка неподалеку от Новосибирска и высшего учебного заведения нового типа - Московского физико-технического института.

В 1965 году, впервые после более чем тридцатилетнего перерыва, Капица получил разрешение на выезд из Советского Союза в Данию для получения Международной золотой медали Нильса Бора. Там он посетил научные лаборатории и выступил с лекцией по физике высоких энергий. В 1969 году ученый вместе с супругой впервые посетил Соединенные Штаты.

В последние годы Капица заинтересовался управляемой термоядерной реакцией. В 1978 году академику Петру Леонидовичу Капице была присуждена Нобелевская премия по физике "за фундаментальные изобретения и открытия в области физики низких температур".

Вплоть до последних дней жизни Капица сохранял интерес к научной деятельности, продолжал работать в лаборатории и оставался на посту директора Института Физических проблем.

22 марта 1984 года Пётр Леонидович почувствовал себя плохо и его увезли в больницу, где ему диагностировали инсульт. 8 апреля, не приходя в сознание, Капица скончался. Похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве.

Награды и премии Петра Леонидовича Капицы:

Герой Социалистического Труда (1945, 1974)

Нобелевская премия по физике (1978)

Сталинская премия (1941, 1943)

Золотая медаль имени М. В. Ломоносова АН СССР (1959)

Медали имени Фарадея (Англия, 1942), Франклина (США, 1944), Котениуса (ГДР, 1959), Нильса Бора (Дания, 1965), Резерфорда (Англия, 1966), Камерлинг-Оннеса (Нидерланды, 1968), Саймона (Англия, 1973), Гельмгольца (ГДР, 1981)

шесть орденов Ленина

орден Трудового Красного Знамени

Орден Партизанской звезды (Югославия, 1964)

медали

Почётные лекции Rutherford Memorial Lecture (1969) и Bernal Lecture (1977) в Англии.


Один из самых выдающихся учёных ХХ века Георгий Антонович Гамов родился в Одессе 4 марта 1904 года в учительской семье. Его отец, Антон Михайлович Гамов, был потомственным дворянином. Преподавал русский язык и литературу в частной гимназии и реальном училище. Мать Георгия, Александра Арсеньевна Лебединцева, рано умерла. Её предки принадлежали к южнорусскому духовенству - Арсений Лебединцев был митрополитом, настоятелем одесского Кафедрального собора. Большинство Лебединцевых были священниками, занимая видные посты в церковной иерархии.

Отец поощрял увлечение Гамова науками, физикой, астрономией, биологией. Поэтому после окончания школы в 1921 году он поступил на математическое отделение физико-математического факультета Новороссийского университета (ныне - Одесский национальный университет имени И. И. Мечникова). Его преподавателями были физик Николай Кастерин и математики Вениамин Каган и Юрий Рабинович. Одновременно Гамов подрабатывал вычислителем в Одесской астрономической обсерватории.

В 1922 году Гамов решил поступить на физико-математический факультет Петроградского университета, который был центром зарождавшейся советской физической науки. Чтобы иметь дополнительные средства к существованию, после прибытия в Петроград в июле 1922 года Гамов устроился наблюдателем на Метеорологическую станцию Лесного института, трижды в день, снимая показания приборов. Он оставался на этой работе, полученной по протекции старого знакомого его отца профессора В. Н. Оболенского, до сентября 1923 года, совмещая её с учёбой в университете.

С сентября 1923 по октябрь 1924 года Гамов заведовал полевой метеорологической обсерваторией 1-й Артиллерийской школы, читал там лекции по физике. В октябре 1924 года Гамов был приглашён Дмитрием Рождественским в Государственный оптический институт, где молодой сотрудник занимался разработкой методики отбраковки оптического стекла и изучением аномальной дисперсии света в парах калия. Это сотрудничество продолжалось до апреля 1925 года, когда Гамов решил окончательно сосредоточиться на теоретических исследованиях.

Руководство Гамовым принял Юрий Крутков, ученик Пауля Эренфеста. Дипломная работа Гамова была посвящена некоторым вопросам теории адиабатических инвариантов.

Безусловную пользу молодому учёному принесли лекции, которые в то время в университете читали такие известные физики и математики как Орест Хвольсон, Всеволод Фредерикс, Александр Тудоровский, Владимир Смирнов, Юрий Крутков.

Во времена студенчества формируется тесный кружок молодых физиков-единомышленников, названный его участниками "Джаз-бандой". Его ядро первоначально составили Гамов, Дмитрий Иваненко, Андрей Ансельм и В. А. Кравцов. Вскоре к ним присоединились Лев Ландау, Матвей Бронштейн и Виктор Амбарцумян.

Трое друзей из этого кружка, Гамов, Иваненко и Ландау, опубликовали в начале 1928 года в Журнале Русского физико-химического общества статью "Мировые постоянные и предельный переход". В ней они дали иерархию физических теорий на основе системы фундаментальных констант, включающих скорость света, гравитационную постоянную и постоянную Планка. Сами авторы считали эту работу всего лишь шуткой и никогда на неё не ссылались. Однако, впоследствии она привлекла внимание исследователей своими идеями, которые касаются фундаментальных основ физики и принципов её развития.

Гамов окончил университет в 1926 году и поступил в аспирантуру. В том же году он был рекомендован в качестве кандидата на поездку в Германию на стажировку. Но, разрешение и все необходимые документы были получены лишь весной 1928 года.

В июне он прибыл в Гёттинген, где был представлен руководителю тамошней группы теоретиков Максу Борну. Решив заняться какой-либо нерешённой теоретической проблемой, Гамов выбрал в качестве основного направления теорию атомного ядра, и в частности, проблему альфа-распада - одного из видов радиоактивности.

Ему удалось показать, что частицы даже с не очень большой энергией могут с определённой вероятностью вылетать из ядра. Это было первое успешное объяснение поведения радиоактивных элементов на основе квантовой теории.

На основе своей теории Гамов смог оценить размер ядер и, что ещё более важно, дать теоретический вывод эмпирического закона Гейгера - Неттолла, связывающего энергию вылетающей альфа-частицы с характерным временем альфа-распада (периодом полураспада ядер). Уже в июле Гамов окончил свою статью и отослал её в журнал "Zeitschrift für Physik", его теория быстро получила признание, а успех Гамова сделал его широко известным в научном мире.

В сентябре 1928 года срок командировки Гамова истёк, и ему необходимо было возвращаться в Ленинград. По дороге он заехал в Копенгаген, где встретился с Нильсом Бором, который предложил ему остаться на год в его институте и выхлопотал ему стипендию фонда Карлсберга. Этому поспособствовало и рекомендательное письмо на имя Бора, написанное Абрамом Иоффе.

За время своей продлившейся командировки Гамов посетил и другие важнейшие научные центры того времени. Весной 1929 года Гамов вернулся в Ленинград, а уже осенью он вновь был в Копенгагене. Этому способствовало получение им годовой стипендии Рокфеллеровского фонда (120 долларов в месяц), на которую он был, выдвинут его бывшим научным руководителем Крутковым и академиком Алексеем Крыловым. Его кандидатуру поддержали кембриджские физики Эрнест Резерфорд и Ральф Фаулер.

Весной 1931 года Гамов вернулся в Ленинград и сразу же включился в работы по ядерной физике, которые начали проводиться в Радиевом институте, Физико-математическом институте (ФМИ) и Ленинградском университете. Вскоре академик Абрам пригласил его консультантом новообразованного Отдела физики ядра в Ленинградском Физико-техническом институте.

Там уже трудились такие учёные как Николай Семёнов, Игорь Курчатов, Яков Френкель, Владимир Фок и др. В то же время Гамов являлся одним из инициаторов организации Института теоретической физики на базе Физического отдела ФМИ, однако эта инициатива не нашла поддержки у академического руководства.

В марте 1932 года заслуги Гамова были оценены на очередных выборах в АН СССР: он был избран членом-корреспондентом, он был и остаётся самым молодым из избранных физиков за всю её историю - в 28 лет.

В период работы Г. А. Гамова в физическом отделе Радиевого института (1931-1934), возглавлявшемся В. Г. Хлопиным, под руководством и при непосредственном участии И. В. Курчатова, Л. В. Мысовского и Г. А. Гамова, создан первый в Европе циклотрон (в 1932 году Г. А. Гамов и Л. В. Мысовский представили проект к рассмотрению Учёным советом, утвердившим его; установка запущена в 1937 году).

В 1931 году произошли серьёзные изменения в личной жизни Гамова: он познакомился с выпускницей физико-математического факультета МГУ Любовью Вохминцевой, и вскоре они поженились. В это же время Гамов почувствовал изменения в отношении положения учёных в СССР: в октябре 1931 года в Риме состоялся Международный конгресс по ядерной физике, куда был приглашён и Гамов, но ему так и не удалось получить разрешение на выезд.

После этого Гамов стал искать случай покинуть страну, в том числе нелегально. Летом 1932 года, во время отпуска в Крыму, Гамов с женой попытались доплыть на байдарке до турецкого побережья, однако им помешал шторм. Зимой пытались уйти в Финляндию, но заблудились. Удобный случай представился осенью 1933 года, когда Гамов по рекомендации Иоффе был назначен советским представителем на Седьмом Сольвеевском конгрессе в Брюсселе.

Благодаря знакомству с Николаем Бухариным Гамов смог попасть на приём к Молотову и получить визу и для своей жены. По завершении срока командировки он решил не возвращаться и начал переговоры о получении постоянной работы за рубежом.

В то же время он не хотел окончательного разрыва с родиной, желая продлить командировку. Таким образом, целью Гамова была возможность подобно Капице работать за границей, свободно посещать крупнейшие научные центры и мероприятия и при этом в любое время посещать СССР.

Однако это желание не нашло понимания на родине, хотя возможность вернуться оставалась ещё довольно долго. Лишь спустя год, в октябре 1934 года, после того как он не вернулся к крайнему установленному сроку, Гамов был окончательно уволен из Радиевого института и ФМИ, и только в 1938 году он был исключён из числа членов-корреспондентов АН СССР.

Трудно сказать, как сложилась бы судьба Гамова, если бы он вернулся. Через несколько лет друзей Гамова Д.Иваненко и Л.Ландау отправили в лагеря, М.Бронштейна расстреляли, П.Капицу сделали невыездным. Самого Гамова заочно приговорили к расстрелу за "отказ возвратиться из-за границы в СССР".

После отъезда из СССР Гамов работал то в Радиевом институте в Париже, то в Кембриджском университете, то в Институте Бора в Копенгагене, но никто не хотел предложить ему постоянное место. Наконец, в 1934 году начали появляться предложения из Америки. Сначала Эрнест Лоуренс попробовал устроить Гамова в Калифорнийский университет в Беркли, однако эта попытка сорвалась из-за финансовых проблем.

Вскоре, по протекции известного физика Мерла Тьюва, он был приглашён на должность профессора в столичный Университет Джорджа Вашингтона, где начал работать с осени 1934 года. Сразу же Гамов инициировал проведение в Вашингтоне ежегодных конференций, на которые собирались крупнейшие физики мира.

Другим его важным решением было приглашение в качестве ближайшего сотрудника своего старого знакомого ещё по копенгагенским временам Эдварда Теллера (как образно выражался Гамов, "чтобы было с кем поговорить о теоретической физике").

Сотрудничество с Теллером оказалось весьма плодотворным. В 1936 году им удалось обобщить теорию бета-распада Ферми, сформулировав правила отбора и введя представление о "переходах Гамова - Теллера" (переходы с изменением спина ядра). В 1937-1940 годах Гамов построил первую последовательную теорию эволюции звёзд с термоядерным источником энергии. В 1940-1941 годах вместе со своим учеником Марио Шенбергом он изучил роль нейтрино в катастрофических процессах, происходящих при вспышках новых и сверхновых звёзд (так называемое нейтринное охлаждение). В 1942 году совместно с Теллером он предложил теорию строения красных гигантов, предположив наличие у них устойчивого ядра и оболочки, в которой происходят термоядерные реакции.

В 1941 году Теллер покинул университет и стал участником проекта по созданию атомной бомбы, однако Гамова к этим работам не привлекли по "соображениям безопасности". Он участвовал в решении второстепенных проблем, став консультантом военных. Тем не менее, по утверждению П. А. Судоплатова, спецслужбам СССР удалось привлечь Гамова и его жену к сотрудничеству и использовать его широкие связи с ведущими американскими физиками, которые могли обсуждать с ним возможности создания атомной бомбы.

В ходе этой деятельности он сблизился с Альбертом Эйнштейном (таким же "непривлечённым"), общение с которым заставило его вспомнить своего учителя Фридмана и обратило его внимание к вопросам космологии. Лишь летом 1948 года Гамов получил от военных соответствующий допуск и смог принять участие в создании водородной бомбы под руководством Теллера.

В 1946 году Гамов активно включился в работу в области космологии, предложив модель "горячей Вселенной" (уточнение теории "Большого Взрыва"). Её основаниями стали представления о расширении Вселенной, данные о современной распространённости элементов (особенно о соотношении водорода и гелия) и оценки возраста Вселенной.

В те годы он считался примерно равным возрасту Земли. Исходя из большого значения энтропии ранней Вселенной, в 1948 году Гамов совместно со своими учениками Ральфом Альфером и Робертом Херманом разработал теорию образования химических элементов путём последовательного нейтронного захвата (нуклеосинтез).

В 1954 году, через год после открытия двуспиральной структуры молекул ДНК, Гамов неожиданно внёс существенный вклад в становление новой дисциплины - молекулярной биологии, впервые поставив проблему генетического кода.

Он понял, что структура основных строительных блоков клетки - белков, состоящих из 20 основных (природных) аминокислот, - должна быть зашифрована в последовательности из четырёх возможных нуклеотидов, входящих в состав молекулы ДНК. Впоследствии Гамов предложил конкретную схему реализации генетического кода.

В середине 1950-х годов Гамов развёлся с Любовью Вохминцевой и женился на Барбаре Перкинс. В 1956 году он переехал в Боулдер, где занял должность профессора Колорадского университета. В том же году Гамов получил от ЮНЕСКО премию Калинга за популяризацию науки.

В последние годы Гамов тяжело страдал от нарушений сердечнососудистой системы, перенёс несколько операций. Находясь в больнице, он заразился и переболел гепатитом. Гамов умер в Боулдере 19 августа 1968 года, там же находится его могила, на кладбище Green Mountain Cemetery. Одно из высоких зданий, построенных на территории Колорадского университета, носит название "Башня Гамова". В 1990 году он был посмертно восстановлен в звании члена-корреспондента АН СССР.


Один из основателей современной теоретической физики, Лауреат Нобелевской премии Альберт Эйнштейн родился 14 марта 1879 года в южно-германском городе Ульме, в небогатой еврейской семье. Отец, Герман Эйнштейн (1847-1902), был в это время совладельцем небольшого предприятия по производству перьевой набивки для матрацев и перин. Мать, Паулина Эйнштейн (урождённая Кох, 1858-1920), происходила из семьи состоятельного торговца кукурузой Юлиуса Дерцбахера (в 1842 году он сменил фамилию на Кох) и Йетты Бернхаймер.

Начальное образование Альберт Эйнштейн получил в местной католической школе. В школе его считали страшной тупицей и тугодумом. Как-то раз учитель физики бросил ему в сердцах: "Из такой бездари ничего путного не выйдет". По его собственным воспоминаниям, он в детстве пережил состояние глубокой религиозности, которое оборвалось в 12 лет. Через чтение научно-популярных книг он пришёл к убеждению, что многое из того, что изложено в Библии, не может быть правдой, а государство намеренно занимается обманом молодого поколения. Всё это сделало его вольнодумцем и навсегда породило скептическое отношение к авторитетам.

Из детских впечатлений Эйнштейн позже вспоминал как наиболее сильные: компас, "Начала" Евклида и (около 1889 года) "Критику чистого разума" Иммануила Канта. Кроме того, по инициативе матери он с шести лет начал заниматься игрой на скрипке. Увлечение музыкой сохранялось у Эйнштейна на протяжении всей жизни. Уже находясь в США в Принстоне, в 1934 году Альберт Эйнштейн дал благотворительный концерт, где исполнял на скрипке произведения Моцарта в пользу эмигрировавших из нацистской Германии учёных и деятелей культуры.

В гимназии (ныне Гимназия имени Альберта Эйнштейна в Мюнхене) он не был в числе первых учеников (исключение составляли математика и латынь). Укоренившаяся система механического заучивания материала учащимися (которая, как он позже говорил, наносит вред самому духу учёбы и творческому мышлению), а также авторитарное отношение учителей к ученикам вызывало у Альберта Эйнштейна неприятие, поэтому он часто вступал в споры со своими преподавателями.

В 1894 году Эйнштейны переехали из Мюнхена в итальянский город Павию, близ Милана, куда братья Герман и Якоб перевели свою фирму. Сам Альберт оставался с родственниками в Мюнхене ещё некоторое время, чтобы окончить все шесть классов гимназии. Так и не получив аттестата зрелости, в 1895 году он присоединился к своей семье в Павии.

Осенью 1895 года Альберт Эйнштейн прибыл в Швейцарию, чтобы сдать вступительные экзамены в Высшее техническое училище (Политехникум) в Цюрихе и по окончании обучения стать преподавателем физики. Блестяще проявив себя на экзамене по математике, он в то же время провалил экзамены по ботанике и французскому языку, что не позволило ему поступить в Цюрихский Политехникум. Однако директор училища посоветовал молодому человеку поступить в выпускной класс школы в Арау (Швейцария), чтобы получить аттестат и повторить поступление.

В кантональной школе Арау Альберт Эйнштейн посвящал своё свободное время изучению электромагнитной теории Максвелла. В сентябре 1896 года он успешно сдал все выпускные экзамены в школе, за исключением экзамена по французскому языку, и получил аттестат, а в октябре 1896 года был принят в Политехникум на педагогический факультет. Здесь он подружился с однокурсником, математиком Марселем Гроссманом (1878-1936), а также познакомился с сербской студенткой факультета медицины Милевой Марич (на 4 года старше его), впоследствии ставшей его женой.

В этом же году Эйнштейн отказался от германского гражданства. Чтобы получить швейцарское гражданство, требовалось уплатить 1000 швейцарских франков, однако бедственное материальное положение семьи позволило ему сделать это только спустя 5 лет. Предприятие отца в этом году окончательно разорилось, родители Эйнштейна переехали в Милан, где Герман Эйнштейн, уже без брата, открыл фирму по торговле электрооборудованием.

Стиль и методика преподавания в Политехникуме существенно отличались от закостеневшей и авторитарной германской школы, поэтому дальнейшее обучение давалось юноше легче. У него были первоклассные преподаватели, в том числе замечательный геометр Герман Минковский и аналитик Адольф Гурвиц.

Эйнштейн был остроумным человеком. Университетский учитель Эйнштейна однажды заметил Альберту:

- Юноши, одаренные таким умом и знаниями, к старости глупеют.

Альберт ответил: "Должно быть, в юности вы, профессор, были самым одаренным среди сверстников."

В 1900 году Эйнштейн окончил Политехникум, получив диплом преподавателя математики и физики. Экзамены он сдал успешно, но не блестяще. Многие профессора высоко оценивали способности студента Эйнштейна, но никто не захотел помочь ему продолжить научную карьеру. Сам Эйнштейн позже вспоминал: "Я был третируем моими профессорами, которые не любили меня из-за моей независимости и закрыли мне путь в науку".

Остроумие Альберта помешало ему получить хорошее место. Одно время он подрабатывал учителем физики в школе, но его оттуда вышибли за то, что он занимался не по программе. Потом он пробовал давать частные уроки, и тоже в скором времени ему отказывали от места.

Хотя в следующем, 1901 году, Эйнштейн получил гражданство Швейцарии, но вплоть до весны 1902 года не мог найти постоянное место работы - даже школьным учителем. Вследствие отсутствия заработка он буквально голодал, не принимая пищу несколько дней подряд. Это стало причиной болезни печени, от которой учёный страдал до конца жизни. Несмотря на лишения, преследовавшие его в 1900-1902 годах, Эйнштейн находил время для дальнейшего изучения физики.

Преодолеть трудности помог бывший однокурсник Марсель Гроссман, рекомендовавший Эйнштейна на должность эксперта III класса в Федеральное Бюро патентования изобретений (Берн) с окладом 3500 франков в год. А в годы студенчества он жил на 100 франков в месяц. Здесь он проработал с июля 1902 года по октябрь 1909 года, занимаясь преимущественно экспертной оценкой заявок на изобретения. В 1903 году он стал постоянным работником Бюро. Характер работы позволял Эйнштейну посвящать свободное время исследованиям в области теоретической физики.

Ежедневно к нему прибегали городские сумасшедшие, утверждая, что они изобрели вечный двигатель. Однажды Эйнштейн воскликнул: - Есть только две бесконечные вещи: Вселенная и глупость. Хотя насчет Вселенной я не вполне уверен.

В октябре 1902 года Эйнштейн получил известие из Италии о болезни отца; Герман Эйнштейн умер спустя несколько дней после приезда сына.

6 января 1903 года Эйнштейн женился на двадцатисемилетней Милеве Марич. Милева отличалась недюжинным умом, имея большие способности в области математики. У них родились трое детей. Первой, ещё до брака, родилась дочь Лизерль (1902). Она умерла во младенчестве.

1905 год вошёл в историю физики как "Год чудес". В этом году "Анналы физики" опубликовал три выдающиеся статьи Эйнштейна, положившие начало новой научной революции:

"К электродинамике движущихся тел" С этой статьи начинается теория относительности.

"Об одной эвристической точке зрения, касающейся возникновения и превращения света". Одна из работ, заложивших фундамент квантовой теории.

"О движении взвешенных в покоящейся жидкости частиц, требуемом молекулярно-кинетической теорией теплоты" - работа, посвящённая броуновскому движению и существенно продвинувшая статистическую физику.

Часть учёных сразу приняли теорию относительности, которая позднее получила название "специальная теория относительности" (СТО). Однако немало учёных сочли "новую физику" чересчур революционной. Она отменяла эфир, абсолютное пространство и абсолютное время, ревизовала механику Ньютона, которая 200 лет служила опорой физики и неизменно подтверждалась наблюдениями. Многие видные физики остались верными классической механике и концепции эфира.

Решающим аргументом в пользу истинности СТО стали опыты по проверке Общей теории относительности. Для разрешения проблемы, вошедшей в историю под названием "Ультрафиолетовой катастрофы", и соответствующего согласования теории с экспериментом Макс Планк предположил (1900), что излучение света веществом происходит дискретно (неделимыми порциями), и энергия излучаемой порции зависит от частоты света.

Некоторое время эту гипотезу даже сам её автор рассматривал как условный математический приём. Однако Эйнштейн во второй из вышеупомянутых статей предложил далеко идущее её обобщение и с успехом применил для объяснения свойств фотоэффекта. Эйнштейн выдвинул тезис, что не только излучение, но и распространение и поглощение света дискретны; позднее эти порции (кванты) получили название фотонов.

Этот тезис позволил ему объяснить две загадки фотоэффекта: почему фототок возникал не при всякой частоте света, а только начиная с определённого порога, зависящего только от вида металла, а энергия и скорость вылетающих электронов зависели не от интенсивности света, а только от его частоты. Теория фотоэффекта Эйнштейна с высокой точностью соответствовала опытным данным, что позднее подтвердили эксперименты Милликена.

Первоначально эти взгляды встретили непонимание большинства физиков, даже Планка Эйнштейну пришлось убеждать в реальности квантов. Постепенно, однако, накопились опытные данные, убедившие скептиков в дискретности электромагнитной энергии. Последнюю точку в споре поставил эффект Комптона (1923).

В 1907 году Эйнштейн опубликовал квантовую теорию теплоёмкости (старая теория при низких температурах сильно расходилась с экспериментом). Позже (1912) Дебай, Борн и Карман уточнили теорию теплоёмкости Эйнштейна, и было достигнуто отличное согласие с опытом.

Эйнштейн, на основе молекулярной теории, разработал статистико-математическую модель броуновского движения. На основании его модели диффузии можно было, помимо прочего, с хорошей точностью оценить размер молекул и их количество в единице объёма. Свои работы по статистической механике, под названием "Новое определение размеров молекул", Эйнштейн представил в Политехникум в качестве диссертации и в том же 1905 году получил степень доктора философии (эквивалент кандидата естественных наук) по физике.

В следующем году Эйнштейн развил свою теорию в новой статье "К теории броуновского движения", и в дальнейшем неоднократно возвращался к этой теме. Вскоре (1908) измерения Перрена полностью подтвердили адекватность модели Эйнштейна, что стало первым экспериментальным доказательством молекулярно-кинетической теории, подвергавшейся в те годы активным атакам со стороны позитивистов.

Позднее, в статье "К квантовой теории излучения" (1917) Эйнштейн, исходя из статистических соображений, впервые предположил существование нового вида излучения, происходящего под воздействием внешнего электромагнитного поля ("индуцированное излучение"). В начале 1950-х годов был предложен способ усиления света и радиоволн, основанный на использовании индуцированного излучения, а в последующие годы оно легло в основу теории лазеров.

Работы 1905 года принесли Эйнштейну, хотя и не сразу, всемирную славу. 30 апреля 1905 он направил в университет Цюриха текст своей докторской диссертации на тему "Новое определение размеров молекул". Рецензентами были профессора Кляйнер и Буркхард. 15 января 1906 года он получил степень доктора наук по физике. Он переписывается и встречается с самыми знаменитыми физиками мира, а Планк в Берлине включает теорию относительности в свой учебный курс.

В письмах его называют "г-н профессор", однако ещё четыре года (до октября 1909 года) Эйнштейн продолжает службу в Бюро патентов; в 1906 году его повысили в должности (он стал экспертом II класса) и прибавили оклад. В октябре 1908 года Эйнштейна пригласили читать факультатив в Бернский университет, однако, без всякой оплаты. В 1909 году он побывал на съезде натуралистов в Зальцбурге, где собралась элита немецкой физики, и впервые встретился с Планком; за 3 года переписки они быстро стали близкими друзьями.

После съезда Эйнштейн, наконец, получил оплачиваемую должность экстраординарного профессора в Цюрихском университете (декабрь 1909 года), где преподавал геометрию его старый друг Марсель Гроссман. Оплата была небольшой, особенно для семьи с двумя детьми, и в 1911 году Эйнштейн без колебаний принял приглашение возглавить кафедру физики в пражском Немецком университете.

В этот период Эйнштейн продолжает публикацию серии статей по термодинамике, теории относительности и квантовой теории. В Праге он активизирует исследования по теории тяготения. Спустя год Эйнштейн вернулся в Цюрих, где стал профессором родного Политехникума и читал там лекции по физике.

В мае 1914 года пришло приглашение от Петербургской академии наук, подписанное физиком П. П. Лазаревым. Однако впечатления от погромов и "дела Бейлиса" были ещё свежи, и Эйнштейн отказался: "Я нахожу отвратительным ехать без надобности в страну, где так жестоко преследуют моих соплеменников".

В конце 1913 года, по рекомендации Планка и Нернста, Эйнштейн получил приглашение возглавить создаваемый в Берлине физический исследовательский институт; он зачислен также профессором Берлинского университета. Помимо близости к другу Планку эта должность имела то преимущество, что не обязывала отвлекаться на преподавание. Он принял приглашение, и в предвоенный 1914 год убеждённый пацифист Эйнштейн прибыл в Берлин. Милева с детьми осталась в Цюрихе, их семья распалась. В феврале 1919 года они официально развелись.

Гражданство Швейцарии, нейтральной страны, помогало Эйнштейну выдерживать милитаристское давление после начала войны. Он не подписывал никаких "патриотических" воззваний, напротив - в соавторстве с физиологом Георгом Фридрихом Николаи составил антивоенное "Воззвание к европейцам".

В 1915 году уравнения поля общей теории относительности Эйнштейна (ОТО), обобщающие ньютоновские, были опубликованы почти одновременно в статьях Эйнштейна и Гильберта. Новая теория тяготения предсказала два ранее неизвестных физических эффекта, вполне подтверждённые наблюдениями, а также точно и полностью объяснила вековое смещение перигелия Меркурия, долгое время приводившее в недоумение астрономов. После этого теория относительности стала практически общепризнанным фундаментом современной физики.

В июне 1916 года в статье "Приближённое интегрирование уравнений гравитационного поля" Эйнштейн впервые изложил теорию гравитационных волн. Экспериментальную проверку этого предсказания удалось провести только сто лет спустя (2015).

По окончании войны Эйнштейн продолжал работу в прежних областях физики, а также занимался новыми областями - релятивистской космологией и "Единой теорией поля". Первая статья по космологии, "Космологические соображения к общей теории относительности", появилась в 1917 году. После этого Эйнштейн пережил загадочное "нашествие болезней" - кроме серьёзных проблем с печенью, обнаружилась язва желудка, затем желтуха и общая слабость. Несколько месяцев он не вставал с постели, но продолжал активно работать. Только в 1920 году болезни отступили.

В июне 1919 года Эйнштейн женился на своей двоюродной сестре со стороны матери Эльзе Лёвенталь (урождённой Эйнштейн) и удочерил двух её детей. У Эльзы была старшая дочь по имени Ильзе, которая тоже влюбилась в Эйнштейна. Мать и дочь оказались соперницами. Дочь в итоге уступила. Альберт стал уж больно известен. Не стоило порочить его имя скандалом В конце года к ним переехала его тяжелобольная мать Паулина; она скончалась в феврале 1920 года.

Эйнштейн говорил: "Если теория относительности подтвердится, то немцы скажут, что я немец, а французы - что я гражданин мира; но если мою теорию опровергнут, французы объявят меня немцем, а немцы - евреем".

Осенью 1919 года английская экспедиция Артура Эддингтона в момент затмения зафиксировала предсказанное Эйнштейном отклонение света в поле тяготения Солнца. При этом измеренное значение соответствовало неньютоновскому, а эйнштейновскому закону тяготения. Сенсационную новость перепечатали газеты всей Европы, хотя суть новой теории чаще всего излагалась в беззастенчиво искажённом виде. Слава Эйнштейна достигла небывалых высот.

В мае 1920 года Эйнштейн, вместе с другими членами Берлинской академии наук, был приведён к присяге как государственный служащий и по закону стал считаться гражданином Германии. Однако швейцарское гражданство он сохранил до конца жизни.

В 1920-е годы, получая отовсюду приглашения, он много путешествовал по Европе (по швейцарскому паспорту), читал лекции для учёных, студентов и для любознательной публики. Посетил и США, где в честь именитого гостя была принята специальная приветственная резолюция Конгресса (1921). В конце 1922 года посетил Индию, где имел продолжительное общение с Рабиндранатом Тагором, и Китай. Зиму Эйнштейн встретил в Японии, где его застала новость о присуждении ему Нобелевской премии.

Эйнштейна неоднократно номинировали на Нобелевскую премию по физике. Первая такая номинация (за теорию относительности) состоялась, по инициативе Вильгельма Оствальда, уже в 1910 году, однако Нобелевский комитет счёл экспериментальные доказательства теории относительности недостаточными.

... Вообще, теория относительности Эйнштейна долгое время была мало кому понятна. Рассказывают, что как-то раз английского астронома Артура Эддингтона спросили:

- Сэр, правду ли говорят, что вы один из трех человек в мире, которые понимают теорию относительности Эйнштейна?

Наступило неловкое молчание - ученый явно затруднялся с ответом. Тогда спрашивающий поспешил исправить положение:

- Может быть, сэр, я что-то не так сказал? Мне, видимо, сэр, следовало бы догадаться, что вы, сэр, при всей вашей скромности, сочтете мой вопрос несколько бестактным. В таком случае, сэр, позвольте...

- Ничего-ничего, - благодушно прервал его Эддингтон, - Просто я задумался, пытаясь вспомнить, кто же этот третий....

Далее выдвижение кандидатуры Эйнштейна повторялась ежегодно, кроме 1911 и 1915 годов. Среди рекомендателей в разные годы были такие крупнейшие физики, как Лоренц, Планк, Бор, Вин, Хвольсон, де Хааз, Лауэ, Зееман, Камерлинг-Оннес, Адамар, Эддингтон, Зоммерфельд и Аррениус.

Однако члены Нобелевского комитета долгое время не решались присудить премию автору столь революционных теорий. В конце концов, был найден дипломатичный выход: премия за 1921 год была присуждена Эйнштейну (в ноябре 1922 года) за теорию фотоэффекта, то есть за наиболее бесспорную и хорошо проверенную в эксперименте работу; впрочем, текст решения содержал нейтральное добавление: "... и за другие работы в области теоретической физики". Традиционную Нобелевскую речь (в июле 1923 года) Эйнштейн посвятил теории относительности.

В 1923 году, завершая своё путешествие, Эйнштейн выступил в Иерусалиме, где намечалось вскоре (1925 год) открыть Еврейский университет.

В 1924 году молодой индийский физик Шатьендранат Бозе в кратком письме обратился к Эйнштейну с просьбой помочь в публикации статьи, в которой выдвигал предположение, положенное в основу современной квантовой статистики. Бозе предложил рассматривать свет в качестве газа из фотонов. Эйнштейн пришёл к выводу, что эту же статистику можно использовать для атомов и молекул в целом. В 1925 году Эйнштейн опубликовал статью Бозе в немецком переводе, а затем собственную статью, в которой излагал обобщённую модель Бозе, применимую к системам тождественных частиц с целым спином, называемых бозонами.

Как личность огромного и всеобщего авторитета, Эйнштейна постоянно привлекали в эти годы к разного рода политическим акциям, где он выступал за социальную справедливость, за интернационализм и сотрудничество между странами. В 1923 году Эйнштейн участвовал в организации общества культурных связей "Друзья новой России". Неоднократно призывал к разоружению и объединению Европы, к отмене обязательной воинской службы.

В 1929 году мир шумно отметил 50-летие Эйнштейна. Юбиляр не принял участия в торжествах и скрылся на своей вилле близ Потсдама, где с увлечением выращивал розы. Здесь он принимал друзей - деятелей науки, Рабиндраната Тагора, Эммануила Ласкера, Чарли Чаплина и других.

Примерно до 1926 года Эйнштейн работал в очень многих областях физики, от космологических моделей до исследования причин речных извилин. Далее он, за редким исключением, сосредотачивает усилия на квантовых проблемах и Единой теории поля.

Помимо теоретических исследований, Эйнштейну принадлежат и несколько изобретений, в том числе:

измеритель очень малых напряжений (совместно с братьями Габихт, Паулем и Конрадом);

устройство, автоматически определяющее время экспозиции при фотосъёмке,

оригинальный слуховой аппарат;

бесшумный холодильник (совместно с Силардом),

гирокомпас.

По мере нарастания экономического кризиса в Веймарской Германии усиливалась политическая нестабильность, содействовавшая усилению радикально-националистических и антисемитских настроений. Участились оскорбления и угрозы в адрес Эйнштейна, в одной из листовок даже предлагалась крупная награда (50 000 марок) за его голову. После прихода к власти нацистов все труды Эйнштейна были либо приписаны "арийским" физикам, либо объявлены искажением истинной науки.

В 1933 году Эйнштейну пришлось покинуть Германию, к которой он был очень привязан, навсегда. Вместе с семьёй он выехал в Соединённые Штаты Америки с гостевыми визами. В скором времени в знак протеста против преступлений нацизма он отказался от немецкого гражданства и членства в Прусской и Баварской академиях наук и прекратил общение с оставшимися в Германии учёными.

После переезда в США Альберт Эйнштейн получил должность профессора физики в недавно созданном Институте перспективных исследований (Принстон, штат Нью-Джерси). Старший сын, Ганс-Альберт (1904-1973), вскоре последовал за ним (1938); впоследствии он стал признанным специалистом по гидравлике и профессором Калифорнийского университета (1947). Младший сын Эйнштейна, Эдуард (1910-1965), около 1930 года заболел тяжёлой формой шизофрении и закончил свои дни в цюрихской психиатрической лечебнице. Двоюродная сестра Эйнштейна, Лина, погибла в Освенциме, другая сестра, Берта Дрейфус, умерла в концлагере Терезиенштадт.

В США Эйнштейн мгновенно превратился в одного из самых известных и уважаемых людей страны, получив репутацию гениальнейшего учёного в истории, а также олицетворения образа "рассеянного профессора" и интеллектуальных возможностей человека вообще. В январе следующего, 1934 года он был приглашён в Белый дом к президенту Франклину Рузвельту, имел с ним сердечную беседу и даже провёл там ночь. Ежедневно Эйнштейн получал сотни писем разнообразного содержания, на которые (даже на детские) старался ответить. Будучи естествоиспытателем с мировым именем, он оставался доступным, скромным, нетребовательным и приветливым человеком. К удивлению американцев, Эйнштейн так и не обзавёлся автомобилем и телевизором.

Об Эйнштейне беспрерывно писали. Не было дня, чтобы знаменитый ученый не позировал для какого-нибудь глянцевого журнала. Когда малознакомые люди спрашивали его, чем он сейчас занимается, Альберт неизменно отвечал: "Работаю натурщиком".

А однажды в ответ на просьбу изобразить мыслительный процесс, он высунул язык. Так на свет родилась самая знаменитая фотография ученого, которая полностью перевернула представление о его серьезности.

Как всякий известный ученый, Эйнштейн много ездил, выступая с популярными лекциями по теории относительности. В дороге его сопровождал шофер. Как-то после восьмого выступления он вдруг неожиданно заметил своему "пассажиру":

-Я уже столько раз слышал про вашу теорию относительности, что могу не хуже рассказать об этом публике.

Услышав это наглое заявление, Эйнштейн предложил ему выступить вместо него.

Шофер взял пиджак Альберта, а ученому отдал свою шоферскую куртку.

Малый действительно оказался наделенным прекрасной памятью. Он практически дословно повторил публике лекцию Эйнштейна, так что ни у кого не возникло и тени сомнения, что их разыгрывают. Лишь в конце лекции с места поднялся сухонький старичок, местный учитель физики, и задал какой-то очень трудный вопрос, смысл

которого шофер даже не понял. Разоблачение и позор были неизбежны. Шофер минуту подумал, как бы собираясь с мыслью, и вдруг сказал:

-На самом деле вопрос так прост, что на него мог бы ответить и мой шофер, который сидит в этом зале на заднем ряду. Давайте дадим ему слово.

На глазах изумленной публики с места поднялся "шофер Эйнштейна" и бойко объяснил въедливому старикашке проблему. По всей Америке поползли фантастические слухи об окружении Эйнштейна.

Однажды в частной переписке с Чарли Чаплином Альберт Эйнштейн восхищенно заметил: "Ваш фильм "Золотая лихорадка" понятен во всём мире, и Вы непременно станете великим человеком". Чаплин ответил ему: "Я Вами восхищаюсь ещё больше. Вашу теорию относительности никто в мире не понимает, а Вы всё-таки стали великим человеком".

В августе 1939 года Эйнштейн подписался под письмом, написанным по инициативе физика-эмигранта из Венгрии Лео Силарда, на имя президента США Франклина Делано Рузвельта. Письмо обращало внимание президента на возможность того, что нацистская Германия способна создать атомную бомбу. После нескольких месяцев размышлений Рузвельт решил серьёзно отнестись к этой угрозе и открыл собственный проект по созданию атомного оружия.

Сам Эйнштейн в этих работах участия не принимал. Позже он сожалел о подписанном им письме, понимая, что для нового руководителя США Гарри Трумэна ядерная энергия служит инструментом устрашения. В дальнейшем он критиковал разработку ядерного оружия, его применение в Японии и испытания на атолле Бикини (1954), а свою причастность к ускорению работ над американской ядерной программой считал величайшей трагедией своей жизни. Широкую известность получили его афоризмы: "Мы выиграли войну, но не мир"; "Если третья мировая война будет вестись атомными бомбами, то четвёртая - камнями и палками".

Во время войны Эйнштейн консультировал Военно-морские силы США и способствовал решению различных технических проблем.

Военные специалисты воюющих стран стремились сделать свои корабли и самолеты малозаметными для локаторов противника. Поэтому возникла идея создать электромагнитное поле такой напряженности, при которой световые лучи свернутся в кокон, делающий объект невидимым для человека и приборов. Расчёты генераторов "невидимости" поручили сделать Эйнштейну - сильнейшему теоретику в этой области, который с 1943 по 1944 год состоял на службе в морском министерстве США.

В 1943 году на одной из баз ВВС США в Филадельфии учёный провёл невиданный эксперимент. На эсминце "Элдридж" с помощью специальных установок были развиты мощные, меняющие величину и направление электромагнитные поля, и тогда ... на глазах изумлённой публики корабль медленно пропал с экранов радара.

Результаты эксперимента стали неожиданными для самого учёного, который вряд ли задумывался над параллельными мирами и "иными" измерениями. Ему была поставлена чисто военная задача, которая была им блестяще выполнена. Однако талантливая научная теория не редко превосходит идеи автора. Учение Эйнштейна оказалось в полшага от теории устройства всей Вселенной, а не только Солнечной галактики.

В послевоенные годы Эйнштейн стал одним из основателей Пагуошского движения учёных за мир. Инициатива создания такого движения была выражена в получившем широкую известность Манифесте Рассела - Эйнштейна (написанном совместно с Бертраном Расселом), предупреждавшем также об опасности создания и применения водородной бомбы.

В рамках этого движения Эйнштейн, бывший его председателем, совместно с Альбертом Швейцером, Бертраном Расселом, Фредериком Жолио-Кюри и другими всемирно известными деятелями науки вёл борьбу против гонки вооружений, создания ядерного и термоядерного оружия.

В сентябре 1947 года в открытом письме делегациям государств-членов ООН он предлагал реорганизовать Генеральную ассамблею ООН, превратив её в непрерывно работающий мировой парламент, обладающий более широкими полномочиями, чем Совет Безопасности, который (по мнению Эйнштейна) парализован в своих действиях из-за права вето.

До конца жизни Эйнштейн продолжал работу над исследованием проблем космологии, но главные усилия он направил на создание единой теории поля.

В 1952 году к Эйнштейну поступило предложение от тогдашнего премьер-министра Давида Бен-Гуриона стать вторым президентом Израиля, от которого учёный вежливо отказался, сославшись на отсутствие опыта и способностей к работе с людьми.

В 1955 году здоровье Эйнштейна резко ухудшилось. Он написал завещание и сказал друзьям: "Свою задачу на Земле я выполнил". Последним его трудом стало незаконченное воззвание с призывом предотвратить ядерную войну.

Альберт Эйнштейн умер 18 апреля 1955 года в 1 час 25 минут, на 77-м году жизни в Принстоне от аневризмы аорты. Не воспринимая никаких форм культа личности, он запретил пышное погребение с громкими церемониями, для чего пожелал, чтобы место и время захоронения не разглашались.

19 апреля 1955 года без широкой огласки состоялись похороны великого учёного, на которых присутствовало всего 12 самых близких друзей. Его тело было сожжено в крематории Юинг-Семетери, а пепел развеян по ветру.

Эйнштейну были присвоены почётные докторские степени от многочисленных университетов, в том числе: Женевы, Цюриха, Ростока, Мадрида, Брюсселя, Буэнос-Айреса, Лондона, Оксфорда, Кембриджа, Глазго, Лидса, Манчестера, Гарварда, Нью-Йорка (Олбени), Сорбонны.

Некоторые другие награды:

Звание почётного гражданина Нью-Йорка (1921) и Тель-Авива (1923); Медаль Барнарда (1921); Медаль Маттеуччи (1921); Немецкий орден "За заслуги" (1923, в 1933 году Эйнштейн отказался от этого ордена); Медаль Копли (1925), "за теорию относительности и вклад в квантовую теорию"; Золотая медаль Королевского астрономического общества Великобритании (1926); Медаль имени Макса Планка (1929), Германское физическое общество; Приз Жюля Жансена (1931), Французское астрономическое общество; Гиббсовская лекция (1934); Медаль Франклина (1935), Институт Франклина.


Один из создателей современной физики, Лауреат Нобелевской премии по физике Нильс Хенрик Давид Бор родился 7 ноября 1885 года в Копенгагене в семье профессора физиологии Копенгагенского университета Христиана Бора (1858-1911), дважды становившегося кандидатом на Нобелевскую премию по физиологии и медицине и Эллен Адлер (1860-1930). Она была дочерью влиятельного и весьма состоятельного еврейского банкира и парламентария-либерала Давида Баруха Адлера.

В школе Нильс проявлял явную склонность к физике и математике, а также к философии. Этому способствовали регулярные визиты коллег и друзей отца - философа Харальда Гёффдинга, физика Кристиана Кристиансена, лингвиста Вильгельма Томсена.

Уже в16 лет он напряжённо размышлял о том, что такое свобода воли и насколько человек свободен в своих решениях. Эти размышления привели к неожиданным выводам. Миром правит не закономерность, как считают многие, а случайность и хаотичность. В этом хаосе и случайности тоже есть свои закономерности, которые математики назвали теорией вероятности. Но даже такие выдающиеся физики, как Ньютон, Эйнштейн, Резерфорд верили в строгую закономерность и упорядоченность. И в дальнейшем Нильсу Бору пришлось вести научные споры по этому вопросу.

В 1903 году Нильс Бор поступил в Копенгагенский университет, где изучал физику, химию, астрономию, математику. Вместе с братом он организовал студенческий философский кружок, на котором его участники поочерёдно выступали с докладами. В университете Нильс Бор выполнил свои первые работы по исследованию колебаний струи жидкости для более точного определения величины поверхностного натяжения воды. Теоретическое исследование в 1906 году было отмечено золотой медалью Датского королевского общества.

В 1910 году Бор получил степень магистра, а в мае 1911 года защитил докторскую диссертацию по классической электронной теории металлов. В своей диссертационной работе Бор, развивая идеи Лоренца, доказал важную теорему классической статистической механики.

В 1919 году эта теорема была независимо переоткрыта Йоханной ван Лёвен и носит название теоремы Бора - ван Лёвен. Из неё непосредственно следует невозможность объяснения магнитных свойств вещества (в частности, диамагнетизма), оставаясь в рамках классической физики.

Это, видимо, стало первым столкновением Бора с ограниченностью классического описания, подводившим его к вопросам квантовой теории.

В 1911 году Бор получил стипендию в размере 2500 крон от фонда Карлсберга для стажировки за границей. В сентябре 1911 года он прибыл в Кембридж, чтобы работать в Кавендишской лаборатории под руководством знаменитого Дж. Дж. Томсона. Однако сотрудничество не сложилось: Томсона не заинтересовал молодой датчанин, с ходу указавший на ошибку в одной из его работ и к тому же плохо изъяснявшийся на английском.

В итоге в марте 1912 года Бор переехал в Манчестер к Эрнесту Резерфорду, с которым незадолго до того познакомился. В 1911 году Резерфорд по итогам своих опытов опубликовал планетарную модель атома. Бор активно включился в работу по этой тематике. Исходной идеей было то, что свойства элементов определяются целым числом - атомным номером, в роли которого выступает заряд ядра, который может изменяться в процессах радиоактивного распада.

Летом 1912 года Бор вернулся в Данию. 1 августа 1912 года в Копенгагене состоялась свадьба Бора и Маргарет Норлунд, сестры близкого друга Харальда - Нильса Эрика Норлунда, с которой он познакомился в 1909 году. Во время свадебного путешествия в Англию и Шотландию Бор с супругой посетили Резерфорда в Манчестере. Бор передал ему свою подготовленную к печати статью "Теория торможения заряженных частиц при их прохождении через вещество" (она была опубликована в начале 1913 года). Вместе с тем, было положено начало тесной дружбе семей Боров и Резерфордов. Общение с Резерфордом оставило неизгладимый отпечаток (как в научном, так и в личностном плане) на дальнейшей судьбе Бора.

По возвращении в Копенгаген Бор преподавал в университете, в то же время интенсивно работая над квантовой теорией строения атома. В марте 1913 года Бор послал предварительный вариант статьи Резерфорду, а в апреле съездил на несколько дней в Манчестер для обсуждения своей теории. Итогом проведённой работы стали три части революционной статьи "О строении атомов и молекулы, опубликованные в журнале "Philosophical Magazine" в июле, октябре и декабре 1913 года и содержащие квантовую теорию водородоподобного атома.

Весной 1914 года Бор был приглашён Резерфордом заменить Чарльза Дарвина, внука знаменитого естествоиспытателя, в качестве лектора по математической физике в Манчестерском университете (Шустеровская школа математической физики). Он оставался в Манчестере с осени 1914 года до лета 1916 года. В это время он пытался распространить свою теорию на многоэлектронные атомы, однако скоро зашёл в тупик.

Летом 1916 года Бор окончательно вернулся на родину и возглавил кафедру теоретической физики в Копенгагенском университете. В апреле 1917 года он обратился к датским властям с просьбой о выделении финансов на строительство нового института для себя и своих сотрудников.

3 марта 1921 года, после преодоления множества организационных и административных трудностей, в Копенгагене был, наконец, открыт Институт теоретической физики, носящий ныне имя своего первого руководителя (институт Нильса Бора).

Несмотря на большую занятость административными делами, Бор продолжал развивать свою теорию, пытаясь обобщить её на случай более сложных атомов, например, гелия. В 1918 году в статье "О квантовой теории линейчатых спектров" Бор сформулировал количественно так называемый принцип соответствия, связывающий квантовую теорию с классической физикой.

Начиная с 1918 года, принцип соответствия стал в руках Бора мощным средством для получения новых результатов. Принцип соответствия сыграл огромную роль и при построении последовательной квантовой механики. Именно из него исходил в 1925 году Вернер Гейзенберг при построении своей матричной механики. В общефилософском смысле этот принцип, связывающий новые знания с достижениями прошлого, является одним из основных методологических принципов современной науки.

В 1922 году Бору была присуждена Нобелевская премия по физике "за заслуги в изучении строения атома".

Новой теорией стала квантовая механика, которая была создана в 1925-1927 годах в работах Вернера Гейзенберга, Эрвина Шрёдингера, Макса Борна, Поля Дирака. Для полного понимания физических основ квантовой механики было необходимо связать её с опытом, выявить смысл используемых в ней понятий. Именно над этими вопросами физической интерпретации квантовой механики размышлял в это время Бор. Итогом стала концепция дополнительности, которая была представлена на конгрессе памяти Алессандро Вольты в Комо в сентябре 1927 года. Принцип дополнительности лёг в основу так называемой копенгагенской интерпретации квантовой механики и анализа процесса измерения характеристик микрообъектов.

Через месяц после конгресса в Комо, на пятом Сольвеевском конгрессе в Брюсселе, начались знаменитые дискуссии Бора и Эйнштейна об интерпретации квантовой механики. Спор продолжился в 1930 году на шестом конгрессе, а затем возобновился с новой силой в 1935 году после появления известной работы Эйнштейна, Подольского и Розена о полноте квантовой механики. Дискуссии не прекращались до самой смерти Эйнштейна, порой принимая ожесточённый характер. Впрочем, участники никогда не переставали относиться друг к другу с огромным уважением.

В 1932 году Бор с семьёй переехал в так называемый "Дом чести", резиденцию самого уважаемого гражданина Дании, выстроенную основателем пивоваренной компании "Карлсберг". Здесь его посещали знаменитости не только научного (например, Резерфорд), но и политического мира (королевская чета Дании, английская королева Елизавета, президенты и премьер-министры различных стран).

В 1934 году Бор пережил тяжёлую личную трагедию. Во время плавания на яхте в проливе Каттегат штормовой волной был смыт за борт его старший сын - 19-летний Христиан. Всего у Нильса и Маргарет было шестеро детей. Один из них, Оге Бор, также стал выдающимся физиком, лауреатом Нобелевской премии (1975).

В 1930-е годы Бор увлёкся ядерной тематикой, переориентировав на неё свой институт. Благодаря своей известности и влиянию он сумел добиться выделения финансирования на строительство у себя в Институте новых установок - циклотрона, ускорителя по модели Кокрофта - Уолтона, ускорителя ван де Граафа. Сам он внёс в это время существенный вклад в теорию строения ядра и ядерных реакций.

В 1936 году Бор, исходя из существования недавно наблюдавшихся нейтронных резонансов, сформулировал фундаментальное для ядерной физики представление о характере протекания ядерных реакций. Одновременно с представлением о составном ядре Бор (совместно с Ф. Калькаром) предложил рассматривать коллективные движения частиц в ядрах, противопоставив их картине независимых нуклонов.

Идеи о поляризуемости и деформациях ядер были положены в основу обобщённой (коллективной) модели ядра, развитой в начале 1950-х годов Оге Бором, Беном Моттельсоном и Джеймсом Рейнуотером.

Велик вклад Бора в объяснение механизма деления ядер, при котором происходит освобождение огромных количеств энергии.

После прихода к власти в Германии нацистов Бор принял активное участие в устройстве судьбы многих учёных-эмигрантов, которые переехали в Копенгаген. В 1933 году усилиями Нильса Бора, его брата Харальда, директора Института вакцин Торвальда Мадсена и адвоката Альберта Йоргенсена был учреждён специальный Комитет помощи учёным - беженца.

После оккупации Дании в апреле 1940 года Гитлер пытался установить там фашистский порядок. Всем евреям предписывалось нашить на одежду жёлтые магендавиды. В ответ король Дании призвал всех датчан выйти с жёлтыми звёздами. Сам король тоже выехал на прогулку с такой звездой. Гитлер временно отступил.

Возникла реальная опасность ареста Бора в связи с его полуеврейским происхождением. Тем не менее, он решил оставаться в Копенгагене, пока это будет возможно, чтобы гарантировать защиту института и своих сотрудников от посягательств оккупационных властей. В октябре 1941 года Бора посетил Гейзенберг, в то время руководитель нацистского атомного проекта. Между ними состоялся разговор о возможности реализации ядерного оружия. В том разговоре Гейзенберг высказал уверенность в окончательной победе Германии и предложил Бору присоединиться к разработке атомной бомбы.

В начале зимы 1943 года Нильс Бор через связника получил секретное письмо от лауреата Нобелевской премии физика Джеймса Чедвика. Он писал, что готов принять Нильса Бора у себя в Англии и создать все необходимые условия для работы. Чедвик намекал также на некий интересный проект, в котором помощь Бора была бы весьма желательна. Бор понял, что, вероятнее всего, речь идёт о работе над ураном.

К осени 1943 года оставаться в Дании стало невозможно. Датское правительство ушло в отставку. Нацисты решили арестовать Нильса Бора. Поэтому Бора подпольщики решили переправить в Швецию. Для этой цели на побережье была спрятана лодка. Предполагалось плыть 4 часа. Но из-за шторма пришлось болтаться на волнах 9 часов. В Швеции Бор находился на нелегальном положении. И вновь пришло приглашение из Англии от личного советника Черчилля по науке лорда Черуэлла.

Бор с радостью согласился. Он хотел лететь вместе с сыном Оге. Однако место было одно, и то в бомбовом отсеке. К его спине пристегнули парашют на всякий случай. В целях безопасности самолёт летел на большой высоте. Была дана команда включить кислородный прибор, но Бор её не расслышал. От недостатка кислорода он потерял сознание. На лондонском аэродроме чудом выжившего Бора встречали английские учёные.

Тётя Бора (старшая сестра его матери) - известный датский педагог Ханна Адлер (1859-1947) - была депортирована в концлагерь, несмотря на 84-летний возраст и правительственную защиту.

В Великобритании и США, куда Бор вскоре переехал, учёный включился в работу над созданием атомной бомбы и участвовал в ней вплоть до июня 1945 года. В США они с сыном носили имена Николас и Джим Бейкер.

Вместе с тем, уже начиная с 1944 года, Бор осознавал всю опасность атомной угрозы. Встреча с премьер-министром Великобритании 16 мая 1944 года не привела к каким-либо результатам.

После этого Нильс Бор начал добиваться приёма у президента США Ф.Рузвельта. В своём меморандуме на имя президента Рузвельта (3 июля 1944) он призвал к полному запрещению использования ядерного оружия, к обеспечению строгого международного контроля за ним и, в то же время, к уничтожению всякой монополии на мирное применение атомной энергии.

Впоследствии он направил в адрес руководителей США ещё два меморандума - от 24 марта 1945 и от 17 мая 1948 года. Бор пытался донести свои мысли до Черчилля и Рузвельта и при личных встречах с ними, однако безрезультатно. Более того, эта деятельность, а также приглашение приехать на время войны в Советский Союз, полученное от Петра Капицы в начале 1944 года, привели к подозрениям в шпионаже в пользу СССР.

В ноябре 1945 года Бора по заданию советской разведки и по рекомендации П. Капицы посетил советский физик Я. П. Терлецкий, который задал ему ряд вопросов об американском атомном проекте (об атомных реакторах). Бор рассказал лишь то, что к этому моменту было опубликовано в открытых источниках, и сообщил о визите Терлецкого контрразведывательным службам.

В 1950 году Бор опубликовал открытое письмо ООН, настаивая на мирном сотрудничестве и свободном обмене информацией между государствами как залоге построения "открытого мира" . В дальнейшем он неоднократно высказывался на эту тему, своим авторитетом подкрепляя призывы к миру и предотвращению угрозы ядерной войны.

В последние годы Бор занимался в основном общественной деятельностью, выступал с лекциями в различных странах, писал статьи на философские темы. Непосредственно в области физики в 1940-1950-х годах он продолжал заниматься проблемой взаимодействия элементарных частиц со средой. Сам Бор считал принцип дополнительности своим самым ценным вкладом в науку. Он пытался расширить его применение на другие области человеческой деятельности - биологию, психологию, культуру, много размышляя о роли и значении языка в науке и жизни.

Как и многие учёные , Нильс Бор иногда отличался рассеянностью. Однажды, находясь в Швеции, он поехал со своими родными и друзьями встречать брата. Прибыв на вокзал, Бор отправился за перронными билетами на всю компанию. Вскоре он вернулся с билетами очень расстроенный и обескураженный.

"Все-таки в Швеции дело поставлено рациональнее, чем у нас в Дании, - грустно сказал он. - У нас билетные автоматы работают на электричестве, а здесь на каждом автомате надпись, предлагающая покупателю, прежде чем опустить монету, стать на небольшую площадку. Таким образом, здесь автомат срабатывает за счет силы тяжести, не расходуя дорогой электроэнергии".

Когда встречающие подошли ко входу на перрон, контролер отказался пропустить их.

"Это не перронные билеты, - объявил он Бору. - Это квитанции весов-автомата, на которых вы почему-то взвешивались несколько раз....

В 1961 году Нильс Бор побывал в Советском Союзе, где ему устроили триумфальную встречу. А ведь ещё некоторое время тому назад в Советской энциклопедии о квантовой физике писалось, как о науке ошибочной, идеалистической, буржуазной, вредной и опасной. Из-за квантовой физики Ландау объявили тогда шпионом и посадили в Лубянскую тюрьму. С большим трудом вытащить его оттуда удалось Петру Капице, к которому Сталин прислушивался.

Скончался Нильс Бор 18 ноября 1962 года от сердечного приступа. Урна с его прахом находится в семейной могиле в Копенгагене. За свою жизнь Нильс Бор получил большое количество наград и почётных премий. С 1965 года Копенгагенский институт теоретической физики носит название "институт Нильса Бора". После смерти его основателя и бессменного руководителя Институт возглавил Оге Бор (до 1970).


Основателем научной физической школы был советский физик-теоретик Лев Давидович Ландау. Родился он 22 января 1908 года в Баку в еврейской семье, у инженера-нефтяника Давида Львовича Ландау и его жены, врача Любови Вениаминовны Гаркави-Ландау.

Любовь Вениаминовна Гаркави-Ландау была выпускницей Могилёвской женской гимназии, Еленинского повивального института и Женского медицинского института в Петербурге. После замужества в 1905 году работала акушером в Балаханах, школьным врачом в Бакинской женской гимназии, опубликовала научные труды по экспериментальной фармакологии ("Die Phasenwirkung des Digitalis auf das isolierte Herz", 1925; "Об иммунитете жабы к её собственному яду", 1930) и "Краткое руководство по экспериментальной фармакологии".

Давид Львович Ландау (1866-1943) также происходил из Могилёва; окончил с золотой медалью (1884) Могилёвскую гимназию[10] и работал инженером в The Caspian-Black Sea Joint-Stock Company в Балаханах и позже в Баку, а в 1920-е годы - инженером-технологом "Азнефти"; опубликовал научные труды, в том числе "Способ тушения горящего нефтяного фонтана" (Вестник общества технологов, СПб, 1913) и "Основной закон поднятия жидкости проходящим током воздуха (газа)" (Журнал Технической Физики, т. 6, вып. 8, 1936.)

С 1916 года Л. Д. Ландау учился в Бакинской Еврейской гимназии, где его мать была преподавателем естествознания[12]. Очень одарённый математически, Ландау научился дифференцировать в 12 лет, а интегрировать - в 13. В 14 лет поступил в Бакинский университет, одновременно на два факультета: физико-математический и химический. Вскоре он оставил химию, избрав своей специальностью физику. В 1924 году за особые успехи был переведён в Ленинградский университет, поселился у своей тёти по отцовской линии - стоматолога Марии Львовны Брауде (1873-1970).

Окончив в 1927 году физическое отделение физико-математического факультета Ленинградского университета, Ландау стал аспирантом, а в дальнейшем сотрудником Ленинградского физико-технического института (директором которого был А. Ф. Иоффе).

В 1926-1927 годах опубликовал первые работы по теоретической физике. Почти сразу же в 1927 году 19-летний Ландау вносит фундаментальный вклад в квантовую теорию - вводит понятие матрицы плотности в качестве метода для полного квантово-механического описания систем, являющихся частью более крупной системы. Это понятие стало основным в квантовой статистике.

С 1929 года по 1931 год находился в научной командировке по направлению Наркомпроса для продолжения образования в Германии, Дании, Англии и Швейцарии.

В Берлинском университете он встретился с А. Эйнштейном, в Геттингене посещал семинары М. Борна, затем в Лейпциге встретился с В. Гейзенбергом. В Копенгагене работал с Нильсом Бором, которого с тех пор считал своим единственным учителем. В Кембридже познакомился с П. Л. Капицей, который с 1921 года работал в Кавендишской лаборатории.

Командировка субсидировалась Наркомпросом только шесть месяцев, дальнейшее пребывание было продолжено на стипендию от Рокфеллеровского фонда, полученную по рекомендации Бора.

В марте 1929 года отец Ландау Давид Львович был задержан экономическим отделом АзГПУ по обвинению в незаконном хранении золотых монет дореволюционной чеканки. Коллегия АзГПУ постановлением от 5 сентября 1929 года освободила Д. Л. Ландау и решила выдать взамен обнаруженных золотых монет совзнаки по номинальному курсу того дня. В следующем году отец и мать Ландау переехали из Баку в Ленинград к сестре отца Марии.

Весной 1931 года после командировки Ландау вернулся в Ленинградский Физтех, но не остался там работать из-за разногласий с А. Иоффе.

В 1932-1937 годах Ландау возглавлял теоретический отдел Украинского физико-технического института (УФТИ) в Харькове - тогда столице УССР - и одновременно заведовал кафедрой теоретической физики на физико-механическом факультете Харьковского механико-машиностроительного института.

1 сентября 1935 года был зачислен преподавателем на кафедру теоретической физики Харьковского университета, заведующим которой был Пятигорский (1935-1940 гг.), а в октябре того же года возглавил в Харьковском университете (ХГУ) кафедру экспериментальной физики.

После увольнения в феврале 1937 года из Харьковского университета и последовавшей за ним забастовки физиков Ландау принял приглашение Петра Капицы занять должность заведующего теоретическим отделом только что созданного Института физических проблем (ИФП) и переехал в Москву.

После отъезда Ландау начинается разгром УФТИ органами областного НКВД, арестовываются иностранные специалисты А. Вайсберг, Ф. Хоутерманс, в августе-сентябре 1937 года арестованы и в ноябре расстреляны физики Л. В. Розенкевич (соавтор Ландау), Л. В. Шубников, В. С. Горский (т. н. "дело УФТИ").

В апреле 1938 года Ландау в Москве редактирует написанную М. А. Корецем листовку, призывающую в "Антифашистскую Рабочую Партию" для свержения сталинского режима, в которой Сталин называется фашистским диктатором, в "своей бешеной ненависти к настоящему социализму" сравнявшимся с Гитлером и Муссолини.

Текст листовки был передан антисталинской группе студентов ИФЛИ для распространения по почте перед первомайскими праздниками. Это намерение было раскрыто органами госбезопасности СССР. Ландау, Кореца и Ю. Б. Румера утром 28 апреля арестовали за антисоветскую агитацию. 3 мая 1938 года Ландау был исключен из списка сотрудников ИФП.

В тюрьме Ландау провёл год и был выпущен благодаря письму в его защиту от Нильса Бора и вмешательству Капицы, взявшего Ландау "на поруки". 26 апреля 1939 года Капица писал Л. Берии: "Прошу освободить из-под стражи арестованного профессора физики Льва Давидовича Ландау под мое личное поручительство. Ручаюсь перед НКВД в том, что Ландау не будет вести какой-либо контрреволюционной деятельности в моем институте, и я приму все зависящие от меня меры к тому, чтобы он и вне института никакой контрреволюционной работы не вёл. В случае, если я замечу со стороны Ландау какие-либо высказывания, направленные во вред Советской власти, то немедленно сообщу об этом органам НКВД". Два дня спустя, 28 апреля 1939 года было подписано Постановление НКВД СССР о прекращении дела в отношении Ландау с передачей его на поруки.

Ландау был восстановлен в списке сотрудников ИФП. После освобождения и до смерти Ландау оставался сотрудником Института физических проблем. Реабилитирован Ландау был только спустя 22 года после смерти. 23 июля 1990 года уголовное дело в отношении него было прекращено за отсутствием состава преступления.

После освобождения Ландау П. Л. Капица и В. А. Фок составляют характеристику Ландау для предоставления её в Отделение физико-математических наук АН СССР. "Ландау непременно нужно провести в члены-корреспонденты, и я надеюсь, что это удастся" ,- пишет Капице В. А. Фок. Ландау избирают в академики в 1946 году, минуя ступень члена-корреспондента.

В 1943-1947 годах Ландау профессор кафедры физики низких температур физического факультета МГУ.

В 1945-1953 годах участвовал в советском Атомном проекте. За работу в Атомном проекте удостоен Сталинских премий (1946, 1949, 1953), награждён орденом Ленина (1949), присвоено звание Героя Социалистического Труда (1954).

В 1955-1968 годах профессор кафедры квантовой теории и электродинамики физического факультета МГУ. Читал курсы лекций: "Механика", "Теория поля", "Статистическая физика".

В 1955 году подписал "Письмо трёхсот" (содержало оценку состояния биологии в СССР к середине 1950-х годов и критику Лысенко и "лысенковщины").

Академик Ландау считается легендарной фигурой в истории советской и мировой науки. Квантовая механика, физика твёрдого тела, магнетизм, физика низких температур, сверхпроводимость и сверхтекучесть, физика космических лучей, астрофизика, гидродинамика, квантовая электродинамика, квантовая теория поля, физика атомного ядра и физика элементарных частиц, теория химических реакций, физика плазмы - вот далеко не полный перечень областей, фундаментальный вклад в которые внёс Л. Д. Ландау. Про него говорили, что в "огромном здании физики XX века для него не было запертых дверей".

В 1962 г. Ландау была присуждена Нобелевская премия "за пионерские исследования в теории конденсированного состояния, в особенности жидкого гелия".

7 января 1962 года, по дороге из Москвы в Дубну на Дмитровском шоссе, Ландау попал в автокатастрофу. В результате многочисленных переломов, кровоизлияния и травмы головы он находился в течение 59 суток в коме. Физики всего мира принимали участие в спасении жизни Ландау. Было организовано круглосуточное дежурство в больнице. Недостающие медикаменты доставлялись самолётами из стран Европы и США. В результате этих мер жизнь Ландау удалось спасти, несмотря на очень серьёзные ранения.

После аварии Ландау практически перестал заниматься научной деятельностью. Однако, по мнению его жены и сына, Ландау постепенно возвращался к своему нормальному состоянию и в 1968 году был близок к возобновлению занятий физикой.

Ландау умер 1 апреля 1968 года, через несколько дней после операции по устранению непроходимости кишечника. Диагноз - тромбоз мезентеральных сосудов. Смерть наступила в результате закупорки артерии оторвавшимся тромбом. Жена Ландау в своих мемуарах высказывала сомнения в компетентности некоторых врачей, лечивших Ландау, особенно врачей из спецклиник по лечению руководства СССР.

В детстве, увлёкшись наукой, Ландау дал себе обет никогда "не курить, не пить и не жениться". Также он считал, что брак - это кооператив, ничего общего не имеющий с любовью. Однако он встретил выпускницу химического факультета Конкордию (Кору) Терентьевну Дробанцеву, которая разошлась со своим первым мужем. Она поклялась, что не будет ревновать его к другим женщинам, и с 1934 года они жили вместе в фактическом браке.

Ландау считал, что более всего разрушают брак ложь и ревность, и поэтому они заключили "пакт о ненападении в супружеской жизни" (по задумке Дау), который давал относительную свободу обоим супругам в романах на стороне. Официальный брак был между ними заключён 5 июля 1946 года, за несколько дней до рождения сына Игоря.

Игорь Львович Ландау окончил Физический факультет МГУ, физик-экспериментатор в области физики низких температур (умер 14.05.2011, похоронен на Новодевичьем кладбище.)

Лев Давидович Ландау имел награды: Герой Социалистического Труда (1954). Лауреат медали имени Макса Планка (ФРГ) (1960), премии Фрица Лондона (1960), Ленинской (1962) и трёх Государственных премий (1946, 1949, 1953).

Он был Иностранным членом Лондонского королевского общества (1960), Национальной академии наук США (1960), Датской королевской академии наук (1951), Королевской академии наук Нидерландов (1956), Американской академии искусств и наук (1960), Академии наук "Леопольдина" (1964), Французского физического общества и Лондонского физического общества.


"Отцом" советской атомной бомбы считается Трижды Герой Социалистического Труда. Лауреат Ленинской премии и четырёх Сталинских премий. Почётный гражданин СССР Игорь Васильевич Курчатов. Родился он 8 (21) января 1903 в посёлке Симский Завод, Уфимской губернии в семье почётного гражданина города Сим Василия Алексеевича Курчатова (1869-1941), работавшего помощником лесничего по лесо- и землеустройству в Симской горнозаводской даче, а позже - землемером-землеустроителем в Симбирской и Таврической губерниях. Мать - Мария Васильевна Курчатова, в девичестве Остроумова (1875-1942) - работала до замужества учительницей в Уфимском Златоустовском Никольском училище.

В 1912 году его семья переехала в Симферополь. Семья бедствовала, поэтому Игорь одновременно с учёбой в Симферопольской мужской казённой гимназии окончил вечернюю ремесленную школу, получил специальность слесаря и работал на небольшом механическом заводе Тиссена. С 24 августа 1912 г. по 16 мая 1920 г. окончил полный восьмилетний курс. По всем предметам имел отличные оценки.

Однако золотой медали Игорь Курчатов не получил: в условиях войны власти перестали их выдавать. В сентябре 1920 года И. В. Курчатов поступил в Таврический университет на физико-математический факультет. К лету 1923 г., несмотря на голод и нужду, он досрочно и с отличными успехами закончил университет.

Летом 1924 года работал в гидрометеорологическом центре в Феодосии. Осенью того же года он поступил ассистентом при кафедре физики Азербайджанского политехнического института в Баку.

В 1925 году по рекомендации профессора С. Н. Усатого, с которым Курчатов работал в Баку, стал научным сотрудником в Физико-техническом институте в Ленинграде под руководством академика А. Ф. Иоффе.

3 февраля 1927 года Игорь Курчатов женился на Марине Дмитриевне Синельниковой - сестре своего коллеги и приятеля Кирилла Синельникова, с которым он был знаком ещё со времён работы в Баку.

С 1930 года он заведует физическим отделом Ленинградского физико-технического института. Свою научную деятельность Курчатов начал с изучения свойств диэлектриков, в том числе и недавно открытого физического явления - сегнетоэлектричества.

Он в1932 году одним из первых в СССР приступил к изучению физики атомного ядра. В это время И. В. Курчатов был сотрудником физического отдела Радиевого института, руководимого В. Г. Хлопиным, и одновременно возглавил лабораторию по изучению атомного ядра, созданную в ЛФТИ по инициативе А. Ф. Иоффе.

Под руководством и при непосредственном участии Г. А. Гамова (на начальном этапе), И. В. Курчатова и Л. В. Мысовского, создан первый в Европе циклотрон, который был запущен в 1937 году. Именно на этой установке начал свои исследования И. В. Курчатов. В 1936 году И. В. Курчатовым, Б. В. Курчатовым, Л. И. Русиновым и Л. В. Мысовским в Радиевом институте было открыто явление изомерии искусственно созданных ядер.

В первый период войны разрабатывал вместе с А. П. Александровым метод размагничивания кораблей для защиты от магнитных морских мин. 9 августа 1941 года Курчатов и Александров приезжают в Севастополь и организуют размагничивание кораблей Черноморского флота. Созданная А. П. Александровым и И. В. Курчатовым "система ЛФТИ" была установлена в течение Великой Отечественной войны на сотнях кораблей и обеспечила стопроцентную защиту от немецких магнитных мин.

Курчатова считают родоначальником советского атомного проекта, он вёл его с самого старта 28 сентября 1942 года до собственной смерти. В период 1943-1945-х годов работы велись в рамках Лаборатории ╧ 2 АН СССР и носили исключительно исследовательский характер. Курировал работы лично И. В. Сталин, текущими вопросами занимался нарком химической промышленности М. Г. Первухин. И. В. Курчатову удалось усилить лабораторию путём демобилизации из Красной армии и Военно-морского флота специалистов, необходимых для работы лаборатории ╧ 2.

С выходом постановления Государственного комитета обороны ╧ 9887сс/оп от 20 августа 1945 года за подписью И. В. Сталина был создан Специальный комитет при ГКО, который должен был создать атомную отрасль. В тот же день было организовано Первое управление, которое возглавил Б. Л. Ванников, Курчатов возглавил научную часть проекта и входил в состав технического совета. Курчатов отвечал за решение научных задач и правильную ориентацию инженеров и работников смежных областей науки, Ванников - за срочное исполнение заказов промышленностью и координацию работ.

Игорь Васильевич встречался с высшими лицами государства в 1946 году, убедил И. В. Сталина в важности и значимости проекта. После этой встречи Сталиным были подписаны около шестидесяти документов, определивших развитие атомной науки и техники. В результате отрасль стала приоритетной, резко повысился уровень жизни физиков-ядерщиков.

Для отработки технологий производства атомного топлива был построен реактор Ф-1. По результатам практических экспериментов были построены промышленный реактор А-1, комбинат "Маяк" с заводом Б и заводом В. Работами руководил Л. П. Берия. Спустя несколько лет после войны возглавляемая им (под кураторством Лаврентия Берии) военная ядерная программа СССР принесла первые плоды: 29 августа 1949 года был произведён взрыв РДС-1 - первой советской атомной бомбы. 29 октября 1949 года Сталин подписал постановление СМ СССР ╧ 5070-1944сс/оп[29]:

"Учитывая исключительные заслуги перед Советской Родиной в деле решения проблемы использования атомной энергии и в соответствии с Постановлением Совета Министров СССР от 21 марта 1946 г. ╧ 627-258, Совет Министров Союза ССР ПОСТАНОВЛЯЕТ:

I.

1. КУРЧАТОВА Игоря Васильевича, академика, научного руководителя работ по созданию атомных реакторов и атомной бомбы:

представить к присвоению звания Героя Социалистического Труда;

премировать суммой 500 000 рублей (помимо выданной ранее части (50 %) премии в сумме 500 000 рублей и автомашины ЗИС-110).

Присвоить акад. Курчатову И. В. звание лауреата Сталинской премии первой степени.

Построить за счёт государства и передать в собственность акад. Курчатова И. В. дом-особняк и дачу, с обстановкой.

Установить акад. Курчатову И. В. двойной оклад жалования на всё время его работы в области использования атомной энергии.

Предоставить акад. Курчатову И. В. право (пожизненно для него и его жены) на бесплатный проезд железнодорожным, водным и воздушным транспортом в пределах СССР".

Под руководством Курчатова была разработана также первая в мире водородная бомба РДС-6с мощностью 400 кт, подорванная 12 августа 1953 года.

Позже именно Курчатовский коллектив разработал термоядерную бомбу АН602 (Царь-бомба) рекордной мощности 52 000 кт.

В середине 1950-х годов Курчатов активно занимался проблемой управляемого термоядерного синтеза. Параллельно с решением военной проблемы возглавлял решение задачи по мирному использованию атомной энергии. Результатом работ коллектива стала разработка, строительство и запуск 26 июня 1954 года Обнинской АЭС. Она стала первой в мире атомной электростанцией.

В феврале 1960 года Курчатов приехал в санаторий Барвиха, навестить своего друга академика Ю. Б. Харитона. Присев на лавочку, они заговорили, вдруг возникла пауза, и когда Харитон посмотрел на Курчатова, тот был уже мёртв. Смерть наступила из-за эмболии сердца тромбом. 7 февраля 1960 года тело учёного было кремировано, прах помещён в урне в Кремлёвской стене на Красной площади в Москве.

Игорь Васильевич Курчатов имел следующие награды:

Трижды Герой Социалистического Труда (29.10.1949, 08.12.1951, 04.01.1954)

Пять Орденов Ленина (10.06.1945, 29.10.1949, 10.01.1954, 19.09.1953, 11.09.1956)

Два Ордена Трудового Красного Знамени (04.10.1944, 06.03.1945)

медали: "За Победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.", "За оборону Севастополя", "В память 800-летия Москвы"

Ленинская премия (07.09.1956)

Четыре Сталинские премии (1942, 29.10.1949, 06.12.1951, 31.12.1953)

Золотая медаль имени Леонарда Эйлера

Серебряная медаль Мира имени Жолио-Кюри

Почётный гражданин СССР.


Если Игоря Курчатова считают "отцом" советской атомной бомбы, то его младшего брата Бориса Курчатова можно считать "дядей" этой бомбы. Борис Васильевич Курчатов родился 3 августа 1905 года в том же посёлке Симский завод Уфимской губернии. Семья в 1908 году перебралась в Симбирск, а через 4 года - в Симферополь. Оба брата поступили здесь в Таврический университет. Борис поступил на естественноисторическое отделение физико-математического факультета. Он проучился там два курса, но в 1924 году университет был временно закрыт. Борис перевёлся на химический факультет Казанского университета.

После окончания учёбы Борис поступил на работу в Ленинградский физико-технический институт. Он был среди первых учеников Абрама Иоффе. Ещё одним наставником молодого учёного был Виталий Хлопин, который первым в России получил препараты радия. В 1936 году Борис стал начальником лаборатории. Вместе с Игорем Курчатовым они изучали физику диэлектриком и полупроводников.

Борису Васильевичу удалось создать сульфатный выпрямитель, работающий с более высокими плотностями тока, чем другие существовавшие тогда выпрямители. Результаты этих работ послужили основой для разработки Игорем Курчатовым теории сегнетоэлектриков. За работы по физике диэлектриков и полупроводников Борис Курчатов получил степень кандидата наук.

Позже Бори Курчатов начал принимать участие в первых советских работах по изучению искусственной радиоактивности. Борису Васильевичу принадлежит вся радиохимическая часть первых исследований старшего брата. Борис Васильевич способствовал успеху знаменитой работы 1935 года команды физиков в составе Игоря Курчатова, Льва Мысовского и Льва Русинова. В ходе этой работы было открыто явление ядерной изомерии искусственно радиоактивных ядер.

Эта работа впервые показала , что ядра атомов могут находиться в метастабильных возбуждённых состояниях, обладающих значительным временем жизни. С этой работы началось изучение во всём мире явления изомерии радиоактивных ядер.

В годы ВОВ Борису Курчатову вновь пришлось поработать в здании Казанского университета. Сюда был эвакуирован Ленинградский физико-технический институт. В 1943 году Борис Курчатов был переведён в Москву и получил допуск к работе над ядерным оружием в секретной Лаборатории ╧2 Ан СССР, возглавляемой Игорем Курчатовым.

Борису Васильевичу было предложено заняться получением и изучением свойств трансурановых элементов - нептуния и плутония, которые представлялись перспективными для создания ядерного оружия. В природе нептуний практически не встречается. Получение его отделением от урана представлялось весьма сложным. Борис Васильевич разработал сложную методику получения нептуния путём облучения урана нейтронами. Позднее Борис Васильевич разработал так называемый лантано-сульфатный метод очистки нептуния, отличавшийся высокой надёжностью.

Получение плутония было связано с ещё большими трудностями. Борису Васильевичу удалось найти способ получения плутония в лаборатории. А через полтора года, в начале 1946 года, Курчатову - младшему удалось получить плутоний на циклотроне М-1. СССР стал второй, после США, страной в мире, освоившей получение этого сырья для ядерной промышленности. С 1946 года в Челябинске - 40 было построено несколько предприятий по производству плутония и оружейного урана. За эти успехи Борис Курчатов был награждён двумя Сталинскими и одной Ленинской премиями.

Кроме того, в круг интересов Бориса Курчатова вошла радиоэкология. Он изучал загрязнённость биосферы Земли продуктами ядерных взрывов. Эти работы стали одними из первых исследований по влиянию атомного оружия на окружающую среду.

В начале 50-х годов Борис Васильевич руководил в Дубне работами по масштабным исследованиям ядерных реакций при высоких энергиях бомбардирующих частиц. При этом он до конца своих дней оставался работать в Лаборатории ╧2. Позднее на её базе был сформирован знаменитый Институт атомной энергии (ИАЭ) имени И.В.Курчатова.

Кроме того Борис Васильевич совмещал работу и в других НИИ. Он был автором более 150 пионерских работ в области химии ядерных превращений и 8 изобретений. Под его руководством получили развитие многие пионерские исследования и экспериментальные работы по радиохимии.

Борис Васильевич Курчатов скончался 13 апреля 1972 года в Москве. Похороны его на Новодевичьем кладбище прошли с участием почётного караула.


Советские учёные внесли большой вклад в создание атомной бомбы, однако, имеются сведения, что первую атомную бомбу сделал Сталину штандартенфюрер СС, кавалер Рыцарского Креста с дубовыми листьями барон Манфред фон Арденне.

Родился он 20 января 1907 года. Талантливый физик. Автор 600 патентов. Один из пионеров телевидения. Фон Арденне был любимым физиком фюрера. У него была своя частная лаборатория под Берлином, которую щедро финансировало министерство почт под немецкий "Уран-проект" (Kerwaffenprojekt) 1938-1945гг. Именно Манфред ф.Арденне разработал метод газодиффузионной очистки изотопов урана ( газ гексафторид, или шестифтористый уран) и разделения изотопов урана 235 в центрифуге.

Его лабораторию охранял полк СС. Бетонные укрепления, отборно-обученные солдаты - СССР надо было потерять три дивизии на штурм объекта и никаких шансов взять документацию и неповрежденное (не взорванное) оборудование, тем более никаких шансов поймать этих физиков, которые могли в один миг разбежаться и лечь на дно в западной зоне.

И вдруг апрельское чудо - эсесовцы безропотно сложили оружие, весь научный состав лаборатории хочет сотрудничать именно с русскими, вся аппаратура и урановая центрифуга института сданы работающими, со всей документацией и реактивами.

Сделано это было для того, чтобы Германию спасти от англосаксов и столкнуть Россию с Америкой.

Да еще органам НКВД в Германии достается 15 тонн металлического урана немецкого качества очистки. Это, по признанию Курчатова, сократило работу над бомбой на год-полтора. Еще больше урана из Германии успели вывезти США, как, впрочем, и специалистов во главе с руководителем немецкого атомного проекта нобелевским лауреатом Вернером фон Гейзенбергом.

Подтянутый господин барон едет в Москву с фрау Арденне, захватив великолепный рояль, эсесовскую парадную форму и картину в полный рост маслом от личного художника фюрера, где тот ему вручает дубовые листья к Рыцарскому Кресту - высшая награда рейха.

Он едет не один - свыше 200 виднейших физиков, радиоинженеров, ракетчиков едут с ним. Это Нобелевский лауреат, создатель ракеты Фау-3 Густав Герц, профессор, Вернер Цулиус, Гюнтер Вирт, Николаус Риль, Карл Циммер, доктор Роберт Доппель, Петер Тиссен, Профессор Хайнц Позе - несколько сотен лучших умов Германии едут в Москву, туда где была расстреляна и сгноена в лагерях профессура русских университетов, и где срок давали просто за дворянство.

Россия нищая и голодная, нет масла ни детям, ни раненым в госпиталях, шансов самим сделать атомную бомбу никаких, поскольку это требует миллиардных вложений, современных приборов и ...мозгов.

Вместе с ф. Арденне эшелонами едет самое лучшее и свежее оборудование берлинского Кайзеровского института и собственного института ф.Арденне - Берлине-Лихтерфельде-Ост.

Едут даже немецкие электротрансформаторы - один из таких до сих пор без ремонта работает под г.Голицино М.О. Едет документация и реактивы, запасы пленки и бумага для самописцев, фоторегистраторов, проволочные магнитофоны для телеметрии и оптика... То, что Сталинская Россия вообще не выпускала, а некоторые позиции не может по качеству освоить и до сих пор.

- Правительство СССР хотело бы, чтобы в вашем институте началась разработка нашей атомной бомбы, - сказал Берия в 1945 году в Кремле барону Манфреду фон Арденне.

- Это большая честь, предложение выражает вашу веру в мои возможности, - ответил барон через 10 секунд, которые показались ему самыми долгими в жизни, потому что он понимал, что от ответа зависит судьба тысяч соотечественников. - Но я предлагаю, чтобы немецким ученым поручили не менее сложную задачу разделения изотопов, а разработку самой атомной бомбы вели советские ученые, которые смогут выполнить великое дело для своей родины.

В Москве быстренько строится концлагерь на Октябрьском поле. Вполне комфортный - герр ф. Арденне живет в двухэтажном особняке, на лестнице портрет фюрера и его при награждении Рыцарским Крестом.

Весь курс кончивших МИХМ в 1948г., были распределены в этот концлагерь, который был зашифрован как НИИ Главмосстроя ╧9 -знаменитая 9-ка. Платили хорошо, главное - паек в голодной стране.

Теперь там Курчатовский институт, но правильнее было был назвать его именем Арденне. Немцы привезли также отработанные схемы промышленного атомного реактора и реактора-размножителя. Ведь именно они пионеры в атомной области, на о.Рюген Балтийского моря была взорвана первая испытательная мини-бомба, в Померании - вторая. При испытаниях погибли около 700 советских военнопленных ("подопытные кролики"). Мощность - около 5 килотонн.

Каждому немцу придали по 5-6 советских инженеров - учеников, часто немецко-говорящих. они жили в казармах, могли выйти в город по пропускам, но указывали в пропуске куда, к кому, место. А Ф.Арденне никого не боялся, по праздникам разгуливал по лагерю в полной форме с наградами.

От НКВД был приставлен Игорь Курчатов, которого не надо путать с физиком Борисом Курчатовым. Если в мемуарах написано, что в Академии Наук было совещание Ландау, Капицы (будущих академиков СССР) и др. и упомянута фамилия Курчатов, то это Борис, а если Лаврентий Палыч с Иосифом Виссарионычем заслушали доклад - то это Игорь. Так чекист стал великим физиком.

Параллельно в промышленном реакторе объекта "Челябинска-40" был получен плутоний для первой совковой атомной бомбы, после её испытания немец доктор Н.Риль стал Героем Социалистического труда.

Тогда настал черед массового производства боеголовок и промышленных объемов очистки радиоактивного урана.

Затем Арденне перебросили в Сухуми, где на берегу бухты был построен новый научный центр, центрифуга очистки изотопов урана. Объект носил шифр "А", потом А-1009 МинСредмаша. Было несколько аварий с выбросами изотопов.

В распоряжение немецких физиков в Абхазии передали санатории "Синоп" и "Агудзеры", из них выселили десятки высокопоставленных семей. Из Германии шли эшелоны с оборудованием. Три из четырех немецких циклотронов были привезены в СССР, а также - мощные магниты, электронные микроскопы, осциллографы, трансформаторы высокого напряжения, сверхточные приборы. В СССР было вывезено оборудование из Института химии и металлургии, Физического института кайзера Вильгельма, электротехнических лабораторий "Сименса", Физического института министерства почт Германии.

Барон ф.Арденне был научным руководителем этого института (СФТИ Сухумский физико-технический институт). Большую роль сыграл также австийский ученый - радиотехник доктор Фриц. За эту работу барон получил вторую Сталинскую премию 1953г. и в 1955 году ему разрешили вернуться, но в ГДР.

"Агудзеры" стали "Объектом "Г" - его возглавил Густав Герц. На объектах "А" и "Г" работали выдающиеся ученые - Николаус Риль, которому Сталин присвоил звание Героя Социалистического Труда, Макс Фольмер, который построил первую в СССР установку по производству тяжелой воды, а потом стал президентом АН ГДР, член НСДАП и советник Гитлера по науке Петер Тиссен, конструктор легендарной центрифуги для разделения урана Макс Штейнбек и обладатель первого западного патента на центрифугу Гернот Циппе... Всего около 300 человек. Все эти ученые создавали для Гитлера атомную бомбу, но в СССР этим их не попрекали. Многие немецкие ученые стали - и не единожды - лауреатами Сталинской премии.

Через 20 лет Хрущев весело воскликнул: "Вы и есть тот Арденне, которому удалось вытащить голову из петли?" Барон фон Арденне с его 600 патентами для немцев такой же культовый изобретатель, как для американцев Эдисон. Он был одним из пионеров телевидения, создал поколение электронных микроскопов и масс-спектрометров, множество других приборов.

Благодаря фон Арденне в СССР появился первый масс-спектрометр, а Физико-технический институт в Сухуми, впитав уроки немецкой школы, стал одним из лидеров нашей науки. Огромный вклад, как и обещал барон Берии, был сделан в создание лучшей в мире технологии обогащения урана, а передовая технология получения металлического урана была разработана Николаусом Рилем, который отчаянно вступил в спор с бюрократией и которым заинтересовался лично Сталин.

Немецкие специалисты в Сухуми жили в благоустроенном городке, но за колючей проволокой. Зарплаты были высокие - фон Арденне получал 10,5 тысячи рублей при зарплате советского инженера 500 рублей. В работе ученые отказа не знали, заказы выполнялись моментально - за нужным прибором самолет мог вылететь в любой город СССР.

Немцы пришли к убеждению и писали в мемуарах, что советская система труда - самая эффективная в мире, Германии до нее далеко, а социализм непременно восторжествует. Многие просили включить их в соцсоревнование. Даже барон фон Арденне стал социалистом и искренне воспевал советский строй, хотя от заоблачных премий не отказывался.

Единственное, чего немцы не могли понять в СССР, - это борьба с генетикой, которую объявили буржуазной лженаукой "Мы же видим гены в микроскоп, - удивлялись ученые. - Как можно отрицать то, что является фактом?"

Секретность на объектах была такая, что секретарь обкома мялся у проходной.

Когда немцы выходили за границу объекта, к каждому прикреплялся сопровождающий. Было много экскурсий по Абхазии, много спортивных состязаний. Чтобы поддержать бодрость духа, устраивались совместные праздники. Немцы пели "Катюшу" и учили советских барышень танцевать, а лучшим танцором оказался бывший советник Гитлера Петер Тиссен.

Было обещано, что в 1955 году немецкие ученые вернутся в Германию. Жена Николауса Риля была крайне напугана золотым дождем наград, премий и почестей - все члены семьи получили пожизненное право учиться, лечиться и передвигаться по СССР бесплатно. Риль сказал заместителю Берии генералу Завенягину: "Я никогда в жизни не был капиталистом, и было бы удивительно рассчитывать на то, что я стану капиталистом в стране социализма". Когда в Сухуми все паковали чемоданы, Риль демонстративно устранился от сборов и сказал, что все его ценности хранятся в голове. Позднее Риль писал, что любовь Сталина и избыток благ были для него самым тяжелым бременем.

Манфред фон Арденне как назло прочитал о судьбе зодчих храма Василия Блаженного и засомневался, не постигнет ли его та же участь. Но барон купался в славе и ни в чем не знал отказа. Ему были возвращены и доставлены обратно в Германию все приборы, конфискованные в 1945 году. А денег из СССР в Германию барон-социалист привез столько, что сумел открыть и оборудовать первый в социалистическом мире частный научный институт.

К концу 1955 года все немцы вернулись в Германию, и соблазна остаться в СССР ни у кого, даже у обласканных лауреатов, не возникло. В особняке Густава Герца поселились дети, а кресло барона фон Арденне передают друг другу по наследству директора Сухумского физтеха, чтобы предаваться в нем высоким думам.


Самым засекреченным академиком Советского Союза был Яков Борисович Зельдович. Он никогда не выезжал за границу, хотя владел несколькими европейскими языками. Когда, наконец, его статьи появились в академических журналах, на Западе ими восхищались. Но некоторые западные учёные считали, что это коллективный псевдоним большой группы учёных.

Когда же узнали, что это не псевдоним, а человек, его признали гениальным астрономом. Он был избран почётным членом Национальной академии США, Королевского астрономического общества Великобритании и ещё целого ряда академий мира. Но, для Зельдовича астрофизика являлась только хобби.

Яков Зельдович родился 8 марта 1914 года в Минске в семье юриста Бориса Зельдовича и его жены Анны Кивелиович. Через несколько месяцев началась Первая мировая война. Семья Зельдович переехала в Санкт-Петербург. В 16 лет Яков окончил школу и сразу устроился лаборантом в Институт механической обработки полезных ископаемых.

Юный лаборант оказался способным и хотел постичь всё. Директором института был Абрам Фёдорович Иоффе, который вундеркиндов не любил. Поэтому он обменял юного лаборанта на масляный насос, который тогда нужен был институту. А Зельдович стал лаборантом Института химической физики. Одновременно он занимался на заочном отделении физмата Ленинградского университета. Там ему, однако, не понравилось, и он стал посещать лекции физмата Политехнического института. Но и его бросил. Так получилось, что диплома о высшем образовании у Якова Зельдовича никогда не было.

Он занимался самостоятельно, и только теми областями, которые его интересовали. А интересовали его и физика и химия, и иностранные языки. А в институте работало много классных специалистов, которым он докучал своими вопросами. Диапазон его познаний удивлял всех. Игорь Курчатов говорил о нём: "Яшка - гений!" Работа и учёба занимали много времени. На сон оставалось несколько часов.

После объединения институтов и создания на их базе Физико-технического института, его директором стал академик Абрам Иоффе. Он пригласил Зельдовича к себе на работу. В 20 лет Якова приняли в аспирантуру. В1936 году, в 22 года Яков защитил кандидатскую диссертацию, а в 25 - докторскую.

В это время английским физиком Джеймсом Чедвиком был открыт нейтрон. Родилась ядерная физика. В 1939 - 1941 годах Яков Зельдович совместно с Юлием Харитоном разработали теорию цепных ядерных реакций. Но в то время работы по делению атомного ядра считались внеплановыми. Они велись "на общественных началах" и участники работ ничего за это не получали. Этой темой занимались по вечерам. А в рабочее время нужно было заниматься теорией горения газовых смесей и теорией теплового распространения пламени.

С началом Второй мировой войны ФИЗТЕХ Иоффе был эвакуирован в Казань. Перед Зельдовичем была поставлена задача создания ракетного оружия. Зельдович решил эту задачу настолько быстро, что уже осенью 1941 года под Оршей батарея "Катюш" вышла на боевые позиции. До самого конца войны гитлеровцам так и не удалось разгадать тайну снаряда, придуманного лаборантом Зельдовичем.

Позже, в 1943 году лабораторию Зельдовича перевели в Москву, где собирался коллектив молодых физиков во главе с Игорем Курчатовым. В городе Сарове создавался сверхсекретный "Арзамас - 16", где работали над термоядерным оружием. В обстановке глубокой секретности Зельдовичу приходилось рассчитывать ударные волны, их структуру и оптические свойства.

Параллельно шли работы и в совсекретном КБ в Сухуми, куда после войны привезли из атомных центров Германии немецких физиков. Работали и разведчики, добывая информацию о проекте "Манхеттен" по созданию американской атомной бомбы.

В 1843 году Яков Зельдович первый раз получил Сталинскую премию. Потом он получал её ещё в1949, 1951 и 1953 годах. После успешного испытания советской атомной бомбы в 1949 году Яков Зельдович получил первую Золотую Звезду Героя Социалистического труда. В 1953 году после успешного испытания термоядерного оружия, он стал Героем Социалистического Труда во второй раз. В третий раз он получил это звание в 1956 году.

В 1957 году Якову Зельдовичу была присуждена Ленинская премия в области науки и техники. В 1958 году его избрали действительным членом Академии наук СССР. Многие зарубежные академии избрали его почётным иностранным членом.

Наиболее известны труды Якова Борисовича по физике горения и взрыва, детонации, ядерной физике, астрофизике, космологии.

В работах Зельдовича по космологии основное место занимала проблема образования крупномасштабной структуры Вселенной.

Он является соавтором нескольких научных открытий, которые занесены в Государственный реестр открытий СССР:

"Явление удержания медленных нейтронов" под ╧ 171 с приоритетом от 3 апреля 1959 года.

"Явление образования и распада сверхтяжёлого гелия - гелия-8" под ╧ 119 с приоритетом от 22 октября 1959 года.

"Закон сохранения векторного тока от слабых взаимодействиях элементарных частиц" под ╧ 135 с приоритетом от 8 июня 1955 года.

"Явление образования ударных волн разрежения" под ╧ 321 с приоритетом от 5 сентября 1945 года.

В 1963 году написал учебник по математике - "Высшая математика для начинающих и её приложения к физике". Учебник пережил множество переизданий c дополнениями и исправлениями, самое известное: "Высшая математика для начинающих физиков и техников", (совместно с И. М. Ягломом).

Вместе с И. Д. Новиковым Зельдович написал ставшие классическими монографии "Теория тяготения и эволюция звезд" и "Строение и эволюция Вселенной".

В целом научное наследие насчитывает 490 научных работ, более 30 монографий и учебников, многие из которых вышли в нескольких изданиях и переводах.

В своё время товарищ Сталин подарил ему автомобиль "Победа". Позднее советское правительство подарило ему машину "Волга". А он любил носиться с ветерком по "Арзамасу-16" на мотоцикле.

В Москве у него была семья, но это не мешало ему влюбляться в других женщин. Как-то он влюбился в машинистку, печатавшую ему рассказ Алексея Толстого. Потом он влюбился расконвоированную заключённую, сидевшую за "длинный язык. Это была московская художница и архитектор Шурочка Ширяева. Он взял её к себе в дом в "Арзамасе-16". Но чекисты Ширяеву арестовали и отправили на вечное поселение в Магадан. Там в квартире, на полу которой был лёд, она родила Якову дочь. Всего от разных женщин у Зельдовича было пятеро детей. Он всех содержал и мечтал собрать их вместе.

Яков Зельдович раньше других понял, что они сотворили, и называл термоядерную бомбу нехорошими словами. Но он чурался политики. И Андрею Дмитриевичу Сахарову он предлагал заняться какой-либо политкорректной наукой.

Яков Борисович Зельдович умер 2 декабря 1987 года и похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве. Его именем названа малая планета - астероид номер 11438.


29 августа 1949 года в 7 часов утра в нескольких сотнях километров от города Семипалатинска была взорвана первая советская атомная бомба.

За 10 дней до этого события специальный литерный поезд c"изделием", как называлась в документах бомба, вышел из неуказанного ни на одной карте секретного города "Арзамас-16", чтобы доставить "изделие" и его создателей на испытательный полигон.

Возглавлял группу ученых и конструкторов человек, который знал эту бомбу наизусть, все ее тысячи деталей, и который своей карьерой и, можно сказать, жизнью отвечал за результаты испытаний.

Этим человеком был Юлий Борисович Харитон.

Еврейский мальчик Юлик Харитон с 6-ти лет рос без матери. Он родился 14 февраля (27 февраля по новому стилю) 1904 года в Петербурге. Его мать, Мира Яковлевна Буровская, была актрисой МХАТа. Играла "Митиля" в спектакле "Синяя птица". Отец Борис Иосифович Харитон, известный журналист и либерал, редактировал кадетскую газету "Речь". В семье Юлика жили нервно, на два дома.

В 1910 году мать поехала в Германию лечиться, да так и не вернулась, вышла там замуж и в 1933 году, покинув Берлин, уехала в Тель-Авив, где, прожив долгую жизнь, умерла в глубокой старости.

А отца в 1922 году вместе с другими идеологически чуждыми интеллигентами большевики выслали на печально известном пароходе за границу. Отец продолжал быть либералом и в Риге издавал газету "Сегодня". В 1940 году большевики захватили Латвию, и Борис Иосифович Харитон навсегда исчез в подвалах НКВД.

Поэтому ни отец, ни мать так никогда и не узнали о необыкновенной, можно сказать фантастической, судьбе своего сына.

Эта судьба была необыкновенна еще и потому, что сложилась она в условиях тоталитарного сталинского режима, когда анкетные данные были важнее живого человека. A с такой анкетой, как у Юлика, в стране, строящей "самое передовое в мире общество", было нелегко.

Но даже если бы его родители и жили в Стране Советов, то и тогда судьба их сына была бы для них тайной, потому что все, что было связано с их сыном, было секретом для всех, для его ближайших родственников и для миллионов его соотечественников.

Юлик, прыгая через класс, в 15 лет окончил школу, в 21 год - Политехнический институт.

В 1926 году его, идеологически неокрепшего, но подающего надежды в науке, направляют на стажировку в Англию в Кембридж в лабораторию Резерфорда.

В 1928-м он защищает там докторскую диссертацию. Возвращаясь из Англии домой, он заезжает в Берлин, чтобы повидаться с матерью.

Находясь в Берлине, - вспоминал Юлий Борисович,- я удивился, как легкомысленно немцы относятся к Гитлеру. Тогда я понял, что надо заниматься взрывчатыми веществами и вообще оборонными проблемами.

Вернувшись в Ленинград, Харитон продолжил работу в Физико-техническом институте. Здесь под руководством академика Семенова он начал изучать процессы детонации и динамики взрыва.

"Семенов, -вспоминает Харитон, - обладал фантастической интуицией. До 1939 года, еще до открытия деления урана, он говорил, что ядерный взрыв возможен, а в 1940 году его молодой сотрудник отвез письмо Семенова с изложением принципа действия атомной бомбы в управление наркомата нефтяной промышленности. Там это письмо не приняли всерьез и потеряли..."

В 1939-м Ю. Харитон вместе с Яковом Зельдовичем выполнил один из первых расчетов цепной ядерной реакции, ставшей фундаментом современной физики реакторов и ядерной энергетики.

Но тут грянула война, и Харитон продолжил заниматься взрывчатыми веществами.

В 1943 году Игорь Курчатов рассказал Харитону об идее создания атомной бомбы.

Харитон вместе с Яковом Зельдовичем пытались определить критическую массу урана-235. Получалось около 10 килограммов. Как выяснилось потом, они ошиблись в 5 раз, но главное они пришли к выводу: бомбу сделать можно!

В июле 1945 года американцы в Лос-Аламосе испытывают первое ядерное взрывное устройство. Разведка докладывает об этом Сталину.

Сразу после окончания войны в Берлин вылетают Берия и Молотов. Берия с согласия Сталина должен был возглавить поиски в Германии ядерных материалов и специалистов ученых, которые разрабатывали немецкую атомную бомбу. Сюда же направляется группа советских ученых-физиков. Среди них и Юлий Харитон.

В конце 1945 года 200 квалифицированных немецких ученых-ядерщиков были переправлены для работы в Советский Союз.

В августе 1945-го американцы сбрасывают атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки.

Ликвидация атомной монополии США стала главной задачей Советского Союза. Возглавить атомный проект поручено Берии.

Научное руководство доверено сорокалетнему профессору Харитону. Он и станет отцом советской атомной бомбы.

Раньше, в доперестроечные времена, эту роль приписывали Курчатову, не хотелось отдавать лавры еврею.

Академик Курчатов действительно осуществлял координацию и общее руководство проектом, но придумал, разработал и создал бомбу Юлий Борисович Харитон. И, конечно, его сподвижники.

Но почему еврей, беспартийный, с плохой анкетой, не занимавший никаких высоких постов, становится во главе команды, которой поручено дело сверхсекретное и сверхважное?

Это и по сей день остается загадкой. Очевидно, руководство страны оценило большой талант Харитона. Особым постановлением Совета Министров СССР для создания атомной бомбы формируется сверхсекретное конструкторское бюро КБ-11 во главе с Ю.Харитоном.

Найти место для КБ было не просто. Неплохо бы в медвежьем углу, но чтобы не далее 400 км от Москвы. Хорошо бы, чтобы людей вокруг было не много, но были производственные площади.

Наконец, нашли маленький городок с военным заводиком. Это был Саров на юге Горьковской области. Он был известен своим монастырем, но на фоне огромных, государственной важности задач и монастырь и другие исторические памятники выглядели нелепостью.

Специальным постановлением правительства название Саров было стерто со всех карт Советского Союза. Город переименовали в "Арзамас-16", и это название существовало только в секретных документах. Здесь собрали лучших ученых страны: физиков, математиков - элиту.

Строили без сметы, по фактическим расходам. Первый пункт: колючая проволока - 30 тонн. Все было окружено колючей проволокой. Это была зона.

Строили заключенные. А потом в этой зоне жил научно-технический персонал.

Ни шага без разрешения особого отдела любой контакт, включая знакомство и женитьбу, любая поездка к родственникам в соседний город. За всей работой и личной жизнью сотрудников КБ-11 следили спецуполномоченные полковники МГБ. Они докладывали лично Берии. А Берия не скрывал, что в случае провала атомного проекта всех физиков посадят или расстреляют.

Лаборатории разместили в монастырских покоях. Рядом на скорую руку построили производственные помещения. Об особых условиях не могло быть и речи. Если обычные взрывные устройства создавались после многочисленных испытаний и проб, то здесь такой возможности не было. Все нужно было испытать и попробовать в уме. Оказалось, что для руководства такой работой нужен не громовержец, а легкий, терпимый и как будто мягкий Харитон.

Работа шла параллельно над двумя проектами российским и американским, добытым советской разведкой. Разведчики с Лубянки поставляли Харитону материалы от своих зарубежных резидентов. Фамилию советского агента Клауса Фукса не знал даже Курчатов. Схема, присланная Фуксом, давала только принцип, идею. Харитон читал эти материалы: вроде бы все, что делали американцы было логичным и все-таки его не оставляла мысль, что это может быть некая коварная шпионская игра, что путь, указанный неведомым зарубежным единомышленником, заведет советских физиков в тупик.

Поэтому все данные Фукса проверялись и перепроверялись. И тем ни менее Харитон считает, что Фукс сэкономил им не меньше года работы над бомбой. Как нe спешили, задание Сталина сделать бомбу к началу 1948 года осталось невыполненным.

Лишь к началу 1949 года из другого секретного города "Челябинск-40" привезли ядерный заряд. Такого груза никто еще не видел: плутониевый шарик диаметром 80-90 мм и массой 6 кг. Наработанного плутония было только на одну бомбу.

В невзрачном одноэтажном здании, от которого, к сожалению, сегодня остались только развалины, а здесь бы должна висеть памятная доска, под наблюдением Харитона была проведена контрольная сборка изделия. Сохранился акт сборки, подписанный Харитоном.

Перед испытанием атомной бомбы Курчатова и Харитона вызвал Сталин. Он спросил: "А нельзя ли вместо одной бомбы сделать две, пусть более слабые?" "Нельзя, ответил Харитон. "Технически это невозможно".

Литерный поезд под контролем МГБ и МПС мчал "изделие" и его создателей из "Арзамаса-16" на небольшую железнодорожную станцию в районе Семипалатинска...

Сталин в целях безопасности запретил Харитону летать на самолетах. И Харитон всегда ездил только поездом. Для него построили специальный вагон с залой, кабинетом, спальней и купе для гостей, кухней, поварихой. На испытательный полигон с Харитоном в поезде ехали его ближайшие соратники по работе над бомбой: Зельдович, Франко-Каменецкий, Флеров.

Через 10 дней прибыли на полигон. На полигоне была построена 37-метровая вышка. Испытание было назначено на 29 августа 1949 года. Собрались все участники испытания и члены государственной комиссии во главе с Берия.

28 августа, 23.00.. Харитон с помощниками собрали плутониевый заряд и вставили нейтронные запалы. По команде монтажники выкатили бомбу из мастерской и установили в клеть лифта.

4 часа 17 минут утра. Начался подъем заряда на башню. Там, наверху, установили взрыватель.

5 часов 55 минут. Все спустились с башни, опечатали вход, сняли охрану и отправились на командный пункт, который находился в 10 км от эпицентра взрыва.

6 часов 48 минут. Включен автомат подрыва. С этого мгновения вмешаться в процесс было невозможно.

7.00. Атомный гриб поднимается в небо.

А страна жила своей жизнью и ничего не знала ни об атомном взрыве, ни о том, что за создание атомной бомбы Курчатову, Харитону, Зельдовичу и другим ученым было присвоено звание Героев Социалистического Tруда. Они получили Сталинские премии.

Курчатову и Харитону подарили по ЗИСу-110, остальным по "Победе". Им выделили дачи под Москвой и установили бесплатный проезд по железной дороге.

Интересен факт - отцами советской и американской атомных бомб были евреи Харитон и Оппенгеймер.

Оппенгеймер после Хиросимы испытывал сильнейшие душевные переживания. А мучила ли Харитона нравственная проблема применения атомного оружия? Однажды журналист Голованов спросил Харитона: Юлий Борисович, а когда впервые вы увидели этот "гриб", и накат урагана, и ослепших птиц, и свет, который ярче многих солнц, вот тогда не возникла у вас мысль: "Господи, что же это мы делаем?!!"

Они ехали в спецвагоне. Харитон, молча, смотрел в окно. Потом сказал, не оборачиваясь: "Так ведь надо было."

Да, он был верным солдатом партии. Работая в тесном контакте с Берия в период создания атомной бомбы, он не решился спросить о судьбе отца, арестованного подчиненными Берии. Он говорил, что это могло негативно отразиться на его работе.

Он подписал письмо, осуждающее академика Сахарова, который много лет работал под его началом и был создателем водородной бомбы. Он прожил половину жизни в закрытом городе, о котором не знал никто в стране, общался только с теми, кого допускало к нему КГБ.

Он имел награды:

трижды Герой Социалистического Труда (29.10.1949; 08.12.1951; 04.01.1954)

шесть орденов Ленина (29.10.1949; 11.09.1956; 07.03.1962; 27.02.1964; 26.02.1974; 24.02.1984)

орден Октябрьской Революции (26.04.1971)

орден Трудового Красного Знамени (10.06.1945)

орден Красной Звезды (24.09.1944)

медали

Ленинская премия (07.09.1956)

Три Сталинские премии (29.10.1949, 06.12.1951, 31.12.1953)

Золотая медаль имени И. В. Курчатова (1974)

Большая золотая медаль имени М. В. Ломоносова (1982)

Отец советской атомной бомбы Юлий Борисович Харитон прожил долгую жизнь. Он умер в 1996 году в 92-летнем возрасте.

Он отдал свой талант и свою жизнь служению Советскому Союзу и Коммунистической партии, но когда он умер на похороны на Новодевичье кладбище пришли только родственники и коллеги-ученые. Никто из руководителей державы, для которой Харитон сделал то, что определило ход всемирной истории, на похороны не пришел.

Бюст Ю. Б. Харитона установлен в Санкт-Петербурге на Аллее Героев Московского парка Победы. В Санкт-Петербурге есть улица Академика Харитона. Улица с таким же названием есть в Сарове.

В 2004 году была выпущена почтовая марка России, посвященная Харитону.


Не менее засекреченным в Советском союзе был и Самвел Григорьевич Кочарянц. Родился он 7 января 1909 года в городе Новый, был шестым ребёнком в семье. Происходил из рода арцахских меликов-князей. Окончив школу, они с младшим братом Сосом решили поступить на физико-математический факультет Ереванского государственного университета.

Но в стране идет беспощадная война с кулачеством. Кто-то настучал на братьев, приклеив им "кулацкое происхождение". Реальная опасность попасть под "карающий меч революции" заставляет братьев уехать в Москву на учебу. Через год младший брат Сос, тоже очень одаренный, вынужден был по семейным обстоятельствам вернуться в Армению. Самвел же, окончив Московский энергетический институт, успешно защищает кандидатскую диссертацию, все это время уже работая преподавателем вуза.

В 1947 году Самвел Кочарянц, казалось, достиг достаточно серьезных успехов в жизни. Во-первых, еще молодым рабфаковцем, в 1932 г., он женился на Любови Васильевне Васильевой, которая работала чертежницей, а вскоре - инженером-конструктором во Всесоюзном электротехническом институте им. В.И. Ленина (ВЭИ). В семье Кочарянцев родились сыновья: Вадим, Геннадий, Григорий.

Жизнь молодого ученого, заведующего кафедрой в престижном вузе, тоже складывалась хорошо. Он пользуется заслуженным авторитетом. По результатам его исследовательских работ публикуются две книги: в 1947 г. выходит учебник по курсу "Магнитные измерения", а в 1948 г. - исследование "О некоторых вопросах ферродинамических приборов".

В это время в стране в обстановке строжайшей секретности начаты работы по ядерной программе. В числе мобилизованных Сталиным неожиданно для себя оказывается и Кочарянц.

В затерянном в глухом лесу маленьком поселке Саров закладывается ядерный центр России - объект КБ-11. Завеса фантастической секретности окутывает ядерный центр. Поселок исчезает с карт, исключается из всех учетных материалов. В документах в разные годы именуется по-разному, даже Кремлев. Более известен как Арзамас-16.

В этом наукограде практически полвека жил и работал С.Г. Кочарянц. Становится он одним из самых засекреченных людей Советского Союза.

Начинал он с должности начальника сектора автоматики с 17 сотрудниками. В 1959 г. после кардинальной реорганизации КБ-11 делится на два крупных конструкторских бюро: КБ-1 под руководством Главного конструктора ядерных зарядов Е.А. Негина (1959-1991 гг.) и КБ-2 под руководством Главного конструктора ядерных боеприпасов С.Г. Кочарянца (1959-1990 гг.).

Уже через неполных два года после начала работы в секретном городке он получает свою первую Сталинскую премию и орден Ленина. Вот что пишут ученики Кочарянца: "С именем С.Г. Кочарянца связано создание ядерного боевого оснащения практически для всех комплексов оружия различных видов и родов Советской армии, а по сути - создание реального ядерного оружия (ЯО). Под руководством и при непосредственном участии С.Г. Кочарянца было поставлено на боевое дежурство несколько поколений ядерных боеприпасов (ЯБП), которые поэтапно совершенствовались по мере развития носителей, их систем управления, в том числе в интересах преодоления систем ПРО вероятного противника и защиты собственной территории от ракетно-ядерного нападения. И в настоящее время комплексы ЯО, оснащенные ЯБП разработки С.Г. Кочарянца, находятся на вооружении Российской армии и несут реальное боевое дежурство, обеспечивая безопасность нашей Родины". С именем "Главного" считались и в высших эшелонах власти, и "в верхах" Минобороны и министерств оборонных отраслей промышленности.

С 1930 года, когда он приехал в Москву учиться, и до кончины в 1993 году целых 63 года жил вдали от Армении. Особенно после перехода на работу в засекреченный Арзамас-16. Он полвека был лишен питающих его армянство крепких и регулярных связей с Арменией. Мало кто знал, где он живет, о чем думает, где бывает. В его паспорте значилось, что он житель Москвы, но адрес дома был фиктивный, ни улицы, ни дома реально не существовало. Правда, в паспорте стояла специальная отметка, и в каждом отделении милиции хозяину паспорта надлежало оказывать полное содействие и высочайшее уважение.

Его нечастые поездки на родину напоминали кратковременный военный десант: прилетел, побыл немножко и тут же улетел, всегда в окружении значительных сил охраны. Так было и в 1987 году, когда по Положению о дважды Героях Социалистического Труда в г. Камо (ныне - Гавар) был торжественно установлен его бюст.

По свидетельству одного из родственников, за 2 года до смерти своего брата Соса Кочарянц кратковременно находился в Армении. И вот во время прогулки на берегу Севана они случайно сталкиваются с человеком, который на них доносил как на врагов народа, как о кулацких детях. Самвел Григорьевич показывает ему правительственные награды, украшающие грудь и говорит: "Спасибо, благодаря тебе я стал тем, кто я сейчас есть".

Самвел Григорьевич ушел из жизни 4 августа 1993 г. в возрасте 85 лет. Похоронен в Сарове, где прошла большая часть его жизни. Над могилой - замечательный памятник. Над дверью его отдела - КБ-2 - его бронзовый барельеф.

Его выдающиеся заслуги были достойно оценены родиной. Он был дважды Героем Социалистического Труда, лауреатом Ленинской, трех Сталинских премий, лауреатом Государственной премии СССР, заслуженным деятелем науки и техники РСФСР, кавалером шести орденов Ленина и ордена Октябрьской Революции, почетным гражданином городов Саров и Нор-Баязет (Республика Армения), доктором технических наук, профессором.


Одним из создателей в Советском Союзе водородной бомбы был советский и российский физик-теоретик, доктор физико-математических наук Виталий Лазаревич Гинзбург.

Виталий Лазаревич Гинзбург родился в 1916 году в Москве в еврейской семье инженера, специалиста по очистке воды, выпускника Рижского политехникума Лазаря Ефимовича Гинзбурга (1863-1942, Казань) и врача, выпускницы Харьковского университета Августы Вениаминовны Гинзбург (урождённой Вильдауэр, 1886, Митава Курляндской губернии - 1920, Москва). Рано остался без матери, умершей в 1920 году от брюшного тифа. Его воспитанием после смерти матери занялась её младшая сестра Роза Вениаминовна Вильдауэр.

До 11 лет получал домашнее образование под руководством отца. Затем в 1927 году поступил в 4-й класс 57-й семилетней школы, которую окончил в 1931 году и продолжил среднее образование в фабрично-заводском училище (ФЗУ). Затем учился самостоятельно, работая лаборантом в рентгенологической лаборатории вместе с будущими физиками В. А. Цукерманом (1913-1993) и Л. В. Альтшулером (1913-2003).

В 1934 году поступил сразу на 2-й курс в Московский государственный университет, на физический факультет, который окончил в 1938 году, затем в 1940 году окончил аспирантуру при нём и в том же году защитил кандидатскую диссертацию.

Докторскую диссертацию защитил в 1942 году. Вспоминал: "На фронт меня не взяли, хотя я дважды подавал заявление, чтобы пойти добровольцем". С 1942 года работал в теоретическом отделе имени И. Е. Тамма ФИАНа; впоследствии стал заведующим этим отделом (1971-1988).

В первый раз Виталий женился, когда ему был 21 год, они вместе учились в университете. Молодой, студенческий брак.... Этот брак Гинзбурга был относительно скоротечным - ну, конечно, по меркам жизни самого патриарха отечественной науки: он прожил с первой женой 9 лет.

А в 1945 году он приехал работать в Горьковский университет и встретил там ссыльную . И пришла настоящая большая любовь, которая никого не пощадила: Гинзбург разрушил семью - развелся и сразу женился. Его не могло остановить ничто. Ни то, что его новая женщина - Нина Ермакова была врагом народа, ни наличие у Гинзбурга дочери от первого брака. Впрочем, разрыв с дочерью Гинзбург переживал тяжело и даже полвека спустя, рассказывая об этом, плакал. Детей бросать всегда больно.... Но новая любовь была еще больнее.

От этой женитьбы его все отговаривали. Нехорошо было для члена партии жениться на ссыльной. Могли самого посадить. Отец Нины был старый коммунист, умер, в тюрьме, естественно... А ее подмели в какую-то очередную компанию - за покушение на товарища Сталина. Она просто жила на Арбате... Группу людей тогда обвинили в том, что они устроили заговор, и из ее окна планировали стрелять в товарища Сталина: Сталин периодически ездил по Арбату. Чекисты не позаботились проверить, а окна ее комнаты на самом деле не выходят на Арбат! Это ее и спасло: всем дали 10 лет, а ей только 3 года. Статья 58-10. Она даже ничего не подписала, хотя ей десять дней не давали спать.

Привязанность Гинзбурга к этой Нине удивительна. Он не только не побоялся жениться на ссыльной, что сулило массу неприятностей, но и по полной программе эти неприятности огребал всю жизнь.

После войны Гинзбурга в составе команды ученых послали в Бразилию на научную конференцию по астрономии. "Дальнобойных" самолетов тогда не было, и ученые плыли в Южную Америку на корабле. Всю дорогу Гинзбург ныл, думая только о своей Нине, с которой оказался в первой разлуке. Тщетно его пытались вывести его из этого состояния, обращая внимание на неслыханные красоты тропиков. Так он ничего там и не увидел.

А в каком ужасном состоянии он был позже в Москве, когда до него дошла весть, что старенький, безмерно перегруженный пароход, на котором Нина вместе с другими работягами пересекала ежедневно Волгу, в середине великой реки перевернулся - а это было в ноябре, по Волге шла шуга. Три страшных дня он считал её погибшей. Погибло несколько сот человек. Спаслись считанные единицы - в числе их была Нина, переплывшая в самом широком месте ледяную Волгу - она была превосходной спортсменкой! Её тогда приютили и отогрели незнакомые люди. Нельзя даже представить, что испытал Виталий Лазаревич, увидев её как бы воскресшей.

Он потом долгое время не мог жену прописать у себя в Москве, она так и жила в Горьком. Год за годом ему отказывали в прописке жены. Он ходил к директору института академику Вавилову, тот исправно подписывал ходатайства, а в личной беседе говорил: ты знаешь, я сам сестру жены никак не могу прописать, она ссыльная, сейчас в Ростове. Потом директором института стал академик Скобельцин. Виталий пошел с ходатайством и к нему. И он тоже подписал прошение. А потом сказал: "Виталий Лазаревич, у меня у самого брат сослан, и я никак не могу его прописать в Москве".

После смерти Сталина жене разрешили приехать в Москву, потом реабилитировали. Причем, серьезно так было все обставлено - в ее комнатку на Арбате пришел офицер КГБ с понятыми, и они составили акт о том, что ее окно не выходит на Арбат.

Но и после эпохи "реабилитанса" Гинзбург продолжал страдать "по линии жены".

О работе над водородной бомбой Виталий Лазаревич как-то в конце своей жизни рассказывал:

"- В начале 1948 года делать водородную бомбу поручили Игорю Евгеньевичу Тамму. Он набирал команду и взял меня, что совершенно нетривиально, потому что моя жена на тот момент сидела. А вот моего друга-физика, которого Тамм тоже включил в свою команду, не допустили. Потому что его жена когда-то, много лет назад жила в Америке. Нет, она не была американка, она родилась в Баку, отец ее был революционером, потом он уехал, затем вернулся и умер здесь в тюрьме, что стандартно...

А Сахаров, про которого почему-то все думают, что он отец водородной бомбы, попал в команду Тамма совершенно случайно. Он с маленьким ребенком и женой снимал какую-то комнату в коммуналке. И наш директор тогда попросил Тамма включить Сахарова в проект: "Может, удастся ему комнату под это дело получить?" Так родился великий Сахаров.

Вообще, странно, кто делал Советской власти бомбу! Я - муж врага народа; будущий диссидент и противник советской власти Андрей Сахаров и, наконец, Тамм. Как в этот проект попал сам Тамм, я до сих пор не знаю. Ведь Тамм - бывший меньшевик. Как он не сел, непонятно! Он мне сам говорил, что у него всегда приготовлен сидор с вещами на случай посадки. Тамм гордился, что был участником первого съезда Советов. И на каком-то голосовании мандатами проголосовал против своей фракции. Ленин зааплодировал и крикнул ему: "Браво, Тамм!.." Младший брат Тамма - инженер - был расстрелян ни за что ни про что.... Еще Тамма критиковали за идеализм... То есть было, было, за что его сажать. А его назначили делать главную бомбу...

Между прочим, Сахаров и Тамм не очень хотели ехать на объект Арзамас-16. Вызвал их к себе Ванников - заместитель Берии, начальник первого главного управления.... Тоже, кстати, интересный человек этот Ванников. Был он до войны министром. Потом его посадили, пытали в советских застенках - все как полагается. А затем началась война. Сталин вызвал Ванникова к себе из лагеря и назначил министром боеприпасов. Ванников, нахлебавшийся лагерей, попросил у Сталина справку о своем освобождении и неприкосновенности. Сталин сел за стол и написал ему охранную грамоту: "Сим удостоверяется, что товарищ Ванников..." Дальше не помню.... В общем, что теперь Ванников - хороший человек. Сталин - бывший семинарист, он любил церковные обороты, типа "сим удостоверяется"....

Ванников был во главе водородного проекта со стороны органов. Вызвал он Сахарова и Тамма и решил послать их работать в Арзамас-16. Но тем не хотелось уезжать из столицы. Мол, у нас тут семьи, туда-сюда.... В это время раздался звонок. Ванников взял трубку: "Да, Лаврентий Павлович... Вот они у меня здесь.... Нет, они не хотят ехать в Арзамас.... Да, да, хорошо, Лаврентий Павлович..." Потом положил трубку и сказал Тамму и Сахарову: "Товарищ Берия очень советует вам принять наше предложение". И они оба тут же согласились.

Когда мы начали заниматься этой проблемой, нам пришли в голову две идеи, как сделать водородную бомбу. Одна идея пришла в голову Сахарова, другая - в мою. Идея Сахарова, кстати, так и не пошла в дальнейшее производство. Ведь в чем там трудность была... Нужно, чтобы атомы дейтерия с тритием соединились, и пошла реакция. Как их сблизить? Сахаров предложил свой способ сжатия - с помощью слоев твердого вещества и дейтерия. А я предложил использовать Литий-6. Дело в том, что для реакции нужен тритий - радиоактивный элемент, добывать который страшно тяжело. Вот я и предложил использовать такую реакцию, в результате которой тритий получается сам по себе - уже в бомбе. И эта идея пошла.

Идею использования термояда в мирных целях высказал какой-то военнослужащий по фамилии Лаврентьев, а вовсе не Сахаров. Этот Лаврентьев прислал письмо со своими предложениями в компетентные органы. Оно попало к Сахарову, он мне потом рассказал... Я тогда подумал, что правительство заинтересовано в том, чтобы построить термоядерные электростанции. Ничего подобного! Им просто был нужен тритий для водородных бомб. Вот ради чего занимались управляемым термоядом! Я только недавно об этом узнал.... Но тогда все воодушевленно говорили, что термоядерная электроэнергия - будущее человечества. Врали, как всегда. Им нужна была только война".

Виталий Гинзбург был человек прямой и резкий. Поэтому было удивительно, что он сам уцелел при Сталине. Сам Гинзбург говорил: "Я и сам удивляюсь. Это бомба меня спасла, иначе от косточек моих давно бы следов не осталось. Ведь грехов много у меня было, помимо длинного языка и того, что женился на ссыльной. Меня еще в низкопоклонстве обвиняли".

А обвиняли потому, что часто ссылается в своих трудах на статьи зарубежных ученых.

"Над нами постоянно издевались. Я после 1955 года уже не имел никакого отношения к бомбе, но меня все время не выпускали за границу, причем в самом издевательском стиле. В последний раз не выпустили в 1984 году. Я член многих мировых академий, и в тот раз меня с женой пригласила датская академия. Я подал бумажки на выезд, а через некоторое время мне сообщают: вас пустили, а жену нет. Запретили, видимо, как бывшей ссыльной. А может, боялись, что я с ней там останусь, сбегу от гуманной Совдепии.... И я тогда не поехал! Мне звонил президент Академии Александров: "Почему это вы отказываетесь ехать? Я же езжу без жены!" - "А я не хочу!..".

В 1945-1961 годах Гинзбург заведовал кафедрой радиофакультета Горьковского государственного университета. Заведовал кафедрой проблем физики и астрофизики ФОПФ МФТИ, которую сам и создал в 1968 году.

С 1964 года член редколлегии научного журнала "Успехи физических наук", с 1998 года - его главный редактор.

В последние годы жизни - руководитель группы Отделения теоретической физики ФИАН - советник РАН.

Скончался он в Москве вечером 8 ноября 2009 года после длительной болезни от сердечной недостаточности. Виталия Гинзбурга похоронили 11 ноября 2009 года на Новодевичьем кладбище в Москве.

Виталий Гинзбург имел награды:

Медаль "За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг." (1946)

Медаль "В память 800-летия Москвы" (1948)

Сталинская премия (1953)

Орден Ленина (1954)

2 ордена Трудового Красного Знамени (1956, 3.10.1986)

2 ордена "Знак Почёта" (27.03.1954, 1975)

Ленинская премия (1966)

Медаль "За доблестный труд. В ознаменование 100-летия со дня рождения Владимира Ильича Ленина" (1970)

Золотая медаль Королевского астрономического общества (1991)

Премия Джона Бардина (1991)

Премия Вольфа (1994/1995).

Большая золотая медаль имени М. В. Ломоносова (1995) - за выдающиеся достижения в области теоретической физики и астрофизики

Золотая медаль имени С. И. Вавилова (1995) - за выдающиеся работы в области физики, в том числе за серию работ по теории излучения равномерно движущихся источников

Орден "За заслуги перед Отечеством" III степени (3 октября 1996) - за выдающиеся научные достижения и подготовку высококвалифицированных кадров

Премия Гумбольдта (2001)

Почётный доктор Московского университета (2004).

Нобелевская премия (2003, вместе с А. Абрикосовым и А. Леггетом) - за вклад в развитие теории сверхпроводимости и сверхтекучести

Лауреат национальной премии "Россиянин года" (2006)

Орден "За заслуги перед Отечеством" I степени (4 октября 2006) - за выдающийся вклад в развитие отечественной науки и многолетнюю плодотворную деятельность


В числе трёх "К", создавших ракетно-ядерный щит СССР, вспоминают легендарного математика, президента Академии наук СССР Мстислава Всеволодовича Келдыша.

Родился он 10 февраля 1911 года в Риге в семье Всеволода Михайловича Келдыша (1878-1965) - профессора, генерал-майора инженерно-технической службы, основоположника методологии расчёта строительных конструкций, которого называли "отцом русского железобетона". Своё дворянское происхождение М. В. Келдыш никогда не скрывал (на вопрос анкеты о социальном происхождении отвечал: "из дворян"). Дед по линии матери - полный генерал от артиллерии А. Н. Скворцов, дед по линии отца - М. Ф. Келдыш, окончивший духовную семинарию, но затем избравший медицинскую стезю и дослужившийся до генеральского чина. Мать - Мария Александровна (урождённая Скворцова) - была домохозяйкой.

В 1915 году семья Келдышей переехала из прифронтовой Риги в Москву. В 1919-1923 годах Келдыш жил в Иваново-Вознесенске, где его отец преподавал в политехническом институте, организованном по инициативе М. В. Фрунзе. В Иваново-Вознесенске начал обучение в средней школе, получив необходимую начальную подготовку в домашних условиях у Марии Александровны. По возвращении в Москву (1923 год) стал учиться в школе со строительным уклоном, летом ездил с отцом на стройки, работал разнорабочим. Склонность к математике у Келдыша проявилась ещё в 7-8-м классах, учителя уже тогда отличали его незаурядные способности к точным наукам.

В 1927 году Келдыш окончил школу и хотел получить нравившуюся ему отцовскую профессию инженера-строителя. Однако в строительный институт, где преподавал отец, его не приняли по молодости лет (всего 16). По совету старшей сестры Людмилы, закончившей физико-математический факультет Московского государственного университета (ныне МГУ имени М. В. Ломоносова), занимавшейся математикой под научным руководством Н. Н. Лузина, он поступает на тот же факультет МГУ.

Окончив МГУ (1931), по рекомендации А. И. Некрасова Келдыш был направлен в Центральный аэрогидродинамический институт (ЦАГИ). Научную жизнь ЦАГИ в это время возглавлял выдающийся отечественный механик С. А. Чаплыгин, под его руководством регулярно проводился научный семинар, активным участником которого стал Келдыш. Продолжая работать в ЦАГИ, Келдыш поступает осенью 1934 года в аспирантуру (дополненную затем двухлетней докторантурой) в Математическом институте имени В. А. Стеклова АН СССР (МИАН). В 1935 году ему без защиты присваивается учёная степень кандидата физико-математических наук, в 1937 году - степень кандидата технических наук и звание профессора по специальности "аэродинамика". 26 января 1938 году им была защищена докторская диссертация.

В июне 1944 года он становится заведующим незадолго перед тем созданным отделом механики в Математическом институте АН СССР и остается в этой должности до 1953 года. Одновременно он возобновляет свою преподавательскую деятельность в МГУ, начавшуюся в 1932 году. Здесь он читает лекции на механико-математическом и физико-техническом факультетах, заведует кафедрой термодинамики, руководит научно-исследовательским семинаром по теории функций комплексного переменного. С 1942 по 1953 годы - профессор МГУ. С 1953 по 1978 годы был директором Института прикладной математики АН СССР (ИПМ РАН).

Келдыш занимался механикой и аэрогазодинамикой летательных аппаратов. Большое значение имеют работы Келдыша, выполненные под руководством Ю. Б. Румера, связанные с решением проблемы флаттера, который в конце 1930-х годов стал препятствием в развитии скоростной авиации. Работы Келдыша в области аэродинамики больших скоростей имели важное значение для развития реактивной авиации. Келдышем были также найдены простые конструктивные решения для устранения явления шимми - самовозбуждающихся колебаний носового колеса шасси самолёта.

В 1946 году Келдыш был назначен начальником НИИ-1 Министерства авиационной промышленности, с 1950 года стал научным руководителем этого учреждения и занимал этот пост до 1961 года.

Когда Курчатов, Харитон и Зельдович занялись атомным проектом, они спросили академика Ивана Виноградова, кого бы из математиков привлечь к этому проекту. Тот посоветовал пригласить Келдыша, но предупредил, что авиационная промышленность Келдыша так просто не отдаст. Физики написали письмо Берии с просьбой привлечь Келдыша к работе над атомной бомбой. Министр авиационной промышленности Михаил Хруничев возражал. Стороны начали переписку через Берию. В конце концов, было решено, что Келдыш будет заниматься термоядерным проектом несколько раз в месяц.

Для этого, в 1946 году, он организовал специальное расчётное бюро при МИАН. За участие в создании термоядерного оружия Келдышу в 1956 году было присвоено звание Героя Социалистического Труда.

В 1953 году Келдыш стал ещё директором Института прикладной математики АН СССР.

В 1954 году Келдыш, Королёв и Тихонравов направили в правительство письмо с предложением о создании первого искусственного спутника Земли.

Со временем он стал членом команды, возглавив с середины 1950-х годов разработку теоретических предпосылок вывода искусственных тел на околоземные орбиты, а в дальнейшем - полётов к Луне и планетам Солнечной системы.

Он руководил научно-техническим советом по координации деятельности по созданию первого искусственного спутника Земли, внёс большой вклад в осуществление программ пилотируемых полётов, в постановку научных проблем и проведение исследований околоземного космического пространства, межпланетной среды, Луны и планет, в решение многих проблем механики космического полёта и теории управления, навигации и теплообмена.

Важное место в деятельности Келдыша занимало научное руководство работами, осуществляемыми в сотрудничестве с другими странами по программе "Интеркосмос". Его деятельность в области космонавтики долгое время была засекречена и в газетах Келдыша называли "Теоретик Космонавтики", при том, что он был известен как Президент Академии Наук СССР. На этот пост он был избран в 1961 году. За подготовку первого полёта человека в космос (Ю. А. Гагарин, 12 апреля 1961 года) был вторично удостоен звания Героя Социалистического Труда.

С именем Келдыша обычно связывают развитие в СССР современной вычислительной математики, он руководил работами по созданию советских ЭВМ для расчётов по атомной и ракетно-космической тематике (начиная с ЭВМ "Стрела"). Он не только руководил научным коллективом, но и лично участвовал в создании новых вычислительных методов и алгоритмов.

Келдыш был председателем Комитета по Ленинским и Государственным премиям при Совете Министров СССР (1964-1978). Он был избран членом многих иностранных академий (в том числе Международной академии астронавтики), состоял в Совете Международной общественной премии Гуггенхеймов по астронавтике, был депутатом Верховного Совета СССР 6-9-го созывов, делегатом XXII-XXV съездов КПСС, на которых избирался членом ЦК КПСС.

Во время пропагандистской кампании против А. Д. Сахарова Келдыш не допустил исключения Сахарова из Академии. Келдыш лично встречался с Андроповым, ходатайствуя о Сахарове.

Годы, когда пост Президента АН СССР занимал Келдыш, были периодом значительных достижений советской науки; в этот период были созданы условия для развития новых разделов науки - молекулярной биологии, квантовой электроники и др.

В последние месяцы жизни Келдыш тяжело болел. 24 июня 1978 года тело М. В. Келдыша было обнаружено в автомобиле "Волга", находившемся в гараже на его даче. Официальное сообщение гласило, что смерть наступила в результате сердечного приступа. В то же время распространена версия о том, что он покончил жизнь самоубийством, отравившись выхлопными газами автомобильного двигателя[13], пребывая в глубокой депрессии. Урна с прахом Мстислава Всеволодовича Келдыша установлена в Кремлёвской стене на Красной площади в Москве.

За годы своей работы Мстислав Келдыш имел следующие награды: Трижды Герой Социалистического Труда (1956, 1961, 1971), 7 орденов Ленина, 3 ордена Трудового Красного Знамени (11.07.1943, 10.06.1945, 1953), Золотая медаль им. К. Э. Циолковского АН СССР (1972), Большая золотая медаль им. М. В. Ломоносова АН СССР (1975), Сталинская премия (1942, 1946), Ленинская премия (1957).


Позднее других известных конструкторов в ракетостроение пришёл Владимир Павлович Бармин. Родился он в 1909 году Москве, окончил реальное училище, а затем Московский механико-машиностроительный институт (в будущем МВТУ им. Баумана). После окончания института Бармин был направлен на московский завод "Котлоаппарат", занимавшийся производством холодильного оборудования.

Группа, которой руководил Бармин, в тридцатые годы разработала множество компрессоров самого разного назначения, в том числе для угольной промышленности, электровозов, авиации и морских судов. Особой разработкой был компрессор государственной важности, предназначенный для холодильной установки Мавзолея.

В середине тридцатых годов Бармин побывал в командировке в США, где знакомился с их успехами в области холодильных установок. По итогам поездки он сделал доклад, который мог бы помочь развитию отечественной холодильной промышленности. Однако спустя несколько лет заводу пришлось решать другие задачи.

30 июня 1941 года Владимира Бармина и директора завода вызвал к себе нарком общего машиностроения Пётр Паршин. Была поставлена задача полностью перестроить завод на разработку и серийное производство пусковых установок для ракет. Руководителем создаваемого на заводе СКБ стал инженер Реактивного института Андрей Костиков. Бармин был назначен его замом. Между ними возникли трения из-за того, что разработанные в Ракетном институте пусковые установки оказались недостаточно технологичными и не годились для серийного производства.

Бармин переработал конструкцию многих узлов установки и на свой страх и риск запустить в производство свой вариант. Костиков был оскорблён и написал жалобу в секретариат партии. Конфликт разбирала специально созданная комиссия, подтвердившая правоту Бармина. Костикова сняли с работы и на его место поставили Бармина.

Через месяц после начала войны завод "Компрессор" ( бывший "Котлоаппарат") изготовил и направил на полигон первую боевую установку БМ-13-16. В августе она была принята на вооружение и сыграла свою роль в боях за Москву. Под началом Бармина было создано для Красной Армии 78 типов экспериментальных и опытных конструкций "катюш". Из них 36 типов были приняты на вооружение. А усовершенствованная боевая машина БМ-13Н служила основной многозарядной пусковой установкой советских войск до конца войны.

За свои заслуги Бармин был награждён орденами Ленина, Кутузова I степени, Трудового Красного Знамени. Кроме того, он стал лауреатом Сталинской премии I степени.

По окончании войны Бармина назначили директором Государственного союзного конструкторского бюро специального машиностроения "Спецмаш". Была поставлена задача по созданию наземных систем и агрегатов для подготовки к пуску баллистических и зенитных ракет. Сразу после капитуляции Германии, туда была направлена группа советских инженеров для изучения немецких крылатых снарядов Фау -1 и баллистической ракеты Фау-2. Входивший в состав делегации Бармин сумел найти немецкий военный архив, в котором хранилась документация на различные образцы немецкой военной техники.

Бармин стал членом Совета главных конструкторов ("Большой шестёрки"), коллективы которых создавали основные компоненты всего космического комплекса. Группе Бармина поручили одну из самых ответственных частей работы - создание стартовых комплексов для баллистических ракет. Поскольку стартовый комплекс имел огромное число связей с ракетой, важна была работа в команде. Результат должен был устраивать все группы.

При этом между разными конструкторскими группами нередко возникали споры. К примеру, был спор между Королёвым и Барминым по конструкции ракеты Р-7. В итоге Королёв признал правоту Бармина. В 1955 году началась история Байконура. Именно там началось строительство комплексов, разработанных командой Бармина.

В 1961 году ОКБ-1 Королёва получило задачу разработать двухступенчатую межконтинентальную ракету с отделяющейся головной частью. (Р-9А). Руководящей организацией по созданию незащищённого наземного стартового комплекса и его оборудования было определено ГСКБ "Спецмаш". Команда Бармина участвовала в создании ракетно-ядерного щита над страной.

Бармин был главным конструктором стартового комплекса многоразовой ракетно-космической системы "Энергия" с орбитальным кораблём "Буран".

Бармин - основатель и первый заведующий кафедрой "Стартовые ракетные комплексы" МГТУ имени Н. Э. Баумана.

Бармин руководил созданием автоматических грунтозаборных устройств для исследования Луны и Венеры. С помощью одного из них была взята проба лунного грунта с глубины около 2,5 метра и обеспечена доставка его на Землю. С помощью другого был осуществлен забор образцов грунта в трёх точках поверхности Венеры, получена и передана по радиоканалу на Землю научная информация о его химическом составе.

КБ Бармина разработало оставшийся неосуществлённым первый в мире детальный проект лунной базы "Звезда", шуточно прозванной сотрудниками "Барминградом".

Бармин Лауреат Ленинской премии (1957), Четырёхкратный лауреат Государственной премии СССР (1943, 1967, 1977, 1985), Награждён шестью орденами Ленина (1943, 1956, 1959, 1961, 1969, 1979), орденами Октябрьской Революции (1971), орденом Кутузова I степени (16.09.1945), двумя орденами Трудового Красного Знамени (1944, 1975) и медалями.

Умер Владимир Бармин в 1993 году. Похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве.

Сын - Игорь Владимирович Бармин (р. 12.01.1943), генеральный директор - генеральный конструктор ФГУП "КБ общего машиностроения им. В. П. Бармина", с ноября 2011 года Президент Российской академии космонавтики имени К. Э. Циолковского.


Многие учёные, работавшие в Советском Союзе над секретными проектами, были долгое время неизвестны народу. Долгое время мало кто знал, что первым искусственным спутником Земли, первым запуском собаки в космос, первым полётом человека в космос мы обязаны Сергею Павловичу Королёву.

Сергей Королёв родился 30 декабря 1906 (12 января 1907) года в городе Житомире в семье учителя русской словесности Павла Яковлевича Королёва (1877-1929), родом из Могилёва, и дочери нежинского купца Марии Николаевны Москаленко (Баланиной) (1888-1980). Ему было около трёх лет, когда Павел Королёв ушел из семьи. Маленького Серёжу отправили в Нежин к бабушке Марии Матвеевне (1867-1936) и дедушке Николаю Яковлевичу Москаленко (1859-1921).

В 1915 году поступил в подготовительные классы гимназии в Киеве, в 1917 году пошёл в первый класс гимназии в Одессе, куда переехали мать, Мария Николаевна Баланина, и отчим - Григорий Михайлович Баланин (1880-1956).

В гимназии он учился недолго - её закрыли; потом были четыре месяца единой трудовой школы. Далее получал образование дома - его мать и отчим были учителями, а отчим, помимо педагогического, имел инженерное образование. Ещё в школьные годы Сергей интересовался новой тогда авиационной техникой и проявил к ней исключительные способности. В 1922-1924 учился в строительной профессиональной школе, занимаясь во многих кружках и на разных курсах.

В 1921 году познакомился с лётчиками Одесского гидроотряда и активно участвовал в авиационной общественной жизни: с 16 лет - как лектор по ликвидации авиабезграмотности, а с 17 - как автор проекта безмоторного самолёта К-5, официально защищённого перед компетентной комиссией и рекомендованного к постройке. Поступив в 1924 году в Киевский политехнический институт по профилю авиационной техники, Королёв за два года освоил в нём общие инженерные дисциплины и стал спортсменом-планеристом. Осенью 1926 года он переводится в Московское высшее техническое училище (МВТУ) имени Н. Э. Баумана.

За время учёбы в МВТУ С. П. Королёв уже получил известность как молодой способный авиаконструктор и опытный планерист.

2 ноября 1929 года на планёре"Жар-птица" конструкции М. К. Тихонравова Королёв сдал экзамены на звание "пилот-паритель", а в декабре того же года под руководством Андрея Николаевича Туполева защитил дипломную работу - проект самолёта СК-4. Спроектированные им и построенные летательные аппараты - планёры "Коктебель", "Красная Звезда" и лёгкий самолёт СК-4, предназначенный для достижения рекордной дальности полёта, - показали незаурядные способности Королёва как авиационного конструктора.

Однако, особенно после встречи с К. Э. Циолковским, Королёва увлекли мысли о полётах в стратосферу и принципы реактивного движения. В сентябре 1931 года С. П. Королёв и талантливый энтузиаст в области ракетных двигателей Ф. А. Цандер добились создания в Москве с помощью Осоавиахима общественной организации - Группы изучения реактивного движения(ГИРД; в апреле 1932 года она стала по существу государственной научно-конструкторской лабораторией по разработке ракетных летательных аппаратов, в которой были созданы и запущены первые советские жидкостно-баллистические ракеты (БР) ГИРД-09 и ГИРД-10.

17 августа 1933 года был осуществлён первый удачный пуск ракеты ГИРД.

В 1933 году на базе московской ГИРД и ленинградской Газодинамической лаборатории (ГДЛ) был создан Реактивный научно-исследовательский институт под руководством И. Т. Клеймёнова. Королёв был назначен его заместителем в ранге дивинженера.

В 1935 году он стал начальником отдела ракетных летательных аппаратов. В 1936 году ему удалось довести до испытаний крылатые ракеты: зенитную - 217 с пороховым ракетным двигателем и дальнобойную - 212 с жидкостным ракетным двигателем.

В его отделе к 1938 году были разработаны проекты жидкостных крылатой и баллистической ракет дальнего действия, авиационных ракет для стрельбы по воздушным и наземным целям и зенитных твердотопливных ракет.

Однако расхождения во взглядах на перспективы развития ракетной техники заставили Королёва оставить пост заместителя директора, и он был назначен на рядовую должность старшего инженера.

Уход на рядовую должность во многом помог Королёву и его семье. В 1938 году арестовали директора реактивного института Ивана Клеймёнова, потом одного из создателей легендарной "катюши", главного инженера Георгия Лангемака. Их семьи были репрессированы. Такая же участь ждала бы и семью Королёва, если бы он оставался на должности заместителя директора.

Но опасения у семьи оставались. Жена Королёва всё время ожидала ареста. Она поседела за одну ночь. Теперь некоторые знакомые переходили на другую сторону улицы. Были и такие врачи, которые отказывались ей, хирургу-травматологу, ассистировать при операциях. На дочку на этот случай были заготовлены документы об удочерении её бабушкой по материнской линии. Некоторые родители запрещали своим детям играть с этой трёхлетней девочкой во дворе.

Королёва в тюрьме избивали, сломали челюсти. Но он не признавал себя виновным в антисоветской деятельности. Тогда следователь применил психологический приём: "Если ты не сознаешься, завтра арестуют твою жену, а твоя дочь отправится в детский дом". Королёв решил подписать обвинения, а на суде всё отрицать. Но ему на суде не удалось, ни слова сказать.

25 сентября 1938 года Королёв был включён в список лиц, подлежащих суду Военной коллегии Верховного суда СССР. В списке он шёл по первой (расстрельной) категории. Список был завизирован Сталиным, Молотовым, Ворошиловым и Кагановичем. Председатель Военной коллегии Верховного суда СССР Ульрих осудил Королёва на 10 лет ИТЛ, и 5 лет поражения в правах.

На семейном совете было решено, что хлопотать за Королёва будет его мать Мария Николаевна. Матерей тогда не трогали. Она писала письма и телеграммы Сталину, Ежову, потом Берии. Все они оставались без ответа. Реальную идею спасения подал сам Королёв. В одном из писем он упомянул, что слышал о полёте на Дальний Восток женского экипажа, в котором была Валентина Гризодубова. Ещё он просил передать поклон дяде Мише. Родные с трудом поняли, что речь идёт об одном из первых Героев Советского Союза Михаиле Громове.

Громов написал записку председателю Верховного суда Ивану Голякову, после чего мать Королёва 31 марта 1939 года смогла попасть к нему в кабинет. На заявлении Марии Николаевны Голяков написал: "Товарищ Ульрих, прошу проверить правильность осуждения!".

Королёв находился в Новочеркасской пересыльной тюрьме. Его можно было ещё вернуть, но тюремная машина работала очень медленно. Этап с Королёвым ушёл. Попал Королёв на Колыму на прииск "Мальдяк". Заключённые там ночевали в брезентовых палатках при 50-градусных морозах. Лагерные медики спасали от цинги больных тем, что натирали им дёсна принесённой из дома сырой картошкой, делали отвары из еловых шишек.

Большую роль в спасении Королёва сыграл бывший директор Московского авиационного завода Михаил Александрович Усачёв. Он был арестован, когда на самолёте, выпущенном его заводом, разбился Валерий Чкалов. Усачёв был мастер спорта по боксу. Попав в лагерь, где правили уголовники, он решил навести там порядок. Старосте он приказал показать хозяйство. Когда зашли в палатку, там лежал умирающий Королёв. Усачёв добился перевода Королёва в лагерный лазарет и заставил уголовников делиться своими пайками.

Вскоре пришёл приказ направить Королёва в Москву для пересмотра дела. Спустя 4 месяца был судим вторично Особым совещанием, приговорён к 8 годам заключения и направлен в московскую спецтюрьму НКВД ЦКБ-29, где под руководством А. Н. Туполева, также заключённого, принимал активное участие в создании бомбардировщиков Пе-2 и Ту-2 и одновременно инициативно разрабатывал проекты управляемой аэроторпеды и нового варианта ракетного перехватчика.

Это послужило причиной для перевода С. П. Королёва в 1942 году в другое КБ тюремного типа - ОКБ-16 при Казанском авиазаводе ╧ 16 , где велись работы над ракетными двигателями новых типов с целью применения их в авиации. Здесь С. П. Королёв со свойственным ему энтузиазмом отдаётся идее практического использования ракетных двигателей для усовершенствования авиации: сокращения длины разбега самолёта при взлёте и повышения скоростных и динамических характеристик самолётов во время воздушного боя.

В начале 1943 года он был назначен главным конструктором группы реактивных установок. Занимался улучшением технических характеристик пикирующего бомбардировщика Пе-2, первый полёт которого с действующей ракетной установкой состоялся в октябре 1943 года.

В конце заключения с С. П. Королёвым произошло настоящее чудо: его должны были досрочно освободить из ГУЛага, но Королёв заболел и оказался в лазарете. Это спасло Сергея Павловича от смерти - корабль, вёзший на борту бывших политзэков, затонул. В июле 1944 года С. П. Королёва досрочно освободили из заключения со снятием судимости, но без реабилитации по личному указанию И. В. Сталина, после чего он ещё год проработал в Казани.

13 мая 1946 года появляется Постановление СМ СССР ╧ 1017-419сс "Вопросы реактивного вооружения". В августе 1946 года Королёв был назначен Главным конструктором Особого конструкторского бюро ╧ 1 (ОКБ-1), созданного в подмосковном Калининграде для разработки баллистических ракет дальнего действия, и начальником отдела ╧ 3 НИИ-88 по их разработке. Практически сразу же появился Совет главных конструкторов.

Первой задачей, поставленной правительством перед С. П. Королёвым как Главным конструктором ОКБ-1 и всеми организациями, занимающимися ракетным вооружением, было создание аналога ракеты Фау-2 из советских материалов. Но уже в 1947 году вышло постановление о разработке новых баллистических ракет с большей, чем у Фау-2, дальностью полёта - до 3000 км.

В 1948 году С. П. Королёв начал лётно-конструкторские испытания баллистической ракеты Р-1 (аналога Фау-2) и в 1950 году успешно сдаёт её на вооружение.

В течение одного только 1954 года Королёв одновременно работал над различными модификациями ракеты Р-1 (Р-1А, Р-1Б, Р-1В, Р-1Д, Р-1Е), закончил работу над Р-5 и наметил пять разных её модификаций, завершил сложную и ответственную работу над ракетой Р-5М - с ядерным боевым зарядом. Шли работы по Р-11 и её морскому варианту Р-11ФМ, и всё более ясные черты приобретала межконтинентальная Р-7.

В 1956 году под руководством С. П. Королёва была создана двухступенчатая межконтинентальная баллистическая ракета Р-7 с отделяющейся головной частью массой 3 тонны и дальностью полёта 8 тыс. км. Ракета была успешно испытана в 1957 году на построенном для этой цели полигоне ╧ 5 в Казахстане (нынешний космодром Байконур).

Для боевого дежурства этих ракет в 1958-1959 годах была построена боевая стартовая станция (объект "Ангара") в районе посёлка Плесецк (Архангельская область, нынешний космодром Плесецк). Модификация ракеты Р-7А с увеличенной до 11 тыс. км дальностью состояла на вооружении РВСН СССР с 1960 по 1968 годы.

В 1957 году Сергеем Павловичем были созданы первые баллистические ракеты на стабильных компонентах топлива (мобильного наземного и морского базирования); он стал первопроходцем в этих новых и важных направлениях развития ракетного вооружения. В 1955 году (задолго до лётных испытаний ракеты Р-7) С. П. Королёв, М. В. Келдыш, М. К. Тихонравов вышли в правительство с предложением о выведении в космос при помощи ракеты Р-7 искусственного спутника Земли (ИСЗ). Правительство поддержало эту инициативу. В августе 1956 года ОКБ-1 вышло из состава НИИ-88 и стало самостоятельной организацией, главным конструктором и директором которой был назначен С. П. Королёв.

Для реализации пилотируемых полётов и запусков автоматических космических станций С. П. Королёв разработал на базе боевой ракеты семейство совершенных трёх- и четырёхступенчатых носителей.

4 октября 1957 года был запущен на околоземную орбиту первый в истории человечества искусственный спутник Земли. Его полёт имел ошеломляющий успех и создал Советскому Союзу высокий международный авторитет.

Параллельно с подготовкой к пилотируемым полётам ведутся работы над спутниками научного, народнохозяйственного и оборонного назначения. В 1958 году разрабатываются и выводятся в космос геофизический Спутник-3, а затем и парные спутники "Электрон" для исследования радиационных поясов Земли.

В 1959 году создаются и запускаются три автоматические станции к Луне: "Луна-1" пролетела вблизи Луны, впервые зарегистрировав Солнечный ветер, "Луна-2" впервые в мире совершила перелёт с Земли на другое космическое тело, доставив на Луну вымпелы Советского Союза, "Луна-3" впервые выполнила фотографирование обратной (невидимой с Земли) стороны Луны, было отснято около 70 % обратной стороны Луны. В дальнейшем С. П. Королёв начинает разработку более совершенного лунного аппарата для мягкой посадки на поверхность Луны, фотографирования и передачи на Землю лунной панорамы.

12 апреля 1961 г. С. П. Королёв снова поражает мировую общественность. Создав первый пилотируемый космический корабль "Восток-1", он реализует первый в мире полёт человека в космос - гражданина СССР Юрия Алексеевича Гагарина - по околоземной орбите. Первый космический корабль сделал только один виток: никто не знал, как человек будет себя чувствовать при столь продолжительной невесомости, какие психологические нагрузки будут действовать на него во время необычного и неизученного космического путешествия.

За подготовку первого полёта человека в космос С. П. Королёв был вторично удостоен звания Героя Социалистического Труда.

Вслед за первым полётом Ю. А. Гагарина 6 августа 1961 года Германом Степановичем Титовым на корабле "Восток-2" был совершён второй космический полёт, который длился одни сутки. Затем совместный полёт космических кораблей "Восток-3" и "Восток-4", пилотируемых космонавтами А. Г. Николаевым и П. Р. Поповичем, с 11 по 12 августа 1962 года; между космонавтами была установлена прямая радиосвязь. На следующий год - совместный полёт космонавтов В. Ф. Быковского и В. В. Терешковой на космических кораблях "Восток-5" и "Восток-6" с 14 по 16 июня 1963 года: изучается возможность полёта в космос женщины. После полёта С.Королёв сказал своей жене, что женщинам в космосе не место.

С 12 по 13 октября 1964 года на более сложном космическом корабле "Восход" в космосе был экипаж из трёх человек различных специальностей: командира корабля, бортинженера и врача.

Первый в мире выход в открытый космос состоялся 18 марта 1965 года во время полёта корабля "Восход-2" с экипажем из двух человек. Космонавт А. А. Леонов в скафандре вышел через шлюзовую камеру и находился вне корабля около 20 минут.

Продолжая развивать программу пилотируемых околоземных полётов, Сергей Павлович начинает реализовывать свои идеи о разработке пилотируемой ДОС (долговременная орбитальная станция). Её прообразом явился принципиально новый, более совершенный, чем предыдущие, космический корабль "Союз". В состав этого корабля входил бытовой отсек, где космонавты могли долгое время находиться без скафандров и проводить научные исследования. В ходе полёта предусматривались также автоматическая стыковка на орбите двух кораблей "Союз" и переход космонавтов из одного корабля в другой через открытый космос в скафандрах. Сергей Павлович не дожил до воплощения своих идей в космических кораблях "Союз".

Ещё в середине 1950-х годов Королёв вынашивал идеи запуска человека на Луну.

Соответствующая космическая программа разрабатывалась при поддержке Н.Хрущёва. Однако эта программа так и не была реализована при жизни Сергея Павловича из-за отсутствия единоначалия (программа разрабатывалась под руководством Минобороны СССР, в котором Королёв не работал), разногласий с главным конструктором ракетных двигателей В. П. Глушко, а также смены руководства КПСС - Л. И. Брежнев не придавал лунной программе такого значения, как Хрущёв. После смерти Сергея Павловича программа запуска космонавтов на Луну была постепенно свёрнута. Советская программа освоения Луны в дальнейшем производилась с помощью беспилотных космических кораблей.

Сергей Королёв мог дважды получить Нобелевскую премию. Первый раз его хотели наградить за запуск первого искусственного спутника Земли, второй - после полёта в космос Юрия Гагарина. Но, на обращение Нобелевского комитета Хрущёв ответил, что творцом новой техники у нас является весь народ.

В стране Королёв имел следующие награды: Дважды Герой Социалистического Труда (20.04.1956; 17.06.1961). три орденами Ленина, орден "Знак Почёта" и медали. Он был Лауреатом Ленинской , Академиком АН СССР.

В то же время советских вождей раздражало стремительное возвышение Королёва. От него, в какой-то степени, зависел престиж всей страны. Он никогда и никого не боялся. Он мог в процессе обсуждения какой- либо проблемы оборвать, даже министра: "Помолчите-ка, вы здесь меньше всех понимаете!"

Естественно, руководству это нравиться не могло. Тем более, что появились конкуренты-ракетчики Челомей и Янгель. Когда Королёв спросил у Хрущёва, почему срезаны ассигнования на его проекты, тот грубо ответил: "Не одному тебе кормиться от шмотка сала, другим тоже надо дать пожевать!"

В декабре 1965 года обстановка накалилась до предела. У Королёва захотели отобрать "Союз" и передать уже почти готовый корабль на другое предприятие. Начальство создавало невыносимую обстановку и мечтало избавиться от крутого конструктора.

Многолетняя борьба подорвала здоровье Королёва. Его уже не раз увозила "Скорая". Ему поставили диагноз - кровоточащий полип в прямой кишке. Была назначена операция и в январе 1966 года Королёв лёг в Кремлёвскую больницу.

Имя Королёва мир узнал только после его кончины. 16 января 1966 года в газете "Правда" было опубликовано медицинское заключение о болезни и причине смерти товарища Королёва Сергея Павловича:

"Тов. С. П. Королёв был болен саркомой прямой кишки. Кроме того, у него имелись: атеросклеротический кардиосклероз, склероз мозговых артерий, эмфизема лёгких и нарушение обмена веществ. С. П. Королёву была произведена операция удаления опухоли с экстирпацией прямой и части сигмовидной кишки. Смерть тов. С. П. Королёва наступила от сердечной недостаточности (острая ишемия миокарда)".

Позднее стали известны некоторые подробности операции. Её делал министр здравоохранения академик Борис Петровский. Но Королёва перед операцией толком не обследовали, не сделали кардиограмму. А у него была мерцающая аритмия. Как же такое могло случиться? Ведь Петровский знал, кого оперирует.

Маленькой операции по удалению полипа не получилось. Из-за сильного кровотечения пришлось вскрывать брюшную полость. Когда Петровский увидел большую злокачественную опухоль, то на подмогу вызвал академика Вишневского. Пока два академика колдовали над опухолью, анестезиологи мучились с "древней" наркозной аппаратурой. И это в Кремлёвской больнице! Первоклассная аппаратура была, но в другой операционной, а не в этой, предназначенной для простых смертных. И этот штрих характеризует отношение руководства страны к Королёву.

Королёву пришлось давать препараты, расслабляющие мышцы и одновременно останавливающие самостоятельное дыхание. Нужно было срочно вводить в гортань через рот специальную трубку для осуществления искусственной вентиляции лёгких. И тут выяснилось, что интубационная трубка не входит в рот. Дело в том, что из-за сломанных в заключении челюстей, Королёв не мог достаточно широко раскрывать рот во время еды. Ему не смогли корректно ввести дыхательную трубку в трахею. Королёв умер на операционном столе.

Гроб с телом покойного С. П. Королёва был установлен в Колонном зале Дома Союзов. Для прощания с покойным был открыт доступ 17 января 1966 года с 12 часов дня до 8 часов вечера. Похороны с государственными почестями состоялись на Красной площади Москвы 18 января в 13 часов. Урна с прахом С. П. Королёва захоронена в Кремлёвской стене.

Смерть Королёва подвела черту, под большими достижениями Советского Союза в космосе.


Но, Сергея Павловича Королёва в ракетной технике де-факто можно считать самым талантливым учеником заочной школы фон Брауна. И не только Королёв, а все советские главные конструкторы ракетных подсистем, в т.ч. двигателей и систем управления, наземки - члены первого королёвского совета главных конструкторов - тоже, по сути дела, ученики-заочники инженерной школы фон Брауна.

Вернер фон Браун родился 23 марта 1912 года в прусском городе Вирзиц (сейчас это польский город Выжиск) в родовитом аристократическом семействе барона Магнуса фон Брауна и баронессы Эммы фон Браун, урождённой фон Квисторп. Вернер был вторым из трёх сыновей фон Браунов.

До школы воспитанием Вернера занималась в основном мать, от которой, по заверениям отца, Браун унаследовал свои способности. Эмма знала 6 европейских языков и установила в семье традицию - каждый день недели разговаривать только на одном из них. Она же научила Вернера хорошим манерам и игре на фортепиано. Позже к фортепиано прибавилась ещё виолончель. С музыкой Вернер не расставался никогда. Его любимым композитором был Бах. В свободную минуту взрослый Вернер охотно садился за фортепиано, играл, как правило, без нот.

В 1923 г. семья переезжает в Берлин и Вернера отдают во французскую гимназию. Он не был прилежным учеником, но зато задумал и сам смастерил некое подобие ракетного автомобиля из тележки на колёсах для фруктов и фейерверочных ракет, запуская это устройство на улице, пугая соседей. Наверное, это было его первое знакомство с ракетами. На тринадцатилетие мама подарила Вернеру телескоп, и он с удовольствием рассматривал звездное небо и Луну.

В 1925 г. Вернеру попала в руки книга, которая поразила его, начиная с названия. Это была книга одного из пионеров ракетной техники физика Германа Оберта "Ракета в межпланетное пространство", первое издание которой вышло в 1923 г.

Вернер спрашивает у своего школьного учителя: "Что надо сделать, чтобы разобраться в книге Оберта?". - Нужно как следует учить математику и физику.

В то время Вернер отнюдь не блистал знаниями этих предметов. Через пару лет он станет лучшим учеником по физике и математике. Ведь у него была цель - осилить книгу Оберта. В 1927 г. он знал её, как говорится, близко к тексту. Она стала его руководством к действию.

15 февраля 1927 г. "Немецкая молодежная газета" публикует первую статью 15-летнего учащегося Вернера "Путешествие на Луну: астрономические и технические аспекты". В этом же году он пишет письмо Оберту: "...Я знаю, Вы верите в будущее ракет. Я тоже. Оттого и беру на себя смелость послать Вам небольшую работу по ракетостроению, которую недавно написал". Оберт прислал ответ: "Не останавливайтесь, молодой человек. Если Вы продолжите в том же духе, то наверняка станете способным инженером".

В 1928 г. родители переводят Вернера в интернат под Веймаром - учебное заведение с более строгими порядками. Вернер зачитывается научной фантастикой (Жюль Верн, Уэллс) и научно-популярной литературой.

В 1930 г. Вернер поступил учиться в Берлинскую высшую техническую школу, чтобы стать инженером - первым инженером в роду Браунов. В этом же году происходит его личная встреча с Германом Обертом и Вернер становится его помощником, участвуя в подготовке испытаний жидкостного ракетного двигателя Оберта "Кегельдюзе", который работал на бензине и жидком кислороде и развивал тягу в 7 кг. 23 июня 1930 г. после ряда успешных пусков были проведены официальные испытания двигателя, которые также прошли успешно. Двигатель стабильно проработал 45,6 секунд. Т.о. будущий конструктор ракет начинал как двигателист.

В 1932 г. фон Браун сдает выпускные экзамены и получает звание авиационного инженера. Вернер понимает - чтобы строить ракеты, надо познакомиться с техникой вообще. С этой целью он проходит практику на локомотивном заводе Борзига в Берлине.

Вернер понимает, что занятие ракетным делом - дорогостоящее удовольствие. Кто может выделить необходимые средства? Эту проблему помог решить случай. Однажды пассажирами такси, которое водил 19-летний Вернер для пополнения своего студенческого бюджета, оказались два офицера, предметом их разговора были ... ракеты! Очень тактично водитель подал несколько реплик по сути разговора, вполне профессиональных, после чего последовало приглашение явиться на беседу в Главный штаб сухопутных сил - одним из собеседников был капитан Вальтер Дорнбергер, занимавшийся ракетной программой армии.

В ослабленной Первой мировой войной и экономическими кризисами Германии военные обратили свой взор на ракеты как оружие, разрабатывать которое, в отличие от авиации и артиллерии, не запрещал Версальский договор.

Результатом встречи явился подписанный фон Брауном контракт с военными на работу в области ракетостроения в качестве вольнонаёмного штатского специалиста на артиллерийском полигоне в Куммерсдорфе под Берлином.

1 ноября 1932 г. Вернер приступил к работе. Первоначально весь его штат состоял из одного механика. Став сотрудником полигона, фон Браун получил через полковника Беккера, который заведовал кафедрой баллистики в университете, небольшую финансовую поддержку для проведения экспериментов, нужных для диссертации, над которой он работал. Уже в январе 1933 г. Браун поставил на испытательный стенд охлаждаемый водой двигатель тягой в 140 кг. Не всё проходило гладко. Испытания сопровождались взрывами, загрязнением вентилей, пожарами в кабельных стволах и другими неприятностями. Браун, используя деньги военного ведомства, привлекает квалифицированных консультантов и размещает заказы на отдельные детали двигателей на специализированных предприятиях.

Совместно с группой Вальтера Риделя фон Браун разрабатывает проект двигателя на тягу 300 кг, используя в качестве топлива жидкий кислород (окислитель) и 75% спирт - эту пару в своё время предлагал Оберт. Секретной ракете с этим двигателем дали открытое наименование "Агрегат-1", сокращенно - А-1.

При попытке запуска ракета взорвалась. Тут же приступили к разработке улучшенного варианта ракеты А-2, изготовили два экземпляра. В декабре 1934 г. состоялись пуски этих ракет на острове Боркум и в Северном море. Ракеты, запущенные вертикально, поднялись на высоту 2,3 км. Это был первый успех, правда "невысокий".

В конце 1934 г. 22-летний Вернер фон Браун успешно защищает диссертацию "Конструктивные, теоретические и экспериментальные соображения к проблеме жидкостных ракет" и получает ученую степень Phd - доктора философии, что в СССР, приблизительно соответствует ученой степени кандидата наук.

Следующая ракета фон Брауна - А-3 на дальность 50 км. Для её лётных испытаний станция в Куммерсдорфе слишком мала. Под новый ракетный полигон Вернер фон Браун по совету матери в конце 1935 г. выбирает малонаселенное место - остров Узедом в Балтийском море, расположенный недалеко от рыбацкого посёлка Пенемюнде - там в своё время охотился на уток дед Вернера.

В 1936 г. фон Брауну удалось убедить командование Люффтвафе выкупить землю, которую он присмотрел под полигон. Новый секретный ракетный полигон получил название "Армейская экспериментальная станция Пенемюнде". Полигон позволял производить ракетные стрельбы на максимальную дальность около 300 км, траектория полета проходила над морем. Пенемюнде со временем стало больше, чем полигоном. Это был первый и крупнейший в мире центр ракетостроения. Строительство центра велось с размахом, около 3-х лет, военные денег не жалели.

Возводился городок для научно-инженерного персонала и конструкторского бюро (блок IV), заводские цеха и лаборатории, завод по производству жидкого кислорода, электростанция, аэродром, самая большая в Европе сверхзвуковая аэродинамическая труба для продувки моделей ракет, построенная по настоянию фон Брауна, более 10 больших испытательных стендов, в т.ч. стенд ╧7 для огневых испытаний ракет, стартовые площадки, бараки для рабочих, подъездные пути - железнодорожные и шоссейные. Получился уникальный комплекс: фактически на одной территории собрали НИИ, КБ, завод и экспериментальную базу, в том числе для летных испытаний ракет.

Браун был техническим руководителем, а Дорнбергер - военным командиром "Пенемюнде-ОСТ" ("Пенемюнде-Вест" находился в ведении Люфтваффе). Заказы для ракетного центра выполняли крупнейшие фирмы Германии. В 1937 г. фон Браун с сотрудниками переехал в Пенемюнде.

Так сложилось, что в то время, как арестованный Королёв находился в лагере на грани смерти, фон Браун уже занимался испытаниями ракет. Пуски ракет А-3 начались зимой 1937 г. Все четыре летных испытания оказались аварийными из-за отказов в системе управления. Уже на стадии проектирования А-3 Вернер фон Браун и Вальтер Ридель задумали большую боевую ракету, которая стала известна как А-4. Через 10 лет после начала теоретических исследований ракета А-4 имела следующие характеристики: длина - 14 м., диаметр - 1,65 м., размах стабилизаторов - 3,55 м., стартовый вес - 12,9 тонн, тяга двигателя - 25 тонн (земная), вес боеголовки - 1 тонна, дальность - 275 км.

Вернер фон Браун был первым, кто привлек к разработке профессионалов - учёных и инженеров, специализированные промышленные предприятия, т.е. разнородные коллективы, которые Браун объединил ради достижения единой цели.

Учёные вербовались через "Имперский исследовательский совет". Были озадачены все 30 институтов "Общества Кайзера Вильгельма" (аналог нашей Академии наук), в том числе "Немецкий исследовательский институт техники ракетоплавания", Институт Германа Геринга. Эти институты в течение нескольких месяцев в 6 раз увеличили свои штаты.

В ракетной программе фон Брауна были заняты десятки лабораторий при промышленных концернах, почти все технические исследовательские учреждения и несколько специализированных КБ гитлеровской Германии, в 1939 г. были отозваны из действующей армии 4 тысячи технических специалистов и направлены для работы над ракетной программой.

А позже, когда началось серийное производство ракеты А-4, в качестве смежников были привлечены 800 военных заводов в Германии и из оккупированных нацистами европейских стран. Действовала чёткая система заказов и поставок комплектующих, даже в условиях войны.

Управляемая БРДД А-4 со свободным вертикальным взлетом класса "Земля-Земля" предназначалась для поражения площадных целей с заранее заданными координатами. На ракете был установлен ЖРД открытой схемы конструкции доктора Вальтера Тиля на компонентах топлива спирт (75%, из картофеля) - жидкий кислород с немыслимой по тем временам тягой в 25 тонн. Существовавший в то время в мире максимальный уровень тяги был превышен в 17 раз! Это был действительно большой скачок.

В 1940 г. начались огневые испытания камеры сгорания двигателя ракеты А-4. Разработки, исследования и испытания в Пенемюнде шли параллельно со строительством. В 1937-1940 гг. собственно в строительство центра Пенемюнде было вложено более 550 млн. рейхсмарок - сумма по тем временам огромная. Оснащение центра новейшей измерительной аппаратурой и специальным оборудованием осуществлялось всеми ведущими электро- и радиотехническими фирмами Германии.

В 1943 г. численность основного персонала в Пенемюнде составляла 15000 человек. Новые стенды позволяли вести огневые испытания двигателей с тягой от 100 кг до 100 т.

В конце 1941 г. было произведено первое огневое стендовое испытание ракеты А-4, при котором из-за ошибки персонала произошёл взрыв, ракета и стенд были разрушены. В 1942 г. начались экспериментальные пуски. Первый удачный пуск ракеты, четвертой по счету, состоялся 3 октября 1942 г. Впервые в мире ракета достигла сверхзвуковой скорости и прикоснулась к границе космоса, достигнув высоты 90 км и пролетев 192 км. Сам Оберт, находившийся тогда в Пенемюнде, поздравил фон Брауна и разработчиков. У стартовой площадки водрузили большой валун с надписью: "3 октября 1942 г. этот камень упал с моего сердца. Вернер фон Браун".

После первого удачного пуска было еще много пусков - больше аварийных, чем нормальных. В процессы отработки в конструкцию Фау-2 будет внесено 65 тыс. изменений для устранения дефектов, однако до приемлемого уровня надежности ракету довести так, и не удалось.

В ночь с 17 на 18 августа 1943 года был налет на Пенемюнде армады английских бомбардировщиков. Во время бомбежки погибли 735 человек. В том числе главный конструктор двигателя Вальтер Тиль и его семья, а фон Браун спасал техническую документацию из горящего здания КБ, подвергая свою жизнь опасности.

С упорством и ожесточением немцы в условиях войны сумели за короткий срок не полностью, но возобновить работу Пенемюнде; построить огромный подземный завод "Миттельверк" близ Нордхаузена и организовать на нем серийное производство ракет проектной мощностью 30 ракет в день, до 600 в месяц. При этом использовался рабский труд иностранных рабочих, военнопленных, узников концлагерей под эгидой СС.

Продолжились летные испытания Фау-2 в Польше на артиллерийском полигоне Близна. Весной 1944 г. жизнь фон Брауна второй раз подверглась риску, когда преждевременно отключился двигатель и ракета начала падать на стартовую площадку, где находился фон Браун, и его спасло то, что ракета взорвалась в воздухе.

В сентябре 1944 года - обстрелы ракетами Фау-2 Лондона (более 500 ракет), Антверпена, Парижа с жертвами и разрушениями. Только в Лондоне - 2700 убитых, 17 тысяч раненых, 26 тысяч разрушенных домов (цифры в немецких и английских источниках разнятся). Первое боевое применение жидкостных ракет против мирного населения не деморализовало британцев и не могло изменить ход Второй мировой войны, как на это рассчитывали главари Третьего Рейха. При производстве ракет Фау-2 погибло больше людей, чем от их боевого применения.

Технический директор Пенемюнде Вернер фон Браун организованно провёл эвакуацию персонала и технической документации (14 тонн) на юг Германии и после самоубийства Гитлера принял решение о добровольной сдаче армии США. Вскоре более 100 лучших немецких спецов были переправлены в США.

Позже в результате проведения спецоперации "Пейперклип" число немецких специалистов превысило 785 человек. Инженерная мысль Пенемюнде работала вплоть до эвакуации. Это и проекты крылатой ракеты А-4 повышенной дальности и первый в мире проект двухступенчатой межконтинентальной ракеты А-9/А-10, предназначенной для обстрела США.

В Америке фон Браун, работая в интересах армии США, сделал удачную модернизацию Фау-2 - надежную ракету "Редстоун", первую американскую БРДД с атомной боеголовкой. Модификация этой ракеты стала первой ступенью ракеты-носителя "Юпитер-С", которая в 1958 году вывела на орбиту первый американский спутник "Эксплорер" весом 13,9 кг. Конкуренция между ВМФ и армией США лишила фон Брауна возможности реализовать проект запуска сателлита "Орбитер" весом 2,9 кг. ракетой "Редстоун", с которым он выступил в 1954 году. После запуска первого американского спутника фон Браун стал американской знаменитостью (американское гражданство он получил в 1955 году).

21 июля 1958 г. на базе Национального консультативного комитета по аэронавтике США по предложению президента Эйзенхауэра было создано гражданское космическое ведомство - Национальное управление по аэронавтике и исследованию космического пространства (НАСА).

Первого октября 1958 г. НАСА приступило к работе и вскоре предложило проект "Меркурий" - вывод на орбиту КА с человеком на борту, причем первые полёты астронавтов планировались как суборбитальные. Центр космических полётов им. Дж.Маршалла начал работу 1 июля 1960 г. и его руководителем был назначен Вернер фон Браун, а его команда перешла в НАСА из Редстоунского армейского арсенала.

Команда Брауна, спустя 15 месяцев после запуска первого американского спутника, при поддержке президента Эйзенхауэра, приступила к работе над программой пилотируемых космических полётов.

12 апреля 1961 г. на космическом корабле "Восток-1" конструкции КБ С.П.Королёва успешно совершил свой орбитальный космический полёт Юрий Гагарин. По престижу США был нанесён второй, после запуска первого спутника Земли, чувствительный удар.

20 апреля 1961 г. новый президент Кеннеди послал меморандум Линдону Джонсону, которого он назначил председателем Национального совета по космическим исследованиям с просьбой оценить состояние и цели космических исследований в США. "Можем ли мы обойти Советский Союз, запустив в космос лабораторию, или облетев вокруг Луны, или посадив ракету на Луну, или отправив ракету с человеком на борту для полёта на Луну и обратно? Есть ли ещё какая-либо космическая программа, которая обещает впечатляющий результат, в которой мы можем быть первыми?" - спрашивал Кеннеди.

Джонсон с энтузиазмом взялся за поиск космической инициативы и сделал запрос фон Брауну. Мнение фон Брауна и руководства НАСА состояло в том, что если США начнут разработку больших ракет-носителей, то у них есть отличный шанс первыми осуществить высадку астронавтов на Луну и вернуть их на Землю, и таким образом победить СССР в космической гонке. Линдон Джонсон провел совещание специалистов, все участники которого однозначно сказали "да" на вопрос - пошлем ли мы человека на Луну.

5 мая 1961 г. Алан Шепард стал первым американцем, побывавшем в космосе, правда в суборбитальном полёте. В качестве РН использовалась конверсированная ракета "Редстоун" фон Брауна. Двадцать пятого мая 1961 г. президент Кеннеди выступил с внеочередным посланием к конгрессу, в котором прозвучали такие слова: "Я считаю, что наша страна должна поставить себе цель ещё до окончания этого десятилетия обеспечить посадку человека на Луну и безопасное возвращение его на Землю". Таким образом, в начале престижного Лунного проекта США была политическая воля и слово президента Кеннеди.

После согласия конгресса Лунной программе США был дан зелёный свет.

Фон Браун и его команда начали с проектирования экспериментальной ракеты "Сатурн-1" на компонентах топлива кислород-керосин. На первой ступени этой ракеты использовались 8 модифицированных двигателей ракеты "Юпитер", которые создавали суммарную тягу 680 тонн. Высота ракеты составляла 38,1 м, а забрасываемая на орбиту масса полезного груза - 10 т. Она, в основном, использовалась для испытания отдельных компонентов будущего лунного комплекса, но, кроме того, вывела на орбиту несколько исследовательских спутников.

Вслед за "Сатурном-1" была создана похожая, несколько усовершенствованная РН "Сатурн-1Б", двигательная установка её первой ступени состояла из 8 усовершенствованных двигателей ракеты "Юпитер" (компоненты топлива - жидкий кислород и керосин) с суммарной тягой 745 т. Для второй ступени использовался новый двигатель J-2 тягой 104 т на криогенных компонентах топлива - жидких кислороде и водороде. Стартовый вес "Сатурна-1Б" составил 589 т, высота 68 м, полезная нагрузка - 16 т. Ракета "Сатурн-1Б" использовалась, главным образом, для отработки водородного двигателя II ступени.

С помощью РН "Сатурн-1Б" в 1966 г. были осуществлены 2 запуска спускаемого аппарата экспериментального основного блока корабля "Аполлон" по баллистической траектории со входом в атмосферу со скоростью 8 км/с. В том же году была запущена ракета "Сатурн-1Б" для проверки повторного запуска кислородно-водородного ЖРД J-2.

Вслед за двухступенчатыми "Сатурном-1" и "Сатурном-1Б" команда Вернера фон Брауна задумала трехступенчатый "Сатурн-V". По первоначальному проекту ракета-носитель "Сатурн-V" имела стартовую массу более 2700 т, высоту 111 м, могла доставить на орбиту груз 140 т или послать груз 47 т на Луну.

В 1967 г. был произведен первый беспилотный запуск РН "Сатурн-V" с экспериментальным основным блоком КА "Аполлон" по баллистической траектории для проверки спускаемого аппарата при входе в атмосферу со скоростью 11 км/с. В 1968 г. подобный запуск был повторён. В этому же году на околоземной орбите испытан лунный корабль (РН "Сатурн-1Б") без экипажа, затем при помощи такой же РН был запущен на орбиту спутника Земли и основной блок с экипажем и, наконец, на селеноцентрическую орбиту РН "Сатурн-V" был выведен основной блок "Аполлона" с 3 астронавтами на борту.

Назначенный первым директором Центра космических полетов им. Маршалла, Вернер фон Браун контролировал 40% многомиллиардного бюджета НАСА. Была создана уникальная экспериментальная база, которая стала "величайшим национальным достоянием" США. На создание этой базы потребовалось пять лет: примерно три года - на планирование и около двух лет - на строительство.

В 1962 г. в основных чертах было выполнено проектирование лунного корабля. Ответственность за проектирование РН "Сатурн - V" была возложена на Вернера фон Брауна и его команду из центра Маршалла. НАСА заключило контракты на изготовление первой ступени с компанией "Боинг", второй - с "Норт америкен авиэйшн", третьей - с компанией "Дуглас".

В сентябре 1963 г.Джордж Мюллер стал новым руководителем по пилотируемым космическим полетам НАСА. Он сразу же дал указание сделать жесткий и объективный анализ состояния программы "Сатурн V - Аполлон" и, главное, реалистичную оценку срока первой высадки астронавтов на Луну. Получилось, что речь может идти о конце 1971г. Мюллер потребовал радикальных изменений планов с целью ускорения работ. При подготовке полета на Луну команда Брауна собиралась как следует отработать каждую из ступеней "Сатурн - V" по отдельности, прежде чем объединять их для окончательных испытаний. Мюллер принял важное решение - первую ступень испытывать не с макетами, а с настоящими верхними ступенями, что даст возможность выиграть время и лететь на Луну до конца десятилетия. И снова Браун согласился, отставив собственный первоначальный план отработки "Сатурна - V".

16 января 1963 г. президент Кеннеди посетил Центр управления пуском на мысе Канаверал для ознакомления с ходом выполнения Лунной программы. Вернер фон Браун также приехал в этот центр, чтобы продемонстрировать президенту "Сатурн - ╡" и макеты оборудования для лунного корабля. Увиденное произвело на Кеннеди сильное впечатление, но 20 ноября 1963 года сенат урезал бюджет НАСА на $612 млн. 21 ноября Кеннеди отправился в поездку по Техасу, и одной из целей поездки было активизировать поддержку его "лунной" инициативы. А 22 ноября прогремели выстрелы в Далласе.

В НАСА были опасения, что убийство президента может привести к закрытию программы "Сатурн - Аполлон". Но Линдон Джонсон, ставший преемником Кеннеди на посту президента, оказался достойным продолжателем дела своего предшественника. А тем временем состоялись первые суборбитальные полеты американских астронавтов по проекту "Меркурий". У фон Брауна сложились очень хорошие отношения с астронавтами, которые уважали его и восхищались им.

В 1967 г. случилась американская трагедия - на мысе Канаверал погиб погиб экипаж первого корабля "Аполлон" - Чаффи, Уайт, Гриссом - из-за пожара в капсуле, заполненной кислородом. Эта катастрофа задержала выполнение Лунной программы на 2 года. В 1968 г. американцы переживали события, которые отвлекали общественность от космических дел. Это и война во Вьетнаме, и убийства Роберта Кеннеди и Мартина Лютера Кинга.

Несмотря ни на что, программа "Сатурн-Аполлон" быстро продвигалась вперед. 1969 стал годом успешной высадки астронавтов Нила Армстронга и Эдвина Олдрина на Луну и их благополучного возвращения на Землю. В Хантсвилле после успешного полета системы "Сатурн V- Аполлон-11" на Луну горожане пронесли фон Брауна по улицам города на руках. 13 августа 1969 года - парад на Бродвее в Нью-Йорке, президентский обед в отеле "Сэнчери плаза" в Лос-Анджелесе на 1440 гостей, в числе которых - фон Браун с женой Марией.

После окончания программы "Сатурн - Аполлон" фон Браун обрисовал в общих чертах широкую и далеко идущую космическую программу, включившую завершение исследования Луны, запуск спутников ДЗЗ, космический корабль многократного использования, станции на околоземной орбите и экспедицию человека на Марс, подготовил на эту тему статью для журнала "Ридерс Дайджест" о новом космическом плане, однако, она так и не была опубликована.

Новый администратор НАСА Томас Пейн, тот самый, который предложил отменить 4 последних полета на Луну с целью экономии 6 млрд., понимал и видел, что центр им. Маршалла выполнил свою миссию и не имеет портфеля значимых проектов на будущее, а его директор мог либо остаться без значительного дела в Хантсвилле, либо помочь выработать будущий курс НАСА в штаб-квартире в Вашингтоне.

Пейн пригласил фон Брауна заняться в НАСА планированием будущих космических программ США. В феврале 1970 г. фон Браун приступил к новой работе. В марте 1970 г. президент Никсон поддержал наименее дорогостоящий (5,1 млрд. США) вариант будущей космической программы - создание челнока, вызвав глубокое разочарование руководства и всех сотрудников НАСА (фактические расходы на этот проект составили 10 млрд. долл. США). Фон Браун считал выбранный вариант конструкции Space Shuttle опасным - ракеты на твердом топливе никогда не использовались в качестве ускорителей, отсутствовала система аварийной эвакуации экипажа. И, как показала катастрофа "Челленджера", он был прав.

Томас Пейн объявил о своей отставке в 1970 г. Фон Браун лишился своего самого влиятельного союзника. Как отмечал один из его немецких коллег: "С этого дня фон Браун стал сам не свой. Его можно было видеть одиноко бродящим по длинным коридорам".

Экспедиция на Марс вообще откладывалась на неопределенное время. Одержав победу в лунной гонке, американское общество утратило интерес к космическим проектам. Больших расходов требовала война во Вьетнаме, наметился спад в экономике.

Полный планов и замыслов фон Браун понимал, что его карьера в большой ракетно-космической технике завершена, но не сдавался. 30 июня 1972 года 60-летний фон Браун покинул НАСА и принял приглашение своего друга Эдда Ула, президента Корпорации "Ферчайлд индастриз", небольшой частной аэрокосмической фирмы, занять должность исполнительного вице-президента по опытно-конструкторским работам. На него было возложено стратегическое планирование будущего корпорации. Его новые сотрудники относились к фон Брауну с громадным уважением.

В это время у Брауна начались проблемы со здоровьем. Летом 1973 года у Брауна диагностировали злокачественную опухоль почки. Ему удалили почку и провели курс лучевой терапии. Фон Брауну удалось одержать очередную победу, на этот раз - над страшной болезнью, и вернуться к работе, но не надолго.

В то время главным проектом фон Брауна стал проект прикладного технологического спутника (ПТС) - мощного ретранслятора, обеспечивающего прием телепрограмм с помощью недорогого оборудования. В 1974 г. ПТС был запущен на геостационарную орбиту над Индией для передачи, в первую очередь, образовательных программ в 2700 деревень. Попытки фон Брауна и руководства компании продать эту технологию еще куда-нибудь оказались безрезультатными.

После 40-летнего перерыва фон Браун стал снова летать на планерах и самолетах, получил лицензию на управление гидросамолетом. Как планерист фон Браун получил "Серебряный знак", поднявшись на высоту 3353 м. над горами Адирондак.

В 1975 г. у фон Брауна случился рецидив болезни - опухолевые клетки обнаружили в кишечнике, и последовала вторая операция, курсы химиотерапии и переливания крови, но на этот раз болезнь не отступила. Фон Браун ушел в отставку 31 декабря 1976 года, а в начале 1977 года президент Джеральд Форд наградил Вернера фон Брауна Национальной медалью науки, которую по поручению Белого Дома ему вручил в больнице его прежний босс Эдд Ул. Фон Браун был тронут этим знаком признания его заслуг перед США.

В госпитале Александрии фон Брауна навестил Нил Армстронг - человек, первым ступивший на Луну. Фон Браун сказал Армстронгу: "Статистически моя перспектива выжить, довольна бледна. Хотя знаешь, у моего несчастья есть одна положительная сторона - я теперь все время вместе с женой и детьми".

В последние дни жизни фон Брауна его семья собралась в госпитале г. Александрии (штат Вирджиния) - жена Мария, дочери Айрис и Маргрит, сын Питер. Сердце великого ракетчика перестало биться 16 июня 1977 года. Похоронили его в Александрии. В этом же году ушла из жизни Мария фон Браун. Их семейную жизнь называли безоблачной. Когда в Хантсвилле отмечали 100-летие со дня рождения фон Брауна, его дочь Маргрит сказала фразу: "Как бы ни складывались дела на работе, все воскресенья отец проводил с семьей".

Фон Брауна ценили президенты США - Эйзенхауэр, Кеннеди, Джонсон, Никсон, Форд.

Именем Вернера фон Брауна названы исследовательский институт и Центр при университете Алабамы в Хантсвилле, улицы в немецких городах (Бонн, Маннгейм, Майнц и города помельче), авеню в Нью-Йорке.

Его именем назван кратер на Луне, куда гигантская ракета "Сатурн-5" доставила первых Землян.


В Советском Союзе не менее засекреченным, чем Королёв был Генерал-майор, начальник кафедры ракетных топлив и взрывчатых веществ, профессор, доктор технических наук, заслуженный деятель науки и техники РСФСР Иван Васильевич Тишунин.

Родился он 29.01(11.02).1907, с. Кандиевка Башмаковского района Пензенской области. Окончил сельскую школу (1917), Артиллерийское техническое училище (1928), Артиллерийскую Академию РККА им. тов. Дзержинского (1936). В Советской Армии с 1924 по 1971.

Генерал Тишунин был известен, главным образом, как родоначальник теории физико-химической модели горения порохов. Но многое из того, что сделал Тишунин, оставалось "закрытым" долгие годы.

В конце 1930-х - начале 1940-х, в ходе финской кампании и в первый год Великой Отечественной войны с советскими 82-мм минометами происходили необъяснимые вещи. При сильных (ниже 20 градусов) морозах у них вдруг в разгар стрельбы разрывались стволы. Почему, отчего - никто понять не мог.

Конечно же, директоров, главных инженеров, конструкторов заводов, где производились минометы, руководителей предприятий боеприпасной промышленности тут же, по моде тех лет, обвинили во вредительстве. Кого-то посадили, кого-то расстреляли, но минометы продолжали взрываться. И уже трудно было подозревать в злоумышленной порче оружия, в преступном сговоре работников предприятий, находившихся друг от друга на расстоянии в тысячи километров.

Молодого начальника кафедры порохов Артиллерийской академии 35-летнего Ивана Тишунина вызвали в Главное артиллерийское управление Красной армии и поручили разобраться с проблемой: что же имеет место - преступный замысел или все-таки какие-то конструктивные недоработки? А как это сделать, если в казенник миномета во время выстрела не заглянешь, а персональных компьютеров, на которых сегодня можно смоделировать этот процесс, тогда не было? Пришлось опираться только на собственные знания, тщательный анализ возможных вариантов протекания процесса горения пороха и научную интуицию.

Тишунин понял: вся причина в нитроглицерине - страшно чувствительном и крайне опасном веществе, который содержат минометные пороха. Его определенное количество необходимо для придания выстрелу оптимальной энергии, рассчитанной на конкретную дальность полета мины. Но, как выяснил Тишунин, нитроглицерин обладает вот каким удивительным свойством: при повышении температуры воздуха ведет себя достаточно нейтрально, а при понижении, особенно при минусовых значениях, начинает "запотевать" (этот термин ввел в науку именно Тишунин), выделяться из пороха. Его избыток и приводит к неконтролируемому взрыву.

Ученый предложил уменьшить количество нитроглицерина в минометных порохах, а для того, чтобы сила выстрела не ослабела, использовать другие пластификаторы. Более энергичные и вполне предсказуемые. Одним из них стал нитродигликоль. В результате минометы перестали взрываться, арестованные специалисты вернулись к своим семьям и к работе. И в том, что тысячи наших артиллеристов с победой дошли до Берлина, была, несомненно, заслуга военного ученого Ивана Тишунина.

Не меньше сделал он и для укрепления мощи отечественной ствольной артиллерии. Особенно больших калибров. Дело в том, что на крупнокалиберных снарядах устанавливают медные пояски. Они предназначены для того, чтобы в момент выстрела боеприпас закручивался в нарезах канала ствола, летел к цели, вращаясь вокруг своей продольной оси, что повышает точность и кучность попаданий. Но медь при этом окисляет ствол, укорачивает его "эксплуатационный возраст".

Кроме того, во время стрельбы из-за высокой энергетики пороха происходит разгарно-эрозийное воздействие пламени на канал ствола, что приводит к тому, что он ствол быстро изнашивается. Его калибр увеличивается, точность и расчетная дальность стрельбы падают, а, следовательно, резко снижается и эффективность выполнения боевой задачи.

Тишунин очень высоко ценил научные достижения выдающегося русского химика, известного создателя Периодической системы элементов, даже написал о нем статью в академический журнал, которую назвал "Пироколлодий Менделеева". Пироколлодий - это такое вещество, которое открыл Дмитрий Иванович. Оно обладает огромной энергетикой, не уступающей нитратам целлюлозы, из которых делают пороха, но при этом температура его сгорания гораздо меньше. И, естественно, разгарно-эрозийное воздействие на канал ствола тоже резко уменьшается. Одновременно при использовании и других химических ингредиентов можно очищать стволы во время стрельбы от разных ненужных примесей.

Тишунин предложил заменить основу порохов пироколлодием. Кроме того, покрывать канал ствола орудия стойкими и тугоплавкими металлами, хромировать их, а также использовать для смазки органические тугоплавкие масла. Его предложение было принято и внедрено. Оно и сегодня служит российской артиллерии, повышая ее боевую мощь и продлевая службу стволов ее высокоточных огневых средств.

Другой заслугой Ивана Тишунина является применение бездымных и беспламенных порохов в современной артиллерии. Фазы горения порохов Иван Васильевич делил на зоны. Например, "беспламенные", "предпламенные" и "пламенные". Одна из них до сих пор носит название "Темная зона Тишунина". "Темная", как оказывается, потому, что до сих пор никто точно не может сказать, что в определенный момент происходит с порохами, как они ведут себя в миллионные доли секунды взрыва. Тишунин это описал как версию. Тепловую теорию физики этого процесса, ее математическую модель рассчитал, в частности, академик Зельдович.

Поразительна была способность Тишунина предугадывать то, что, как говорят, "временем закрыто". Однажды он решил заняться "снижением скорости горения ракетных порохов". На кафедре в то время были большие наработки по увеличению скорости горения порохов. Чем больше скорость горения, тем больше внутрикамерное давление в твердотопливных двигателях, тем быстрее летит ракета, а тут тебе предлагают заняться прямо противоположным. И, более того, начинать все сначала.

Оказалось, Иван Васильевич предвидел, что на определенных скоростях полета стратегических баллистических ракет системы управления могут не успевать справляться с их маневрами, с изменением траектории полета. И нужно сделать так, чтобы скорость горения топлива оставалась на приемлемом, достаточно низком уровне, а внутрикамерное давление не только не уменьшалось, а даже увеличивалось. Такую работу кафедра провела. И сегодня топливо, к примеру, в "Тополях" горит при скорости, позволяющей ракете делать маневры, которые заданы ее программой, но внутрикамерное давление двигателей намного превышает те показатели, что были достигнуты в начале семидесятых годов.

Перед тем как в сентябре 1959 года отправить на Луну вымпел с гербом Советского Союза, встал вопрос, как сделать так, чтобы отдельные его элементы были разбросаны по "ночному светилу", но сами не пострадали от взрыва, что разнесет их по поверхности планеты. Требовался очень точный, "хирургический" разброс". Коллективу военных ученых во главе с Иваном Тишуниным удалось это сделать.

Вымпел был доставлен на поверхность Луны и разбросан пороховым зарядом на ней так аккуратно, что, если кто-то в будущем найдет его "составляющие", сможет удивиться, какую геометрически правильную картинку сложили русские на ближайшей к Земле планете из пятиконечных пластинок с гербом несуществующей теперь страны.

Команду Тишунина за рассыпанные по Луне эмблемы СССР не наградили ничем. Забыли. Не был отмечен и другой их "пропагандистский" научный подвиг. К столетию со дня рождения Ленина в 1970 году первый в мире атомный ледокол, носящий его имя, должен был после капитального ремонта опять выйти в Северный Ледовитый океан, повести караваны через льды. Но на корабле "потек" реактор, требовалось его заменить на новый. Но сперва нужно было так точно "срезать" старый, чтобы "Ленин" не пострадал, не лег на борт. Любой малейший перекос в отрывании многотонного реактора от четырех стальных балок, на которых он висел, мог привести к аварии, если не к трагедии.

Над решением этой задачи бились несколько научных институтов. Группа Ивана Тишунина предложила свой, самый экономичный и простой вариант. Ледокол требовалось подвести на буксирах к архипелагу Новая Земля, раскрыть днище под его реактором, разрезать силовые шпангоуты, на которых он крепился, военные ученые прикрепили бы к балкам удлиненные кумулятивные заряды и одновременно их подорвали. "Одновременно" - значит, с точностью до долей секунды. Потом днище закрывалось, и на место старого реактора устанавливался новый. "Тишунинцы" сделали это.

А Государственную премию научный коллектив под руководством генерал-майора Ивана Тишунина получил позже, за другие заслуги, которые до сих пор носят гриф "совершенно секретно".

За более чем 40 лет педагогической работы Иваном Тишуниным было создано 10 фундаментальных учебников, выполнено более 110 научных и литературных работ, сделано более 60 изобретений в области новых компонентов и составов ракетных топлив. Он был награжден орденом Ленина, двумя орденами Красного Знамени, орденом Красная Звезда, орденом Трудового Красного Знамени, 10 медалями.

Умер Иван Васильевич Тишунин 17.08.1981. Похоронен он в г. Москве на Ново-Кунцевском кладбище.


28 ноября 2010 в Бруклине на 90 м году жизни скончался один из самых известных физиков США, изобретатель нейтронной бомбы Сэмюэль Теодор Коэн. Сэмюель Коэн родился 21 января 1921 года, в Бруклине, Нью-Йорк, в семье Лазаруса и Дженни Коэн - австрийских евреев, эмигрировавших в США через Великобританию. В 1925 году его семья переехала в Калифорнию, где он пошел в школу. В детстве Сэмюэль был болезненным ребёнком, страдал несколькими видами аллергии и испытывал проблемы со зрением. Родители посадили ребёнка на жёсткую диету и заставляли ежедневно принимать холодный душ, чтобы закалить его.

Учился он в Калифорнийском университете, изучал математику и физику. Окончил университет с отличием в 1943 году. Затем пошёл на службу в армию, откуда был откомандирован в Массачусетский технологический институт для повышения квалификации в физике и математике. Вскоре Коэн стал одним из участников "Манхэттенского проекта" - секретной программы США по разработке ядерного оружия. Не имея докторской степени, он рассчитывал нейтронные плотности атомной бомбы Fat Man ("Толстяк"), которая была сброшена на Хиросиму в 1945 году.

После Второй мировой войны Коэн начал работать в некоммерческом стратегическом исследовательском центре RAND (Research ANd Development - "Исследования и разработка"). Этот центр был основан для конструирования самолётов, ракетной техники и спутников, а с начала 1950-х годов начал работать по заказам американского правительства, в частности, по вопросам национальной безопасности. В центре RAND Коэн провел большую часть своей научной карьеры.

Докторскую степень он защитил в Беркли.

Коэн впервые предложил концепцию нейтронной бомбы в 1958 году, когда работал в Ливерморской национальной лаборатории имени Лоуренса. А вдохновение для создания нейтронной бомбы он получил после того, как в 1951 году посетил Сеул, разрушенный и сожженный в Корейской войне. Нейтронная бомба распыляет при взрыве микроскопические частицы, способные просачиваться сквозь стены зданий и поражать людей, парализуя центральную нервную систему.

Первые испытания оружия, призванного уничтожать живую силу противника, не затрагивая инфраструктуру и не заражая местность радиацией, состоялись в 1963 году на подземном полигоне в Неваде. В 1978 году президент США Джимми Картер приостановил разработку оружия. Однако в 1981 году администрация Рейгана создала проект по практической реализации изобретения Коэна.

Сам Коэн в одном из последних своих интервью говорил: "Это самое нормальное и моральное оружие. Это единственное ядерное оружие, которое имеет смысл использовать во время войны, поскольку оно не приводит к необратимому разрушению окружающей среды".


Когда в 1968 году поднялся в воздух первый в мире сверхзвуковой пассажирский Ту-144, никто не мог даже предположить, что КБ Туполева фактически лишь доработало концепт двадцатилетней давности, созданный загадочным итальянцем в бериевской "шарашке". Его учениками называли себя ракетостроитель Сергей Королев и глава ОКБ "Сухой" Михаил Симонов. Его изобретения настолько опережали время, что из всех спроектированных им машин лишь четыре были доведены до испытаний, и только одна недолго выпускалась серийно. Но практически все летательные аппараты, когда-либо построенные в СССР и России, вплоть до знаменитого "Бурана", включают в себя его многочисленные открытия и технологии. Специалисты говорят, что по гениальности и способности предвидеть будущее этот человек был сравним лишь со своим великим соотечественником - Леонардо Да Винчи.

"Непонятый гений советской авиации", - так впоследствии напишет о Роберте Людвиговиче Бартини авиаконструктор Антонов.

В 1900 году жена вице-губернатора Фиуме (ныне город Риека в Хорватии) барона Лодовико Ороса ди Бартини, одного из видных вельмож Австро-Венгерской империи, решила взять на воспитание трёхлетнего Роберто, приёмного сына своего садовника. В то же время, существует информация, что садовнику сына подбросила мать, некая молодая дворянка, забеременевшая от барона Лодовико.

В 1912 году гимназист Роберто увидел в Фиуме демонстрационные полёты русского авиатора Харитона Славороссова. Они поразили воображение и перевернули его судьбу. Бартини страстно увлёкся авиацией на всю жизнь. Владел несколькими европейскими языками. Участник Первой мировой войны. Окончил офицерскую школу (1916), после чего отправлен на Восточный фронт, в ходе Брусиловского прорыва пленён вместе с ещё 417 тыс. солдат и офицеров Центральных держав, попал в лагерь под Хабаровском, где, как предполагается, впервые встретился с большевиками.

В 1920 году Роберто вернулся на родину. Его отец уже вышел в отставку и осел в Риме, сохранив звание государственного советника и привилегии, которыми пользовался у Габсбургов, несмотря на смену подданства. Однако сын не воспользовался возможностями отца, в том числе и финансовыми (после смерти ему досталось более 10 млн. долларов того времени). На миланском заводе "Изотта-Фраскини" он был последовательно разнорабочим, разметчиком, шофёром, и, одновременно, за два года сдал экстерном экзамены авиационного отделения Миланского политехнического института (1922) и получил диплом авиационного инженера. Кроме того, он в 1921 году окончил Римскую лётную школу.

С 1921 - член Итальянской коммунистической партии (ИКП), которой и передал баснословное отцовское наследство. Как бывшего офицера-фронтовика его ввели в группу, обеспечивающую охрану руководителей коммунистической партии от фашистов. Группа Бартини также опекала советскую делегацию во главе с наркомом иностранных дел Г. В. Чичериным на Генуэзской конференции 1922 года.

После фашистского переворота в 1922 году ИКП направила его в Советский Союз. Его путь пролёг из Италии через Швейцарию и Германию в Петроград, а оттуда в Москву.

С 1923 года жил и работал в СССР: на Научно-опытном аэродроме ВВС (ныне Чкаловский, ранее Ходынское лётное поле) сначала лаборантом-фотограммистом, потом стал экспертом технического бюро, одновременно военный лётчик. С сентября 1928 года, после ареста Д. П. Григоровича, возглавил экспериментальную группу ОПО-3 ЦКБ по проектированию гидросамолётов в Севастополе.

Работал вначале инженером-механиком авиаминоносной эскадры, затем старшим инспектором по эксплуатации материальной части, то есть боевых самолётов, после чего получил ромбы комбрига в 31 год (ныне не существующее звание, между полковником и генерал-майором).

С 1929 года - начальник отдела морского опытного самолётостроения, а в 1930 его уволили из ЦКБ за подачу в ЦК ВКП(б) докладной записки о бесперспективности создания объединения, подобного ЦКБ. В том же году по рекомендации начальника ВВС П. И. Баранова и начальника вооружений РККА М. Н. Тухачевского он был назначен главным конструктором СНИИ (завод ╧ 240) ГВФ (Гражданского Воздушного Флота).

В качестве производственной базы для конструктора был отведен Завод опытных конструкций (ЗОК) ЦАГИ[4]. В 1932 году в СНИИ были начаты проектные работы по самолёту Сталь-6, на котором в 1933 году был установлен мировой рекорд скорости - 420 км/ч.

На основе рекордной машины был спроектирован истребитель "Сталь-8", но проект закрыли в конце 1934 как не соответствующий тематике гражданского института. Осенью 1935 был создан 12-местный пассажирский самолёт "Сталь-7" с крылом "обратная чайка". В 1936 году он представлялся на Международной выставке в Париже, а в августе 1939 на нём был установлен международный рекорд скорости на дистанции 5000 км - 405 км/ч.

На базе этого самолёта создавался по проекту Бартини дальний бомбардировщик ДБ-240 (позже классифицирован как Ер-2), разработку которого завершил главный конструктор В. Г. Ермолаев в связи с арестом Бартини. 14 февраля 1938 Роберт Бартини был арестован НКВД СССР. Ему было предъявлено обвинение в связях с "врагом народа" Тухачевским, а также в шпионаже в пользу Муссолини. Решением внесудебного органа (т. н. "тройки") Бартини приговорили к обычному для таких дел сроку - 10 лет лишения свободы и пять - "поражения в правах".

Заключённый Бартини был направлен на работу в закрытое авиационное КБ тюремного типа (т. н. "шарашку") - ЦКБ-29, где он работал до 1947 года (с сентября 1946 года по совместительству с должностью главного конструктора ОКБ-86 МВД). Принимал участие в работе по бомбардировщику Ту-2, под руководством А. Н. Туполева, также находившегося в заключении.

Вскоре Бартини по его просьбе переводят в группу заключённого Д. Л. Томашевича ("бюро 101"), где проектировали истребитель. Это сыграло злую шутку в судьбе Бартини - в 1941 г. трудившихся с Туполевым освободили, а сотрудники "101" вышли на свободу только после войны.

С приближением немецких войск к Москве ЦКБ-29 было эвакуировано в Омск. В Омске в начале войны было организовано специальное ОКБ Бартини, разработавшее два проекта:

"Р" - сверхзвуковой одноместный истребитель типа "летающее крыло" с крылом малого удлинения с большой переменной по размаху стреловидностью передней кромки, с двухкилевым вертикальным оперением на концах крыла и комбинированной жидкостно-прямоточной силовой установкой.

Р-114 - истребитель-перехватчик ПВО с четырьмя ЖРД В. П. Глушко по 300 кгс тяги, со стреловидным крылом (33 град. по передней кромке), имеющим управление пограничным слоем для увеличения аэродинамического качества крыла. Р-114 должен был развивать невиданную для 1942 скорость 2 М.

Осенью 1943 года ОКБ было закрыто. В 1944-1946 годах Бартини выполняет рабочее проектирование и строительство транспортных самолётов:

Т-107 (1945) с двумя двигателями АШ-82 - пассажирский самолёт - среднеплан с двухэтажным герметизированным фюзеляжем и трехкилевым оперением. Не строился.

Т-108 (1945) - лёгкий транспортный самолёт с двумя дизелями по 340 л. с., двухбалочный высокоплан с грузовой кабиной и неубираемым шасси. Также не строился.

Т-117 - магистральный транспортный самолёт с двумя двигателями АШ-73 по 2300/2600 л. с. Схема - высокоплан с очень широким фюзеляжем, поперечное сечение которого образовано тремя пересекающимися окружностями. Это был первый самолёт, позволявший перевозить танки и грузовики. Были также пассажирский и санитарный варианты с герметическим фюзеляжем. Проект самолёта был готов уже осенью 1944, а весной 1946 представлен в МАП (министерство авиационной промышленности).

После положительных заключений ВВС и ГВФ, после ходатайств и писем ряда выдающихся деятелей авиации (М. В. Хруничева, Г. Ф. Байдукова, А. Д. Алексеева, И. П. Мазурука и др.) был утверждён, и в июле 1946 была начата постройка самолёта на заводе им. Димитрова в Таганроге, где вновь было организовано ОКБ-86 Бартини.

В июне 1948 постройка почти готового (на 80 %) самолёта была прекращена, поскольку Сталин посчитал использование двигателей АШ-73, необходимых для стратегического Ту-4, непозволительной роскошью и уже имелся самолёт Ил-12. Хотя Бартини и планировал использовать эти двигатели за их будущей ненадобностью, предвидя скорый переход ВВС на реактивную авиацию.

Т-200 - специальный тяжёлый военно-транспортный и десантный самолёт, высокоплан с фюзеляжем большой ёмкости, обводы которого образованы крыльевым профилем, а задняя кромка, раскрываясь вверх и вниз, между двумя хвостовыми балками, образовывала проход шириной 5 м и высотой 3 м для крупногабаритных грузов.

Силовая установка - комбинированная: два поршневых звездообразных четырёхрядных двигателя АШ по 2800 л. с. (будущих) и два турбореактивных РД-45 по 2270 кгс тяги. Предусматривалось управление пограничным слоем крыла, хорда которого - 5,5 м (вариант Т-210). Проект разрабатывался в 1947 г., был утверждён, и самолёт в том же году рекомендован к постройке, однако он не строился из-за закрытия ОКБ. Впоследствии эти наработки были частично использованы при создании транспортных самолётов Антонова.

В 1946 Бартини был освобождён и после смерти Сталина реабилитирован (1956).

С 1948 года работал в ОКБ-86 на территории завода имени Димитрова в Таганроге. С 1952 года Бартини - главный инженер перспективных схем летательных аппаратов в Сибирском НИИ им. С. А. Чаплыгина. Здесь он создаёт проект самолёта Т-203. Проект Р. Л. Бартини, представленный в 1955 году, планировал создание сверхзвуковой летающей лодки-бомбардировщика А-55. Первоначально проект был отклонен, так как заявленные характеристики посчитали нереальными. Помогло обращение к С. П. Королеву, который помог обосновать проект экспериментально.

В 1956 году Бартини был реабилитирован, а в апреле 1957 года откомандирован из СИБНИА в ОКБС МАП в Люберцах для продолжения работы над проектом А-57.

Здесь в ОКБ П. В. Цыбина под руководством Бартини до 1961 года было разработано 5 проектов самолётов полётной массой от 30 до 320 тонн разного назначения (проекты "Ф", "Р", "Р-АЛ", "Е" и "А"). Среди советского высшего военно-политического руководства протекцию Р. Л. Бартини оказывал Маршал Советского Союза Г. К. Жуков. Практически сразу же после снятия его с должности Министра обороны СССР осенью 1957 г. был закрыт целый ряд проектов Бартини и прекращены работы над самолётами Р-57, Е-57 и некоторыми другими перспективными образцами.

"Стратегические треуголки" помимо прекрасных лётных характеристик, должны были оснащаться бортовым радиоэлектронным оборудованием (БРЭО), бывшим по тем временам верхом совершенства.

Комиссия МАП, в работе которой приняли участие представители ЦАГИ, ЦИАМ, НИИ-1, ОКБ-156 (А. Н. Туполева) и ОКБ-23 (В. М. Мясищева), дала положительное заключение по проекту, однако правительственное решение о постройке самолёта так и не было принято. В 1961 году конструктором был представлен проект сверхзвукового дальнего разведчика с ядерной силовой установкой Р-57-АЛ - развития А-57.

Именно в этот период Бартини замыслил проект крупного самолёта-амфибии вертикального взлёта и посадки, который позволил бы охватить транспортными операциями большую часть поверхности Земли, включая вечные льды и пустыни, моря и океаны. Им были проведены работы по использованию экранного эффекта для улучшения взлётно-посадочных характеристик таких самолётов. Первым шагом в этом направлении стал небольшой Бе-1, прошедший лётные испытания в 1961-1963 годах.

В 1968 году коллектив Р. Л. Бартини из Подмосковья переезжает на завод им. Г. Димитрова в КБ Г. М. Бериева (Таганрог), специализировавшееся на гидросамолётах. Здесь в соответствии с концепцией "безаэродромных самолётов" в 1972 году были построены два противолодочных самолёта ВВА-14(М-62; "Вертикально взлетающая амфибия"). В 1976 году один из этих аппаратов был преобразован в экраноплан. Он получил обозначение 14М1П.

Бартини находил время и для разработок проблем теоретической физики. Ему хотелось осмыслить природные явления. Статьи на эту тему он подписывал никому не известным псевдонимом.

Осталась тайной и история создания советского самолета-невидимки. Известный историк советской авиации Шаров утверждает, что по крайней мере один такой летательный аппарат был построен. Когда заводили мотор, самолет просто-напросто исчезал. Добиться невидимости можно разными путями - сделать самолет прозрачным или зеркальным.

А еще можно попытаться искривить световой луч так, чтобы он обогнул нужный нам объект. Эйнштейн говорил, что такое возможно. Вблизи больших масс. Или в сильных электромагнитных полях.

Только в 1991 году впервые было названо имя автора таинственного летательного аппарата - Бартини. Оказалось, что инициатором проекта "Прозрачный самолет" был Тухачевский, покровительствовавший в 30-е годы конструктору.

За свою работу Бартини был награждён орденом Ленина.

Чтобы встретиться с конструктором, надо было предварительно созвониться с ним по телефону, в противном случае он не подходил к двери. Роберт Людвигович чего-то боялся. По словам Бартини на его жизнь покушались трижды - в Берлине, в Севастополе и в Москве. В 1967 году, в самом центре столицы: "москвич" с погашенными фарами пытался сбить его на улице Кирова.

На закрытом праздновании своего семидесятипятилетия юбиляр, молча, вскинул вверх сжатый кулак - символический салют Коминтерна, поклонником которого он был в юности и члены которого давно сгинули - кто в расстрельных подвалах Лубянки, кто в колымских лагерях. Многие истолковали этот жест как символ преданности Бартини коммунизму.

Бартини умер в ночь с 4 на 5 декабря 1974 года. Когда его - два дня спустя - нашли на полу ванной, из крана хлестала вода, на кухне горел газ.

По заключению милиции, ночью Бартини почувствовал себя плохо, встал из-за стола, опрокинув стул, и прошел на кухню. Зажег газ, стал набирать воду в ванной. Потом упал навзничь, ударившись головой об косяк.

Бартини предчувствовал свою смерть: именно в ту ночь барон написал завещание, приложил к нему черный пакет и спрятал за плотной шторой. Он завещал запаять все свои бумаги в цинковый ящик, который можно будет открыть только в 2197 году.

Похоронен он в Москве на Введенском кладбище. На памятнике надпись: "В стране Советов он сдержал свою клятву, посвятив всю жизнь тому, чтобы красные самолёты летали быстрее чёрных".

Однако, через некоторое время после смерти Р. Л. Бартини в 1974 году работы над этими летательными аппаратами были прекращены под давлением ТАНТК (КБ им. Бериева), работавшего над летающими лодками А-40 и А-42.

Второй том уфологической "Энциклопедии непознанного" характеризует этого человека как пришельца, контролирующего техническое развитие человеческой цивилизации...

Со временем имя Бартини присвоили одной из малых планет солнечной системы.

14 мая 1997, в день 100-летия со дня рождения, в фойе конструкторского бюро, которым он руководил, появилась мемориальная доска Р.Л.Бартини.

В том же году вертикально взлетающую амфибию ВВА-14 - одну из последних работ конструктора - порезали на металлолом в Таганроге...


Некоторых изобретателей современное общество не знает не из- их засекреченности, а просто забыло за давностью лет. Хотя, порой, результатами их изобретений пользуются постоянно. К числу таких предметов относятся и простые спички. Но это теперь они нам кажутся простыми. На самом деле процесс их создания был долгим.

Много веков человечество добывало огонь путём трения одной палочки о другую. Позднее научились добывать огонь с помощью огнива. Но и этот процесс был долгим. Сначала надо долго бить кусочком кремня по металлу, пока высеченная искра попадёт на трут, пропитанный селитрой. Когда трут начинает тлеть, к нему прикладывается стружка или другая растопка. После этого нужно дуть во всю силу, чтобы раздуть огонь.

Ещё позднее кто-то придумал обмакивать сухую лучинку в расплавленную серу, и на конце лучинки образовывалась серная головка. Эта головка вспыхивала, когда её прижимали к тлеющему труту, и от неё загоралась вся лучинка. Но полученная спичка играла ещё только вспомогательную роль и была приложением к огниву.

Только в конце XVIII века знаменитый французский химик граф Бертолле выяснил, что пламя можно получить в результате химической реакции. В частности, если капнуть серной кислотой на хлороватокислый калий. В честь графа его впоследствии назвали бертолетовой солью.

Следом учёные разных стран начали активно искать химические вещества, способные возгораться при достаточно легко создаваемых условиях. В 1812 году некий Шапсель изобрёл первые спички, близкие к современным. Эти спички представляли собой деревянные палочки с головкой из смеси серы, бертолетовой соли и киновари. Она добавлялась для окраски зажигательной массы в красивый красный цвет.

В солнечную погоду такая спичка зажигалась при помощи увеличительного стекла. В пасмурную погоду и в темноте для разжигания использовалась капелька концентрированной серной кислоты. Такие спички были дороги и опасны, т.к. серная кислота разбрызгивалась при воспламенении головки и могла вызвать ожоги. Да и таскать с собой пузырёк с таким агрессивным веществом не доставляло удовольствия.

Ещё лет двадцать химики искали другое легковоспламеняющееся вещество, пока не обратили внимания на белый фосфор, открытый в 1669 году немецким алхимиком Брандом. Но спички из фосфора зажигались с трудом из-за того, что он выгорал слишком быстро и не успевал воспламенить лучинку.

Тогда фосфор стали наносить поверх головки серной спички, т.к. считали, что сера загорится быстрее лучины. Но и эти спички загорались плохо. Тогда стали подмешивать к фосфору вещества, способные при нагревании выделять кислород, необходимый для воспламенения.

Эти опыты проводили химики многих стран: француз Шарль Сориа, немец Иоганн Каммерер, австриец Ирини и англичанин Джон Уолкер. Каммерер сделал своё открытие, когда сидел в тюрьме за участие в антиправительственной демонстрации. Он упросил коменданта тюрьмы, разрешить ему оборудовать небольшую лабораторию. Там он использовал фосфор для изготовления спичек. А свою первую спичку он зажёг о стену камеры.

Случайно сделал своё открытие Джон Уолкер в 1826 году, когда работал в лаборатории над каким-то взрывчатым веществом. Он помешивал содержимое колбы длинной деревянной щепочкой. Через некоторое время на щепочке образовалось утолщение из этого вещества. Уолкер попытался стряхнуть налипшее и случайно обо что-то чиркнул. Щепочка загорелась!

Уолкер не стал официально заявлять о своём изобретении. А австрийский предприниматель Ремер, следуя чётким указаниям своего знакомого химика Ирини, в 1833 году открыл первую спичечную фабрику. Он придумал упаковывать спички в коробку, на одну из сторон которой наклеивалась бумажка, обмазанная клеем и посыпанная песком или толчёным стеклом. Спичка воспламенялась при чирканьи о такую бумажку.

Спрос на спички был так велик, что Ремер вскоре расширил производство в 40 раз. Его примеру последовали и другие фабриканты. Во всех странах фосфорные спички стали ходовым товаром.

Но, недостатком фосфорных спичек была ядовитость фосфора. На спичечных фабриках рабочие очень быстро отравлялись парами фосфора и теряли трудоспособность. А раствор зажигательной смеси в воде давал сильнейший яд. Убийца мог умертвить жертву одной спичечной головкой.

В 1847 году венский химик Шретер открыл неядовитый красный фосфор, а немецкий химик Бетхер предложил использовать его в процессе изготовления спичек. Бетхер придумал смазать бумажку для чирканья особым составом, содержащим некоторое количество красного фосфора.

Поначалу изобретение Бетхера не заинтересовало фабрикантов. "Безопасные спички" впервые стали выпускать в 1851 году шведы братья Лундстрем. Поэтому данные спички долгое время называли "шведскими". В XXI век насчитывается около 100 типов спичек, отличающихся химическими компонентами, входящими в состав головок.


В разных областях науки работал известный русский учёный Дмитрий Иванович Менделеев. Великий ученый родился в 1834 году, 8 февраля в Тобольске. Отец Иван Павлович был директором окружных училищ и Тобольской гимназии. Мать Мария Дмитриевна занималась воспитанием детей и домашним хозяйством, имела репутацию интеллигентной и умной женщины. Дмитрий был в семье самым младшим, последним из четырнадцати детей. В 10-летнем возрасте он лишился отца, который ослеп и вскоре умер.

Мария Дмитриевна сыграла особую роль в жизни семьи. Не имея никакого образования, она прошла самостоятельно курс гимназии со своими братьями. Вследствие сложившегося из-за болезни Ивана Павловича стеснённого материального положения Менделеевы переехали в село Аремзянское, где находилась небольшая стекольная фабрика брата Марии Дмитриевны Василия Дмитриевича Корнильева, жившего в Москве. Мать Дмитрия Менделеева получила право на управление фабрикой и после кончины И. П. Менделеева в 1847 году большая семья жила на средства, получаемые от неё. 27 июня 1848 года фабрика сгорела.

Заметив особые способности младшего сына, она сумела найти в себе силы навсегда покинуть родную Сибирь, выехав из Тобольска, чтобы дать Дмитрию возможность получить высшее образование. В год окончания сыном гимназии Мария Дмитриевна ликвидировала все дела в Сибири и с Дмитрием и младшей дочерью Елизаветой выехала в Москву, чтобы определить юношу в университет. Спустя два года, через несколько недель после зачисления сына студентом Главного педагогического института в Петербурге в 1850 году, Мария Дмитриевна скончалась.

В Главном пединституте Менделеев обучается на отделении естественных наук физмата. Его преподавателями были выдающиеся профессора Э. Х. Ленц, А. А. Воскресенский и Н. В. Остроградский. Во время учебы в институте (1850 - 1855 гг), Менделеев демонстрирует незаурядные способности. Будучи студентом, он публикует статью "Об изоморфизме" и ряд химических анализов.

В 1855-м Дмитрий получает диплом с золотой медалью и направление в Симферополь. Здесь он работает старшим учителем гимназии. С началом Крымской войны Менделеев перебирается в Одессу и получает должность преподавателя в лицее.

В 1856-м он снова в Петербурге. Учится в университете, защищает диссертацию, преподает химию. Осенью защищает еще одну диссертацию и назначается приват-доцентом университета.

В 1859-м Менделеева отправляют в командировку в Германию. Работает в университете Гейдельберга, обустраивает лабораторию, занимается исследованием капиллярных жидкостей. Здесь им были написаны статьи "О температуре абсолютного кипения" и "О расширении жидкостей", открыто явление "критическая температура".

В 1861-м ученый возвращается в Петербург. Создает учебник "Органическая химия", за что удостаивается Демидовской премии. Менделеев был сторонником изнуряющего стиля в работе. Создавая данный учебник, он в свои 26 лет почти 2 месяца не отходил от стола. В 1864-м он уже профессор, а спустя два года возглавляет кафедру, преподает и работает над "Основами химии".

В 1865 году Менделеев защитил диссертацию на тему "Рассуждение о соединении спирта с водою". Он вычислил идеальное соотношение воды и спирта, при котором водка получалась особенно вкусной. Менделеев считал идеальной крепостью 38 градусов. Потом число это было округлено до 40 - для упрощения расчёта налога на алкоголь. И в 1894 году его сорокаградусный напиток был запатентован под названием "Московская особая".

Почти 20 лет он пытался найти принцип, который сразу бы привёл в порядок химические элементы. Менделеев выписал на карточки основные свойства каждого из них и многократно переставлял в ряды сходные по свойствам элементы. И в одно мартовское утро 1869 года, проведя бессонную ночь, учёный, не найдя решения, прилёг отдохнуть на диван и уснул. И во сне ему явственно представилась таблица. Он тут же проснулся и записал её на подвернувшемся клочке бумаги.

В 1865-1887 гг разрабатывает гидратную теорию растворов.

В 1872-м начинает изучать упругость газов, спустя два года выводит уравнение идеального газа. В 1880-1885 гг изучает особенности нефтепереработки.

В 1890-м ссора с высокопоставленным чиновником стала причиной ухода Менделеева из университета. В 1892-м ученый изобретает методику получения бездымного пороха. Одновременно с этим его назначают хранителем Депо образцовых мер и весов. Здесь он возобновляет прототипы фунта и аршина, занимается вычислениями по сравнению русских и английских эталонов мер.

По инициативе Менделеева в 1899 году факультативно вводится метрическая система мер.

Личная жизнь Менделеева была не совсем удачной. В юности с Дмитрием случилась неприятная история. Ухаживания за девушкой Соней, с которой он был знаком с детства, закончились помолвкой. Но изнеженная красавица к венцу так и не пошла. Накануне свадьбы, когда подготовка уже шла полным ходом, выходить замуж Сонечка отказалась. Она посчитала, что нет смысла что-то менять, если жизнь и так хороша.

Дмитрий болезненно переживал разрыв с невестой, но жизнь шла своим чередом. От тяжких дум его отвлекла поездка за границу, чтение лекций и верные друзья. Сестра Менделеева Ольга Ивановна решила помочь брату в устройстве личной жизни. Она настояла, чтобы брат возобновил отношения с Феозвой Никитичной Лещевой, с которой был знаком ещё в Тобольске. Это была приёмная дочь учителя Менделеева поэта Петра Ершова, автора "Конька-Горбунка". Девушка была старше Дмитрия на 6 лет, но выглядела очень молодо, поэтому разница в возрасте была незаметной.

Они стали встречаться и в 1862-м они стали мужем и женой. Первая дочь Маша родилась в 1863 году, но прожила недолго, всего лишь несколько месяцев. В 1865-м родился сын Володя, спустя три года - дочь Оля. К детям Дмитрий Иванович был очень привязан, но времени им уделял мало, так как его жизнь была посвящена научной деятельности. В браке, заключенном по принципу "стерпится-слюбится", он не был счастлив.

В 1877-м Дмитрий знакомится с Анной Ивановной Поповой, которая стала для него человеком, способным в трудную минуту поддержать умным словом. Девушка была творчески одаренным человеком: училась в консерватории игре на фортепиано, позже в Академии художеств.

Дмитрий Иванович устраивал у себя молодежные "пятницы", где и познакомился с Анной. "Пятницы" трансформировались в литературно-художественные "среды", завсегдатаями которых были талантливые художники и профессора. Среди них были И.Е.Репин, И.Н, Крамской, А.И. Куинджи, И.И. Шишкин, Н.П. Вагнер, Н.И.Бекетов, К.Д. Краевич и другие.

Менделеев был на 26 лет старше Анны и женат. Не желая быть причиной разрыва Дмитрия Ивановича с семьёй, Анна уехала в Италию. В течение 5 лет Менделеев пытался получить развод. Духовная консистория дала согласие, но наложила на Менделеева шестилетнее покаяние. Всё это время он не мог венчаться.

Однако, вопреки этому решению, в апреле 1882 года священник Куткевич обвенчал их с Анной, за что был лишён духовного звания. В новом браке у Менделеева родилась дочь Люба, которая потом стала супругой поэта Александра Блока. Потом сын Иван появился в 1883-м, близнецы Василий и Мария - в 1886-м. Во втором браке Менделеев был по-настоящему счастлив.

Менделеев, являющийся автором более чем полутора тысяч трудов, имел огромный научный авторитет в мире. Ученый был удостоен многочисленных научных званий, множества российских и зарубежных наград, был почетным членом ряда научных обществ в своей стране и за рубежом.

... Д. И. Менделеев, кроме химии, много времени посвящал своим хобби - переплетному делу и... изготовлению чемоданов. Рассказывают такой случай.

Однажды ученый покупал в лавке материалы.

- Кто это? - спросили лавочника.

- Неужели не знаете? - удивился тот. - Известный чемоданных дел мастер Менделеев!

Дмитрий Иванович был очень польщен этой характеристикой...

В 1905, 1906 и 1907 годах иностранные ученые выдвигали Менделеева кандидатом на Нобелевскую премию. Наконец в 1907 году его кандидатуру одобрили. Учёный должен был разделить премию с итальянцем Канниццаро. Но, гениального ученого не стало 2.02.1907 г., а посмертно Нобелевскую премию не дают.

Когда гроб с телом учёного двигался на Волково кладбище, впереди огромной процессии несли таблицу Менделеева - символ его бессмертия....

В октябре 2013 года в газете "Московский комсомолец" появилась статья о трагической судьбе внучки Менделеева Екатерине и правнука Александра. После смерти Дмитрия Ивановича был организован музей Менделеева. Располагался он при Санкт-Петербургском государственном университете. Когда-то там была профессорская квартира учёного. Первым директором стала дочь Менделеева, мама Екатерины.

Дочь Менделеева расценивала музей как собственный дом, принесла туда всё, что было нажито отцом. Отдала туда медали Менделеева, картины, барельефы, оружие. Внучка Менделеева Екатерина Дмитриевна окончила университет, исторический факультет. Несколько раз была замужем. Мужья её были богатые, благополучные красавцы.

Последним её мужем был профессор-географ. Когда он внезапно скончался, она в буквальном смысле осталась на улице. Дети профессора от первого брака выгнали её на улицу. Чудом ей удалось выбить себе комнатку-пенал в коммунальной квартире. Хотя она всю жизнь работала, пенсию ей назначили минимальную. Денег ей катастрофически не хватало. Когда ей перевалило за 60, она перебралась в дом престарелых РАН. Потом ей помогли перебраться в дом престарелых в Конькове. Там она и дожила свой век. И где находится урна с её прахом, неизвестно.

Её сын Александр, правнук Менделеева в 90-е годы подал в суд на музейных работников, пытаясь вернуть добро прадеда. Но суд проиграл. Потом он вообще пропал. Ходили слухи, что его убили в пьяной драке. И никаких потомков Менделеева в России не осталось.


"Отцом российской электрохимии" называют выдающегося учёного Александра Наумовича Фрумкина. Александр Фрумкин родился 25 сентября 1895 года в Кишинёве в еврейской семье. Его отец, кандидат коммерческих наук Наум Ефимович (Нохем Ерухимович) Фрумкин (1857-1934), уроженец Румшишек, служил страховым агентом, мать - Маргарита Львовна (Груня Лейбовна) Рабинович (1863-1949) была домохозяйкой.

В 1912 году окончил одесскую гимназию Св. Павла. По окончании гимназии продолжил учёбу за рубежом - в Страсбурге, работал демонстратором в Бернском университете. В последнем Фрумкин поступил в лабораторию Волькмара Кольшуттера, с которым в 1914 году опубликовал свои первые две работы по окислению фосфора.

После возвращения в Одессу окончил физико-математический факультет Новороссийского университета (1915) и поступил лаборантом на одесский сталепрокатный завод, где впервые серьёзно заинтересовался электрохимией. Первой опубликованной работой в этой области стала статья 1917 года о движении капель ртути под воздействием электрического тока.

В 1917-1920 годах работал в физико-химической лаборатории проф. А. Н. Саханова в Новороссийском университете. В 1919 году в Одессе книгой опубликовал первую крупную работу, выдвинувшую его в ряды ведущих российских электрохимиков: "Электрокапиллярные явления и электродные потенциалы".

В следующем году часть этой же работы была опубликована в Великобритании в журнале British Philosophical Magazine и другая часть - в 1923 году в Германии в Zeitschrift für physikalische Chemie. В этой работе двадцатичетырёхлетний Фрумкин, работая в научной изоляции в Одессе, ввёл фундаментальное для современной электрохимии понятие нулевого заряда как свойства металла.

Так и не завершив работы над диссертацией (присуждение степени доктора наук было временно прекращено после Октябрьской революции), в 1920 году Фрумкин стал профессором Института народного образования в Одессе. Оригинал незащищённой докторской диссертации А. Н. Фрумкина хранится в Британском музее электрохимии. Тогда же женился на поэтессе Вере Инбер.

В 1922-1946 годах он работал в Физико-химическом институте имени Л. Я. Карпова в Москве, куда уже получивший известность электрохимик был приглашён его директором профессором А. Н. Бахом.

Уже через несколько лет Фрумкин стал одним из крупнейших теоретиков в области поверхностной электрохимии. В 1928-1929 годах он был приглашён для чтения курса лекций по коллоидной химии в университет штата Висконсин в Мэдисоне. Второй женой А. Н. Фрумкина стала его сотрудница, химик Амалия Давидовна Обручева (1894-1968), опубликовавшая с ним в последующие десятилетия ряд совместных работ.

С 1930 года Фрумкин был профессором химического факультета Московского государственного университета, руководил лабораторией технической электрохимии при кафедре физической химии. В 1933 году основал и возглавил кафедру электрохимии Московского, которой заведовал до конца жизни (1976). Одновременно с 1929 года был заместителем директора, а в 1939-1949 годах директором Института физической химии (до 1945 года - Коллоидно-электрохимический институт) АН СССР.

На протяжении 1930-х годов А. Н. Фрумкин опубликовал ряд основополагающих работ современной электрохимии. В 1933 году он произвёл качественный анализ солевого эффекта на электрод (эффект Фрумкина), который связал воедино поверхностную химию с электродными реакциями и стал одной из самых цитируемых работ учёного.

В годы Великой Отечественной войны А. Н. Фрумкин вместе с возглавляемым им Коллоидно-электрохимическим институтом находился в эвакуации в Казани, где работал в области радиационной химии и её военных приложений.

С 1942 года (с момента образования) участвовал в работе Еврейского антифашистского комитета, в 1944 году входил в состав его президиума.

В послевоенный период он совместно с В. Г. Левичем произвёл фундаментальный анализ движения капель ртути в электрическом поле (1946) и разработал вращающийся дисковой электрод. В 1949 году в разгар кампании по борьбе с космополитизмом А. Н. Фрумкин (вместе с соавтором профессором Я. К. Сыркиным) был обвинён в недооценке роли русских учёных в развитии физической химии, отстранён от руководства Институтом физической химии и поселился в дачном посёлке Луцино близ Звенигорода.

В 1952 году издал фундаментальную монографию "Кинетика электродных процессов" - первое учебное пособие в данной области. В 1955 году подписал "Письмо трёхсот" против печально известной деятельности академика Т.Д.Лысенко.

В 1958 году основал и возглавил Институт электрохимии АН СССР, руководил им до конца жизни (1976). В 1960 году в серии совместных работ с А. Я. Гохштейном Фрумкин начал изучение механических характеристик твёрдых электродов с использованием вибрирующих электродов. В 1963 году был избран заместителем председателя Отделения общей и технической химии АН СССР, занимался координацией деятельности Отделения в области физической химии.

В 1965 году он основал журнал "Электрохимия" и служил его редактором. В том же году избран президентом Международного комитета по электрохимической термодинамике и кинетике.

Фрумкин отличался широкой образованностью, интересовался литературой. Зная английский, французский и немецкий языки, читал в подлиннике научную и художественную литературу. Он был основателем секции туризма Московского дома ученых, и многие годы возглавлял её, стоял у истоков серии сборников туристических маршрутов "Туристские тропы", написал вступительную статью к первому альманаху этой серии (Москва, 1958).

Работы последних лет жизни (1965-1975) привели к пересмотру основных представлений электрохимии о заряде электрода и созданию термодинамической теории границы раздела металл-электролит для каталитически активных электродов.

Работы А. Н. Фрумкина оказали значительное влияние на разработку и синтез новых химических источников тока и топливных элементов (получение алюминия, магния, натрия, лития, бериллия, тантала, титана, урана, рафинированно чистой меди, создание гальванических покрытий с заданными оптическими, механическими и магнитными свойствами, конструирование автономных химических источников электроэнергии), на развитие хемотроники, на работы в области органических полупроводников, радиационной химии. Они нашли применение в работах по химическим источникам тока, смачиванию металлов электролитами и теории флотации, по полярографии, гетерогенному катализу и коллоидной химии.

А. Н. Фрумкин был избран иностранным членом 12 академий и многих научных обществ зарубежных стран.

А. Фрумкин имел награды: Герой Социалистического Труда (23.10.1965), 3 ордена Ленина (10.06.1945; 23.10.1965; 17.09.1975), 3 ордена Трудового Красного Знамени (20.10.1943; 29.10.1945; 29.10.1949), медали. Он был Лауреатом Ленинской премии (1931), трижды Лауреатом Сталинской премии (1941, 1949, 1952).

Умер А. Н. Фрумкин 27 мая 1976 года в Туле, где участвовал в работе 9-го Всесоюзного совещания по электрохимии органических соединений. Похоронен он в Москве на Новодевичьем кладбище.

В 2000 году Международное электрохимическое общество учредило "Мемориальную медаль Фрумкина. В 2005 году Институт физической химии преобразован в Институт физической химии и электрохимии имени А.Н.Фрумкина Российской Академии Наук.


Не все открытия учёных идут человечеству на пользу. Примером тому может служить двойственное отношение к учёному-химику Фрицу Габеру. Родился он 9 декабря 1868 года в хасидской семье прусского города Бреслау. Мать Габера умерла во время родов. Его отец был известным в городе коммерсантом.

Когда мальчику было девять лет, его отец, процветающий торговец красителями, женился на Хедвиге Гамбургер, от которой имел трёх дочерей. Если отец был суров и холоден к сыну, то с мачехой у Габера сложились тёплые отношения После окончания местной начальной школы Габер поступил в Бреславскую гимназию св. Елизаветы, где у него зародилась любовь к литературе, особенно к произведениям Гёте. Мальчиком ему нравилось сочинять стихи, и он лелеял надежду стать актёром, но в конце концов химия захватила его целиком.

В 1886 г. Габер поступил в Берлинский университет для изучения химии, но после первого семестра перешёл в Гейдельбергский университет, где его учителем был Роберт Бунзен - изобретатель лабораторной горелки, которая носит его имя. Интерес Бунзена к физической химии подтолкнул Габера к изучению математики и физики - предметов, которые он продолжал штудировать в Берлинском техническом университете.

После получения докторской степени в 1891 г. он в основном работал в химических прикладных лабораториях. Затем он перешел в Цюрихский федеральный технологический институт, где ознакомился с новыми химическими и производственными процессами, которые впоследствии вывели Германию в лидеры мировой химической технологии.

После работы в течение двух лет у отца Габер продолжил свои исследования сначала в Йенском университете, а затем в Университете Карлсруэ, где в 1894 г. стал ассистентом Ханса Бунте, профессора химической технологии. Работа Габера, результаты которой были суммированы в 1896 г. в его книге "Экспериментальные исследования по распаду и горению углеводородов", позволила ему стать в том же году лектором в Университете Карлсруэ.

В 1901 году Габер женился на Кларе Иммервар, которая тоже была химиком. У них был один сын.

В 1906 г. Габеру присудили звание профессора физической химии и электрохимии и выбрали директором университетского института, где проводились исследования по этим дисциплинам.

В Карлсруэ первые исследования Габера касались самых различных вопросов, включающих электрохимию топлива, потерю тепловой энергии в паровой машине, создание нескольких типов электродов для регистрации окислительно-восстановительных процессов. Он описал результаты этой работы в книге "Основные принципы технической электрохимии на основе теории". Его третья книга "Термодинамика промышленных реакций газов", опубликованная в 1905 г., сделала Габера мировым авторитетом в области науки и технологии.

Наиболее значимые лабораторные эксперименты Габер начал в 1905 г., когда занялся производством аммиака с целью превращения его в дальнейшем в нитрат. Острой проблемой в мире из-за увеличения численности населения и сокращения природных источников удобрений становилось получение удобрений, обогащённых азотом. Габер попытался соединить атмосферный азот с водородом с целью получения аммиака.

Другие химики уже пытались синтезировать аммиак посредством прямой реакции между его составляющими азотом и водородом, но этот метод требовал повышения температуры до 1000 ╟С, что было невыгодно по экономическим соображениям. После ряда экспериментов Габер понял, что аммиак можно синтезировать и при температуре ниже 300 ╟С.

Габер объединил методики низких температур и высоких давлений. Он также обнаружил, что замена стандартного катализатора, которым являлось железо, на осмий и уран существенно увеличивает выход аммиака. В дальнейшем он ещё увеличил эффективность этого же метода за счёт утилизации тепла, выделяемого при взаимодействии газов, для поддержания температуры реакции.

Исследования Габера по синтезу аммиака финансировались германской промышленной корпорацией "Бадише анилин унд сода фабрик" (БАСФ). Карл Бош, инженер фирмы БАСФ, усовершенствовал метод Габера и внедрил его на заводах корпорации по производству аммиака в Оппау и Леуне в 1910 г. Названный процессом Габера-Боша, он до настоящего времени является основой широкомасштабного производства аммиака во всем мире.

После начала первой мировой войны в 1914 г. Габер находился на службе у германского правительства. Как консультанту военного министерства Германии ему было поручено создать отравляющее вещество раздражающего действия, которое заставляло бы войска противника покидать траншеи. Через несколько месяцев Габер и его сотрудники создали оружие с использованием газообразного хлора, которое было запущено в производство в январе 1915 г. Оно было применено этой же весной против войск стран Антанты при Ипре в Бельгии, что привело к отравлению 150 000 человек. Габер лично контролировал первое удачное применение хлора во время Второй Битвы при Ипре 22 апреля 1915 года.

Хотя Габер ненавидел войну, он считал, что применение химического оружия может сохранить многие жизни, если прекратится изматывающая траншейная война на Западном фронте. Его жена Клара решительно выступала против его военных работ.

Когда Клара прочитала в газетах о количествах жертв хлора, она от стыда и отчаяния покончила жизнь самоубийством, выстрелив в сердце из револьвера мужа.

Переживая утрату, Габер с головой погрузился в работу. В мае 1915 года он отправился на восточный фронт, где немцы сражались с российскими войсками, и организовал три новых газовых атаки. На этот раз жертвами хлора стали 25 тысяч русских солдат. Потом он разработал еще более смертоносный газ фосген, а когда фосген стали применять и британцы, то Хабер придумал горчичный газ - коричневую жидкость с запахом чеснока, который можно было размещать в артиллерийских снарядах. Но никакой газ уже не мог помочь обескровленной Германии выиграть войну.

В 1916 г. Габер был назначен начальником химической службы, ответственной за все исследования и производство химического оружия. Азотфиксирующий процесс, разработанный Габером для производства искусственных удобрений, стал служить военным целям Германии, прежде всего для производства взрывчатых веществ.

В 1917 г. Габер женился на Шарлотте Натан, у них родились сын и дочь. В 1927 г. они развелись.

В 1918 году Габер бежал из страны в Швейцарию, спасаясь от наступающих войск Антанты - британцы просто мечтали отправить на виселицу "отца газового оружия". Но тут судьба приготовила Фрицу неожиданный подарок - по инициативе Шведской Академии наук он был награжден Нобелевской премией по химии за давнюю разработку метода получения аммиака. Перед авторитетом Нобелевки англичане были вынуждены отступить и сами вычеркнули его имя из списков разыскиваемых военных преступников.

Вручение награды вызвало резкую критику со стороны учёных стран Антанты, которые рассматривали Габера как военного преступника, участвовавшего в создании химического оружия.

В лучах славы Габер вернулся в Веймарскую республику и снова возглавил свой институт, который тут же получил новый выгодный заказ от правительства. Для нужд сельского хозяйства республики было необходимо сделать новый инсектицид, который бы убивал абсолютно всех вредителей. Фриц Габер предложил смешать синильную кислоту с какими-нибудь пористыми гранулами, например, с прессованными опилками. В итоге получается простой и дешевый порошок, который можно просто рассеивать по полям. Под действием лучей солнца из гранул начнет испаряться кислота, пары которой окажутся смертельными и для насекомых, и для крупных грызунов. И для людей. В историю этот "универсальный" яд вошел под названием "Циклон-Б" - с помощью этого инсектицида в немецких концлагерях потом были убиты миллионы человек.

Поражение Германии, самоубийство первой жены, осуждение Габера английскими, американскими и французскими учёными привели его к тяжёлой депрессии; кроме того, у него развился несахарный диабет. Несмотря на это, он провел реорганизацию Института кайзера Вильгельма в Берлине в условиях жёстких ограничений, характерных для послевоенной Германии. В 1920 г. он начал исследования по извлечению золота из морской воды, надеясь, что в случае успеха это предприятие позволит Германии рассчитаться по репарациям со странами Антанты. Однако после шести лет работы этот проект, опиравшийся на слишком оптимистические содержания золота в морской воде, закончился неудачей.

В то же время работы Габера в институте привели к значительным успехам в области атомной физики, биологии и химии. Научный коллоквиум, организованный Габером, посещали наиболее выдающиеся учёные того времени, включая Нильса Бора, Отто Варбурга, Отто Мейергофа, Питера Дебая и многих других. В начале 30-х годов институт стал одним из самых известных научно-исследовательских центров и учебных заведений в мире.

В 1933 г., после прихода к власти Гитлера, положение Габера стало опасным, поскольку его родители были евреями по происхождению. Более того, в своей книге "Майн Кампф" Адольф Гитлер (сам, кстати, в своё время пострадавший от фосгена) обвинил химиков-евреев в заговоре против всех европейских народов - дескать, они специально придумали ядовитые газы, что бы во время войны истребить всех "арийцев".

Одним из первых действий нацистского правительства было издание законов гражданского кодекса, не позволяющих евреям состоять на службе в академических и правительственных учреждениях. Так как Габер находился на германской службе во время первой мировой войны, для него было сделано исключение, но в апреле этого, же года он отказался уволить из своего штата евреев, и послал письмо с заявлением об отставке в министерство искусства, науки и народного образования. "За более чем 40-летнюю службу я подбирал своих сотрудников по их интеллектуальному развитию и характеру, а не на основании происхождения их бабушек, - писал он, - и я не желаю в последние годы моей жизни изменять этому принципу".

И в 1933 году Габер снова бежит из Германии - на этот раз вместе с второй женой Шарлоттой и сыном Германом. Сначала он направился в Британию и попытался было устроиться преподавателем в Кембридж. Но студенты, не желавшие ходить на лекции палача их отцов, устроили бурю протеста, и Габера тут же уволили. Потом его бросила жена и сын.

Затем химик и будущий первый президент Израиля Хаим Вейцман предложил Габеру работать в палестинском Исследовательском институте Даниэля Сиффа в Реховоте. Здоровье Габера резко ухудшилось. Он перенёс сердечный приступ, но поправился и выехал по приглашению в январе 1934 г.

Во время остановки на отдых в Базеле (Швейцария) он умер 29 января 1934 года в возрасте 65 лет. Прах Фрица Габера был соединён в Базеле на кладбище Хорнли с прахом его первой супруги Клары.

Ещё после получения Габером Нобелевской премии журналисты писали: "Он удушил тысячи и спас от голода миллионы". После применения нацистами "Циклона Б" счёт отравленных шёл уже на миллионы.

Фрицу Габеру посчастливилось не узнать, что через несколько лет все его многочисленные родственники, жившие в Бреслау, были уничтожены в концлагере Дахау при помощи его детища - газа "Циклон Б". Он также не узнал, что и его сын Герман Хабер покончил жизнь самоубийством, когда из материалов Нюрнбергского процесса он узнал, что его отец - пусть косвенно - был причастен к убийству более миллиона евреев.


Человечество часто пользуется вещами, о создателях которых они мало что знают или не знают совсем. Например, когда мы видим нотариальные документы с переливающимися металлизированными рисунками, денежные знаки и другие подобные документы, то часто и не подозреваем, что все они обязаны голографии. И многие не знают, что изобрёл её Денеш Габор.

Денеш Габор родился в еврейской семье в Будапеште 5 июня 1900 года, и имел при рождении имя Денеш Гюнсберг, был первым сыном предпринимателя Берната Гюнсберга и Адели Якобович. В 1902 году семья получила разрешение поменять фамилию с Гюнсберг на Габор, в связи с проводимой в стране политикой мадьяризации. Решение это принесло результаты. Отец Денеша вскоре стал директором крупнейшей в Венгрии угольной компании.

Уже в ранние годы у него проявился интерес к физике. Видя увлечение сыновей научными опытами, Габор-старший оборудовал в доме настоящую физическую лабораторию. Вместе со своим братом Дьердем Денеш Габор воспроизводил в этой лаборатории опыты, о которых он читал в научных книгах и журналах.

Наступил период Первой мировой войны, революции, падения империй и зарождения нацизма. Денеш в 1918 году после окончания офицерских курсов успел побывать на фронте. Затем поступил в Будапештский технический университет на инженерную специальность.

Получил он специальность инженера в 1920 году. В 1921-1924 годах продолжил обучение в Берлина. Преподавали в нём Макс Планк и Альберт Эйнштейн. После защиты диссертации в 1927 году начал работу в компании Siemens&Halske AG (сегодня компания Siemens). За время работы в компании сделал своё первое изобретение - ртутную лампу высокого давления. В 1933 году Габор покинул Германию в связи со становлением режима нацистов и выехал на работу в Великобританию, в компанию British Thomson-Houston.

В Англии в 1936 году Габор женился на своей сотруднице Марджори Луизе Батлер, которая стала для него верной спутницей и помощницей.

В 1947 году он изобрёл голографию - метод получения объёмного изображения. Но до момента изобретения лазера в 1960 году голография не получила широкого распространения. А уже в 1971 году Габор получил Нобелевскую премию по физике.

Голография стала применяться и в криминалистике, и в службе безопасности. С её помощью можно уже было "очищать" отпечатки пальцев и проводить идентифицирование. С помощью фильтра Габора стало возможным получать биометрические данные граждан.

Габор также интересовался тем, как человек слышит и разговаривает. По результатам этих исследований он создал теорию гранулярного синтеза. Технологии, использующие эту теорию, позволяют создавать необычное звучание.

В 1948 году Габор перешёл работать в Имперский колледж Лондона и в 1958 году стал профессором прикладной физики и работал там до пенсии в 1967 году. После выхода на пенсию жил в основном в Италии.

Великий физик Габор был членом Лондонского королевского общества, кавалером Ордена Британской империи и почётным членом Венгерской академии наук. Он был награждён медалями Лондонского физического общества, Франклинкского института и многих других научных обществ.

В 1974 году он перенёс инсульт, после которого не мог читать и писать. Умер Денеш Габор в 1979 году в частной клинике Лондона.


Есть люди, которые не являлись учёными в прямом значении этого слова, не совершали научных открытий, не имели званий и степеней, но всю жизнь посвятили популяризации науки. Таким был Яков Перельман.

Соломон-Яков Исидорович Перельман родился 4 декабря (22 ноября по старому стилю) 1882 года в городе Белосток Гродненской губернии (ныне в Польше) в еврейской семье. Его отец Исидор (Исаак) Перельман работал счетоводом, мать Генриета Исааковна Эрлих преподавала в начальных классах. В семье росли ещё братья Герман и Иосиф и сёстры Анна и София.

Отец умер в сентябре 1883 года, и матери одной пришлось воспитывать детей. Она сделала всё, чтобы дети получили достойное образование. В 1890 году Яков пошёл учиться в первый класс начальной школы, а 18 августа 1895 года поступил в Белостокское реальное училище.

23 сентября 1899 года он опубликовал в газете "Гродненские губернские ведомости" под псевдонимом "Я. П." очерк "По поводу ожидаемого огненного дождя".

В августе 1901 года в Санкт-Петербурге был вместе с братом Иосифом зачислен в Лесной институт. Это был единственный институт в российской столице, куда им позволила поступить "процентная норма". Но лесоводами они не стали. Старший брат выбрал себе псевдоним Осип Дымов, стал известным писателем-беллетристом, фельетонистом и драматургом.

Практически с первого курса Яков начал сотрудничать с журналом "Природа и люди", первый написанный им очерк "Столетие астероидов" был напечатан в ╧ 4 журнала за 1901 год. В 1903 году умерла мать.

В 1904 году Перельман, продолжая учиться в Лесном институте, стал ответственным секретарём журнала "Природа и люди", а в 1913 году, со смертью прежнего редактора Ф. С. Груздева, стал во главе редакции.

В 1908 году Перельман защитил дипломную работу по теме "Старорусский казённый лесопильный завод. Его оборудование и работа" и 22 января 1909 года - получил диплом об окончании Лесного института со званием "учёный-лесовод I разряда". Но работать по избранной в институте профессии ему не довелось, после окончания института Перельман начинает сотрудничать в журнале постоянно, и не только сам пишет очерки, но и печатает работы других.

В июле 1913 года вышла в свет первая часть книги "Занимательная физика". Книга имела ошеломляющий успех у читателей. Вызвала она интерес и в среде физиков. Профессор физики Петербургского университета Орест Данилович Хвольсон, познакомившись с Перельманом и узнав, что книга написана не учёным-физиком, а учёным-лесоводом, сказал Якову Исидоровичу: Лесоводов-учёных у нас предостаточно, а вот людей, которые умели бы так писать о физике, как пишете Вы, нет вовсе. Мой вам настоятельнейший совет: продолжайте, обязательно продолжайте писать подобные книги и впредь.

Следом Перельман издаёт серию новых книг: "Занимательная геометрия", "Занимательная арифметика", "Занимательная алгебра", "Занимательная астрономия" и другие. Спрос на эти книги был большой. Только в бывшем СССР и сегодняшней России общий тираж его книг превысил 13 000 000 экземпляров.

В 1912 году в петербургском журнале "Вестник воздухоплавания" была опубликована статья К.Э.Циолковского "Исследование мировых пространств реактивными приборами". Она произвела на Перельмана большое впечатление. 29 августа 1913 года началась переписка с К. Э. Циолковским, которая продолжалась до самой смерти Циолковского.

20 ноября 1913 года - выступил с докладом в Российском обществе любителей мироведения "О возможности межпланетных сообщений", в основу которого легли идеи К. Э. Циолковского. На это событие откликнулись самые крупные столичные газеты.

В 1914 году написал и опубликовал дополнительную главу "Завтрак в невесомой кухне" к роману Жюля Верна "Из пушки на Луну", которой дал определение "научно-фантастическая" (Жюль Верн свои романы называл научными, а Герберт Уэллс фантастическими), став таким образом автором нового понятия.

В 1915 году находясь летом на отдыхе, Перельман познакомился с молодым врачом Анной Давидовной Каминской. Вскоре они поженились.

В 1916 году вышла в свет вторая часть книги "Занимательная физика".

В 1916-1917 годы Перельман служил в Петроградском "Особом совещании по топливу", где предложил перевести стрелку часов на час вперёд с целью экономии топлива (это было осуществлено в 20-х годах).

Более двух лет Перельман работал над научным материалом Циолковского, чтобы сделать его доступным, интересным и занимательным для любого гимназиста. И к концу 1915 года вышла в свет книга "Межпланетные путешествия". Это было первое в мире общедоступное издание по космонавтике. Книга имела исключительный успех. Второе издание вышло уже при советской власти в 1919 году. Город был осаждён армией Юденича, а голодные рабочие коченеющими от холода руками набирали книгу о звёздоплавании.

В том же 1919 году по предложению Перельмана и при поддержке Н.Крупской начал издаваться первый советский научно-популярный "В мастерской природы".

В 1918-1923 годы Перельман работал инспектором отдела Единой трудовой школы Наркомпроса РСФСР. Составлял новые учебные программы по физике, математике и астрономии, одновременно преподавал эти предметы в различных учебных заведениях.

В 1924 году участвовал в работе московской "Секции межпланетных сообщений" Осоавиахима СССР, в числе членов которой были Ф. Э. Дзержинский, К. Э. Циолковский, В. П. Ветчинкин, Ф. А. Цандер. Н. А. Рынин и другие.

В 1924-1929 годы - работал в отделе науки ленинградской "Красной газеты"; член редколлегии журналов "Наука и техника", "Педагогическая мысль".

С 3 ноября 1931 и по конец 1933 года - заведовал в ЛенГИРДе отделом пропаганды, член президиума ЛенГИРДа. Совместно с инженером Штерном разрабатывал проект первой советской противоградовой ракеты.

В 1932 году был награждён грамотой Ленинградского областного совета Осоавиахима СССР "за особо активное участие в проработке научно-технических заданий в области воздушной техники, направленных на укрепление обороноспособности СССР".

В 1932-1936 годы Перельман переписывался с С. П. Королёвым по вопросам пропаганды космических знаний; работал в ленинградском отделе издательства ЦК ВЛКСМ "Молодая гвардия" в качестве автора, консультанта и научного редактора.

Книги Перельмана издавались и за рубежом. 1 августа 1934 года - в составе группы ленинградских писателей и учёных-популяризаторов Перельман встретился с Гербертом Уэллсом, приезжавшим в СССР. Герберт Уэллс отметил, что знает того самого "Джейкоба Перлмана, который своеобразно интерпретировал некоторые его сочинения". Всего за рубежом книги Я. И. Перельмана 126 раз издавались в 18 странах.

15 октября 1935 года состоялось открытие ленинградского Дома занимательной науки в Фонтанном доме (бывший дворец Шереметевых, уничтожен в годы войны).

Во время войны семья Перельмана эвакуироваться не захотела. Жена работала врачом в госпитале. Сам Перельман 1 июля 1941 года пришёл в Петроградский райвоенкомат и предложил свои услуги в качестве лектора-инструктора по подготовке войсковых разведчиков. Он читал лекции красноармейцам, морякам, ополченцам. Он рассказывал об ориентировании на местности без приборов, о физических основах ведения прицельного огня, об эффективном метании бутылки с зажигательной смесью по вражеским танкам.

На лекции приходилось идти пешком, а силы таяли. В январе 1942 года от истощения умерла жена Анна Давыдовна прямо во время дежурства в госпитале. Яков Перельман остался один. "Буржуйку" приходилось топить мебелью. Не было хлеба и воды. С едва светящейся керосиновой лампой Перельман сидел и делал свои последние записи. Так, сидя за рабочим столом, истощённый Яков Перельман и умер 16 марта 1942 года.


Ещё одним популяризатором науки был Матвей Петрович Бронштейн.

Матвей Бронштейн и его брат-близнец Исидор родились 2 декабря 1906 года в городе Виннице (Украина) в семье врача. В дружной семье росла также дочь Михалина. С раннего возраста мальчики пристрастились к чтению книг. Отец всячески поощрял это увлечение, регулярно принося им новые книги, в основном познавательные. Братья не успели получить среднее образование.

Этому помешала разразившаяся Первая мировая война. Они лишь успели сдать экстерном экзамены за три класса гимназии. В начале войны отца как врача мобилизовали в армию, и мать с детьми, лишившись кормильца, переехала к своим родителям в Киев. Во время обеих революций 1917 года и последовавшей за ними Гражданской войны семья изведала все невзгоды этого смутного времени: голод, погромы, трудности с учебой детей.

Когда в 1920 году в Киеве установилась советская власть, мальчики, стараясь наверстать упущенное время, стали ежедневно посещать городские библиотеки, где с головой окунулись в море книг, предпочитая самостоятельное книжное образование школьному. Со временем для Матвея приоритетной стала научная литература. К семнадцати годам он приобрел обширные знания в области астрономии и физики. Исидора же больше интересовали архитектура и градостроительство.

В 1924 году Матвей Бронштейн начал посещать кружок любителей физики при Киевском университете. Благодаря природным данным, пытливому уму, постоянному стремлению познать сущность физических процессов он уже в то время был подготовлен к научной деятельности. Руководитель кружка, опытный педагог профессор П. С. Тартаковский, очень быстро убедился в необыкновенных способностях своего нового ученика и создал ему благоприятные условия для научной работы. В скором времени Бронштейн порадовал учителя, опубликовав несколько статей в области квантовой физики. В 1926 году Тартаковский переезжает в Ленинград, а еще через год, вероятно по совету учителя, Матвей покидает Киев, чтобы поступить в Ленинградский университет.

Там Бронштейн одновременно с учебой на физическом факультете посещал лекции по астрономии, так как еще в Киеве увлекался ею. Видимо, поэтому он поначалу оказался в компании студентов-астрономов. Со многими подружился, но особенно близко с Виктором Амбарцумяном, будущим академиком, одним из основоположников теоретической астрофизики в СССР. Они часто общались, дискуссировали по многим вопросам астрономии. Эти полезные беседы в значительной степени предопределили его будущие успехи в космологии.

В то время большой популярностью в университете пользовался студенческий коллектив "Джаз-банд". Его участники разыгрывали шуточные миниатюры и скетчи из студенческой жизни, устраивали вечера поэзии, различные семинары. Основателями были фанатично влюбленные в физику студенты: Лев Ландау (Дау), Дмитрий Иваненко (Димус) и Георгий Гамов (Джони), именовавшие себя "мушкетерами". Молодежь привлекала возможность от души повеселиться в компании остроумных и славных ребят и одновременно посещать полезные семинары по физике, которые проводили "мушкетеры".

Матвей познакомился с "мушкетёрами", которые присвоили Матвею второе имя - Аббат. Так возник дружный союз молодых ярких звезд, каждый из которых оставил заметный след в науке.

В 1929 году Матвей Бронштейн окончил ЛГУ и начал работать научным сотрудником в ЛФТИ, где продолжил заниматься своими исследованиями. Он активно участвовал в знаменитых физических семинарах членкора АН СССР Я. И. Френкеля, высоко ценившего аналитические способности молодого физика. К тому времени он уже считался серьезным перспективным физиком-теоретиком, преподавал в ЛГУ, ЛПИ и других институтах.

Через четыре года он женился на Лидии Корнеевне Чуковской, дочери писателя Корнея Ивановича Чуковского, работавшей редактором в Ленинградском отделении Детиздата. В семье воспитывалась ее дочь от первого брака Люша (Елена) - будущий литературовед.

Приятным сюрпризом для Лидии Корнеевны оказалась увлеченность мужа литературой, будь то поэзия или проза. Поражала его феноменальная память - многие фрагменты из прочитанного он без труда воспроизводил наизусть. Иностранные книги читал большей частью в подлиннике, благо в совершенстве владел четырьмя европейскими и в меньшей степени несколькими другими языками. Убедившись в обширных познаниях мужа, Лидия Корнеевна шутя, называла его "без пяти минут академиком". Высокого мнения о зяте был и Корней Иванович.

Попав после женитьбы в литературную среду, Бронштейн не потерялся в ней. Несмотря на чрезвычайную занятость научными и лекторскими делами, он регулярно публиковал научно-популярные статьи и очерки в природоведческих журналах. Самуил Яковлевич Маршак, возглавлявший Ленинградское отделение Детиздата, задумал в те годы создать серию научно-популярных книг для юношества. В лице Матвея Петровича он нашел идеального автора для будущих произведений.

Бронштейн тогда увлеченно работал над книгой о гелии, впоследствии названной "Солнечное вещество". В ней занимательно рассказывалась история открытия гелия на Солнце и затем на Земле. Маршак принял живое участие в подготовке ее к изданию. Книга вышла под его редакцией и была горячо встречена любознательной молодежью. Академик Алферов вспоминал, что впервые прочел "Солнечное вещество", когда ему было десять лет, и книга открыла для него новый мир.

Бронштейн успел написать еще две книги для молодежи: "Лучи икс" и "Изобретатель телеграфа". И это еще не все: дефицит времени не помешал ему заниматься также и редакторским делом. Под редакцией Матвея Петровича и с его предисловием вышли переводы нескольких книг известных зарубежных физиков, в том числе классический труд Поля Дирака "Основы квантовой механики".

Однако свое главное призвание Матвей Бронштейн нашел в физике. За короткий срок, отведенный ему судьбой, им было выполнено более тридцати исследований, поражающих глубиной проникновения автора в суть явлений. Среди них отметим работы по космологии, теории полупроводников, физике атомного ядра, квантовой теории гравитации.

Разработками в области физической космологии Матвей Петрович занимался в 1936 году, но довести их до конца он не успел - через год его арестовали. И только спустя 30 лет о них вспомнил академик Я. Б. Зельдович. В книге "Релятивистская астрофизика" он подробно рассказал о чрезвычайно интересных идеях Бронштейна, об их значимости для исследований физических явлений в космосе.

В ноябре 1935 года Матвей Петрович защитил докторскую диссертацию на тему "Квантование гравитационных волн". Известные физики И. Е. Тамм и Б. А. Фок отметили высокий уровень теоретических исследований этой сложной и важной физической проблемы. Бронштейн продолжил интенсивно развивать свою теорию квантования волн и после защиты, но завершить исследования ему было не суждено.

В конце июля 1937 года Бронштейн уехал на лечение в Кисловодск. По дороге на Кавказ он заехал навестить родителей в Киев. Вскоре после отъезда Матвея Петровича на его ленинградскую квартиру явились молодчики из НКВД. Не застав его дома, они взломали полы в поисках спрятанного оружия. Бронштейна арестовали в ночь с 5 на 6 августа в доме родителей. Как и в Ленинграде, люди в форме НКВД перевернули квартиру вверх дном в поисках оружия и взрывчатки. Прощаясь с родными, Матвей Петрович успел только сказать: "Не беспокойтесь, я ненадолго".

Лидия Корнеевна и Корней Иванович начали обращаться в разные судебные инстанции с запросами о положении задержанного Бронштейна, но всюду им отвечали одной и той, же сухой фразой: "Сведений не имеем". Только значительно позже стало известно, что Матвея Петровича в течение недели допрашивали в киевских застенках, а затем как особо опасного преступника отправили под усиленным конвоем в распоряжение Ленинградского УНКВД. По перрону ленинградского вокзала он шел между двумя охранниками - по револьверу с обеих сторон. Третий позади - в затылок. Матвей Петрович - обросший бородой, без шапки, руки назад, а на плечах болтается полотенце. Рубашка из-под пиджака грязная и драная. Прорехи от ворота чуть не до живота.

В тюрьме Матвей Петрович пробыл чуть больше полугода - вплоть до трагической развязки. В камере, рассчитанной на 16 человек, находилось примерно 150 заключенных. Чудом выживший сокамерник рассказал, что ярче других ему запомнился Бронштейн, который отличался "необыкновенной концентрацией интеллекта, культуры и нравственных чувств".

Иногда, когда обстановка в камере это позволяла, Матвей Петрович по просьбе заключенных рассказывал об исторических личностях (Галилее, Эйнштейне и других), читал любимые стихи, прежде всего Пушкина и Блока. Сначала его вызывали к следователям нечасто и ненадолго. Возвращался в камеру он со следами побоев на теле, но вел себя стойко, не жаловался, не терял надежду на помощь друзей и знавших его известных физиков.

Однако к концу следствия допросы стали более частыми и отличались особой жестокостью. В последний раз он отсутствовал трое суток, после чего его - истерзанного и полуживого - принесли на руках и бросили на топчан. Придя в сознание, он, по свидетельству соседа, долго находился в состоянии сильного отчаяния, сокрушаясь, что не выдержал пыток и оговорил себя.

Чуковский обратился с письмом к Сталину. К письму были приложены научная характеристика М. П. Бронштейна, подписанная знаменитыми физиками Л. И. Мандельштамом, С. И. Вавиловым, И. Е. Таммом, и их общее послание Сталину.

Чуковский и Маршак предприняли шаги для встречи с руководителями высших судебных органов - А. Я. Вышинским и В. В. Ульрихом. Те любезно приняли писателей, каждый из них обещал ознакомиться с делом Бронштейна. Через некоторое время они сообщили, что ничем помочь не могут: Матвея Петровича уже нет в живых.

Бронштейна включили в список "Ленинградская область" на 81 человека по 1-й категории от 3 февраля 1938 года. Список был представлен ГУГБ НКВД В.Цесарским и подписали его Сталин, Ворошилов, Молотов, Каганович.

Суд над Бронштейном состоялся 18 февраля 1938 года. Его дело рассматривала выездная сессия Военной коллегии Верховного суда. Заседание длилось всего двадцать минут. Он был обвинен в "активном участии в контрреволюционной фашистской террористической организации" и приговорен к высшей мере наказания - расстрелу с конфискацией всего личного имущества. Решение суда исполнили в тот же день, через пятнадцать минут после оглашения приговора.

Жене было объявлено, что приговор мужа "десять лет без права переписки", за ней приходили как за членом семьи "врага народа", но Чуковская была в Москве, а потом жила в Киеве у родителей Бронштейна. Отец Чуковской, Корней Чуковский, после двух лет хождения по инстанциям и нескольких встреч с Василием Ульрихом лишь в конце 1939 года узнал о том, что зятя нет в живых. Однако Лидия не теряла надежды и только в 1940 году, когда она добилась свидания с начальником Управления НКВД СССР по Ленинградской области Сергеем Гоглидзе, тот подтвердил, что её муж погиб.

Родители Матвея Бронштейна ненадолго пережили своего сына. Их судьба была не менее трагична. В 1941 году, эвакуируясь из Киева, они и их второй сын Исидор застряли на железнодорожной станции Мирск, где заразились сыпным тифом. Санитары обнаружили их в бессознательном состоянии, но еще живых. Пожилых родителей оставили умирать прямо на платформе, а молодого Исидора увезли в тифозный барак, где ему удалось выжить. Ослабленный, еле живой, он пытался разыскать родителей, но их следы затерялись в общем хаосе.

Матвея Бронштейна реабилитировали 15 мая 1957 года. Лидии Корнеевне помог в этом Лев Ландау, тогда уже академик и Герой Соцтруда. Он обратился в Главную военную прокуратуру с просьбой восстановить честное имя Матвея Петровича Бронштейна. В частности, Ландау писал: "В его лице советская физика потеряла одного из наиболее талантливых своих представителей, а его научно-популярные книги принадлежат к лучшим, имеющимся в мировой литературе".

Лидия Корнеевна, до конца своих дней верная памяти мужа, долгое время вела поиски места его захоронения. Впоследствии ей стало известно, что тела расстрелянных заключенных свозились на территорию лагерей, скрытых под названием "Полигон для учебных стрельбищ", находившихся под Ленинградом, неподалеку от станции Левашево. За год до ее смерти в этом городке установили скромный памятник Бронштейну.

Матвей Петрович Бронштейн - исключительное явление в истории физики. Свои ценнейшие исследования он выполнил всего за одиннадцать (!) лет активного творчества, одновременно успев проявить себя как прекрасный педагог и успешный писатель.

В июле 1991 года, в древнем сицилийском городе Эриче. Здесь, в Центре научной культуры им. Этторе Майорана, проходила очередная Международная школа по субъядерной физике. На этой конференции российский теоретик лев Окунь прочёл лекцию "Проблема массы: от Галилея до Хиггса". В ней он упомянул прибор, придуманный Матвеем Бронштейном. На Западе это имя было почти не известно. Тогда лектор рассказал о замечательном физике и его страшной судьбе. Рассказ произвел такое сильное впечатление, что организаторы конференции решили учредить стипендию имени М. П. Бронштейна. Лишь еще один российский ученый был удостоен такой чести - академик А. Д. Сахаров.


Один из величайших математиков XX века, автор множества теоретических работ и прикладных исследований с применением математического метода в области физики, сейсмологии, биологии, нейрофизиологии, медицины Израиль Гельфанд родился в 1913 году в украинской деревне Окны.

Когда Израиль Гельфанд окончил девятый класс школы в небольшом местечке под Одессой, учитель математики сказал ему: "Изя, дорогой, я больше ничему тебя не смогу научить. Езжай в Москву, найди там МГУ, а в МГУ - мехмат. Учись дальше, и ты станешь великим математиком!"

На механико-математическом факультете МГУ девятиклассник дошел только до секретаря деканата. - Молодой человек, где ваш диплом об окончании средней школы? - возмутился секретарь. - Ах, у вас его еще нет! Тогда езжайте к себе назад на Украину и приходите через год, с дипломом!

Но вернуться домой Гельфанд уже не мог - так запали в душу слова учителя о великом будущем. Он решил остаться в Москве, и чтобы заработать на жизнь, устроился гардеробщиком в Ленинскую библиотеку - все как-то ближе к книгам.

Однажды его заметил там за чтением монографии по высшей математике молодой, но уже знаменитый математик Андрей Николаевич Колмогоров.

- Мальчик! Зачем ты держишь в руках эту книгу? - спросил ученый. - Ведь ты не понимаешь в ней ни строчки.

- Я извиняюсь, товарищ профессор, но вы не правы! - парировал Израиль.

- Не прав? Тогда вот тебе три задачки - попробуй решить хотя бы одну до моего возвращения. У тебя есть два часа!

Колмогоров пробыл в библиотеке дольше, чем рассчитывал, и, вернувшись за пальто, отдал номерок другому гардеробщику, совершенно забыв о поручении юному Гельфанду. Уже на выходе из вестибюля он услышал позади робкий оклик:

- Товарищ профессор! Я их решил...

Андрей Николаевич вернулся, взял у Гельфанда исписанные торопливым почерком листки, выдранные из школьной тетради, и с изумлением обнаружил, что все задачи решены, причем последняя, самая трудная - необычайно изящным и неизвестным ему способом.

- Тебе кто-то помог? - не мог поверить профессор.

- Я извиняюсь, но я решил все сам!

- Ты сделал это сам?!! Тогда вот тебе еще три задачки. Если решишь две из них, возьму на мехмат к себе в аспирантуру. У тебя на все про все четыре дня.

На пятые сутки Колмогоров появился в гардеробе Ленинки и направился прямиком к тому сектору, который обслуживал Израиль Гельфанд.

- Ну как дела? - полюбопытствовал профессор.

- Мне кажется, я их решил... - мальчик протянул математику листы с задачами.

Колмогоров погрузился в чтение. Изучив листки, ученый поднял голову, внимательно посмотрел Изе в глаза и сказал:

- Извините меня, пожалуйста, за сомнения в авторстве решений тех первых задач. Теперь я вижу, что вам никто не помогал. Дело в том, что ни в этой библиотеке, ни за ее пределами вам никто не мог подсказать решение нынешней третьей задачи: до сегодняшнего дня математики считали ее неразрешимой! Одевайтесь, я познакомлю вас с ректором МГУ.

Они застали ректора в его кабинете на Моховой. Тот сидел за столом, заваленным бумагами, и что-то напряженно писал. Ректор лишь мельком взглянул на вошедших - Андрей Николаевич! Мне надо срочно дописать документ, а вы врываетесь ко мне с каким-то мальчишкой!

- Простите великодушно, но это не мальчишка, а Израиль Моисеевич Гельфанд, гениальный математик, - уверенно представил Изю ректору первого университета страны Колмогоров. - Он любезно согласился пойти ко мне в аспирантуру. Прошу вас распорядиться.

И так случилось, что академик Гельфанд никогда не учился в 10-м классе и никогда не был студентом. Он сразу поступил в аспирантуру механико-математического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова. Его научным руководителем был Андрей Колмогоров.

Сам Колмогоров стал известным советским математиком, академиком, почетным членом нескольких западных академий наук. Профессор МГУ им. М.В. Ломоносова Колмогоров - один из создателей современной теории вероятностей. Написал ряд важных работ по истории и философии математики.

А Израиль Гельфанд уже в двадцать семь лет стал доктором наук, а в сорок - членом-корреспондентом Академии наук СССР. Гельфанд - лауреат многочисленных отечественных и международных премий; почетный доктор семи иностранных университетов, включая Гарвард и Оксфорд; почетный иностранный член Американской академии искусств и наук.


В середине 1960-х профессор Гаральд Натансон предложил одной из своих студенток, которую звали Люба, место в аспирантуре. Нельзя сказать, что этот шаг дался ему легко. Женщин в аспирантуру тогда принимали с большой неохотой, подозревая их в тайной склонности к деторождению и прочим несерьезным вещам, отвлекающим от науки.

К тому же Люба была еврейкой, а это означало, что профессор Натансон, приберегавший для нее место на кафедре, вынужден был интриговать, лавировать и заискивать. С точки зрения системы, евреи были еще более ненадежными, чем женщины. В послевоенном СССР изощренный антисемитизм имел силу негласного закона. Натансон, будучи евреем, преподавал в Ленинградском педагогическом институте им. А.И. Герцена - второразрядном вузе в сравнении с Ленинградским госуниверситетом - и оттого мог позволить себе покровительствовать евреям - студентам и преподавателям.

Правда, Любе было почти тридцать. Она уже была не в том возрасте, в котором женщины в СССР обычно выходили замуж и рожали детей. Натансон с удовольствием заключил, что она готова целиком посвятить себя математике. И оказался не так уж неправ: Люба и в самом деле была увлечена наукой. Тем не менее она отклонила щедрое предложение профессора, объяснив, что недавно вышла замуж и подумывает о ребенке. Люба рассказала, что уже приняла предложение стать учителем математики в ПТУ и теперь намерена оставить математическое сообщество Ленинграда лет на десять-двенадцать.

По советским меркам этот срок был ничтожным. В общем, жизнь текла медленно. Гаральд Натансон продолжал преподавать в пединституте, перенаселенном и обшарпанном, когда Люба снова пришла на кафедру. Она состарилась и отяжелела. Люба рассказала, что за годы своего отсутствия она родила сына. Теперь ее Гриша подрос, пошел в школу и выказывает явные способности к математике. Он даже победил в районной математической олимпиаде в Купчине - районе новостроек, где они жили.

Следуя давней традиции математической преемственности, Гриша был готов начать с того места, где остановилась его мать. Эта история произвела на Натансона сильное впечатление: он и сам был из династии математиков. Его отец, Исидор Натансон, был автором канонического учебника высшей математики и преподавал в том же пединституте до самой смерти в 1963 году.

Сын Любы перешел в пятый класс, то есть уже мог начать серьезно заниматься. У Натансона уже был на примете преподаватель для Гриши. К нему профессор и отправил мальчика и его мать.

Так началось обучение Григория Перельмана. А у Якова Перельмана появился однофамилец, прославивший математическую науку. Это Григорий Яковлевич Перельман.

Григорий Перельман родился 13 июня 1966 года в Ленинграде в еврейской семье. Его отец Яков был инженером-электриком, в 1993 году эмигрировал в Израиль.

Мать, Любовь Лейбовна, осталась в Санкт-Петербурге, работала учителем математики в ПТУ. Именно мать, игравшая на скрипке, привила будущему математику любовь к классической музыке.

У Григория Перельмана есть младшая сестра Елена (род. 1976), также математик, выпускница Санкт-Петербургского университета (1998), в 2003 году защитившая диссертацию доктора философии в Институте Вейцмана в Реховоте,с 2007 года работает программистом в Стокгольме.

До 9 класса Перельман учился в средней школе на окраине Ленинграда, а потом перевёлся в 239-ю физико-математическую школу. Он хорошо играл в настольный теннис, посещал музыкальную школу. Золотую медаль не получил только из-за физкультуры, не сдав нормы ГТО.

С 5 класса Григорий занимался в математическом центре при Дворце пионеров под руководством доцента РГПУ Сергея Рукшина, чьи ученики завоевали множество наград на математических олимпиадах. В 1982 году в составе команды советских школьников завоевал золотую медаль на Международной математической олимпиаде в Будапеште, получив полный балл за безукоризненное решение всех задач.

После школы Григорий имел право без экзаменов поступить в любое учебное заведение Советского Союза. Колебался между мехматом и консерваторией. Выбрал математику. Был без экзаменов зачислен на математико-механический факультет Ленинградского государственного университета. Побеждал на факультетских, городских и всесоюзных студенческих математических олимпиадах. Все годы учился только на "отлично". За успехи в учёбе получал Ленинскую стипендию. Окончив с отличием университет, поступил в аспирантуру (научный руководитель - А. Д. Александров) при Ленинградском отделении Математического института им. В. А. Стеклова (ЛОМИ - до 1992 г.; затем - ПОМИ). Защитив в 1990 году кандидатскую диссертацию на тему "Седловые поверхности в евклидовых пространствах", остался работать в институте старшим научным сотрудником.

В начале 1990-х годов Перельман приехал в США, где работал научным сотрудником в разных университетах. Удивлял коллег аскетичностью быта, любимой едой были молоко, хлеб и сыр. В 1996 году вернулся в Санкт-Петербург, продолжив работать в ПОМИ, где в одиночку трудился над доказательством гипотезы Пуанкаре.

В 1991 году Григорию присуждена премия "Молодому математику" Санкт-Петербургского математического общества за работу "Пространства Александрова с ограниченной снизу кривизной".

В 1996 году Перельману была присуждена Премия Европейского математического общества для молодых математиков, но он отказался её получать.

В 2002-2003 годах Григорий Перельман опубликовал в Интернете три свои знаменитые статьи, в которых кратко изложил оригинальный метод доказательства гипотезы Пуанкаре.

Появление в Интернете первой статьи Перельмана о формуле энтропии для потока Риччи вызвало немедленную международную сенсацию в научных кругах. В 2003 году Григорий Перельман принял приглашение посетить ряд американских университетов, где он сделал серию докладов о своей работе по доказательству гипотезы Пуанкаре.

В Америке Перельман потратил много времени, объясняя свои идеи и методы как в организованных для него публичных лекциях, так и во время личных встреч с рядом математиков. После своего возвращения в Россию он отвечал на многочисленные вопросы своих зарубежных коллег по электронной почте.

В 2004-2006 годах проверкой результатов Перельмана занимались три независимые группы математиков:

Брюс Кляйнер, Джон Лотт, Мичиганский университет;

Чжу Сипин, Университет Сунь Ятсенa, Цао Хуайдун, Лихайский университет;

Джон Морган, Колумбийский университет, Ган Тянь, Массачусетский технологический институт.

Все три группы пришли к выводу, что гипотеза Пуанкаре полностью доказана.

В декабре 2005 года Григорий Перельман ушёл с поста ведущего научного сотрудника лаборатории математической физики, уволился из ПОМИ и практически полностью прервал контакты с коллегами.

В 2006 году Григорию Перельману за решение гипотезы Пуанкаре присуждена международная премия "Медаль Филдса" (официальная формулировка при награждении: "За вклад в геометрию и его революционные идеи в изучение геометрической и аналитической структуры потока Риччи"), однако, он отказался и от неё.

В марте 2010 года Математический институт Клэя присудил Григорию Перельману премию в размере одного миллиона долларов США за доказательство гипотезы Пуанкаре, что стало первым в истории присуждением премии за решение одной из Проблем тысячелетия.

В июне 2010 года Перельман проигнорировал математическую конференцию в Париже, на которой предполагалось вручение "Премии тысячелетия" за доказательство гипотезы Пуанкаре, а 1 июля 2010 года публично заявил о своём отказе от премии.

В сентябре 2011 года стало известно, что математик отказался принять предложение стать членом Российской академии наук.

В сентябре 2011 года институт Клэя совместно с институтом Анри Пуанкаре (Париж) учредили должность для молодых математиков, деньги на оплату которой пойдут из присужденной, но не принятой Григорием Перельманом "Премии тысячелетия".

Интересно, что в своей работе "Формула энтропии для потока Риччи и её геометрические приложения" Григорий Перельман не без юмора скромно указывает, что его работа частично финансировалась за счёт личных сбережений. Они были сэкономлены во время его посещений Курантовского института математических наук, Университета штата Нью-Йорк (SUNY) и Калифорнийского университета в Беркли, и благодарит организаторов этих поездок.

В то же время официальным математическим сообществом выделялись миллионные гранты для отдельных исследовательских групп для того, чтобы понять и проверить работы Перельмана.

Ведёт замкнутый образ жизни, игнорирует прессу. Проживает в Санкт-Петербурге в Купчино вместе со своей матерью.


Одним из самых одарённых людей считается Уильям Джеймс Сидис. Родился он 1 апреля 1898 года в Нью-Йорке. Он был сыном евреев-эмигрантов, выходцев с территории Украины. Его родители были выдающимися специалистами в своих областях: Борис Сидис преподавал психологию в Гарвардском Университете и был одним из самых значительных психиатров и психологов США своего времени; Сара окончила Университет Медицины Бостона в 1897 году, но бросила свою карьеру для воспитания Уильяма.

Родители хотели сделать У. Дж. Сидиса гением, используя собственные методы образования, за которые их критиковали. В возрасте 18 месяцев он читал газету "Нью-Йорк Таймс". В 6 лет Уильям сознательно стал атеистом. До своего восьмилетия он написал четыре книги. Его IQ оценивался в районе от 250 до 300 (наивысший зафиксированный IQ в истории). Вот некоторые факты его биографии:

- Уильям научился писать к концу первого года жизни.

- На четвёртом году жизни он прочел Гомера в оригинале.

- В шесть лет изучил аристотелевскую логику.

- Между 4 и 8 годами написал 4 книги, включая одну монографию по анатомии.

- В семь лет сдал экзамен Гарвардской медицинской школы по анатомии.

- К 8 годам Уильям знал 8 языков - английский, латынь, греческий, русский, иврит, французский, немецкий и ещё один, который он изобрёл сам.

В возрасте 11 лет У. Дж. Сидис поступил в Гарвард и вскоре уже читал лекции в математическом клубе Гарварда.

- Он окончил Гарвард с отличием в 16 лет.

Области знаний, по которым остались работы Сидиса, включают американскую историю, космологию и психологию. Сидис был собирателем железнодорожных билетов и был погружён в изучение транспортных систем. Под псевдонимом "Франк Фалупа" он написал трактат о железнодорожных билетах, в котором идентифицировал способы увеличения пропускной способности транспортной сети, которые только сейчас начинают находить признание.

В 1930 году он получил патент на бессменный бесконечный календарь, который принимал во внимание високосные годы.

Сидис знал около 40 языков (по другим данным - 200) и свободно переводил с одного на другой. Также Сидис создал искусственный язык, названый им Vendergood в своей второй книге, озаглавленной "Book of Vendergood", которую он написал в возрасте восьми лет. Язык в большей части основан на латинском и греческом, также он основывался на немецком, французском и других романских языках.

Сидис был социально пассивен. В юном возрасте он решил отказаться от секса и посвятить жизнь интеллектуальному развитию. Его интересы проявлялись в довольно экзотических формах. Он написал исследование по альтернативной истории США. Взрослую жизнь он работал простым бухгалтером, носил традиционную сельскую одежду и увольнялся с работы, как только обнаруживалась его гениальность. Стремясь жить незаметно, он прятался от журналистов.

Сидис умер от внутримозгового кровоизлияния в 1944 году, в возрасте 46 лет в Бостоне.

У. Дж. Сидис оценивается некоторыми биографами как самый одарённый человек на Земле.


Британский физик-теоретик занятый познанием устройства Вселенной Стивен Хокинг родился в 1942 году в Оксфорде, куда его родители перебрались из Лондона - город регулярно подвергался налётам гитлеровской авиации. Отец Стивена, Фрэнк Хокинг, работал исследователем в медицинском центре в Хампстеде. Его мать, Изабель, трудилась там же секретарём.

Он с детства походил на учёного - не слишком складная фигура, очки и прозвище "Зубрила" за чрезмерный интерес к скучным, с точки зрения ровесников, научным дебатам. При этом первым учеником в школе Стивен не был никогда. Его способности и интересы сводились к математике, физике и химии, а к остальным предметам он был равнодушен.

В 1959 году он стал студентом Оксфордского университета, однако и там не проявлял большого рвения. Учёбе и научной деятельности в ту пору он посвящал час в день. "Я не горжусь этой нехваткой работы, я только описываю своё отношение к учёбе, которое полностью разделяло большинство моих сокурсников. В Кембридже уже предполагалось, что вы блестящий студент, без усилия, в другом случае можно было принять ограниченность своих способностей и закончить учёбу после средней школы", - вспоминал Хокинг.

Он занимался космологией, собираясь открыть тайны мироздания, но не знал, что внутри него самого тикает бомба с часовым механизмом. Стивен вдруг заметил, что стал слишком часто и беспричинно спотыкаться. Обратился к врачам, и те после обследования вынесли вердикт - боковой амиотрофический склероз. Это неизлечимое заболевание центральной нервной системы, которое приводит к параличу и атрофии всех мышц тела. Неизбежная смерть наступает от отказа дыхательных путей.

21-летнему студенту Хокингу было сказано, что в запасе у него два года жизни. Ну, от силы два с половиной.

На столе лежала начатая диссертация... А нужна ли она теперь? Хокинг решил: обязательна нужна. Он должен успеть сделать хоть что-то из того, что задумал. И началась гонка со временем, когда тело с каждым днём слушалось всё хуже и хуже.

В разгар этой борьбы Хокинг познакомился с очаровательной девушкой Джейн и влюбился. Он захотел не просто прожить дольше, он захотел создать семью. Но разве может красавица ответить взаимностью полностью погружённому в физику очкарику, приговорённому врачами?

Джейн Уайлд не просто ответила, она стала его музой и помощницей. Но чтобы жениться на Джейн, Стивену Хокингу нужно было сделать две вещи - получить работу, для чего нужно было закончить диссертацию, добившись учёной степени, и не умереть.

В 1965 году, согласно вердикту врачей, Стивена Хокинга ждали похороны. Молодой учёный заменил их на свадьбу, на которую пришёл своими ногами, пусть и опираясь на трость. Он не мог победить свою болезнь, но дрался с ней отчаянно.

1967 году она заставила его взять костыли, Хокинг ответил ей рождением первенца. Он был уже прикован к инвалидной коляске, но у них с Джейн родились дочь и ещё один сын.

Стивен Хокинг путешествовал по всему миру, работал с учёными разных стран. Его научные работы поражали так же, как его мужество. В 1973 году Хокинг приехал в СССР, где обсуждал проблемы чёрных дыр с ведущими советскими специалистами в этой области Яковом Зельдовичем и Алексеем Старобинским.

В начале 1980-х годов профессор Хокинг и профессор Джим Хартл предложили модель Вселенной, которая не имеет космических границ и времени. Именно эта модель и описывается в ставшей мировым бестселлером (продано 25 миллионов экземпляров по всему миру) "Краткой истории времени".

Однажды на встрече Королевского сообщества Хокинг прервал лекцию известного астрофизика Фреда Хойла, чтобы указать ему на ошибку в ответе, до того как задача была решена. Когда профессор спросил, каким образом Хокинг заметил ошибку, он сказал: "Просто я уже решил задачу в уме".

Мир признал его гением, но и это признание не могло вернуть ему здоровья. В 1985 году его подкосило воспаление лёгких - болезнь, которая часто становится смертельной при диагнозе Хокинга. Учёный выкарабкался и на этот раз, но из-за проведённой операции навсегда лишился возможности говорить.

"Я поднимал бровь, когда кто-то показывал мне подряд карточки с алфавитом. Это было очень медленно. Я не мог вести беседу и, конечно же, не мог написать научную работу, - вспоминал Хокинг. - К счастью, у меня всё ещё достаточно сил в руке, чтобы нажимать и отпускать маленький выключатель.

Этот выключатель соединён с компьютером, на экране которого всё время движется курсор. Он помогает мне выбирать слова из списка, возникающего на экране. Слова, которые я уже выбрал, отображаются в верхней части экрана. Когда я построил фразу полностью, я посылаю её в звуковой синтезатор. Синтезатор, которым я пользуюсь, довольно старый, ему 13 лет. Но я очень привязался к нему".

С годами болезнь оставляла Стивену Хокингу всё меньше возможностей. В последние годы подвижность осталась лишь в мимической мышце щеки, напротив которой закреплён датчик. С его помощью физик управляет компьютером, позволяющим ему общаться с окружающими.

После операции в 1985-м и потери речи у Хокинга постепенно ухудшились отношения с супругой. В 1990 году, после четверти века совместной жизни, они стали жить раздельно, а затем развелись. И в 1995 году учёный... женился на своей сиделке. Брак с Элайн Мэсон продлился 11 лет, после чего физик разошёлся и с этой своей пассией. "А похоже, этот парень парализован только сверху", - с некоторой завистью стали писать о личной жизни Хокинга вполне здоровые мужчины, не имеющие успеха у дам.

Ещё в 1974 году Стивен Хокинг и его коллега Кип Торн сошлись в споре природы объекта Лебедь X-1 и природы его излучения. Хокинг был уверен, что объект не является чёрной дырой, Торн был уверен в обратном. В 1990 году Хокинг признал, что был не прав и вручил Торну его выигрыш - годовую подписку на мужской журнал "Пентхаус".

Для Хокинга, лауреата всех мыслимых и немыслимых наград (за исключением Нобелевской премии), подобное отношение к науке совершенно нормально.

Он, пожалуй, самый модный учёный в мире. Прикованный к креслу человек, лишённый речи, согласно опросам английских журналистов, входит в число самых уважаемых людей среди британской молодёжи наряду со спортсменами и звёздами музыки. Его регулярно упоминают в книгах, фильмах и даже мультфильмах. В "Симпсонах" и "Футураме" он сам озвучивал свой мультипликационный образ.

Серьёзные научные работы Хокинг перемежает с научно-популярными книгами и фильмами. В 2010 году Стивен Хокинг выпустил книгу "Великий замысел", где описывает гипотезу, согласно которой существование Бога не необходимо для объяснения происхождения и механизмов Вселенной.

Хокинг - не воинствующий, но определённо самый влиятельный атеист современности. Первая жена уже после развода признавалась, что так и не смогла смириться с этими взглядами Стивена. Но спорить с Хокингом в данном случае несерьёзно - учёный знает о Вселенной столько, что единственным достойным оппонентом в дискуссии по данному вопросу для него может стать только сам Господь. "Главный враг знания - не невежество, а иллюзия знания", - замечает Хокинг.

В апреле 2007 года Стивен Хокинг снова заставил молодых и здоровых людей чесать в затылке, побывав в состоянии невесомости, совершив полёт на специальном самолёте-лаборатории, позволяющем на несколько секунд создавать это состояние в условиях земного притяжения.

В 2009 году учёный собирался полететь в космос, но полёт не состоялся. Но сам Хокинг убеждён, что человечество избежит глобальной катастрофы и гибели только в том случае, если сумеет освоить межзвёздные путешествия. Физик не сомневается, что люди достигнут звёзд.

Когда Стивен Хокинг уже стал известным всему миру, в его биографии начали находить удивительные вещи. Например, он появился на свет в 300-летнюю годовщину со дня смерти Галилео Галилея. Хокинг 30 лет занимал должность Лукасовского профессора математики в Кембриджском университете - за три века до него тот же пост занимал Исаак Ньютон.

Сам Хокинг, однако, ко всем таким знакам относится с юмором, как и вообще ко всей собственной деятельности. В середине 1990-х он поведал, что непосредственно математикой после школы не занимался, что стало проблемой в первый год преподавания этой дисциплины студентам. Профессор математики Хокинг нашёл простой выход - он читал тот же учебник, что и его студенты, только опережая их на пару недель.

8 января 2017 года Стивену Хокингу исполнилось 75 лет. В том году прошло ровно полвека, как истёк срок жизни, отпущенный молодому студенту врачами. Учёный не смог победить свою болезнь, но сумел растянуть борьбу с ней на целую жизнь. Жизнь, плодотворности и насыщенности которой можно только позавидовать. "Очень важно просто не сдаваться", - эту фразу говорили многие, но из уст Стивена Хокинга она звучит наиболее убедительно.


Как оказалось, математика может пригодиться и в медицине. Об этом свидетельствует математическая система Трахтенберга.

Яаков Трахтенберг родился 17 июня 1888 года в Одессе (Украина). Завершив среднее образование, он отправился в Санкт-Петербург и поступил в Горный институт. Окончив его с отличием, работал на судостроительном заводе. Сначала - "рядовым", а потом - главным инженером.

Когда Россию захлестнула волна погромов, Трахтенберг уехал в Германию и поселился в Берлине. Во время Первой мировой войны он считался одним из самых выдающихся экспертов по делам России. В этот период он создал уникальный метод изучения иностранных языков, который с успехом применяется и сегодня.

Во время Второй мировой войны Яакова Трахтенберга вместе с другими евреями погрузили в товарные вагоны, в которых раньше возили скот. Так он попал в концентрационный лагерь "Освенцим".

...Люди исчезали ежедневно. Все новые и новые жертвы, по случайному выбору, направлялись в печи крематориев. Кругом - смерть и страдания. Кормили узников плохо - еды хватало лишь на то, чтобы в их телах хоть как-то теплилась жизнь. Чтобы не сойти с ума, Трахтенберг погрузился в собственный мир, где царили порядок и логики. Его тело истощалось с каждым днем, но разум отказывался принять окончательное поражение и устремлялся в мир беспристрастных, жизнеутверждающих чисел, которые по его воле складывались в удивительные по своей красоте математические построения.

Ни книг, ни бумаги, ни карандаша у него не было. Но мысль работала четко и ясно. Расчеты он производил в уме и верил, что математика развивает точность мышления. В лучшие времена, "играя" числами, Яаков развлекался в нечастые периоды отдыха. Теперь, в лагере, цифры стали для него верными, испытанными друзьями. Его ум, выстраивая и передвигая их, находил самые разные способы манипулирования числами.

Сначала он просто занимался сложением многозначных величин. Но как запомнить тысячи чисел? Задача оказалась нелегкой, и Трахтенберг придумал элементарный в обращении; понятный каждому метод, который позволяет любому, даже ребенку, безошибочно производить простое арифметическое действие, оперируя цифрами, каждая из которых могла бы занять в карманном блокноте целую строку.

Четыре нескончаемых года, проведенных в аду концентрационного лагеря, Яаков каждую свободную минуту тратил на то, чтобы вернуться к придуманной им математической системе. Он разрабатывал упрощенные методы осуществления математических действий. Когда арифметика начала казаться ему слишком уж "простой", он перешел к алгебре.

Каждый день и для него мог оказаться последним. Но страха он не испытывал. Разрабатывая и совершенствуя созданную им систему, Яаков забывал о своей "физической оболочке" - не ощущал ни голода, ни зловония, не слышал криков, которые доносились из камеры пыток.

Нечеловеческая реальность концентрационного лагеря как будто бы совсем ничего не значила для него. Единственно реальными стали упорядоченные вереницы чисел.

Наступил момент, когда ему понадобились подручные материалы. Яаков подбирал куски оберточной бумаги и мятые, использованные конверты. Порой его поиски увенчивались настоящей удачей - он находил выброшенные в мусор администрацией лагеря бумажные листы с текстами устаревших приказов и совершенно чистой обратной стороной. Кто-то из заключенных сделал ему поистине царский подарок - отдал огрызок чернильного карандаша.

Конечно же, не без труда добытые приобретения были истинной драгоценностью и требовали использования в режиме жесткой экономии. Поэтому разработки теорий Трахтенберг по-прежнему хранил в голове, а на бумагу записывал только завершенные, сложившиеся варианты.

Сегодня, те, кто применяет метод Трахтенберга на практике, считают его очень удобным и легким. Действительно, придуманные узником лагеря приемы позволяют производить промежуточные вычисления в уме, записывая на листе лишь окончательные результаты.

...В один из апрельских дней 1944-го Яаков случайно узнал, что его ждет смертная казнь. Но в лагере, на его счастье, царила полная неразбериха. И вместо этого, его внезапно перевели в другой лагерь, в Лейпциге.

Той же весной Лейпциг нещадно бомбили. В городе началась паника и хаос. Жители Лейпцига остались без еды и отопления. Трахтенберг оказался в мрачном, тесном бараке Лейпцигского концлагеря. В тот же барак то и дело приводили все новых и новых узников. И вскоре народу в нем стало так много, что не было никаких шансов отыскать такое местечко, где можно было бы прилечь. Это право оставалось лишь за умершими, тела которых разлагались здесь же, в бараке, в течение многих дней. Заключенные были слишком слабы, чтобы рыть могилы, охранники - настолько охвачены паникой, что не настаивали на выполнении собственных приказов.

В одну из черных, глухих ночей Яаков решился на побег. Прополз под ограждениями из колючей проволоки и выбрался на свободу. Но куда бежать? Никаких документов у него, разумеется, не было. Первая же случайная проверка и снова - арест Так и вышло...

Однако побег из Лейпцигского лагеря все же принес ему некую пользу. По счастливому стечению обстоятельств, офицер, которому предстояло теперь решить его судьбу, знал, как выяснилось, о деятельности Трахтенберга.

"Войдя в положение", он отправил Яакова в трудовой лагерь в Триесте. И это было заметным улучшением жизненных условий. Его определили на работу в каменоломню. Труд - не из легких. Но погода к тому времени установилась теплая и солнечная, да и охранники здесь не мучили узников.

И все же мысль о побеге прочно засела в голове Трахтенберга. Вторичный побег оказался удачным. Он благополучно пересек немецкую границу и попал в Швейцарию, где его поместили в лагерь для беженцев.

Постепенно силы возвращались к нему. Прошло еще какое-то время, и о том, что он пережил страшные годы неопределенности и отчаяния, внешне напоминала разве что "беспросветная" седина.

Придя в себя, он усовершенствовал свою математическую систему, которая помогла ему пережить годы в аду, а теперь - готовила его к новой жизни.

В 1950 году, Трахтенберг основал в Цюрихе (Швейцария) институт математики, где он обучал своему уникальному математическому методу. День проходил в занятиях с детьми - от семи до восемнадцати лет, вечерами на его уроки собирались взрослые.

Математическая система Яакова Трахтенберга описана в изданной в США книге для детей "Мгновенная математика". Ее автор - журналистка, корреспондент Ассошиэйтед Пресс, Анна Кутлер.

В самом начале 50-х Кутлер по заданию агентства прилетела в Швейцарию. В Цюрихе проходила международная конференция, о которой ей предстояло написать. И здесь она случайно познакомилась с Яаковом Трахтенбергом.

В Соединенные Штаты мисс Кутлер вернулась страстной поклонницей теорий Трахтенберга и результатов их использования на практике. Издание книги для детей стало лишь началом ее популяризаторской деятельности.

Она обратилась к известному профессору математики Рудольфу МакШэйну и рассказала ему о работе Яакова Трахтенберга. Шэйн "загорелся", высоко оценив остроумные математические решения коллеги.

Вскоре на основе изысканий Трахтенберга профессор Рудольф МакШэйн и журналист Анна Кутлер вместе составили учебник, предназначенный для учителей и учеников старших классов, а также студентов колледжей. Эта книга вышла в свет под названием "Быстрая система элементарной математики Трахтенберга".

Тем временем в Цюрихе Яаков, чтобы доказать, что систему может освоить каждый, начал заниматься с больным десятилетним ребенком. Его "умственную отсталость" зафиксировали врачи. В ходе этой работы выяснилось, что система имеет весьма неожиданные "побочные" свойства. Мальчик не только научился быстро производить сложнейшие вычисления, но и значительно повысил свой коэффициент умственного развития. Оказалось, что процессы, которые происходят в мозге человека, когда он делает расчеты в уме (это - один из неотъемлемых элементов системы Трахтенберга) заметно улучшают память и способность концентрироваться.

Сегодня многие медики пропагандируют систему Трахтенберга, рекомендуя пожилым пациентам тренировать ум и память, чтобы предотвратить нежелательные эффекты, которые возникают обычно в процессе старения.

. В Цюрихе было проведено любопытное соревнование - между счетными машинами, которые производили сложнейшие математические действия по обычному принципу, и студентами, освоившими методику Якова Трахтенберга. И студенческая команда, оперируя без промежуточных результатов, победила в этом принципиальном споре!

Швейцария, известная своей деловой хваткой, давно признала уникальность и совершенство системы Трахтенберга. Его разработки широко используются в деятельности банков, больших компаний и налоговых управлений.

Яаков Трахтенберг умер в 1953 году.


В наше время уже мало известно имя Карл-Филипп Врангель фон Гибенталь. Это был немец по национальности, а по месту рождения - русский, уроженец Кашинского уезда Тверской губернии.

Родился Карл-Филипп 7 мая 1786 года и рано избрал для себя профессию врача. После учебы в Гёттингенском и Марбургском университетах в 1805-м он получил степень доктора медицины и принял должность полкового врача в русской армии. Боевое крещение Карл Иванович (так его звали по-русски) принял в ходе кампании 1806-07 гг., в частности, участвовал в битвах при Прейсиш-Эйлау и Фридландом, а 28 мая 1807 г. был ранен у Хайльсберга. Затем было участие в русско-шведской войне, за которую Гибенталь дважды получал благодарности от командования.

В июне 1811 года русский врач немецкого происхождения впервые прибыл в Беларусь. Успешно выдержав экзамен при Виленском университете, он получил место инспектора Минской врачебной управы, а фактически - главного врача огромной территории, включавшей в себя современные Минскую, почти всю Гомельскую и большую часть Брестской и Гродненской областей. Именно в Минске Карл Гибенталь пришел к открытию, которое сохранило его имя в истории медицинской науки и практической медицины. Причем к открытию его подтолкнуло не вполне обычное для врача хобби - увлечение скульптурой.

Однажды Гибенталь на досуге ваял из гипса бюст своего друга. И тут к врачу привезли рабочего с переломом левой руки. А дальше все было как в десятках историй великих открытий - случайно брошенный взгляд, мгновенная догадка. Совместив сломанные кости, врач зафиксировал их гипсовой "кашей", а через день обнаружилось, что болезненность в руке рабочего прошла. Через месяц он уже трудился наравне с другими. Так был открыт метод лечения переломов, который сейчас применяется во всем мире.

Когда именно это произошло, сказать трудно. Но во всяком случае не раньше февраля 1812 года, потому что именно в этом месяце Гибенталь отправил рапорт о своем открытии в Петербургскую военно-медицинскую академию. Но пока суть да дело, началась война. Гибенталь сумел эвакуировать из Минска все средства медицинской управы и с честью прошел дорогами Отечественной войны, в том числе участвовал как врач в Бородинской битве.

В 1813-16 гг. он служил оператором в Тверской врачебной управе, но резкий и прямой характер врача послужил причиной его отставки - "за неуважение к местному своему начальству" его 4 сентября 1816-го перевели в Витебскую врачебную управу. В Витебске Гибенталь и провел большую часть жизни.

Тем временем рапорт о его открытии кочевал по петербургским инстанциям. И в конце концов попал к светилу столичной медицины хирургу И.Ф.Бушу, который вынес вердикт: "Сие было бы хорошо для простых переломов, где еще нет опухоли, но в сложных и сопряженных он пользы иметь не может". Мнение знаменитости никто оспаривать не стал, и в итоге... изобретение Гибенталя положили под сукно.

Самого Гибенталя неудача на родине не смутила - он продолжал упорно "пробивать" свою новацию в европейской медицинской прессе, и после публикации статьи о гипсе в Лейпциге и Париже (1819) гипс начали активно использовать хирурги Австрии, Франции и многочисленных в то время германских государств. Был Карл Иванович новатором и в еще одной области - именно он изобрел первый в России инструмент для дробления камней внутри мочевого пузыря (1830).

Во время службы в Минске и Витебске Гибенталь снискал известность и как экспериментатор в области костно-пластической хирургии, и как борец с инфекционными болезнями. Так, в апреле-июне 1821 г. он успешно ликвидировал эпидемию "гнилой горячки с пятнами" в Суражском уезде Витебской губернии.

Неудивительно, что, когда в 1831 г. на Витебщину обрушилась эпидемия холеры, именно Гибенталь возглавил губернский комитет по борьбе с болезнью. Благодаря принятым им энергичным мерам в Витебске из 100 заболевших горожан выздоровели 62.

Тогда же имя Карла Ивановича получило всероссийскую известность из-за печального обстоятельства - именно в Витебске от холеры скончался несостоявшийся российский император, великий князь Константин Павлович. Некоторое время имя Гибенталя было в центре грязных слухов и сплетен, но поскольку никаких свидетельств тому, что врач был причастен к смерти великого князя, не было, репутация врача в итоге не пострадала.

К сожалению, сейчас полностью забыты заслуги витебского врача в области... мостостроения. А ведь он был в этом деле новатором мирового уровня. 1 июня 1837 г. газета "Санкт-Петербургские Ведомости" сообщала: "Вчера Витебская городская управа разрешила Гюбенталю навести плавучий мост его собственной разработки через реку Витьбу. К этому празднику горожан собралось достаточное количество прибрежных жителей. Установка моста произошла в невероятно короткое время - 2 минуты 20 секунд".

Предложенная Гибенталем конструкция разборного наплавного моста оказалась настолько передовой, что публикации о ней появились в прессе Австрии, Франции, Швеции, Нидерландов, Пруссии и даже... Суринама! А в апреле 1838 г. витебский врач критиковал в петербургском "Журнале общеполезных сведений" ружейный замок конструкции К.Орлова и предлагал свой вариант, который называл "белорусским".

Приложил свою талантливую руку Гибенталь и к благоустройству Витебска. Только переехав в город, он уже в 1816-м устроил там перед своим домом мостовую из гладко оструганных деревянных торцов, по которой горожане "с благодарностью ходили" четырнадцать лет. В 1830-х благодаря влиятельным знакомым Гибенталя, побывавшим в Витебске, мостовые из деревянных торцов распространились по всей России, и в первую очередь по Петербургу. В 1838-м столичная газета "Северная Пчела" педантично напомнила читателям, что это "истинно благодетельное изобретение" было сделано в Витебске доктором Гибенталем.

24 марта 1839 года статский советник (гражданский чин - выше полковника, но ниже генерал-майора) Гибенталь был по собственному прошению уволен от должности инспектора Витебской врачебной управы, оставаясь в должности почетного попечителя Витебской гимназии.

Он еще успел дождаться торжества когда-то придуманной им системы лечения переломов с помощью гипса - великий хирург Н.И.Пирогов широко внедрил эту практику во время Крымской войны 1853-56 гг. Умер Карл Иванович в Витебске 1 сентября 1858 года в возрасте 72 лет. Его вдове Анне Иосифовне и малолетним сыновьям Карлу и Станиславу были назначены особые пенсии.

Сейчас в Витебске есть памятник вымышленному доктору Айболиту. А реально существовавшему новатору доктору Гибенталю, отдавшему Витебску 42 года жизни, - нет. Хотя этот мудрый и добрый человек сделал когда-то нечто такое, за что до сих пор можно сказать ему спасибо.


Отцом психоанализа считается Зигмунд Фрейд. Зигмунд Фрейд родился 6 мая 1856 года в небольшом (около 4500 жителей) городе Фрайберг в Моравии, которая на тот момент принадлежала Австрии. Деда Фрейда по отцовской линии звали Шломо Фрейд, он умер в феврале 1856 года, незадолго до рождения внука, - именно в его честь последний получил имя. Отец Зигмунда, Якоб Фрейд, был женат дважды и от первого брака имел двоих сыновей - Филиппа и Эммануила. Во второй раз он женился в возрасте 40 лет - на Амалии Натансон, которая была вдвое его моложе.

Родители Зигмунда были евреями, происходившими из Германии. Якоб Фрейд имел собственное скромное дело по торговле тканями. Во Фрайберге Зигмунд прожил первые три года жизни, пока в 1859 году последствия индустриальной революции в Центральной Европе не нанесли сокрушительный удар по небольшому бизнесу его отца, практически его разорив, - как, впрочем, и почти весь Фрайберг.

Семья решилась на переезд и покинула Фрайберг. Перебравшись в Лейпциг, где провела только год и, не добившись значительных успехов, переехала в Вену. Зигмунд достаточно тяжело пережил переезд из родного городка - особенно сильно на состоянии ребёнка сказалась вынужденная разлука со сводным братом Филиппом, с которым он находился в тесных дружеских отношениях: Филипп отчасти даже заменял Зигмунду отца.

Семья Фрейдов, находясь в тяжёлом финансовом положении, осела в одном из беднейших районов города - Леопольдштадте, в то время представлявшем собой своеобразное венское гетто, населённое бедняками, беженцами, проститутками, цыганами, пролетариями и евреями.

Вскоре дела у Якоба начали налаживаться, и Фрейды смогли перебраться в более приемлемое для жилья место, хотя роскоши себе позволить не могли. В это же время Зигмунд всерьёз увлёкся литературой - любовь к чтению, привитую отцом, он сохранил на всю оставшуюся жизнь.

Первоначально, обучением сына занималась мать, но затем её сменил Якоб, очень хотевший, чтобы Зигмунд получил хорошее образование и поступил в частную гимназию. Домашняя подготовка и исключительные способности к учёбе позволили Зигмунду Фрейду в девятилетнем возрасте сдать вступительный экзамен и поступить в гимназию на год раньше положенного срока.

К этому моменту в семье Фрейдов было уже восемь детей, и Зигмунд выделялся среди всех прилежностью и страстью к изучению всего нового; родители всецело поддерживали его и старались создать такую атмосферу в доме, которая бы способствовала успешной учёбе сына. Так, если остальные дети занимались при свечах, Зигмунду была выделена керосиновая лампа и даже отдельная комната. Чтобы ничто не отвлекало его, остальным детям было запрещено заниматься музыкой, которая мешала Зигмунду.

Молодой человек серьёзно увлекался литературой и философией - читал Шекспира, Канта, Гегеля, Шопенгауэра, Ницше, знал в совершенстве немецкий язык, изучал греческий и латынь, бегло говорил на французском, английском, испанском и итальянском.

Обучаясь в гимназии, Зигмунд показал отличные результаты и быстро стал первым учеником в классе, закончив обучение с отличием в возрасте семнадцати лет.

По окончании гимназии Зигмунд длительное время сомневался относительно будущей профессии. Впрочем, его выбор был достаточно скуден вследствие его социального статуса и царивших тогда антисемитских настроений. Выбор был ограничен коммерцией, промышленностью, юриспруденцией и медициной.

Первые два варианта были сразу же отвергнуты молодым человеком по причине его высокой образованности. Юриспруденция также отошла на второй план вместе с юношескими амбициями в сфере политики и военного дела.

Импульс к принятию окончательного решения Фрейд получил со стороны Гёте - однажды услышав, как на одной из лекций профессор читает эссе мыслителя под названием "Природа", Зигмунд решил записаться на медицинский факультет, хотя к медицине он не испытывал ни малейшего интереса.

Осенью 1873 года семнадцатилетний Зигмунд Фрейд поступил на медицинский факультет Венского университета. Первый год обучения не был непосредственно связан с последующей специальностью и состоял из множества курсов гуманитарного характера - Зигмунд посещал многочисленные семинары и лекции, всё ещё окончательно не выбрав специальность по вкусу. На протяжении этого времени он испытывал множество трудностей, связанных со своей национальностью, - из-за царивших в обществе антисемитских настроений между ним и однокурсниками происходили многочисленные стычки.

Зигмунд начал изучать анатомию и химию, но наибольшее удовольствие получал от лекций известного физиолога и психолога Эрнста фон Брюкке, который оказал на него значительное влияние. Помимо этого, Фрейд посещал занятия, которые вёл именитый зоолог Карл Клаус; знакомство с этим учёным открывало широкие перспективы для самостоятельной исследовательской практики и научной работы, к которой тяготел Зигмунд.

Усилия амбициозного студента увенчались успехом, и в 1876 году он получил возможность осуществить первую исследовательскую работу в Институте зоологических исследований Триеста, одной из кафедр которого руководил Клаус. Именно там Фрейд написал первую статью, опубликованную Академией наук; она была посвящена выявлению половых различий у речных угрей.

За время работы под руководством Клауса Фрейд быстро выделился среди других учеников, что позволило ему дважды, в 1875 и 1876 годах, стать стипендиатом Института зоологических исследований Триеста.

Фрейд сохранял интерес к зоологии, однако после получения должности стипендиата-исследователя в Институте физиологии всецело попал под влияние психологических идей Брюкке и перешёл к нему в лабораторию для научной работы, оставив зоологические изыскания. Научная работа полностью захватила Фрейда; он изучал, помимо прочего, детальную структуру животных и растительных тканей и написал несколько статей по анатомии и неврологии.

В 1881 году Фрейд сдал на отлично выпускные экзамены и получил учёную степень доктора, что, однако, не изменило его образ жизни, - он остался работать в лаборатории под началом Брюкке, надеясь, в конечном счете, занять следующую вакантную должность и прочно связать себя с научной работой.

Научный руководитель Фрейда, видя его амбиции и учитывая финансовые трудности, с которыми он сталкивался из-за бедности семьи, решил отговорить Зигмунда от продолжения исследовательской карьеры. Он советовал Фрейду заняться медицинской практикой. Фрейд внял совету своего учителя. В определённой степени этому способствовало то, что в этом же году он познакомился с Мартой Бернайс, влюбился в неё и решил на ней жениться. В связи с этим Фрейд нуждался в деньгах.

Для открытия частной практики у Фрейда не было достаточного опыта - в Венском университете он приобрёл исключительно теоретические знания, тогда как клиническую практику необходимо было нарабатывать самостоятельно. Фрейд решил, что для этого лучше всего подходила Венская городская больница. Зигмунд начал с хирургии, но уже через два месяца оставил эту идею, найдя работу слишком утомительной.

Решив сменить область деятельности, Фрейд переключился на неврологию, в которой смог достичь определённых успехов - изучая методы диагностики и лечения детей с параличом, а также различные нарушения речи (афазии), он опубликовал ряд работ на данные темы, которые стали известны в научных и медицинских кругах. Ему принадлежит термин "детский церебральный паралич" (ныне общепринятый). Фрейд приобрёл репутацию высококвалифицированного врача-невропатолога. При этом его увлечение медициной быстро сходило на нет, и на третьем году работы в Венской клинике Зигмунд окончательно в ней разочаровался...

В 1883 году он принял решение перейти на работу в психиатрическое отделение, возглавляемое Теодором Мейнертом, признанным научным авторитетом в своей области. Период работы под руководством Мейнерта был для Фрейда весьма продуктивным - исследуя проблемы сравнительной анатомии и гистологии, он опубликовал несколько научных работ.

Впервые в жизни работа захлестнула Зигмунда с головой и превратилась для него в истинную страсть. В то же время стремившийся к научному признанию молодой человек испытывал ощущение неудовлетворённости своим трудом, так как, по собственному представлению, действительно значительных успехов не достиг; психологическое состояние Фрейда стремительно ухудшалось, он регулярно пребывал в состоянии тоски и депрессии.

В 1884 году Фрейд прочёл об опытах некоего немецкого военного врача с новым препаратом - кокаином. В научных работах фигурировали заявления о том, что данное вещество способно повысить выносливость и значительно снизить утомляемость. Фрейд крайне заинтересовался прочитанным и решил провести ряд опытов на себе. Он исследовал кокаин как анестезирующее средство при различных хирургических операциях. Итогом работы учёного стала объёмная публикация в "Центральном журнале общей терапии" о кокаине.

Критика не заставила себя ждать - уже в июне появились первые крупные работы, осуждающие позицию Фрейда и доказывающие её несостоятельность. Научная полемика относительно целесообразности применения кокаина продолжалась вплоть до 1887 года. К началу 1887 года наука окончательно развенчала последние мифы о кокаине - он "был публично осуждён как одно из бедствий человечества, наряду с опиумом и алкоголем". Фрейд, к тому моменту уже кокаинозависимый, вплоть до 1900 года страдал от головных болей, сердечных приступов и частых кровотечений из носа.

В 1885 году Фрейд решил принять участие в проводимом среди младших врачей конкурсе, победитель которого получал право на научную стажировку в Париже у знаменитого врача-психиатра Жана Шарко. Помимо самого Фрейда, среди претендентов было немало подающих большие надежды врачей, и Зигмунд отнюдь не являлся фаворитом, о чём ему было прекрасно известно; единственным шансом для него была помощь влиятельных в академических кругах профессоров и учёных, с которыми он ранее имел возможность работать Заручившись их поддержкой, Фрейд выиграл конкурс, получив тринадцать голосов в свою поддержку против восьми.

Осенью 1885 года Фрейд прибыл в Париж к Шарко, который в то время находился в зените своей славы. Шарко изучал причины и лечение истерии. В частности, основным трудом невролога было исследование применения гипноза - использование данного метода позволяло ему, как индуцировать, так и устранять такие истерические симптомы, как паралич конечностей, слепоту и глухоту.

В Париже Фрейд увлечённо занимался невропатологией, изучая различия между пациентами, пережившими паралич вследствие физической травмы, и теми, у которых симптомы паралича проявились по причине истерии. Фрейду удалось установить, что истерические пациенты сильно различаются по степени тяжести паралича и местам травм, а также выявить (не без помощи Шарко) наличие определённых связей между истерией и проблемами сексуального характера. В конце февраля 1886 года Фрейд покинул Париж.

13 сентября того же года Фрейд женился на своей возлюбленной Марте Бернайс, которая впоследствии родила ему шестерых детей.

Вернувшись домой после Шарко Фрейд начал практиковать гипноз, но вскоре понял несовершенство этого метода. Многие его пациенты не поддавались гипнотическому влиянию. Некоторые блокировали важную информацию, которая могла бы вывести на причину кризисной ситуации. Надо было искать другой метод. Изыскания Фрейда составили 24 тома его трудов.

Фрейд сделал пять основополагающих открытий, которые стали фундаментом психоанализа:

- Бессознательное. В сознании каждого человека есть пласт информации, который хранится там, но о котором мы ничего не помним или не хотим помнить, неосознанно блокируя доступ к ней. Но эти неосознанные знания влияют на поведение человека. Фрейд потратил много сил, чтобы научиться извлекать это бессознательное из недр памяти, объяснять и при необходимости нейтрализовать.

- Толкование снов. Это второй по значимости труд Фрейда, который неразрывно связан с его открытием бессознательного. Правильно истолковать сон - значит сделать большой шаг на пути к пониманию себя и своих желаний. Для врача толкование сна это как история болезни.

- Вместо гипноза - свободные ассоциации. Фрейд создал методику, которая до сих пор является ведущей в психоанализе - методика ассоциаций на слова.

- Состав личности. До Фрейда эта тема не изучалась. Фрейд доказывал трёхуровневую составляющую человеческой . личности. Первый уровень - ОНО. Это уровень бессознательного. Оно влияет на наше поведение и поступки. Второй уровень - Я. Это то, как мы себя сознаём. И третий уровень - сверх-Я - это мораль, воспитание, законы, каноны, т.е. всё то, что является сдерживающим фактором на пути реализации желаний человека. Именно сверх-Я может удержать человека от совершения преступлений и низменных поступков.

- Эдитов комплекс (комплекс Электры). Фрейд утверждал, что на формирование личности влияет сексуальное восприятие ребёнком его родителей.

Многие уважаемые венские врачи - наставники и коллеги Фрейда. Заявление о том, что именно подавленные воспоминания (мысли, идеи) сексуального характера лежат в основе истерии, спровоцировало скандал и сформировало крайне негативное отношение к Фрейду со стороны интеллектуальной элиты.

23 октября 1896 года умер Якоб Фрейд, чью смерть Зигмунд переживал особенно остро: на фоне охватившего Фрейда отчаяния и ощущения одиночества у него начал развиваться невроз. Именно по этой причине Фрейд решил применить анализ к самому себе, исследуя детские воспоминания при помощи метода свободных ассоциаций. Этот опыт заложил основы психоанализа.

Ни один из прежних методов не был пригоден для достижения нужного результата, и тогда Фрейд обратился к изучению собственных сновидений[89]. Самоанализ Фрейда был крайне болезненным и проходил весьма тяжело, однако оказался продуктивным и важным для его дальнейших изысканий.

В 1908 году состоялся официальный психоаналитический конгресс в Зальцбурге - достаточно скромно организованный, он занял всего один день, но был в действительности первым международным событием в истории психоанализа. Среди выступавших, помимо самого Фрейда, было 8 человек, представивших свои работы. Встреча собрала всего лишь 40 с небольшим слушателей.

Несмотря на разногласия внутри психоаналитического сообщества, Фрейд не прекращал собственной научной деятельности - в 1910 году он опубликовал "Пять лекций по психоанализу".

После второго психоаналитического конгресса в Нюрнберге назревшие к тому моменту конфликты обострились до предела, положив начало расколу в рядах ближайших соратников и коллег Фрейда..

Разногласия и ссоры с бывшими соратниками чрезвычайно утомляли учёного. В итоге (по предложению Эрнеста Джонса) он принял решение создать организацию, основными целями которой были бы сохранение фундаментальных основ психоанализа и защита личности самого Фрейда от агрессивных нападок оппонентов.

Началась Первая мировая война, и Вена пришла в упадок, что закономерным образом сказалось на практике Фрейда. Экономическое положение учёного стремительно ухудшалось, в результате чего у него развилась депрессия. Новообразованный Комитет оказался последним кругом единомышленников в жизни Фрейда.

Фрейд, испытывавший финансовые затруднения и располагавший достаточным количеством свободного времени вследствие уменьшившегося количества пациентов, возобновил научную деятельность. Последующие годы стали для него весьма продуктивными. Из под его пера вышло несколько работ.

С окончанием войны жизнь Фрейда изменилась только в худшую сторону - отложенные на старость деньги он был вынужден истратить, пациентов стало ещё меньше, одна из дочерей - София - умерла от гриппа. Тем не менее, научная деятельность учёного не прекращалась. Им было написано ещё несколько работ.

Летом 1930 года Фрейд был удостоен премии Гёте за весомый вклад в науку и литературу, что принесло учёному большое удовлетворение и способствовало распространению психоанализа в Германии. Однако это событие оказалось омрачено очередной утратой: в возрасте девяноста пяти лет от гангрены умерла мать Фрейда Амалия.

Самые страшные испытания для учёного только начинались - в 1933 году канцлером Германии был избран Адольф Гитлер, и государственной идеологией стал национал-социализм. Новой властью был принят ряд дискриминационных законов, направленных против евреев, а книги, противоречившие нацистской идеологии, уничтожались. Наряду с трудами Гейне, Маркса, Манна, Кафки и Эйнштейна под запрет попали и работы Фрейда. Психоаналитическая ассоциация была распущена по приказу правительства, многие её члены подверглись репрессиям, а фонды были конфискованы. Многие соратники Фрейда настойчиво предлагали ему покинуть страну, но он наотрез отказывался.

В 1938 году, после присоединения Австрии к Германии и последовавших за этим гонений на евреев со стороны нацистов, положение Фрейда значительно осложнилось. После ареста дочери Анны и допроса в гестапо Фрейд принял решение покинуть Третий рейх и уехать в Англию. Осуществить задуманное оказалось непросто: в обмен на право покинуть страну власти потребовали внушительную сумму денег, которой Фрейд не располагал. Учёному пришлось прибегнуть к помощи влиятельных друзей, чтобы получить разрешение на эмиграцию.

Общими усилиями Фрейд получил право на выезд из страны, но вопрос "долга германскому правительству" оставался нерешённым. Разрешить его Фрейду помогла его давняя подруга (а также пациентка и ученица) - принцесса Мари Бонапарт, ссудившая необходимые средства.

Летом 1939 года Фрейд особенно сильно страдал от прогрессирующей болезни. Учёный обратился к ухаживавшему за ним доктору Максу Шуру, напомнив о данном ранее обещании помочь умереть. Поначалу Анна, не отходившая ни на шаг от больного отца, воспротивилась его желанию, но вскоре согласилась. 23 сентября Шур ввёл Фрейду дозу морфия, достаточную для прерывания жизни ослабленного болезнью старика. В три часа утра Зигмунд Фрейд умер. Тело учёного было кремировано в Голдерс-Грине, а прах помещён в древнюю этрусскую вазу, подаренную Фрейду Мари Бонапарт. Ваза с прахом учёного стоит в мавзолее Эрнеста Джорджа в Голдерс-Грине. В ночь на 1 января 2014 года неизвестные пробрались в крематорий, где стояла ваза с прахом Марты и Зигмунда Фрейдов, и разбили её. После этого смотрители крематория перенесли вазу с прахом супругов в более надёжное место.


Есть исследователи, которые не ведут замкнутый образ жизни. Но об их работах мы мало знаем из-за секретности самих работ. Например, Юрия Сенкевича все знали как ведущего телепередачи "Клуб путешественников", известного путешественника. Но мало кто знал о его научных работах.

Юрий Александрович Сенкевич родился 4 марта 1937 года в городе Баян-Тумен (ныне Чойбалсан) в Монголии, где в то время работали его родители. Отец Юрия, Александр Осипович, военный врач, участник Великой Отечественной войны, позже занимал пост начальника медицинской службы Военно-медицинской академии имени С.М. Кирова в Ленинграде. Мать, Анна Куприяновна, работала медсестрой.

В 1954 году, после окончания средней школы в Ленинграде, Юрий Сенкевич поступил в Военно-медицинскую академию имени С.М. Кирова, где обучался по специальности "врач по авиационной и космической медицине". В 1960 году окончил академию с квалификацией "врач, лечебное дело". В мае 1975 года по материалам 12-й советской антарктической экспедиции защитил диссертацию и получил степень кандидата медицинских наук.

По окончании медицинской академии Юрий Сенкевич был направлен на работу начальником медицинского пункта войсковой части. В 1962 году он был переведен в Москву в Институт авиационной и космической медицины Министерства обороны СССР.

В 1963 году Сенкевич был откомандирован в Институт медико-биологических проблем Министерства здравоохранения СССР. За 30 лет работы в Институте медико-биологических проблем (уволился в августе 1993 года в звании полковника запаса) Юрий Сенкевич прошел путь от младшего научного сотрудника до начальника Учебно-тренировочного специализированного центра медико-биологической подготовки космонавтов. Он участвовал в подготовке и медицинском обеспечении пилотируемых космических полетов и полетов биоспутников (с животными и другими биообъектами на борту), в качестве врача-исследователя проходил подготовку для участия в космическом полете. Им была выполнена серия работ по изучению механизмов нарушения физиологических функций в реальных космических полетах и в условиях моделирования невесомости, разрабатывались оригинальные методы и средства психофизиологического отбора и подготовки космонавтов.

Сенкевич должен был лететь на корабле "Восход-5". Лететь вместе с кроликом под мышкой. И тут в институте медико-биологических проблем (ИМБП) задумывают новый эксперимент, к которому привлекли Юрия Сенкевича.

С 1966 года одним из главных направлений научных исследований Юрия Сенкевича стало изучение поведения человека в экстремальных условиях. В связи с этим в 1966-1967 годах он участвовал 12-й советской антарктической экспедиции на станцию "Восток". На станции Сенкевич промерзал 300 дней в условиях четырёхмесячной полярной ночи и минимальной температуре минус 89 градусов. Результатом этой работы были рекомендации по подбору экипажа для работы в сложных опасных условиях. Ими сейчас пользуются службы, обеспечивающие полёт Международной космической станции.

В 1969 году, когда известный норвежский учёный Тур Хейердал готовил путешествие, он прислал приглашение в Академию наук СССР. Он попросил отправить врача с хорошим знанием английского и не менее хорошим чувством юмора.

Сенкевич хорошо знал английский язык. Дело в том, что после возвращения в Ленинград из эвакуации семьи Юрия, мама привела домой женщину, потерявшую сознание на улице. Это была Лидия Владимировна Бойко, выпускница Смольного института благородных девиц. Всю войну она прожила в блокадном Ленинграде. Родные её погибли.

Она прожила в доме Сенкевичей два месяца и учила Юрия английскому языку. Потом он бегал на занятия к ней домой.

Вобщем выбор пал на Сенкевича. Путешествие продолжалось с мая по июль, на борту были семь человек интернационального экипажа и обезьяна Сафи. Через год, в мае, состоялся старт "Ра-2".

В июле 1970 года экипажу удалось достичь берегов Барбадоса (остров в группе Малых Антильских островов на востоке Карибского моря) и подтвердить гипотезу Тура Хейердала о возможности древних трансокеанских контактов.

В 1977-1978 годах Сенкевич был участником экспедиции Хейердала в Индийском океане на камышовом судне "Тигрис".

В путешествиях Юрий Сенкевич провел уникальные исследования по изучению физиологического состояния человека и межличностных отношений в экстремальных условиях при длительной изоляции.

В последующие годы он принимал активное участие в медицинском обеспечении экспедиции к Северному полюсу (1979) и 1-й советской экспедиции на Эверест (1980-1982).

В 1982 году Сенкевич стал начальником учебно-тренировочного центра медико-биологической подготовки космонавтов. Эта его работа не афишировалась. Ставил он эксперименты и на себе.

После экспедиций Хейердала Сенкевич несколько раз выступал на сцене Телевизионного театра с рассказами о путешествиях. Это способствовало тому, что в 1973 году Юрий Сенкевич был приглашен на Центральное телевидение в качестве ведущего передачи "Клуб путешественников".

Увлеченный рассказчик и отважный путешественник, он сделал передачу одной из самых любимых зрителями. Программа рассказывала о различных странах и народах, их обычаях, вызывая интерес к путешествиям. Она завоевала устойчивую многомиллионную аудиторию.

За 30 лет телевизионной деятельности Юрия Сенкевича в качестве бессменного автора и ведущего передача выходила в эфир более двух тысяч раз и была занесена в книгу рекордов Гиннесса как самый продолжительный телевизионный проект. Со съемочными группами Сенкевич побывал в 123 странах мира, на всех континентах Земли.

В программе участвовали многие известные путешественники - Тур Хейердал, Жак Ив Кусто, Карло Маури, Бруно Вайлатти, Жак Майоль, Жан Мэлори, Федор Конюхов, Яцек Палкевич, Михаил Малахов и другие.

Являясь руководителем и ведущим программы, а также директором студии "Клуб путешественников" (1995), Сенкевич реализовал свою идею тематических передач и ввел ряд новых рубрик.

В начале 1990-х годов Юрий Сенкевич был нештатным советником председателя Верховного Совета РФ Руслана Хасбулатова по вопросам медицины и международной гуманитарной помощи.

В 1992-1996 годах он занимал должность председателя правления АО Редакция газеты "Россия".

Юрий Сенкевич - автор более 150 научных работ в области космической физиологии и психологии человека в экстремальных условиях.

О своих путешествиях Сенкевич рассказал в книгах "На "Ра" через Атлантику" и "В океане "Тигрис". О жизни и открытиях известных мореплавателей и путешественников повествует его книга (в соавторстве с Александром Шумиловым) "Их позвал горизонт".

В 1997 году он был избран академиком Российской телевизионной академии, передача "Клуб путешественников" была награждена высшей наградой Российского телевидения "ТЭФИ".

Сенкевич был президентом Ассоциации путешественников России, членом Союза журналистов России, сопредседателем Фонда международной гуманитарной помощи и сотрудничества.

Юрий Сенкевич был удостоен многих званий и наград. За комплекс исследований в Антарктиде ему была присуждена Государственная премия СССР. Он был награжден орденами Советского Союза: Дружбы Народов (1979), "Знак Почета" (1982); орденами иностранных государств: "Офицер династии Аллауитов" (Марокко), "Орден за заслуги" (Египет) и медалями. В 2000 году Юрий Сенкевич был награжден орденом "За заслуги перед Отечеством" IV степени. В 2002 году он стал лауреатом премии "Российский национальный Олимп".

В 2002 году у Юрия Сенкевича случился первый инфаркт, когда он узнал о смерти Тура Хейердала. Второй инфаркт застал Сенкевича в 2003 году в телецентре "Останкино". Врачи пять раз запускали сердце пациента, но спасти его не удалось. Юрий Сенкевич скончался 25 сентября 2003 года. Ему было тогда 66 лет.

Похоронен он на Новодевичьем кладбище в Москве.

Юрий Сенкевич был дважды женат. Первая супруга - Ирма Сенкевич (Помчалова), танцовщица ансамбля "Березка". От этого брака в 1962 году родилась дочь Дарья.

Вторая жена - Ксения Сенкевич (Михайлова), лингвист, старший консультант иностранной комиссии Союза театральных деятелей СССР, преподаватель английского языка.

Сын Юрия Сенкевича - Николай Сенкевич, бывший врач-пульмонолог, позднее занял пост генерального директора ОАО "Газпром-Медиа Холдинг".

В 2003 году имя Сенкевича было присвоено национальной премии в области туризма "Туристический Олимп". В октябре 2007 года именем Юрия Сенкевича был назван пассажирский лайнер А-319 авиакомпании "Аэрофлот - Российские авиалинии". В марте 2009 года в Москве был открыт Мемориальный музей-студия, где телеведущий записывал свои передачи. В 2010 году его имя было присвоено Московскому государственному институту индустрии туризма (МГИИТ).

В честь Юрия Сенкевича назван танкер "Афрамакс" усиленного ледового класса, спроектированный и построенный специально для транспортировки нефти в рамках проекта "Сахалин-1".


24 сентября 1541 года в Зальцбурге на 48-м году жизни скончался один из самых известных и таинственных ученых XVI века, известный в научных и медицинских кругах под именем Парацельс. Похоронили его с подобающими почестями, так как определенный капитал, заработанный успешной врачебной практикой, у покойного имелся.

На могиле даже установили камень с пространной надписью: "Здесь погребен Филипп-Теофраст, превосходный доктор медицины, который тяжелые раны, проказу, подагру, водянку и другие неизлечимые болезни тела идеальным искусством излечивал и завещал свое имущество разделить и пожертвовать беднякам. В 1541 году на 24 день сентября Парацельс сменил жизнь на смерть".

Будущий медик родился в конце 1493 года (обычно приводятся две даты - 10 ноября или 17 декабря) в швейцарском городке Айнзидельн в старинной, но обедневшей дворянской семье. При крещении он получил имя Филипп Ауреол Теофраст Бомбаст фон Гогенхайм. Его отец занимался врачебной практикой, к работе врачом стал с детских лет готовить и сына. Мальчика медицина явно интересовала, занимался он ею с увлечением, хотя не был чужд и обычным детским проказам.

Была и еще одна область, в которой Теофраст Гогенхайм преуспел в молодости. Как и большинство молодых дворян, он хорошо усвоил науку фехтования. Хотя рыцарские времена уже прошли, дуэли не были редкостью, да и разбойников на больших дорогах (а путешествовать будущий врач любил с детства) хватало. Так что шпага стала его постоянным спутником, как и инструменты хирурга.

Начальное медицинское образование он получил под руководством отца, а с основами философии и натуралистическими взглядами на окружающий мир его познакомил ученый-гуманист Иоганн Тритемий, бывший в тот период аббатом в Шпангейме. Образование Теофраст продолжил в итальянском городе Феррара, где ему была присвоена степень доктора медицины.

Когда он стал пользоваться прозвищем Парацельс, сказать трудно. Возможно, это имя он выбрал себе сам или же его дали коллеги по врачебному искусству, сравнив Гогенхайма с одним из основоположников медицины - древнеримским врачом Авлом Корнелием Цельсом. Официально этот псевдоним видимо впервые был обнародован в 1529 году, когда Теофраст стал так подписывать выпускаемые им астрологические календари.

Впоследствии он стал пользоваться этим именем практически повсеместно, подписывая им свои произведения. Закончив образование и получив хорошие навыки практической медицины, Парацельс не стал по примеру многих его однокашников по университету обзаводиться врачебной практикой и вести жизнь добропорядочного буржуа, а отправился путешествовать. Он ставил перед собой двоякую цель - увидеть новые страны и получить новые знания, которые из книг почерпнуть невозможно. Почти десять лет он путешествовал по Европе, Северной Африке и Ближнему Востоку, слушая лекции в местных университетах, общаясь с профессиональными врачами, целителями и знатоками народной медицины, алхимиками, учеными.

Служил военным врачом в армиях нескольких стран, получив прекрасную практику полевой хирургии. Спускался в рудники, пытаясь понять, как рождаются минералы, которые он стал использовать в качестве компонентов своих лекарств. Интересы его были чрезвычайно широки, он не только как губка впитывал новые знания, но и сам делился секретами медицины, фармакологии, алхимии и астрологии. Есть сведения, что Парацельс добирался даже до Московии.

Немного остепенился он только в 1526 году, получил статус бюргера в Страсбурге, где занялся врачебной практикой. На следующий год Парацельс вынужден был перебраться в Базель, где смог вылечить нескольких безнадежных (по мнению местных медиков) больных, стал городским врачом и начал преподавать медицину в местном университете.

К неудовольствию коллег, он стал читать лекции не на общепринятой латыни, а на немецком языке. Идти на компромиссы Парацельс не хотел и, из-за конфликта с университетским руководством, местными городскими властями и коллегами по медицинской практике, снова вынужден был отправиться в путь, на этот раз в Кольмар.

Не терпящий шарлатанов от медицины, неуживчивый по характеру и острый на язык, Парацельс редко где задерживался надолго. При этом серьезных покровителей, ценивших его как прекрасного медика и крупного ученого, у него хватало. Поражает его работоспособность. При постоянных переездах он умудрялся не только активно заниматься наукой и врачебной практикой, но и практически каждый год писать крупные труды по медицине, фармакологии, алхимии, астрологии, философии.

Несколько его трудов, увидевших свет, были запрещены по требованию профессоров медицины Лейпцигского университета, которые не смогли подняться до его понимания проблем медицины. Наконец ему удалось опубликовать в Ульме и Аугсбурге труд "Большая хирургия". Книга стала широко известной в медицинских кругах, заставив коллег по профессии воспринимать Парацельса как крупного хирурга. Получивший признание медиков, Парацельс получил и больше возможности для плодотворной работы, но и это не избавило его от необходимости скитаться.

Обычно ситуация развивалась по одинаковому сценарию. Прибыв в новое место, он начинал вылечивать больных, которых местные медики отчаялись поставить на ноги. Естественно, что вскоре возникал конфликт с местными врачами, начинавшими терять клиентуру. К тому же, Парацельс, не выбирая выражений, говорил все, что думает и о местных медиках, и об их методах лечения.

Уместных эскулапов был мощный союзник в лице церкви, которую не стоило труда убедить, что практикуемыми Парацельсом методами лечения давно следует заинтересоваться и инквизиции. Город приходилось в срочном порядке, а иногда и тайно, покидать. В 1541 году Парацельс смог обосноваться в Зальцбурге, где ему покровительствовал местный архиепископ, что обеспечивало защиту от обвинений в ереси.

К этому времени его здоровье было серьезно подорвано, видимо, он понимал, что его земные дни сочтены. Несколько месяцев Парацельс занимался напряженным трудом, приводя в порядок и систематизируя свои записи. Вылечить себя он уже оказался не в состоянии, 24 сентября 1541 года великий медик скончался. К сожалению, многие труды Парацельса были изданы только после смерти автора.

Поистине, это был человек энциклопедически образованный, а главное, умеющий видеть новое, сопоставлять уже известное и делать выводы, которые зачастую не сразу становились понятны его современникам. В истории науки Парацельс больше известен как медик и фармацевт. Его успехи в этих областях поистине впечатляют.

Он умудрился погасить вспышку чумы в Штерцинге в 1534 году, прибегнув к собственным методам лечения, а ведь за это можно было и на костер инквизиции попасть. Объяснил природу и причины возникновения силикоза, которым традиционно страдали горняки. Разработал несколько высокоэффективных лекарственных препаратов, опираясь не только на гомеопатию, но и на успехи алхимии, главная задача которой, как он считал, "заключается не в изготовлении золота, а в приготовлении лекарств".

Некоторые его представления о природе болезней и общем строении человеческого тела выглядят сегодня, мягко выражаясь, наивными. Естественно, что давно устарели и многие его философские воззрения. Но это не умаляет его достижений в истории медицины, а как медик он в свое время, пожалуй, просто не имел достойных конкурентов. На его книгах, переиздававшихся в течение нескольких столетий, учились поколения европейских врачей. Да и само имя Парацельс уже давно стало нарицательным, а значит дело, которому он посвятил свою недолгую, но яркую жизнь, продолжается его учениками и последователями.


Основатель гомеопатии, популярного направления альтернативной медицины Христиан Фридрих Самуэль Ганеман родился 10 апреля 1755 в Мейсене, Саксония.

Как и все члены семьи, его отец был художником по фарфору, которым славился Мейсен.

В молодости Ганеман освоил несколько языков, в том числе английский, французский, итальянский, греческий и латинский и зарабатывал на жизнь в качестве переводчика и преподавателя языков. В дальнейшем освоил также арабский, сирийский, древнеарамейский и древнееврейский.

Изучал медицину в Лейпцигском университете, однако после двух лет обучения посчитал клиническую базу университета слабой и перешел в Венский университет, где 10 месяцев учился у Кварина.

Практиковать он начал в Вене. Начало его врачебной карьеры было не совсем удачно, и Ганеман вскоре должен был поступить на частную службу (врачом, библиотекарем и пр.) Через несколько лет Ганеман поселился в Эрлангене, где в 1779 году, защитив диссертацию в Университете Эрлангена, получил степень доктора медицины; в это же время Ганеман начал высказывать свои разочарования современной медициной и раскрывать недостатки господствовавших теорий и практических приемов лечения, зачастую действительно не имевших тогда разумного объяснения.

В 1790 году Ганеман перевел с английского сочинение ("Materia medica") Каллена, фармакологические объяснения которого привели его в сомнение; он немедленно же начал ряд опытов над изучением действия лекарств на здоровый человеческий организм. Опыты эти (первые с хинином над самим собой) привели его к убеждению, что лекарственные вещества вызывают в организме такие же явления, как и болезни, против которых эти лекарства действуют специфически, и что малые дозы медикаментов действуют иначе, а иногда и значительно сильнее, чем большие.

Сформулировав принцип "подобное излечивается подобным" в действии лекарств и болезненных агентов, и создав учение о "гомеопатическом" действии лекарств (впервые изложенное им в медицинском журнале Гуфеланда в 1796 году): "Опыт о новом начале для открытия целительных сил лекарственных веществ", Ганеман вновь принялся за практику.

Таинственность и оригинальность нового метода лечения на этот раз привлекли пациентов, но все-таки Ганеману прочно обосноваться в каком-либо городе не удавалось; только в 1812 году, поселившись снова в Лейпциге, он, наконец, устроился при университете и открыл курс лекций о "рациональной медицине", как он сам назвал своё учение. Основы этого учения подробно изложены автором в сочинении "Органон врачебного искусства", изданном в 1810 году и явившемся затем катехизисом гомеопатии.

В Лейпциге Ганеман оставался до 1820 года, когда ему было королевским указом запрещено приготавливать самому препараты для раздачи больным, и он переселился в Кётен, где практика его приняла обширные размеры. В кётенский период жизни (1821-1835) Христиан Ганеман выпускает четвёртое и пятое издания Organon. Вскоре явились у Ганемана и последователи, начавшие основывать в разных концах Германии гомеопатические общества.

В начале XIX века Ганеман разработал теорию, которую описал в эссе 1803 года "Об эффектах кофе на основе оригинальных наблюдений", согласно которой большинство болезней вызывались употреблением кофе.

Впоследствии он отказался от этой теории в пользу "псорической теории" заболеваний, однако следует отметить, что симптомы, которые он сначала приписывал последствиям употребления кофе, впоследствии приписывались Ганеманом "псоре".

Не довольствуясь приобретенной известностью в отечестве, Ганеман отправился для распространения своего учения во Францию, где оно постепенно прививалось. В 1835 году Ганеман поселился в Париже и успешно практиковал. В 1837 году он предпринимал попытки лечения Никколо Паганини, страдавшего от урологической патологии.

В 1835 году Ганеман опубликовал книгу "Хронические болезни", в которой развил теорию о том, что причиной подавляющего большинства хронических заболеваний, встречающихся в Европе, является гипотетический инфекционный агент ("миазм"), названный им "псорическим миазмом".

Согласно теории Ганемана, "первичная псора", под которой подразумевалась чесотка и другие зудящие дерматозы, после излечения или самопроизвольного исчезновения симптомов далее развивалась как возбудитель неуклонно прогрессирующей системной болезни (так называемой "внутренней псоры"), имеющей хронический характер и разнообразные проявления. На этой теории основывается и современная концепция "гомеопатической медицины".

В некоторых современных публикациях высказывается мнение о том, что описанная Ганеманом картина "первичной псоры" эквивалентна симптоматике простого герпеса или папилломавирусной инфекции.

Другие утверждают, что "первичной псорой" Ганемана могут быть заболевания, вызванные хламидиями, микоплазмами и другими разнообразными инфекционными агентами, вплоть до прионов.

Ганеман скончался в возрасте 88 лет от пневмонии и был погребён на кладбище Пер-Лашез.


Французский микробиолог и химик Луи Пастер родился во французской Юре в 1822 году. Его отец, Жан Пастер, был кожевником и ветераном Наполеоновских войн. Луи учился в колледже в Арбуа, где был самым молодым учеником. Здесь он увлёкся чтением книг и смог стать помощником учителя.

Затем он получил место младшего преподавателя в Безансоне, продолжая учиться. Там учителя посоветовали поступить в Высшую нормальную школу в Париже, что ему удалось в 1843. Окончил её в 1847 году.

Пастер проявил себя талантливым художником, его имя значилось в справочниках портретистов XIX века. Он оставил портреты своих сестёр и матери, но в связи с увлечением химией заниматься живописью бросил. Пастели и портреты родителей и друзей, написанные Пастером в возрасте 15 лет, теперь выставлены и хранятся в музее Института Пастера в Париже.

Его работы были высоко оценены - Луи получил степень бакалавра искусств (1840) и степень бакалавра наук (1842) в Высшей нормальной школе.

После непродолжительной службы профессором физики в Дижонском лицее в 1848 году Пастер становится профессором химии в Страсбургском университете, где он в 1849 году познакомился и начал ухаживать за Мари Лоран, дочерью ректора университета.

29 мая 1849 года они поженились, в браке родилось пятеро детей, однако только двое из них дожили до взрослого возраста (остальные трое умерли от брюшного тифа). Перенесенные личные трагедии вдохновили Пастера на поиск причин и принудили попытаться найти лекарства от заразных болезней, таких как тиф.

В 1854 году Луи Пастер был назначен деканом нового факультета естественных наук в Лилле. В 1856 году он переезжает в Париж, где занимает пост директора по учебной работе в Высшей нормальной школе.

Таким образом, Луи Пастер берёт под свой контроль Высшую нормальную школу и начинает проведение серии реформ (1858-1867). Система приёма экзаменов становится более жёсткой, что способствует улучшению результатов, укреплению знаний, усилению конкуренции и повышению престижа учебного заведения.

Первую научную работу Пастер опубликовал в 1848 году, изучая физические свойства винной кислоты. После данной работы Пастер был назначен адъюнкт-профессором физики в Дижонский лицей, но через три месяца, уже в мае 1849, по приглашению перешёл адъюнкт-профессором химии в университет Страсбурга.

Изучением брожения Пастер занялся с 1857 года. В то время господствовала теория, что этот процесс имеет химическую природу, хотя уже публиковались работы о его биологическом характере, не имевшие признания. К 1861 году Пастер показал, что образование спирта, глицерина и янтарной кислоты при брожении может происходить только в присутствии микроорганизмов, зачастую специфичных.

Луи Пастер доказал, что брожение есть процесс, тесно связанный с жизнедеятельностью дрожжевых, которые питаются и размножаются за счёт бродящей жидкости. При выяснении этого вопроса Пастеру предстояло опровергнуть господствовавший в то время взгляд Либиха на брожение как на химический процесс.

Особенно убедительны были опыты Пастера, произведённые с жидкостью, содержащей чистый сахар, различные минеральные соли, служившие пищей бродильному грибку, и аммиачную соль, доставлявшую грибку необходимый азот. Грибок развивался, увеличиваясь в весе; аммиачная соль тратилась.

По теории Либиха, надо было ждать уменьшения в весе грибка и выделения аммиака, как продукта разрушения азотистого органического вещества, составляющего фермент.

Вслед за тем Пастер показал, что и для молочного брожения также необходимо присутствие особого "организованного фермента" (как в то время называли живые клетки микробов), который размножается в бродящей жидкости, также увеличиваясь в весе, и при помощи которого можно вызывать ферментацию в новых порциях жидкости.

В это же время Луи Пастер сделал ещё одно важное открытие. Он нашёл, что существуют организмы, которые могут жить без кислорода. Для некоторых из них кислород не только не нужен, но и ядовит. Такие организмы называются строгими (или облигатными) анаэробами. Их представители - микробы, вызывающие маслянокислое брожение.

Размножение таких микробов вызывает прогорклость вина и пива. Брожение, таким образом, оказалось анаэробным процессом, "жизнью без кислорода", потому что на него отрицательно воздействует кислород (эффект Пастера).

В то же время организмы, способные как к брожению, так и к дыханию, в присутствии кислорода росли активнее, но потребляли меньше органического вещества из среды. Так было показано, что анаэробная жизнь менее эффективна. Сейчас показано, что из одного и того же количества органического субстрата аэробные организмы способны извлечь почти в 20 раз больше энергии, чем анаэробные.

В 1860-1862 годах Пастер изучал возможность самозарождения микроорганизмов. Он провёл элегантный опыт, доказавший невозможность самозарождения микробов (в современных условиях, хотя тогда не поднимался вопрос возможности самозарождения в прошлые эпохи), взяв термически стерилизованную питательную среду и поместив её в открытый сосуд с длинным изогнутым горлышком. Сколько бы сосуд ни стоял на воздухе, никаких признаков жизни в нём не наблюдалось, поскольку содержащиеся в воздухе споры бактерий оседали на изгибах горлышка. Но стоило отломить его или сполоснуть жидкой средой изгибы, как вскоре в среде начинали размножаться микроорганизмы, вышедшие из спор. В 1862 году Французская академия наук присудила Пастеру премию за разрешение вопроса о самозарождении жизни.

В 1864 году к Пастеру обращаются французские виноделы с просьбой помочь им в разработке средств и методов борьбы с болезнями вина. Результатом его исследований явилась монография, в которой Пастер показал, что болезни вина вызываются различными микроорганизмами, причём каждая болезнь имеет особого возбудителя.

Для уничтожения вредных "организованных ферментов" он предложил прогревать вино при температуре 50-60 градусов. Этот метод, получивший название пастеризации, нашел широкое применение и в лабораториях, и в пищевой промышленности.

В 1865 году Пастер был приглашён своим бывшим учителем на юг Франции, чтобы найти причину болезни шелковичных червей. После публикации в 1876 году работы Роберта Коха "Этиология сибирской язвы" Пастер полностью посвятил себя иммунологии.

Он окончательно установил специфичность возбудителей сибирской язвы, родильной горячки, холеры, бешенства, куриной холеры и др. болезней, развил представления об искусственном иммунитете, предложил метод предохранительных прививок, в частности от сибирской язвы (1881), бешенства (совместно с Эмилем Ру, 1885), привлекая специалистов других медицинских специальностей.

Первая прививка против бешенства была сделана 6 июля 1885 года 9-летнему Йозефу Майстеру по просьбе его матери. Лечение закончилось успешно, симптомы бешенства у мальчика не появились.

Интересно, что Пастер всю жизнь занимался биоло╛гией и лечил людей, не получив ни медицинско╛го, ни биологического образования.

В 1868 году (в возрасте 45 лет) у Пастера произошло кровоизлияние в мозг. Он остался инвалидом: левая рука бездействовала, левая нога волочилась по земле. Он едва не погиб, но, в конце концов, поправился. Более того, он совершил после этого самые значительные открытия: создал вакцину против сибирской язвы и прививки против бешенства. Когда учёный умер, оказалось, что огромная часть мозга была у него разрушена.

Луи Пастер умер в 1895 году недалеко от Парижа. Смерть была вызвана осложнениями, вызванными серией инсультов, которая началась в 1868 году. Он был похоронен в соборе Нотр-Дам-де-Пари, однако позже его останки перезахоронены в склепе в Институте Пастера (Париж, Франция). В настоящее время тело учёного находится под зданием Института Пастера, своды которого покрыты византийской мозаикой, иллюстрирующей его достижения.

Пастер был награждён орденами почти всех стран мира. Всего у него было около 200 наград.

Именем Пастера названы более 2 000 улиц во многих городах мира.

В России имя Луи Пастера носит НИИ эпидемиологии и микробиологии, основанный в 1923 году и находящийся в Санкт-Петербурге.

В 1961 г. Международный астрономический союз присвоил имя Луи Пастера кратеру на обратной стороне Луны.


Немецкий микробиолог Генрих Герман Роберт Кох родился 11 декабря 1843 в Клаусталь-Целлерфельде в семье Германа и Матильды Генриетты Кох. Был третьим из тринадцати детей. Отец - горный инженер Герман Кох, работал в управлении местных шахт. Мать, Юлиана Матильда Генриетта Кох, урождённая Бивенд - дочь высокопоставленного чиновника Генриха Андреаса Бивенда, главного инспектора Ганноверского королевства. Именно он увидел в любознательном внуке задатки исследователя. С детских лет, поощряемый дедом по матери и дядей - натуралистами-любителями, интересовался природой.

В 1848 году, не достигнув и 5 лет, пошёл в местную начальную школу. В это время уже умел читать и писать.

Хорошо окончив школу первой ступени, Роберт Кох в 1851 году поступает в гимназию Клаусталя, где уже через четыре года становится лучшим учеником в классе.

В 1862 году Кох оканчивает гимназию, и затем поступает в знаменитый своими научными традициями Геттингенский университет. Там он изучает физику, ботанику, а затем и медицину.

Важнейшую роль в формировании интереса будущего великого учёного к научным исследованиям сыграли многие его университетские преподаватели, в том числе анатом Якоб Генле, физиолог Георг Мейсснер и клиницист Карл Гессе. Именно их участие в дискуссиях о микробах и природе различных заболеваний зажгли у молодого Коха интерес к этой проблеме.

В 1866 году Роберт заканчивает своё обучение в университете и получает медицинский диплом. С этого времени он начинает работать в различных больницах, и в то же время безуспешно пытается организовать частную практику в пяти разных городах Германии. Позже он хочет стать военным врачом или совершить кругосветное путешествие в качестве корабельного доктора, пока, в конце концов, не обосновывается в городе Раквице, где начал врачебную практику в должности ассистента в больнице для умалишённых.

В 1867 году он женился на Эмме Адельфине Жозефине Фрац.

В 1870 году начинается франко-прусская война, и работа Коха в больнице прерывается. Кох добровольно становится врачом полевого госпиталя, несмотря на сильную близорукость. На новой службе он приобретает большой практический опыт, занимаясь лечением инфекционных болезней, в частности холеры и брюшного тифа. В то же время изучает под микроскопом водоросли и крупные микробы, совершенствует своё мастерство в микрофотографии.

В 1871 году Кох демобилизовался. На двадцативосьмилетние жена подарила ему микроскоп, и с тех пор Роберт целые дни проводил у него. Он теряет всякий интерес к частной врачебной практике и начинает проводить исследования и опыты, для чего заводит большое количество мышей.

В 1872 году Кох назначается уездным санитарным врачом в Вольштейне (ныне Вольштын в Польше). Он обнаружил, что в окрестностях Вольштейна среди крупного рогатого скота, а также овец распространено эндемическое заболевание - сибирская язва, которая поражает лёгкие, вызывает карбункулы кожи и изменения лимфоузлов. Зная об опытах Луи Пастера над животными, больными сибирской язвой, Кох с помощью микроскопа изучает возбудителя, который, предположительно, вызывает сибирскую язву. Проведя серию тщательных, методичных экспериментов, он устанавливает, что единственной причиной заболевания является бактерия Bacillus anthracis, и изучает её биологический цикл развития. Устанавливает эпидемиологические особенности болезни, показывает, что одна палочка бактерии может образовать многомиллионную колонию. Эти исследования впервые доказали бактериальное происхождение заболевания.

В 1876 и 1877 годах при содействии ботаника Фердинанда Кона и патолога Юлия Конгейма в университете Бреслау(ныне польский город Вроцлав) публикуются статьи Коха по проблемам сибирской язвы. Эти работы приносят ему широкую известность. Также Кох публикует описание своих лабораторных методов, в том числе окраски бактериальной культуры и микрофотографии её строения. Результаты работы Коха были представлены учёным лаборатории Конгейма.

Работы Коха приносят ему широкую известность и в 1880 году, благодаря усилиям Конгейма, Кох становится правительственным советником в Имперском отделении здравоохранения в Берлине.

В 1881 году Кох публикует работу "Методы изучения патогенных организмов", в которой описывает способ выращивания микробов на плотных питательных средах. Этот способ имел важное значение для изолирования и изучения чистых бактериальных культур. Вскоре после этого между Кохом и Пастером - до этого времени лидером в микробиологии - развернулась острая дискуссия. После того, как Кох опубликовал резко критические отзывы о пастеровских исследованиях сибирской язвы, лидерство последнего пошатнулось, и между двумя выдающимися учёными вспыхивает вражда, продолжающаяся несколько лет. Всё это время они ведут острые споры и дискуссии на страницах журналов и в публичных выступлениях.

Позже Кох предпринимает попытки найти возбудителя туберкулёза, болезни в то время широко распространённой и являющейся основной причиной смертности. Близость клиники Шарите, заполненной туберкулёзными больными, облегчает ему задачу - он ежедневно, рано утром приходит в больницу, где получает материал для исследований: небольшое количество мокроты или несколько капель крови больных чахоткой.

Однако, несмотря на обилие материала, ему всё же никак не удаётся обнаружить возбудителя болезни. Вскоре Кох понимает, что достичь цели можно только с помощью красителей. К сожалению, обычные красители оказываются слишком слабыми, но спустя несколько месяцев работы ему все, же удается найти необходимые вещества.

С помощью этих красителей Кох обнаруживает крохотные, слегка изогнутые, ярко-сине окрашенные палочки - палочки Коха.

24 марта 1882 года, когда он объявил о том, что сумел выделить бактерию, вызывающую туберкулёз, Кох достиг величайшего за всю свою жизнь триумфа. В то время это заболевание было одной из главных причин смертности даже в Германии. Да и в наше время туберкулёз - основная причина смертности в развивающихся странах. От туберкулёза умирает больше людей, чем от всех других инфекционных заболеваний, включая СПИД и другие заболевания, вызванные ВИЧ.

В своих публикациях Кох выработал принципы "получения доказательств, что тот или иной микроорганизм вызывает определённые заболевания". Эти принципы до сих пор лежат в основе медицинской микробиологии.

Изучение Кохом туберкулёза было прервано, когда он по заданию германского правительства в составе научной экспедиции уехал в Египет и Индию с целью попытаться определить причину заболевания холерой. Работая в Индии, Кох объявил, что он выделил микроб, вызывающий это заболевание - холерный вибрион.

В 1885 году Кох становится профессором Берлинского университета и директором только что созданного Института гигиены. В то же время он продолжает исследования туберкулёза, сосредоточившись на поисках способов лечения болезни.

В 1890 году Кох объявляет, что такой способ найден. Он выделил стерильную жидкость, содержащую вещества, вырабатываемые туберкулёзной палочкой в течение её жизнедеятельности - туберкулин, который вызывал аллергическую реакцию у больных туберкулёзом.

Однако в практике туберкулин применять для лечения туберкулёза не стали, так как он не обладал никакими особыми терапевтическими свойствами, а даже наоборот, его введение сопровождалось токсическими реакциями и вызывало отравление, что стало причиной его острейшей критики. Протесты против применения туберкулина стихли, после того как обнаружилось, что туберкулиновая проба может использоваться в диагностике туберкулёза, что сыграло большую роль в борьбе с туберкулёзом у коров.

В 1905 году за "исследования и открытия, касающиеся лечения туберкулёза", Роберт Кох удостоен Нобелевской премии по физиологии и медицине.

Кох был удостоен многих наград, в том числе прусского ордена Почёта, присужденного германским правительством в 1906 году, и почётных докторских степеней университетов Гейдельберга и Болоньи. Также являлся иностранным членом Французской академии наук, Лондонского королевского научного общества, Британской медицинской ассоциации и многих других научных обществ.

Открытия Роберта Коха внесли неоценимый вклад в развитие здравоохранения, охраны здоровья, гигиены, архитектуры, градостроительства, бактериологии, микробиологии в целом, а также в координацию исследований и практических мер в борьбе с такими инфекционными заболеваниями, как туберкулёз, холера, сибирская язва, брюшной тиф, малярия, чума крупного рогатого скота, сонная болезнь (трипаносомоз) и чума человека. В связи с этим его по праву считают основателем немецкой школы бактериологов.

27 мая 1910 года Роберт Кох скончался в Баден-Бадене от сердечного приступа.

В 1970 г. Международный астрономический союз присвоил имя Роберта Коха кратеру на обратной стороне Луны.

В честь Роберта Коха названа премия и медаль, присуждаемые Фондом Роберта Коха. Также в его честь назван Институт Роберта Коха.


Великий учёный, эмбриолог, бактериолог, иммунолог Илья Ильич Мечников родился 3 мая 1845 в отцовском имении Ивановка Купянского уезда Харьковской губернии, в семье гвардейского офицера, помещика Ильи Ивановича Мечникова (1810-1878) и Эмилии Львовны Мечниковой (в девичестве Невахович, 1814-1879). По отцовской линии Илья Ильич Мечников происходил из старинного молдавского боярского рода. Мать - Эмилия Львовна Невахович, уроженка Варшавы - дочь известного еврейского публициста и просветителя Льва Николаевича Неваховича (1776-1831), считающегося основателем, так называемой русско-еврейской литературы.

Разорившись, Илья Иванович Мечников был вынужден покинуть Санкт-Петербург и поселиться в собственном имении в Ивановке, где в 1843 году родился его сын Николай, а через два года Илья. Вскоре после рождения И. И. Мечникова семья переехала в более просторный дом в другом конце отцовского имения в Панасовке (того же Купянского уезда), где будущий учёный провёл детские годы.

Илью деревенская жизнь устраивала. Он был влюблён в природу, и часами мог наблюдать за букашками, дождевыми червями и головастиками. Мальчик был умён не по годам и отличался особой сообразительностью. В гимназию он поступил сразу во второй класс. С шестого класса он дополнительно посещал по сравнительной анатомии и философии в Харьковском университете.

Гимназию Мечников окончил с золотой медалью и решил учиться в Германии. Однако, немецкого языка он не знал, встретил холодный приём со стороны русских студентов и квартирных хозяев. Поэтому он вскоре вернулся домой и поступил на естественное отделение физико-математического факультета Харьковского университета. Из поездки Мечников привёз книгу Чарльза Дарвина "Происхождение видов", оказавшую потом большое влияние на формирование его взглядов.

Одарённому студенту обучение в университете показалось скучным, и в 19 лет он экстерном успешно сдал выпускные экзамены. В 22 года он стал уже признанным доктором наук, защитив диссертацию об эмбриональном развитии рыб и ракообразных.

Последующие 6 лет преподавал зоологию и анатомию в университете Санкт-Петербурга.

Мечников был не очень высокого мнения о женщинах, считая их абсолютно не неспособными к самостоятельной творческой деятельности. Но он понимал, что зов природы не обманешь. Поэтому решил всё же обзавестись законной супругой. При этом, он понимал, что ему нужна не просто супруга, а верная подруга, соратница и единомышленница. Он провёл жёсткий естественный отбор. Случайно увидел дочь друга Бекетова и влюбился.

Но тут природа сыграла с Мечниковым злую шутку. Он тяжело заболел и, лёжа в постели, всё ждал, когда любимая придёт его навестить. Однако молодой девушке всё было недосуг. Зато часто навещала больного её родственница Людмила Федорович. Но Мечникову он не приглянулась. А Людмила часами сидела у постели больного, вслух читала ему книги и пыталась развеять его мрачные мысли. Вскоре Илья понял, что когда с ним рядом нет Лю, ему становится горько и одиноко.

Но судьба нанесла ему жестокий удар. Теперь уже Лю заболела скоротечной чахоткой. Илья был в отчаянии. Вдруг он решил, что Лю выздоровеет, если свадьба состоится. Родственники его отговаривали, но он настоял на своём. Венчание представляло печальное зрелище. Обессиленную невесту несли к алтарю на стуле. Родня была в ужасе. Создавалось впечатление, что присутствуют на похоронах.

Медовый месяц Мечниковы провели в Италии. Через 4 месяца Мечникова избрали профессором Новороссийского университета в Одессе. Людмила для дальнейшего лечения переехала в Швейцарию. Мечников скучал, переживал, что оставил жену одну. Но бросить науку не мог даже ради личного счастья. Через 4 года Людмила скончалась, не дожив до 28 лет. Мечников в отчаянии решил покончить с собой, приняв морфий. Но впервые ошибся в расчётах. Из-за слишком большой дозы только помучился сильным приступом рвоты.

В 1875 году Мечников проводил лето в своём имении. Случайно познакомился с молодой соседкой Ольгой Белокопытовой. 15-летняя девочка с обожанием смотрела на именитого учёного. Она покорила Мечникова. Он давал ей уроки, рассказывал об известных открытиях, подсовывал нужные книги. Оленька старалась соответствовать представлению своего кумира. Мечников понял, что результат его воспитания ему нравится. В 29 лет он женился на 16-летней девушке, которая стала трудолюбивой помощницей, верным другом и ассистентом.

Но судьба готовила Мечникову новое испытание. Оленька заболела брюшным тифом. Он понял, что не сможет пережить смерть, и решил предпринять ещё одну попытку самоубийства. Он взял шприц и вколол себе в вену кровь жены. Он решил не только умереть вместе с женой, но и выяснить, передаётся ли болезнь с кровью. Однако постепенно болезнь пошла на спад. Выздоровела и Ольга.

Мечников вернулся в Одессу и возглавил Бактериологический институт. Газетчики и местные врачи допекали его из-за отсутствия медицинского образования. В 1887 году они с женой покинули Россию. Французский учёный Луи Пастер, заинтересовавшись трудами Мечникова по иммунитету, предложил ему возглавить лабораторию в своём новом институте в Париже. Принимал Пастер Мечникова так тепло, что тот проработал там 28 лет. Когда здоровье Луи Пастера стало здавать и ему пришлось удалиться от дел, он поручил руководить исследовательским центром института Илье Мечникову.

Остаток жизни Мечников с женой прожил в Париже. Он очень не хотел стареть. Когда ему исполнилось 53 года, он всерьёз занялся исследованием проблемы старения. Мечников предложил ряд профилактических и гигиенических средств борьбы с самоотравлением организма из-за гнилостных веществ в кишечнике. Он сделал также вывод, что палочки молочной кислоты оказывают благотворное влияние на организм. Эту теорию он тоже опробовал на себе, изменив рацион питания.

В 1915 году, празднуя своё 70-летие, он сожалел о том, что начал эти опыты только в 53 года. Но через год он простудился, приступы сопровождались удушьем. Летом 1916 года Илья Мечников почувствовал сильную боль в груди. Через сутки он скончался от инфаркта миокарда. Согласно воле покойного, тело его было сожжено, а урна с прахом поставлена в библиотеке института Пастера. Ольга Мечникова надолго пережила своего мужа. Она умерла в 1944 году в 86-летнем возрасте.


Осенью 1889 года старший библиотекарь Пастеровского института в Париже беседовал в своем кабинете с прибывшим из России молодым человеком в потрепанной одежде. Объясняя ему обязанности по уходу за книгами, за которые полагалось мизерное жалование, он все размышлял, что связывает его нового подчиненного с достопочтенным доктором Мечниковым.

Должность младшего библиотекаря - вот единственное, чего смог добиться Илья Ильич Мечников для своего ученика Владимира Хавкина, приехавшего по его приглашению из Одессы в Париж. Но, ни маленькая должность, ни ничтожные доходы не пугали Хавкина. Ведь теперь он имел возможность работать во всемирно известном Пастеровском институте! Именно здесь молодой человек уже через два года изобретет вакцину, спасшую миллионы жизней.

Родился Владимир Хавкин в Одессе 15 марта 1860 года в семье учителя Казенного еврейского училища Арона Хавкина и Розалии Дувид-Айзиковны Ландсбер, отец которой преподавал древнееврейский язык тут же, в училище. В семье, чтящей традиции предков, мальчик был наречен Мордехаем-Вольфом.

Отучившись в хедере и гимназии, в 1879 году он успешно поступил в Новороссийский университет в Одессе, где преподавал и микробиолог Илья Ильич Мечников. Под его влиянием Владимир увлёкся биологией, проявив уже ко второму курсу большие способности. Правда, наравне с наукой Хавкин вошел и в группу свободомыслящих студентов, что не заставило долго ждать появления на него досье в соответствующих органах. Досье пухло на глазах, как крепла и связь между Хавкиным и "народовольцами", вскоре устроившими взрыв, убивший императора Александра II.

Погромы, начавшиеся в связи с пущенным слухом о причастности евреев к убийству царя, докатились в скором времени и до Одессы. Погромщики ходили по улицам с ломами и топорами, грабили и разоряли жилища евреев. "Одесский вестник" так описывал события: "На Успенской улице толпа с криком ворвалась в бакалейный магазин еврея. Через десять минут в квартире и магазине ничего не осталось в целости: мебель разбита, улицы покрылись густым слоем пуха.... Из окна разрушенной квартиры выскочил мальчик со скрипкой в руках, которую отобрали, разбив вдребезги о камень.

Наблюдающая толпа, двадцать процентов которой составляли прилично одетые люди, хохотала, созерцая происходящее.... Генерал и другие военные пробовали увещевать толпу, но это не помогло". Видя нежелание властей вмешиваться в происходящее, в городе и в университете начали формироваться отряды самообороны, в рядах которых, наперерез погромщикам, шел и Хавкин. "На Рыбной и Резничной полиция и юнкера арестовали более 150 человек. Были раненые", - сообщила затем одесская газета. Среди них был и Хавкин, которого жандармы обвинили в организации вооруженного нападения на погромщиков. Но, не набрав должной доказательственной базы, из тюрьмы Хавкина выпустили.

Когда-то бывший попечитель Одесского округа хирург Николай Пирогов сказал: "Университет - лучший барометр общества", поэтому неудивительно, что число арестов среди студентов стало ощутимо расти. Чуть ли не ежедневно полиция выхватывала из среды молодежи новых жертв, отправляя их на каторгу. Многие профессора, как могли, пытались помочь своим студентам, защитить их, чем вызывали гнев и на себя. Не выдержав травли, часть профессуры во главе с Мечниковым решила покинуть университет. Узнав об этом, студенты направили ректору письмо: "Милостивый государь Семен Петрович, после года Вашего управления университетом дела его, направляемые Вашей рукой, приняли такой оборот, при котором профессора, составляющие гордость университета, вынуждены оставить его. Всех нас... глубоко поразило решение Преображенского, Посникова, Мечникова и Гамбарова уйти из университета... Ваше управление вредно университету, поэтому мы ждем от Вас, что для предотвращения такого большого несчастья, как потеря лучших профессоров, Вы откажетесь от дальнейшей ректорской деятельности..."

Сочиняли письмо многие, а вот подписали лишь некоторые. Среди них был и Владимир Хавкин, немедленно исключенный из университета, который через неделю, весной 1882 года, покинул и Илья Ильич Мечников.

Пути учителя и ученика, как говорилось выше, пересекутся в Пастеровском институте в Париже. К тому моменту Хавкин все же получил степень кандидата наук в родном университете, закончив его как "стороннее лицо". Многие его работы по зоологии публиковались на страницах мировых научных изданий. Но как еврей он не имел возможности заниматься научной работой в российском университете. Университетское руководство милостиво предложило ему принять православие, однако Хавкин отказался не раздумывая, отправившись по приглашению Мечникова в Швейцарию в Лозаннский университет, а затем и во Францию.

Главным направлением работ Хавкина являлась защита человеческого организма от инфекционных болезней с помощью сывороток и вакцин. Причем на первоначальном этапе все опыты проводились ночью, так как днем он работал в должности младшего библиотекаря. Со временем результаты его опытов в борьбе с холерой были замечены руководством института, и вскоре Владимир Хавкин полностью сосредоточился на работе в лаборатории. В 1892 году он втайне от всех создал первую эффективную вакцину против холеры. Чтобы доказать ее безопасность для человека, испытал на себе. Убедившись в ее надежности и безопасности, он испробовал ее и на четверых своих товарищах-"народовольцах", укрывавшихся в Париже от преследований царской охранки. Его доклад о найденном противодействии смертоносной болезни был опубликован во всех газетах, и скромный научный сотрудник, вчерашний библиотекарь, вмиг стал знаменитостью.

Создание вакцины совпало с бушевавшей в тот период в России эпидемией холеры. Хавкин предложил безвозмездно передать вакцину на родину, чтобы прервать эпидемию. Но предложение было отвергнуто. Причины до сих пор доподлинно неизвестны, есть мнения, что отказу способствовали и мятежная деятельность Хавкина в России, и его происхождение. По какой бы из них ни последовал отказ, но возможностью спасти сотни тысяч человек, погибших от эпидемии, просто-напросто пренебрегли.

Правда, и в Европе, где также были отмечены очаги эпидемии, не доверяли "неизвестному ученому" и отказались от его вакцины. А вот власти Великобритании, быстро смекнув, какое значение имеет открытие Хавкина, разрешили ему испытать вакцину в своей колонии - Индии, которая в то время была почти парализована холерой. Прибыв туда в начале 1893 года, Хавкин за два года наладил производство вакцины и лично вакцинировал десятки тысяч человек. Правда, поначалу вакцинация встречала активное сопротивление у местного населения, и не раз в Хавкина летели камни недоверчивых индийцев.

В ходе вакцинации населения Индии Хавкин столкнулся и с эпидемией чумы, поразившей в 1896 году Бомбей. Стоит отметить, что первым описавшим чуму был еще греческий историк Фукидид, очевидец эпидемии, поразившей Афины в 431-404 гг. до н.э., однако вплоть до 1896 года болезнь все еще не умели ни останавливать, ни лечить. Немедленно отправившись на зараженные территории, Хавкин в кратчайшие сроки создал эффективную противочумную вакцину, снова сначала доказав её безопасность на себе. В течение следующих нескольких лет он также сам привил и все население Индии. Начав свой путь в Бомбее, противочумная вакцина Хавкина получила распространение во всем мире. И за последующие сорок лет были привиты более 35 миллионов человек.

Вернувшись в Европу, Хавкин посвятил себя борьбе за права евреев, став впоследствии и членом центрального комитета Всемирного еврейского союза.

В 1908 году Владимир Хавкин был удостоен высшей награды Парижской академии наук и премии Ливерпульской медицинской школы в Англии за выдающиеся достижения в спасении человечества от эпидемии холеры, а также за создание целого ряда вакцин против других инфекционных заболеваний.

В годы Первой мировой войны Хавкин был членом медицинского совета при главном штабе армии Великобритании и продолжал свои эксперименты. По его рекомендации британские военнослужащие получили прививку тройной вакцины - против брюшного тифа и двух других разновидностей паратифа.

Кроме огромного таланта и знаний, Хавкин обладал невероятной работоспособностью и умением сосредоточиться на достижении выбранной цели. Многие считают, что из-за своей одержимости работой Хавкин никогда и не женился. У него просто не было времени на житейские радости.

Последние годы жизни Мордехай-Вольф Хавкин - победитель холеры и чумы - провел в обращении к Б-гу и соблюдении заповедей иудаизма, скончавшись 28 октября 1930 года. Однажды он сказал: "Всегда, что бы я ни делал, я понимал, что бремя ответственности, которую несёт мой народ, постоянно лежит и на моих плечах. Эта мысль была моей путеводной звездой в течение всей жизни". Более чем достойно неся это бремя, он стал не только гордостью еврейского народа, но и спасителем миллионов жизней всех народов, населяющих землю.


Первый русский нобелевский лауреат, физиолог , создатель науки о высшей нервной деятельности, Иван Петрович Павлов родился 14 (26) сентября 1849 года в городе Рязани. Предки Павлова по отцовской и материнской линиям были священнослужителями в Русской православной церкви. Отец Пётр Дмитриевич Павлов (1823-1899), мать - Варвара Ивановна (урождённая Успенская) (1826-1890).

Окончив в 1864 году рязанское духовное училище, Павлов поступил в рязанскую духовную семинарию, о которой впоследствии вспоминал с большой теплотой. На последнем курсе семинарии он прочитал небольшую книгу "Рефлексы головного мозга" профессора И. М. Сеченова, которая перевернула всю его жизнь.

В 1870 году поступил на юридический факультет Петербургского университета (СПбГУ) (семинаристы были ограничены в выборе университетских специальностей), но через 17 дней после поступления перешёл на естественное отделение физико-математического факультета СПбГУ, специализировался по физиологии животных у И. Ф. Циона и Ф. В. Овсянникова.

В 1875 году Павлов поступает на 3-й курс Медико-хирургической академии (ныне Военно-медицинская академия, ВМА), одновременно (1876-1878 годы) работает в физиологической лаборатории К. Н. Устимовича. По окончании ВМА в 1879 году Павлов оставлен заведующим физиологической лабораторией при клинике С. П. Боткина.

Павлов, как последователь Сеченова, много занимался нервной регуляцией. Сеченову из-за интриг пришлось переехать из Петербурга в Одессу, где он некоторое время работал в Одесском университете. Его кафедру в Медико-хирургической академии занял Илья Фаддеевич Цион, и Павлов перенял у Циона виртуозную оперативную технику.

За 10 лет Павлов, по существу, заново создал современную физиологию пищеварения.

Павлов очень мало думал о материальном благополучии и до женитьбы не обращал на житейские проблемы никакого внимания. Бедность начала угнетать его только после того, как в 1881 году он женился на ростовчанке Серафиме Васильевне Карчевской.

Познакомились они в Петербурге в конце 1870-х годов. Серафима Карчевская родилась в семье военного врача Василия Авдеевича Карчевского, служившего на Черноморском флоте. Мать будущей жены Ивана Петровича, Серафима Андреевна Карчевская, урожденная Космина, была из старинного, но обедневшего, дворянского рода. Ей удалось получить высшее педагогическое образование.

Всю жизнь мать Серафимы Васильевны преподавала в гимназии, став потом её директором; вырастила пятерых детей одна, так как Василий Авдеевич довольно рано умер, оставив жену почти без средств. Дочь Серафима (домашние, а потом и Павлов, чтобы не путать с матерью, называли её Сара) решила пойти по стопам своей матери и отправилась в Санкт-Петербург поступать на Высшие женские педагогические курсы, которые она закончила, став учителем математики. Серафима Васильевна преподавала в сельской школе только в течение одного учебного года, после чего вышла замуж за И. П. Павлова в 1881 году, посвятив свою жизнь заботам о доме и воспитанию четверых детей.

Родители Павлова не одобрили этот брак. так как семья Серафимы Васильевны была бедна, и к тому времени они уже подобрали для сына невесту - дочь богатого петербургского чиновника. Но Иван настоял на своём и, не получив родительского согласия, с Серафимой отправился венчаться в Ростов-на-Дону, где жила её сестра. Деньги на их свадьбу дали родственники жены. Следующие десять лет Павловы прожили очень стеснённо. Младший брат Ивана Петровича, Дмитрий, работавший ассистентом у Менделеева и имевший казённую квартиру, пустил молодожёнов к себе.

В материальном плане семья Павлова жила очень стеснённо. Павлову пришлось преподавать в школе для фельдшериц. Но часто свой скудный заработок он тратил на покупку подопытных животных для своей лаборатории.

В 1883 году Павлов защитил докторскую диссертацию "О центробежных нервах сердца".

В 1884-1886 годах Павлов был командирован для совершенствования знаний за границу в Бреслау и Лейпциг, где работал в лабораториях у В. Вундта, Р. Гейденгайна и К. Людвига.

В 1890 году Павлов избран профессором и заведующим кафедрой фармакологии Военно-медицинской академии, а в 1896 году - заведующим кафедрой физиологии, которой руководил до 1924 года. Одновременно (с 1890 года) Павлов - заведующий физиологической лабораторией при организованном принцем А. П. Ольденбургским Институте.

В 1901 году Павлов был избран членом-корреспондентом.

В 1903 году 54-летний Павлов сделал доклад на XIV Международном медицинском конгрессе в Мадриде. И в следующем, 1904 году Нобелевская премия за исследование функций главных пищеварительных желёз была вручена И. П. Павлову - он стал первым российским Нобелевским лауреатом.

В Мадридском докладе, сделанном на русском языке, И. П. Павлов впервые сформулировал принципы физиологии высшей нервной деятельности, которой он и посвятил последующие 35 лет своей жизни.

В 1907 Павлов был избран действительным членом (академиком).

Вскоре Павловы переехали в большую просторную квартиру. Жизнь налаживалась. И тут грянула революция 1917 года. Опять начались годы нищеты. В связи с материальными трудностями, в 1922 году Павлов обратился к Ленину с просьбой перенести свою лабораторию за границу. Ленин отказал, сказав, что Россия нуждается в таких учёных.

Ему тут же назначили такой рацион, какой получали партийные лидеры. Но Павлов отказался: "Я не приму эти привилегии, пока они не будут предоставлены всем работникам лаборатории".

Со временем были увеличены ассигнования на науку. А к 80-летию Павлова в Колтушах (под Ленинградом) начал работать специальный институт-городок. Это было единственное в мире научное учреждение такого рода, прозванный "столицей условных рефлексов".

С 1925 года и до конца жизни Павлов руководил Институтом физиологии АН СССР.

В 1935 году на 15 м Международном конгрессе физиологов Иван Петрович был увенчан почётным званием "старейшины физиологов мира". Ни до, ни после него, ни один биолог не удостаивался такой чести.

27 февраля 1936 года Павлов умирает от пневмонии. Похоронен на "Литераторских мостках" Волкова кладбища в Санкт-Петербурге.

У Ивана Петровича Павлова были следующие награды:

Медаль Котениуса (1903 год)

Нобелевская премия (1904 год)

Медаль Копли (1915 год)

Круновская лекция (1928 год).


Исследованиями в области медицины занимались многие учёные. Один из них, хирург Сергей Александрович Воронов занимался проблемой человеческого долголетия.

Сергей Александрович, Серж Воронофф, а вернее Самуил Абрамович Воронов родился в июле 1866 года под Воронежем. Формально датой его рождения считается запись, сделанная в синагоге 10 июля в день его "брит милы" - обрезания, т.ч. фактически он родился на восемь дней раньше, а фамилия Воронов, как видно, произошла, как многие еврейские и не только, от названия места проживания. Будущий учёный окончил в Воронеже реальное училище, куда евреи допускались, в отличие от гимназии, а в 18 лет для продолжения образования уехал во Францию, где антисемитизм был несколько меньше, чем в России. В Париже он окончил университет - Сорбонну и Высшую медицинскую школу и вскоре получил французское гражданство.

Затем он уехал в Египет, где достиг значительных успехов. Стал при Королевском дворе советником по здравоохранению, придворным хирургом и королевским лейб-медиком, открыл инфекционную больницу, организовал школу медсестёр, основал Королевское медицинское общество и Египетский медицинский журнал.

Проводя медицинские наблюдения за евнухами, он убедился, что кастраты значительно быстрее стареют, у них хуже все физические и интеллектуальные показатели по сравнению с обычными людьми. Это свидетельствовало о значительном влиянии половых гормонов на физиологическую деятельность всего организма и наводило на мысль, что увеличение количества данных гормонов может способствовать омоложению организма.

Проработав в Египте 14 лет, Воронов вернулся во Францию с желанием вплотную заняться этой проблемой, но начавшаяся Первая мировая война несколько отодвинула эти работы, он стал главным хирургом Русского военного госпиталя в Париже.

После окончания войны он интенсивно занялся соответствующими исследованиями, создав и возглавив лабораторию при Коллеж де Франс. Он проделал огромное количество исследований, экспериментируя на животных (баранах, козлах, быках), и при этом наблюдал, что после пересадки яичек молодых животных более старым, последние обретали прыть и игривость молодых особей.

После соответствующего анализа он приступил к операциям на людях.

Первое время для пересадки использовал яички неожиданно погибших людей и казнённых преступников, но после того как спрос превысил возможности их поставки, перешёл на яички человекообразных обезьян, для чего был даже создан специальный обезьяний питомник. Всего были проделаны тысячи подобных операций пожилым мужчинам в возрасте 55-70 лет с 90 % успехом. При этом в ряде случаев происходило не только улучшение внешнего вида и сексуальных возможностей индивидуума, но и улучшение памяти, зрения и ряда других показателей. По некоторым оценкам организм омолаживался приблизительно на 20 лет.

Эти операции были довольно дорогостоящими, соответственно среди его пациентов были, в основном, люди материально обеспеченные - представители промышленной, творческой и политической элиты, не всегда заинтересованные в афишировании своих имён. Несмотря на это, ряд этих знаменитых имён стали известны.

Росли богатство и слава. На Международном медицинском конгрессе в Лондоне (1923 г.) 700 известных хирургов со всего мира аплодировали его успехам, он был награждён орденом Почётного легиона, ему и его достижениям посвящались статьи, литературные и музыкальные произведения. Кстати, именно он послужил прообразом профессора Преображенского из "Собачьего сердца" Булгакова. К нему приезжали учиться и перенимать опыт из разных стран, в т.ч. и из СССР, но повторить его успехи никто не смог.

Кроме работ по омоложению он разработал и выполнил операции по пересадке кожи и костной ткани. Некоторое время после окончания Первой мировой войны он даже возглавлял подобные операции во французской армии. Учёный опубликовал большое количество капитальных трудов по важным медицинским, физиологическим и психологическим проблемам, названия которых говорят сами за себя: "О продлении жизни", "От кретина до гения", "Клиническая эндокринология", "Пересадка половых клеток от обезьян человеку" и др.

Выдающийся учёный и врач умер 3 сентября 1951 года. Со временем его роль и достижения были забыты и даже оклеветаны. Причиной этому, как видно, стали отдельные неудачные последствия операций, соперничество в мире медицины, изменчивость моды на подобное лечение, отсутствие успешных последователей. Но открытие тестостерона и создание "Виагры" во многом подтвердило правильность его учения. В наше время результаты его исследований и достижения реабилитированы и служат основой медицинской стратегии по борьбе со старостью.


Прототипом доброго доктора Айболита был реальный человек. Это был Цемах Йоселевич (Тимофей Осипович) Шабад (1864-1935 гг.), с которым Чуковский познакомился еще в 1912 году в Вильнюсе, который тогда назывался Вильно.

Цемах родился в 1864 году, закончил медицинский факультет Московского университета, был направлен на ликвидацию эпидемии холеры в Астрахань. Потом Шабад обосновался в Вильно, открыл там частную практику и основал оздоровительные лагеря для детей и приюты для сирот. Он не брал денег с бедных, никогда не отказывался пойти к больному ночью и в любую погоду. В свободное время редактировал медицинский журнал. Шабад стоял у истоков Еврейского научного института. Он был руководителем десятков еврейских организаций, включая Виленскую еврейскую общину, одним из основателей "Идише фолкспартей", членом Виленского муниципалитета.

В 1905 году за участие в антиправительственных выступлениях (за статьи в поддержку прибалтийского сепаратизма) он был арестован, провёл 6 месяцев в тюрьме, затем выслан из страны. Учился в университетах Вены, Гейдельберга и Берлина. Продолжил медицинскую карьеру в Германии. Основатель Общества здоровья, ряда еврейских общеобразовательных школ. Стоял у истоков Еврейского научного института.

Вернулся в Россию в 1907 году. Член Виленской ложи "Единение", входившей в Великий восток народов России. Медик в Первую мировую войну (1915).

Один из активных участников еврейского общественного движения в Вильно, один из основателей Идише фолкспартей. Во времена Второй Речи Посполитой был избран в муниципалитет города Вильно (1919) и Польский сейм (1928-1930) от Блока национальностей (украинцев, евреев, немцев и белорусов Польши), получившего 55 мест.

Еще он проделал огромную работу по медицинскому и гигиеническому образованию населения, написал много публицистических статей о гигиене. В том, что во время войны в Вильнюсском гетто не было вспышек инфекций - большая заслуга его заповеди: "опрятность - условие выживания". В те годы это было совсем не так очевидно, как теперь. Некоторые считали его чудаком за то, что он готов был лечить и бродяг, и жуликов и даже животных: лошадей, коров, кошек и собак, и даже ворон. И все пациенты его беззаветно любили.

Поэтому и не удивительно, что Корней Чуковский написал с него доктора Айболита. В своих воспоминаниях Чуковский писал:

"Был это самый добрый человек, которого я знал в жизни. Придет, бывало, к нему худенькая девочка, он говорит ей: "Ты хочешь, чтобы я выписал тебе рецепт? Нет, тебе поможет молоко. Приходи ко мне каждое утро и получишь два стакана молока". И по утрам, я замечал, выстраивалась к нему целая очередь. Дети не только сами приходили к нему, но и приносили больных животных...

Как-то утром пришли к доктору трое плачущих детей. Они принесли ему кошку, у которой язык был проткнут рыболовным крючком. Кошка ревела. Ее язык был весь в крови. Тимофей Осипович вооружился щипцами, вставил кошке в рот какую-то распорку и очень ловким движением вытащил крючок. Вот я и подумал, как было бы чудно написать сказку про такого доброго доктора. После этого у меня и написалось: "Приходи к нему лечиться и корова, и волчица...".

Цемах Шабад умер 20 января 1935 года от заражения крови. За его гробом шли более тридцати тысяч горожан. Его смерть великий еврейский историк С. Дубнов назвал потерей соратника, павшего на боевом посту. В начале Второй мировой войны сторож больницы спрятал бюст Шабада и после войны вернул его коллегам знаменитого виленчанина. Сейчас бюст находится в Еврейском музее в Вильнюсе.

А еще в центре Вильнюса сейчас стоит памятник, который изображает именно этот эпизод - девочка протягивает ему раненую кошку. Бронзовая фигура доктора Айболита и маленькой девочки с кошкой на руках установлена на родной улице доктора Шабада, в бывшем еврейском квартале Вильнюса.

Ее автор - известный в Литве скульптор Ромас Квинтас. Скульптор сказал, что несправедливо, когда литературный персонаж знает больше людей, чем реального человека доктора Шабада, жителя Вильнюса. Фигуры установлены не на постамент, а прямо на тротуар, чтобы сохранить ощущение - доктор с нами.


Создатель и руководитель целой научной школы биохимиков в Польше и СССР Яков Оскарович Парнас родился 16 января 1884 года в Тарнополе, в семье Оскара Парнеса и Габриэллы Бернштейн.

С 1902 по 1904 г. Яков учился на хим. отделении Высшей технической школы в Берлине, в 1905 г. в Страсбурге у Гофмейстера, в 1906-1907 гг. в Цюрихе у Р. Вилъ-штеттера. В 1907 г. в Мюнхенском ун-те защитил докт, диссертацию. С 1907 по 1915 г. работал на кафедре физиологической химии Страсбургского ун-та. С 1916 г. заведовал кафедрой физиологической химии Варшавского ун-та. С 1920 г. профессор, директор Института медицинской химии Львовского ун-та. С 1944 по 1948 г. директор Института биологической и медицинской химии АМН СССР в Москве и одновременно (1944-1948) руководитель организованной им лаборатории физиологической химии АМН СССР.

Я. О. Парнас внес крупный вклад в различные области биохимии, главным образом биохимии углеводов и нуклеотидов. Ряд его открытий связан с изучением механизма гликолиза и спиртового брожения. Им впервые была установлена связь между отдельными звеньями анаэробного обмена глюкозы и гликогена; процесс анаэробного распада углеводов в мышцах получил название цикла Эмбдена - Мейергофа - Парнаса. Я. О. Парнас выяснил физиологию и энергетическое значение процесса превращения гликогена в молочную клетку; открыл ранее не известный путь превращения гликогена, отличный от гидролиза, происходящий с участием неорганического фосфата и образованием глюкозо-1-фосфата.

Парнас был известен как признанный учитель и руководитель многих выращенных им талантливых биохимиков. До войны 1939 года им была создана могучая школа биохимиков в Польше. Во Львове он организовал Институт медицинской химии при Львовском университете . 1 сентября 1939 года по сговору Гитлера и Сталина ( пакт Молотова - Риббентропа ) Польша была поделена между Германией и СССР. Во Львов вошла Красная Армия. У Парнаса был выбор: он еще мог уехать в Лондон или в Нью-Йорк - его бы отпустили. Известность его была международной. Он остался во Львове.

Он посчитал невозможным бросить своих учеников и сотрудников, кафедру, институт, созданный им завод фармпрепаратов. Он получил самые лестные заверения представителей советской власти. Кроме того, он был настроен вполне демократически, и лозунги равенства и справедливости были ему близки. Знал ли он действительную обстановку в СССР? Знал ли о массовых репрессиях? Понимал ли необратимость своего выбора? Наверное, не вполне.

Трудно было все это осознать представителю другой страны. Тем более что решение остаться представлялось выбором между фашизмом и социализмом. Сама мысль о сходстве режимов в Германии и СССР того времени казалась дикой даже советским гражданам, Он остался и был всячески - здесь лучшее слово "обласкан" - советским руководством. Его выбрали в академики (а он уже был членом многих академий), затем он был награжден Сталинской премией первой степени, Орденом Ленина, Орденом Трудового Красного Знамени. Материальное обеспечение также было вполне хорошим. Он ценил общество советских биохимиков, а они в свою очередь высоко ценили его. В первые же часы 22 июня 1941 года ко Львову двинулись немецкие войска.

Супругов Парнас вывезли иным путем - на автомобиле в Киев. Из Киева они были эвакуированы в Уфу. А когда в 1943 году наметился перелом в войне, академик Парнас был вызван в Москву. Он поселился в привилегированной гостинице "Метрополь", где принимал учеников, сотрудников, иностранных дипломатов, друзей и знакомых.

В Москве он стал одним из основателей учрежденной в 1943 году Академии медицинских наук СССР, организатором и первым директором Института биологической и медицинской химии АМН СССР . Кроме того, как академик, он имел право на организацию своей собственной лаборатории - это и была Лаборатория физиологической химии , в которой он с ближайшими сотрудниками продолжал исследования углеводов.

Парнас с женой часто приглашал к себе своих сотрудников - время было трудное, с едой было плохо, а тут их ждало обильное угощение и полное радушие хозяев. Это был праздник дружеского общения и блеска культуры и эрудиции.

Парнас был признан первым в научной иерархии биохимиков СССР. Центром биохимической мысли в стране стали "четверги" Парнаса - семинары, на которые собирались не только москвичи, но и жители других городов. Парнас поражал своей эрудицией, широтой и глубиной постановки проблем. Основным событием "четвергов" всегда были доклады самого Парнаса или его комментарии к сообщениям других докладчиков.

Он был блестяще образован и в области наук гуманитарных, в искусстве, в музыке. Как истинно большой человек, он был доброжелателен и с энтузиазмом относился к успехам своих младших коллег. Особо положительные чувства вызывали у него два советских биохимика: А.Е. Брауншейн и В.А. Энгельгардт. Оба были авторами выдающихся открытий.

Окончилась война. Стал ли Яков Оскарович понимать, какой стране он живет? Думаю, что постепенно стал понимать. Он привык к свободе передвижений, а тут оказалось, что выезды в другие страны ему не разрешены. В 1948 год в Лондоне проходил первый Международный биохимический конгресс. Парнас был приглашен в качестве вице президента. В связи с этим он получил много писем с зарубежных коллег, в которых выражалась радость по повсюду предполагавшейся возможности общения с ним. Но поездке в Англию в то время, конечно, не могло быть речи.

Он привык к свободе общения с гражданами разных стран, а тут оказалось необходимым и на это получать разрешение. Он не прошел школы подавления 30-х годов. Ему казалось естественным считать дни Пасхи нерабочими. Он был католик (по "генам" - еврей) и отмечал Пасху католическую. И сам предложил, если есть верующие-православные - считать нерабочими дни Пасхи православной. Он - директор института!

Это было дико для партийного руководства. Он многого не понимал в советской жизни. Его, например, очень удивляла идея планирования науки. На ученом совете он мог недоуменно спросить: "Как можно планировать открытие? Оказывается, все записывают в план то, что уже сделано, но какой в этом смысл?"

Когда в институте в связи с денежной реформой 1947 года был организован митинг, чтобы выразить поддержку и одобрение этому мероприятию. Парнас, директор института, выступил и спросил: "Зачем нужна эта реформа? Если для того, чтобы люди, как говорят у нас в Польше, подтянули пояса, то биохимики должны подумать о том, не приведет ли это к понижению количества белков, жиров и углеводов, ниже уровня, необходимого для питания населения".

Наверное он все понял, когда 18 февраля 1947 года был арестован академик-секретарь АМН СССР В.В. Парин . Он хорошо знал Парина и не сомневался в его полной невиновности. Последовавшая затем реакция - запреты на публикации научных статей без "актов экспертизы" и "авторских справок", подтверждающих уголовную ответственность авторов за опубликование "незавершенных работ", - рассеяла последние иллюзии.

Очевидное, грубо сфальсифицированное убийство великого артиста Михоэлса 13 января 1948 года стало зловещим предзнаменованием. Здоровье его расстроилось. Диабет, сердечная недостаточность, утомляемость - 17 октября 1947 года он подает заявление с просьбой освободить его от обязанностей директора созданного им института. Он хотел бы сосредоточиться на работе в лаборатории... Приказ об освобождении его от должности был подписан 28 мая 1948 года.

Никто тогда не знал замыслов Сталина. Это теперь известно, что после убийства Михоэлса началась подготовка государственной антисемитской кампании . Готовились аресты членов Еврейского антифашистского комитета . Основные аресты начались 13 января и закончились 28 января 1949 года. Парнас не мог не знать о них. Наверное, он мог предвидеть свою судьбу и был к ней готов.

В конце 1948 года он тяжело болел. Впервые после болезни он собирался пойти на доклад ленинградского биохимика С.Е. Бреслера. Однако на доклад он не пришел. Обеспокоенные ученики Якуба Оскаровича после заседания побежали к нему домой, и застали печальную картину: его квартира была опечатана, а перед дверью сидела его рыдающая жена. Его арестовали 29 января 1949 г , и в тот же день он умер.

Обстоятельства его гибели остались неизвестными. Но то, что смерть спасла его от многолетних мучений, бесспорно.

Рената Матвеевна посвятила Якову Парнасу жизнь, была просто женой великого человека. Квартиру опечатали, но ее не арестовали. И она искала себе пристанище, потрясенная и измученная. Где она его нашла? Кто осмелился дать ей, жене врага народа, приют? Какая из многих семей, где еще недавно супруги Парнас были желанными гостями? Рассказывали, что только Александр Евсеевич Браунштейн и его супруга открыли ей двери со словами: "Пока мы живы - живите у нас".

Ренату Матвеевну выселили из их квартиры в престижном доме для академиков (ныне Ленинский проспект д. 13 кв. 28) и дали ей комнату в коммунальной квартире. Соседи оказались хорошими людьми. Их сочувствие и доброжелательность облегчали ей жизнь.

Как в действительности умер Я.О.Парнас? На запрос сына - Яна Якубовича Парнаса полковник юстиции В.М.Граненов 20 июля 1993 года написал (от имени Главного управления по надзору за исполнением законов в вооруженных силах):

"...28 января 1949 г. Парнас Я.О. был арестован за совершение разведывательной деятельности против СССР по заданию иностранного государства... В тот же день он был помещен во внутреннюю тюрьму МГБ СССР, где осмотрен врачом(!). Последний поставил диагноз: артерио- кардио-склероз, гипертония, сахарный диабет, правосторонняя паховая грыжа. В связи с имеющимися заболеваниями ему было назначено лечение... 29 января 1949 г. в 15 час. 15 мин. Парнас Я.О. был вызван на первый допрос старшим следователем следственной части по особо важным делам МГБ СССР подполковником Ивановым. В 17 час. 30 мин. Иванов оставил Парнаса в кабинете с надзирателем, а сам вышел в связи со служебной необходимостью. Через 10-15 мин. ему доложили о плохом самочувствии Парнаса, и вызове врача для оказания помощи. Во время оказания медицинской помощи в 17 час. 50 мин. Парнас Я. О. умер... было проведено вскрытие трупа Парнас Я. О. судебно-медицинским экспертом, который при наружном осмотре никаких телесных повреждений не установил. Смерть... наступила от инфаркта миокарда... 3 апреля 1954 г. старший следователь следственной части КГБ при СМ СССР подполковник Чеклин вынес постановление о прекращении уголовного дела в отношении Парнаса Якуба Оскаровича за отсутствием в его действиях состава преступления...

Документов, в которых было бы указано место захоронения... не сохранилось"

Сын Ян Парнас родился в 1923 г. Ян в 1943 г. ушел воевать против немцев в создававшуюся тогда армию генерала Андерса. Он храбро воевал. Был артиллеристом в ПВО. Сопровождал "конвои" кораблей в Средиземном море. Дважды его корабль был торпедирован. Участвовал в знаменитом сражении под Монте-Кассино в Италии, когда погибло несколько тысяч человек. Ян был ранен. Награжден орденами. Но в конце войны его сразил туберкулез . (От туберкулеза умерла в 10 летнем возрасте его сестра.)

Яну сделали сложную хирургическую операцию на легких. Он лежал в госпитале в Риме. Был 1945-й послевоенный год. В Рим прилетела Рената Матвеевна и пробыла с сыном три месяца, после чего привезла его в Москву. В 1946 г. Ян вернулся в Польшу, где получил диплом врача. У Яна был сын Марек . Марек 20 лет от роду погиб, разбился на мотоцикле.

Ян Парнас умер в 1995 г., будучи главным хирургом в небольшом польском городе Члухове (Czluchow). Госпиталю присвоили "имя Доктора Яна Парнаса".


Советский иммунолог и вирусолог, создатель советской школы медицинской вирусологии Лев Александрович Зильбер родился 15 (27) марта 1894 года в семье капельмейстера 96-го пехотного Омского полка Абеля Абрамовича Зильбера и его жены - урождённой Ханы Гиршевны (Анны Григорьевны) Дессон, владелицы музыкальных магазинов. Есть сведения, что, в отличие от младшего брата, Вениамина (писатель Вениамин Каверин), он родился не в Пскове, а в селе Медведь Медведской волости Новгородского уезда (ныне входит в Медведское сельское поселение).

Всего в семье было шестеро детей - Мирьям, Лея, Лев, Давид, Александр и Вениамин. Старшая сестра Мирьям (в замужестве Мира Александровна Руммель, 1890 - после 1988) - вышла замуж за первого директора Народного дома им. А. С. Пушкина Исаака Михайловича Руммеля. Сестра Лея (в замужестве Елена Александровна Тынянова, 1892-1944) - жена писателя и литературоведа Юрия Тынянова, одноклассника Льва Зильбера. Младшие братья: военный врач Давид Зильбер, композитор и дирижер Александр Ручьёв (1899-1970), писатель Вениамин Каверин (1902-1989).

В 1912 году Лев с серебряной медалью окончил Псковскую губернскую гимназию и поступил на естественное отделение физико-математического факультета Петербургского университета. В 1915 году перевёлся на медицинский факультет Московского университета, получив разрешение одновременно посещать занятия на естественном отделении, и окончил его в 1919 году.

Был врачом Звенигородской больницы, попросился на фронт санитарным врачом. Врач Л.А. Зильбер поступил в Армию добровольцем в 1919-ом году - в самое тяжелое время больших неудач на фронте и грандиозной эпидемии тифа. Попав в плен к белым, Зильбер спас там от гибели двух товарищей: выправив им подложные документы, он скрыл их в санпоезде, затем организовал побег.

Доктор Зильбер проявил самоотверженность в самые тяжелые, ответственные моменты борьбы с белыми.

С 1921 года работал в институте микробиологии Наркомздрава в Москве.

В 1928 году женился на Зинаиде Виссарионовне Ермольевой. Первые месяцы после свадьбы Зильбер и Ермольева провели, работая в Институте Пастера (Франция) и Институте Коха (Германия).

В 1929 году принял предложение занять должности директора Азербайджанского института микробиологии и заведующего кафедрой микробиологии медицинского института в Баку.

Руководил он подавлением вспышки чумы в Нагорном Карабахе в 1930 году. По возвращении в Баку был представлен к ордену Красного знамени. Но вскоре был арестован по обвинению в диверсии, с целью зара╛зить чумой население Азербайджана.

Был выпущен через 4 месяца, то ли по ходатайству Максима Горького, к которому обратился младший брат Льва Зильбера писатель Вениамин Каверин, то ли благодаря хлопотам бывшей жены, Зинаиды Ермольевой. Позже Каверин описал это в романе "Открытая книга" - доктор Андрей Львов не кто иной, как Л.А. Зильбер.

По освобождении Л. А. Зильбер работал в Москве, возглавляя кафедру микробиологии в Центральном институте усовершенствования врачей и заведуя микробиологическим отделом Государственного научно-контрольного института Наркомздрава РСФСР им. Тарасевича. В 1934 году добился создания Центральной вирусной лаборатории при Наркомздраве РСФСР и открытия отдела вирусологии в Институте микробиологии АН СССР.

В 1935 году Зильбер женился на Валерии Петровне Киселевой.

В 1937 году руководил дальневосточной экспедицией Наркомздрава СССР года по изучению неизвестного инфекционного заболевания центральной нервной системы. В ходе работы экспедиции была выяснена природа заболевания - клещевого энцефалита - и предложены методы борьбы с ним.

Весной 1937 года - он совершил прорывное открытие. Выделил из мозга человека, умершего от клещевого энцефалита, первый в истории медицины штамм этого смертельного вируса. Вакцину он разработать не успел. Сразу по возвращении был арестован по доносу о попытке заражения Москвы энцефалитом по городскому водопроводу и медленной разработке лекарства для лечения болезни.

Вместо лаборатории его ждали донос, тюремная камера, сломанные ребра, отбитые почки, пытки бессонницей и голодом.

Его отправили отбывать срок в Печорские лагеря, где он почти уже умер от голода и переохлаждения, когда жена начлага начала раньше времени рожать. Зильбер удачно принял ребенка и в благодарность был назначен главным врачом в лазарет.

Заключенные в то время массово умирали от пеллагры - тяжелой разновидности авитаминоза. Зильбер провел серию опытов и разработал лекарство от пеллагры на основе мха и дрожжей. Тысячи жизней были спасены.

Лагерного доктора срочно забрали в Москву. В 1939 году он был освобожден и стал заведующим отделом вирусологии в Центральном институте эпидемиологии и микробиологии Наркомздрава СССР, однако в 1940-м он был арестован в третий раз. Отвечал отказом на неоднократные предложения работать над бактериологическим оружием.

В результате он оказался в "химической шарашке", где разрабатывали дешевые методы производства спирта. Там, покупая у зэков живых крыс за махорку, он провел серию экспериментов, в ходе которых подтвердил вирусный механизм возникновения рака. Свое революционное открытие он записал микроскопическим шрифтом на двух листках папиросной бумаги, которые смог незаметно передать на волю во время свидания с первой женой.

Она - сама известный микробиолог - сумела собрать подписи авторитетных медицинских светил СССР под просьбой освободить гениального коллегу.

В марте 1944 года, накануне 50-летия Зильбера, его освободили, по-видимому, благодаря письму о невиновности учёного, направленному на имя Сталина и подписанному Главным хирургом Красной Армии Николаем Бурденко, вице-президентом АН СССР Леоном Орбели, писателем Вениамином Кавериным, биохимиком Владимиром Энгельгардтом и Зинаидой Ермольевой (создательницей советского пенициллина и бывшей женой Зильбера), которая и была инициатором обращения.

Летом 1945 года он нашёл и вывез в СССР семью - жену, сестру жены и двоих сыновей, уцелевших в немецких рабочих лагерях, где они провели 3,5 года.

В том же году произошло из ряда вон выходящее событие: Сталин лично извинился перед ученым и вручил ему премию своего имени. Другого такого случая, когда всесильный генералиссимус попросил прощения у "стертого в лагерную пыль", битого, ломаного, но не сломленного интеллигента, история не помнит.

Тогда же Зильбер был избран действительным членом только что созданной Академии медицинских наук, назначен научным руководителем Института вирусологии АМН СССР и возглавил отдел вирусологии и иммунологии опухолей Института эпидемиологии, микробиологии и инфекционных болезней АМН СССР, где и работал все последующие годы.

Академик Зильбер создал научную школу, новое направление в иммунологии и вирусологии. Был членом ассоциаций онкологов Америки, Франции и Бельгии, членом английского Королевского медицинского общества, почетным членом Нью-Йоркской академии наук. Организатор и председатель комитета по вирусологии и иммунологии рака при Международном противораковом союзе, эксперт ВОЗ по иммунологии и вирусологии. Чехословацкая Академия Наук присудила медаль "За заслуги перед наукой и человечеством" и избрала почетным членом Общества Пуркинье.

Награжден орденами Ленина и Трудового Красного Знамени.

Лев Зильбер скончался 10 ноября 1966 года в своём рабочем кабинете.

Дети Зильбера впоследствии стали известными учеными: Лев Львович Киселёв (1936-2008) - молекулярный биолог, академик РАН, и Фёдор Львович Киселёв (1940-2016)- молекулярный биолог, специалист по канцерогенезу, член-корреспондент РАМН. Жена его брата Александра (Екатерина Ивановна Зильбер, 1904-1963) во втором браке была замужем за драматургом Евгением Шварцем[6]. Брат - Давид Александрович (Абелевич) Зильбер (1897-1967), гигиенист, заведующий кафедрой общей и военной гигиены, декан медико-профилактического факультета Пермского медицинского института[7], автор книги "Гигиена аптеки" (1962), учебника для фармацевтических факультетов "Гигиена" (1970).


Человеком необыкновенной судьбы был крупнейший генетик Владимир Павлович Эфроимсон. Родился он в1908 году в Москве в знаменитом доме на Лубянке, в котором потом размещалось КГБ. А тогда этот дом принадлежал страховому обществу "Россия", сдававшему квартиры в наём.

Отец Владимира был сыном местечкового раввина. Он сумел получить юридическое образование и стал крупным банковским специалистом. Несмотря на то, что отец был человеком безукоризненной честности, в 1926 году на первом судебном процессе по "экономической контрреволюции" он получил 10 лет тюрьмы. Несправедливое осуждение отца вызвало у Владимира сильное душевное смятение, оставившее след на всю жизнь.

Эфроимсон поступил в 1925 году на биологическое отделение физико-математического факультета МГУ. Начал заниматься генетикой, но проучился только 2 курса. Уже в конце 1920-х - начале 1930-х годов усилились нападки на генетику. Крупнейшего учёного, руководителя кафедры генетики в университете, профессора С.С.Четверикова обвинили на общем собрании во всех смертных грехах и изгнали из университета.

Единственным, кто смело выступил в его защиту, был Эфроимсон. За это он был исключён из университета. Не помогло заступничество академика Н.К.Кольцова, направившего письмо ректору университета товарищу Вышинскому, который потом стал главным прокурором СССР.

Но Эфроимсон не бросил генетику. При поддержке Н. К. Кольцова стал работать в Государственном рентгеновском институте, где изучал действие облучения на мутационный процесс. Потом в медико-биологическом институте вёл эксперименты под руководством директора С.Г.Левита.

Но в 1932 году Эфроимсон был арестован по обвинению "антисоветской деятельности". На Лубянке его допрашивал следователь, чуть ли не в его бывшей квартире. Из него выбивали показания на Н.К.Кольцова, который, будто бы, занимался антисоветской агитацией. Реальных улик по делу Эфроимсона не было, и ему дали "только" три года. Трудился на тяжёлых работах в Кемеровской области, строил знаменитый Чуйский тракт. Чтобы получить пайку хлеба и баланду на обед, надо было выполнять норму.

В 1935 году его, еле державшегося на ногах, освободили с "волчьим билетом", т.к. он был осужден по статье 58(антисоветская деятельность). Он долго не мог устроиться на работу. Друзья-генетики помогли устроиться в Среднеазиатский институт шелководства. Эфроимсон трудился по 16 часов подряд, часто ночевал в лаборатории. Он не имел ни с кем никакого общения, занимался только работой. За полтора года добился крупного научного результата. Он вывел новую линию высокопродуктивного шелкопряда, добился решения ряда важных генетических проблем.

Но наступил 1937 год. Подверглись гонениям и генетики. Были расстреляны учитель Эфроимсона С.Г.Левит, Н.К.Беляев, ряд других крупных учёных. В институте всё начальство было ставленниками Лысенко. Единственный генетик в институте - Эфроимсон - был объявлен "врагом народа" и уволен опять с "волчьим билетом". Готовый набор книги Эфроимсона, в которой были изложены результаты исследования, был рассыпан.

В НКВД располагали сведениями, что Эфроимсон с утра до вечера пропадал в лаборатории, ни с кем особо не встречался, ничего предосудительного не говорил. Поэтому следователь, видимо более порядочный, Эфроимсона не посадил, а велел катиться отсюда побыстрей и подальше.

Полтора года он мыкался в поисках работы, какое-то время преподавал в школе немецкий язык. Потом, опять с помощью друзей-генетиков, его взяли на селекционную станцию в Мерефе, недалеко от Харькова. Там он проводил свои исследования, восстановил утраченную книгу. Со временем у него возникли связи с биологическим факультетом Харьковского университета. За пару месяцев до войны ему удалось защитить кандидатскую диссертацию.

Кандидаты наук имели "бронь" от армии, однако Эфроимсон уже в первые дни войны явился в военкомат. Он просился в действующую армию как знаток немецкого языка. Ему отказали из-за судимости по 58-й статье. Но в начале сентября 1941 года он был уже в действующей армии. Как знаток немецкого языка он стал помощником командира разведки дивизии. Он был переводчиком при допросе пленных и при захвате немецких документов. За боевые заслуги он уже в 1941 году в числе первых 6 человек в дивизии был награждён орденом Красной звезды.

Через несколько месяцев обнаружилась его судимость по 58-й статье, и Эфроимсона удалили из разведки в медсанбат. Но обойтись без него не могли, и часто его продолжали вызывать, когда требовался переводчик.

Владимир Эфроимсон прошёл всю войну в составе своей 49-й армии. Он участвовал в боях, выходил из окружения. Во время наступления ему поручалось ответственное задание: входить в города с передовой частью и тщательно выяснять, нет ли признаков подготовки нацистов к химической войне. Он был награждён орденами и медалями.

В Германии ему пришлось стать свидетелем дикого разгула солдат, которые мародёрствовали, зверски насиловали и убивали женщин. Об этом он подал рапорт начальству, требуя прекращения эксцессов, позорящих Советскую армию.

Этот рапорт вызвал гнев у начальства, посчитавшего, что он защищает врагов. Но, поскольку в армии были хорошо известны его мужество и самоотверженность, то его сильно поругали, а рапорт положили под сукно. Но в деле он остался.

После войны боевой офицер, орденоносец, кандидат наук стал доцентом кафедры генетики Харьковского университета. Он снова ушёл с головой в работу и уже в 1947 году защитил докторскую диссертацию. А в 1948 году началась кампания против "презренных космополитов". Лысенко и его приспешники при партийной поддержке обрушились на генетику. Эфроимсона изгнали из университета за "раболепство перед Западом".

Безработный Эфроимсон провёл тщательное исследование "достижений" Лысенко и его школы. Он проанализировал все публикации "народного академика" и разоблачил его фальсификации, липовые результаты и подтасовки. В итоге он создал труд в 300 машинописных страниц "Об ущербе, нанесённом Советскому государству, науке и сельскому хозяйству "новаторством" Лысенко". С этим трудом он приехал в Москву и пытался подать в суд на Лысенко. Он обивал разные начальственные пороги, пробился в ЦК КПСС к заведующему отделом науки Юрию Жданову.

Происходило это в конце 1948 - начале 1949 года! Друзья удивлялись, что он всё ещё на свободе. Но в мае 1949 года для удивления уже не было повода. Его арестовали, но не из-за Лысенко. Ему припомнили его рапорт 1945 года и старую судимость по статье 58.. Эфроимсон всё отрицал и требовал приобщить к делу свой критический труд, который он мельком видел в руках у следователя. От Эфроимсона требовали признания в антисоветской деятельности. Он объявил голодовку. Его жестоко избивали, бросали в карцер. Но он ничего не подписывал. Ему дали 10 лет с лишением орденов и докторской степени. Началась лагерная жизнь в Джесказгане.

Многих заключённых тогда спасла смерть генералиссимуса. Эфроимсона освободили в 1955 году, но не реабилитировали и запретили жить в Москве. Он поселился в Клину, не имея работы и средств к существованию. Он перебивался скудными заработками, реферируя научные статьи для Института научной и технической информации. Сразу после освобождения он восстановил свой труд о "новаторстве" Лысенко и передал его в Прокуратуру СССР. Но позиции лысенковцев были ещё сильны. В Прокуратуре дело замяли.

В 1956 году Эфроимсона реабилитировали, но докторскую степень не вернули и на работу не брали. От голодного прозябания Эфроимсона спасла директор Библиотеки иностранной литературы Маргарита Ивановна Рудомино. Она зачислила его старшим библиографом, и наряду со своей несложной работой, Эфроимсон получил возможность заниматься наукой. В 1958 году Владимир Павлович завершил свой фундаментальный труд "введение в медицинскую генетику", но издать его удалось только в 1964 году. Эта книга потом неоднократно переиздавалась и стала настольной для многих врачей и биологов.

Только через 15 лет в 1962 году Эфроимсону была возвращена докторская степень. В 1967 году получил звание профессора. С 1967 года стал заведующим отделом генетики Института психиатрии Минздрава РСФСР. За немногие годы работы в институте им была опубликована серия статей по генетике психических заболеваний и выдающаяся по своему значению монография "Генетика олигофрений, психозов и эпилепсий".

Но, несмотря на выдающиеся результаты, работа Эфроимсона опять была прервана. Замаскированные лысенковцы в руководстве Министерства здравоохранения и Академии медицинских наук отправили Эфроимсона на пенсию. Хотя он был полон творческих сил и планов.

Наступил новый этап его жизни. Его рабочим местом стала главная библиотека страны "Ленинка". Рабочий день его был с 10 утра до 10 вечера с часовым перерывом на обед в стенах библиотеки. Он выполнил свой давний замысел, написав книги "Генетика гениальности" и ""Педагогика и генетика". В процессе работы он отобрал 400 величайших гениев за всю историю человечества и ознакомился с биографической литературой о них на пяти языках, выявляя наследственные недуги и особенности их психики.

Эфроимсон проработал несколько тысяч источников, собрал и проанализировал колоссальный материал для создания систематизированной патографии гениев. Его книга "Генетика гениальности" является уникальным трудом, открывающим новую страницу в исследовании таланта и гениальности. Эфроимсон написал также две замечательные монографии "Этика и генетика" и "Эстетика и генетика".

Книги были подготовлены к печати, но всюду был категорический отказ. Рецензенты заявляли, что позиция автора не согласуется с марксистской теорией личности и т.п. Эфроимсон пытался пробить стену идеологической цензуры, но тщетно.

Широкий резонанс среди научной общественности получило выступление Эфроимсона в декабре 1985 года в Политехническом музее на премьере документального фильма "Звезда Вавилова": подчеркнув, что (хотя фильм об этом умалчивал) Вавилов, как и тысячи других узников ГУЛага, погиб страшной смертью в заключении после заведомо ложных обвинений, Эфроимсон обратился к собравшимся с призывом:

"До тех пор, пока страной правит номенклатурная шпана, охраняемая политической полицией, называемой КГБ, пока на наших глазах в тюрьмы и лагеря бросают людей за то, что они осмелились сказать слово правды, за то, что они осмелились сохранить хоть малые крохи достоинства, до тех пор, пока не будут названы поименно виновники этого страха, - вы не можете, вы не должны спать спокойно. Над каждым из вас и над вашими детьми висит этот страх. <...> Палачи, которые правили нашей страной, - не наказаны. <...> Пока на смену партократии у руководства государства не встанут люди, отвечающие за каждый свой поступок, за каждое своё слово - наша страна будет страной рабов, страной, представляющей чудовищный урок всему миру".

Владимир Павлович Эфроимсон умер в 1989 году и был похоронен на Донском кладбище. При жизни он так и не увидел своих опубликованных книг. Уже позднее они были изданы и переизданы и составляют золотой фонд российской и мировой науки.


Британский бактериолог Александр Флеминг родился 6 августа 1881 года в ферме Лохфильд, недалеко от Дарвела, расположенном в области Эршир в Шотландии. Он был третьим из четырёх детей от второй жены фермера Хуга Флеминга (1816-1888), Грэйс Стирлинг Мортон (1848-1928), дочери соседнего фермера.

До двенадцати лет Флеминг учился в сельской школе в Дарвеле, а затем ещё два года в академии Килмарнок. В четырнадцать лет он переехал к своим братьям в Лондон, где начал работать клерком в офисе доставки, а также посещать занятия в Королевском Политехническом институте на Риджент-стрит. На серьёзную учёбу не хватало жалования клерка.

Успешнее была армейская стезя Флеминга. Он был отличным стрелком и играл также в водное поло. После смерти матери и продажи родного гнезда на долю Александра выпало всего 250 фунтов стерлингов. Его старший брат Томас уже работал врачом-офтальмологом и, последовав его примеру, Александр также решил изучать медицину. На его выбор медицинской школы в значительной степени повлияло то, что он участвовал в матче по водному поло со студентами из госпиталя Святой Марии. В медицинской школе Флеминг выиграл стипендию в 1901 году. Также стипендии Лондонского университета MB и BS в 1906 году достались ему.

В то время у него не было сильного пристрастия к какой-либо конкретной области медицинской практики. Работы по хирургии показали, что он мог бы быть выдающимся хирургом. Но жизнь направила его по другому пути, связанному с "лабораторной медициной". Будучи студентом, он попал под влияние профессора патологии Алмрота Райта, который приехал в госпиталь Святой Марии в 1902 году.

Он, ещё будучи на Военно-медицинской службе, успешно разработал вакцинацию против брюшного тифа. Но у Райта были ещё и другие идеи, направленные на стимуляцию пациентов, уже страдающих от бактериальных инфекций, с целью вызвать немедленный ответ на эти инфекции путём активации "антител".

Группа молодых людей, которые присоединились к Райту, в том числе Джон Фриман, Бернар Спилсбери и Джон Уэллс, были уже не в состоянии справиться с этой работой. Поэтому и Флеминг был приглашён присоединиться к команде, как только он получил учёную степень в 1906 году.

За период своих исследований Флеминг внёс значительный вклад в развитие медицины, поскольку, как и его начальник, Райт, он постоянно пытался изучить что-то новое. Его методики позволили провести тест с 0,5 мл крови пациента, взятых из пальца, вместо 5 мл, которые ранее нужно было брать из вены.

Очень скоро возникли другие технические трудности, связанные с разработками методов по лечению сифилиса. Флемингу удалось справиться с этой работой, и в одном из первых докладов, опубликованных на английском языке, он рассказал о технике и результатах, полученных в результате работы с 46 пациентами.

Во время Первой мировой войны Флеминг сразу подключился к решению множества возникших проблем. Стало очевидно, что бактериальная инфекция в глубоких ранах от взрывчатых веществ погубит очень много жизней и лишит огромное количество людей их конечностей. К Райту обратились с просьбой создать лабораторию по изучению этих инфекций во Франции, и он взял Флеминга с собой в звании капитана, R.A.M.C. Эта лаборатория оказалась первой исследовательской медицинской лабораторией военного времени, она была создана в здании казино в Булони.

Первый доклад Флеминга в начале 1915 года рассказал о присутствии в ранах большого количества видов микробов, некоторые из которых были ещё совсем незнакомы большинству бактериологов в то время. Также он указал, что в самых серьёзных ранах преобладали стрептококки. Оказалось, что многие из раневых инфекций были вызваны микробами, присутствующими на фрагментах одежды и грязи, которые попадали глубоко в ткани со снарядом.

Наблюдения за ранами привели также ещё к одному важному заключению о том, что применение антисептиков в течение нескольких часов после ранения не полностью уничтожает бактериальные инфекции, хотя многие хирурги так считали. Райта это нисколько не удивило, но им с Флемингом пришлось провести много месяцев в напряжённой работе по исследованию данного вопроса, чтобы убедить хирургов, что последние находятся на неправильном пути.

Флеминг провёл опыты с "искусственной раной", из которых стало очевидно, что антисептикам не удавалось достичь глубоких участков ран и приводить к гибели там микробов.

Флемингу также удалось продемонстрировать, что клостридия, возбуждающая заболевание гангрены, дала гораздо более обильную культуру при выращивании совместно с аэробными организмами из ран, такими как стафилококки и стрептококки.

Он провёл несколько опытов на ране с разной степенью промывки антисептиком и заметил, что рост бактерий был обильнее в более поздних культурах. Видимо антисептики губили лейкоцитов, которые так необходимы для предотвращения размножения микробов.

Методика Флеминга позволила легко показать, что при попадании микробов в кровь лейкоциты оказывают очень сильное бактерицидное действие, а при добавлении антисептиков эффект значительно снижается, или полностью ликвидируется. Описание исследований Флеминга по раневым инфекциям было изложено в его Хантерийской лекции в Королевском колледже хирургов в 1919 году, и в его же сообщении "Сравнение деятельности антисептиков на бактерии и лейкоциты" в Королевском обществе в 1924 году.

Ещё в декабре 1915 года Флеминг женился на старшей медицинской сестре Саре Марион Мак-Элрой. Она была, кроме того, владелицей частного медицинского предприятия. Через 9 лет у них родился сын Роберт.

В 1920 и в большой степени случайно произошли два открытия Флеминга. Однажды, когда Флеминг был простужен, он посеял слизь из собственного носа на чашку Петри, в которой находились бактерии, и через несколько дней обнаружил, что в местах, куда была нанесена слизь, бактерии были уничтожены. Первая статья о лизоциме вышла в 1922 году.

Беспорядок в лаборатории Флеминга ещё раз сослужил ему службу. В 1928 году он обнаружил, что на агаре в одной из чашек Петри с бактериями Staphylococcus aureus выросла колония плесневых грибов. Колонии бактерий вокруг плесневых грибов стали прозрачными из-за разрушения клеток. Флемингу удалось выделить активное вещество, разрушающее бактериальные клетки, - пенициллин. Эта работа была опубликована в 1929 году.

Флеминг не ожидал, что получить пенициллин в чистом виде будет настолько трудно. Его работу продолжили Говард Флори и Эрнст Борис Чейн, разработавшие методы очистки пенициллина. Массовое производство пенициллина было налажено во время Второй мировой войны.

В 1945 году Флеминг, Флори и Чейн были удостоены Нобелевской премии в области физиологии и медицины. В сентябре 1945 накануне приезда во французскую столицу Александра Флеминга парижские газеты писали:

"Для разгрома фашизма и освобождения Франции он сделал больше целых дивизий"

После того, как возможности данного соединения были оценены по достоинству, пенициллин стал неотъемлемой частью любой методики лечения бактериальных инфекций. К середине века открытое Флемингом вещество широко вошло в производство фармацевтических препаратов, стал осуществляться его искусственный синтез, что помогло справляться с большинством древнейших заболеваний, таких как сифилис, гангрена и туберкулёз.

Первая жена Флеминга, Сара, умерла в 1949 году. Их единственный ребёнок, Роберт Флеминг, стал врачом. После смерти Сары Флеминг 9 апреля 1953 года женился на гречанке Амалии Котсури-Вурекас, коллеге по госпиталю Святой Марии. В 1955 году Флеминг умер в своем доме в Лондоне от сердечного приступа. Он был кремирован и через неделю его прах был похоронен в соборе святого Павла. Вторая жена умерла в 1986 году.


Основы бактериальной генетики заложил Джошуа Ледерберг. Родился он 23 мая 1925 года в Монтклэре (Нью-Джерси), в семье раввина Цви Хирша Ледерберга и его жены Эстер, урожденной Гольденбаум. За 2 года до рождения Джошуа будущие его родители эмигрировали в США из Палестины. Сын религиозного авторитета, несущего соплеменникам свет Торы, посвятил себя таким наукам, как биохимия и генетика. Дать детям достойное образование всегда считалось одной из главных целей в еврейских семьях, и склонность подростков к наукам, как правило, всемерно поощрялась.

Джошуа изучал то, что действительно привлекало его. До 1944 года он постигал премудрости зоологии в Колумбийском Университете, потом переориентировался на медицину. В 1946 году Ледерберг перешел в Йельский Университет, где его специализацией стала микробиология и генетика. Ему посчастливилось в тот период работать в лаборатории профессора Эдуарда Л. Тейтема, одного из авторов концепции "один ген - один фермент", которая легла в основу биохимической генетики.

В 1947 году 22-летний Джошуа защитил степень доктора философии, после чего продолжил научную деятельность в Университете Висконсина. С 1959 года Ледерберг являлся профессором медицинского факультета и руководителем комплекса лабораторий молекулярной биологии и медицины в Станфордском Университете, и одновременно, с 1962 года - профессором Калифорнийского Университета. В 1978-м стал президентом Рокфеллеровского Университета. В 1990-м ушел с этой должности, получив статус заслуженного профессора.

С именем Ледерберга связаны открытия, благодаря которым, познания в ряде важнейших сфер приобрели качественно новый уровень. Это предопределило в середине минувшего века дальнейшие направления исследований и новые достижения научно-технической мысли. Ледерберг, совместно с Э. Л. Тейтемом, выявил и описал механизм полового размножения некоторых бактерий (1946), в результате чего мощный импульс получили перспективные исследования в области молекулярной биологии.

До этого было известно, что грибки размножаются половым путем - посредством временного объединения (конъюгации) двух отдельных клеток, с образованием третьей - дочерней. Ледерберг предположил, что бактерии также должны размножаться подобным образом. Для проверки этой научной гипотезы, он вместе с Тейтемом, исследовал обитающую в толстой кишке человека и животных кишечную палочку (Escherichia coli).

Оказалось, что и эта бактерия способна размножаться половым путем, посредством конъюгации двух отдельных клеток. В результате образуется дочерняя клетка, которая делится, и ее потомство также претерпевает последовательные деления; так формируется новое поколение бактерий. Скрестив два штамма кишечной палочки, Ледерберг и Тейтем обнаружили, что потомство наследует некоторые черты обоих родительских штаммов. Они назвали это явление "половой генетической рекомбинацией".

При генетической рекомбинации бактериальных клеток, что было установлено экспериментальным путем, от одной клетки к другой передается полный дополнительный набор хромосом и их генов. В 1952 Джошуа разработал методику "копирования", ставшую важным инструментом в исследованиях генетики микроорганизмов; в том же году (совместно со своим учеником Н. Зиндером) обнаружил явление трансдукции - переноса бактериофагом части хромосомы одной бактерии к другой, с появлением новых генетических свойств. В 1958 году Джошуа Ледербергу, совместно с Эдуардом Л. Тейтемом и Джорджем Биллом, была присуждена Нобелевская премия "за фундаментальные исследования организации генетического материала у бактерий". Ледербергу было тогда лишь 33 года.

Весомый вклад в научные достижения Джошуа внесла микробиолог Эстер Ледерберг, урожденная Эстер Мириам Циммер, с которой Джошуа состоял в браке, но развелся в 1966 году, после двух десятилетий совместной жизни. Эстер родилась в Бронксе. Она училась в Хантер-колледже и получила степень магистра в Стэнфорде. Работала ассистенткой у упоминавшегося уже нами профессора Тейтема.

В 1950 году ей была присуждена докторская степень в области генетики бактерий в Университете штата Висконсин. На счету Эстер есть и свои собственные открытия, но, в большей степени, она поработала на "команду Джошуа", участвуя практически во всех исследованиях, которые проводились под руководством Ледерберга. После расставания с Эстер, Джошуа женился во второй раз - в 1968 году, на Маргарите Стайн Кирш. Его наследниками стали сын и дочь.

Некоторые из открытий Джошуа и его коллег и единомышленников намного опередили время, и по этой причине не сразу были замечены и по достоинству оценены. Яркий тому пример - плазмиды. Ледерберг в начале 50-х годов обнаружил, что кроме основной молекулы ДНК, существуют еще и другие маленькие молекулы. Они в отличие от молекулы основной способны беспрепятственно перемещаться из одной бактерии в другую.

"Плазмидами" назвал их сам Джошуа, но научной сенсацией результаты этого его исследования поначалу не стали. Но вот, в конце пятидесятых, была выявлена причина, по которой переставал быть эффективным антибиотик, успешно применявшийся для лечения дизентерии. Оказалось, что у бактерий появлялась плазмида, устойчивая к антибиотику.

Более того, выяснилось, что способность маленьких ДНК к свободному перемещению приводит к тому, что "вредные" гены легко и быстро распространяются среди бактерий всякий раз, когда начинается применение антибиотических препаратов. В частности, этим и объясняется стойкость некоторых инфекций, к примеру, стафилококковой, что создает немалые проблемы для заболевающих и медиков.

Таким образом, плазмиды оказались в фокусе внимания по причинам прикладного характера. Ученые поняли, что имеют дело с организмами особого типа. Если вне клетки плазмиды представляют собой просто молекулы, то попав в нее, они разворачивают активную деятельность, используя часть ее ресурса для своего размножения. Этим плазмиды отличаются от вирусов, убивающих клетки, но вместе с тем, и источники своего питания.

Потому, в случае введения антибиотиков, плазмиды, в качестве способа защиты клетки, то есть, микромира, в котором они существуют, начинают вырабатывать фермент, позволяющий клетке выжить. Это явление, описанное нами доступным широкому кругу читателей языком, - следует считать взаимовыгодным союзом плазмид и бактериальных клеток, - биологи именуют "симбиозом". Причем, бактерии обмениваются маленькими ДНК, и это свойство открывает большие возможности для генной инженерии.

Эксперименты показали: если извлечь плазмиды из бактерий и заменить их другими, а затем подмешать к бактериальным клеткам, то они начинают успешно размножаться в бактериях. Причем, вмешательство извне маленькие ДНК переносят без особых осложнений и позволяют встраивать чужеродные гены.

А вот вирусы на такое вмешательство реагируют во много раз болезненнее. Искусственные гибриды, внедряемые в бактерии, многократно увеличивают чужеродные участки ДНК. Процесс этот именуется клонированием. Данная методика отрывает поистине безграничные возможности манипулировать любыми генами, причем не только бактерий, но и высших организмов.

А это и есть основная цель генной инженерии: получать в клетках одного вида гены другого вида, то есть, иные белки. Успехи в реализации такой сверхзадачи означают кардинальный переворот во всем живом мире планеты. Вот на какой путь вывело науку открытие плазмидов.

Джошуа Ледерберг достиг многого не только в сфере биотехнологий - он был известен как математик, входивший в число создателей машин с искусственным интеллектом, внес вклад в исследования космоса. В тот период, когда начала разрабатываться американская космическая программа, Ледерберг высказал свои, заслуживающие большого внимания, оригинальные суждения относительно разного рода аспектов освоения человеком Вселенной. Его назначили консультантом проекта "Викинг".

Для "марсианской миссии" NASA (1976-й год) Джошуа Ледерберг разработал устройство, которое позволяло собирать пробы марсианского грунта. Его очень интересовала тема внеземных цивилизаций, и в то же время, он занимался одной из насущных земных проблем: предотвращения вооруженных конфликтов с использованием бактериологического оружия.

Джошуа являлся советником Всемирной организации здравоохранения по возможным последствиям биологической войны. Ледербергу принадлежат оригинальные работы по вопросам химического происхождения и эволюции жизни, космической биологии, социальным и эволюционным последствиям генетических изменений человека.

Много лет Ледерберг посвятил делу популяризации научных знаний - он вел соответствующие разделы в популярных изданиях "The Washington Post" и "San Francisco Chronicle". Джошуа был удостоен множества престижных регалий, американских и международных премий, в том числе - Медалью Свободы - высшей в Соединенных Штатах гражданской награды, которую вручил Ледербергу 41-й президент США Джордж Буш. Джошуа избирался членом Национальной академии наук США, Американского химического общества и Американского общества генетиков. В 1979 году он стал иностранным членом Лондонского королевского научного общества.

Джошуа Ледерберг ушел из жизни 2 февраля 2008 года, когда ему было 82. В номере газеты "San Francisco Chronicle" была опубликована большая статья о нем Дэвида Перлмана. Автор публикации подчеркивал, что Ледерберг заложил основы бактериальной генетики, совершив, тем самым, подлинную революцию в медицине. Декан Стэндфордской медицинской школы Филип Пиззо назвал Ледерберга "одним из самых крупных ученых XX столетия". Глубина его проникновения в устройство и в механизмы жизнедеятельности микроорганизмов подтверждает справедливость высказывания Альберта Эйнштейна: "самое непостижимое в мире - то, что он постижим"".


Известным хирургом, учёным-медиком, кибернетиком и писателем был Николай Михайлович Амосов. Родился он в русской крестьянской семье, в селе Ольхово Череповецкого уезда Новгородской губернии близ города Череповец (ныне деревня находится на дне Рыбинского водохранилища на территории Вологодской области). Мать была акушеркой. Хотя жили бедно, мать никогда не принимала подарков от пациенток, и это послужило для него примером на всю жизнь.

С 12 до 18 лет Николай учился в Череповце, в школе, потом в механическом техникуме, окончил его и стал механиком. Жил бедно и одиноко. Из-за того, что дядя Амосова считался "врагом народа", о медицинском институте нечего было и мечтать. Поэтому Николай после школы пошел в техникум, а потом в Архангельске в должности начальника смены на электростанции при большом лесопильном заводе - новостройке первой пятилетки.

После трех лет работы на электростанции все же решил сдавать экзамены в Архангельский медицинский, подстраховавшись на всякий случай поступлением в Заочный индустриальный институт.

В 1934 году женился на Галине Соболевой. В том же году умерла мать.

В 1935 году вместе со своей первой женой поступил в Архангельский медицинский институт, окончил его с отличием в 1939 году. Хотел заниматься физиологией, но свободные места в аспирантуре были лишь в хирургии. Параллельно учился в Заочном индустриальном институте и в 1940 году также получил диплом инженера (и тоже с отличием). Технические навыки потом пригодились при разработке уникальной медицинской аппаратуры, которая сделала возможными многие прорывы в хирургии.

Амосов не успел ни свыкнуться с ординаторской работой в больнице, ни освоить азов военно-полевой хирургии, как началась война. Он стал ведущим хирургом полевого подвижного госпиталя-2266. Госпиталь перемещался на конной тяге по полям сражений. Через руки пяти его врачей прошло за войну 40 тысяч раненых.

"Мы не дали умереть от кровотечения ни одному", - вспоминал Николай Михайлович. В 1974 году он написал повесть "ППГ-2266, или Записки военного хирурга".

Амосов время от времени хотел бросить медицину и рвался в полк.

А после случая, когда легкораненый погиб от проведенной Амосовым анестезии (у бойца была непереносимость новокаина), Николай Михайлович пришел в полное отчаяние и собирался покончить с собой с помощью нескольких ампул морфия. "На фронте враг стреляет, а тут я убил человека!" - повторял он, когда его нашел и откачал коллега-хирург.

Позже, когда Амосов изобрел новый вид операции на суставах, появилась возможность помогать раньше погибавшим от сепсиса больным. В 1943 году он решил защитить по этой теме диссертацию, но в Москве, в Первом медицинском, работу не приняли по единственной причине: она была написана от руки в конторской книге. Амосов вернулся в действующую армию.

В 1944 году заключил второй брак - с медсестрой Лидией Васильевной Денисенко.

Во время войны Николай Михайлович разработал новые методы лечения при ранениях грудной клетки, написал восемь научных статей по разным темам военно-полевой хирургии. Закончил войну на Дальнем Востоке, а затем перевелся на работу в Москву, в Министерство медицинской промышленности, где и пригодились технические таланты хирурга.

Позже Сергей Юдин, главный хирург в НИИ им. Н. В. Склифосовского пригласил Амосова к себе в институт. После ареста Сергея Юдина по ложному обвинению в шпионаже, в 1948 году Амосов обосновался в Брянской областной больнице. Там он работал главным хирургом больницы, разработал новые подходы к резекции легких - при абсцессах, раке и туберкулезе. Такие операции в Советском Союзе до него никто не делал. Но неудачи продолжали преследовать Николая Михайловича: посланная в Москву статья о новом методе вернулась с пометкой, что для публикации нужно направление от администрации. Разозлившийся Амосов не стал выполнять нелепого требования и сел сразу писать докторскую.

Н. М. Амосов, работая заведующим мужским хирургическим отделением больницы, совмещал должность главного хирурга области, а также преподавал в фельдшерской школе - ныне Брянский медицинский колледж (медико-социальный техникум) имени академика Н. М. Амосова.

В марте 1953 защитил докторскую диссертацию и возглавил кафедру в Киевском медицинском институте. Но настоящее признание пришло к Амосову, когда он стал оперировать на сердце. Первые попытки помочь детям с тяжелыми пороками были сделаны им в 1955 году.

А в 1957 году Николай Михайлович поехал на конгресс хирургов в Мексику и увидел операцию на сердце с аппаратом искусственного кровообращения. Операцию смотрели также академики Вишневский и Петровский, но только профессор Амосов побежал в аптеку покупать на "командировочные" 30 долларов пластиковые трубки, из которых он позже соорудил собственный аппарат.

Первая удачная операция, проведенная с помощью амосовского аппарата искусственного кровообращения, состоялась в 1960 году. А в 1962 году Амосов придумал особые искусственные клапаны для сердца и был избран членом-корреспондентом АМН, получил Ленинскую премию. В 1960 году возглавил отдел биокибернетики Института кибернетики Академии наук Украины.

17 января 1963 года провёл первое в СССР протезирование митрального клапана сердца.

В 1965 году Н. М. Амосов сообщил об опыте удачных имплантаций полушаровых протезов клапанов сердца больным с небольшим левым желудочком, когда не удавалось вшить шаровые протезы. Рабочий вариант экспериментальной модели был передан для внедрения в ОКБ (мед.) Кирово-Чепецкого химического завода.

На основе результатов стендовых испытаний опытной партии, проведённых ИССХ имени А. Н. Бакулева АМН СССР, а также по рекомендациям Н. М. Амосова завод-изготовитель внёс изменения в конструкцию. Серийная модель получила наименование "МКЧ-27".

Его карьера была бы еще более головокружительной, если бы не сердце Амосова. Его организм был сильно изношен, он казнил себя за каждую ошибку, за каждый смертельный случай во время операции. После гибели девочки с пороком сердца Николай Михайлович так строго осуждал себя, что вошел в полосу тяжелого кризиса.

Он записал свои переживания - так вышла его первая книга, напечатанная в "Науке и жизни" трехмиллионным тиражом, перепечатанная десятимиллионным "Роман-газетой" и сделавшая его известным на всю страну.

В 1960-х - начале 1970-х годов Амосов, заболев туберкулёзом, лечился в Старокрымском. Полностью излечившись от недуга, организовал в санатории пульмонологическое хирургическое отделение. Неоднократно приезжая на два-три месяца в Старый Крым к своим родственникам, Амосов привозил с собой своих учеников и обучал их лечить больных туберкулезом. Сам неоднократно делал операции, как в санатории, так и в Старокрымской городской больнице.

В 1968 году был назначен на должность заместителя директора по науке Киевского научно-исследовательского института туберкулёза и грудной хирургии. Одновременно он возглавлял кафедру грудной хирургии Института усовершенствования врачей (1955-1970).

С 1983 года - директор Института сердечнососудистой хирургии.

Он был Депутатом Совета Союза Верховного Совета СССР 6-9 созывов (1962-1979) от Киевской области. Был членом Комиссии по здравоохранению и социальному обеспечению Совета Союза. Народный депутат СССР (1989-1991).

В 1998 году Амосов был награждён Орденом "За заслуги" II степени.

29 мая 1998 года Амосов был прооперирован профессором Кёрфером в Бад-Эйнхаузене(Германия), ему вшили биологический аортальный клапан и наложили два шунта на коронарные артерии.

После тяжелой операции он бросил вызов старости, придумав свою собственную систему нагрузок и ограничений, за ним, затаив дыхание, следила вся страна. Амосовская система здоровья увлекла тысячи людей, и, хотя в конце жизни академик признавался, что старость все же победила его, он дожил почти до 90 лет.

12 декабря 2002 года умер от инфаркта, похоронен на Байковом кладбище в Киеве, участок 52а.

В 2008 году в телевизионном проекте "100 великих украинцев" на телеканале "Интер" в результате народного голосования Амосов занял второе место, пропустив вперёд только Ярослава Мудрого.

В 2003 году была установлена памятная мемориальная доска в Старокрымском санатории и Старокрымской городской больнице было присвоено имя Амосова.

В 2003 году установлена памятная мемориальная доска на доме в Старом Крыму, где жил Николай Михайлович.

Именем Амосова названо медицинское училище Череповца.

В Соломенском районе Киева имя Николая Амосова носит улица, на которой расположен Национальный институт сердечнососудистой хирургии имени Н. М. Амосова АМН Украины. Также имя Николая Амосова носит улица села Святопетровское Киево-Святошинского района, улица в Харькове.

С 2004 года имя Николая Михайловича Амосова носит "Брянский медицинский колледж ╧ 2", где он с 1947 по 1952 год совмещал основную работу в областной больнице ╧ 1 с преподавательской деятельностью.

Мысли и советы Амосова.

"Ответственно заявляю: более 70% лекарств НАЗНАЧАЮТСЯ ЗРЯ, а врачи просто ОСЛЕПЛЕНЫ ВЕРОЙ В МОГУЩЕСТВО ТАБЛЕТОК. Бойтесь попасть в плен к врачам, потому что ЛЮБОЙ врач ВСЕГДА нацеливается на БОЛЕЗНЬ, но только НЕ на ЗДОРОВЬЕ!".

" Врачи НЕ знают причин заболевания - и соответственно, НЕ знают, КАК и ЧЕМ лечить - НО УСЕРДНО "ЛЕЧАТ" людей!!!"

* Нужно пересмотреть идеологию современной медицины. Ее кредо: "Человек слаб", "Нет здоровых, все больные", "Лечить, и как можно больше лекарств". В результате, в каждой истории болезни видишь десятки медикаментов, вместо двух-трех, но точно нацеленных. Это показатель не высокого ума, а низкой квалификации. Наши врачи не верят в природу и не знают профилактики. И уж, конечно, не владеют психотерапией. Впрочем, для казенного служаки это и не нужно. "Солдат спит, а служба идет".

"Каждый врач должен знать о могуществе здорового режима жизни и уметь о нем рассказать больному, хотя бы в дополнение к лекарствам. Для многих это жизненно необходимо, и угроза смерти подействует - займется пациент собой. Хоть на некоторое время".


Миллионы матерей во всём мире знают имя Джонаса Эдварда Солка. Родился он 28.10.1914 года. Был он выходцем из еврейской семьи русских иммигрантов. Несмотря на то, что родители его едва сводили концы с концами, они твердо решили, что дети их должны получить достойное образование. Так, окончив школу Townsend Harris High School, Джонас стал студентом Сити-колледжа (City College of New York), где он получил степень бакалавра наук в 1934 году. Известно, что для небогатых семей иммигрантов Сити-колледж являлся вершиной государственного высшего образования. Так, попасть туда было весьма трудно, но обучение было все, же бесплатным.

Позже была учеба в Школе медицины Нью-Йоркского Университета (New York University School of Medicine). Кстати, Солк сильно выделялся тогда среди своих товарищей, не столько своими знаниями (а он был очень успешен в учебе), сколько тем, что не мечтал, подобно большинству, стать врачом и поскорее открыть практику. Так, Джонас мечтал стать врачом-исследователем.

В 1939-м он получил степень доктора медицины, и после двухлетней интернатуры в больнице Солк полностью сконцентрировался на вирусологии. Более всего его интересовали эксперименты над возбудителями инфекционных болезней. Он работал над этим в медицинских лабораториях нескольких университетов, в том числе Мичиганского (University of Michigan), Питтсбургского (University of Pittsburgh School of Medicine), Университета Пенсильвании (University of Pennsylvania), Калифорнийского Университета (University of California) и других.

Известность пришла к ученому в 1940-х, когда он сумел создать весьма эффективную вакцину против гриппа, которую использовали в американской армии в годы Второй мировой.

В 1963-м Джонас Солк занял пост директора Института биологических исследований при Университете Калифорнии, который сегодня носит его имя (Salk Institute for Biological Studies). Именно здесь и появилось новое направление в медицине - вакцинология. Вакцинология объединила в себе несколько чисто медицинских и социальных направлений - вакцинацию, эпидемиологию, а также кое-какие элементы политики, экономики и этики.

Главным достижением Джонаса Солка является его вакцина против полиомиелита. Примечательно, что до него медицина была практически бессильна перед этим страшным недугом. Впервые вакцина, созданная из предварительно умерщвленных формалином полиовирусов, прошла испытание в 1953-54, тогда ее тестировали добровольцы, а с 1955 года она получила уже широкое применение.

Позднее, через пять лет, когда уже можно было говорить о результатах, многие были буквально потрясены - число заболевших полиомиелитом уменьшилось более чем на 90 процентов! При этом вакцинировано было только 50 процентов детей.

Позже эта вакцина была заменена на более современную вакцину А. Сэйбина (Sabin's vaccine), однако вклад Джонаса Солка в борьбу с полиомиелитом это никаким образом не приуменьшило - он по-прежнему считается ученым, сделавшим огромный и решительный шаг на пути борьбы с болезнью. За время своей карьеры Солк издал сотни научных статей, а также стал автором нескольких книг.

Он был членом многих научных сообществ, а также стал почетным доктором нескольких университетов. Среди других наград ученого - президентская Медаль Свободы (Presidential Medal of Freedom), которую он получил от президента Картера (President Jimmy Carter); Золотая медаль Конгресса США (Congressional Gold Medal); 'Jawaharlal Nehru Award' и множество других наград от организаций всего мира.

Из личной жизни ученого известно, что на следующий же день после окончания медицинского института Солк женился на Донне Линдсей (Donna Lindsay), которая тогда готовилась стать магистром в нью-йоркском колледже College of Social Work. У них появилось трое детей, но в 1968 супруги развелись. Второй женой Солка стала в 1970 году Франсуаза Жило бывшая любовница Пабло Пикассо.

Джонас Солк прожил до 80 лет и умер от сердечной недостаточности 23 июня 1995 года в Ла Хойя (La Jolla). Похоронен ученый на кладбище El Camino Memorial Park в Сан-Диего.

В последние годы жизни Джонас Солк работал над разработкой вакцины против СПИДа.


Если говорить о научных достижениях в медицине, то нельзя не рассказать об одном из основоположников трансплантологии Владимире Демихове.

Владимир Петрович Демихов родился 18 июля 1916 года в России на хуторе Кулики, ныне хутор Куликовский (территория современной Волгоградской области) в семье крестьянина. Отец, Пётр Яковлевич, погиб во время гражданской войны в 1919 году. Мать, Домника Александровна, одна вырастила троих детей. Все они получили высшее образование.

Учился в ФЗУ на слесаря-ремонтника.

В 1934 году Владимир Демихов поступил в Московский государственный университет на физиологическое отделение биологического факультета и очень рано начал научную деятельность. В 1937 году, будучи студентом-третьекурсником, он сконструировал и собственными руками изготовил первое в мире искусственное сердце и вживил его собаке. Собака жила два часа. Чтобы сделать это сердце, Демихов

продал свой костюм, и купил необходимые серебряные пластины.

В 1940 году он окончил университет, написал первую научную работу.

Начавшаяся война прервала научные поиски. В 1941-1945 годах Демихов

служил в действующей армии в анатомической лаборатории.

С 1947 по 1954 годы учёный осуществил первую в мире пересадку лёгкого,

трансплантацию предплечья. Ему удалось поддерживать жизнь собаки без

головы.

В 1951 году на сессии Академии медицинских наук СССР в Рязани он

пересадил донорское сердце и лёгкие собаке Дамке. Она прожила семь

дней. Это был первый случай в мировой медицине, когда собака с чужим

сердцем жила так долго. Сообщают, что она жила в холле того здания, где проводилась сессия и после операции чувствовала себя вполне хорошо. Повреждение же гортани, от которого она умерла, было непреднамеренно ей нанесено во время операции.

В том же году великий хирург создаёт первый совершенный протез сердца,

работавший от пневмопривода (пылесоса) и проводит первую в мире замену

сердца на донорское без аппарата искусственного кровообращения.

В 1956 году он подсадил второе сердце дворняжке Борзой, которая после

этого прожила больше месяца. Этот эксперимент привлёк значительное

внимание мировой медицинской общественности, но на родине к деятельности хирурга по-прежнему относились холодно, а часто- враждебно.

Академик В. В. Кованов, директор Первого медицинского института имени Сеченова, где одно время работал Демихов, назвал последнего "шарлатаном и псевдоучёным". Н. Н. Блохин, президент Академии медицинских наук, считал, что "этот человек - просто "интересный экспериментатор".

Многие считали саму идею пересадки сердца человеку, которую защищал учёный, аморальной. Кроме того, как уже говорилось, у великого хирурга не было медицинского образования, что давало многим повод упрекать исследователя в несерьёзности.

Тем временем, видные медики Чехословакии, Великобритании и СШ приезжали в СССР лишь для того, чтобы присутствовать на операциях Демихова. Ему присылали персональные приглашения на симпозиумы в Европе и США, причём принимающая сторона нередко соглашалась взять на себя все расходы. Однако, Демихова выпустили за границу только однажды. В 1958 году он выехал в Мюнхен на симпозиум по трансплантологии. Его выступление там произвело сенсацию. Однако, чиновники министерства здравоохранения посчитали, что Демихов разглашает советские секретные исследования, и больше он за границу ездить не мог.

После смерти академика Вишневского, в 1960-м году из-за обострения отношений с директором института В. В. Ковановым, который не допускал к защите диссертацию Демихова "Пересадка жизненно важных органов в эксперименте", вынужден был перейти в Институт скорой помощи имени Склифосовского. Там для него открыли "лабораторию по пересадке жизненно важных органов".

В реальности это было помещение площадью пятнадцать квадратных метров в подвале флигеля института, половину которого занимали аммиачная установка и шкаф с препаратами и инструментами. Плохое освещение, сырость, холод. Ходили по доскам, под которыми хлюпала грязная вода. Оперировали при освещении обычной лампой. Аппаратуры никакой. Самодельный аппарат искусственного дыхания, списанный кардиограф, все время ломавшийся.

Вместо компрессора использовали старый пылесос. Под самыми окнами

"лаборатории" кочегарила котельная, заполняя помещение едким дымом. Никто из ассистентов в дымной темной каморке больше получаса выдержать не мог. Помещения для содержания экспериментальных собак не было, животные ели, пили, принимали лекарства и процедуры и оправлялись тут же, в "лаборатории". Операции проводились на деревянных столах. Собак, участвовавших в экспериментах, учёный выхаживал после операций у себя дома.

В 1960 году Демихов выпустил монографию "Пересадка жизненно важных

органов в эксперименте". Она стала единственным в мире руководством по

трансплантации. Книга была переведена на несколько языков, вызвав живейший интерес в медицинских кругах. В стране Советов этот труд остался почти незамеченным. Кроме того, в это же время предпринимались попытки закрыть лабораторию из-за "шарлатанства".

В 1962 году Демихов подсадил второе сердце собаке Гришке. Пёс прожил

после операции более четырёх месяцев. Это стало мировой сенсацией.

Лишь только в 1963 году Демихов, причём в один день, смог защитить

сразу две диссертации (кандидатскую и докторскую). На последнем этапе своей научной деятельности подвергался гонениям и на этой почве получил в 1968 году инсульт.

Лаборатория под руководством Мастера работала до 1986 года. Разрабатывались методы пересадки головы, печени, надпочечников с почкой, пищевода, конечностей. Результаты этих экспериментов были опубликованы в научных журналах.

Работы учёного получили международное признание. Ему присвоено звание

почётного доктора медицины Лейпцигского университета, почётного члена

Королевского научного общества в Уппсале (Швеция), а также Ганноверского университета, американской клиники Майо. Он является обладателем почетных дипломов научных организаций разных стран мира. Он был лауреатом "ведомственной" премии имени Н. Н.Бурденко, присуждавшейся Академией медицинских наук СССР.

Южно-африканский всемирно известный хирург Кристиан Барнарде, который

в 1967 г. первым в мире пересадил сердце человеку - по его собственным словам, был учеником Демихова и перед тем, как решиться на свой исторический эксперимент, дважды приезжал к русскому учёному. Не удивительно: никто другой в то время не обладал большим опытом в таком сложном и туманном деле, как пересадка и трансплантация внутренних органов.

Кристиан Барнард вошел в список 200 самых значимых людей 20 века....

А Демихов придумал и сделал -

1937 г. - первое в мире искусственное сердце;

1946 г. - первая в мире гетеротопическая пересадка сердца в грудную полость;

1946 г. - первая в мире пересадка комплекса сердце-легкие;

1947 г. - первая в мире пересадка изолированного легкого;

1948 г. - первая в мире пересадка печени;

1951 г. - первая в мире ортотопическая пересадка сердца без использования искусственного кровообращения;

1952 г. - первое в мире маммарно-коронарное шунтирование (1988 год -

Государственная премия СССР);

1954 г. - пересадка второй головы собаке (всего им было создано 20

двухголовых собак).

Лаборатория под руководством Демихова работала до 1986 года.

Разрабатывались методы пересадки головы, печени, надпочечников с

почкой, пищевода, конечностей. Результаты этих экспериментов были

опубликованы в научных журналах.

А Демихов в то время доживал свой век в маленькой однокомнатной

квартире со старой мебелью. Он был выжат до дна бесконечной травлей.

Последние годы даже не выходил из дома, потому что мог запросто

заблудиться. Так закончил свою жизнь человек, который изменил мир.

Когда в 1996г в Москву приехал легендарный Майкл Дебейки чтобы подстраховать наших врачей, которые делали шунтирование сердца Ельцину, он сказал журналистам что хотел бы поклониться Демихову. Ни один из журналистов не знал этой фамилии, тогда Дебейки повторил по слогам, полагая, что его просто не понимают.

22 ноября 1998 года Владимир Петрович умер. Похоронен он в Москве на Ваганьковском кладбище.

Работы учёного получили международное признание. Ему присвоено звание

почётного доктора медицины Лейпцигского университета, почётного члена Королевского научного общества в Уппсале (Швеция), а также Ганноверского университета, американской клиники Майо. Он является обладателем почетных дипломов научных организаций разных стран мира. Он был лауреатом "ведомственной" премии имени Н. Н.Бурденко, присуждавшейся Академией медицинских наук СССР.

27 июня 2016 года в Москве, в новом здании НИИ трансплантологии и искусственных органов имени Шумакова состоялось торжественное открытие памятника Владимиру Петровичу Демихову.


Среди наиболее перспективных научных исследований считаются молекулярная биология и генетика. Одним из учёных, занимающихся в этой области, является Аарон Клуг.

Английский физик и специалист по молекулярной биологии Аарон Клуг родился в Желвасе (Литва), в семье торговца скотом Лазаря Клуга и Беллы (Силиной) Клуг. Когда Аарону было два года, Клуги переехали в Дурбан (Южная Африка), куда семья его матери эмигрировала в начале века. С 1937 по 1941 г. Клуг учился в дурбанской средней школе. Именно в этот период у будущего ученого родился интерес к науке, особенно после того, как он прочитал книгу американского писателя Поля де Крайфа "Охотники за микробами".

Поступив в 1942 г. в Витватерсрандский университет в Йоханнесбурге, Клуг стал посещать подготовительный курс по медицине, а также занятия по биохимии, физике и математике. К тому времени, когда в 1945 г. он окончил университет, получив степень бакалавра естественных наук, его интересы уже четко определились: Клуг выбрал физику. Занимаясь в Кейптаунском университете на выделенную ему стипендию, он изучил у одного из своих учителей, Р. У. Джеймса, метод рентгеновской кристаллографии.

Этот метод, разработанный У. Л. Брэггом и У. Г. Брэггом, заключается в том, что на фотографической пластинке отображаются картины, образующиеся при прохождении пучка рентгеновских лучей через кристалл. Поскольку рентгеновские лучи при этом характерным образом отклоняются, по возникающему рисунку можно судить о расположении атомов внутри кристалла.

Получив в 1946 г. степень магистра естественных наук, Клуг остался в Кейптаунском университете, чтобы продолжить свою работу с Джеймсом над изучением органических соединений с помощью дифракции рентгеновских лучей. "В течение этого времени, - вспоминал он позднее, - у меня возник серьезный интерес к структуре материи и к тому, как она возникла".

Стипендия, учрежденная Британской выставкой 1851 г., и субсидия на проведение научных исследований, полученная от Тринити-колледжа Кембриджского университета, позволили Клугу в 1949 г. переехать в Англию. Клуг подал заявление на место исследователя в Кавендишской лаборатории Кембриджского университета, чтобы в сотрудничестве с Максом Перуцем и Джоном К. Кендрю работать над установлением структуры белковых молекул с помощью метода рентгеновской кристаллографии. Однако в Кавендишской лаборатории не было свободных мест, и Клуг под руководством Д. Р. Хартри начал изучать молекулярную структуру стали. За эту работу он в 1952 г. получил докторскую степень.

Перейдя в отдел коллоидной химии Кембриджского университета, Клуг в течение всего 1953 г. исследовал биофизические процессы, в ходе которых кислород и диоксид углерода обмениваются в гемоглобине. Эти исследования усилили интерес ученого к рентгеновскому анализу биологических молекул, и к концу следующего года он получил стипендию Наффилда для работы в Бербекском колледже в Лондоне под руководством Дж. Д. Бернала, бывшего преподавателя Перуца в Кембриджском университете.

Он познакомился с Розалиндой Франклин, чье исследование по рентгеновскому анализу дезоксирибонуклеиновой кислоты (ДНК) помогло в свое время Фрэнсису Крику и Джеймсу Д. Уотсону установить структуру (двойную спираль) этой сложной молекулы. Франклин незадолго до этого приступила к исследованию вируса табачной мозаики, который поражает листья табака.

Полученные Франклин рентгеновские изображения, в которых Клуг хотя и с трудом, но все-таки сумел различить следы изогнутых наслоений, вызвали у ученого большой интерес, и он подключился к этой работе. После смерти Франклин в 1958 г. он стал руководителем научно-исследовательской группы по изучению структуры вируса в Бербекском колледже.

Четыре года спустя Клуг принял предложение Крика вернуться в Кембриджский университет, на этот раз в качестве члена Совета по медицинским исследованиям молекулярной биологии. За короткое время Клуг установил, что вирус табачной мозаики представляет собой широкую спиралевидную структуру с повторяющимися фрагментами белка, причем генетический материал располагается вдоль внутренней поверхности белка.

В этот же период времени Клуг и его коллеги исследовали вирусы, вызывающие полиомиелит. Считалось, что они имеют сферическую форму, но их точная структура установлена не была. Опираясь на свои знания физики и рентгеновского анализа, Клуг разработал метод, называемый кристаллографической электронной микроскопией, при котором изображение, полученное с помощью электронного микроскопа, подвергается дифракции лазерным излучением. Получаемую в результате картину можно затем расшифровать и установить структуру анализируемого объекта.

Этот метод "вооружил" Клуга не только новым техническим подходом, но и определил процедуру проведения исследований, которые связывают воедино клеточную и молекулярную организации. Он мог теперь изучать сложную биологическую систему, сначала вычленив ее из клетки, затем получив подробную картину путем рентгеновского и химического анализов и, наконец, создав полное изображение всего устройства с помощью электронного микроскопа.

В 1972 г. он начал применять эту последовательность при анализе хроматина, соединения гистонов (особых белков) и ДНК, которые образуют хромосомы высокоорганизованных организмов. В 1981 г. Клуг и его коллегам удалось доказать, что каждый из многих гистонов представляет собой похожую на обрубок цилиндрическую молекулу, вокруг которой скручен в витки участок неразорванной ДНК. Сами гистоны так туго свернуты в кольца, что одна-единственная нить ДНК человека длиной около 2 метров укладывается в ядро клетки, диаметр которой меньше сотой доли миллиметра.

В 1982 г. Клугу была присуждена Нобелевская премия по химии "за разработку метода кристаллографической электронной микроскопии и прояснение структуры биологически важных комплексов нуклеиновая кислота - белок". Исследование хроматина дало ключ к структурному контролированию прочтения генетической информации, заложенной в ДНК.

С 1978 г. Клуг становится одним из руководителей лаборатории молекулярной биологии Совета медицинских исследований в Кембридже. Здесь он продолжает вести научную работу, сохраняя верность ранее избранной теме. Исследования Клуга, равно как и информация о результатах, полученных другими учеными, применяющими его методы, в значительной мере проясняют процессы, происходящие внутри живых клеток.

Хотя Клуг поглощен научной работой, много сил у него отнимают и административные обязанности. Однако он старается как можно больше времени отдавать преподавательской работе. Небольшого роста, худощавый, обладающий острым интеллектом, Клуг необыкновенно популярен в кругу своих студентов и коллег.

В 1949 г. ученый женился на Лайбе Броубау, хореографа по профессии. У супругов два сына.

Помимо Нобелевской премии, Клуг удостоен почетных степеней Колумбийского, Чикагского, Страсбургского и Стокгольмского университетов. Он также награжден премией доктора Х. П. Хейнекена Нидерландской королевской академии наук и искусств (1979) и премией Луизы Гросс-Хорвиц Колумбийского университета (1981). Клуг - член Лондонского королевского общества и почетный иностранный член Американской академии наук и искусств.

Если говорить о генетике, то нельзя не сказать о хорошем человеке, работавшем в этой области - Иосифе Абрамовиче Раппопорте.

Иосиф Рапопорт родился 14 марта 1912 года в еврейской семье врача-терапевта в городе Чернигове. После окончания школы в 1930 году был принят на биофак Ленинградского государственного университета, где после защиты дипломной работы прошёл курс по специальности "генетика".

Далее следовала аспирантура в генетической лаборатории Института экспериментальной биологии АН СССР, которым руководил биолог Николай Константинович Кольцов. Аспирантура была завершена в 1938 году, а диссертация на учёную степень кандидата биологических наук была защищена в Институте генетики АН СССР в 27 лет. Через два года у него была готова докторская. 27 июня 1941 года он должен был ее защищать, а 23 июня ушел защищать Родину.

В годы Великой Отечественной войны Иосиф Раппопорт с первых дней войны пошёл добровольцем на фронт. Прошёл путь от командира взвода до начальника штаба 184-го гвардейского полка 62-й гвардейской стрелковой дивизии, дважды был тяжело ранен, потерял левый глаз. 5 мая 1943 года защитил докторскую диссертацию, находясь на лечении после одного из ранений. Сама докторская была написана ещё до войны, и её защита была запланирована на конец июня 1941 года, но отложена в связи с призывом в армию.

Его трижды во время войны представляли к званию Героя Советского Союза, но так и не дали Золотую Звезду. Если читать представления его к званию Героя Советского Союза, то можно видеть массу эпизодов, за которые такая награда полагается. Плюс тяжелейшее ранение и возврат в строй через три недели -- сбежал из госпиталя.

Во время боев на Днепре Раппопорт командовал тогда передовым отрядом, который обеспечивал 62-ю дивизию при захвате плацдарма. А когда плацдарм расширили, две дивизии немцев -- "Райх" и "Гросдойчланд" -- ударили по нему. Комдив собрал штаб дивизии и маханул обратно на тот берег. А капитан Раппопорт, исполняющий обязанности командира полка, вместе с другими командирами полков трое суток отражали атаки элитных немецких дивизий.

Когда в затишье появился комдив, капитан прилюдно сказал ему: "Вы мерзавец и трус". 32 человека, включая комдива, получили звание Героя за плацдарм, а Раппопорт опять нет. Есть в архиве справка о том, что он представлялся к высокому званию, а потом представление было отозвано.

За годы войны Иосиф Раппопорт был трижды тяжело ранен. Под Балатоном 25 декабря 1944 года снайпер прострелил ему голову, офицер потерял левый глаз. Но поля боя комбат не оставил.

Под Балатоном его батальон в течение недели ежедневно отражал атаки немцев, поддерживаемых десятками танков. Каждый день батальон проводил по 5--11 контратак, уничтожая по пять-семь танков. Комбат по собственной инициативе захватил заминированный мост между каналом и озером Балатон. Сам на головной машине проскочил на этот мост. В итоге перебили охрану и не дали взорвать мост. Это в значительной степени содействовало успеху наступления войск на Секешфехервар.

В 1945 году во главе передового отряда 7-й гвардейской воздушно-десантной дивизии Раппопорт со своим батальоном оторвался на 83 км от основных сил, прошел сквозь 100-тысячную группировку войск противника, захватил при этом несколько населенных пунктов, взял несколько тысяч пленных, 60 единиц бронетехники, соединился с американцами в Австрии.

Американцы его тут же наградили орденом Легиона Чести, свои представили в третий раз к званию Героя, но дали орден Отечественной войны I степени.

Комбат и науку в то военное время не бросил. В 1943 году после госпиталя его направили в Академию им. Фрунзе на шестимесячные курсы. И на этих курсах обучаясь, умудрился он защитить в МГУ докторскую диссертацию. Можно ли себе такое представить по тому времени, доктор биологических наук и командир стрелкового батальона всю войну. Многие в его положении находили возможность остаться в тылу -- он вообще имел броню. Какое воспитание надо было иметь!

После войны Раппопорт вернулся в Институт экспериментальной биологии АН СССР. Жил он с женой в полуподвальном помещении из двух маленьких комнат с сырыми стенами. Как-то в Москву приехала большая делегация иностранных учёных-генетиков. Они захотели посетить дом Раппопорта, посмотреть в каких условиях живут уч1ные в СССР. Той же ночью Иосифа Абрамовича со всей семьёй, скарбом и книгами перевезли в прекрасную четырёхкомнатную квартиру недалеко от Курского вокзала.

Настоящим коммунистом товарищ Раппопорт так и остался. В 1948 году на сессии ВАСХНИЛ он единственный выступил против Трофима Денисовича Лысенко с острой мотивированной критикой, за что тут же был исключен из партии, выкинут из науки на целых девять лет в Среднюю Азию, в геологическую партию. В этой партии разработал способ определения нефтеносных пластов, которым до сих пор пользуются геологи. Был представлен к степени кандидата геологических наук -- без защиты. Но как только выяснилось, что это "тот самый" Раппопорт, его и оттуда выгнали.

В 1957-м бывший комбат по приглашению Института химической физики АН СССР вернулся в науку, получил два ордена Трудового Красного Знамени, звание Героя Социалистического Труда, стал членом-корреспондентом РАН, лауреатом Ленинской премии. Когда он получил эту премию, принес деньги в лабораторию и поделил поровну между младшими научными сотрудниками и докторами наук.

Выдвигали в 1962 году Иосифа Раппопорта и на Нобелевскую премию. В отделе науки ЦК партии сказали: мы прочитали предложение Нобелевского комитета, согласны, вы крупный ученый, но вот небольшое недоразумение -- оказывается, вы исключены из партии. Однако, сказали мудрецы из ЦК, мы проверили ваше партийное дело, вы правы -- Лысенко был негодяй, поэтому пишите заявление о вступлении в партию.

Другой бы сделал это с облегчением и радостью. А наш герой спросил начальство из ЦК: так кто был прав, я или Лысенко? Вы, конечно, был ответ. Так почему же я должен писать заявление? Вы должны извиниться передо мной за несправедливость и вручить мне партбилет без всяких заявлений и потери стажа, с тем же номером, если хотите. На том история с Нобелевской премией закончилась.

Ряд академиков обращался в инстанции за восстановлением справедливости -- надо бы присвоить Раппопорту звание Героя. Теперь уже России. В ответ услышали: так он же на все представления получил награды -- ну не Героя, зато орден Красного Знамени, потом Суворова III степени, Отечественной войны I степени...

В начале 1970-х годов Иосиф Раппопорт был награждён орденом Трудового Красного Знамени; в 1979 году - избран членом-корреспондентом АН СССР по Отделению биологии. В 1984 году ему была присуждена Ленинская премия.

Указом Президента СССР от 16 октября 1990 года Иосифу Раппопорту было присвоено звание Героя Социалистического Труда с формулировкой "за особый вклад в сохранение и развитие генетики и селекции, подготовку высококвалифицированных научных кадров".

25 декабря 1990 года был сбит грузовиком при переходе дороги и 31 декабря скончался в больнице. Похоронен он на Троекуровском кладбище в Москве.


Одним из выдающихся учёных двадцатого века в области цитологии был немецкий биохимик, доктор и физиолог, лауреат Нобелевской премии, член Лондонского королевского общества, Отто Генрих Варбург.

Немецкий биохимик Отто Генрих Варбург родился во Фрейбурге и был единственным сыном из четырех детей Элизабет (Гертнер) и Эмиля Варбургов. Отец Отто, профессор физики и талантливый музыкант, являлся потомком еврейского банкира XVI в. Из рода Варбургов вышли известные учителя, ученые, бизнесмены, артисты, банкиры и филантропы. Мать Отто была христианкой, предки которой были администраторами, судьями и военными. Когда мальчику исполнилось 12 лет, семья переехала в Берлин, где его отец был назначен профессором физики местного университета. Молодой Варбург получил начальное образование в гимназии Фридриха Вердера. В доме Варбургов часто бывали музыканты, артисты и коллеги отца, в т.ч. физики Макс Планк, Альберт Эйнштейн, Вальтер Нернст, химик-органик Эмиль Фишер и физиолог Теодор Энгельман.

В 1901 г. Варбург становится студентом-химиком Фрейбургского университета, а два года спустя переводится в лабораторию Фишера в Берлинском университете. В 1906 г. он получает степень доктора по химии в Берлинском университете, защитив диссертацию по оптической активности пептидов и их ферментативному гидролизу. В надежде сделать открытия, которые могли бы привести к лечению рака, он начинает изучать медицину в Гейдельбергском университете, работая в лаборатории Рудольфа фон Креля, выдающегося терапевта.

Вместе с ним сотрудничали биохимик Отто Мейергоф и биолог Джулиан Хаксли. В первом самостоятельном исследовании В., опубликованном в 1908 г., было доказано, что потребление кислорода яйцами морского ежа после оплодотворения увеличивается в 6 раз. В 1911 г. он получил медицинскую степень Гейдельбергского университета.

В течение следующих трех лет В. проводил исследования в этом университете и на зоологической станции в Неаполе (Италия) - международном центре биологических исследований. В 1913 г. он был избран членом Общества кайзера Вильгельма, самого известного научного общества Германии, и назначен руководителем отдела и лаборатории Института биологии кайзера Вильгельма в Берлине. Эти посты давали ему полную независимость в выборе предмета научных исследований; административные указания только мешали бы его работе.

В 1914 г., когда началась первая мировая война, В. пошел добровольцем в армию и в течение четырех лет служил в кавалерии; получил звание старшего лейтенанта, был ранен на русском фронте и награжден Железным крестом. В. нравилась военная служба, и он приобрел себе в армии друзей на всю жизнь. В 1918 г. Эйнштейн написал ему письмо, настаивая на возвращении для занятий наукой: "Вы один из самых обещающих молодых физиологов Германии... Ваша жизнь постоянно висит на волоске... Это ли не безумие? Неужели Вам не найдется замены?" Прислушавшись к совету Эйнштейна и убедившись, что Германия уже выходит из войны, В. вернулся в берлинскую лабораторию в должности профессора. Однако с военной поры он сохранил любовь к верховой езде и каждое утро до начала работы в течение многих лет совершал прогулки верхом на лошади.

Лабораторные фонды В. использовал в основном для приобретения оборудования для физических и химических исследований. В штате лаборатории состояло несколько сотрудников-исследователей, большинство из которых были квалифицированными техниками, обученными Варбургом.

На протяжении пятидесяти лет своей научной деятельности В. вел исследования в трех направлениях: изучение фотосинтеза, рака и ферментов клеточных окислительных реакций.

Он заключил, что опухолевые клетки чаще используют анаэробный путь метаболизма глюкозы и что в действительности нормальные клетки трансформируются в злокачественные из-за недостатка кислорода.

Он настаивал на выращивании собственных продуктов питания без использования искусственных удобрений или пестицидов. Во избежание дополнительного отбеливания, используемого в общественных пекарнях, он выпекал хлеб дома.

За работу по метаболизму опухолевых клеток Нобелевский комитет в 1926 г. рассматривал вопрос о присуждении ему Нобелевской премии по физиологии и медицине, но в тот год решено было присудить ее датскому врачу и исследователю Йоханнесу Фибигеру.

За открытие природы и функций "дыхательных ферментов" Варбург был удостоен Нобелевской премии в области физиологии и медицины в 1931 году.

К началу 30-х гг. Варбург был назначен директором вновь созданного Института физиологии клетки кайзера Вильгельма (позднее Макса Планка).

Занявшись фотосинтезом, В. пытался определить, насколько эффективно растения превращают углекислый газ и воду в глюкозу и кислород.

В годы второй мировой войны Варбург оставался в Германии и, несмотря на еврейское происхождение, имел возможность продолжать исследования по этиологии рака, к которому Гитлер испытывал болезненный страх. Хотя ему не разрешили преподавать, В. занимался исследованиями в Институте физиологии клетки до 1943 г., пока бомбардировки союзных войск не вынудили его перевести лабораторию в имение, расположенное в 30 милях севернее Берлина. В конце войны библиотека и лабораторное оборудование В. были конфискованы советскими оккупационными властями. Он продолжил свои исследования в Берлине спустя четыре года. Прежние ограничения были сняты для В., и он смог ежегодно публиковать около пяти статей по результатам изучения фотосинтеза и рака.

Варбург никогда не был женат. Верховая езда оставалась любимым развлечением В., пока в возрасте 85 лет он не упал с лестницы, получив перелом шейки бедра. Через два года у него развился тромбоз глубоких вен, и он умер от эмболии легких 1 августа 1970 г.

Многочисленные почетные награды Варбурга включают премию Лондонского королевского общества, почетную степень Оксфордского университета, орден "За заслуги" правительства ФРГ.


В то время, как одни учёные занимались проблемами долголетия людей другие занялись проблемой создания искусственного интеллекта. Отцом создания кибернетики считается Норберт Винер.

Норберт Винер появился на свет 26 ноября 1894 года в штате Миссури в еврейской семье выходцев из Германии. Будучи совсем маленьким, он взахлеб читал книги из родительской библиотеки. Он был очень одаренным человеком. А в 7-нем возрасте написал первый научный трактат по вопросам дарвинизма. Ученый был довольно неуклюжим и неуверенным в себе ребенком, так как из-за сильной близорукости у него развилось множество комплексов. Вследствие чего мальчик мало общался со сверстниками, отвлекаясь от всего в мире науки и литературы.

По сути, Винер и не учился толком в средней школе, так как в 11 лет поступил в Тафт-колледж, окончив его спустя 3 года со степенью бакалавра искусств. Когда Норберту исполнилось 18 лет он уже имел степень доктора наук по специальности "математическая логика", которое получил после обучения в Гарвардском и Корнельском университетах. А через год его пригласили в Массачусетский технологический институт на кафедру математики.

Но он не устает постигать науку - в 1913 году Винер путешествует по Европе и слушает лекции Харди и Рассела в Кембриджском университете и лекции Гильберта в Геттингене. В Европе он пробует свои силы в журналисткой области, в педагогической сфере и даже работал на инженерном заводе.

После того как началась Первая мировая война, он возвращается в Америку и пытается попасть на фронт. Но медкомиссию он не прошел. В 1919 году Норберт работал преподавателем в Массачусетском технологическом институте на кафедре математики. В 20-30-тые годы он опять совершает путешествие в Европу. Правда в этот раз он уже читает лекции, так как Винер создал совместно с Хопфом теорию радиационного равновесия, названную уравнением Винера-Хопфа. Он читает курс лекций в пекинском университете Цинхуа. Среди его знакомых - Н. Бор, М. Борн, Ж. Адамар и другие известные учёные.

Перед началом Второй мировой, Винер уже был профессором Гарвардского, Колумбийского, Геттингенского, Корнельского и Брауновского университетов. Также в безраздельное собственное владение получил математическую кафедру в Массачусетском институте. Он писал много статей и исследований.

В 1926 году он сочетал себя узами брака с Маргарет Енгерман. У пары родилось две дочери.

В период Второй мировой войны профессор начал работу над математическим аппаратом для систем наведения зенитного огня. Винер является разработчиком новой действенной вероятностной модели управления силами противовоздушной обороны. Он создал модель управления, которая без компьютеров умела самонаводиться на цель, и показал действие искусственного интеллекта на практике.

Это был прорыв в кибернетике. В 1948 году он выдает книгу "Кибернетика, или управление и связь в животном и машине", которая стала главным итогом его длительных исследований и экспериментов. Она заложила фундамент основ изучения искусственного интеллекта. Именно поэтому американский ученый Норберт Винер считается отцом кибернетики.

Рассказывали, что Норберт Винер славился чрезвычайной забывчивостью. Когда его семья переехала на новую квартиру, его жена положила ему в бумажник листок, на котором записала их новый адрес, - она отлично понимала, что иначе муж не сможет найти дорогу домой. Тем не менее, в первый же день, когда ему на работе пришла в голову очередная замечательная идея, он полез в бумажник, достал оттуда листок с адресом, написал на его обороте несколько формул, понял, что идея неверна и выкинул листок в мусорную корзину.

Вечером, как ни в чем не бывало, он поехал по своему прежнему адресу. Когда обнаружилось, что в старом доме уже никто не живет, он в полной растерянности вышел на улицу... Внезапно его осенило, он подошел к стоявшей неподалеку девочке и сказал: - Извините, возможно, вы помните меня. Я профессор Винер, и моя семья недавно переехала отсюда. Вы не могли бы сказать, куда именно?

Девочка выслушала его очень внимательно и ответила: - Да, папа, мама так и думала, что ты это забудешь.

... А в Советском Союзе в эти годы по указанию "отца всех народов" развернулась фашистская кампания по борьбе с "безродными космополитами". Под запрет попала вместе с генетикой и кибернетика.

За несколько месяцев до смерти Норберт Винер был удостоен Золотой Медали Учёного, высшей награды для человека науки в Америке. На торжественном собрании, посвящённом этому событию, президент Джонсон произнёс: "Ваш вклад в науку на удивление универсален, ваш взгляд всегда был абсолютно оригинальным, вы потрясающее воплощение симбиоза чистого математика и прикладного учёного". При этих словах Винер достал носовой платок и прочувственно высморкался.

Норберт Винер умер в Стокгольме 18 марта 1964 года.

--------------------------------------

Написав эти строки, Аркадий вспомнил один эпизод, произошедший с ним через несколько лет после смерти Винера. Он учился тогда на философском факультете вечернего института марксизма-ленинизма. Он там написал реферат, в котором на основе исторического материализма доказывал, что следующей после эры коммунизма наступит эра роботов.

Со своей статьёй он приехал в Москву и пришёл в редакцию журнала "Вопросы философии". Но, статью у Аркадия не приняли по той причине, что эта тема в Советском Союзе всё ещё была под запретом.

-----------------------------------------

В развитие компьютерной техники немалую долю внёс Алан Тьюринг.

Алан Матисон Тьюринг родился 23 июня 1912 года в Лондоне в семье колониального чиновника, служившего в Индии. Его родители Юлиус Мэтисон Тьюринг и Этель Сара Стоуни познакомились и обвенчались в Индии.

Алан Тьюринг учился в престижной Шерборнской школе в Англии, где проявил незаурядные способности к математике и химии, затем в 1931 году поступил в Кингз-колледж Кембриджского университета.

В 1935 году он защитил диссертацию "Центральная предельная теорема теории вероятности" (которую он самостоятельно переоткрыл, не зная об аналогичной предшествующей работе) и был избран членом Научного общества колледжа. В этом же году он впервые начал работать в области математической логики и проводить исследования, которые уже через год привели к выдающимся результатам.

В своей работе "О вычислимых числах, с приложением к проблеме разрешимости" Тьюринг ввел математическое понятие абстрактного эквивалента алгоритма, или вычислимой функции, получившее затем название "машины Тьюринга". Это был проект устройства, имеющего все основные свойства современной информационной системы: программное управление, память и пошаговый способ действий.

"Машина Тьюринга" открыла дискуссию по теории автоматов и создала теоретическую базу для работы цифровых компьютеров, которые появились в 1940 е годы.

Тьюринг продолжил учебу в США - в Принстонском университете, где под руководством американского математика и логика Алонзо Чёрча в 1938 году получил степень доктора философии. Затем он вернулся в Великобританию и получил стипендию Кингз-колледжа для занятий логикой и теорией чисел.

В это же время началось его конфиденциальное сотрудничество с правительственной Школой кодов и шифров в Блечли-Парке, где он еще до войны участвовал в работах по раскрытию немецких шифров.

В 1939 году британское военное ведомство поставило перед Тьюрингом задачу разгадать секрет "Энигмы" - специального устройства, использовавшегося для шифровки радиограмм в германском военно-морском флоте и в "люфтваффе". Британская разведка раздобыла это устройство, но расшифровывать перехваченные радиограммы немцев не удавалось. Тьюринг пригласил в созданный им отдел нескольких друзей-шахматистов. Уже через полгода было разработано устройство, названное им "Бомбой", которое позволяло читать практически все сообщения "люфтваффе". А спустя ещё год был "взломан" и более сложный вариант "Энигмы", использовавшийся нацистскими подводниками. Это во многом предопределило военные успехи британского флота.

Тьюринг занимался также разработкой шифров для переписки премьер-министра Великобритании Уинстона Черчилля и президента США Франклина Рузвельта, проведя период с ноября 1942 года по март 1943 года в США.

Заслуги Алана Тьюринга были по достоинству оценены: после разгрома Германии он был удостоен звания кавалера Ордена Британской империи 4 й степени.

В 1945 году Тьюринг был принят в Национальную физическую лабораторию в Лондоне, где возглавил разработку большого автоматического вычислительного устройства АСЕ.

Разработанные в 1947 году Тьюрингом "Сокращенные кодовые инструкции" положили начало созданию, исследованию и практическому использованию языков программирования.

В 1948 году ученый был назначен заместителем Макса Ньюмена, директора вычислительной лаборатории Манчестерского университета, где создавался компьютер с самой большой по тому времени памятью - манчестерская автоматическая цифровая машина, или "Мадам", как ее называли в прессе. Тьюринг написал для нее несколько программ, пользуясь буквенно-цифровым кодом.

Тьюринг считается основоположником не только вычислительной техники, но также и искусственного интеллекта. Исключительную роль в развитии этого исследовательского направления сыграла небольшая статья "Вычислительные машины и разум", опубликованная в журнале Mind в 1950 году и впоследствии многократно перепечатывавшаяся, в которой Тьюринг предложил ставший знаменитым мысленный эксперимент (тест Тьюринга) операциональный способ решения вопроса "мыслит ли машина?".

В 1951 году Алан Тьюринг стал членом Королевского научного общества.

В конце жизни он занялся вопросами биологии, а именно, разработкой химической теории морфогенеза. Эта работа осталась незаконченной. Предварительный доклад 1952 года и отчет, который появился уже после его смерти, описывают только первые наброски этой теории.

В 1952 году Тьюринг попал под суд по обвинению в нетрадиционной сексуальной ориентации. Вскоре скандал стал достоянием публики, ученый подвергся осуждению и потерял право работать в области криптографии.

Чтобы избежать тюрьмы, он добровольно согласился на годовой медицинский курс органотерапии - подавления ваших гомосексуальных наклонностей. Еженедельно Тьюрингу вводили сильнейший препарат, который подавлял тестостерон и стимулировал выработку эстрогенов. Практически это было химической кастрацией. При этом его отстранили от научных проектов, уволили из университета. Англия и научное сообщество сделали вид, что этого ученого просто не существует. Расстаралась и пресса, начав травлю Тьюринга. Это привело к сильнейшей депрессии. К тому же у него стали выпадать волосы, испортился аппетит, пропало сексуальное влечение. И что самое жуткое - стала расти грудь!

8 июня 1954 года Тьюринг был найден мертвым в своем доме в Уилмслоу близ Манчестера. Смерть наступила 7 июня от отравления цианидом и была признана самоубийством.

В честь Алана Тьюринга Ассоциация по вычислительной технике (Association for Computing Machnery, АСМ) учредила премию его имени. Первым лауреатом премии Тьюринга в 1966 году стал Алан Перлис, один из создателей языка программирования Алгол, первый президент АСМ.

- Уважаемые дамы и господа! Правительство Ее Величества приносит извинение за те методы, которым был подвергнут Алан Тьюринг. Мы не можем повернуть время вспять, но при этом должны признать, что с ним поступили крайне несправедливо.

Слова Гордона Брауна, на тот момент премьер-министра Великобритании, которые он публично произнес 10 сентября 2009 года, вызвали шквал аплодисментов.


Рассказывая о лауреатах Нобелевской премии, нельзя не упомянуть и её Учредителя Альфреда Нобеля.

Альфред Бернхард Нобель родился в Стокгольме 21 октября 1833 года. Его отец - Эммануил Нобель, мать - Андриетта Нобель. Он был третьим сыном в семье, которая насчитывала всего 8 детей. Однако выжило из них всего четверо - Альфред, Роберт, Людвиг и Эмиль Нобели. Эмиль позже погиб на одном из семейных заводов.

В 9 лет Альфред приезжает в Санкт-Петербург. В то время Эммануил, его отец, занимался производством паровых агрегатов в Российской Империи. Мальчику надо было учиться, и его определили в частную школу, в которой он проучился до 17 лет. Любимыми предметами юного Нобеля были физика и химия, определившие его дальнейшую судьбу. В свободное время он находился в фирме своего отца, вникая в его дела.

В 1849 году отец, по рекомендации русского ученого-химика Н.Н. Зинина, отправляет сына изучать углубленно физику и химию в Германию. Затем Альфред Нобель уехал в Париж. После этого он стажировался и работал в Америке на заводе Джона Эриксона - известного изобретателя. Там он изучал особенности изготовление паровых агрегатов: для машин и пароходов.

В 1853 году Альфред Нобель вернулся в Санкт-Петербург. Он начал работать в компании отца, основной деятельностью которой в то время было производство боеприпасов. Именно в этот год началась Крымская война, которая продлилась до 1856 года. В период войны спрос на продукцию Нобеля-старшего был высокий, и компания процветала. Однако после войны дела в семейном бизнесе пошли не очень хорошо: боеприпасы не были нужны России, а детали для пароходов требовались крайне редко. Поэтому семейство Нобелей приняло решение вернуться на Родину - в Стокгольм.

В родных краях Альфред продолжил заниматься наукой в лаборатории, которую специально для него построил отец. В основе опытов лежало приручение нитроглицерина, открытого в 1842 году. Альфред пытался управлять этим опасным веществом, проводя различные эксперименты. Ему удалось сделать капсюль, наполненный ртутью - так получился детонатор. А самым важным открытием его жизни стало изобретение динамита. Он получил его, соединив нитроглицерин с другими веществами. В 1867 году динамит был запатентован Альфредом Нобелем.

Сразу же после этого, Альфред предложил шведским железнодорожникам свое изобретение, которое могло помочь в пробивке тоннелей. Так как ландшафт Швеции скалистый, то предложение было принято "На ура" и значительно ускорило строительство железных дорог.

Первая практика по использованию динамита сделала это вещество популярным. Дальнейшее его использование проводилось в самых различных отраслях и для самых различных целей: Прокладка Коринфского канала в Греции, Удаление подводных скалистых пород в судоходных реках Нью-Йорка. Было расчищено русло Дуная.

Сразу же в Европе и Америке начали расти фабрики по производству динамита. Это начало приносить огромные доходы Альфреду Нобелю, который владел одной пятой частью всего производства взрывчатки.

В 1873 году Альфред уезжает в столицу Франции - Париж. Там он продолжает научную и изобретательскую деятельность. В результате трудов и экспериментов родилось его второе чудо - бездымный порох, названный "баллиститом".

В конце 80-х годов Нобель патентует это изобретение и без раздумий продает свой патент итальянскому правительству. Этот факт огорчил руководство Франции, и в 1891 году Альфреду пришлось уехать из Парижа. Он переехал в Италию и поселился в городе Сан-Ремо.

Альфред Нобель ни разу не был женат. Самая первая и главная история любви в жизни изобретателя началась в Петербурге, когда ему было всего 17 лет. На одном из светских раутов Альфред Нобель встретил девушку Анну Дезри. Она происходила из датского рода и поразила Нобеля не только своей привлекательностью, но и скромностью. Анна Дезри была хороша собой, имела отличное воспитание и неплохие знания в области технических и гуманитарных наук. Первая любовь захлестнула будущего гения, и он с невероятным энтузиазмом стал планировать свадьбу и счастливую личную жизнь. Сама же Анна не отвечала Альфреду взаимностью. Они встречались каждый четверг в доме графини, которая устраивала званые рауты для эмигрантов из разных точек мира, по воле случая оказавшихся в холодной России.. Нобель мог часами разговаривать со своей возлюбленной, раз за разом признаваясь ей в любви. Девушка молчала, поскольку не могла ответить ничего подобного будущему ученому.

Несмотря на то, что Анна Дезри не испытывала к Альфреду Нобелю чувств, они поддерживали дружеские отношения, регулярно ведя светские беседы на званых вечерах в Петербурге. Рано или поздно в этой истории должен был появиться третий человек, который и вызвал все последующие несчастья Альфреда Нобеля, заставив его надолго возненавидеть математику.

Однажды на званом ужине, Альфред заметил, как его возлюбленная живо беседует с молодым человеком. Ранее Нобель никогда не видел Анну Дезри такой улыбчивой, веселой и красивой. Скромная девушка все время покрывалась румянцем, но ни на миг не отходила от красавца, которого звали Франц Лемарж. С этого дня, общение Альфреда Нобеля и Анны Дезри практически полностью сошло на нет.

Девушка игнорировала старого друга, уделяя внимание лишь Лемаржу. Однажды она и вовсе без объяснений покинула будущего ученого, заметив вдалеке Лемаржа. Новый возлюбленный Дезри заметил, в какое неловкое положение она поставила Нобеля, и решил уязвить юношу. Он громко на весь зал спросил, где Нобель занимался математикой, и хорошо ли он владеет знаниями в этой области.

Сам Альфред Нобель обучался математике у лучших преподавателей мира, о чем поспешил заявить Лемаржу. Тот не растерявшись, написал на салфетке легкую математическую задачу и попросил юношу решить ее. Однако Альфред Нобель настолько переволновался, что математические символы стали расплываться у него перед глазами. Не сумев решить задачу, юноша отдал салфетку сопернику, признал свое поражение и с позором ушел со званого вечера.

После этого молодой человек впал в депрессию, подолгу не выходил из своей комнаты, а вскоре и вовсе заболел. Лихорадка длилась несколько дней, а юноша то и дело выкрикивал имя своей возлюбленной. Случившееся разбило сердце юного Нобеля. "С этого дня я больше не нуждаюсь в удовольствиях толп и начинаю изучать великую книгу природы, чтобы понять то, что в ней написано, и извлечь из неё средство, которое могло бы излечить мою боль", - такое решение принял горюющий Альфред. А затем написал поэму "Загадка", в которой рассказал о своей несчастной любви.

Биографы вспоминают о Дезри только в контексте с упоминанием имени самого Альфреда Нобеля. Его трагическая любовь стала шоком для многих исследователей, ведь в памяти современников, образ Нобеля ассоциировался со вздорным характером мужчины, его нелюдимостью и скептицизмом по отношению ко всем окружающим.

Практически у каждого великого ученого, музыканта, писателя была своя муза, возлюбленная, которая помогала гению творить. Вот только Анна Дезри лишь незримо присутствовала в жизни Альфреда Нобеля, оставив неизлечимую рану на его сердце. Именно из-за первой юношеской влюбленности в Дезри, Нобель так и не смог построить нормальные семейные отношения, не встретив достойную женщину.

Следующим выбором Альфреда Нобеля была Сара Бернар. Впервые блистательную актрису 30-летний Нобель увидел на сцене "Комеди Франсез" в Париже. Потрясенный ее талантом, Альфред вновь забыл о данном себе обещании и помчался за кулисы с роскошным букетом. Он пригласил Сару пообедать вместе, она согласилась - так начался их роман. Карьера Бернар, в то время, была на пике, а Альфред уже видел ее заботливой хозяйкой своего дома. Он был сильно увлечен, но сомнения были... Та ли это женщина, что ему нужна? В конце концов, когда Сара отправилась в трехмесячное турне по Америке, он написал письмо своей матери в Швецию, прося совета- вступать ли в брак с актрисой?

Мать ответила: "Сынок, я знаю, во Франции к человеку, загубившему свою жизнь из-за женщины, относятся с сочувствием и сожалением, а сам герой гордится этим. На твоей родине, сын мой, его сочли бы болваном. Бери пример со шведов... Альф, личность актеров состоит из всех ролей, сыгранных ими на сцене, а в основе этой личности лежит что-то аморфное, чему можно придать любую форму. Недаром актеров в старину не разрешали хоронить на кладбище. У них нет души, сыночек!"

Ослушаться матери сын не посмел. Связь с Сарой Бернар была прервана. После разрыва со звездой театра Альфред ушел в работу и прекратил поиски спутницы жизни.

Но в 1874 году в личной жизни ученого наметились перемены. Однажды Альфреду Нобелю подумалось, что он встретил свою мечту. В то время, он жил в Вене. Ему была необходима секретарша, и он дал объявление. Берту Кински Нобель принял сразу. Прекрасно образованная, хорошо знающая музыку и литературу. К тому же Берта интересовалась наукой, политикой. Последним штрихом к идеальному портрету оказалось увлечение лошадьми, которых так любил Нобель.

Мечта вполне могла стать реальностью, если бы... Вот-вот, именно если бы... Нобель полюбил Берту Кински, Берта тоже любила... сына барона фон Зутнера, в семье которого работала гувернанткой при двух сестрах Артура. Аристократка Берта была бесприданницей и не могла рассчитывать на согласие барона. Молодые тайно обручились, но баронесса, узнав об этом, предложила Берте покинуть дом.. Девушка вынуждена была искать работу, и нашла ее у Нобеля. Ей было интересно работать у великого ученого. Но только работать. Она по-прежнему встречалась с Артуром, а в июне 1876 года они обвенчались. Родителям барона ничего не оставалось, как признать этот брак.

В 1876 г. на курорте Нобель познакомился с молодой девушкой из бедной семьи по имени Софи Хесс. Последняя возлюбленная Альфреда Нобеля повергла в шок его родственников и друзей. 20-летняя продавщица цветов Софи не имела ни образования, ни манер, и, главное, была на 23 года младше самого Нобеля. Но Альфред, словно Пигмалион, принялся лепить из нее свою Галатею. Нобель снял для девушки жилье и нанял преподавателей, а Софи ленилась учиться и даже в записках с просьбами купить ей подарок делала ошибки. Нобель пытался помочь ей получить образование и нанял лучших преподавателей, но она не интересовалась уроками. Кроме того, он снял ей квартиру в Париже и выплачивал щедрое содержание. Сначала ученый делал это из чисто альтруистических соображений, но затем влюбился в нее. Однако окружающих он уверял, что между ними нет никаких отношений, кроме дружеских.

Со временем выяснилось, что девушка избалована, капризна и расточительна. Она требовала, чтобы Альфред сделал ее своей женой, и, не дождавшись этого, стала называть себя "мадам Нобель", что вводило многих в заблуждение. Софи Хесс всячески злоупотребляла доверием Нобеля. Трудно судить об их истинных отношениях - их переписка свидетельствует, что ученый во многом относился к этой девушке как к ребенку, не более. Постепенно их взаимная привязанность охладилась из-за трудного характера Софи. Они расстались окончательно. Их отношения длились восемнадцать лет. После расставания с Софи Альфред Нобель окончательно смирился с тем, что останется "абсолютно одиноким, без семьи, в которой мы существуем после нашей смерти, без друзей, которым можно было бы излить сердце".

Каждое утро он выходил из дома в цветочную лавку и покупал букет своих любимых орхидей, а вечерами, сидя в уютном кресле, задумчиво смотрел, как первый луч заходящего солнца играет нежными лепестками. Но женщины побаивались этого хрупкого господина, одетого всегда с аристократической неброскостью. Очень высока была его планка запросов: Нобелю нравились женщины умные и образованные, он искал идеальную любовь, духовную близость. К светским львицам, жаждущих побед, Нобель был добродушно ироничен и поэтому казался неуязвимым.

Он жил отшельником и посвящал себя всецело любимой науке, инженерному мастерству, изобретательству. Нобель свободно владел несколькими языками: французским, русским, английским и немецким. Он стремился к покою и сам никогда не желал прославиться. Поэтому на закате своих дней Нобель посвящал все время своей лаборатории в итальянской Ривьере, построенной под апельсиновой рощей.

В последние месяца он чувствовал сильную усталость, у него развилась стенокардия, его мучили постоянные боли в области сердца.

10 декабря 1896 года, в возрасте 63-х лет, Альфред Нобель умер от кровоизлияния в мозг. Легендарная фигура, окруженная ореолом таинственности и мистики, владелец более чем 90 заводов в 20 странах, 355 патентов, он умрет в одиночестве. Человек с хорошими языковыми навыками, на смертном одре не в состоянии говорить на своем родном языке - шведском, - языке, который никто вокруг него не знает. Он умер, как и предрекал себе в одном из писем, "в окружении нанятых слуг, когда рядом не будет ни одной родной души". Он был похоронен на Родине - в Стокгольме.

Ещё в 1888 году один французский репортер опубликовал в газете новость о смерти Альфреда Нобеля по ошибке. На самом деле, в этот год умер один из его братьев - Людвиг. Увидев статью в газете про себя, как писали о нем журналисты - "миллионер на крови", "динамитный король", "торговец смертью", - Альфред был сильно впечатлен.

Он был пацифистом по своей натуре и не хотел оставаться в памяти человечества злодеем мирового масштаба. Именно поэтому 27 ноября 1895 года он написал свое завещание:

"Я, нижеподписавшийся, Альфред Бернхард Нобель, обдумав и решив, настоящим объявляю моё завещание по поводу имущества, нажитого мною... Капитал мои душеприказчики должны перевести в ценные бумаги, создав фонд, проценты с которого будут выдаваться в виде премии тем, кто в течение предшествующего года принёс наибольшую пользу человечеству.

Указанные проценты следует разделить на пять равных частей, которые предназначаются: первая часть тому, кто сделал наиболее важное открытие или изобретение в области физики, вторая - в области химии, третья - в области физиологии или медицины, четвертая - создавшему наиболее значительное литературное произведение, отражающее человеческие идеалы, пятая - тому, кто внесет весомый вклад в сплочение народов, уничтожение рабства, снижение численности существующих армий и содействие мирной договоренности.

...Мое особое желание заключается в том, чтобы на присуждение премий не влияла национальность кандидата, чтобы премию получали наиболее достойные, независимо от того, скандинавы они или нет".

Нобелевский комитет создали в 1900 году. В него всегда входили самые авторитетные и талантливые учёные. Но, при присуждении премии бывают и курьёзы. В 1921 году Нобелевский комитет по физике не наградил премией Альберта Эйнштейна. На следующий год Эйнштейн премию получил, но не за теорию относительности, а за открытие закона фотоэффекта.

Не получил премию за открытие периодическую систему элементов Дмитрий Менделеев. Премию по литературе не получил великий русский писатель Лев Толстой.

Всего же с момента её основания и до 2010 года премию получили 806 человек. Из них: 320 американцев, 119 англичан, 103 немца, 57 французов. В России нобелевских лауреатов всего 16.


## Глава 4. ТЕХНИКА.


Прогресс цивилизации происходит не только благодаря открытиям учёных, но и изобретателям и энтузиастам.

Трудно сказать, как изобретателями порой становятся ничем не примечательные люди. По данным американского психолога Элиса Пола Торренса, изучавшего развитие творческих способностей, около 30% детей, отчисленных из школ за неспособность, неуспеваемость и даже глупость, составляют дети одарённые и сверходарённые. Таким детям просто неинтересен стандартный набор школьных дисциплин.

Например, слабый и болезненный Исаак Ньютон в школе учился очень плохо. Учителя считали его лентяем и тупицей, одноклассники дразнили и придумывали всякие издевательства. Как-то один парень сильно побил его. После этого Ньютон решил отомстить всем своим обидчикам, став лучшим учеником в классе. А потом и знаменитым физиком.

Из юного Альберта Эйнштейна, по мнению окружающих, не могло получиться ничего путного. Мальчик поздно научился говорить, в школу пошёл позже своих сверстников. А в 15 лет его и вовсе отчислили за неуспеваемость.

В частной школе св. Георга в Аскоте будущий премьер-министр Уинстон Черчилль тоже не достиг успехов. Учителя пытались вдолбить науку нерадивому ученику с помощью длинной указки, которой его нещадно били. Это не помогло и спустя 2 года родители забрали парня домой. Через какое-то время была предпринята вторая попытка: Уинстона определили в частную среднюю школу Хэрроу. Но и там он числился в самом хвосте неуспевающих.

Автор Периодической системы Дмитрий Менделеев несколько раз сдавал приёмные экзамены в университет. И проваливался он именно на химии.

Творцу немецкой классической философии Вильгельму Фридриху Гегелю в свидетельстве об окончании университета написали, что он "молодой человек со здравыми суждениями, но не отличается красноречием и в философии никак себя не проявил".

Писатель Николай Гоголь не умел писать сочинения. Учителя стабильно ставили ему двойки. Не интересовала изящная словесность и молодого гимназиста Александра Блока. Родители даже вынуждены были нанять ему репетитора по русскому языку.

У маленького Иосифа Бродского по окончании седьмого класса в аттестате были 4 двойки: по математике, физике, химии и английскому. А когда его оставили на второй год, он и вовсе бросил учёбу и устроился на завод фрезеровщиком.

Основатель компании Microsoft и один из трёх самых богатых людей планеты Билл Гейтс в школе тоже был двоечником. Родители готовы были платить нерадивому ребёнку по 25 центов за каждую хорошую оценку. Но за год Биллу удалось заработать не более пяти долларов. И так продолжалось до тех пор, пока в школе не появилась ЭВМ.

Как писал Антуан де Сент-Экзюпери, во многих детях "убивают Моцарта".

Будущего изобретателя Томаса Эдисона в 7 лет отдали в частную школу некоего Реверенда Дж.Б.Ингла. Тот практиковал своеобразный способ обучения: заставлял воспитанников заучивать наизусть длинные куски текста и нещадно бил и нещадно бил их линейкой по пальцам. К концу первого месяца Томас стал круглым двоечником. Когда родителей вызвали в школу, учитель заявил матери Эдисона, что её сын совершенно не способен к обучению по причине умственной отсталости и рекомендовал забрать его домой. Больше Томас не переступал порога общеобразовательных заведений. Мать сама научила его читать.

Родился Томас Альва Эдисон 11 1847 в Майлене, штат Огайо. Аль - как называли Томаса Альву в детстве, был маленького роста и выглядел немного хилым. Однако он очень интересовался окружавшей его жизнью: наблюдал за пароходами и баржами, за работой плотников, за спуском лодок на верфи или же тихо сидел часами в уголке, копируя надписи на вывесках складов. В 1854 году Эдисоны переехали в Порт-Гурон (штат Мичиган), расположенный у нижней части озера Гурон. Здесь Альва в течение трёх месяцев посещал школу.

После описанного эпизода и ухода из школы Эдисон часто посещал Народную библиотеку Порт-Гурона. До двенадцатилетнего возраста он успел прочитать "Историю возвышения и упадка Римской империи" Гиббона, "Историю Великобритании" Юма, "Историю реформации" Бертона. Однако свою первую научную книгу будущий изобретатель прочитал ещё в девять лет. Это была "Натуральная и экспериментальная философия" Ричарда Грина Паркера, содержащая почти все научно-технические сведения того времени. С течением времени он проделал почти все эксперименты, описанные в книге.

С детства Эдисон помогал матери продавать фрукты и овощи. Однако карманных денег, зарабатывавшихся таким способом, оказывалось недостаточно для его опытов, особенно химических. Поэтому в 1859 году Томас устраивается газетчиком на железнодорожной линии, соединяющей Порт-Гурон и Детройт. Заработок молодого Эдисона достигал 8-10 долларов в месяц (около 300 долларов в ценах 2017 г.). Он продолжает увлекаться книгами и химическими опытами, для проведения которых добивается разрешения устроить свою лабораторию в багажном вагоне поезда.

Эдисон пользовался любой возможностью увеличить спрос на продаваемые им газеты. Так, когда в 1862 году главнокомандующий северной армией потерпел серьёзное поражение, Томас просит телеграфиста передать краткое сообщение о сражении в Порт-Гурон и на все промежуточные станции. В итоге ему удалось увеличить продажи газет на этих станциях в несколько раз. Немного позже он становится издателем первой поездной газеты. Также в это время у Эдисона появился интерес к электричеству.

В августе 1862 года Эдисон спасает от движущегося вагона сына начальника одной из станций. Начальник предложил в благодарность обучить его телеграфному делу. Так состоялось его знакомство с телеграфом. Он сразу же устраивает первую свою телеграфную линию между своим домом и домом товарища. Вскоре в вагоне Томаса случился пожар, и кондуктор выбросил Эдисона с его лабораторией.

В 1863 году Эдисон становится телеграфистом ночной смены на станции с жалованьем в 25 долларов в месяц. Здесь ему удается автоматизировать часть работы и спать на рабочем месте, за что он вскоре получает строгий выговор. Вскоре по его вине чуть не столкнулись два поезда. Том вернулся в Порт-Гурон к родителям.

В 1864 году Томас поступает на работу телеграфистом дневной смены в Форт-Уэйне. Уже через два месяца перебирается в Индианаполис и находит работу в телеграфной компании "Вестерн Юнион". 11 февраля 1865 года Тому исполнилось восемнадцать лет. К этому времени он уже переехал в Цинциннати, где также служил телеграфистом в компании "Вестерн Юнион".

Здесь он получил квалификацию оператора первого класса с жалованьем 125 долларов. Из Цинциннати Томас перебрался в Нашвилл, оттуда в Мемфис, а затем в Луисвилл. В Луисвилле он продолжил свои многочисленные эксперименты, испортил кабинет управляющего кислотой и был вынужден снова переехать в Цинциннати, а оттуда домой в Порт-Гурон. Зимой 1868 года Томас устраивается на работу в Бостонское отделение "Вестерн Юнион".

Всё это время Эдисон мало заботится об одежде и быте, тратя все деньги на книги и материалы для опытов. Именно в Бостоне Эдисон впервые познакомился с произведениями Фарадея, которые имели огромное значение для всей его будущей деятельности.

Кроме того, именно в эти годы Эдисон пытается получить свой первый патент в Патентном бюро. Он разрабатывает "электрический баллотировочный аппарат" - специальный прибор для подсчёта поданных голосов "да" и "нет". Демонстрация аппарата перед особой парламентской комиссией закончилась неудачно из-за нежелания парламента отказаться от бумажного подсчёта. В 1868 году Эдисон отправляется в Нью-Йорк, чтобы продать там ещё одно своё изобретение - аппарат для автоматической записи биржевых курсов. Однако, и эти надежды не оправдались. Эдисон возвращается в Бостон.

Весной 1869 года, приехав в Нью-Йорк, Эдисон направился в телеграфную контору "Вестерн Юнион", рассчитывая устроиться на работу. Денег практически не осталось. Благодаря знакомым ему удаётся найти место для ночлега в обществе по производству механических сигнализаторов цен на золото. Эдисон изучает аппараты сигнализации. Помощь в устранении поломки обеспечивает его постоянной работой по технической эксплуатации устройств.

Но очень скоро Эдисона перестает устраивать должность служащего. 1 октября 1869 года он организовывает общество "Поп, Эдисон и компания". Он усовершенствовал систему телеграфирования биржевых бюллетеней о курсе золота и акций путём применения биржевого тикера. Общество "Голд энд Стокк телеграф компани" купило его разработку за 40 тысяч долларов, в то время как жалованье Эдисона, когда он был работником, составляло всего 300 долларов в месяц.

На полученные деньги Эдисон покупает оборудование для изготовления биржевых тикеров и открывает собственную мастерскую в Ньюарке, недалеко от Нью-Йорка. В 1871 году он открывает ещё две новые мастерские. Всё время он посвящает работе. Впоследствии Эдисон рассказывал, что до пятидесятилетнего возраста он работал в среднем по 19 с половиной часов в сутки.

Нью-йоркское общество "Автоматического телеграфа" предложило Эдисону усовершенствовать систему автоматической телеграфии, основанную на перфорировании бумаги. Изобретатель решает поставленную задачу и получает вместо максимальной скорости передачи на ручном аппарате, равной 40-50 словам в минуту, скорость автоматических аппаратов около 200 слов в минуту, а позднее до 3 тысяч слов в минуту.

Во время работы над этой задачей Томас знакомится со своей будущей женой Мэри Стиллвелл. Однако, свадьбу пришлось отложить, потому что в апреле 1871 года умерла мать Эдисона. Свадьба Томаса и Мэри состоялась в декабре 1871 года. В 1873 году у пары родилась дочь, которую назвали Марион в честь старшей сестры Тома. В 1876 году родился сын, которого назвали Томас Альва Эдисон-младший.

После краткого пребывания в Англии Эдисон начинает работать над дуплексной и квадруплексной телеграфией. Принцип квадруплекса (двойного дуплекса) был известен раньше, но практически задача была разрешена Эдисоном в 1874 году и является величайшим его изобретением. В 1873 году братья Ремингтон купили у Эдисона усовершенствованную модель пишущей машинки системы Шольза и впоследствии стали широко выпускать пишущие машинки под маркой "Ремингтон".

За три года (1873-1876) Томас сорок пять раз обращался за новыми патентами на свои изобретения. Также в эти годы отец Эдисона переехал к нему и взял на себя роль хозяйственного помощника своему сыну. Для изобретательской деятельности нужна была большая, хорошо оборудованная лаборатория, поэтому в январе 1876 года началось её строительство в Менло-Парке недалеко от Нью-Йорка.

Менло-Парк - небольшая деревушка, куда в 1876 году переселился Эдисон, - в течение ближайшего десятилетия приобрел мировую известность. Эдисон получает возможность работать в настоящей, оборудованной лаборатории. Начиная с этого момента изобретательство, становится его основной профессией.

К первым работам Эдисона в Менло-Парке относится телефония. Компания "Вестерн Юнион", обеспокоенная угрожавшей конкуренцией телеграфу, обратилась к Эдисону. Испробовав множество вариантов, изобретатель создал первый практически действующий телефонный микрофон, а также ввел в телефон индукционную катушку, что значительно усилило звук телефона. За своё изобретение Эдисон получил от "Вестерн Юнион" 100 тыс. долларов.

В 1877 году Эдисон зарегистрировал в Бюро изобретений фонограф. Появление фонографа вызвало всеобщее изумление. Демонстрация первого устройства была немедленно осуществлена в редакции журнала "Сайнтифик Америкэн".

Похдравляя изобретателя его друзья сказали:

-- Томас, вы сделали великое изобретение - создали первую в мире говорящую машину.

-- Нет, нет, - возразил Эдисон, - первую говорящую машину создал Господь Бог из ребра Адама и назвал её женщиной. И это было очень красивое создание. Нозато у моей машины есть одно очень важное преимущество: её можно в любой момент выключить.

Сам изобретатель видел одиннадцать перспективных областей для применения фонографа: запись писем, книги, обучение красноречию, воспроизведение музыки, семейные записки, запись речей, область реклам и объявлений, часы, изучение иностранных языков, запись уроков, соединение с телефоном.

В 1878 году Эдисон посетил Ансонии Вильяма Валаса, который работал над электрическими дуговыми лампами с угольными электродами. Валас подарил Эдисону динамо-машину вместе с комплектом дуговых ламп. После этого Томас начинает работу в направлении усовершенствования ламп. В апреле 1879 года изобретатель установил решающее значение вакуума при изготовлении ламп.

А уже 21 октября 1879 года Эдисон закончил работу над лампочкой накаливания с угольной нитью, ставшей одним из крупнейших изобретений XIX века. Величайшая заслуга Эдисона была не в разработке идеи лампы накаливания, а в создании практически осуществимой, широко распространившейся системы электрического освещения с прочной нитью накала, с высоким и устойчивым вакуумом и с возможностью одновременного использования множества ламп.

В канун 1878 года, выступая с речью, Эдисон сказал: "Мы сделаем электричество настолько дешёвым, что только богатые будут жечь свечи". В 1878 году Эдисон вместе с Дж. П. Морганом и другими финансистами основал в Нью-Йорке компанию Edison Electric Light, которая к концу 1883 года выпускала 3/4 ламп накаливания в США.

В 1882 году Эдисон построил первую в Нью-Йорке распределительную подстанцию, обслуживавшую улицу Pearl Street и 59 клиентов в Манхэттене, и основал компанию Edison General Electric по изготовлению электрогенераторов, лампочек, кабелей и осветительных приборов.

Чтобы завоевать рынок, Эдисон установил продажную цену лампочки 40 центов при её себестоимости 110 центов. Четыре года Эдисон увеличивал выпуск лампочек, снижая их себестоимость, однако терпел убытки. Когда себестоимость лампы упала до 22 центов, а их выпуск вырос до 1 млн. штук, он за один год покрыл все затраты. В 1892 году компания Эдисона объединилась с другими компаниями в General Electric.

Ошибочно считать создателем лампы накаливания только Эдисона. Честь изобретения также принадлежит русскому изобретателю Лодыгину Александру Николаевичу. Лодыгин был первым, кто догадался выкачать из стеклянной ламповой колбы воздух, а потом и нить накаливания предложил делать не из угля или обугленных волокон, а из тугоплавкого вольфрама.

Эдисон же рассылал своих сотрудников по всему свету в поисках подходящего волокнистого материала для нити. Но именно Эдисон придумал современную форму лампы, винтовой цоколь с патроном, вилку, розетку, предохранители. Он многое сделал для массового применения электроосвещения.

В 1884 году Эдисон принял на работу молодого сербского инженера Николу Теслу, в обязанность которого входил ремонт электродвигателей и генераторов постоянного тока. Тесла предлагал для генераторов и силовых установок использовать переменный ток. Эдисон довольно холодно воспринимал новые идеи Теслы, постоянно возникали споры. Тесла утверждает, что весной 1885 года Эдисон пообещал ему 50 тыс. долларов (по тем временам сумма примерно эквивалентная 1 млн. современных долларов), если у него получится конструктивно улучшить электрические машины постоянного тока, придуманные Эдисоном.

Никола активно взялся за работу и вскоре представил 24 разновидности машины Эдисона на переменном токе, новый коммутатор и регулятор, значительно улучшающие эксплуатационные характеристики. Одобрив все усовершенствования, в ответ на вопрос о вознаграждении Эдисон отказал Тесле, мол, эмигрант пока плохо понимает американский юмор.

Оскорблённый Тесла немедленно уволился. Через пару лет Тесла открыл по соседству с Эдисоном собственную "Tesla Electric Light Company". Эдисон начал широкую информационную кампанию против переменного тока, утверждая, что тот опасен для жизни.

Кинетоскоп (от греческого "кинетос" - движущийся и "скопио" - смотреть) - оптический прибор для показа движущихся картинок, изобретён Эдисоном в 1888 году. Патент описывал формат киноплёнки с перфорацией (шириной 35 мм с перфорацией по краю - 8 дырочек на кадр) и механизм покадровый протяжки. Смотреть фильм мог один человек через специальный окуляр - это был персональный кинотеатр.

Кинематограф братьев Люмьер использовал тот же тип плёнки и аналогичный протяжный механизм. В США Эдисон начал "войну патентов", обосновывая свой приоритет на плёнку с перфорацией и требуя за её использование отчислений. Когда Жорж Мельес направил в США несколько копий своего фильма "Путешествие на Луну", компания Эдисона пересняла фильм и начала десятками продавать копии. Эдисон считал, что таким образом возмещает плату за патент, так как фильмы Мельеса были сняты на плёнку с перфорацией. "Путешествие на Луну" позволило открыть первый постоянный кинотеатр в Лос-Анжелесе, одно из предместий которого называлось Голливудом.

Вообще Эдисон является автором многочисленных важнейших изобретений: в течение жизни Эдисона Бюро патентов в США выдало ему 1093 патента.

Последние 10 лет жизни Томас Эдисон особо интересовался тем, что принято называть "оккультизмом", и загробной жизнью и проводил соответствующие эксперименты. Вместе с коллегой Уильямом Динуди (William Walter Dinwiddie, 1876-1920) пытался записывать голоса умерших и заключил с ним "электрический пакт", по которому оба клятвенно обещали, что первый, умерший из них попытается послать другому сообщение из мира ушедших.

Когда коллега Dinwiddie умер в октябре 1920 года, 73-летний Эдисон дал интервью журналисту Форбсу , в котором уведомил публику о своих трудах по созданию аппарата для общения с умершими - "некрофона". Об этом также свидетельствует последняя глава его мемуаров - "Потустороннее царство" (США, 1948), изданная отдельной книгой во Франции (2015). В ней Эдисон затрагивает вопросы существования души, истоков человеческой жизни, функционирования нашей памяти, спиритизма и технических возможностей общения с усопшими.

Томас Эдисон умер от осложнений сахарного диабета 18 октября 1931 года в своем доме в Уэст-Ориндж, Нью-Джерси, который он приобрел в 1886 году в качестве свадебного подарка для Мины Миллер. Эдисон был похоронен на заднем дворе своего дома.


Известный немецкий инженер, изобретатель, учёный, промышленник, Эрнст Вернер фон Сименс был основателем фирмы Siemens.

Вернер Сименс родился 13 декабря 1816 года в Ленте близ Ганновера. Он был 4 ребёнком из 14 в семье фермера Христиана-Фердинанда Сименса и его супруги. Читать и писать Вернер научился благодаря стараниям своей сестры Матильды и бабушки. В 1832 году он уехал в Любек для учёбы в старших классах гимназии, где увлёкся естественными науками. Но отец хотел, чтобы Вернер поступил в военное училище, и с годами дослужился в прусской армии до генерала.

До Берлина Вернер добрался пешком, экономя выданные ему скудные отцовские деньги. В прусскую королевскую гвардию сына бедного фермера не взяли. Но он смог поступить в артиллерийское училище в Мальденбурге, где математику, физику и химию преподавали учёные с мировым именем - Ом, Магнус и Эрдман.

После смерти родителей 24-летний Вернер остаётся старшим в семье, состоящей из десяти братьев и сестёр. Через 2 года Вернер вместе с окончившими гимназию Карлом Вильгельмом и Карлом Генрихом основал первое коммерческое предприятие Сименсов - небольшую механическую мастерскую. Занималась она гальванопластикой, изобретённой к этому времени русским учёным Борисом Якоби. Через год, во время нахождения на гауптвахте за дуэль, Вернер изобрёл метод гальванического покрытия золотом и серебром.

Дела пошли в гору, но тут фабрику пришлось закрыть, т.к. армейское начальство Вернера не поощряло его коммерческой деятельности. Вскоре 20-летний Карл Вильгельм продал за 1,5 тысячи фунтов патент в Англию. Первым изобретением его был электрический пирометр. Самым известным его достижением было создание регенеративной печи, приведшее к созданию мартеновской печи. В 1844 году он и сам перебрался туда и открыл филиал семейной фирмы. 23 июля 1859 года он женился на Энн Гордон, младшей дочери писателя Иосифа Гордона.

Вернер Сименс в 1845 г. становится одним из наиболее заметных молодых учёных в недавно образованном Физическом обществе и уже в следующем году его откомандировывают в комиссию генштаба для подготовки внедрения электротелеграфии, которую он изобрёл.

1 октября 1847 г. им вместе с механиком Гальске была основана телеграфно-строительная фирма Telegraphenbauanstalt Siemens & Halske (S&H), занимающаяся кроме электротелеграфии широким кругом работ в области точной механики и оптики, а также созданием электромедицинских аппаратов. В 1849 г. фирма S&H построила первую в Германии телеграфную линию Берлин - Франкфурт-на-Майне.

Для одного из участков в основном воздушной линии был использован подземный кабель с гуттаперчевой изоляцией, наложенной с помощью изобретенного Сименсом пресса. Тогда же Вернер предложил затягивать кабель в свинцовые трубы.

Он также усовершенствовал стрелочный телеграф Уитстона-Кука, за что на Первой Международной промышленной выставке в Англии (1851 г.) был удостоен одной из высших наград.

Начиная с 1853 г. фирма S&H вела строительство ряда телеграфных линий в России, связав Санкт-Петербург с Кронштадтом, Гельсингфорсом, Варшавой, Ригой, Ревелем и приняв на себя их техническое обслуживание.

Сименс, сочетая научные исследования и изобретательскую деятельность с опытно-конструкторскими разработками, внедрял в производство новые и совершенствовал выпускаемые изделия - черта, роднившая этого учёного-практика с Эдисоном.

Его доклад об электротелеграфии в Парижской академии наук был высоко оценён Гумбольдтом и опубликован по рекомендации Араго. В возрасте 35 лет Сименс вошёл в ряды всемирно признанных авторитетов в области электротехники. В 1860 г. Берлинский университет присвоил ему звание почётного доктора философии.

В 1868-1870 гг. фирма S&H участвовала в сооружении Индоевропейской телеграфной линии Лондон - Калькутта протяжённостью 11 000 км. Один из участков этой линии (через Кавказ) был построен на железных опорах и проработал с 1871 по 1931 г.

Ко второй половине 1860-х годов относится начало работ Сименса в области сильноточной электротехники. Его самое значительное достижение в этой области датируется 1867 г., когда он создал совершенную конструкцию генератора постоянного тока с самовозбуждением, долгое время именовавшуюся динамо-машиной. Он же предложил ртутную единицу сопротивления, впоследствии преобразованную в ом, а единице электрической проводимости было присвоено наименование "сименс".

В начале 1870-х годов S&H построила кабельное судно "Фарадей", оснащённое усовершенствованной кабелеукладочной машиной. В 1874 г. "Фарадей" проложил трансатлантический телеграфный кабель, напрямую связавший Ирландию и США (5700 км), минуя остров Ньюфаундленд. А всего за 10 лет это судно проложило шесть трансатлантических кабелей.

В июле 1874 года Сименс был принят в члены Прусской академии наук.

В 1877 году фирма S&H изготовляла телефонные трубки Белла, а в 1881 г. участвовала в строительстве первой в Берлине телефонной станции.

Почти всеми успехами предприятия Сименса обязаны исследовательским и изобретательским способностям своего руководителя. Он отклонял всё, что не было всесторонне рассмотрено теоретически и подтверждено экспериментом.

Динамо-машина Сименса произвела настоящую революцию в горном деле, благодаря ей появились электроотбойный молоток, шахтный электровентилятор, электротранспортёр и, главное, электрическая рудничная дорога.

В 1879 году фирма S&H представила на берлинской промышленной выставке первую электрическую железную дорогу; в 1880 г. на выставке в Мангейме - первый в мире электролифт; в 1881 г. ею построена первая линия электрического трамвая на окраине Берлина; в 1882 году начата опытная эксплуатация безрельсового транспорта.

Сименс много сделал для развития немецкой и европейской электротехники. Он - инициатор образования Берлинского электротехнического союза (1879 г.), а также основатель и председатель Общества патентов в Берлине. И даже термин электротехника ввёл в обиход именно Вернер фон Сименс, употребив его в 1879 году в письме к Генриху фон Стефану, Генеральному Почтмейстеру Германии .

Кроме того, Вернер Сименс известен как меценат в области науки и культуры: он пожертвовал 500 тыс. марок на создание Берлинской национальной физико-технической лаборатории; благодаря его усилиям и денежной поддержке в Шарлоттенбурге открылся Физико-технический институт.

На Первой Международной электротехнической выставке в Париже в 1881 г. наибольший успех выпал на долю экспонатов Эдисона и Сименса. Там же оба корифея электротехники познакомились и подружились.

В 1882 году был избран членом-корреспондентом Петербургской академии наук. В 1888 г. Вернер Сименс был возведён в дворянское сословие и стал Вернером фон Сименсом.

С 1889 года начался постепенный отход Вернера Сименса от активного участия в делах фирмы, в это время в его фирме, включая дочерние предприятия в Лондоне, Санкт-Петербурге и Вене, насчитывалось уже 5000 сотрудников. 31 декабря 1889 года Сименс вышел из руководства фирмой.

В 1892 г. он изобрёл стальную ленточную броню для защиты подземных кабелей от механических воздействий.

В конце жизни с присущим ему даром реального предвидения Сименс указал на перспективу мировой торговли и экономического объединения Европы: "Это может произойти только благодаря устранению по возможности всех внутриполитических таможенных барьеров, ограничивающих районы сбыта, удорожающих производство и уменьшающих конкурентоспособность на мировом рынке".

К 1892 году, когда Вернер Сименс умер, его фирма, обосновавшаяся в десятке стран, превратилась в предприятие с многомиллионным оборотом и несколькими тысячами работников. После смерти Вернера Сименса компания перешла под управление его младшего брата Карла, который в 1897 году преобразовал её в акционерное общество.

Женитьба Карла Генриха на дочери обрусевшего немецкого купца и опыт общения с русскими помог ему установить неформальные связи с членами царского правительства. В 1912 году фирмой Сименса был построен петербургский завод "Электросила", а газовое уличное освещение заменено электрическим. С годами фирма строила электростанции и трамвайные линии в Одессе, Харькове, Ростове-не-Дону. Она поставила оборудование для Великого сибирского пути, очищала воду в реках.

Очистка воды хлором показалась немецким предпринимателям чересчур "жёсткой". В начале ХХ века фирма Siemens & Halske (S&H) начала стерилизовать воду озоном. Карл Сименс изобрёл спиртометр для измерения крепости спиртных напитков.

Карлу помогали его братья Отто и Вальтер. В 1860 году Вальтер возглавил филиал фирмы на Кавказе. Фирма внесла огромный вклад в развитие промышленности на Кавказе, проложила телеграфную сеть общей протяжённостью в 5 500 километров. Кавказ был соединён с основными российскими и персидскими линиями, а также с Чёрным и Каспийским морями.

В 1904 году Карл Сименс ушёл в отставку. За его службу России царём Николаем Вторым он был посвящён в дворянство. В период с 1914 по 1918 годы деятельность российского филиала фирмы по понятным причинам была приостановлена. За годы войны фирма Сименс потеряла почти все свои зарубежные рынки. Но уже в 1919 году фирма оказала поддержку советскому правительству, взявшему курс на электрификацию. Один из сподвижников Ленина Леонид Красин до революции был техническим директором заводов Сименс в Петербурге.

Красин активно участвовал в возобновлении контактов компании. В результате фирма получила новые контракты, в том числе в подготовке строительства Днепрогэса. И все последующие годы фирма Сименс остаётся транснациональным концерном, работающим в области электротехники, электроники, транспорта и связи.


Известный изобретатель в области электротехники и радиотехники Никола Тесла родился 10 июля 1856 года. Семья Теслы жила в селе Смилян в 6 км от города Госпич, главного города исторической провинции Лика, входившей в то время в состав Австрийской империи. Отец - Милутин Тесла (1819-1879), священник Сремской епархии сербской православной церкви, серб. Мать - Георгина (Джука) Тесла (1822-1892), в девичестве Мандич, была дочерью священника.

Первый класс начальной школы Никола закончил в Смилянах. В 1862 году отец семейства получил повышение сана, и семья Теслы переехала в Госпич, где Никола завершил оставшиеся три класса начальной школы, а затем и трёхлетнюю нижнюю реальную, которую окончил в 1870 году. Осенью того же года Никола поступил в Высшее реальное училище в городе Карловац. Он жил в доме у своей тёти, двоюродной сестры отца, Станки Баранович.

В июле 1873 года Н. Тесла получил аттестат зрелости. Несмотря на наказ отца, Никола вернулся к семье в Госпич, где была эпидемия холеры, и тут же заразился. Ему с детства была предназначена стезя священника. Но во время длительной болезни сына, отец пообещал, что когда он поправится, то разрешит изучать инженерное дело. Николу вылечила одна старая женщина с помощью отвара из бобов.

Выздоровевшего Николу Теслу должны были вскоре призвать на трёхлетнюю службу в Австро-Венгерской армии. Родственники сочли его недостаточно здоровым и спрятали в горах. Назад он вернулся лишь в начале лета 1875 года.

В том же году Никола поступил в высшее техническое училище в Граце (в настоящее время - Грацский технический университет), где стал изучать электротехнику.

Наблюдая за работой машины Грамма на лекциях по электротехнике, Тесла пришёл к мысли о несовершенстве машин постоянного тока, однако профессор Яков Пешль подверг его идеи резкой критике, перед всем курсом прочитав лекцию о неосуществимости использования переменного тока в электродвигателях.

17 (29) апреля 1879 умер отец Николы.

Тесла устроился преподавателем в реальную гимназию в Госпиче, ту, в которой он учился. Работа в Госпиче его не устраивала. У семьи было мало денег, и только благодаря финансовой помощи от двух своих дядей, Петара и Павла Мандич, молодой Тесла смог в январе 1880 года уехать в Прагу, где поступил на философский факультет Пражского университета.

Он проучился всего один семестр и был вынужден искать работу.

До 1882 года Тесла работал инженером-электриком в правительственной телеграфной компании в Будапеште, которая в то время занималась проведением телефонных линий и строительством центральной телефонной станции. В феврале 1882 года Тесла придумал, как можно было бы использовать в электродвигателе явление, позже получившее название вращающегося магнитного поля.

Работа в телеграфной компании не давала Тесле осуществить свои замыслы по созданию электродвигателя переменного тока.

В конце 1882 года он устроился в Континентальную компанию Эдисона (Continental Edison Company) в Париже. Одной из наиболее крупных работ компании было сооружение электростанции для железнодорожного вокзала в Страсбурге.

В начале 1883 года компания направила Николу в Страсбург для решения ряда рабочих проблем, возникших при монтаже осветительного оборудования новой железнодорожной станции. В свободное время Тесла работал над изготовлением модели асинхронного электродвигателя, а в 1883 году демонстрировал работу двигателя в мэрии Страсбурга.

К весне 1884 года работы на страсбургской ж/д станции были закончены, и Тесла вернулся в Париж, ожидая от компании премии в размере 25 тыс. долларов. Попробовав получить причитающиеся ему премиальные, он понял, что этих денег ему не видать и, оскорблённый, уволился. Но это был не единственный случай, когда молодого изобретателя обманывали.

6 июля 1884 года Тесла прибыл в Нью-Йорк. Он устроился на работу в компанию Томаса Эдисона (Edison Machine Works) в качестве инженера по ремонту электродвигателей и генераторов постоянного тока.

Эдисон довольно холодно воспринимал новые идеи Теслы и всё более открыто высказывал неодобрение направлением личных изысканий изобретателя. Весной 1885 года Эдисон пообещал Тесле 50 тыс. долларов (по тем временам сумма, примерно эквивалентная 1 млн. современных долларов), если у него получится конструктивно улучшить электрические машины постоянного тока, придуманные Эдисоном.

Никола активно взялся за работу и вскоре представил 24 разновидности машины Эдисона, новый коммутатор и регулятор, значительно улучшающие эксплуатационные характеристики. Одобрив все усовершенствования, в ответ на вопрос о вознаграждении Эдисон отказал Тесле, заметив, что иммигрант пока плохо понимает американский юмор. Оскорблённый Тесла немедленно уволился.

Проработав всего год в компании Эдисона, Тесла приобрёл известность в деловых кругах. Узнав о его увольнении, группа электротехников предложила Николе организовать свою компанию, связанную с вопросами электрического освещения. Проекты Теслы по использованию переменного тока их не воодушевили, и тогда они изменили первоначальное предложение, ограничившись лишь предложением разработать проект дуговой лампы для уличного освещения.

Через год проект был готов. Вместо денег предприниматели предложили изобретателю часть акций компании, созданной для эксплуатации новой лампы. Такой вариант не устроил изобретателя, компания же в ответ постаралась избавиться от него, попытавшись оклеветать и опорочить Теслу.

В 1886 году с осени и до весны изобретатель вынужден был перебиваться на подсобных работах. Он занимался рытьём канав, "спал, где придётся, и ел, что найдёт". В этот период он подружился с находившимся в подобном же положении инженером Брауном, который смог уговорить нескольких своих знакомых оказать финансовую поддержку Тесле.

В апреле 1887 года созданная на эти деньги "Tesla Electric Company" начала заниматься обустройством уличного освещения новыми дуговыми лампами. Вскоре перспективность компании была доказана большими заказами из многих городов США. Для самого изобретателя компания была лишь средством к достижению заветной цели.

Под офис своей компании в Нью-Йорке Тесла снял дом на Пятой авеню неподалёку от здания, занимаемого компанией Эдисона. Между двумя компаниями развязалась острая конкурентная борьба, известная под названием "Война токов".

В июле 1888 года известный американский промышленник Джордж Вестингауз выкупил у Теслы более 40 патентов, заплатив в среднем по 25 тысяч долларов за каждый. Вестингауз также пригласил изобретателя на должность консультанта на заводах в Питтсбурге, где разрабатывались промышленные образцы машин переменного тока. Работа не приносила изобретателю удовлетворения, мешая появлению новых идей. Несмотря на уговоры Вестингауза, через год Тесла вернулся в свою лабораторию в Нью-Йорке.

В 1888-1895 годах Тесла занимался исследованиями магнитных полей высокой частоты. Эти годы были наиболее плодотворными: он получил множество патентов на изобретения. Руководство Американского института электроинженеров пригласило Теслу прочитать лекцию о своих работах. 20 мая 1892 года он выступил перед выдающимися электротехниками того времени и имел большой успех.

С 1889 года Никола Тесла приступил к исследованиям токов высокой частоты и высоких напряжений. Изобрёл первые образцы электромеханических генераторов ВЧ (в том числе индукторного типа) и высокочастотный трансформатор (трансформатор Теслы, 1891), создав тем самым предпосылки для развития новой отрасли электротехники - техники ВЧ.

В ходе исследований токов высокой частоты Тесла уделял внимание и вопросам безопасности. Экспериментируя на своём теле, он изучал влияние переменных токов различной частоты и силы на человеческий организм. Многие правила, впервые разработанные Теслой, вошли в современные основы техники безопасности при работе с ВЧ-токами. Он обнаружил, что при частоте тока свыше 700 Гц электрический ток протекает по поверхности тела, не нанося вреда тканям организма. Электротехнические аппараты, разработанные Теслой для медицинских исследований, получили широкое распространение в мире.

Эксперименты с высокочастотными токами большого напряжения привели изобретателя к открытию способа очистки загрязнённых поверхностей. Аналогичное воздействие токов на кожу показало, что таким образом возможно удалять мелкую сыпь, очищать поры и убивать микробов. Данный метод используется в современной электротерапии.

Тесла одним из первых запатентовал способ надёжного получения токов, которые могут быть использованы в радиосвязи. Патент U.S. Patent 447 920, выданный в США 10 марта 1891 года, описывал "Метод управления дуговыми лампами" ("Method of Operating Arc-Lamps"), в котором генератор переменного тока производил высокочастотные (по меркам того времени) колебания тока порядка 10 000 Гц.

Запатентованной инновацией стал метод подавления звука, производимого дуговой лампой под воздействием переменного или пульсирующего тока, для чего Тесла придумал использовать частоты, находящиеся за рамками восприятия человеческого слуха. По современной классификации генератор переменного тока работал в интервале очень низких радиочастот.

В 1891 году на публичной лекции Тесла описал и продемонстрировал принципы радиосвязи. В 1893 году вплотную занялся вопросами беспроволочной связи и изобрёл мачтовую антенну.

13 марта 1895 года в лаборатории на Пятой авеню случился пожар. Здание сгорело до основания, уничтожив самые последние достижения изобретателя: механический осциллятор, стенд для испытаний новых ламп для электрического освещения, макет устройства для беспроводной передачи сообщений на дальние расстояния и установку для исследования природы электричества. Сам Тесла заявил, что по памяти может восстановить все свои открытия.

Финансовую помощь изобретателю оказала "Компания Ниагарских водопадов". Благодаря Эдварду Адамсу у Теслы появилось 100 000 долларов на обустройство новой лаборатории. Уже осенью исследования возобновились по новому адресу: Хаустон-стрит, 46. В конце 1896 года Тесла добился передачи радиосигнала на расстояние 30 миль (48 км).

В конце 1896 года 8 мая 1899 года по приглашению местной электрической компании Тесла переехал в курортный городок Колорадо-Спрингс, в котором пробыл почти год. Он остановился в отеле "Alta Vista", где и разместил свой офис.

2 июня 1899 года Тесла завершил строительство деревянного ангара площадью примерно 50 на 60 футов, около 18 футов высотой, с двумя окнами и большой дверью.

В конце июля Тесла уже проводил различные эксперименты в обстановке полной секретности, не допуская в свою лабораторию никого, кроме своих помощников. Он проводил опыты главным образом ночью вследствие доступности электрической энергии, которую получал от городской электрической компании.

Во время работы в своей лаборатории, Тесла разработал конструкцию большого высокочастотного излучателя с тремя колебательными контурами, потенциал которых достигал 10 миллионов вольт, опробовал различные варианты приёмных устройств с одним или двумя когерерами со специальными контурами смещённого возбуждения, производил измерения электромагнитного излучения электрических разрядов в природе, разработал измерительные методики в радиотехнике, продумывал устройства модулятора, антенн с параллельным питанием и т.д. Он также изложил свою теорию образования шаровых молний и мог создавать их искусственным путём.

Описания научных исследований и наблюдения в лаборатории в Колорадо-Спрингс Никола Тесла заносил в дневник, который позднее был опубликован под названием "Colorado Springs Notes, 1899-1900".

1 января 1900 года Тесла вернулся в Нью-Йорк. В 60 км севернее Нью-Йорка на острове Лонг-Айленд Никола Тесла приобрёл участок земли, граничащий с владениями Чарльза Вардена. Участок площадью 0,8 км² находился на значительном удалении от поселений.

Здесь Тесла планировал построить лабораторию и научный городок. По его заказу архитектором В. Гроу был разработан проект радиостанции - 47-метровой деревянной каркасной башни с медным полушарием наверху. Сооружение подобной конструкции из дерева порождало множество сложностей: из-за массивного полушария центр тяжести здания сместился вверх, лишая конструкцию устойчивости. С трудом удалось найти строительную компанию, взявшуюся за реализацию проекта.

Строительство башни завершилось в 1902 году. Тесла поселился в небольшом коттедже неподалёку.

Изготовление необходимого оборудования затянулось, поскольку финансировавший его промышленник Джон Пирпонт Морган разорвал контракт после того, как узнал, что вместо практических целей по развитию электрического освещения Тесла планирует заниматься исследованиями беспроводной передачи электричества. Узнав о прекращении Морганом финансирования проектов изобретателя, другие промышленники также не захотели иметь с ним дела. Тесла вынужден был прекратить строительство, закрыть лабораторию и распустить штат сотрудников. Расплачиваясь с кредиторами, Тесла вынужден был продать земельный участок. Башня оказалась заброшенной и простояла до 1917 года, когда федеральные власти заподозрили, что немецкие шпионы используют её в своих целях. Недостроенный проект Теслы взорвали.

После 1900 года Тесла получил множество других патентов на изобретения в различных областях техники (электрический счётчик, частотомер, ряд усовершенствований в радиоаппаратуре, паровых турбинах и пр.)

Летом 1914 года Сербия оказалась в центре событий, повлёкших начало Первой мировой войны. Оставаясь в Америке, Тесла принимал участие в сборе средств для сербской армии. Тогда же он начинает задумываться о создании супероружия: "Придёт время, когда какой-нибудь научный гений придумает машину, способную одним действием уничтожить одну или несколько армий".

18 мая 1917 года Тесле была вручена медаль Эдисона, хотя сам он решительно отказывался от её получения.

В 1917 году Тесла предложил принцип действия устройства для радиообнаружения подводных лодок.

В 1917-1926 годах Никола Тесла работал в разных городах Америки.

Осенью 1937 года в Нью-Йорке Теслу сбила машина такси, когда он ночью переходил дорогу. Он получил перелом рёбер. Болезнь вызвала острое воспаление лёгких, перешедшее в хроническую форму. Тесла оказался на несколько месяцев прикован к постели и смог снова встать в начале 1938 года.

В Европе началась война. Тесла глубоко переживал за свою родину, оказавшуюся в оккупации, неоднократно обращаясь с горячими призывами в защиту мира ко всем славянам (в 1943 году, уже после его смерти, первой гвардейской дивизии народно-освободительной армии Югославии за проявленное мужество и героизм было присвоено имя Николы Теслы).

1 января 1943 года Элеонора Рузвельт, супруга президента США, выразила пожелание навестить больного Теслу. Посол Югославии в США Сава Косанович (приходившийся племянником Тесле), посетил его 5 января и договорился о встрече. Он был последним, кто общался с Теслой.

Никола Тесла скончался в ночь с 7 на 8 января 1943 года, на 87-м году жизни. Тесла всегда требовал, чтобы ему не мешали, на дверях его гостиничного номера в Нью-Йорке даже висела специальная табличка. Тело было обнаружено горничной и директором отеля "Нью-Йоркер" лишь спустя 2 дня после смерти. 12 января тело кремировали, и урну с прахом установили на Фернклиффском кладбище в Нью-Йорке. В 1957 году она была перенесена в Музей Николы Теслы в Белграде.

По легенде, после смерти Теслы спецотдел ФБР, занимавшийся хранением собственности иностранных граждан (Alien Property Custodian), выслал сотрудников, которые изъяли все бумаги, найденные ими в номере. ФБР подозревало, что ещё за несколько лет до смерти Теслы некоторые бумаги были выкрадены германской разведкой и могли быть использованы для создания немецких летающих тарелок. Желая предотвратить повторения этого инцидента, ФБР засекретило все обнаруженные ими бумаги.

Никола Тесла имел следующие награды:

Кавалер черногорского Ордена князя Данило I 2-й степени (1895).

Кавалер Большого креста Ордена Белого льва (Чехословакия) (1891),

Медаль Эллиота Крессона (1894), Медаль (AIEE, 1916),

Медаль Джона Скотта (1934).

Именем Теслы названа единица измерения магнитной индукции в международной системе единиц СИ.

Аэропорту в белградском пригороде Сурчин присвоено имя Николы Теслы.

В Хорватии, в курортном городе Пореч (хорв. Poreč), расположенном на западном побережье полуострова Истрия, есть набережная имени Николы Теслы.

Именем Теслы названы улицы в Загребе, Шибенике, Сплите, Риеке, Вараждине, Будве (Черногория), Москве (ИЦ "Сколково"), Астане.

Установлен памятник около здания Белградского университета.

Памятники Тесле установлены также в городах: Нью-Йорк (США), Прага (Чехия), Чебоксары (Россия), столице Азербайджана - Баку.

В 1970 г. Международный астрономический союз присвоил имя Теслы кратеру на обратной стороне Луны.


В XXI веке исследования известного американского ученого сербского происхождения Николы Теслы увлекли школьника из Украинского города Кировограда Самуила Кругляка. Физикой он заинтересовался в седьмом классе - как только начали изучать этот предмет. Он читал много дополнительной литературы, мечтал придумать что-то свое. Его будущая электростанция ему... приснилась. Он тогда еще учился в восьмом классе. Однажды он проснулся, взял карандаш и бумагу и тут же начертил то, что увидел во сне. А потом еще долго сидел и пытался сообразить, что же это такое.

Когда у него начала вырисовываться более ясная картина, Светлана Пескова из Малой академии наук предложила провести эксперимент. В принципе, в лаборатории было все необходимое: трансформатор, амперметр и так далее. И всё получилось с первой попытки!

Изобретение Самуила предусматривает добычу электроэнергии и воды с помощью искуственной ионизации облаков. Такая установка стоит копейки, а пользы от нее - на миллионы. Загоревшись этой идеей, научный руководитель рассказала об этом изобретении людям, которые проводят различные конкурсы и олимпиады. Большинство знакомых физиков говорили, что эта идея абсолютно бесперспективная. Якобы она нарушает законы физики, а значит, ничего из этого не получится.

Сначала изобретение Самуила победило на конкурсе "Стокгольмский водный приз". Но самым важным стал конкурс Intel ISEF 2015. Победив на нем, Самуил попал в США на Олимпиаду гениев. Конечно, для семьи это было несколько затратно. Билеты он должен был купить за свои деньги. А его родители - простые люди. Мама - домохозяйка, папа - рабочий. К счастью, проживание и питание участникам олимпиады оплачивали организаторы.

Сама олимпиада длилась два дня. Он не успел посмотреть Нью-Йорк. Увы, ни на какие прогулки времени не было. Участникам олимпиады предлагали интересно провести досуг, но он предпочел заняться исследованиями, кое-что перепроверить и повторить. Он очень сильно волновался.

Участников олимпиады было очень много - почти две тысячи человек. Все стояли возле своих изобретений и ждали, когда к ним подойдут члены жюри. Их, кстати, было десять человек. Это известные во всем мире ученые и исследователи. Когда они увидели работу Самуила, очень удивились. Стараясь не запинаться, он продемонстрировал опыт, который привел их в восторг. Как он говорил на презентации своей работы в Америке, новая электростанция позволит добывать электроэнергию абсолютно бесплатно.

Деньги нужны будут только на сооружение самой электростанции. Но даже учитывая эти затраты, один киловатт электроэнергии будет стоить всего... три копейки. Это действительно дешевый способ добычи электроэнергии с помощью искусственной ионизации облаков.

У судей были вопросы к данному изобретению. Например, они спрашивали, может ли Самуил доказать, что такая электростанция будет безопасной для населения. К счастью, тот проводил исследования на эту тему и смог все аргументированно объяснить. Просто не стоит строить ее в населенном пункте. Исследование показало, что безопасное расстояние для человека - 500 метров. Сама же станция должна быть надлежащим образом ограждена, рядом не должны стоять жилые дома. Ведь в том месте будет аккумулировано большое количество энергии. Человеку не стоит находиться рядом.

Один из профессоров спросил: "Вы хотели бы учиться в США?" Самуил очень обрадовался, но постарался сдержать эмоции.

Среди изобретений, касающихся физики и энергетики, призовое место получил только Самуил. Лауреатами стали еще несколько ребят, которые представили уникальные медицинские исследования. Все призеры получили право учиться в университете Нью-Йорка, где проходила олимпиада.

Самуил получил стипендию, и ему не нужно было сдавать экзамены. Находясь в Америке, необходимо было подтянуть английский язык. Знал его неплохо, но для того, чтобы здесь жить и учиться, этого явно недостаточно. Четыре года ходил на курсы английского, а приехал и все равно говорил с трудом, неправильно строил предложения.

Только после победы на олимпиаде в США Самуилу начали звонить спонсоры, народные депутаты. Хотят, чтобы такая электростанция появилась в Украине. Теперь нужно построить большую электростанцию, которая, по подсчетам Самуила, обеспечит дешевой электроэнергией минимум 82 процента Кировоградской области. Ее высота - 150 метров. Но денег, чтобы построить ее самому, у Самуила нет.


Задолго до изобретения электричества было начато книгопечатание. Одним из первых русских книгопечатников был Иван Фёдоров. Иван Фёдоров родился между 1510 и 1530 годами. Точных сведений о дате и месте его рождения (как и о его роде) нет. Так или иначе, сам Фёдоров писал о Москве как о своём "отечестве и роде".

О первой половине жизни Фёдорова известно мало. В учётной книге Краковского университета есть запись о том, что в 1532 году степени бакалавра удостоен некто Johannes Theodori Moscus. С 1530-х годов Фёдоров принадлежал к окружению святителя Макария, который в марте 1542 года стал митрополитом Московским и всея Руси. Через 5 лет Макарий венчал на царство Ивана Грозного. Под началом Макария Иван Фёдоров занял должность диакона в кремлёвском храме Николы Гостунского.

В то время в стране была большая потребность в книгах, особенно церковных. Да и царю после завоевания им Казанского и астраханского царств нужно было скрепить централизованную власть с помощью христианства. Церковь не устраивали рукописные книги для богослужения. В них переписчиками допускались многочисленные ошибки, что могло повлечь за собой разночтение и ересь. Единство текстов обеспечивали только оттиски с одной печатной формы.

В 1553 году государь повелел "устроити дом от своея царской казны, идее печатному делу строиться, чтобы впредь святые книги изложилися праведны". Дом этот, названный потом Печатным двором, заложили в Китай-городе по-соседству с Николо-Греческим монастырём. Стали искать людей, сведущих в типографском искусстве. Вскоре нашлись мастера Иван Фёдоров и Пётр Тимофеев Мстиславец. Где они обучались печатному мастерству, неизвестно.

Типографию строили 10 лет. Каменное здание в два этажа, с деревянной кровлей и слюдяными окнами заработало в 1563 году. 1 мар а 1564 года увидело свет первая книга Ивана Фёдорова и Петра Мстиславца "Деяния и Послания Апостолов", или сокращённо "Апостол". Работа над этой книгой велась с 19 апреля 1563 года по 1 марта 1564 года. На следующий год в типографии Фёдорова вышла его вторая книга, "Часовник". Это и молитвенник и книга для обучения грамоте.

Печатный станок делал бессмысленной работу монахов и переписчиков. Начали поступать доносы на печатников, которые якобы позарились на святое и своевольно меняют слово божье. Митрополит Макарий скончался в конце 1563 года. Тучи над печатниками сгущались.

А в 1566 году в типографии произошёл пожар. Москва Ивана Грозного не оценила европейски образованного диакона Ивана Фёдорова. Сам Иван Фёдоров в послесловии к Львовскому Апостолу 1574 года пишет, что ему в Москве пришлось претерпеть очень сильное и частое озлобление по отношению к себе не от царя, а от государственных начальников, священноначальников и учителей, которые завидовали ему, ненавидели его, обвиняли Ивана во многих ересях и хотели уничтожить Божие дело (то есть книгопечатание).

Вскоре после издания "Часовника" Фёдоров со Мстиславцем уехали в Великое княжество Литовское и вывезли часть типографского оборудования, шрифты, матрицы и гравильные доски. Печатники нашли приют у гетмана Ходкевича. Ходкевич основал типографию в своём имении Заблудове.

Первой книгой, отпечатанной в Заблудовской типографии силами Ивана Фёдорова и Петра Мстиславца, было "Учительное Евангелие" (1568) - сборник бесед и поучений с толкованием евангельских текстов. В 1570 году Иван Фёдоров издал "Псалтырь с Часословцем", широко использовавшуюся также и для обучения грамоте.

Примерно после Люблинской унии (1569 год) Ходкевич состарился, у него началась болезнь головы, он посчитал, что книгопечатание дело ненужное, типографию решил закрыть, а книгопечатникам предложил заняться земледелием.

Для продолжения печатного дела Иван переселился во Львов и здесь Иван Фёдоров решил продолжать начатое, но испытал немалые трудности. Для продолжения книгопечатания нужны были денежные средства. Для этой цели Иван обратился за помощью к богатым русским и греческим купцам, проживающим во Львове; но купцы не помогли Ивану. Помощь оказали отдельные небогатые священники и городские прихожане. Другая сложность была в том, что столярный цех Львова запретил иметь в типографии столяра, столяр был для того, чтобы делать в типографии необходимые работы. Вмешательство городского совета и отзывы краковских типографов помогли в этом деле.

В основанной им типографии Иван напечатал второе издание "Апостола" (1574). Львовское издание "Апостола" содержит в себе также послесловие от самого Ивана Фёдорова, где он рассказывает о гонениях, которые его "...от земли, отечества и рода нашего изгнали в края доселе неведомые".

Предпринимательская деятельность первопечатника не была особо успешной: во Львове он снова столкнулся с конкуренцией со стороны переписчиков, которые препятствовали развитию его дела. Продажей книг Иван занимался не только во Львове, но и в Кракове и в Коломые.

В Кракове Иван пользовался доверием польского врача Мартина Сенека, при посредничестве которого он получал в кредит бумагу для типографии с Краковской фабрики Лаврентия. В 1579 году типография Фёдорова вместе с 140 книгами была заложена еврею Израилю Якубовичу за 411 польских золотых. Сын Фёдорова остался во Львове и торговал книгами.

Ивана же пригласил к себе Константин Острожский в город Острог, где он напечатал, по поручению князя, знаменитую "Острожскую Библию", первую полную Библию на церковнославянском языке. В 1575 году Иван Фёдоров-Москвитин был назначен управляющим Дерманского монастыря.

Иван Фёдоров был разносторонне просвещён - наряду с издательским делом он отливал пушки и изобрёл многоствольную мортиру с взаимозаменяемыми частями. Между 26 февраля и 23 июля 1583 года он совершил поездку в Вену, где демонстрировал своё изобретение при дворе императора Рудольфа II. Определённое время (на протяжении 1583 года) работал в Кракове, Вене.

По возвращении из трудной поездки 5 (15) декабря 1583 г. Иван Фёдоров скончался в предместье Львова. Похоронен во Львове в Святоонуфриевском монастыре на кладбище. Иван Фёдоров был похоронен на Онуфриевском кладбище, рядом с храмом. Точное место могилы во дворе было утрачено уже к концу XIX века.

В 1977 году во дворе храма по сохранившейся фотографии была установлена надгробная плита с могилы Ивана Фёдорова, а рядом с ней была установлен памятник - трёхфигурная композиция, изображающая Ивана Фёдорова с учениками: Петром Мстиславцем и Андроником Невежей (скульптор Анатолий Галян). После реставрации 1972-1974 гг. здесь открыт музей Ивана Фёдорова - филиал Львовской картинной галереи.

В начале 1990-х годов музей был уничтожен; монахи-базилиане захватили храм, для этой цели взломав двери церкви, и выкинули на улицу все экспонаты музея, в том числе уникальные книги Швайпольта Фиоля, Франциска Скорины, Ивана Фёдорова. На дворе был январь и шёл мокрый снег, уникальным книгам был нанесён громадный вред.

Памятник русским первопечатникам Ивану Фёдорову с учениками Петром Мстиславцем и Андроником Невежей был перенесён на новое место. В настоящее время он находится перед зданием Музея искусства старинной украинской книги во Львове.

В 1909 году в Москве у Китайгородской стены, напротив Синодальной типографии (древнего Печатного двора), был установлен памятник Ивану Фёдорову работы скульптора С. М. Волнухина. Изображения Ивана Фёдорова не известны, нет даже его словесного портрета. Волнухин совместно с художником С. В. Ивановым и историком И. Е. Забелиным создали обобщённый образ, этот образ и отражён в памятнике.


Прежде, чем Эдисон и Тесла начали работать на телеграфе, его нужно было ещё изобрести. И сделал это Павел Львович Шиллинг. Сын офицера российской армии Павел Шиллинг родился в Ревеле 16 апреля 1786 года. Его отец был немецким бароном, перешедшим на российскую службу. Он дослужился до полковника и получил за храбрость высшую военную награду - орден Святого Георгия. Через несколько месяцев после рождения Павла отец был переведён в Казань, где командовал Низовским пехотным полком.

После смерти отца, Павел в 11 лет уехал в Петербург учиться в кадетском корпусе. Во время учёбы Павел проявил способности к математике и топографии. Поэтому после окончания кадетского корпуса в 1802 году он был зачислен в Квартирмейстерскую часть свиты его Императорского Величества. Это был прообраз Генштаба. Там Павел занимался подготовкой топографических карт и штабных расчётов.

В те годы назревала большая война между Францией и Россией. Павла переводят в Министерство иностранных дел. В должности секретаря он служит в русском посольстве в столице Баварского государства - Мюнхене. В то время функции дипломата и разведчика смешивались ещё больше, чем в настоящее время. Шиллинг стал сотрудником российской военной разведки.

Мюнхен в то время был не только фактическим вассалом Наполеона, но и одним из центров германской науки. Шиллинг занимался не только с аристократами и военными, но и с выдающимися европейскими учёными. В итоге Павел увлёкся восточными языками и опытами с электричеством. Он предположил, что электрическая искра может заменить пороховой фитиль.

Началась большая война с Наполеоном. В июле 1812 года русское посольство эвакуировалось в Петербург. Павел Шиллинг тут же предложил своё изобретение военному ведомству. Он взялся подорвать пороховой заряд под водой. Это позволило бы сделать минные заграждения, способные надёжно прикрыть Петербург с моря.

В то время, как солдаты Наполеона занимали Москву, в Петербурге на берегу Невы было осуществлено несколько первых в мире экспериментальных подрывов пороховых зарядов под водой при помощи электричества. В декабре 1812 года был сформирован Сапёрный батальон, в котором проводили дальнейшие работы над опытами Шиллинга по электрическим зарядам.

Сам Шиллинг, отказавшись от дипломатического комфорта, добровольцем ушёл в русскую армию. В чине штаб-ротмистра Сумского гусарского полка он за 1813 - 1814 годы прошел все основные бои с Наполеоном в Германии и Франции. За бои на подступах к Парижу ротмистр Шиллинг был удостоен очень редкой и почётной награды - именным оружием, саблей с надписью "За храбрость".

Кроме ратных подвигов Павел Шиллинг обеспечил русскую армию топографическими картами для наступления на территории Франции. Раньше карты чертились от руки. И чтобы снабдить картами все русские части не было ни времени, ни нужного количества специалистов. В конце 1813 года гусарский офицер Шиллинг сообщает царю Александру Первому, что в немецком Мангейме проводились первые в мире успешные опыты по литографии - копировании рисунков.

По приказу царя Шиллинг с эскадроном гусар прибыл в Мангейм. Там он отыскал ранее участвовавших в литографических опытах специалистов и необходимое оборудование. Под руководством Шиллинга в тылу русской армии быстро организовали изготовление большого количества карт Франции. Накануне решающего наступления против Наполеона части русской армии получили эти карты. По окончании войны созданная Шиллингом мастерская перебазировалась в Петербург, в Военно-топографическое дело Генерального штаба.

В захваченном русскими Париже Шиллинг знакомится с французскими учёными. Особенно часто он общается с Андре Ампером, по фамилии которого потомки назовут единицу измерения силы тока. Кроме того Шиллинг изучает трофейные французские шифры, учится расшифровывать чужие и создавать свои приёмы криптографии. Вскоре после разгрома Наполеона Шиллинг снимает мундир и возвращается в Министерство иностранных дел. Здесь он официально занимается созданием литографической типографии. Но это была лишь внешняя часть его работы. Первым в истории мировой дипломатии Шиллинг ввёл в практику использование особых биграммных шифров. Такие шифры были настолько сложны, что использовались вплоть до появления электрических и электронных систем шифрования в годы Второй мировой войны.

Сам принцип биграммного шифрования был известен давно, но из-за трудоёмкой ручной работы практически не применялся. Шиллинг же изобрёл особое механическое устройство для такого шифрования. При этом Шиллинг дополнительно усилил биграммное шифрование. В итоге шифр стал настолько устойчив, что европейским математикам понадобилось более полувека, чтобы научиться его взламывать. Сам Шиллинг по праву заслужил звание самого выдающегося русского криптографа XIX века. Через несколько лет после изобретения Шиллинга новыми шифрами уже пользовались не только русские дипломаты, но и военные.

Павел Шиллинг был необыкновенно коммуникабельным. Он развлекал петербургское общество интересными историями и игрой в шахматы. Он мог играть сразу несколько партий, не глядя на доски и всегда выигрывая. Он поражал также слушателей знаниями таинственного тогда Дальнего Востока. Восточными странами Павел Шиллинг заинтересовался ещё в Казани. Этот город был тогда центром российской торговли с Китаем. Шиллинг изучал китайский язык. Интересовался он Дальним Востоком и во время дипломатической работы в Мюнхене, а затем в Париже, где тогда находился ведущий европейский центр востоковедения.

В 1830 году Шиллинг вызвался возглавить дипломатическую миссию к границам Китая и Монголии. Царь без колебаний утвердил кандидатуру Шиллинга. К тому времени Павел Шиллинг уже дружил с Александром Пушкиным. Тот тоже хотел попасть в экспедицию Шиллинга. Пушкин обратился с этой просьбой к шефу жандармов Бенкендорфу, но царь разрешения не дал.

Весной 1832 года дальневосточное посольство возвратилось в Петербург. А уже 9 сентября состоялась первая демонстрация работы первого телеграфа Шиллинга. До этого в Европе уже пытались создать устройство для передачи электрических сигналов, но все эти устройства требовали отдельных проводов для каждой буквы и знака. Изобретённый же Шиллингом телеграф требовал всего два провода. Шиллинг первым использовал двоичный код, на основе которого сегодня работает вся цифровая компьютерная техника.

Уже в 1835 году телеграф Шиллинга соединил между собой помещения обширного Зимнего дворца и сам дворец с Адмиралтейством. Под председательством морского министра был создан Комитет для рассмотрения электрического телеграфа. Начались первые опыты по прокладке телеграфного кабеля под землёй и под водой.

Тем временем продолжались работы над способом подрыва морских мин, предложенным Шиллингом. 21 марта 1834 года на Обводном канале у Александро-Невской лавры Шиллинг продемонстрировал царю Николаю I электрический подрыв подводных мин. С этого момента начались в России активные работы по созданию подводных минных заграждений.

В 1836 году Шиллинг получил заманчивое предложение начать за большие деньги работы по внедрению в Англии изобретённого им телеграфа. Но Шиллинг отказался покинуть Россию и занялся проектом устройства первого большого телеграфа между Петербургом и Кронштадтом. Провода планировалось провести по дну Финского залива.

Проект такого телеграфа был утверждён царём 19 мая 1837 года. Для его подводного кабеля Шиллинг первым в мире предложил изолировать провода резиной, натуральным каучуком. Тогда же Шиллинг предложил соединить телеграфом Петергоф и Санкт-Петербург. Он планировал подвешивать медную проволоку на изоляторах к столбам. Это было первое в мире предложение современного типа электрических сетей. Но тогда царские чиновники восприняли проект как дикую фантазию.

Павел Шиллинг так и не увидел реализации своих провидческих идей. Он умер 6 августа 1836 года, совсем не надолго пережив своего друга Александра Пушкина.

А вскоре телеграфные сети стали опутывать весь мир. А подводные мины с электрическим подрывом надёжно прикрыли Петербург и Кронштадт от английского флота во время Крымской войны 1853 - 1856 годов.


27 апреля 1791 года в Чарльзтауне в штате Массачусетс в богатой американской семье родился американский изобретатель и художник. Сэмюэл Финли Бриз Морзе.

Отец его был известным географом и священником. Юноша отличался большой любознательностью и непоседливостью. Из Академии Филлипса, где Сэмюэл зарекомендовал себя эксцентричным студентом, отец перевёл его в Йельский колледж. Морзе относился к науке равнодушно, хотя его привлекали лекции по электричеству.

Он также любил рисовать миниатюрные портреты знакомых. После окончания колледжа Морзе стал клерком в Бостоне. Но живопись так увлекла его, что в 1811 году родители, хотя и выступали против этого увлечения сына, всё же послали его в Англию изучать искусство в Королевской академии художеств и в студии Б. Уэста.

В 1813 году, когда Морзе представил в Лондонскую королевскую академию художеств картину "Умирающий Геркулес", он удостоился золотой медали.

По возвращении домой в 1815 году Морзе обнаружил, что американцы считают его английским художником и мало интересуются живописью. Поэтому он влачил скудное существование, рисуя портреты. Десять лет ему пришлось вести жизнь странствующего живописца. Морзе был очень общителен и обаятелен, его с охотой принимали в домах интеллектуалов, богачей и политиков.

29 сентября 1818 года Морзе женился на Лукреции Пикеринг Уокер. В браке родилось трое детей.

Кроме того, он обладал редким даром заводить знакомства. Среди его друзей были политик М.-Ж. Лафайет, романист Дж. Ф. Купер и даже президент США А. Линкольн. В стремительно растущем Нью-Йорке он создал несколько самых интересных портретов, когда-либо выполненных американскими художниками. В 1825 году Морзе основал в Нью-Йорке Национальную академию дизайна, которая избрала его президентом и отправила в 1829 году в Европу для изучения устройства рисовальных школ и выдающихся произведений живописи.

Во время второго путешествия в Европу Морзе познакомился с Л. Дагером и заинтересовался новейшими открытиями в области электричества. Его вдохновила на изобретение телеграфа случайная беседа при возвращении из Европы на пароходе в 1832 году. Какой-то пассажир в ходе беседы о недавно изобретённом электромагните сказал: "Если электрический ток можно сделать видимым на обоих концах провода, то я не вижу никаких причин, почему сообщения не могут быть им переданы". Хотя идея электрического телеграфа выдвигалась и до Морзе, он полагал, что был первым.

Морзе посвящал почти всё своё время живописи, преподаванию в университете Нью-Йорка и политике. В 1835 году Морзе стал профессором начертательных искусств. Но после того как в университете в 1836 году ему показали описание модели телеграфа, предложенной В. Вебером в 1833 году, он полностью отдал себя изобретательству.

Годы работы и учёбы потребовались, чтобы его телеграф заработал. В 1837 году он совместно с А.Вейлом разработал систему передачи букв точками и тире, ставшей известной во всём мире как код Морзе. Он не находил поддержки ни дома, ни в Англии, ни во Франции, ни в России, встречая везде отказ. При очередной попытке заинтересовать Конгресс США созданием телеграфных линий, он приобрёл конгрессмена в партнёры, и в 1843 году Морзе получил субсидию в 30 000 долларов для строительства первой телеграфной линии от Балтимора до Вашингтона.

После смерти первой жены Морзе повторно женился 10 августа 1848 года на Элизабет Грисуолд. В браке родилось четверо детей.

Газеты, железные дороги и банки быстро нашли применение его телеграфу. Телеграфные линии моментально оплели весь мир, состояние и слава Морзе умножились. В 1858 году от десяти европейских государств Морзе получил за своё изобретение 400 000 франков. Морзе купил имение в Пончкифи, близ Нью-Йорка, и провёл там остаток жизни с большим семейством среди детей и внуков. В старости Морзе стал филантропом. Он опекал школы, университеты, церкви, библейские общества, миссионеров и бедных художников.

После смерти в 1872 году слава Морзе как изобретателя угасла, так как телеграф потеснили телефон, радио и телевидение, зато его репутация художника выросла. Он не считал себя портретистом, но его картины, на которых изображены Лафайет и другие видные люди, знают многие. Его телеграф 1837 года хранится в Национальном музее США, а загородный дом теперь признан историческим памятником.

В 1970 г. Международный астрономический союз присвоил имя Сэмюэла Морзе кратеру на обратной стороне Луны.


Со временем человечество получило возможность передавать по проводам не только точки-тире, но и звуковую речь. И осуществил это Александр Белл. Александр Грейам Белл родился в шотландском городе Эдинбурге 3 марта 1847 года, в семье филологов. Дед ученого был основателем школы ораторского искусства и автором книги "Изящные отрывки". Примечательно, что свою карьеру дед начинал сапожником, но тяга к прекрасному привела его на сцену.

Сначала он выступал в театре, затем стал чтецом, декламирующим отрывки из пьес Шекспира. Успех настолько его окрылил, что он стал давать уроки дикции и открыл в Лондоне собственную школу ораторского искусства. Так зародилось семейное дело, продолжателем которого стал и отец изобретателя Александр Мелвилл Белл, который в свое время даже опубликовал трактат об искусстве красноречия.

Будущий деятель науки рос в атмосфере музыки и трепетного отношения к звукам человеческого голоса. В 14 лет он переехал в Лондон, к деду. А через три года, после получения медицинского и философского образования в Эдинбурге и Вюрцбурге, уже начал самостоятельную жизнь, преподавая музыку и ораторское искусство в академии Уэстон-Хауз.

Основательно изучив акустику и физику человеческой речи, Белл стал ассистентом главы семейства, который к тому времени работал над методикой выработки грамотной дикции.

Известно, что мама Белла была слабослышащей и именно ей предназначались все новинки в области изучения звуков. Отец придумал систему "Визуальной речи", в которой звуки речи обозначались письменными символами и картинками, указывающими на то, какая в это время должна быть мимика речевого аппарата (некая транскрипция слов, но для людей, которые никогда не слышали звуков).

После того, как братья Александра умерли от туберкулеза, семейство в 1870 году переехало сначала в Канаду, а потом в Америку. Там они продолжили работу с людьми и звуком. Работа в Бостоне шла успешно. Младший Белл открыл в городе собственную школу, в которой обучал основам семейной методики других преподавателей.

Как только у Александр Грейама появился устойчивый источник доходов, ученый вернулся к опытам по передаче голоса по проводам, которыми он заинтересовался еще в Англии. Белл создал маленькую лабораторию, в которой экспериментировал по ночам, в свободное от занятий время.

Среди подопечных, восстановивших слух, была будущая жена деятеля науки - Мейбл, дочь бизнесмена Гарднера Хаббарда, и пятилетний сын торговца кожей по имени Томас Сандерс.

В 1876-ом, на Всемирной научной выставке в Филадельфии Белл представил свое новое изобретение под названием "телефон". 7 марта этого же года Александр получил патент на свое изобретение. Примечательно, что на выставке представители научного содружества назвали телефон бесполезной игрушкой.

Белл, чтобы рассчитаться с долгами, был готов продать изобретение за $100 тыс. компании "Вестерн Юнион", но представители "Вестерн Юнион" не сочли покупку выгодной. Позже руководство WU осознало, что совершило ошибку и предложило ученому сотрудничество.

Большая часть научных трудов и изобретений Белла была посвящена усовершенствованию средств общения. Также известно, что на протяжении пары лет ученый читал лекции и занимался с глухонемыми учениками. Благодаря этим занятиям гений науки и познакомился с первой и единственной женой Мейбл Хаббард.

Они встретились, когда избраннице создателя телефона едва исполнилось 15 лет. В день 18-летия возлюбленной состоялась их помолвка. С тех пор эта дата стала для влюбленных особым праздником. Через полтора года Белл скопил достаточную сумму денег и убедил родителей Мейбл в том, что его финансовое положение позволяет ему обеспечить как их дочь, так и их будущих совместных детей. В итоге отец и мать Хаббард дали согласие на свадьбу, и Мейбл и Александр стали мужем и женой в 1877 году.

Безграничную любовь Хаббард выражала через еду, поэтому неудивительно, что через пару лет после свадьбы вес ученого достиг отметки в 100 кг (на 40 кг больше, чем он весил до того, как вступить в брак).

Стоит отметить и то, что на начальных этапах телефон не был совершенным - устройство искажало звук, и разговаривать с его помощью можно было только на расстоянии 250 метров. Поэтому изобретатель продолжал постоянно совершенствовать аппарат.

В конце 1879 года компания "Western Union" заключила соглашение с компаньонами изобретателя. Так появилась объединенная фирма "Bell Company", основная часть акций которой принадлежала Александру. Достоверно известно, что цена одной акции компании составляла $1 тыс. Эта организация положила начало развитию телефонии и появлению новых телефонных компаний. Уже к 1900 году в США было установлено 1,5 млн. телефонов, а через два года - 13 млн.

В феврале 1880 года Белл вместе с помощницей изобрел прибор под названием фотофон, предназначенный для передачи звуков на расстояние при помощи света.

В 1881 году ученый усовершенствовал созданный в XIX веке металлоискатель для поиска рудоносных жил.

Белл смотрел в будущее и для подготовки новых кадров оказывал финансовую поддержку молодым специалистам. Всего к 1900 году было выдано более двух с половиной тысяч патентов на изобретения, связанные с телефонией. На полученные от изобретений деньги Белл открыл институт имени итальянского физика Алессандро Вольта.

Не забывал Белл и о публичности. Помимо научной деятельности, деятель науки занимался меценатством и был натуралистом. Известно, что Александр участвовал в создании Национального географического сообщества и основал журнал "National Geographic", который выпускается в свет и сейчас.

В итоге Александр Грейам получил всемирное признание, а его компания была и остается по сей день мировым лидером по производству телекоммуникаций, компьютерных и электронных систем. Ученый как-то сказал, что наступит день, когда человек сможет увидеть на телефоне изображение того, с кем он говорит, и тот день уже давно наступил.

Вместе со своей женой Белл в 1907 году создал "Ассоциацию экспериментальной аэронавтики". В 1909-ом был построен аэроплан под названием "Серебряный дротик". Первый полет аэроплан совершил 23 февраля 1909 года. Эту дату принято считать днем рождения канадской авиации.

В 1919 году по чертежам ученого была построена лодка HD-4, поставившая новый рекорд скорости на воде. Известно, что этот плавательный аппарат на подводных крыльях развивал скорость до 113 километров в час.

Белл с женой прожили вместе 45 лет счастливой семейной жизни.

Белл на протяжении пары лет страдал от тяжелой болезни и длительное время был прикован к постели. В день смерти бизнесмен пришел в себя только на пару минут. Именитый изобретатель умер 2 августа 1922 года (75 лет), в своем имении в провинции Новая Шотландия, расположенной на востоке Канады. Достоверно известно, что 4 августа 1922 года в США на минуту были выключены все телефоны. Так страна отдавала последние почести человеку, подарившему людям возможность общаться друг с другом, невзирая на расстояние.


Качество звука, передаваемое телефоном Белла, было очень низким. Этой проблемой занялся Эмиль Берлинер.

Эмиль Берлинер родился в 1851 году в Ганновере в большой еврейской семье. Родители хотели, чтобы он, как и они, работал в текстильной отрасли, но Эмиль стал учиться профессии типографа-печатника, а в 1870 году, спасаясь от службы в прусской армии, эмигрировал в США.

Юноша поселился в Вашингтоне и в начале перебивался случайными заработками, а вечерами запоем читал книги по электротехнике и акустике. В то время в США все буквально бредили электричеством, множество изобретателей и кустарей разрабатывали механизмы, использующие "сказочную новую энергию". Америка уже была покрыта сетью телеграфных проводов.

Сначала Эмиль Берлинер занялся проблемой передачи человеческого голоса на расстояние, однако его опередил Александр Белл: он запатентовал в 1867 году свой телефон. Впрочем, Берлинер не опустил рук, продолжил работу над своим прибором и в 1877 году запатентовал угольный микрофон. Белл был поражен и качеством этого микрофона, и тем обстоятельством, что никому не известный немецкий самоучка разработал столь классный прибор. Белл пригласил Берлинера в свою лабораторию.

Берлинер продолжал работать в лаборатории Белла, и в 1883 году, после того как его братья открыли в Ганновере телефонную фабрику, решил стать самостоятельным предпринимателем и взялся за звукозапись. Берлинер хотел разработать новую технологию, которая позволяла бы легко производить и размножать аудиозаписи.

Первые попытки записать звук предпринял великий американский изобретатель Томас Эдисон и в 1877 году представил свой прибор, который воспроизводил записанное на цилиндр короткое стихотворение, прочитанное им самим. Еще через несколько лет Эдисон разработал и запатентовал фонограф. У фонографа был огромный недостаток: аудиозаписи были уникатами, их было практически невозможно размножить. Кроме того, записанный голос звучал тихо и был сильно искажен.

Хотя принцип устройства граммофона и фонографа был один и тот же, граммофон имел ряд существенных отличий, которые и обеспечили ему широчайшее распространение. Прежде всего, игла в записывающем аппарате Берлинера располагалась параллельно плоскости диафрагмы и чертила извилистые линии, а не борозды, как у Эдисона. Кроме того, вместо громоздкого и неудобного валика Берлинер избрал круглую пластинку.

Главное достоинство записи по способу Берлинера состояло в том, что с диска можно было легко получать копии. Для этого записанный диск погружали в водный раствор хромовой кислоты. Там, где поверхность диска была покрыта воском, кислота не оказывала на него никакого воздействия. Только в звуковых канавках цинк растворялся под действием кислоты. При этом звуковая канавка протравливалась до глубины около 0,1 мм. Затем диск промывали и удаляли воск.

В процессе электролиза на диске осаждался слой меди толщиной в 3-4 мм, в точности повторявший все детали диска, но с обратным рельефом. Затем полученную медную копию отделяли от цинкового диска. Она служила матрицей, с которой можно было отпрессовывать диски-пластинки из какого-нибудь пластического материала.

Самая первая в истории граммофонная пластинка была изготовлена Берлинером в 1888 году из целлулоида. Граммофонные пластинки, поступившие в начале 90-х годов в продажу, были выполнены из эбонита. Оба эти материала не годились для назначенной цели, так как плохо подавались прессовке и потому недостаточно точно воспроизводили рельеф матрицы.

Проделав множество опытов, Берлинер в 1896 году создал специальную шеллачную массу (в состав ее входили шеллак - смола органического происхождения, тяжелый шпат, зола и некоторые другие вещества), которая оставалась потом на протяжении многих десятилетий основным материалом для изготовления пластинок.

Пластинку Берлинер сделал черной, добавив в смесь сначала тушь, а потом сажу. Шеллак легко подвергался обработке и был прочным, хотя и хрупким, конский волос служил как раз для повышения прочности. Придумал Берлинер и новое немецкое слово "Schallplatte", то есть "звуковая пластинка", которое употребляется до сих пор.

В 1902 году великий итальянский тенор Энрико Карузо записал на пластинку из шеллака десять песен. Успех был ошеломляющим. И скоро весь мир охватила граммофономания. Вслед за США производство граммофонов началось и в других странах.

Проигрывание пластинок происходило на специальном устройстве - граммофоне. Главной частью звукоснимающего прибора здесь была слюдяная пластинка, сцепленная рычагом с зажимом, в который вставлялись сменные стальные иглы. Между зажимом и корпусом мембраны помещались резиновые прокладки. Первоначально граммофон приводился в движение от руки, а затем стал устанавливаться на ящик с часовым механизмом. Постепенно установилась и общая для всех пластинок скорость проигрывания - 78 оборотов в минуту. Эдисон по поводу граммофона презрительно цедил: "У этой машины нет будущего".

Берлинер хотел разработать новую технологию, которая позволяла бы легко производить и размножать аудиозаписи. Это удалось ему на удивление быстро: всего за четыре года. В итоге он получил патент на устройство, которое назвал граммофоном. Берлинер, в частности, заменил вращающийся цилиндр Эдисона на вращающийся плоский диск. Чтобы скопировать запись, сделанную на цилиндр, приходилось разгибать его, что приводило к дополнительным дефектам звука. Пластинку Берлинера же не нужно было деформировать.

Второе революционное нововведение состояло в том, что иголка, производящая звук, колебалась в звуковой дорожке Берлинера горизонтально, то есть вправо-влево. Эта звуковая дорожка при увеличении выглядела как волна. Глубина же дорожки была одинаковой. В технологии Эдисона иголка колебалась вверх-вниз, уходя глубоко в цилиндр: чем громче звук, тем глубже уходит игла. Поскольку очень глубоко резать было нельзя, записи получались тихими. На высоких частотах иголка должна была быстро прыгать вверх-вниз, она фактически долбила по звуковой дорожке и быстро ее разрушала. В пластинке Берлинера иголка тоже царапала дно дорожки, но не прыгала вверх-вниз. Иными словами, пластинка Берлинера звучала громче, чище и была куда более долговечной.

В 1895 в Филадельфии Берлинер основал собственную фирму, которая выпускала и пластинки, и граммофоны. Через три года его братья открыли в Берлине аналогичную фирму, которую назвали Deutsche Grammophon, а пластинки и оборудование производились в Ганновере. Лейбл Deutsche Grammophon существует до сих пор. Это одна из самых знаменитых в мире фирм звукозаписи.

Более поздние изобретения Берлинера относятся к авиапромышленности. В 1908 году он сконструировал первый легкий самолётный двигатель со звёздообразным расположением цилиндров, а в 1919-1926 построил и успешно испытал в воздухе три вертолёта.

В США Берлинер известен как основатель Общества профилактики заболеваний. Благодаря нему были приняты законодательные акты о пастеризации молока.

Выдающийся изобретатель и общественный деятель скончался в Вашингтоне в 1929 году.


Что же касается телефона, то история его создания довольно длинная. Сам термин "телефон" появился задолго до его создания. По некоторым сведениям, знаменитый английский физик Роберт Гук в 1667 году сделал детскую игрушку, которую он назвал "шнурковым телефоном". Через 100 с лишним лет двор Екатерины Второй с удивлением внимал речам содержателя пансиона в Петербурге Х.Вильке, который демонстрировал явление акустической связи между Петербургом и Кронштадтом.

Позднее во Франции механическое устройство для передачи звуков на расстоянии получило название "телефониум". Позднее понятие это стали связывать с электромагнитными средствами коммуникации, а именно - с электромагнитным телеграфом. В 1843 году Академик Петербургской Академии наук Б.С.Якоби изготавливает "шепчущий телеграф".

Следом появляется механик парижского телеграфа Шарль Бурсель. В 1864 году он первым попытался теоретически описать способ передачи человеческой речи. И тут следует обратиться к академическому изданию по истории техники: "Однако именно работы Ф.Рейса положили начало практическому осуществлению идеи телефонирования".

Немецкий физик и изобретатель Иоганн Филипп Рейс родился 7 января 1834 года в Гельнхаузене, Великое герцогство Гессен. Мать Филиппа умерла, когда тот был ещё младенцем, и воспитанием ребёнка занималась его бабушка по отцовской линии, начитанная и религиозная женщина. В возрасте шести лет Филипп был отправлен на обучение в Кассельскую школу. Здесь его способности привлекли внимание преподавателей, и отцу Филиппа посоветовали отдать сына в колледж. Отец скончался, когда ребёнку не было и десяти лет, но бабушке Рейса при помощи его опекунов удалось определить Филиппа в Институт Гарньера в Фридрихсдорфе, где тот проявил интерес к иностранным языкам и вскоре овладел английским и французским.

В 14 лет Рейс поступил в Хассельский Институт в городе Франкфурт-на-Майне, где освоил также латинский и итальянский языки. Филипп проявлял всё больший интерес к науке, и его опекунам посоветовали отправить подростка в политехническую школу Карлсруэ; однако один из них, дядя Филиппа, хотел, чтобы тот стал торговцем, и 1 марта 1850 года Рейс против своего желания был определён учеником в фирму по продаже красок Дж. Ф.Бейербаха. Филипп обещал дяде заниматься выбранным для него делом, но при этом, не бросая своих занятий наукой.

Благодаря усердной работе Филипп завоевал уважение Бейербаха, а в своё свободное время брал частные уроки математики и физики и посещал лекции по механике профессора Р.Боттгера в Школе Торговли. Когда практика Рейса в торговом ремесле закончилась, он начал заниматься в институте доктора Поппе во Франкфурте. Здесь не преподавались такие предметы, как история и география, поэтому некоторые студенты обучали основам этих наук друг друга; так, Рейс начал преподавать географию, считая это своим призванием. Также в это время он стал членом Общества Физиков во Франкфурте.

В 1855 году Рейс завершил военную службу в Касселе и вернулся во Франкфурт, где начал преподавать математику и другие науки, давая частные уроки и читая публичные лекции. Рейс хотел поступить в Гейдельбергский университет, но в 1858 году его старый друг и учитель Гофрад Гарньер предложил ему пост в институте Гарньера.

14 сентября 1859 года Рейс женился и вскоре переехал во Фридрихсдорф, чтобы начать здесь карьеру учителя заново.

Идея передачи звука при помощи электричества родилась, когда Рейс изучал органы слуха, и обдумывалась им в течение нескольких лет. В 1860 году Рейс сконструировал первый прототип телефона, способный передавать звук на расстоянии до 100 метров. В 1862 году Филипп вновь написал Поггендорффу - на этот раз с просьбой опубликовать доклад об изобретённом им аппарате, но и этот доклад был отвергнут. Профессор Поггендорфф отрицал возможность передачи голоса на расстоянии, как несбыточную мечту, но Рейс считал, что его статьи отвергаются лишь потому, что он - простой школьный учитель.

Изобретение, названное Рейсом Telephon, было продемонстрировано многим людям, в том числе Вильгельму фон Легату, инспектору Королевского Корпуса Прусского Телеграфа, но большой заинтересованности Рейс не встретил. В 1872 году аппарат был представлен в США профессором Вандервайдом, где вызвал гораздо больший интерес. В числе увидевших первый телефон были Томас Эдисон, представители Белла и компании "Western Union". По признанию профессора Дэвида Хьюза, одного из изобретателей угольного микрофона, при тестировании им телефона Рейса в 1865 году в Санкт-Петербурге, он смог "успешно передать и принять все музыкальные тона и несколько произнесенных слов".

Рейс перестал давать уроки и занялся изучением научных проблем, но состояние его здоровья вскоре стало серьёзной преградой; однако Рейс не бросал своих занятий. Болезнь поразила лёгкие, и Рейс начал терять голос. Летом 1873 года ему пришлось оставить обучение на несколько недель. Осенью состояние Филиппа немного улучшилось, и он вернулся к преподаванию, но ненадолго. В сентябре Рейс должен был представлять новую гравитационную машину на съезде немецких естественников в Висбадене, но не смог из-за болезни. В декабре он окончательно слёг и, после продолжительной и мучительной болезни скончался в январе 1874 года.

Филипп Рейс был похоронен на кладбище Фридрихсдорфа, и в 1878 году, после изобретения телефона, члены Общества Физиков Франкфурта установили на его могиле обелиск из красного песчаника с его портретом.


Более столетия продолжается дискуссия о приоритете и в области радио. Одни считают, что приоритет принадлежит россиянину Александру Попову, другие заявляют, что приоритет этот принадлежит итальянцу Г. Маркони.

Александр Степанович Попов родился 4 марта 1859 (16 марта1859) года на Урале в поселении при Богословском заводе Турьинские Рудники Верхотурского уезда Пермской губернии(ныне г. Краснотурьинск Свердловской области).

В семье его отца, местного священника Степана Петровича Попова (1827-1897), кроме Александра было ещё 6 детей, среди них сестра Августа, в будущем известная художница. Жили более чем скромно.

В 10-летнем возрасте Александр Попов был отправлен в Далматовское духовное училище, в котором его старший брат Рафаил преподавал латинский язык. В 1871 году Александр Попов перевёлся в третий класс Екатеринбургского духовного училища.

В 1873 году он поступил в Пермскую духовную семинарию. После окончания общеобразовательных классов Пермской духовной семинарии (1877 год) Александр успешно сдал вступительные экзамены на физико-математический факультет Санкт-Петербургского университета. Годы учения в университете не были для Попова лёгкими. Средств не хватало, и он вынужден был подрабатывать электромонтёром в конторе "Электротехник". В эти годы окончательно сформировались научные взгляды Попова: его особенно привлекали проблемы новейшей физики и электротехники.

Успешно окончив университет в 1882 году со степенью кандидата, А. С. Попов получил приглашение остаться там для подготовки к профессорской деятельности по кафедре физики. В 1882 году защитил диссертацию на тему "О принципах магнито- и динамоэлектрических машин постоянного тока". Но молодого учёного больше привлекали экспериментальные исследования в области электричества, и он поступил преподавателем физики, математики и электротехники в Минный офицерский класс в Кронштадте, где имелся хорошо оборудованный физический кабинет.

В 1890 году получил приглашение на должность преподавателя физики в Техническое училище Морского ведомства в Кронштадте. Одновременно в 1889-98 годах в летнее время заведовал главной электростанцией Нижегородской ярмарки. В этот период всё своё свободное время Попов посвящает физическим опытам, главным образом, изучению электромагнитных колебаний. В 1899 году удостоен звания Почётного инженера-электрика.

Основной вехой в деятельности Попова стало создание им радиоприемника и системы радиосвязи. В 1895 году он изготовил когерентный приемник, способный принимать на расстоянии без проводов электромагнитные сигналы различной длительности. Собрал и испытал первую в мире практическую систему радиосвязи, включающую искровой передатчик Герца собственной конструкции и изобретенный им приемник. В ходе опытов также была обнаружена способность приемника регистрировать электромагнитные сигналы атмосферного происхождения.

7 мая 1895 года Попов выступил на заседании РФХО с докладом "Об отношении металлических порошков к электрическим колебаниям", во время которого и продемонстрировал работу аппаратуры беспроводной связи. Пять дней спустя в газете "Кронштадтский вестник" было опубликовано первое сообщение об успешных опытах Попова с приборами для беспроводной связи.

В 1898 году началось промышленное производство корабельных радиостанций Попова фирмой Э. Дюкрете в Париже. Созданная по инициативе ученого кронштадтская радиомастерская - первое радиотехническое предприятие России, с 1901 года приступила к выпуску аппаратуры для Военно-Морского флота. В 1904 году петербургская фирма "Сименс и Гальске", немецкая фирма Telefunken и Попов совместно организовали "Отделение беспроволочной телеграфии по системе А. С. Попова".

С 1901 года Попов - профессор физики Электротехнического института императора Александра III. Также Попов был и почётным членом Русского технического общества(1901). В 1901 году Попову присвоен гражданский (статский) чин V класса статский советник.

В 1905 году учёный совет института избрал А. С. Попова ректором. В том же году на озере Кубыча в трёх километрах от станции Удомля Александр Степанович Попов покупает дачу, где долгие годы после смерти учёного жила его семья.

В 1902 году А. С. Попов был избран почётным членом Императорского Русского технического общества(ИРТО), а в 1905 году - председателем Физического отделения и президентом Русского физико-химического общества (РФХО), должности которые он должен был занять с 1 января 1906 г.

Деятельность Попова как ученого и изобретателя была высоко оценена и в России, и за границей еще при жизни. Ему была присуждена премия РТО, Высочайше пожалована премия "за непрерывные труды по применению телеграфирования без проводов на судах флота", он был награжден Большой золотой медалью Всемирной промышленной выставки в Париже(1900), орденами Российской империи, избран почетным членом РТО, почетным инженером-электриком и президентом РФХО.

Александр Степанович Попов скоропостижно скончался 31 декабря 1905 (13 января 1906) от инсульта. Похоронен на Литераторских мостках Волковского кладбища в Санкт-Петербурге.

После его смерти 13 января 1906 года в России был создан фонд и учреждена премия его имени. В 1945 году был учрежден праздник - День радио, отмечаемый 7 мая, учреждены знак "Почетный радист" и Золотая медаль АН СССР имени А. С. Попова, именные премии и стипендии. Также именем Попова названы малая планета, объект лунного ландшафта обратной стороны Луны, Центральный музей связи и улица в Петербурге, НИИ радиоприема и акустики, теплоход. Ему воздвигнуты памятники в Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Краснотурьинске, Котке (Финляндия), Петродворце, Кронштадте, на острове Гогланд.

А в 2005 году Международный институт инженеров электротехники и электроники (IEEE) установил в Санкт-Петербургском государственном электротехническом университете "ЛЭТИ" мемориальную доску в память об изобретении радио Поповым. Таким образом международным общественным признанием организация подтвердила приоритет Александра Степановича Попова в изобретении радио.


Итальянский радиотехник и предприниматель Гульельмо Маркони родился в Болонье в семье крупного землевладельца. Его мать, Энни Джеймсон, была шотландско-ирландского происхождения и приходилась внучкой Джону Джеймсону, основавшему вискикурню Jameson.

В 13 лет поступил в технический институт в Ливорно. В 1894 году под влиянием посмертно изданных трудов Генриха Герца, а также Николы Теслы заинтересовался вопросами передачи электромагнитных волн и поступил в обучение к профессору физики Болонского университета Аугусто Риги, занимавшемуся исследованиями в этом направлении. Тогда же в имении своего отца начал проводить опыты по сигнализации с помощью электромагнитных волн. В 1895 году Маркони послал беспроводной сигнал из своего сада в поле на расстояние 3 км. Тогда же предложил использование беспроводной связи министерству почты и телеграфа, но получил отказ.

В начале 1896 года приехал в Великобританию, где продемонстрировал свой аппарат: с помощью азбуки Морзе передал сигнал с крыши лондонского почтамта в другое здание на расстояние 1,5 км. Изобретение заинтересовало крупного физика В. Г. Приса], бывшего директором британской почты и телеграфа; под его руководством Маркони продолжил работы. 2 июня1896 года подал заявку на "усовершенствования в передаче электрических импульсов и сигналов и в аппаратуре для этого". 2 сентября провёл первую публичную демонстрацию своего изобретения на равнине Солсбери, добившись передачи радиограмм на расстояние 3 км.

В качестве передатчика Маркони применил генератор Герца в модификации Аугусто Риги, а в качестве приёмника - прибор Александра Попова (созданный, в свою очередь, на основе прибора Оливера Лоджа), в который Маркони ввёл разработанный им самим вакуумный когерер, повысивший стабильность работы прибора и его чувствительность, а также дроссельные катушки.

2 июля 1897 года получил патент и уже 20 июля создал и организовал акционерное общество "Маркони К╟". Для работы в фирме Маркони пригласил многих учёных и инженеров. Летом того же года осуществил передачу радиосигналов на 14 км через Бристольский залив, в октябре - на расстояние 21 км. В ноябре того же года построил первую стационарную радиостанцию на острове Уайт, обеспечившую связь острова с материком на расстоянии 23 км. В мае 1898 года впервые применил систему настройки (на принципах, открытых в предыдущем году Оливером Лоджем); запатентовал её в 1900 году (патент ╧ 7777). В том же году открыл в Челмсфорде первый "завод беспроволочного телеграфа", на котором работали 50 человек.

Огромное влияние на дальнейшее развитие радиотехники оказала совершенно ошибочная точка зрения Маркони, считавшего, что электромагнитные волны могут без больших потерь проходить через грунт и воду. Это позволило ему убеждать как себя, так и других, что возможна передача радиоволн на огромные расстояния (противная точка зрения утверждала, что прохождение радиоволн возможно только в условиях прямой видимости, и радиопередача на далёкие расстояния будет невозможной ввиду кривизны Земли).

В действительности потери при прохождении радиоволн через грунт и воду огромны, но короткие радиоволны могут отражаться от ионосферы и огибать весь земной шар. Именно эта ошибочная гипотеза позволила Маркони в декабре 1901 года организовать первую радиосвязь через Атлантический океан (передал букву S азбуки Морзе), о чём сообщил сам лично. Это сообщение не подтверждается источниками, тем не менее, в конце следующего года им была налажена регулярная трансатлантическая радиосвязь.

В 1905 году запатентовал направленную связь.

За заслуги перед государством 30 декабря 1914 года Маркони был назначен пожизненным сенатором Италии.

Во время Первой мировой войны Маркони поступил добровольцем на армейскую службу, получив чин лейтенанта инженерного корпуса и служил в Институте радиотелеграфии итальянского военно-морского флота. В дальнейшем он получил ряд повышений по службе, достигнув в ноябре 1919 года чина Capitano di Fregata. После ухода с военной службы Маркони как отставной офицер получил ещё ряд повышений в чине.

В 1919 году - полномочный представитель Италии на Парижской мирной конференции. От имени Италии подписал мирные договоры с Австрией и Болгарией.

В 1932 году установил первую радиотелефонную микроволновую связь.

В 1934 году продемонстрировал возможность применения микроволновой телеграфии для нужд навигации в открытом море.

Последние годы жизни провёл в Италии. После прихода к власти фашизма Маркони приветствовал его и в 1923 году вступил в Фашистскую партию.

17 июня 1929 года король Виктор Эммануил III даровал Маркони наследственный титул маркиза. Маркони был награждён большим количеством орденов и медалей.

В 1930 году Бенито Муссолини назначил его главой Королевской академии Италии[it]. Этот пост сделал его членом главного управляющего органа фашистской Италии - Большого фашистского совета.

Маркони скончался 20 1937 года в Риме.

В 1976 году Международный астрономический союз присвоил имя Гульельмо Маркони кратеру на обратной стороне Луны.

В 1974 году Банк Италии выпустил в обращение монету номиналом в 100 лир, посвященную 100-летнему юбилею Г. Маркони.

С 1975 года вручается Премия Маркони.

Аэропорт Болоньи, родного города Маркони, носит его имя.

В 2000 году была выпущена почтовая марка Молдовы, посвященная Маркони.


Определённое отношение к изобретению радио имели также Оливер Лодж и Генрих Герц.

Английский физик сэр Оливер Джозеф Лодж родился 12 июня 1851 года в городке Пенкхалле под Сток-он-Трентом. Был старшим из восьми сыновей в семье торговца пластичной глиной (сырьё для керамики) Оливера Лоджа и Грэйс Лодж (Хит). Среднее образование получил в школе Адамса. Получил степень бакалавра (1875) и доктора (1877) Лондонского университета. С 1881 - профессор физики и математики в Университетском колледже Ливерпуля.

В 1899-1901 годах Оливер Джозеф Лодж являлся президентом Лондонского общества физиков. С 1900 - директор вновь открытого Бирмингемского университета. В 1902 г. произведён в рыцари.

В 1877 году Лодж женился на Мэри Фанни Александер Маршалл. В семье родилось двенадцать детей.

14 августа 1894 г. на заседании Британской ассоциации содействия развитию науки в Оксфордском университете Лодж и Александр Мирхед произвели первую успешную демонстрацию радиотелеграфии. В ходе демонстрации радиосигнал азбуки Морзе был отправлен из лаборатории в соседнем Кларендоновском корпусе и принят аппаратом на расстоянии 40 м - в театре Музея естественной истории, где проходила лекция.

Изобретённый Лоджем радиоприёмник - "Прибор для регистрации приёма электромагнитных волн" - содержал кондуктор - (когерер), источник тока, реле и гальванометр. Когерер представлял собой стеклянную трубку, набитую металлическими опилками ("трубка Бранли"), которые для восстановления чувствительности к "волнам Герца" следовало периодически встряхивать; для этой цели использовался электрический звонок или механизм с молоточком-зацепом (собственно, этой комбинации трубки с "прерывателем"-трамблёром Лодж и дал название "когерер").

Однако дальнейших исследований в области практического применения своих наработок Лодж не повёл. В дальнейшем А. С. Попов и Г. Маркони усовершенствовали его прибор.

По мнению профессора Блонделя (1898), "факты выявляют капитальную роль, которую сыграли в разработке телеграфии без проводов Лодж и Герц... Лодж имел мысль соединить их "трубки Бранли" с резонатором Герца для записи сигналов на малых расстояниях с помощью реле и регистратора. Это ему в действительности принадлежит первая идея телеграфии без проводов".

6 августа 1898 Лодж получил патент ╧ 609154 на "использование настраиваемой индукционной катушки или антенного контура в беспроводных передатчиках или приёмниках, или в обоих устройствах". Таким образом, были созданы принципы настройки на нужную станцию. 19 марта 1912 Лодж продал этот патент компании Маркони.

Лодж также изобрёл динамический громкоговоритель современного типа (1898) и электрическую свечу зажигания.

Оливер Лодж имел награды:

Медаль Румфорда (1898)

Кельвиновская лекция (1914, 1928)

Медаль Альберта (Королевское общество искусств) (1919)

Медаль Фарадея (1932).

Оливер Лодж скончался 22 1940 года.


Немецкий физик Генрих Герц родился 22 февраля 1857 года в Гамбурге, в семье юриста, позже ставшего сенатором города Гамбурга. Мальчик родился слабеньким, так что были даже, к счастью, не оправдавшиеся, опасения за его жизнь. Он рос послушным, прилежным и любознательным, у него была прекрасная память, что, в частности, позволяло ему с легкостью изучать иностранные языки (даже включая арабский). Любимыми авторами Генриха были Гомер и Алигьери Данте. И еще одно: по многочисленным его письмам к родителям видно, какая духовная близость соединяла его с ними.

Кроме общеобразовательной школы, юный Генрих по воскресеньям посещал и школу искусств и ремесел. Там изучалось черчение, а также столярное и слесарное дело. Когда Генрих Герц уже стал знаменитым ученым, его бывший преподаватель токарного дела, говорил: "Жаль, из него вышел бы прекрасный токарь". Все это впоследствии весьма пригодилось изобретателю, когда он создавал свои экспериментальные установки. Первые попытки мальчика конструировать физические приборы относятся еще к его школьным годам.

По всему можно было понять, что мальчик тянется к науке. Но ему казалось, что она требует от человека каких-то исключительных данных, и он сомневался, что обладает достаточными для научной работы способностями. Поэтому, получив аттестат зрелости, Герц, которого привлекала и техника, решил выбрать путь инженера. Поехав вначале в Дрезден, а затем в Мюнхен, он поступил там в политехникум, окончив который даже принял участие в постройке моста.

Но этот выбор оказался не окончательным. Тяга к науке становилась все сильнее и победила все колебания. В ноябре 1877 Генрих написал родителям: "Раньше я часто говорил себе, что быть посредственным инженером для меня предпочтительней, чем посредственным ученым. Но теперь я думаю, что прав Шиллер, сказавший: "кто трусит жизнью рисковать, тому успеха в ней не знать", и что излишняя осторожность была бы с моей стороны безумием". Родители поняли и поддержали его решение, и весной 1878 года Генрих приехал в Берлин и поступил там в университет.

В Берлине произошла встреча Генриха Герца с замечательным ученым и человеком, выдающимся естествоиспытателем того времени, ученым Германом Гельмгольцем. Позже Гельмгольц даже называл Герца любимцем богов".

В то время еще не сформировалось ясное представление о физической природе электрического и магнитного полей. Имело распространение мнение, что существуют некие связанные с ними "флюиды", обладающие, подобно всем известным средам, массой, а, значит, и инерцией. Если в проводнике либо возникает, либо прекращается электрический ток, эта инерция должна была бы обнаружиться, и Герц имел целью исследовать это экспериментально.

Понятно, что опыты Генриха Герца не могли обнаружить искомого эффекта инерции. Несмотря на то, что результаты опытов были, фактически, отрицательными, работа была оценена очень высоко и в 1879 году отмечена призом университета.

5 февраля 1889 года 23-летний Герц защитил на ее основе докторскую диссертацию ("с отличием", как было особо отмечено). Диссертация была в значительной ее части теоретической - автор продемонстрировал блестящее владение математическим аппаратом. Ученый был не только гениальным экспериментатором, но и теоретиком и математиком высочайшего класса.

Другая работа была посвящена исследованию остаточной электрической поляризации в жидких диэлектриках, а также разрядов в газах. Для этого Герц почти два месяца трудился над созданием электрической батареи из 1000 элементов, которая, проработав весьма недолго, вышла из строя.

Вскоре, в том же 1882 году он неожиданно, как может показаться, переключился на решение задач из области теории упругости. В их числе - о прогибе нагружаемой различным образом упругой плиты (эта задача, возможно, заинтересовала Герца, когда он наблюдал ледоход). Технические условия работы в Киле были значительно хуже, чем в Берлине, но здесь ему была предложена должность приват-доцента.

Через три года, в начале 1885 года Генрих Герц стал профессором Высшей технической школы в Карлсруэ. Через полгода после переезда туда он женился на Елизавете Долль, и, возможно, это было одной из важных причин окончания периода депрессии.

1873 год занимает в истории физики особое, исключительное место. В этом году появился гениальный "Трактат об электричестве и магнетизме" Максвелла. Тогда лишь немногие осознали, что наступила новая эра в науке об электричестве и магнетизме, а, наверное, и во всей физике.

Максвеллу принадлежит гениальная догадка, что свет также имеет электромагнитную природу, что это - частный случай электромагнитных волн. И в 1886-88 годах Генрих Герц осуществил свои эксперименты, доказавшие реальность электромагнитных волн.

Опыты Герца сыграли существенную роль в становлении современной электродинамики. Работы Герца оказали на всю жизнь человечества колоссальное влияние. В 1889 году Итальянское общество наук в Неаполе наградило его медалью имени Маттеучи, Парижская академия наук - премией Лаказа, а Венская императорская академия - премией Баумгартнера. Через год Лондонское королевское общество награждает Генриха Герца медалью Румфорда, а в 1861 Королевская академия в Турине - премией Бресса.

Прусское правительство награждает его орденом Короны, Берлинская, Мюнхенская, Венская, Римская, Геттингенская и другие академии избирают его своим членом-корреспондентом. В его честь названа единица частоты - Герц.

Генрих Герц подтвердил выводы максвелловской теории о том, что скорость распространения электромагнитных волн в воздухе равна скорости света, установил тождественность основных свойств электромагнитных и световых волн. Герц изучал также распространение магнитных волн в проводнике и указал способ измерения скорости их распространения.

Работы Герца по электродинамике сыграли огромную роль в развитии науки и техники. Его труды обусловили возникновение беспроволочного телеграфа, радио и телевидения.

В 1886-1887 годах Генрих Герц впервые наблюдал и дал описание внешнего фотоэффекта. Ученый разрабатывал теорию резонаторного контура, изучал свойства катодных лучей, исследовал влияние ультрафиолетовых лучей на электрический разряд. Последние четыре года его жизни были посвящены эксперименту с газовым разрядом и работой над книгой "Принципы механики, изложенные в новой связи", в которой изложен оригинальный подход к этой науке.

Генрих Герц скончался 1 января 1894 года в Бонне, прожив всего 37 лет. Его кончина от общего заражения крови была тяжелым ударом не только для его родителей, жены и двух дочерей, но и для всех его коллег и учеников и для всей физики. Похоронен в Гамбурге, на Ольсдорфском кладбище.


Зимой 1922 года в голодном Петрограде появились афиши: "Большой зал Государственной академической филармонии. Один вечер Л.С.Термена. Радио-музыка. Управление звуками свободным движением руки в пространстве. Тембр и характер звука - по желанию".

Лев Термен родился 15 (28) августа 1896 года в Санкт-Петербурге в дворянской православной семье с французскими гугенотскими корнями (по-французски родовая фамилия писалась как Theremin). Отец - известный юрист Сергей Эмильевич Термен, мать - Евгения Антоновна. Лев был первенцем в семье. Родители способствовали развитию способностей Льва: он брал уроки игры на виолончели, в квартире была оборудована физическая лаборатория, а затем и домашняя обсерватория. Льва отдали учиться в Петербургскую первую мужскую гимназию. Уже в третьем классе Лев заинтересовался физикой, а в четвёртом он демонстрировал "резонанс типа Тесла". Гимназию Лев окончил с серебряной медалью в 1914 г.

В 1916 году окончил Петербургскую консерваторию по классу виолончели. Параллельно обучался на физико-математическом факультете Петроградского университета, где, в том числе, был слушателем лекций по физике приват-доцента А. Ф. Иоффе.

Со второго курса университета, в 1916 году, его призвали в армию и направили на ускоренную подготовку в Николаевское инженерное училище, а затем на офицерские электротехнические курсы. Революция застала его младшим офицером запасного электротехнического батальона, обслуживавшего самую мощную в империи Царскосельскую радиостанцию под Петроградом.

После Октябрьской революции 1917 года он продолжил работу на той же радиостанции, позже был направлен в военную радиолабораторию в городе Москве.

В 1919 году Лев Термен стал заведующим лабораторией Физико-технического института в Петрограде. Его, как специалиста по радиотехнике, пригласил на работу к себе в институт А. Ф. Иоффе. Новому сотруднику была поставлена задача измерения диэлектрической постоянной газов при различных давлениях и температурах.

Первый вариант измерительной установки Термена представлял собой генератор электрических колебаний на катодной лампе. Испытуемый газ в полости между металлическими пластинами был элементом колебательного контура - конденсатором, который влиял на частоту электрических колебаний. В процессе работы над повышением чувствительности установки возникла идея объединения двух генераторов, один из которых давал колебания определённой неизменной частоты. Сигналы от обоих генераторов подавались на катодное реле, на выходе которого формировался сигнал с разностной частотой. Относительное изменение разностной частоты от параметров испытуемого газа было намного больше. При этом, если разностная частота попадала в звуковой диапазон, то сигнал можно было принимать на слух.

В 1920 году на основе экспериментальной измерительной установки Лев Термен изобрёл электромузыкальный инструмент "Терменвокс", сделавший его впоследствии широко известным.

В марте 1922 была устроена демонстрация изобретений Термена в Кремле, на которой присутствовал Владимир Ленин. Термен представил устройство охранной сигнализации, терменвокс, объяснял принцип его работы, а Ленин пытался исполнить на терменвоксе "Жаворонка" Глинки.

Но Ленина больше интересовали сторожевые свойства терменвокса. Он направил письмо Льву Троцкому с предложением уменьшить число кремлёвских курсантов посредством введения в Кремле электрической сигнализации. Позднее охрана по методу Термена была применена. Сам же изобретатель после той встречи получил годовой железнодорожный билет для гастрольной поездки по стране.

Будучи весьма разносторонним человеком, Термен изобрёл множество различных автоматических систем (автоматические двери, автоматы освещения и т. д.) и систем охранной сигнализации. Параллельно, с 1923 года, сотрудничал с Государственным институтом музыкальной науки в Москве. В 1925-1926 годах изобрёл одну из первых телевизионных систем - "Дальновидение". Первый телевизионный аппарат был установлен в служебном кабинете Ворошилова. А зрителями были также Сталин, Тухачевский, Орджоникидзе и Будённый.

В 1927 году Термен получил приглашение на международную музыкальную выставку во Франкфурте-на-Майне. Доклад Термена и демонстрация его изобретений пользовались огромным успехом и принесли ему всемирную известность.

Успех его концерта на музыкальной выставке таков, что Термена засыпают приглашениями. Дрезден, Нюрнберг, Гамбург, Берлин провожают его овациями и цветами. Восторженны отзывы слушателей.

Непонятность, откуда идёт звук, потрясает. Кто-то называет терменвокс "небесным" инструментом, кто-то "сферофоном". Поражает тембр, одновременно напоминающий и струнные, и духовые инструменты, и даже какой-то особенный человеческий голос, словно "выросший из далёких времён и пространств".

В 1928 году Термен, оставаясь советским гражданином, переехал в США. По приезде в США он запатентовал терменвокс и свою систему охранной сигнализации. Также он продал лицензию на право серийного выпуска упрощённой версии терменвокса компании RCA (Radio Corporation of America).

Лев Термен организовал компании Teletouch и Theremin Studio и арендовал в Нью-Йорке на 99 лет шестиэтажное здание для музыкально-танцевальной студии. Это дало возможность создать в США торговые представительства СССР, под "крышей" которых могли работать советские разведчики.

В 1931-1938 годах Термен был директором Teletouch Inc. Тогда же он разработал системы сигнализаций для тюрем Синг-Синг и Алькатрас.

Вскоре Лев Термен стал миллионером и очень популярным в Нью-Йорке человеком. В его студии бывали Джордж Гершвин, Морис Равель, Яша Хейфец, Иегуди Менухин, Чарли Чаплин, Альберт Эйнштейн. В круг его знакомых входили финансовый магнат Джон Рокфеллер, будущий президент США Дуайт Эйзенхауэр.

По указанию из Москвы Лев Сергеевич развёлся со своей женой Екатериной Константиновой. Вскоре он женился на Лавинии Вильямс, танцовщице первого американского негритянского балета.

В 1938 году Термена отозвали в Москву. Он тайно уехал из США, оформив на имя владельца фирмы Teletouch Боба Зинмана доверенность распоряжаться его имуществом и управлять патентными и финансовыми делами. Термен хотел взять с собой в СССР и жену Лавинию, но ему сказали, что она приедет позже. Когда за ним пришли, Лавиния случайно оказалась дома, и у неё создалось впечатление, что мужа увели насильно.

В Ленинграде Термен безуспешно пытался устроиться на работу, потом переехал в Москву, но работу там также не нашёл. Деньги кончились. Ему удалось добиться аудиенции у Ворошилова. Она продолжалась пару минут и ничего не дала.

В марте 1939 года его арестовали. Есть две версии того, какое обвинение ему было предъявлено. Согласно одной из них, он обвинялся в причастности к фашистской организации, согласно другой - в подготовке убийства Кирова. Его вынудили оговорить себя, что группа астрономов из Пулковской обсерватории готовилась поместить фугас в маятник Фуко, а Термен должен был послать из США радиосигнал и взорвать фугас, как только к маятнику подойдёт Киров. Особое Совещание при НКВД СССР приговорило Термена к восьми годам лагерей, и его отправили в лагерь на Колыму.

Первое время Термен отбывал срок в Магадане, работая бригадиром строительной бригады. Приходилось толкать стокилограммовые тачки со щебёнкой все дни без выходных. Многочисленные рационализаторские предложения Термена привлекли к нему внимание администрации лагеря, и уже в 1940 году он был переведён в туполевское конструкторское бюро ЦКБ-29 (в так называемую "туполевскую шарагу"), где проработал около восьми лет.

Здесь его ассистентом был Сергей Павлович Королёв, впоследствии - знаменитый конструктор космической техники. Одним из направлений деятельности Термена и Королёва была разработка беспилотных летательных аппаратов, управляемых по радио - прообразов современных крылатых ракет.

Одна из разработок Термена - подслушивающая система "Буран", считывающая с помощью отражённого инфракрасного луча вибрации стекла в окнах прослушиваемого помещения. Именно это изобретение Термена было отмечено Сталинской премией первой степени в 1947 году. Но из-за того, что лауреат на момент представления к премии был заключённым и закрытого характера его работ, о награждении нигде публично не сообщалось.

Другая разработка - эндовибратор "Златоуст", подслушивающее устройство без элементов питания и электроники на основе высокочастотного резонанса, проработавшее в кабинете американских послов незамеченным в течение восьми лет. Подслушивающее устройство было вмонтировано в деревянное панно, изготовленное из ценных пород дерева, и изображающее Большую печать США. Панно было подарено в 1945 году приглашённому на празднование 20-летия пионерского лагеря "Артек" послу США Авереллу Гарриману, который повесил его в своём кабинете.

Конструкция подслушивающего устройства оказалась настолько удачной, что при обследовании подарка американские спецслужбы ничего не заметили. "Жучок" был обнаружен в 1952 году, а после был представлен в ООН в качестве доказательства разведывательной деятельности СССР, однако принцип его действия ещё несколько лет оставался неразгаданным.

В 1947 году Термен был реабилитирован, но продолжил работу в закрытых конструкторских бюро в системе НКВД СССР, где занимался, в частности, разработкой подслушивающих систем.

В 1948 году у него и его жены Марии Гущиной рождаются две дочери - Наталья Термен и Елена Термен.

В 1964-1967 гг. Термен работал в лаборатории Московской консерватории, посвятив все силы разработке новых электромузыкальных инструментов, а также восстановлению всего того, что успел изобрести в 1930-е годы. По некоторым данным, в этот период Термен работал "на общественных началах", безвозмездно.

В 1967 году оказавшийся в консерватории музыкальный критик Гарольд Шонберг узнал во встреченном там человеке Льва Термена. Новость напечатали в газете The New York Times, и публикация "буржуазной прессы" вызвала негодование в СССР. Студию Термена закрыли, "все его инструменты изрубили топором и выбросили", из консерватории он был уволен (по другим сведениям - вышел на пенсию).

Не без труда Термен устроился на работу в лабораторию при Физическом факультете МГУ. В главном здании МГУ он проводил семинары для желающих послушать о его работах, изучить терменвокс; на семинары ходили всего несколько человек. Формально Термен числился на должности механика физического факультета МГУ, но фактически продолжал самостоятельные научные исследования. Активная научная деятельность Л. С. Термена продолжалась практически до самой его смерти.

В 1989 году состоялась поездка (вместе с дочерью, Натальей) на фестиваль в городе Бурж (Франция). В 1991 году вместе с дочерью, Натальей Термен, и внучкой, Ольгой Термен, он посетил США по приглашению Стэнфордского университета.

В марте 1991 года, в возрасте 95 лет, вступил в КПСС. На вопрос, зачем он вступает в разваливающуюся партию, Термен отвечал: "Я обещал Ленину".

В 1992 году неизвестные разгромили комнату-лабораторию на Ломоносовском проспекте (комната была выделена московскими властями по ходатайству В. С. Гризодубовой), были разбиты все его инструменты, выкрадена часть архивов. Милиция преступление не раскрыла.

В 1992 году в Москве был создан "Термен-центр", ставящий главной своей задачей поддержку музыкантов и звуковых художников, работающих в области экспериментальной электроакустической музыки. Лев Термен не имел никакого отношения к созданию центра, названного его именем. На просьбу Льва Термена убрать имя, руководители центра не отреагировали.

Лев Термен умер 3 ноября 1993 года. Как писали позднее газеты: "В девяносто семь лет Лев Термен ушел к тем, кто составлял лицо эпохи - но за гробом, кроме дочерей с семьями и нескольких мужчин, несущих гроб, никого не было...".

Похоронен на Кунцевском кладбище в Москве.


Первым из российских соотечественников удостоился чести войти в Русско-американскую палату славы Владимир Зворыкин.

Владимир Козьмич Зворыкин родился 17 [30] июля 1889 года в Муроме в семье купца первой гильдии Козьмы Зворыкина, который торговал хлебом, владел пароходами и был председателем Муромского общественного банка.

Окончив муромское реальное училище, в 1906 году он поступил в Санкт-Петербургский технологический институт и с отличием окончил его в 1912 году с дипломом инженера-технолога.

В период обучения в Технологическом институте Зворыкин участвовал в проведении первых опытов в области "дальновидения" и электроники под руководством профессора Б. Л. Розинга.

В 1912-1914 годах продолжал образование в Париже в Коллеж де Франс под руководством Поля Ланжевена.

Во время Первой мировой войны служил в войсках связи в Гродно, затем работал в офицерской радиошколе в Петрограде.

Революция приостановила научную деятельность Зворыкина из-за отсутствия финансирования. По приглашению друзей, работавших в международной корпоративной организации, Зворыкин направляется в Омск, столицу белого движения в Сибири, где занимался оборудованием радиостанций, работал с зарубежными поставщиками, ездил в командировки. В Екатеринбурге Зворыкина чуть не расстреляли за то, что он собирался искать радиодетали на территории, занятой красноармейцами, но прибытие войск Колчака помогло ему остаться в живых.

В 1919 году, во время второй командировки Зворыкина в Нью-Йорк, правительство Колчака пало, то есть возвращаться уже было некуда, и Владимир стал сотрудником компании "Вестингауз", где занялся любимой темой - передачей изображения на расстояние, однако не нашёл понимания у начальства (отчасти из-за языкового барьера), и продолжил разработки самостоятельно. В 1923 году Зворыкин подал патентную заявку (US2141059 (A) ― 1938-12-20) на телевидение, осуществляемое полностью на электронном принципе.

В 1928 году встретился с эмигрантом из России Давидом Сарновым, вице-президентом фирмы "Рэдио корпорейшн оф Америка" (англ. Radio Corporation of America, RCA). Сарнов, ставший в 1930 году президентом компании RCA, назначил Зворыкина руководителем лаборатории электроники RCA. В 1929 году Зворыкин разработал высоковакуумную телевизионную приемную трубку - кинескоп, к 1931 году завершил создание конструкции передающей трубки - иконоскопа. В июне 1933 года Зворыкин выступил на годичной конференции Американского общества радиоинженеров, где ознакомил присутствующих с вновь созданной электронной телевизионной системой. В 1940-е годы он разбил световой луч на синий, красный и зелёный цвета и таким образом получил цветное телевидение.

В 1933 году и последующие годы Зворыкин неоднократно бывал в Европе, в том числе посещал СССР. Его консультации сыграли большую роль в создании систем телевещания в Европе. В результате реализации заключенного с RCA договора, СССР ввел в действие в 1938 году первую передающую станцию электронного ТВ в Москве, было освоено производство телевизоров "ТК-1" с кинескопом Зворыкина.

В 1940-х годах Владимир Козьмич осуществил вместе с Дж. Хиллиером разработку сканирующего. В годы второй мировой войны занимался разработкой приборов ночного видения и авиабомб с телевизионной наводкой.

В 1950-х - 1960-х годах Зворыкин сконцентрировал внимание на области медицинской электроники, где успешно применил свой опыт разработки телевизионного оборудования и других приборов.

В. К. Зворыкину принадлежат более 120 патентов на различные изобретения. Он получил большое число различных наград. В частности, в 1967 году президентом США Линдоном Джонсоном ему была вручена Национальная научная медаль США за научные заслуги за 1966 год. В 1977 году он был избран в Национальную галерею славы изобретателей.

Умер Зворыкин 29 июля 1982 года; похоронен на кладбище Принстона.

В 1952-1986 годах в США вручалась премия имени Зворыкина.

Памятник Зворыкину в Москве на берегу Останкинского пруда открыт 29 июля 2013 года.

Памятник Зворыкину также в Муроме у музея (бывшая усадьба купцов Зворыкиных) открыт 31 июля 2013 года.

В июле 2013 года Национальной ассоциацией телерадиовещателей при поддержке Роспечати была учреждена Премия имени Зворыкина за достижения в области развития телевидения.

Именем Владимира Козьмича Зворыкина названа одна из улиц города Гусева, в Калининградской области. На этой улице находится завод "Цифровые телевизионные системы".


Однако, изобретение телевидения принадлежит не только Зворыкину. Теорию телевизионной телескопии создал профессор Петербургского университета Борис Львович Розинг. В 1907, 1908 и 1909 годах он получил патенты в России, Англии и Германии по заявкам о способе электрической передачи изображения на расстояние.

Продолжателем дела Розинга стал Борис Павлович Грабовский.

Борис Грабовский родился 26 мая 1901 года в Тобольске, в семье ссыльного украинского поэта-революционера Павла Арсеньевича Грабовского и Анастасии Николаевны Гутовской. После смерти отца в ноябре 1902 года мать Бориса Грабовского с сыном и со своей матерью переехала в Одессу, а затем в Харьков, а ещё позже перебралась в Среднюю Азию. В начале 1917 года Грабовские поселились в киргизском селении Токмак.

Борис Грабовский добровольцем вступил в Красную армию. Проучился в Ташкенте в Ташкентской совпартшколе, после окончания её служил в составе частей особого назначения (Пешпекский ЧОН). После демобилизации из армии Борис Грабовский уехал в Ташкент. Работал сначала в Таштраме обмотчиком проводов, а затем поступил на работу лаборантом в лабораторию физико-математического факультета Среднеазиатского университета (САГУ).

Весной 1924 года уехал в Саратов к сестре матери Сусанне Семененко. Желая продолжать своё образование, Борис Грабовский начал брать частным образом уроки у саратовского физика Н. Г. Пискунова. После того, как он подружился со своим преподавателем и рассказал ему о своих идеях, они стали работать вместе над изобретениями в сотрудничестве с молодым инженером-радистом В. И. Поповым[2]. Осенью 1926 года Грабовский с соавторами уехал для дальнейшей работы в Ташкент, так как не смог найти работу и жильё в Саратове.

26 июля 1928 года в Ташкенте Б. П. Грабовскому впервые в мире удалось передать по радио, без проводов, движущееся изображение с помощью полностью электронной системы телевидения. Специальной комиссией в официальном протоколе зафиксировано, что 26 июля 1928 года был произведен опыт с приборами для передачи движущихся изображений на расстояние и хотя изображение было низкокачественным и с помехами, все же в нём можно было узнать одного из помощников Грабовского, а именно - Ивана Филипповича Белянского.

Таким образом, первым переданным по телефоту изображением было изображение И. Ф. Белянского; первым изображением женщины, переданным по телефоту - изображение Л. А. Грабовской (жены Бориса Павловича). Сам автор изобретения назвал эту систему "Телефотом". Система содержала также усилители на электронных лампах, генераторы развертывающих напряжений, устройства синхронизации. По своим основополагающим идеям система была близка к современным схемам телепередачи изображений. Б. П. Грабовский также выступал с публичными лекциями и докладами о своём изобретении в Ташкенте и других городах СССР.

30 июня 1928 года на имя Б.П. Грабовского, В.И.Попова и Н.Г.Пискунова был выдан патент СССР ╧5592 с приоритетом от 9 ноября 1925 года. В ходе работы над своим аппаратом, Грабовский установил контакт с профессором Рогозиным.

30 сентября 1930 года Б.П.Грабовский и И.Ф.Белянский получили дополнительный патент ╧16733 на изобретение устройства для электрической телескопии.

В 1932 году Грабовский переехал во Фрунзе, где продолжил изобретательскую деятельность в других направлениях Он получил 12 авторских свидетельств, выданных Комитетом по делам изобретений и открытий при Совете Министров СССР.

Несмотря на многократные проверки работы Телефота авторитетными комиссиями, некоторые современные исследователи истории науки всё ещё ставят под сомнения приоритет изобретения телевидения Б. П. Грабовским.

Но, начиная с 1963 года, в СССР и за границей был проявлен большой интерес к изобретению Грабовского и Белянского.

Указом Президиума Верховного Совета Узбекистана от 21 октября 1965 года Борису Павловичу Грабовскому присвоено почётное звание "Заслуженный изобретатель УзССР" за выдающиеся заслуги в развитие телевидения.

Умер и был похоронен Борис Грабовский в 1966 году в столице Киргизии - городе Фрунзе, ныне Бишкек.

20 января 1971 г. бюро Отделения общей физики и астрономии союзной Академии наук, возглавляемое известным физиком Л.А.Арцимовичем, специальным постановлением признало роль Б.П.Грабовского и его соратников в развитии электронного телевидения и проведении 26 июля 1928 г. первой телепередачи в столице Узбекистана с помощью электронного телевидения. Было отмечено, что открытие Грабовского "оказало влияние на развитие электронного телевидения", что Грабовский и его помощники "доказали осуществимость телевидения на основе применения электронно-лучевых приборов".

Специальным письмом от 16 апреля 1971 г. Департамент научной информации ЮНЕСКО, его директор П.Наву высоко оценили заслуги и Грабовского, и Белянского в развитии электронного телевидения. А 7 июня 1971 г. Международный Союз Прессы по радиотехнике и электронике (УИПРЕ) выдал свидетельство "о неоспоримости заслуг Грабовского и Белянского, осуществивших первую в мире телевизионную передачу с помощью электронных телевизионных устройств в 1928 г. ...".

Еще раньше в ╧ 6 Бюллетеня Международной организации радио и телевидения за 1969 г. было подробно рассказано о работах Грабовского. Но его уже не было в живых.


Будущий академик Александр Минц родился 8 января 1895 г. в Ростове-на-Дону в семье инженера. В 1913 г. окончил с золотой медалью Ростовскую гимназию. В 1915 г. поступил на физический факультет Донского госуниверситета, на следующий год - сразу на второй курс Московского университета и одновременно в Народный университет им. Шанявского, где физику читал будущий академик П. П. Лазарев. В 1916 г. Минц, будучи еще студентом, сделал в лаборатории Лазарева свое первое изобретение.

В начале января 1920 г. в период Гражданской войны 25-летний Александр Минц проживал с родителями в Ростове. В это время к городу подходили части Первой конной армии Семена Буденного. Оставшийся в городе Александр подал заявление о зачислении преподавателем на курсы военных радиотехников.

В это время в их дом поселили на постой красного командира высокого ранга, который решил занять его комнату. Но он решительно воспротивился этому и разбушевавшийся красный командир приказал арестовать Александра, как "белого шпиона".

Тогда одного подозрения в шпионаже было достаточно, чтобы без суда и следствия расстрелять человека. Наутро Александра повели к следователю, который предъявил ему обвинение в шпионаже. На это последовал ответ:

"Неужели вы думаете, что, собираясь шпионить, я остался бы в своем доме, подал заявление о зачисление в армию и поспорил бы с красным командиром?".

Доводы были столь убедительны, что следователь поразмыслив, сказал:

"Да, вы правы. Ладно, вы свободны".

Так уверенность в себе, ум и самообладание, проявленные в ответах следователю, помогли Александру Львовичу, сохраняя собственное достоинство, спасти свою жизнь. Позднее уже вряд ли могли встретиться такие следователи.

В том же 1920 г. А.Минц добровольцем вступил в РККА и служил командиром радиодивизиона. В автобиографических записках Минц поведал, что в его подчинении было 13 радиостанций, 125 человек и лошади. Радиодивизион под командованием сына бывшего фабриканта принимал участие в рейдах и боях на различных фронтах Гражданской войны. Однажды Минц со своими связистами попал в окружение, и Буденный бросил немалые силы, чтобы вызволить их из кольца.

После завершения Гражданской войны Минц был откомандирован в Москву, где работал в Высшей военной школе связи РККА начальником радиофакультета и заведовал радиолабораторией, подчиненной наркому обороны М.В.Фрунзе. Однажды, получив трудное и сложное задание наркома, он пренебрег обязательным изучением произведений "классиков марксизма" и "новых вождей", но в срок представил Фрунзе созданную аппаратуру.

Созданная Минцем в 1922 г. первая в Красной Армии ламповая радиотелеграфная станция "АЛМ" была запущена в серийное производство и использовалась до начала Великой Отечественной войны. Устойчивая связь на полях сражений играла все бОльшую роль, и неудивительно, что вся последующая жизнь Минца была в значительной степени связана с оборонной промышленностью.

С именем Минца связаны первые радиопередачи с Красной площади и из Большого театра. А также трансляция боя курантов Спасской башни Кремля и исполнение "Интернационала".

А. Минцу и возглавляемому им коллективу в 1928 году было поручено строительство самой крупной в мире радиовещательной станции ВЦСПС. Вначале предполагалось, что эту станцию будет строить германская фирма "Телефункен". В итоге предварительных переговоров эта фирма согласилась построить радиостанцию мощностью в пятьдесят киловатт за два-три года и определила плату в несколько миллионов золотых марок. Однако этому воспротивился Серго Орджоникидзе, который утверждал, что в Советском Союзе найдутся свои люди, способные построить не худшую радиостанцию.

К этому времени по решению ЦК партии всю группу, работавшую до этого на Сокольнической радиостанции, должны были перевести из Москвы в Ленинград, с тем чтобы создать первую в стране специализированную организацию по радиостроению. Предложение Орджоникидзе было поддержано Сергеем Кировым.

Приступив к работе в начале февраля 1928 г. при небольшом количестве людей, группа А. Минца в короткий срок разработала технический проект. А полностью радиостанция ВЦСПС мощностью не в 50, а в 100 киловатт была сдана уже через семнадцать с половиной месяцев вместо трех лет, предложенных германской фирмой.

Построена она была по оригинальной схеме, разработанной А.Минцем и группой инженеров. Впервые в ней применялась так называемая кварцевая стабилизация частоты. Эта станция в то время была самой мощной в мире. Она позволила получить качество звучания и воспроизведение, вызвавшие восторги не только слушателей Советского Союза, но и всей Европы. За опытом строительства крупных радиовещательных станций к Минцу стали приезжать ведущие зарубежные специалисты.

Второй раз А.Минца арестовали в 1931 г. Но просидел он недолго. Был освобожден по заступничеству Орджоникидзе.

Строительство радиостанции ВЦСПС положило начало новой эпохе в радиостроительстве. Советский Союз занял первое место в мире как по суммарной мощности всех радиостанций, так и по мощности крупнейшей из них.

За радиостанцией ВЦСПС последовало сооружение еще четырех - каждая по 100 киловатт. Примечательный факт того времени. В США крупнейшие радиовещательные станции имели мощность всего 50 киловатт. И только в 1934 году американцы построили первую 500-киловаттную станцию в Цинциннати, в то время как в СССР закончили такую же к 1 мая 1933 года и назвали ее именем Коминтерна.

Каждодневные утренние передачи, начинавшиеся словами: "Говорит Москва. Работает радиостанция имени Коминтерна..."

Конструирование таких станций требовало каждый раз новых идей. Их не всегда принимали. Но он начинал строить. В ходе строительства исправлялись неполадки, и в конце концов добивались положительных результатов.

По проектам Минца в 30-е годы сверхмощные станции звукового вещания были построены в США и Англии. В те же годы А.Минц экстерном окончил Московский электротехнический Институт связи, и без защиты диссертации получил за свои работы степень доктора технических наук. Тогда же А. Минц разработал ряд новейших образцов радиотехники и приборов, многие из которых выпускались на заводах оборонной промышленности и поставлялись на вооружение Красной Армии.

Казалось, все созданное им является лучшим доказательством его лояльности советской власти. Но в наркомате внутренних дел думали не так. И в то время как советские и зарубежные коллеги изучали его опыт и следили за успехами Александра Минца, органы НКВД пристально наблюдали за его деятельностью. Каждый рабочий контакт Минца с иностранными специалистами усиливал подозрительность органов. За ним установили по всем каналам тотальную слежку.

В начале мая 1938 г., вскоре после возвращения из командировки в США, главный инженер НИ ╧33 наркомата оборонной промышленности А.Л.Минц был уже третий раз арестован. Обвинение стандартное - по пресловутой 58-й статье 58-1 и УК РСФСР и приговор 10 лет исправительно-трудовых работ в сибирских лагерях. Доктор технических наук А. Минц рыл котлованы, таскал тяжелые тачки с грунтом вплоть до 10 августа 1941 года.

Далее следовали события, связанные со строительством в Куйбышеве средневолновой вещательной станции с фантастической по тем временам мощностью - 1200 кВт. События той поры были рассекречены только в постсоветское время. Оказывается, первоначально строительство намечалось в районе Курска.

После начала Великой Отечественной войны Совнарком принял документ о переносе строительства далеко на восток, на берега Волги, обозначив первоначальные сроки завершения строительства - 15 октября 1941 г. Но такие масштабы и такой срок строительства требовали от руководства страны принятия ряда нестандартных решений, и в первую очередь кадровых.

Именно тогда по личному распоряжению Сталина начались срочные поиски специалистов в сфере радиосвязи и радиооборудования для Объекта ╧15. Большинство из них нашлись в системе ГУЛАГа, куда эти люди невинно попадали по статье 58-й УК РСФСР.

В их числе оказался Минц, который в 1938 г. по ложному доносу был осужден на 10 лет заключения по обвинению "во вредительстве и подрыве оборонной мощи СССР". Так прямо с лагерных нар инженер-радиотехник попал на объект ╧15 Особстроя НКВД, в судьбе которого ему предстояло сыграть решающую роль.

Всего спустя неделю после вступления на должность под руководством Минца был разработан детальный план размещения на различных заводах страны заказов на недостающее радиооборудование. Но поскольку ни на одном из оставшихся вне зоны оккупации советских предприятий нельзя было получить нужное качество изделия, главный инженер объекта рекомендовал часть аппаратуры заказать в США, чтобы ускорить сроки строительства.

За такой план и особенно за комментарии к нему, Минца вновь попытались обвинить по 58-й статье, на этот раз - в "восхвалении иностранной техники".

Однако ученый настоял на своем, объясняя свою позицию лишь интересами дела. В итоге заказ на необходимое оборудование был передан одной из американских фирм, но с трехмесячной задержкой и лишь после его утверждения ГКО и лично Сталиным.

Осужденного за вредительство назначали начальником и главным инженером строительного объекта Особстроя НКВД. Постановлением Президиума Верховного Совета СССР по распоряжению Сталина А. Минц был досрочно освобожден со снятием судимости.

Строить станцию приходилось в 40-50-градусные морозы 1941-1942 гг. Для строительства Минцу был передан лагерь с 10 тысячами заключенных. Сколько усилий требовалось от начальника для создания сносных условий работы такого количества людей в столь тяжелой обстановке военного времени! Но станция в 1943 году была сдана в эксплуатацию.

В марте 1943 года в Куйбышев из Свердловска в секретном режиме был переведен знаменитый диктор Юрий Левитан. Лишь немногие в то время знали, что передачи со словами "Говорит Москва" Левитан произносил в эфир, находясь за тысячи километров от столицы. Вернуться в московскую студию он сумел только в сентябре 1943 г., после завершения Курской битвы.

В августе 1943 г. Минц возглавил Лабораторию спецотдела НКВД. За достигнутые успехи в октябре он получил воинское звание инженер-полковник.

В первый послевоенный год А.Л.Минц был избран членом-корреспондентом Академии наук, стал лауреатом Сталинской премии и возглавил лабораторию ╧11 в составе Физического института АН СССР, занятой созданием ускорителей заряженных частиц.

С началом атомного века круто меняются научные интересы Минца. Он должен был решить поставленную перед ним задачу по созданию циклических ускорителей элементарных частиц высоких энергий для исследований в области ядерной физики.

В 1946 г. А.Л.Минц назначается начальником лаборатории ╧11, входившей в состав Лаборатории ╧2 АН СССР и главным инженером установки М ("мощный фазотрон", Дубна). Фактически это был филиал Лаборатории ╧2, которой заведовал в Москве Игорь Васильевич Курчатов. Эта новая область связала его с физиками-ядерщиками.

В 1951 г. А. Л. Минц приступил к сверхсекретным работам по созданию системы противоракетной обороны (ПРО). Для проведения этих работ и разработки ускорителей заряженных частиц в 1951 г. была создана самостоятельная Радиотехническая лаборатория АН СССР (РАЛАН). На базе РАЛАН в 1957 г. был организован Радиотехнический институт АН СССР (РИАН). Его коллективом А. Л. Минц руководил до 1970 г.

За свою многолетнюю жизнь в науке А. Л. Минц возглавлял большие научно-исследовательские коллективы, написал более 100 научных и научно-технических работ, стал автором почти 50 изобретений. За выдающиеся работы в области радиостроения и других областях радиотехники в 1950 г. Президиум АН СССР наградил Минца золотой медалью имени А.С.Попова. Минц стал третьим (после В.П.Вологдина и Б.А.Введенского) ученым, получившим эту высокую награду. Его работа по созданию фазотрона была отмечена присуждением ему в 1951 году второй Сталинской премии 1-й степени.

В 1958 году Минц был избран академиком Академии наук СССР. В 1959 г. он был удостоен звания лауреата Ленинской премии за разработку систем электроники для синхрофазотрона на 10 ГэВ (ОИЯИ, Дубна).

Одним из основных направлений работ А.Л.Минца в руководимом им Радиотехническом институте была разработка радиолокационных средств противовоздушной и противоракетной обороны. В 1956 г. Постановлением ЦК КПСС и СМ СССР "О противоракетной обороне" Минц был назначен Главным конструктором радиолокационной системы дальнего обнаружения. Созданные в институте супермощные радиолокаторы многие десятилетия несут боевое дежурство, решая важнейшие государственные задачи.

Минца по праву считают основателем целого ряда оборонительных систем. За создание системы противовоздушной обороны С-25 Указом Президиума Верховного Совета СССР ("закрытым") Минцу было присвоено звание Героя Социалистического Труда.

Трижды арестованный и трижды освобождаемый А.Л Минц, многократно награжденный орденами, высокими званиями и престижными должностями лишь только под конец пятидесятых годов был реабилитирован Военной коллегией Верховного Суда СССР. Для этого тоталитарному государству понадобилось 27 лет. Причем по второму делу это произошло в сентябре 1956 года, а по первому делу - спустя два года - 2 сентября 1958 г.

При этом он проявил себя характерным образом. После ХХ съезда партии и начала реабилитации ранее осуждавшихся, пришел к нему начальник Первого (секретного) отдела и говорит, что предстоит оформить для Минца документы о реабилитации по всем делам, по которым его осуждали, но для этого следует, чтобы Минц, написал об этом заявление. Последовал весьма убедительный ответ:

"Нет, я писать не буду, вы меня сажали, вы и реабилитируйте".

На уговоры, что это чистая формальность, что без заявления нельзя начинать всю процедуру, следовал категорический отказ. Далеко не каждый, к тому же беспартийный, да еще еврей, повел бы себя так.

Александр Львович привык чувствовать себя независимым "хозяином". Он поступал так, как считал нужным для выполняемой им работы. И неизменный успех важной для государства работы вынуждал начальство проявлять терпеливое отношение к нему.

Но со временем отношение к нему менялось. В головных академических институтах страны больше половины ведущих научных сотрудников были евреи. Это вызывало неудовольствие среди группы известных русских профессоров столичных университетов. Волновалось по этому поводу и ЦК.

Если во время Великой Отечественной войны такое положение приходилось терпеть, то после победы Сталин пошел на резкое изменение положения. Находились и представители профессорско-преподавательского состава, которые по собственной инициативе проводили политику вытеснения евреев специалистов с их постов.

Что касается Минца, то при его чувстве ответственности за выполняемую им работу, при независимости его характера, высоких нравственных качествах было естественно, что он совершенно не считался с национальностью сотрудников, которых сам подбирал себе в институт. В результате в его институт попадали многие способные, талантливые евреи, которым отказывали в работе в других институтах.

Наряду с очень высокой требовательностью - прежде всего к себе, Александр Львович отличался доброжелательностью, справедливостью, товарищеским отношением и редко покидавшим его чувством юмора. Особенной чертой характера Минца была неприязнь ко всякого рода пресмыкательству перед властными органами.

C 1967 г. А.Л.Минц был председателем Научного Совета АН СССР по проблемам ускорения заряженных частиц. Независимый по характеру, Минц, проживший сложную жизнь со многими препятствиями, но всегда устремленный в будущее и нацеленный на положительный результат, вызывал раздражение партийных и государственных чиновников. Это проявилось, когда жизнь Александра Львовича близилась к концу.

Когда Александр Львович в очередной раз поспорил с начальством по какому-то вопросу и в знак протеста против его решения подал в отставку, она, к его удивлению, была сразу принята. Его сочли невыносимым и ненужным. Легендарный А.Л.Минц вдруг остался не у дел, "просто академиком".

Он был приглашен тогдашним президентом АН М.В.Келдышем, который оказал полное уважение и спросил, какую деятельность Минц хотел бы для себя выбрать. Его желания сводились к созданию научного совета по ускорителям, к личному выбору четырех научных сотрудников высокой квалификации, с которыми он бы мог вести теоретическую исследовательскую работу. Через некоторое время Минц получил должность председателя, обещанные комнаты и секретаря.

Но на этом все застопорилось. Дело в том, что выбранные А.Л.Минцем четыре научных сотрудника оказались евреями. Это была акция, обреченная на неудачу. Минц, чуждый национальным предрассудкам, опять пренебрег ими, интересуясь лишь самим делом и тем, как человек это дело выполняет.

Ученый не понял, что он уже не тот Минц, своеволие которого долго терпело начальство. Выбранные им научные сотрудники, конечно, не были зачислены на работу. И хотя Минц настойчиво добивался своего, ему даже не называли подлинную причину происходящего, выдумывая разные предлоги и давая лживые обещания. Его план потерпел неудачу - это был удар по самолюбию.

Продолжая неизменно работать в своем Научном совете, он временами жаловался, что нет прежней работоспособности.

Затем последовали два страшных удара в личной жизни. Скончалась жена, с которой они прожили много лет, а через восемь дней в авиационной катастрофе погиб единственный сын, ученый, географ с мировым именем. В это тяжелое время, в повседневном поведении Александра Львовича проявились присущие ему стойкость и самообладание. Он начал готовить к изданию свои "Избранные труды", делая это с обычной для него обстоятельностью.

Но закончить это дело ему было не суждено - тяжелое душевное состояние вконец подорвало его здоровье. 29 декабря 1974 года Александр Львович Минц скончался. Похоронен на Новодевичьем кладбище.

В 1985 г. мемориальную доску и имя А.Л.Минца Радиотехнический институт получил спустя 11 лет после смерти ученого. В данном случае инициатива исходила не из номенклатурных верхов, а из недр института, где любовь и уважение к первому директору пережили нескольких его преемников.

В 2005 г. в 110-ю годовщину со дня его рождения руководством института было принято решение учредить нагрудный знак "Академик А.Л.Минц". Было разработано Положение о премии Александра Львовича Минца, которую ежегодно получают самые достойные разработчики РТИ.

В 2015 году к 120-летию со дня рождения академика А.Л.Минца, вышла книга, рожденная в недрах им же основанного и носящего его имя Радиотехнического института.


Для передачи радиосигналов на большие расстояния требуется помещать излучатель сигналов на определённую высоту. Для этого строили специальные башни. В России знаменитым строителем башен был Владимир Григорьевич Шухов.

Владимир Григорьевич Шухов родился в г. Грайворон в небогатой дворянской семье. Впервые один из предков Шухова по отцовской линии получил титул от Петра I за храбрость, проявленную в Полтавском сражении, но это дворянство, по видимому, было личным. До потомственного дворянства дослужился дед Владимира Григорьевича, получивший его (согласно табели о рангах) вместе с обер-офицерским званием. Впрочем, этот титул успел унаследовать только младший из его сыновей - Григорий Петрович Шухов, родившийся в 1827 (по другим сведениям - 1824) году - отец Владимира Григорьевича. Григорий Петрович окончил Харьковскую гимназию (1844) и юридический факультет Харьковского университета и уже в 29 лет был произведён в титулярные советники. За заслуги в Крымской войне 1853-1856 гг. он получил бронзовую медаль на Владимирской ленте.

Мать Владимира Григорьевича, Вера Капитоновна, урождённая Пожидаева, происходила из более знатной семьи курских помещиков, имение которых находилось в Щигровском уезде Курской губернии. Её отец, подпоручик Капитон Михайлович Пожидаев, скончался в 1848 году, на балу, куда отправился, не вылечившись после тяжёлого ранения, полученного на Кавказской войне. По сохранившимся воспоминаниям В. Г. Шухова, кроме ума и красоты, его мать отличалась тяжёлым, деспотичным характером, а уровень благосостояния, который мог обеспечить Григорий Петрович, не бравший взяток на службе, не соответствовал тому, к чему она привыкла в детстве. Родители Владимира Григорьевича обвенчались в 1851 году, в 1852 году родилась его старшая сестра Надежда, а в 1853 году Григорий Петрович был назначен городничим в маленький уездный город Грайворон, до 1838 считавшийся слободой. Именно тут 16 августа 1853 года и родился Владимир Григорьевич Шухов, о чём имеется запись в метрической книге Успенской церкви города Грайворона.

10 декабря 1853 года Г. П. Шухов сдаёт дела в Грайвороне и возвращается с семьёй в Курск. В 1856 году под влиянием жены он подаёт прошение о переводе в столицу, и Шуховы переезжают в Петербург. В начале 1860-х Григорий Петрович знакомится в Одессе, куда приезжает в качестве инспектора, с Николаем Ивановичем Пироговым, и во многом под его влиянием переходит на службу из финансового ведомства в Ведомство учреждений императрицы Марии, занимавшееся учебными, медицинскими и благотворительными заведениями. Маленького Володю и его сестру во время этих перемещений родителей 10 декабря 1853 года Г. П. Шухов сдаёт дела в Грайвороне и возвращается с семьёй в Курск. В 1856 году под влиянием жены он подаёт прошение о переводе в столицу, и Шуховы переезжают в Петербург. В начале 1860-х Григорий Петрович знакомится в Одессе, куда приезжает в качестве инспектора, с Николаем Ивановичем Пироговым, и во многом под его влиянием переходит на службу из финансового ведомства в Ведомство учреждений императрицы Марии, занимавшееся учебными, медицинскими и благотворительными заведениями. Маленького Володю и его сестру во время этих перемещений родителей воспитывала бабушка в Пожидаевке.

Именно бабушка научила четырёхлетнего Володю Шухова читать. С детства будущий инженер проявляет тягу к конструированию, устраивает возле дома фонтан, строит на ручье маленькую действующую водяную мельницу... А в 1860 году отец берёт с собой детей в гости к академику астроному Карлу Христофоровичу Кнорре. Посещение обсерватории Кнорре произвело на мальчика сильное впечатление, именно с него началось серьёзное увлечении Володи естественными науками.

В 1863 году Владимир Шухов покидает Пожидаевку (которую вскоре пришлось продать) и приезжает в Петербург к родителям. Здесь он поступает в Пятую Санкт-Петербургскую гимназию, где в то время преподавал выдающийся учёный и педагог К. Д. Краевич. Уже в гимназии проявились его способности к точным наукам, особенно к математике. В 13 лет, будучи гимназистом четвёртого класса, он нашёл собственное оригинальное доказательство теоремы Пифагора. Краевич похвалил гимназиста Шухова за оригинальное и краткое доказательство, но, со словами о том, что Пифагор жил более 2000 лет назад, и надо было, уважая предшественников, сначала изложить его доказательство, снизил оценку.

По окончании гимназии, в 1871 году Шухов, по совету отца, поступил на инженерно-механическое отделение Императорского Московское техническое училище (ныне Московский государственный технический университет имени Н. Э. Баумана). ИМТУ в то время было передовым учебным заведением, в котором большое внимание уделялось математической подготовке и, при этом, студенты знакомились с практическим производством - обучались в мастерских: токарных (по дереву и металлу), слесарной, модельной, литейной, кузнечной и т. д.

Математику в училище преподавал Алексей Васильевич Летников, теоретическую механику, ставший в 1872 году доцентом будущий "отец аэродинамики" Н. Е. Жуковский, а практическую механику (с того же года) - профессор Ф. Е. Орлов. Среди друзей и однокашников Шухова был и будущий профессор Пётр Кондратьевич Худяков (1858-1935), вундеркинд, поступивший на подготовительные курсы ИМТУ, когда ему ещё не было одиннадцати.

Подобно другим студентам, Шухов старается поддерживать контакты с основателем петербургской математической школы академиком П. Ф. Чебышёвым. В последний год обучения студент Шухов зарегистрировал своё первое изобретение - паровую форсунку ("прибор, производящий разбрызгивание мазута в топках, используя упругость водяных паров"). Такая форсунка не только стала впоследствии одной из "изюминок" паровых котлов "Конторы инженера Бари", но и, спустя 21 год, в 1897, украсила обложку книги Д. И. Менделеева "Основы фабрично-заводской промышленности".

Талантливый студент был замечен преподавателями. В частности, после окончания в 1876 году (с отличием) училища ему было предложено место ассистента у Чебышева (от которого он отказался), а в составе научной делегации он был направлен для ознакомления с достижениями промышленности в США - на Всемирную выставку.

Именно тогда, на Всемирной выставке Шухов познакомился с американским инженером русского происхождения Александром Вениаминович Бари. Он заведовал "металлическими работами" при строительстве павильонов готовящейся выставки (за что, впоследствии, получил Гран-При и золотую медаль), и, будучи хорошим знакомым Ф. Е. Орлова по Цюрихской политехнической школе, именно он принимал российскую делегацию в Америке. Бари оказывал россиянам помощь в знакомстве со страной и выставкой, помогал в закупке оборудования, инструментов и образцов изделий для мастерских технического училища, показывал участникам делегации металлургические заводы Питсбурга, строительство железных дорог и все новинки американской техники.

Вернувшись из командировки в Соединенные Штаты, Шухов поступил на службу в управление Варшавско-Венской железной дороги на должность начальника чертёжного бюро[22], где проектирует паровозные депо. Два года изучения медицины дали ему бесценный опыт знакомства с самой совершенной "конструкцией", которую создала природа - человеческим организмом. У Шухова начинаются проблемы со здоровьем (ему диагностируют начинающуюся чахотку), и врачи советуют ему перебраться в места с более тёплым климатом.

Летом 1877 года А. В. Бари с семьей вернулся в Россию, где, воспользовавшись своими знакомствами с известными российскими инженерами, начал сотрудничество с Людвигом Нобелем. Вспомнив о Шухове, он пригласил его в Баку, где тогда начиналось бурное развитие нефтяного дела.

Здесь, по заказу братьев Нобель, Шухов и Бари строят первый в Российской Империи нефтепровод, соединяющий Балаханы и Чёрный город, заводской район Баку, где тогда перегоняли нефть. Владельцы гужевых повозок, перевозивших нефть, неоднократно поджигали и разрушали строящуюся магистраль - для охраны по всей её длине были поставлены караульные будки. Строительство было закончено и нефтепровод, имевший протяжённость 10 километров, ввели в строй в декабре 1878 года.

Он позволял перекачивать при помощью парового насоса по трёхдюймовой трубе до 1280 тонн. За первый работы месяц по нему было перекачено 841 150 пудов нефти, и в течение года строительство полностью окупило себя. Здесь же Шухов разработал и построил первые в мире цилиндрические резервуары-нефтехранилища.

До этого нефть чаще всего держали в прудах: земляных или каменных хранилищах под открытым небом, в Соединённых Штатах начали применять металлические прямоугольные резервуары (также зачастую открытые). Прямоугольные резервуары собирались из цельных листов и считались простыми в строительстве. Цилиндрические резервуары Шухова возводились из клёпаных металлических листов непосредственно на грунте с песчаной подсыпкой. Их хорошо рассчитанная конструкция позволила использовать более тонкий металл, чем в случае прямоугольной конструкции, а в верхней части, где давление нефти на стенки меньше толщина стенок снижалась ещё в два раза.

Вслед за первым нефтепроводом, по заказу Г. М. Лианозова Шухов и Бари строят следующий - длиной уже 11 вёрст (более 12 километров).

В 1880 году Бари создал свою фирму "Техническая контора инженера А. В. Бари" (позже "Строительная контора инженера А. В. Бари"), куда пригласил Шухова на должность главного конструктора и главного инженера. Уже через полгода Шухов изобрёл форсунку, с помощью которой впервые в мире осуществил промышленное факельное сжигание мазута.

В 1883 году Шухов публикует статью "Механические сооружения нефтяной промышленности", где привел базовые принципы расчета и строительства цилиндрических стальных резервуаров на песчаных подушках, обосновал их оптимальность. Основы классической теории нефтепроводов, используемой и поныне, Владимир Григорьевич изложил в следующем, 1884 году в статье "Нефтепроводы".

Но работа отнюдь не занимала всё время его жизни. Он увлекался оперой, театром, шахматами. Достаточно серьёзно занимался велоспортом, был победителем городских соревнований. Однако самым главным его хобби была фотография (в том числе стереоскопическая фотосъёмка). Он даже оставил в одной из своих записных книжек запись "Я по профессии инженер, а в душе фотограф".

В 1885 году молодой инженер Шухов знакомится с подругой своих сестёр - восемнадцатилетней Ольгой Леонардовной Книппер - будущей знаменитой актрисой и женой Чехова. Однако, их продолжавшийся два года роман, вопреки ожиданиям родных, свадьбой так и не окончился.

Женой Шухова в 1894 году стала дочь железнодорожного врача из рода Ахматовых Анна Николаевна Мединцева, с которой он познакомился за два года до того во время поездки в Воронеж. 30 ноября 1892 года родился их первенец - дочь Ксения. Всего в семье было пятеро детей.

Шухов примерно с 1885 г. начал строить на Волге первые русские речные танкеры-баржи. Монтаж осуществлялся точно запланированными этапами с использованием стандартизированных секций на верфях в Царицыне (Волгоград) и Саратове.

В 1896 году Шухов изобрел новый водотрубный паровой котел в горизонтальном и вертикальном исполнении (патенты Российской империи ╧ 15 434 и ╧ 15 435 от 27 июня 1896 года). В 1900 году его паровые котлы были отмечены высокой наградой - на Всемирной выставке в Париже Шухов получил золотую медаль. По патентам Шухова до и после революции были произведены тысячи паровых котлов. Котлы Бельвиля-Шухова были установлены на броненосцах "Князь Потемкин-Таврический", "Евстафий"и "Иоанн Златоуст".

В. Г. Шухов является изобретателем первых в мире гиперболоидных конструкций и металлических сетчатых оболочек строительных конструкций (патенты Российской империи ╧ 1894, ╧ 1895, ╧ 1896; от 12 марта 1899 года, заявленные В. Г. Шуховым 27.03.1895 −11.01.1896). Для Всероссийской промышленной и художественной выставки 1896 года в Нижнем Новгороде В. Г. Шухов построил восемь павильонов с первыми в мире перекрытиями в виде сетчатых оболочек, первое в мире перекрытие в виде стальной мембраны (Ротонда Шухова) и первую в мире гиперболоидную башню удивительной красоты (была куплена после выставки меценатом Ю. С. Нечаевым-Мальцовым и перенесена в его имение Полибино (Липецкая область), сохранилась до настоящего времени.

После Нижегородской выставки 1896 года В. Г. Шухов разработал многочисленные конструкции разнообразных сетчатых стальных оболочек и использовал их в сотнях сооружений: перекрытиях общественных зданий и промышленных объектов, водонапорных башнях, морских маяках, мачтах военных кораблей и опорах линий электропередач.

В 1897 году Шухов построил для металлургического завода в Выксе цех с пространственно изогнутыми сетчатыми парусообразными стальными оболочками перекрытий двоякой кривизны. Этот цех сохранился на Выксунском металлургическом заводе до наших дней. Это первое в мире сводообразное выпуклое перекрытие-оболочка двоякой кривизны.

С 1896 по 1930 годы по проектам В. Г. Шухова было построено свыше 200 стальных сетчатых гиперболоидных башен. До наших дней сохранились не более 20.

На фирме Бари В. Г. Шухов проработал до 1915 года, почти 40 лет.

Сооружение в 1919-1922 гг. башни для радиостанции на Шаболовке в Москве явилось самой известной работой В. Г. Шухова. Башня представляет собой телескопическую конструкцию высотой 160 метров, состоящую из шести сетчатых гиперболоидных стальных секций. 19 марта 1922 года началась трансляция радиопередач.

В 1928 году Владимир Григорьевич был избран членом-корреспондентом АН СССР, а в 1929 - её почетным членом. В 1929 году был удостоен Ленинской премии. В том же году он становится членом Московского городского совета.

Патенты Шухова были переданы государству в 1929 году, поскольку тогдашняя политическая ситуация попросту не оставляла другого выхода.

Последним крупным достижением В. Г. Шухова в области строительной техники стала работа по восстановлению после землетрясения древнего медресе Улугбека в Самарканде в 1932 г. Совместно с архитектором М. Ф. Мауэром было проведено выпрямление "падающего" восточного минарета. Эта уникальная операция имела резонанс во всём мире.

В возрасте 79 лет Шухов стал свидетелем осуществления разработанного им ещё в молодости проекта полной переработки нефти. В его присутствии в Баку в 1932 году был пущен в эксплуатацию завод "Советский крекинг". В первые недели её работы Шухов сам следил за ходом производства.

Находясь на заслуженном отдыхе, вел уединенный образ жизни и принимал только друзей и старых товарищей по работе. Все права на свои изобретения и все гонорары Владимир Григорьевич передал советскому государству.

В. Г. Шухов скончался от последствий несчастного случая в возрасте 85 лет. Из-за опрокинутой на себя свечи, он получил тяжелые ожоги более 80 % тела. Врачи боролись за его жизнь пять дней, но на шестой день 2 февраля 1939 года сердце Шухова остановилось. Похоронен на Новодевичьем кладбище.

Регулярные трансляции советского телевидения через передатчики Шуховской башни начались 10 марта1939 года. Долгие годы изображение Шуховской башни являлось эмблемой советского телевидения и заставкой многих телепередач, включая знаменитый "Голубой огонёк".

Сейчас Шуховская башня признана международными экспертами одним из высших достижений инженерного искусства. Международная научная конференция "HeritageatRisk. Сохранение архитектуры XX века и Всемирное наследие", прошедшая в апреле 2006 года в Москве с участием более 160 специалистов из 30 стран мира в своей декларации назвала Шуховскую башню в числе семи архитектурных шедевров русского авангарда, рекомендованных на Включение в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

2 декабря 2008 года в Москве на Тургеневской площади был открыт памятник Владимиру Шухову.


Далеко не всем известно, что первым изобретателем автомобиля был немецкий и австрийский электрик и механик Зигфрид Самуил Маркус.

Зигфрид Маркус родился 18 сентября 1831 года в Мальхине в Великом Княжестве Мекленбург-Шверин в еврейской семье Липпмана и Розы Маркус.

В 12 лет стал учеником механика в Мальхине.

После учёбы в Гамбурге поступил в профессиональную школу в Берлине.

В 1843 году поступил на работу в строившую телеграфные линии компанию "Сименс" ("Siemens & Halske"). За 3 года Маркус изобрёл систему телеграфных реле.

В 1852 году Маркус отправился в Вену, где получил механическую мастерскую. Здесь Маркус работал с несколькими правительственными и научными организациями. Маркус разработал оборудование для полиграфии, телеграфную аппаратуру, электрические детонаторы, электрические светильники.

В середине 1850-х годов Маркус стал известным изобретателем и получил привилегию (патент) на магнитную катушки индуктивности. В этой сфере Маркус работал последующие 30 лет.

В 1856 году получил свою первую лабораторию.

В 1857 году открыл конструкторское бюро на улице Мариахильфер-штрассе.

В 1860 году основал свою собственную лабораторию - мастерскую, которая изготавливала механическое и электрическое оборудование, и где создал различное электротехническое оборудование.

В 1864 году построил свой первый автомобиль, представлявший, правда, собой механическую деревянную повозку с двигателем внутреннего сгорания, со многими недостатками, едва преодолевавшую небольшое расстояние.

21 июня 1864 года получил привилегию (патент) на магнитоэлектрическое зажигание.

30 марта 1865 года получил привилегию (патент) на карбюратор.

Маркус первым применил бензин в качестве моторного горючего и поставил бензиновый мотор на деревянную коляску. Автомобиль имел одноцилиндровый двухтактный двигатель внутреннего сгорания. Так как машина не имела сцепления, задние колеса должны были быть подвешены над землёй, прежде чем двигатель мог быть запущен.

В 1867 году австрийский император Франц-Иосиф наградил Маркуса Золотым крестом за заслуги. На Парижской выставке того же 1867 года Маркус получил серебряную медаль за карбюратор.

В 1870 году, задолго до экипажей Бенца и Даймлера, создал первую самоходную телегу.

6 июля 1872 года запатентовал устройство для смешивания топлива с воздухом.

В 1873 году поставил ещё одну машину с двигателем внутреннего сгорания, экспонировав её на Венской международной выставке.

В 1882 году построил двухтактный двигатель без предварительного сжатия.

В 1883 году получил патент на низковольтный магнит зажигания.

7 октября 1884 года запатентовал электрическое зажигающее устройство для газовых двигателей.

В 1888 году появился следующий автомобиль Маркуса, с передовой на то время электрической системой. У машины имелись важнейшие признаки современного автомобиля - четыре колеса, четырехтактный двигатель внутреннего сгорания, карбюратор, воспламенение топливно-воздушной смеси от низковольтного магнето с прерывателем. Имелись сцепление, двухступенчатая трансмиссия, рулевой механизм, раздельные места для водителя и пассажиров. Имел мощность 0.55 кВт (0.75 л.с.).

Экипаж был спроектирован Маркусом в 1875 году, на 10 лет раньше трехколесного экипажа Карла Бенца.Изобретатель затем построил ещё два автомобиля, ни они не сохранились.

Маркус первым использовал в автомобиле электрическое зажигание.

Изобрёл магнето, однако, не для запуска автомобиля, а для горного дела - для подрыва взрывчатых зарядов. Устройство называлось Wiener Zünder.

В 1877 году изобрёл электрическую лампочку.

Маркусу принадлежат 76 патентов, из которых 29 касаются конструкции автомобиля (по другим данным, получил более 39 австрийских привилегий и 92 зарубежных патента из 14 стран на электрические телеграфные аппараты, газовое оборудования и двигатели внутреннего сгорания).

Скончался Зигфрид Маркус 1 июля 1898 года в Вене.

В марте 1938 года Австрия была присоединена к Германии. Нацистские молодчики нагрянули в Государственный технический музей Вены и уничтожили так называемую "вторую машину" Маркуса, национальную гордость австрийцев. В Государственном архиве страны были обнаружены патентные описания машин Маркуса и десятки других патентов, полученных им. Имя еврейского изобретателя было стёрто из истории науки и техники.

После разгрома нацизма в 1949−1950 годах автомобиль Маркуса отремонтировали его и он смог ездить со скоростью 8 км в час. В Венском музее это один из интересных экспонатов.

В Вене Маркусу поставлен памятник.


Российский и немецкий инженер-конструктор, изобретатель, пионер автомобилизма Борис Григорьевич Луцкий родился в Бердянске, в состоятельной еврейской семье. Его отец - купец второй гильдии Григорий Борисович Луцкий - владел паровой мельницей в Бердянске, был вместе с братом Ильёй занят в меховой торговле, имел войлочную фабрику и продовольственные лавки в Андреевке (Бердянского уезда).

В 1876 году после окончания одноклассного министерского училища в Андреевке поступил в Севастопольское Константиновское реальное училище После окончания обучения Б. Луцкого, как одного из лучших учеников, послали за границу в Германию для продолжения образования. Там он в 1882 году поступил на механико-техническое отделение (специальность - инженер-механик) Высшей технической школы Мюнхена, приоритетным направлением работы Б. Луцкого стали двигатели внутреннего сгорания. Ещё будучи студентом, Луцкий сделался одним из перспективных разработчиков газовых моторов. По окончании института он получил ряд выгодных предложений от немецких фирм относительно сотрудничества.

Окончив вуз, вернулся в Россию, служил в императорской армии, после чего вновь уехал в Германию. Поступил инженером на фирму "Ландес и Машиностроительная Компания". В 1888 году на Мюнхенской выставке в качестве одного из экспонатов был выставлен сконструированный им газовый двигатель. Это изобретение привлекло внимание специалистов, а фирма Koebers-Eisenberg тут же приобрела на него патент. В конце 1890 года Б. Луцкий получил приглашение занять место главного инженера в "Нюрнбергской машиностроительной компании" - одной из крупнейших фирм Германии, которая выкупила патент на его газовый двигатель. В течение последующих 6 лет изобретатель наладил серийное производство двигателей внутреннего сгорания и разработал несколько новых экспериментальных моделей.

В 1897 году изобретатель переехал в Берлин, где стал работать в фирме Gesellschaft fur Automobil-Wagenbau. Осенью того же года, он вместе с Г. Даймлером, Р. Дизелем, Л. Лонер, Э. Румплер и Э. Ван дер Зипен основали "Европейский автомобильный союз".

Продолжительное время был Главным инженером (тех директором) фирмы Daimler.

Он был конструктором автомобилей, надводных судов, подводных лодок и самолётов. Им созданы оригинальные стационарные газовые, бензиновые, керосиновые двигатели внутреннего сгорания, двигатели для автомобилей, в том числе и тяжелых грузовиков,трициклов и самолётов. Первые автомобили с маркой Loutzky, собранные фирмой Gesellschaft fur Automobil-Wagenbau, экспонировались на выставке в Берлине в 1899 году.

Ему принадлежит создание первого в мире автомобильного двигателя с вертикальным размещением цилиндров.

В 1900 году Луцкий обратился с письмом к русскому военному агенту в Берлине, предлагая российскому военному ведомству проект нового автомобиля, оснащенного орудиями.

Изобретатель, описывая эту машину как "четырёхколёсный самокат весом в 400 килограмм для передвижения скорострельного орудия, 500 патронов и трёх человек". Этот автомобиль мог развивать скорость до 45-55 вёрст/ч (примерно 48-58 км/ч).

Однако Артиллерийский комитет, куда было перенаправлено письмо, оставил предложение изобретателя без положительного ответа.

В 1902 году Луцкий предложил российскому военному ведомству испытать свои автомобили на ежегодных военных манёврах. Это предложение было принято, и в конце лета 1902 года на манёврах под Курском появились две новые машины: грузовик на 150 пудов с двигателем в 16 лошадиных сил и 4-местный легковой автомобиль, который предназначался "для штабной службы".

В 1900-1904 годах был женат на известной американской пианистке Ольге Самарофф. Но это был её псевдоним. Она уроженка Техаса. Настоящее имя её - Люси Мэри Агнес Хикенлупер. В начале ХХ века она стажировалась в Париже, тогда и вышла замуж за Луцкого.

Есть сведения, что в 1904 году изобретатель сконструировал быстроходную моторную лодку "Лукерья", скорость которой превышала 10 узлов (18,52 км/ч). В 1907 году при активном участии Луцкого был построен двигатель внутреннего сгорания мощностью 6 тыс. лошадиных сил, предназначавшийся для русского миноносца "Видный". Луцкий занимался и разработкой авиационных моторов, а в 1910 году он провел испытания одной из трех моделей подобных двигателей в присутствии российских военных, дипломатических и правительственных представителей.

В 1914 году, во время Первой мировой войны, Луцкий был арестован немецкими властями, так как он был российским подданным и подпал под подозрение в шпионаже. Несколько лет изобретатель провел в заключении в Шпандау и был освобожден только после подписания мирного договора. О последних годах жизни Бориса Луцкого практически ничего не известно, но вклад его в развитие мирового и отечественного машиностроения огромен.

В энциклопедии Браунбека 1912 Б. Луцкий назван одним из величайших пионеров автомобилизма.


Интересна история появления германского автомобиля "жучок". Согласно версии нацистов, Гитлер в своё время выступил с идеей "автомобиля для народа", который будет стоить менее 1000 рейхсмарок и сможет перевозить по стране 5 человек со скоростью до 100 километров в час. В действительности же над этим проектом ещё раньше работал немецкий дизайнер Йозеф Ганц.

Йозеф Ганц родился 1 июля 1898 года в еврейской семье, проживающей в Будапеште, затем втором по величине городе в пределах Австро-Венгрии. Его матерью была Мария Тёрек (1872-1926) из Венгрии. Его отец был доктором Уго Марком Ганзом (1862-1922) из Майнца в Германии, который работал политическим и литературным писателем и журналистом для Frankfurter Zeitung.

В раннем возрасте Йозеф Ганц был очарован технологией. Переехав из Будапешта в Вену, семья переехала во Франкфурт-на-Майне в Германию в 1916 году и взяла германскую национальность. В июле 1916 года Ганц добровольно зачислен в немецкую армию и воевал в немецком флоте во время Первой мировой войны. После войны, в 1918 году, Йозеф Ганц возобновил свои исследования в области машиностроения. В этот период он стал вдохновляться идеей строительства небольшого автомобиля по цене мотоцикла.

В 1923 году, будучи молодым студентом-машиностроителем, Ганц сделал свои первые автопроекты для автомобиля для масс. Это был небольшой легкий автомобиль по линии Rumpler Tropfenwagen со средним двигателем, колес, качелями и аэродинамическим корпусом.

Не имея денег на создание прототипа, он начал публиковать статьи о прогрессивном дизайне автомобилей в разных журналах, а вскоре после его окончания в 1927 году он был назначен новым главным редактором Klein-Motor-Sport, Йозеф Ганц использовал этот журнал в качестве платформы для критики тяжелых, небезопасных и старомодных автомобилей и продвижения инновационного дизайна и концепции автомобиля для населения Германии.

Журнал приобрел репутацию и влияние, а в январе 1929 года был переименован в Kritik.

В 1929 году Йозеф Ганц начал контактировать с немецкими производителями мотоциклов Zündapp, Ardie и DKW для совместной работы по созданию прототипа маленькой народной машины. Это привело к созданию первого прототипа Ганца, построенного в 1930 году в Арди, а второй - в Адлере в мае 1931 года, который получил прозвище "Майкэфер ("майский жук").

Новости о прототипах распространяются по отрасли. В Адлере Йозеф Ганц был назначен инженером-консультантом в Daimler-Benz и BMWгде он участвовал в разработке первых моделей с независимой подвеской колес: Mercedes-Benz 170 и BMW AM1(Automobilkonstruktion München 1).

Первой компанией, которая построила автомобиль по многим патентам Йозефа Ганца, был Стандарт Fahrzeugfabrik , который представил свою модель Standard Superior в IAMA (Internationale Auto- und Motorradausstellung) в Берлине в феврале 1933 года.

В ней было показано трубчатое шасси, середина -монтированный двигатель и независимая подвеска колес с поворотными осямисзади. Здесь новый канцлер Адольф Гитлер выразил заинтересованность в его дизайне и низкой продажной цене в 1,590 рейхсмарок. Однако при новом антисемитском правительстве Йозеф Ганц стал мишенью для своих врагов из автомобильной промышленности, которые выступали против его работ в "Мотор-Критик".

После того, как новости о результатах, достигнутых с прототипами Арди-Ганца и Адлера Майкэфера, достигли Zündapp, компания повернулась к Фердинанду Порше в сентябре 1931 года, чтобы развить "Авто für Jedermann" - "автомобиль для каждого".

Porsche уже предпочли плоский 4- цилиндровый двигатель , так же, как и Daimler-Benz, под наблюдением Йозефа Ганца почти год назад, но Zündapp предпочла водяной охлажденный 5-цилиндровый радиальный двигатель . В 1932 году были запущены три прототипа.

Все эти автомобили были потеряны во время войны, последний в бомбардировке над Штутгартом в 1945 году.

Сам Йозеф Ганц был арестован гестапо в мае 1933 года на основании фальсифицированных обвинений в шантаже автомобильной промышленности. В конце концов он был освобожден. Он бежал из Германии в июне 1934 года. А в течение месяца Адольф Гитлер назначил Фердинанда Порше спроектировать массово-производимый автомобиль для потребительской цены в 1000 рейхсмарок.

После непродолжительного периода в Лихтенштейне Йозеф Ганц обосновался в Швейцарии, где с государственной поддержкой он начал автопроект. В Германии закончилось производство стандартного Superior и Bungartz Butz. Первые прототипы швейцарского авто были построены в 1937 и 1938 годах, и планы были созданы для массового производства на новом заводе. Однако после начала Второй мировой войны Ганц снова оказался под угрозой со стороны гестапо и швейцарских правительственных чиновников, которые заявили, что швейцарский автопроект является их собственным.

После войны небольшое количество швейцарских авто было построено компанией Rapid. Ганц подал на швейцарцев в суд.

После пяти лет судебных боев Ганц покинул Швейцарию в 1949 году и поселился во Франции. Здесь он работал над новым маленьким автомобилем, но больше не мог конкурировать с Volkswagen.

В 1951 году Йозеф Ганц эмигрировал в Австралию. В течение нескольких лет он работал там для General Motors - Холден, но страдал от плохого здоровья после серии сердечных приступов в начале 1960-х годов.

В 1965 году Федеративная Республика Германия обратилась к правительству Австралии с просьбой предоставить Йозефу Ганзу крест Офицерского ордена за заслуги Федеративной Республики Германии. Однако по действующим в то время правилам в отношении иностранных наград австралийским гражданам просьба была отклонена.

Йозеф Ганц умер в неизвестности в Австралии.


В истории автомобилестроения есть одна марка автомобиля, на котором ездили короли, президенты, миллионеры и кинозвёзды. Этот автомобиль был создан двумя компаньонами: Фредериком Генри Ройсом и Чарльзом Стюартом Роллсом.

Фредерик Генри Ройс родился он 27 марта 1863 года в Этултоне, Англия. Родился пятым ребёнком в многодетной семье Джеймса Ройса - мельника, не имевшего своей мельницы и работавшего по найму. В связи с тем, что финансовые дела семьи ухудшились, она перебралась в Лондон, где в 1872 году Джеймс Ройс умер. Фредерику пришлось оставить школу после года учёбы и отправится зарабатывать деньги, работая почтальоном.

Позже, в 1878 году ему посчастливилось по протекции тётки занять должность подмастерья в железнодорожных мастерских Питерборо. Там он проработал три года, после чего вернулся в Лондон, где начал карьеру электрика. В 1882 году он переехал в Ливерпуль.

Накопив двадцать фунтов, он в 1884 году основал со своим деловым партнёром Эрнестом Клермонтом мануфактуру по выпуску электроприборов. Далее, через десять лет, им была создана фирма занимающаяся производством подъёмных кранов под названием "F.H. R1oyce & Company". Дела у неё шли успешно, и Ройс построил собственную фабрику в Олд Траффорде. Спроектированные им краны выпускались даже после его смерти - до середины 60-х годов двадцатого века.

История Ройса как автомобилестроителя началась в 1901 году, когда он купил свой первый автомобиль французского производства и перестроил его в 1904 году по собственному проекту. Причиной такого шага стало низкое качество машины. Всего по данному проекту было создано три оригинальных автомобиля, один из которых попал к партнёру Ройса Генри Эдмундсу. Именно он свёл его с состоятельным любителем автогонок Чарльзом Роллсом.

Британский авиатор, автогонщик и предприниматель Чарльз Стюарт Роллс родился 27 августа 1877, Лондон. Чарльз Роллс был младшим из четырёх детей богатого домовладельца, полковника Джона Роллса, барона Лангатока. Он родился в Лондоне, но вырос в семейном поместье близ Монмута. Получив среднее образование в Итоне и инженерное - в Кембридже, Роллс увлёкся автомобилями, став третьим в Уэльсе автомобилистом.

Роллс начал летать на воздушных шарах в 1898 году, совершив на них 170 полётов. В 1903 году он стал соучредителем Королевского Аэроклуба.

В 1896 году Роллс приобрёл свою первую машину, Peugeot Phaeton - первую в Кембридже, возглавил акцию протеста за отмену тогдашнего ограничения скорости в 4 мили в час (6,4 км/ч) и добился трёхкратного его повышения; в 1903 году поставил национальный рекорд скорости в 93 мили в час. В том же году он основал в Лондоне фирму по продаже французских автомобилей.

В 1904 году Роллс встретил техника Генри Ройса. Увидев автомобиль Фредерика, Чарльз Роллс сразу оценил изобретение Ройса. Он дал согласие на сотрудничество, главным образом финансовое. Предприниматели поставили перед собой цель - создать британскую машину очень высокого качества. И работа закипела. Уже осенью 1904 года на Парижском автосалоне были представлены 4 новые модели новой фирмы, вызвавшие восторг во всём мире. И в 1906 году состоялось основание производства под вывеской "Rolls-Royce". Ройс вёл инженерную сторону дела, Роллс - финансы и продажи. В том году был представлен новый автомобиль, получивший прозвище "Серебряный призрак".

Он был признан лучшей машиной в мире. У него была небывалая мощность двигателя и удивительный дизайн. При этом он был почти бесшумным. Все детали были посеребрены, отполированы вручную. Салон был отделан натуральной кожей и ценными породами дерева.

Начиная с 1907 года, автомобили Rolls-Royce успешно выступали в гонках и приобрели репутацию, сохраняющуюся по сей день. Необыкновенные качества "Серебряного призрака" были продемонстрированы на показательном автопробеге длиной 24 000 километров. Автомобиль уверенно победил в этой гонке. Знаменитый миллионер Рокфеллер прислал телеграмму: "Поздравляю успехом английской модели авто. Прошу сообщить: были ли неисправности в ходе пробега". Учредители ответили: "Неисправности были: вышел из строя топливный краник - цена 2 фунта 2 шиллинга 7 пенсов". И это в то время, когда остальным участникам автопробега предстоял длительный ремонт. Рокфеллер вскоре заказал себе модель "Роллс-Ройса".

Роллс всерьёз занялся в начале 1910 года аэропланами, на время, отойдя от дел в Rolls-Royce. Весной 1910 года Роллс получил вторую в стране (после Джона Мура) лицензию на пилотирование аэроплана. 2 июля 1910 года он поставил рекорд времени в перелёте через Ла-Манш и обратно, побив результат Луи Блерио (это был третий по счёту перелёт через пролив, после Блерио и Жака Лессепса).

10 июля 1910 года Роллс установил на своём биплане Райта французской постройки новые горизонтальные рули. 12 июля 1910 года под Борнмутом, на высоте всего 20 футов (6 м), самолёт развалился в воздухе; Роллс погиб, став первым британцем - жертвой авиакатастрофы.

Ройс активно работал и в дальнейшем. Смерть партнера на время выбила его из колеи, однако он быстро вернулся к любимому делу. После тяжелой болезни, которая едва не свела его в могилу, Ройс переключился на проектирование авиационных моторов.

Именно моторы Роллс-Ройса фактически спасли Великобританию в первой мировой войне, ведь мощными двигателями были укомплектованы все британские самолеты. За это Ройс получил титул баронета в 1930 году.

Ройс после гибели компаньона продолжал работать до самой своей смерти. Умер он 22 апреля 1933 года.

В России представительство фирмы существовало, чуть ли не с первых времён образования фирмы. В 1913 году заказал себе такой автомобиль сам Николай Второй. А нефтепромышленник Манташев вскоре заказал два автомобиля. На "Роллс-Ройсе" князь Юсупов и его сообщники везли Распутина в последнюю дорогу. Приобрёл такой автомобиль и миллионер Рябушинский. После революции на нём ездил Ленин. Для других членов правительства в голодном 1919 году советское правительство заказало в Англии 9 роскошных "Роллс-Ройсов". В 1920 году купил "Роллс-Ройс" и японский император. Были "Роллс-Ройсы" у Сталина, Кирова, Троцкого, Брежнева, английской королевы, президентов США и других мировых держав. На машинах этой фирмы ездили Чарли Чаплин, Марлен Дитрих, Грета Гарбо, Элизабет Тейлор, Элвис Пресли и многие другие звёзды. Их автомобили сейчас продаются на аукционах за огромные деньги.

Известно, что самый первый автомобиль сохранился до сих пор и находится в частных руках одного британского аристократического семейства. Этот первый "Роллс-Ройс" не разрешается даже фотографировать.


Имел некоторое отношение к автомобилестроению и американский конструктор, инженер и изобретатель Джон Уолтер Кристи.

Родился Уолтер в 1865 году, в фермерской семье, проживающей в городке Ривер-Эдж, штат Нью-Джерси. Не очень впечатлившись романтикой чернозема и поругавшись по этому поводу с отцом, молодой парень в возрасте 16-ти лет уезжает в Нью-Йорк, где нанимается простым рабочим на завод компании "De-Lamater Iron Works".

Начальство парня замечает, и карьерный рост не заставляет себя ждать. Осознав, что новые идеи и мысли трудно довести до окружающих без должного образования, Кристи поступает на бесплатные вечерние курсы организации "Cooper Union". Учеба-работа, работа-учеба и вот к 1887 году в возрасте 22-х лет мистер Уолтер становится ведущим инженером-консультантом крупной судостроительной верфи и уже получает прибыль с нескольких своих патентов.

Общую специфику его деятельности в течение последующих десяти лет сейчас называют "инженер-конструктор нестандартного оборудования". Проектировал буквально все, от заводов и пароходов до внутридомовой сантехники. В 1897 женится, еще года через три открывает собственное дело, примерно в то же время увлекается автогонками.

Спорт буквально затягивает Кристи в свою пучину. Тридцатипятилетний мужчина как ребенок бросается на возможность посостязаться с другими столь же увлеченными товарищами. Тогда гоночные болиды приходилось конструировать самостоятельно, что, впрочем, не составляло особого труда для талантливого конструктора.

Первая машина - переднеприводная с 30-ти сильным двигателем. Мощность последующих - неуклонно растет, равно как и скорости. Уже третий спорткар конструкции Уолтера держит под капотом 120 лошадок и способен разгоняться до 160 км/ч. Шёл 1904 год. Одно из самых интересных технических решений инженера - применение переднемоторных автомобилей с поперечно расположенными двигателями и системой прямого привода.

Мощность снимали напрямую с коленвала и посредством сцепления передавали на колеса. Для того чтобы ясно понять и оценить всю "вкусность" такого подхода стоит обратить внимание на моторно-трансмиссионную группу разработанного через много лет танка Т-72, в нем тоже поперечно-расположенный двигатель отдает мощность с обеих коренных шеек на бортовые коробки передач. То есть своими корнями подобная схема приводит к Джону Кристи.

Продолжая успешно завоевывать призовые места, Уолтер непрерывно совершенствует свои машины, но с ростом скоростей растут и риски. В одном из заездов Кристи в 1907 году сильно разбился. В 1910 году гоночная карьера конструктора закончилась, а гоняться продолжил племянник Луис, радуя дядюшку новыми успехами. Кристи же с тех пор и до самой смерти - исключительно инженер-конструктор, хоть и с авантюрной жилкой.

Денег на гонки надо было много, поэтому дальнейший путь инженера уводит его в дебри проблемы пожарных служб по переходу с конной тяги на моторную. Неугомонный талант еще в 1908 году изобрел моторизованный одноосный передок, таким образом, вместо покупки полноценной машины можно было просто заменить переднюю ось повозки на новую, с двигателем.

Пожарным идея понравилась, работа закипела, тяжелые грузовые передки начали приносить прибыль. Это был прообраз модульной компоновки техники.

С началом Первой мировой Джон Уолтер Кристи делает свои первые шаги в разработке военной техники, небезосновательно ожидая от этого поприща существенно больших барышей, чем от гражданских заказов.

Первой машиной "для фронта" стала тяжелая грузовая платформа, выпущенная в 1915 году на базе пресловутого моторизированного передка с прикрепленной телегой. И хотя техника с честью выдержала все предложенные испытания, военные не купили грузовик, потому что нужен то был - полноприводный. Хотя должное внимание уделили и заказали мастеру колесную зенитную самоходку. Итак, в возрасте 50-ти лет, мистер Кристи становится конструктором боевых машин.

До момента создания своего первого танка Уолтер успел сконструировать и испытать несколько типов самоходных орудий на базе изобретенного им же колесно-гусеничного шасси. Некоторое время работа над САУ и танками даже шла одновременно, но, в конечном итоге, танки показались конструктору более интересными и в мировой военной истории Кристи известен более как танкостроитель.

Самым интересным инженерным решением в самоходах стало применение колесно-гусеничного шасси, идея которого тогда просто витала в воздухе, но большинство других изобретателей предлагали полугусеничные варианты, и только Кристи довел конструкцию до логического абсолюта.

Результаты первой мировой наглядно показали возможности и актуальность такого вида вооружения как танк. Все достаточно технологически развитые страны мира буквально охватила танковая эйфория. Сотни различных проектов легли на столы военных ведомств и управлений. Это были дивные времена проб и ошибок: становления мировых танковых школ.

Согласно выводам специальной послевоенной комиссии в США была признана необходимость иметь в составе танковых войск не только тяжелые с легкими, а и средние танки. В то же время в отчетах особо упоминались очень частые выходы бронетехники из строя на маршах. И дело было не только в "слабеньких" гусеницах, а и в повышенной нагрузке при движении на оных на двигатель и элементы трансмиссии.

Именно поэтому решили обратиться к Кристи, у которого уже было отработано колесно-гусеничное шасси. 22 ноября 1919 года Уолтер получает военный заказ на изготовление танка массой до 18 тонн, удельной мощностью 10 л.с./т, скоростью не менее 19 км/час и дальностью хода около 100 км. Защита предусматривалась противопульная, лобовая часть должна была держать пулю 12,7 мм.

Переработав уже существующее шасси, Кристи получил довольно интересную трехкатковую конструкцию. Мощность отбирали от двигателя посредством набора шестерен. Двигатель был также личной разработкой конструктора и выдавал 120 л.с. Поворачивал танк за счет отключения одного из бортовых фрикционов. Не подтормаживания, а просто отключения, что обусловило недостаточную управляемость. При движении же на колесном ходу задняя ведущая колесная пара не имела дифференциала, добавляя минусов в вопросы к маневренности.

Сама компоновка машины была выполнена по ставшей впоследствии классической схеме. Заднее поперечное расположение двигателя, размещение вооружения во вращающейся башне и "рациональные" углы наклона лобового листа, толщина брони которого составляла внушительные на то время - 25мм (борт - 13мм). Основным оружием предполагалась 57мм пушка со спаренным пулеметом, второй пулемет размещался в командирской башенке. Экипаж нового танка состоял из трех человек.

Ознакомившись с деталями проекта, военные раскритиковали машину. Все три катка были неподрессоренные, амортизацию выполнял только резиновый бандаж. О плавности хода при таком подходе и речи быть не могло. Тщательно поругавшись с заказчиками, Кристи все же уступил, и следующая вариация танка имела посередине двойные опорные катки, соединенные в самортизированную тележку. Эта машина и получила название Christie tank model of 1919, хотя первая ее демонстрация произошла в 1921 году.

И снова шквал критики, отсутствие в бронировке технологических лючков не позволяло производить полевой ремонт, а в тесное боевое отделение три человека вмещались с трудом, да и недостаточно их было для нормального боевого взаимодействия. Танк вышел тряский и очень душный. Вентиляция при наглухо заклепанном корпусе тоже была не ахти. Определенные перспективы разработка имела, все выявленные недостатки были решаемы, поэтому Кристи по собственной инициативе снимает ее с госиспытаний для доработки.

Новый танк получил обозначение М1921 и был, фактически, новой машиной. Вместо башни - бронированная рубка, более вместительная, что позволяло разместить четверых. Вот только танк превратился в самоходку, хотя тогда такого понятия и не было.

И снова последовала критика. Слабая проходимость и недостаточная мощность, а самое главное - низкая надежность поставили крест на первом танке Кристи. 10 июля 1924 года машину отправили в музей, а финансирование идей конструктора из госбюджета прекратили. Справедливости ради нужно сказать, что не прошли и другие средние танки, участвовавшие в программе, и в дальнейшем США еще долго не предпринимали попыток создать подобный класс машин.

1924 год завершился для Кристи очень тяжело. Растратив все свои наличные сбережения, оказавшись серьезно на мели, он в довершение ко всему еще и заболел желтухой. За пять лет неугомонным конструктором было изобретено и построено просто колоссальное количество различной военной техники: тяжелый артиллерийский тягач, ряд полугусеничных грузовиков, самоходные 3-х и 4,7 дюймовые зенитные установки, 75мм, 105мм, 155мм и 203мм артиллерийские самоходки, ряд плавающих(!) артиллерийских платформ и конечно же танки.

Все работы проводились на небольшом производственном участке, на всех испытаниях Уолтер участвовал лично и постоянно дорабатывал свои машины, так что почти все из них были значительно модернизированы. Плодов же эта невероятная трудоспособность принесла мало. Из всего вышеуказанного великолепия военные купили только 15 разных машин. В основном это были опытные образцы, которые не получили дальнейшего развития.

Финансовый кризис вынудил Кристи в 1925 продать чертежи своих новейших амфибий японцам за 25 тысяч у.е. Отчетливо понимая, что поддерживает геополитического противника США, конструктор просто не имел другого выхода. Это и успех полугусеничных грузовиков на коммерческом поприще позволяет хоть как-то стать на ноги.

Услыхав про польский конкурс на "самый лучший в мире танк", Кристи снова с головой броситься в военные разработки. Проект получает название Christie tank M1927. В основу его ложатся две предыдущие разработки. Это в первую очередь корпус от М1921, то есть конструктор не возвращается к башенной компоновке, а вот ходовая была заимствована от плавающей самоходки М1923.

Компоновка модели была несколько несовершенна, поскольку в лобовом отделении ворочал пулеметами и пушкой наводчик, а за ним мирно соседствовали водитель с командиром. Обзор у водителя был явно не на высоте, да и координация действий стрелка вызывает вопросы. Зато подвеска наконец-то обрела плавность хода. Все катки были на пружинах за исключением заднего ведущего.

Вся проделанная работа в итоге оказалась бесполезной. Когда в мае 1927 года Уолтер отправил эскизы своей чудо-машины, оказалось, что конкурс уже больше года как закончился. И хотя полякам идеи понравились денег они не дали и официально даже не рассматривали предложение нового танка. Правда, впоследствии, активно использовали эти наработки, попросту украденные у Кристи.

Пожалуй, самая значимая машина конструктора. Это тот самый предок БТ-2. Начал он с того, что снова доработал шасси. Впервые на арене появляется знаменитая "подвеска Кристи". В основе лежала все та же четырехкатковая система со сдвоенными обрезиненными колесами, только теперь каждый каток через коромысло был соединен с мощной пружиной. Сама же пружинка пряталась внутри корпуса. Длину хода подвески подобрали так, что танк мог буквально ложиться на брюхо.

Была и изюминка - двигатель стоял V-образный Liberty L-12 мощностью аж 340 л.с. Видать гоночное прошлое сильно довлело над мыслями конструктора. Вооружение придумывалось по остаточному принципу и состояло всего лишь из двух 7,62мм пулеметов Браунинг, один из которых расположили в лобовом листе, а второй сверху корпуса.

Назвали сие изделие М1928 и первые же испытания показали колоссальную скорость машины. 120 км/ч на колесном ходу и 67км/ч на гусеничном. Военные как всегда выкатили кучу претензий, надо признать небезосновательных. В основном это было повторение прошлых ошибок: малое заброневое пространство, тонкая броня, слабое вооружение. Впрочем, кавалеристам понравилось и, по результатам испытаний, и 22 августа 1929 года танк рекомендовали принять на вооружение, естественно, после исправления недоработок.

Обновленную машину, получившую обозначение М1931, Кристи изготовил к 1931 году. Корпус остался практически без изменений (только толщина брони лба увеличилась с 13 до 19мм Появилась одноместная башенка с 37 мм пушкой. Ходовая тоже принципиально не менялась. Уолтер как всегда поплевывал на мнение вояк, и получилось то же самое, только с башней. В январе новая машина пошла на госиспытания, которые опять прошла. Конструктор долго торговался и к 1932 году получил, наконец, заказ аж на 7 танков, получивших обозначение Medium T1.

Кроме родной армии, новыми машинами заинтересовались и ряд других стран. Уже в конце февраля 1930 года Кристи получил от Польши заказ на изготовление "пробника" М1928 для испытаний. По результатам этих самых испытаний вполне себе могла состояться и покупка лицензии, но... Советский Союз тоже заинтересовался, и договоренности с советами обещали стать куда более прибыльными. Поляки не растерялись и в лучших традициях современного Китая к 1937-му году-таки сделали себе 10TP, в полный рост, используя наработки Уолтера.

В тогдашнюю концепцию формирования бронетанковых войск СССР быстроходная, но крайне слабобронированная и слабовооруженная машина попросту не вписывалась. Тем не менее, после долгих раздумий и испытаний было принято решение закупить несколько образцов, а самое главное - чертежи машины. Уже непосредственно на территории Союза результаты испытаний выявили массу недоработок конструкции, что, в общем-то, было характерно для машин Кристи. Танк рекомендовали к производству, правда, при условии глубокой модернизации проекта - так родился БТ-2.

Последним же заказчиком сего без сомнения знакового танка стала армия Британии. Причем, что удивительно, впечатлившись советским БТ-5, который был явно получше своего прообраза. В октябре 1936 года англичане попросили продать им залежавшийся на складе образец. Кристи охотно согласился и в обход нового запрета в США на продажу современного вооружения, сплавил в Англию разобранный на запчасти танк как партию апельсинов. Эта машина послужила родоначальницей крейсерского танка Mk III. Сам же конструктор в то время давно занимался своими новыми идеями.

Успех предыдущей модели вдохновил маэстро на разработку новой, феноменальной придумки. На этот раз ею стал танк, летающий. До доведения до ума такой же идеи в стране советов оставалось 9 лет, а самому конструктору в 1932 году исполнилось 67.

Взяв за основу М1931, Кристи максимально облегчил его, фактически пожертвовав бронировкой. Также из новшеств - дюралевые катки, не просто обернутые литой резиной, а с установленными пневматическими шинами. И двигатель... 12-цилиндровая V-образная Hispano-Suiza с табуном из 750-ти лошадок. При испытаниях пятитонный танк на колесном ходу разогнался до 190 км/ч, правда, на гусеницах дал "всего" сто. Эта штука запросто перелетала шестиметровый ров. Вооружение размещалось в лобовом листе корпуса, башня отсутствовала.

Изначально планировалась транспортировка машины на внешних подвесках бомбардировщиков, но не исключалась, более того, даже разрабатывалась схема с собственными крыльями и пропеллером. На старости лет Джон Уолтер Кристи заделался еще и авиаконструктором. Изделие военных не заинтересовало, потому, как денег за него создатель просил очень много. По слухам, опытный экземпляр отправился в СССР, где и сгинул бесследно в горниле кузницы коммунизма.

Попрактиковавшись в 1933 году в создании бронеавтомобилей, Джон Кристи снова возвращается к танковой тематике. Примерно в это время он получает от армии денег на доработку модификации М1931 - Т3. Вот из этих-то финансов выкраиваются необходимые средства, и на арене появляется М1935А, как концепт авиадесантируемой гусеничной машины.

Армия не одобрила идею, можно сказать практически не заметила. Кристи не остановился и тут же выдал на гора новую машину - М1935В, в которой добавил еще один каточек, но, в остальном, доработки были минимальны. И снова модель не заинтересовала. Третья попытка, уже под маркировкой М1936, также не вдохновила потенциального покупателя.

Вообще последние модели танков Кристи, большим разнообразием не отличались, да и творческая жилка инженера все больше костенела. Несмотря на явную незаинтересованность армии в предыдущих машинах конструктор по-прежнему был уверен, что именно его путь правилен, а все остальные просто ничего не смыслят в военной технике. Поэтому машина 1937 года существенно от предшественников не отличалась. Армия так же традиционно проигнорировала предложение Кристи.

Неожиданно заинтересовались британцы. Впечатленные БТ-5 на больших киевских маневрах, они пригласили Уолтера поучаствовать в разработке своего крейсерского танка Cruiser Tank Mk.III (A13), предварительно закупив залежавшийся Christie M1931. Инженер согласился помочь, поскольку денег катастрофически не хватало, но уже к 1938-му выдал новый прототип. На этот раз позиционирование изменилось, теперь в планы входила установка мощного орудия в лобовом листе, и машина грозилась стать авиадесантируемой противотанковой самоходкой.

Последние разработки конструктора принципиально ничем не отличалась от предшественников. Да и возраст уже был за семьдесят.

В 1944 году завершилась долгая и наполненная событиями жизнь талантливого конструктора, идеи которого во многом опережали время. И пусть многие его начинания сгубила собственная "одержимость" и недальновидность, но, без сомнения, инженерный гений этого человека буквально диктовал условия и направления работ для многих танковых школ мира.


Одни изобретали средства передвижения по земле. Другие мечтали о передвижении по воздуху. К ним относятся братья Уилбур и Орвилл Райт.

Братья Райт были двумя из семи детей, родившихся в семье Милтона Райта (1828-1917) и Сьюзен Кэтрин Коернер (1831-1889). Уилбур родился в 1867 году недалеко от Миллвилла, Индиана; Орвилл - в 1871 году в Дейтоне, Огайо.

В начальной школе Орвилл совершил проступок, за который был из неё исключён. В 1878 году Милтон Райт, являвшийся епископом евангелической церкви и много путешествовавший, купил игрушку-"вертолёт" своим младшим сыновьям. Устройство игрушки было основано на изобретении француза Альфонса Пено - пионера авиации. Сделанный из бумаги, бамбука и пробки с круглой резинкой, которая вращала мотор, он был всего около фута (30 см) длиной. Уилбур и Орвилл играли с ним, пока он не сломался, а затем построили свой собственный. В поздние годы они говорили, что их игры с этой игрушкой зажгли искру интереса к полётам. Ни Уилбур, ни Орвилл женаты не были.

Оба брата посещали среднюю школу, но не получили аттестаты об окончании. Неожиданный переезд семьи в 1884 из Ричмонда (где семья жила в 1870-е) в Дейтон помешал Уилбуру получить аттестат по окончании четырёх классов средней школы.

Зимой 1885-1886 Уилбур получил травму лица во время игры в хоккей с друзьями, что привело к потере его передних зубов.

До этого момента он был энергичным и спортивным юношей, и хотя его травма не казалась особенно серьёзной, он стал замкнутым, кроме того, не стал поступать в Йельский университет, как это планировалось ранее. Если бы он поступил в университет, его карьера, возможно, была совершенно иной, однако судьба сложилась так, что он стал работать вместе с Орвиллом. Вместо университета он провёл следующие несколько лет по большей части дома, заботясь о своей матери, которая к этому времени была неизлечимо больна туберкулёзом и читая книги в библиотеке отца.

Орвилл оставил среднюю школу после окончания первого года обучения в 1889, чтобы начать издательский бизнес, разработав и построив свой собственный печатный пресс с помощью Уилбура.

Депрессия Уилбура, вызванная несчастным случаем, прошла, и он стал работать в этом бизнесе вместе с братом, выполняя работу редактора, в то время как Орвилл был издателем еженедельной газеты "Новости Вест-Сайда", последовавшей за ежедневной "Вечерние События". Воспользовавшись велосипедным бумом, братья открыли мастерскую по ремонту и магазин велосипедов в 1892 году, а затем и начали производство велосипедов под собственной торговой маркой в 1896 году.

Братья использовали средства, заработанные на своём предприятии для финансирования своих авиационных опытов. В начале или в середине 1890-х братьям попали в руки газетные или журнальные статьи, и, вероятно, фотографии планёров Отто Лилиенталя. В 1896 году произошло три важных события в мировой авиации. В мае секретарь Смитсоновского института Сэмюэл Пирпонт Лэнгли совершил успешный запуск летающей модели самолёта с паровым двигателем. Летом инженер из Чикаго и известный авиатор Октав Шанют нанял несколько молодых людей, которые испытывали различные типы планёров над песчаными дюнами по берегу озера Мичиган. В августе Отто Лилиенталь погиб при крушении своего планёра.

Эти события произвели большое впечатление на братьев. В мае 1899 Уилбур написал письмо в Смитсоновский институт, в котором запрашивал информацию и публикации об авиации и получил несколько брошюр и список рекомендуемой литературы. Увлечённые работами сэра Джорджа Кэйли, Октава Шанюта, Отто Лилиенталя, Леонардо да Винчи и Сэмюэла Лэнгли они начали свои первые эксперименты уже в этом же году.

Братья Райт всегда являлись для общества единым образом, совместно обладая правами на свои изобретения. Тем не менее, биографы обращают внимание, что Уилбур в 1899-1900 был инициатором авиационных проектов, писал о "своей" машине и "своих" планах до того, как Орвилл стал принимать серьёзное участие в проектах брата; только после появляются слова "мы" и "наш".

Несмотря на трагическую судьбу Отто Лилиенталя, братья Райт приняли его стратегию: эксперименты с планирующим полётом, в которых испытывались системы управления полётом, до осуществления первого полёта с двигателем. Гибель британского авиатора Перси Пилчера при крушении планёра в 1899 только укрепило их мнение, что надёжный метод практического управления - ключ к успешному и безопасному полёту. В начале своих экспериментов они определили управление как нерешённую третью часть "проблемы полёта". Они полагали, что накоплены уже достаточные знания и опыт для решения других двух проблем - подъёмной силы и двигателей.

При этом, метод управления и балансировки путём перемещения веса тела лётчика, известный Райтам по опытам Шанюта, Лилиенталя и Пилчера, их совершенно не удовлетворял. Таким образом, подход братьев Райт резко отличался от подхода ряда современников, таких как Адера, Максим и Лэнгли, которые пытались сразу осуществить пилотируемый полёт на самолёте с двигателем, не имея апробированных средств управления.

Основываясь на наблюдениях, Уилбур заключил, что птицы изменяют угол окончаний своих крыльев, чтобы заставить своё тело повернуть вправо или влево. Братья решили, что это также будет хорошим способом для летающего аппарата для поворотов - создать "крен" или "наклон" в сторону поворота, точно так же как это делают птицы - и точно так же, как велосипедисты: с таким опытом братья были хорошо знакомы. Кроме того, очень важно, как они рассчитывали, что этот метод позволит восстановить равновесие, если боковой ветер наклонит летательный аппарат в одну сторону (боковой баланс). Они долго ломали голову, как достигнуть того же самого эффекта с искусственными крыльями и в конечном счёте изобрели метод - перекашивание крыла.

Сами братья Райт полагали, что они были первыми предложившими аэродинамическое управление креном летательного аппарата. На самом деле многие изобретатели выдвигали подобную идею и раньше, в частности: Б. Де Гусмау (Бразилия, 1709), Ж. М. Ле Бри (Франция, 1858), М. Боултон (Великобритания, 1868), Р. Харт (Великобритания, 1870), Ш. Ренар (Франция, 1871), О. Лилиенталь (Германия, 1895), А. Вольфмюллер (Германия, 1895), Э. Галлаудет (США, 1898). При этом Ренар и Галлаудет реализовали подобный метод управления на летающих моделях, а Ле Бри, Лилиенталь и Вольфмюллер - на натурных планерах. Однако впоследствии именно братья Райт стали первыми, кому удалось на практике продемонстрировать работоспособную систему аэродинамического управления по крену.

В июле 1899 года Уилбур испытывает перекашивания крыла, построив и подняв полутораметровый воздушный змей-биплан. В результате перекашивания одна сторона крыла получает большую подъёмную силу и поднимается, и аппарат начинает поворачиваться в направлении более низкого конца. Перекашивание осуществлялось четырьмя тросами, прикреплёнными к воздушному змею. Тросы прикреплялись к двум палочкам, которые держал человек, запускающий змея, и который вытягивал их в противоположных направлениях, чтобы крылья поворачивались, а змей соответственно поворачивал вправо или влево.

В 1900 году братья приехали в долину Китти-Хоук, Северная Каролина, чтобы начать свои эксперименты с управляемыми планёрами. Они выбрали место по совету Октава Шанюта (в ответ на письмо Уилбура), который предложил песчаное побережье, где есть регулярные ветры и мягкая поверхность для посадки. Они выбрали Китти Хоук после тщательного исследования метеорологических данных из переписки с Национальной службой погоды.

В основе проекта первого полноразмерного планёра братьев Райт лежали работы их предшественников: планёр-биплан Шанюта-Херринга, который совершал успешные полёты в 1896 году около Чикаго; данные о подъёмной силе, опубликованные Лилиенталем.

Крылья их планёра были соединены системой стоек и тросовых расчалок - они решили развивать конструкцию, разработанную Шанютом для своего планёра образца 1896 года на основе применяемой в практике мостостроения фермы Пратта. Братья Райт установили руль высоты перед крыльями, а не позади их. (Позднее, когда Сантос-Дюмон совершал полёты на своём 14-бис в Париже в 1906, французы прозвали такое расположение горизонтального оперения "утка" из-за схожести с уткой в полёте.) Согласно некоторым биографам братьев Райт, все полёты до 1902, вероятно, совершал Уилбур. Возможно, это связано с его харизмой и стремлением защитить младшего брата от риска.

Братья совершали полёты на планёре только в течение нескольких дней в начале осени 1900 в Китти Хоук. На первых испытаниях, вероятно 3 октября, пилотом был Уилбур, в это время как планёр летел как бумажный змей невысоко над поверхностью земли, постоянно удерживаемый тросами. Большая часть испытаний планёра была без пилота, использовались мешки с песком, цепи и даже местный мальчик в качестве балласта.

В начале братья Райт испытали систему перекашивания крыла, управляя планёром с земли. Затем Уилбур (но не Орвилл) совершил около дюжины свободных полётов (все они были совершены в один день). Для этих испытаний братья переехали на 6 километров на юг к Килл-Девил-Хиллз - группе песчаных дюн высотой до 30 м (в этом месте они разбивали лагерь в последующие три года).

Хотя подъёмная сила планёра оказалась меньше, чем ожидалось (что было причиной того, что большая часть испытаний была беспилотной), братья были удовлетворены, так как руль высоты работал хорошо, и не произошло ни одного падения. Тем не менее, небольшое количество полётов не могло дать возможность по-настоящему испытать перекашивание крыла.

Пилот должен был лежать на нижнем крыле, что позволяло уменьшать аэродинамическое сопротивление. Они совершили все свои полёты в таком положении в последующие пять лет.

Надеясь увеличить подъёмную силу, они построили планёр 1901 года с намного большей площадью крыла и совершили 50 - 100 полётов[уточнить]в июле и августе на расстояния от 6 до 118 м. Планёр несколько раз терял скорость, но эффект парашюта от расположенного впереди горизонтального оперения позволил Уилбуру совершать безопасные приземления, вместо падения. Эти инциденты ещё больше укрепили веру братьев Райт в схему "утка", которую они использовали вплоть до 1910 года.

Планёр, тем не менее, оставил две большие нерешённые проблемы. Во-первых, он смог обеспечить только приблизительно одну треть расчётной подъёмной силы, а во-вторых, не всегда мог должным образом отреагировать на перекашивание крыла, поворачивая в противоположном направлении - это было вызвано аномальным перемещением центра давления крыла сильно изогнутого профиля на малых углах атаки.

Слабая подъёмная сила, создаваемая крыльями их планёров, привела братьев Райт к тому, чтобы подвергнуть сомнению точность данных Лилиенталя, а также "коэффициент Смитона" для давления воздуха, который использовался в течение более чем 100 лет и был частью принятого уравнения для подъёмной силы.

Формула для расчёта, которой пользовались братья Райт (а ранее Лилиенталь) позволяла рассчитывать подъёмную силу для крыльев разной формы. На основании данных, полученных при запусках воздушных змеев и планёров, Уилбур определил (и это подтвердили последующие испытания), что число Смитона (коэффициент давления воздуха) составляет около 0.0033, а не 0.0054, как было общепринято и что приводило к ошибке в расчётах.

Вернувшись домой, братья установили на велосипед миниатюрное крыло Лилиенталя и противодействующую пластину на третье, горизонтальное свободновращающееся колесо велосипеда перед рулём. Результаты, основанные на времени поворота третьего колеса, подтверждали их подозрения относительно расчёта подъёмной силы, однако были недостаточно надёжны и требовали усовершенствования прибора.

Братья Райт также сделали вывод о том, что эмпирические исследования с крыльями различной формы на полноразмерных планёрах слишком дороги и отнимали много времени. Отложив свой велосипед с третьим колесом, они создали аэродинамическую трубу и стали проводить систематические испытания на миниатюрных крыльях с октября по декабрь 1901 года.

Изобретённые ими "весы" для удерживания крыльев в туннеле, были сделаны из велосипедных спиц и металлолома и выглядели весьма неэстетично, однако были настолько же важны для окончательного успеха, как и и их планёры. Устройство братьев Райт для измерения подъёмной силы позволило сделать расчёт коэффициентов для каждого типа крыла. Также они могли наблюдать работу крыльев через стекло в верхней части аэродинамической трубы.

Лилиенталь совершал испытания "вращающейся руки" только на крыльях нескольких форм, и Райт ошибочно предполагали, что его расчёты были применимы и к их крыльям, которые имели другую форму. Братья Райт совершили огромный шаг вперёд и произвели основные испытания в аэродинамической трубе на 200 крыльях различных форм и профилей, которые сопровождались глубоким тестированием 38 из них. Испытания, согласно их биографу Говарду, "были самыми важными и успешными авиационными экспериментами, когда-либо проводимыми в столь короткое время с таким небольшим количеством материалов и с таким скромным бюджетом".

Ключевым открытием была эффективность более длинных и более узких крыльев: они имели лучшее аэродинамическое качество. Такие формы обеспечивали намного лучшее аэродинамическое качество, чем более широкие крылья, которые братья применяли до того.

Получив новые знания и рассчитав более точное значения числа Смитона, Райт разработали свой планёр 1902 года. Получив данные испытаний в аэродинамической трубе, они сделали профиль более плоским, уменьшив изгиб крыла. Крылья планёра 1901 года имели значительно больший изгиб, это весьма неудачная особенность аппарата Райт была скопирована непосредственно с чертежей Лилиенталя. Получив новые результаты испытаний в аэродинамической трубе, Райт отказались от использования данных Лилиенталя, используя теперь только собственные расчёты в своих проектах.

Как и ранее, первые полёты планёр братьев Райт 1902 года совершал как непилотируемый воздушный змей. Работа с аэродинамической трубой оказалась весьма полезной: подъёмная сила планёра соответствовала расчётной. Новый планёр также имел новую особенность: жёсткий вертикальный руль, который должен был устранить ряд возникавших ранее проблем.

К 1902 году братья поняли, что перекашивание крыла приводил к различному лобовому сопротивлению окончаний крыльев. Большая подъёмная сила на одном конце крыла также приводила к увеличению лобового сопротивления, что не давало аппарату повернуть в сторону опущенного конца крыла. Так вёл себя бесхвостый планёр 1901 года.

Усовершенствованная форма крыла позволила совершать более далёкие перелёты, а задний руль предотвращал нежелательное отклонение от курса, причём настолько эффективно, что это создавало новую проблему. Иногда, когда пилот пытался выровнять аппарат после поворота, планёр не отвечал на корректирующее перекашивание крыла и продолжал поворот. Планёр скользил в сторону более низкого окончания крыла, что приводило к снижению с вращением вокруг вертикальной оси. Райт назвали это явление "выкапыванием колодца"; современные авиаторы называют его "циркуль".

Они прикрепили на петлях руль и соединили его с механизмом перекашивания крыла, в результате чего одним движением пилот одновременно управлял и отклонением руля, и перекашиванием крыла. Испытания показали, что подвижный руль должен отклоняться в обратном направлении от того крыла, которое имеет большее лобовое сопротивление (и подъёмную силу) при перекашивании крыла. Противодействующая сила, создаваемая повёрнутым крылом, позволила корректирующему перекашиванию крыла надёжно восстанавливать положение после поворота или волнения ветра. Кроме того, когда планёр разворачивался с креном, давление руля преодолевало эффект разницы в лобовых сопротивлениях, и нос аппарата выравнивался в направлении поворота, устраняя неблагоприятное отклонение от курса.

Таким образом, братья Райт открыли истинное предназначение подвижного вертикального. Его роль состояла не в изменении направления полёта, а скорее в выравнивании аппарата во время поворотов с креном и в выравнивании в случае крена и порывов ветра. Фактически поворот - изменение направления - совершался с помощью контроля горизонтального вращения перекашиванием крыла. Принципы остались теми же самыми, когда перекашивание крыла заменили элероны.

С помощью нового метода управления Райт впервые достигли истинного контроля над своим аппаратом, это произошло 8 октября 1902 и стало важнейшим изобретением в истории авиации. В сентябре и октябре они совершили от 700 до 1000 полётов, самый длительный из которых продолжался 26 секунд, а его дальность составила 190 м. Сотни хорошо управляемых полётов после установки убедили братьев начать строить летающий аппарат тяжелее воздуха с двигателем.

Таким образом, братья Райт смогли контролировать планёр по трём осям: перекашиванием крыла - крен (продольная ось), носовым рулём высоты - тангаж (поперечная ось) и хвостовым рулём направления - рыскание (вертикальная ось). 23 марта 1903 г. братья Райт подали заявку на свой знаменитый патент для "летающей машины", основанную на полётах их успешного планёра 1902 года.

В 1903 году братья Райт построили оснащённый двигателем "Флайер-1", материалом которому послужил обычный для аппаратов Райт конструкционный материал - ель, крепкое и лёгкое дерево. Они также разработали и изготовили деревянные пропеллеры, а также бензиновый двигатель, изготовленный в их магазине велосипедов. Они полагали, что модель пропеллера будет простым вопросом и планировали использовать расчёты для корабельных винтов.

Однако их библиотечные исследования не привели к нахождению каких-либо базовых формул для морских или воздушных винтов, и они оказались без отправной точки в этом вопросе. Они обсуждали и долго спорили по этому поводу, пока не пришли к выводу, что пропеллер - по сути то же крыло, только вращающееся в вертикальной плоскости.

На этом основании они для проектирования пропеллеров воспользовались данными большего количества испытаний в аэродинамической трубе. В окончательном варианте диаметр пропеллера составил 2,6 м, лопасти были сделаны из трёх склеенных кусков ели. Братья Райт выбрали двойной "толкающий" пропеллер (противовращающийся, чтобы гасить вращающий момент), который должен действовать на больший объём воздуха, чем одинарный относительно медленный пропеллер, и не будет влиять на поток воздуха по передней кромке крыльев.

Современные испытания в аэродинамической трубе пропеллеров образца 1903 года показали, что они имели КПД более 75 % в условиях первых полётов, а фактически имели максимальный КПД 82 %. Это очень большое достижение, учитывая, что современные деревянные пропеллеры имеют максимальный КПД 85 %.

Братья Райт написали нескольким изготовителям двигателей, но ни один из них не смог удовлетворить их требования к весу авиационного двигателя. Они обратились к механику их магазина, Чарли Тэйлору, который построил двигатель через шесть недель при постоянных консультациях с братьями. Чтобы вес двигателя был достаточно низким, его основные части были сделаны из алюминия, что было редкостью в то время.

Двигатель Райт-Тэйлора был примитивным вариантом современных инжекторных систем, он не имел ни карбюратора, ни топливного насоса. Бензин стекал под своим весом в картер через резиновую трубку из топливного бака, установленного на распорке крыла.

Цепь цепной передачи напоминала аналогичную велосипедную, однако она была произведена предприятием, производящим сверхпрочные цепи для автомобильных двигателей. Стоимость постройки "Флайера-1" составила менее тысячи долларов. "Флайер-1" имел размах крыла 12 м, весил 283 кг, и был оснащён двигателем мощностью 9 КВт и весом 77 кг.

Уилбур выиграл в орлянку право первым взлететь и совершил попытку взлёта 14 декабря 1903 года, однако самолёт упал сразу после взлёта, "Флайер-1" при этом незначительно пострадал. После ремонта братья Райт, наконец, поднялись в воздух 17 декабря 1903, совершив два полёта, каждый от уровня земли при встречном ветре скоростью 43 км/час.

Первый полёт совершил Орвилл, он пролетел 36.5 метров за 12 секунд, этот полёт был зарегистрирован на известной фотографии. Следующие два полёта были длиной около 52 и 60 метров, совершённые Уилбуром и Орвиллом соответственно. Их высота была около 3 метров над уровнем земли.

Свидетелями полётов были пять человек (Адам Этэридж, Джон Дэниелс и Уилл Дуг из береговой команды спасателей; бизнесмен области У. С. Бринкли и деревенский мальчик Джонни Мур), что позволяет считать эти полёты первыми публичными полётами. Оператор телеграфа, передававший телеграмму их отцу, стал источником утечки информации против желания братьев, и весьма неточные сообщения появились в нескольких газетах на следующий день.

После того, как мужчины отбуксировали "Флайер" обратно после его четвёртого рейса, мощный порыв ветра переворачивал его несколько раз, несмотря на попытки предотвратить это. Сильно повреждённый, самолёт больше не поднимался в воздух. Братья отправили его домой, и годы спустя Орвилл восстановил его, передавая его для показа в США, а затем и Британскому музею.

В 1904 году братья Райт построили "Флайер-II" и устроили аэродром в Прерии Хаффмана, пастбище коров в 13 км к северо-востоку от Дейтона, которое президент банка Торренс Хаффман предоставил им без арендной платы. Они пригласили на первую попытку полёта 23 мая репортёров с условием, что они не будут фотографировать. Неисправности двигателя и слабые ветры не дали возможности поднять самолёт в воздух, они смогли совершить только очень короткий перелёт несколькими днями позже в присутствии гораздо меньшего числа репортёров. Некоторые учёные считают, что Райт специально саботировали эти полёты, чтобы у журналистов пропал к ним интерес. Неизвестно, верно ли это утверждение, однако после их неудачных показательных полётов местные газеты игнорировали их около полутора лет.

Братья Райт были довольны тем, что освободились от внимания репортёров. Отсутствие журналистов также уменьшало шансы их конкурентов для изучения их методов. После полётов с двигателем в Китти Хоук Райт приняли решение начинать сворачивать велосипедный бизнес, чтобы они могли посвятить себя созданию и продвижению на рынке пригодного к эксплуатации самолёта.

Такое решение несло в себе финансовый риск, так как Райт не были богаты и не имели государственного финансирования (в отличие от других пионеров авиации, таких как Адэр, Максим, Лэнгли и Сантос-Дюмон). Целью их работы не было получение богатства; она должна была принести им средства к существованию. Таким образом, их эксперименты продолжали оставаться в секрете, как и советовал им их поверенный Гарри Тулмен, они не показывали никому деталей своей машины.

Весной и летом они совершили много жёстких посадок, по сути небольших катастроф, которые приводили к повреждениям Флайера, и сопровождались ушибами и травмами пилотов. 13 августа, совершая взлёт без посторонней помощи, Уилбур, наконец, превысил их лучшую дальность полёта в Китти Хоук, пролетев 400 м. Тогда они решили использовать катапульту, чтобы делать взлёты более простыми и впервые, опробовали её 7 сентября. 20 сентября 1904 года Уилбур пролетел первый полный круг в истории на аппарате тяжелее воздуха, пролетев 1244 м приблизительно за полторы минуты. Их два лучших полёта состоялись 9 ноября (пилотировал Уилбур) и декабря (пилотировал Орвилл), каждое более пяти минут и длиной около 5 км, почти 4 круга каждый полёт. К концу года братья налетали около 50 минут в 105 полётах по 85-акровому пастбищу, которое до сегодняшнего дня фактически не изменилось.

Несмотря на значительный прогресс в 1904 году, Флайер всё ещё часто терял управление. Братья Райт разобрали часто разбивавшийся и ремонтированный самолёт, но сохранили двигатель, и в 1905 построили новый "Флайер-III", в котором были сделаны важные усовершенствования. Братья устанавливали отдельное управление для хвостового руля вместо того, чтобы связать руль с "колыбелью" перекашивания крыла, как это было ранее. Управление всеми тремя осями - креном, рысканием и тангажом - производилось независимо друг от друга. Однако обновлённый Флайер дал те же результаты, что и первые два. Его первый полёт 23 июня и несколько последующих продолжались не более 10 секунд.

После того, как Орвилл перенёс травму кости и возможную авиакатастрофу 14 июля, они переделали Флайер, увеличив и установив дальше от крыльев передний руль высоты и руль направления. Эти усовершенствования значительно улучшили стабильность и управление, подготовив базу для серии из шести "длинных полётов" продолжительностью от 17 до 38 минут и дальностью от 20 до 39 км по 1,4-км маршруту вокруг Прерии Хаффмана с 26 сентября по 5 октября.

Уилбур совершил последний и самый длинный полёт, дальностью 39,4 км за 38 минут и 3 секунды, заканчивающийся безопасной посадкой после того, как закончилось топливо. У этого полёта было множество свидетелей, в том числе несколько их друзей, их отец Милтон, а также окрестные фермеры. Длинные полёты убедили братьев Райт, что они достигли своей цели создания летающей машины, годной к практической эксплуатации, которую братья могли бы предложить к продаже.

Братья Райт, безусловно, принимали меры для того, чтобы внимание к их полётам было минимальным. Опасаясь, что конкуренты воспользуются их идеями, и все ещё не оформив патент, они летали только однажды после 5 октября. С этого времени они отказались совершать полёты до заключения обязательного контракта на продажу самолёта. Они писали в правительство США, а затем Великобритании, Франции и Германии с предложением продать летающую машину, но отказывались от показательных полётов, настаивая на предварительном подписании контракта.

Они не хотели даже показывать фотографии своего Флайера. Вооружённые силы США, которые потратили 50 000 долларов на Аэродром Лэнгли, передовой летательный аппарат своего времени, только для того, чтобы дважды увидеть его падение в Потомак, были особенно невосприимчивы к просьбам двух неизвестных изготовителей велосипедов из штата Огайо.

Таким образом, непризнанные и гонимые, братья Райт продолжали свою работу, оставаясь в полной неизвестности, в то время как другие пионеры авиации, такие как бразилец Альберто Сантос-Дюмон и американец Гленн Кёртисс находились в центре внимания. Лишь 1906 г. в номере от 7 апреля в Scientific American была опубликована информационная статья под заголовком "Аэроплан Райтов и его характеристики".

В 1906 и 1907 гг. братья не совершали полётов, проводя в этот период переговоры с американскими и европейскими правительствами. 22 мая 1906 года на летающую машину Райтов был выдан патент ╧821393, заявка на который была подана еще в 1903 году.

После окончательного подписания контрактов с французской компанией и армией США, они возвратились в Китти Хоук в мае 1908 с "Флайером" 1905 года, в котором были переделаны места для пилота и пассажира, и начали готовиться к важным для их контрактов показательным полётам. По контрактам самолёты должны были быть способны нести пассажира.

Вслед за предварительными испытаниями, при которых на пассажирском месте размещались мешки с песком, Чарли Фёрнас, помощник из Дейтона, стал первым пассажиром самолёта, поучаствовав в нескольких коротких полётах 14 мая. С целью безопасности и в связи с обещанием, данным их отцу, Уилбур и Орвилл никогда не летали вместе. Позднее в этот день после одиночного семиминутного полёта Уилбур пережил своё худшее крушение, когда, всё ещё не хорошо освоив работу с двумя вертикальными рычагами управления, он, по всей видимости, повернул один из них неправильным образом и уронил "Флайер" в песок на скорости от 75 до 90 километров в час. Он получил лёгкие травмы и сломал нос, однако этот несчастный случай прекратил полёты.

В 1906 году братьям поступило предложение от нью-йоркской фирмы "Флинт энд компани", имевшей большой опыт продажи военной техники в Европе. Компания предлагала 500 тыс. долл. за права на продажу их самолета за пределами США. Права на американский рынок оставались за братьями. В феврале 1907 Германия предложила 500 тыс. долларов за 50 "Флайеров", и братья согласились на то, чтобы "Флинт энд компани" стала их торговым представителем. В мае 1907 Уилбур отправился в Европу для координации коммерческой работы.

После недолгого пребывания в Лондоне Уилбур отправился в Париж, где с помощью представителя "Флинт анд Ко" Харта Берга вступил в переговоры с правительством Франции. В ходе переговоров Уилбуру дали понять, что ему следует повысить сумму контракта на 50 тыс. франков, и эта сумма "будет распределена между персонами, имеющими возможность добиться заключения сделки". Иначе говоря, французы попросили дать им "откат", от чего Уилбур наотрез отказался.

Не добившись контрактов в Европе братья вернулись в США. 8 февраля 1908 года министерство обороны приняло предложение о цене 25 тыс долл. за "Флайер". 3 марта того же года братья подписали соглашение о закупках с французской La Compagnie Générale de Navigation Aérienne с условием публичной демонстрации "Флайера" во Франции в середине лета.

Уилбур начал официальные показательные полёты 8 августа 1908 на ипподроме около города Ле-Ман, Франция. Его первый полёт продолжался только одну минуту 45 секунд, но его способность легко совершать повороты и летать по кругу поразили и ошеломили зрителей, в том числе нескольких лётчиков - французских пионеров авиации, таких как Луи Блерио. В последующие дни Уилбур сделал ряд технически сложных полётов, включая полёт по траектории восьмёрки, демонстрируя свои навыки пилота и потенциал машины, превосходящий достижения остальных пионеров авиации того времени.

Французская общественность была взволнована подвигами Уилбура, на его полёты собрались тысячи людей. На следующее утро братья Райт проснулись всемирно знаменитыми. Прежние скептики принесли извинения и поздравили Уилбура с успешными полётами.

7 октября 1908 года Эдит Берг, жена европейского агента братьев, стала первой американкой-пассажиром самолёта, совершив полёт с Уилбуром - и одной из многих пассажиров, которые совершали с ним полёты той осенью. Орвилл развил успех брата, продемонстрировав второй почти идентичный "Флайер" представителям Армии США в Форт Мер, Виргиния, начиная с 3 сентября 1908 года. 9 сентября он сделал первый часовой полёт, пробыв в воздухе 62 минуты и 15 секунд.

17 сентября старший лейтенант Томас Селфридж стал его пассажиром, выполняя роль официального наблюдателя. Через несколько минут после взлёта на высоте около 30 м, пропеллер раскололся, лишив самолёт управления. Селфридж погиб в катастрофе, став первым человеком, погибшим в авиакатастрофе аппарата тяжелее воздуха с двигателем. Орвилл получил серьёзные травмы, он сломал левую ногу и четыре ребра. Рентген, проведённый через двенадцать лет по причине усиливающихся болей, показал, что при падении бедро пилота было вывихнуто и сломано в трёх местах.

Сестра Уилбура и Орвилла, Кэтрин, школьный учитель, приехала из Дейтона в Вашингтон и оставалась с Орвиллом многие недели, пока он был в госпитале. Она помогла договориться об однолетнем продлении контракта с военными. Глубоко потрясённый несчастным случаем, Уилбур решил провести ещё более зрелищные показательные полёты; в последующие дни и недели он установил новые рекорды высоты и продолжительности. В январе 1909 года Орвилл и Кэтрин присоединились к нему во Франции, и какое-то время они были тремя самыми известными людьми в мире, захватив внимание знати и бизнеса, репортёров и публики. Короли Англии, Испании и Италии присутствовали на полётах Уилбура.

Братья Райт отправились в город По на юге Франции, где Уилбур совершил ещё немало показательных полётов, пассажирами в которых были офицеры, журналисты и государственные деятели, а 15 февраля и его сестра Кэтрин. Он обучил двух французских пилотов, а затем передал самолёт французской компании. В апреле Райт переехали в Италию, где Уилбур собрал ещё один "Флайер", проводя показательные полёты и обучая пилотов. Впервые на борт поднялся кинооператор, осуществивший киносъёмку с самолёта.

После возвращения в США братья и Кэтрин были приглашены в Белый дом, где президент Тафт наградил их. За этим последовали двухдневные празднества в честь возвращения пионеров авиации в родной Дейтон. В июле 1909 года Орвилл с помощью Уилбура завершил показательные полёты для армии США, выполнив требование сделать двухместный самолёт, способный лететь с пассажиром в течение часа со средней скоростью 40 миль в час (64 км/час) и совершать безопасную посадку. Они продали самолёт военным за 30 000 долл. (что включало премию в размере 5000 долл. за превышение запланированной скорости).

Пиком славы стал полёт Уилбура в начале октября, когда на празднованиях в честь трёхсотлетия открытия реки Гудзон в Нью-Йорке он облетел вокруг Статуи Свободы и совершил 33-минутный полёт вверх и вниз по реке вдоль Манхэттэна на виду около одного миллиона жителей Нью-Йорка. Эти полёты принесли огромную известность братьям Райт в Америке.

В 1908 братья отправили предупреждение Гленну Кёртиссу о нарушении их патентных прав, поскольку тот продавал свои самолёты, которые были оборудованы элеронами. Кёртисс отказал в уплате патентных платежей Райт и продал свой самолёт Нью-Йоркскому обществу аэронавтики в 1909 году. Райт начали судебный процесс, который продолжался год. Также были предъявлены иски к иностранным авиаторам, которые совершали показательные полёты в США, включая известного французского авиатора Луи Полана. Европейские компании, имевшие лицензии братьев Райт, предъявили иски к авиастроителям в своих странах. Судебные процессы в Европе принесли только частичный успех.

Несмотря на поддержку правительства Франции, судебное разбирательство затянулось, пока срок патента не истёк в 1917 году. Немецкий суд признал патент недействительным в связи с тем, что его суть была раскрыта в речах Уилбура Райта в 1901 году и Октава Шанюта в 1903.

В США братья Райт подписали соглашение с Американским Аэроклубом о лицензировании авиашоу, которое проводил клуб, освободив участвовавших пилотов от угрозы судебного преследования. Организаторы шоу заплатили братьям Райт отступные. Братья Райт выиграли своё первое судебное дело против Кёртисса в феврале 1912 года, однако была подана апелляция.

С 1910 до своей смерти от тифа в 1912 году Уилбур играл ведущую роль в патентных спорах, постоянно путешествуя, чтобы консультироваться с адвокатами и свидетельствовать в судах. Главным его побуждением было восстановление моральной справедливости, особенно в отношении Кёртисса, который начал создание крупной компании по производству самолётов.

Активная деятельность братьев по юридической защите своих прав препятствовала их работе по созданию новых моделей самолётов, и в результате к 1911 году самолёты Райт считались худшими по сравнению с другими, произведёнными в Европе. В результате развитие авиации США было замедлено до такой степени, что при вступлении США в Первую мировую войну армия страны из-за отсутствия современной американской модели была вынуждена закупать французские машины.

Орвилл и Кэтрин Райт полагали, что Кёртисс был косвенно ответственен за преждевременную смерть Уилбура, которая явилась результатом его постоянных переездов и судебных баталий.

В январе 1914 года Окружной апелляционный суд утвердил решение суда в пользу Райт против Кёртисса, компания которого продолжала избегать штрафов в связи с выбранной юридической тактикой. С этого времени Орвилл принял решение продать Wright company. В 1917 году, во время Первой мировой войны, правительство США приняло решение о создании кросс-лицензионной организации, которой компании-участники должны платить общий платёж за использование авиационных патентов, в том числе первого и последующих патентов Райт.

Как Wright-Martin company (преемник Wright company), так и компания Кёртисса, которая была обладателем ряда собственных патентов, получили по 2 миллиона долл. США. "Патентная война" завершилась, хотя суды продолжались до 1920-х годов. По иронии судьбы Wright Aeronautical Corporation (следующий преемник) и Curtiss Aeroplane company слились в 1929 в корпорацию, которая стала называться Curtiss-Wright, эта компания существует и сегодня, являясь производителем высокотехнологичных комплектующих для космической промышленности.

Судебные процессы навели тень на общественное восприятие братьев Райт, считавшихся до того национальными героями. Критики считали, что братья были жадными и несправедливыми, и рассматривали их действия в невыгодном свете по сравнению с европейскими изобретателями, которые отказались ограничивать патентами свои достижения в новой сфере. Сторонники братьев Райт считали, что братья отстаивали свои интересы и справедливо ожидали должной компенсации за многие годы работы, приведшей к их изобретениям.

22 ноября 1909 года была зарегистрирована фирма Wright Company. Братья продали свои патенты компании за 100 000 долл., а также получили одну треть акций при выпуске пакета акций стоимостью в один миллион долларов и 10-процентный патентный платёж за каждый проданный самолёт. В середине 1910 года братья Райт внесли изменения в модель своего самолёта, переместив горизонтальное оперение в заднюю часть и поставив колёса. Этот самолёт получил название "Модель B", хотя первоначальный проект никогда не упоминался братьями Райт как "Модель А".

Покупателей самолётов было немного, и весной 1910 года Райт наняли и обучили группу пилотов для показательных полётов, на которых они могли рекламировать свои машины и приносить компании денежные призы за победы и рекорды, несмотря на презрительное отношение Уилбура к тому, что он назвал "клоунским бизнесом".

Команда впервые начала показательные полёты на Индианаполисском шоссе 13 июня. К концу года в катастрофах на авиашоу погибли пилоты Ральф Джонстоун и Арч Хокссей, а в ноябре 1911 года братья расформировали пилотажную группу, в которой успели поработать девять человек.

Между 1910 и 1916 годами в лётной школе Wright Company в Прерии Хаффмана у Орвилла и его помощников прошли обучение 115 пилотов. Несколько стажёров стали знаменитыми, в том числе Генри "Хэп" Арнольд, будущий пятизвёздный генерал, командующий ВВС США во Второй мировой войне, возглавивший ВВС США при их создании; Калбрэйт Перри Роджерс, совершивший первый полёт от одного побережья до другого в 1911 году (с неоднократными остановками и авариями) на самолёте Райт "Модель ЕХ", который назывался "Vin Fiz" по названию спонсора - производителя напитков; и Эдди Стинсон, основатель Stinson Aircraft Company.

Оба брата остались холостяками. Уилбур однажды язвительно заметил, что у него "нет времени и на жену, и на самолёт". Он заболел во время поездки в Бостон в апреле 1912 года. После возвращения в Дейтон ему был поставлен диагноз - брюшной тиф. Он умер в возрасте 45 лет в доме Райтов 30 мая 1912 года.

Орвилл унаследовал пост президента Wright company после смерти Уилбура. Разделяя отвращение Уилбура к бизнесу, но не его деловую хватку, Орвилл продал компанию в 1915. Он, Кэтрин и их отец Милтон переехали в особняк в Хауторн Хилл, Оквуд, штат Огайо, который был незадолго до того построен богатой семьёй. Милтон умер во сне в 1917 году.

Орвилл совершил свой последний полёт в качестве пилота в 1918 году. Он вышел из бизнеса и стал авиационным чиновником, входя в различные официальные правления и комитеты, участвуя, в том числе в Национальном консультативном комитете по аэронавтике, предшественнике НАСА. Кэтрин вышла замуж за бывшего одноклассника в 1926, Орвилл к этому браку относился отрицательно. Он отказался от приглашения на свадьбу и перестал общаться с нею. Он встретился с ней, вероятно, по настойчивой просьбе Лорина, непосредственно перед её смертью от пневмонии в 1929 году.

19 апреля 1944 года второй экземпляр нового самолёта Lockheed "Constellation", пилотируемый Говардом Хьюзом и президентом авиакомпании TWA Джеком Фраем, пролетел по маршруту из Бербанка в Вашингтон за 6 часов 57 минут. На обратном пути самолёт совершил посадку на аэродроме Райт, после чего Орвилл совершил свой последний полёт, более чем через 40 лет после исторического первого взлёта. Возможно, ему даже позволили сесть за штурвал. Он отметил, что размах крыльев "Constellation" был больше, чем дистанция его первого полёта.

Орвилл умер в 1948 году после инфаркта миокарда, прожив жизнь от зари авиации до начала сверхзвуковой эры. Оба брата похоронены на семейном участке, на кладбище Дейтона, штат Огайо.

"Флайер-1" сегодня находится в Национальном музее авиации и космонавтики, подчиняющемся Смитсоновскому институту в Вашингтоне.

"Флайер-III", единственный самолёт, входящий в список национальных исторических памятников США, был разобран после полётов 1905 года. Он был заново собран в модификации, позволявшей лететь пилоту с пассажиром и с новой системой управления, и совершал полёты в Китти Хоук в мае 1908. Самолёт был переделан обратно в версию 1905 года с одним пилотом в 1940-х годах с помощью Орвилла. На сегодняшний день он находится в Дейтоне, Огайо, в Историческом парке Каррилон. Место для демонстрации самолёта было предложено Орвиллом Райтом.

Орвилл оставил завещание, по которому после его смерти Институт Франклина в Филадельфии должен получить его коллекцию крыльев и приборов. Институт Франклина был первой научной организацией, которая признала приоритет братьев Райт в совершении первого управляемого полёта на аппарате тяжелее воздуха с двигателем. Сегодня Научный музей Института Франклина владеет наибольшим собранием экспонатов из мастерской братьев Райт.


В Российской империи увлечение авиацией началось в начале ХХ века. В Киевском Политехническом институте, например, организовался кружок воздухоплавания. Конечно, в 1905 году никто из студентов-энтузиастов на аэропланах ещё не летал. Изучали чертежи Леонардо да Винчи, опыт иностранцев и конструировали собственные модели. Старались также разобраться с конструкцией самолётов, закупаемых за границей.

С 1906 года кружок возглавил ученик авиаконструктора Николая Жуковского - механик Николай Делоне. Над созданием летательных аппаратов трудились энтузиасты-профессора Кудашев, Карпека, Былинкин и около 200 студентов. С 1909 года кружок преобразовался в Киевское воздухоплавательное общество.

Работали энтузиасты не только в стенах института, но и в киевских дворах, мастерских. Игорь Сикорский, например, собирал свою конструкцию в родительском саду. Фёдор Терещенко организовал мастерскую в своём имении Красное Бердичевского уезда. Вместе с соавторами из Киевского общества он разработал 7 оригинальных моделей аэропланов.

Первый полёт крылатой машины увидели одесситы в 1910 году. Михаил Ефимов на самолёте "Фармани-4" пять раз поднимался в воздух, причем, дважды с пассажирами. А через месяц и киевляне наблюдали за полётом Сергея Уточкина над Сырецким ипподромом. Тогда пилот Одесского аэроклуба Сергей Уточкин был удостоен первой серебряной медали "За популяризацию воздухоплавания в России" Киевского общества воздухоплавания. А в мае профессор Киевского Политеха Александр Кудашев поднялся в небо на аппарате собственной конструкции. Это был первый в России самолёт с бензиновым мотором. В своей следующей модели 1911 года Кудашев впервые установил двухколёсное шасси.

Для осуществления полётов нужен был аэродром. Фёдор Терещенко предложил собрать деньги по подписке и внёс 3000 рублей. И вот 18 июня 1911 года на Куренёвском аэродроме состоялась первая Киевская авиационная неделя.

В декабре 1911 года Игорь Сикорский установил сразу три рекорда. Он поднялся с экипажем из трёх человек на биплане собственной конструкции и развил скорость 111 км, в час. Он продержался 10 минут на высоте 100 метров. В январе 1912 года его полёт от Сырца до Святошино длился почти 36 минут. Сикорский был награждён медалью Императорского русского технического общества и получил заказ военного министерства: построить на Балтийском заводе в Петербурге 37 монопланов и 3 биплана.

За четыре года (с 1909 по 1912) в Киеве было создано 40 разных типов аэропланов. Но успехи давались не легко. За это же время в России погибло 30 испытателей.


Основоположником высшего пилотажа был Пётр Николаевич Нестеров.

Родился он в Нижнем Новгороде 15 (27) февраля 1887 года в семье офицера-воспитателя кадетского корпуса Николая Фёдоровича Нестерова (1863-1890). После неожиданной смерти отца материальное положение семьи сильно ухудшилось. Его мать, Маргарита Викторовна, не имея средств на оплату жилья, была вынуждена переехать вместе с четырьмя детьми во Вдовий дом. 26 августа [7 сентября] 1897 года Нестеров поступил в Нижегородский кадетский корпус, где в своё время его отец занимал должность воспитателя. В 1904 году Нестеров закончил корпус.

После окончания корпуса Пётр Николаевич в числе шести лучших выпускников был направлен в Михайловское артиллерийское училище. В 1906 году, отлично выдержав выпускные экзамены, Нестеров, произведённый в подпоручики, попал по распределению в 9-ю Восточносибирскую стрелковую артиллерийскую бригаду, служил во Владивостоке, где лично разработал правила корректирования стрельбы из аэростата.

Увлечение авиацией началось у Петра Николаевича с 1910 года. В июле-августе 1911 года, находясь в отпуске в Нижнем Новгороде, Пётр Николаевич познакомился с учеником профессора Н. Е. Жуковского - Петром Петровичем Соколовым и вскоре стал членом Нижегородского общества воздухоплавания. В 1912 году Нестеров сдал экзамены на звания пилота-авиатора и военного лётчика, и уже в сентябре 1912 г. 25-летний поручик Пётр Нестеров совершил первый самостоятельный полёт, а в 1913 году - окончил курс авиационного отдела Офицерской Воздухоплавательной школы в Гатчине.

В мае 1913 года он был назначен в авиационный отряд, формировавшийся в Киеве, с прикомандированием к 7-й воздухоплавательной роте, а в июне переведён в 11-й корпусный отряд 3-й авиационной роты. Вскоре Пётр Николаевич стал командиром отряда. Перед отправкой на новое место службы его направили в Варшаву для обучения на самолёте "Ньюпор", который тогда приняли на вооружение армии. 31 августа 1913 года был произведён в штабс-капитаны.

Став опытным пилотом, Нестеров занимался и конструкторской деятельностью. В 1910 году, еще, будучи артиллеристом, Пётр Николаевич построил планёр и летал на нём. Позже, на основе изучения полёта птиц, он разработал проект оригинального самолёта без вертикального оперения. Военное ведомство отклонило проект, но Нестеров продолжал совершенствовать свою машину. Летом 1913 года проект был одобрен, но без предоставления средств.

Владея глубокими знаниями в области математики и механики, имея достаточный пилотажный опыт, П. Н. Нестеров теоретически обосновал возможность выполнения глубоких виражей и осуществил их на практике. В своей работе о "взаимодействии руля глубины и направления при значительных углах крена" он впервые доказал, что во время выполнения виражей с креном больше 45 градусов происходит изменение в работе руля: руль высоты выполняет функции руля направления, а руль направления - руля высоты. После назначения командиром отряда Нестеров ввёл обучение полётам с глубокими виражами и посадку с отключённым двигателем на заранее намеченную площадку.

Он также разрабатывал вопросы взаимодействия авиации с наземными войсками и ведения воздушного боя, освоил ночные полёты. В августе 1913 года возглавил групповой перелёт (в составе трёх машин) по маршруту Киев - Остёр - Козелец - Нежин - Киев с посадками на полевых аэродромах. Во время перелёта впервые в истории авиации проводилась маршрутная киносъёмка. В первой половине 1914 года Пётр Николаевич осуществил два перелёта: Киев - Одесса за 3 часа 10 минут и Киев - Гатчина за 9 часов 35 минут. Для того времени это было большим достижением.

Для разрушения оболочки дирижабля Нестеров установил в хвостовой части аэроплана "нож-пилку", а для поражения воздушного винта самолёта неприятеля - длинный трос с грузом на конце в виде "кошки".

Идея "мёртвой петли" зародилась у Нестерова ещё до 1912 года, но в этом году, будучи учеником гатчинского авиационного отряда, он уже теоретически доказал возможность её выполнения. Для доказательства своей идеи, согласно которой "в воздухе для самолёта всюду опора", 27 августа 1913 года в Киеве над Сырецким полем П. Н. Нестеров впервые в мире выполнил на самолёте "Ньюпор-4" с двигателем "Гном" в 70 л. с. замкнутую петлю в вертикальной плоскости. Этим манёвром Нестеров положил начало высшему пилотажу.

Спустя шесть дней эту сложную авиационную фигуру повторил француз Адольф Пегу. Именно это событие получило широкую огласку и в иностранной и в российской прессе. В мае 1914 года Пегу прибыл в Санкт-Петербург для демонстрации "мёртвой петли". Французский лётчик лично встретился с Нестеровым и признал приоритет россиянина, а 18 мая Нестеров, Пегу и Н. Е. Жуковский совместно выступили в Политехническом музее.

10 февраля 1914 года Киевское Общество воздухоплавания отметило Нестерова за научную разработку вопроса о глубоких кренах и за осуществлённую им "мёртвую петлю", присудив ему золотую медаль Общества. Позже Киевское городское руководство от лица города вручило отважному пилоту-новатору памятный золотой жетон, с которым Пётр Николаевич никогда не расставался. Также он являлся кавалером орденов Святой Анны ╡╡╡ степени и Святого Станислава ╡╡╡ степени.

В 1913 году Пётр Нестеров разработал исследовательскую конструкцию семицилиндрового двигателя мощностью 120 л. с. с воздушным охлаждением. Позже авиатор занимался строительством одноместного скоростного самолёта, закончить которое помешала война.

С началом Первой мировой войны он отбыл на Юго-Западный фронт, Его 11 авиаотряд принимал участие в боях за Львов. Нестеров осуществлял воздушную разведку, выполнил одну из первых в России бомбардировок приспособленными для этого артиллерийскими снарядами. Бомбометание было проведено лётчиком так эффективно, что австрийское командование пообещало крупную денежную награду тому, кто собьёт аэроплан Нестерова.

Осуществив за время войны 28 вылетов, 8 сентября (26 августа по старому стилю) 1914 года около городка Жолква Пётр Николаевич Нестеров совершил свой последний подвиг - протаранил самолёт, в котором находились пилот Франц Малина и пилот-наблюдатель барон Фридрих фон Розенталь, которые вели воздушную разведку передвижения русских войск.

В начале войны самолёты всех воюющих стран, кроме русского "Ильи Муромца", не имели пулемётов. Командование считало, что основная задача авиации - разведка, и наличие пулемётов будет отвлекать лётчиков от выполнения основной задачи. Поэтому первые воздушные бои велись с помощью карабинов и револьверов. Таран же был самым эффективным способом сбить вражеский самолёт.

Австрийский аэроплан держался на порядочной высоте, и всё время делал круги над Жолкевом, что-то высматривая. Очевидцы рассказывали, что штабс-капитан, услышав гул австрийского самолёта, выскочил из своей палатки и как был в одних чулках, забрался в самолёт, и полетел на врага, даже не привязав себя ремнями к сиденью.

Поднявшись, Нестеров стремительно полетел навстречу австрийцу. Самолёт Нестерова, круто планируя, устремился на австрийца и пересёк его путь. Австрийцы пытались уйти от столкновения, но Нестеров настиг их и попытался нанести шасси своего аэроплана удар по краю несущей плоскости "Альбатроса". Однако - по-видимому, из-за крайнего переутомления Нестерова - в его расчёт вкралась ошибка, и удар пришёлся в середину "Альбатроса"; колёса "Морана" попали под верхнюю плоскость, а винт и мотор ударили по ней сверху

Австриец внезапно остановился, застыл в воздухе и тотчас же как-то странно закачался; крылья его двигались то вверх, то вниз. И вдруг, кувыркаясь и переворачиваясь, неприятельский самолёт стремительно полетел вниз.

Какое-то мгновение все считали, что бой закончился полной победой российского лётчика, и ждали, что он вот-вот благополучно приземлится. Впервые применённый в авиации таран как-то ни до кого не дошёл. Никто не подумал о том, что самолёт, таранивший противника, не может выдержать такого страшного удара. В те времена самолёт был весьма хрупкой, легко ломающейся машиной.

Неожиданно все увидели, как из русского самолёта выпала и, обгоняя падающую машину, стремглав полетела вниз крохотная фигура лётчика. Это был Нестеров, выбросившийся из разбитого самолёта. Парашюта наша авиация ещё не знала. Вслед за штабс-капитаном Нестеровым на землю упал и его осиротевший самолёт.

На панихиду, отслуженную по погибшему лётчику, собрались все чины штаба. Пришёл и генерал Рузский. На следующий день Рузский в сопровождении всего штаба проводил останки Нестерова до жолкевского вокзала - отсюда, погруженный в отдельный вагон, гроб поездом был отправлен в Россию.

В полуверсте от места падения Нестерова, в болоте, были найдены обломки австрийского самолёта. Под ними лежал и превратившийся в кровавое месиво неприятельский лётчик.

Посмертно Нестеров был награждён орденом Святого Георгия IV степени.

Нестеров погиб в 27 лет. После Нестерова остались жена и двое детей - девочка, 5-ти лет, и мальчик, 3-х лет. После гибели П. Н. Нестерова заботу о семье взял на себя его друг Владимир Иванович Докучаев, длительное время преподававший в Горьковском (Нижегородском) речном училище.

В 1914 году на месте гибели Петра Нестерова у г. Жолква (с 1951 по 1992 - г. Нестеров) был сооружён монумент. Позднее, в 1980 году, здесь был построен мемориал памяти героя-авиатора: памятник с мёртвой петлёй, заканчивающейся взлётом вверх реактивного самолёта и небольшой музей. Расположение мемориала: на дороге Жовква - Рава-Русская в населённом пункте Воля-Высоцкая. В 1990-е годы музей был заброшен и разграблен.

На могиле Нестерова в Киеве установлен памятник. Установлен памятник и в Нижнем Новгороде в сквере его имени.

Именем лётчика названы улицы и переулки в Москве, Санкт-Петербурге, Гатчине, Керчи, Киеве, Минске, Краснодаре и ряде других городов. В честь П. Н. Нестерова названа государственная награда Российской Федерации - медаль Нестерова (учреждена Указом Президента Российской Федерации от 2 марта 1994 года ╧ 442 "О государственных наградах Российской Федерации").


Жителям дореволюционной России довелось увидеть полёты огромных четырёхмоторных самолётов "Илья Муромец" и "Русский витязь". За штурвалом сидел их создатель Игорь Сикорский.

Он родился 25 мая (6 июня) 1889 г. в Киеве и стал пятым ребенком в семье доктора медицины, профессора Университета им. Св.Владимира Ивана Алексеевича Сикорского. Старший Сикорский, получил мировую известность благодаря многочисленным трудам по психиатрии, всеобщей психологии и нервно-психиатрической гигиене.

Мать будущего авиаконструктора, Мария Стефановна (в девичестве Темрюк-Черкасова), имевшая, как и отец, медицинское образование, привила маленькому Игорю любовь к музыке, литературе и искусству. Это от нее впервые услышал он о проектах летательных аппаратов великого Леонардо да Винчи. Любимой книгой стал роман Жюля Верна "Робур-завоеватель", где рассказывалось о гигантском воздушном корабле - прообразе вертолета. Полет на воздушном корабле однажды приснился ему и стал мечтой всей жизни.

Игорь Иванович начал учиться в 1-й Киевской гимназии, но вскоре пожелал пойти по стопам старшего брата и поступил в Морской кадетский корпус в Петербурге. Ему нравилась среда морских офицеров, здесь он нашел настоящих друзей. Однако с каждым годом он все яснее осознавал свое истинное призвание. По окончании общеобразовательных классов он покидает корпус с целью поступить в высшее техническое заведение и стать инженером. Но шел 1906 год, российские учебные заведения переживали последствия революционных событий и фактически не работали. Чтобы не терять времени, молодой Сикорский уезжает учиться в Париж, в Техническую школу Дювиньо де Лано.

Через год он возвращается и поступает в Киевский политехнический институт. Однако его так захватывает идея построить летательный аппарат, что он забывает об учебе. Диплом инженера он получает в 1914 г. "Honoris Causa" в Петербургском политехническом институте за создание многомоторных воздушных кораблей.

Как и многие другие пионеры авиации, Сикорский начинал с летающих моделей. Первую свою модель он построил еще в двенадцатилетнем возрасте. Это был вертолет - его уже тогда заинтересовали вертикально взлетающие аппараты. В 1908-1909 гг. он консультируется у ведущих отечественных и зарубежных специалистов, посещает Францию и Германию, покупает двигатель и необходимые части конструкции.

А в июле 1909 г. во дворе своего киевского дома двадцатилетний студент завершает сборку первого в России вертолета, доведенного до стадии натурных испытаний. Однако подъемная сила его была еще недостаточна. Ранней весной следующего года Сикорский строит по той же схеме второй вертолет. Этот винтокрылый аппарат оказался способен поднимать свой вес. Одновременно Сикорский удачно экспериментирует с аэросанями собственной конструкции. На них, как и на вертолетах, он учится проектировать и строить воздушные винты, а затем направляет всю свою энергию на создание более перспективных в то время машин - самолетов.

Вместе с другим студентом Киевского политехнического института Ф.И.Былинкиным на Куреневском аэродроме в Киеве Сикорский сооружает сарай-мастерскую, где появляется на свет их первый самолет - маленький двухстоечный биплан БиС-1. Увы, мощности двигателя не хватало для взлета, он мог только подпрыгивать. Сикорскому удалось впервые подняться в воздух только 3 июня 1910 г. на другой машине - БиС-2 (С-2). Капризные двигатели "Анзани" не позволили этому самолету, как и последовавшим за ним модификациям, стать по-настоящему пилотируемыми машинами. Но молодой конструктор не терял надежды. Семья поддерживала его во всех начинаниях.

Успех пришел, когда весной 1911 г. был построен пятый самолет Сикорского - С-5, который превосходил предшествующие по размерам, мощности и надежности силовой установки. На этом биплане Сикорский сдал экзамен на звание пилота, установил четыре всероссийских рекорда, совершил показательные полеты и даже покатал пассажиров.

В начале сентября 1911 г. происходили военные маневры. Талантливый молодой конструктор принял в них участие и продемонстрировал превосходство своего самолета над машинами иностранных марок. Примерно в это же время он построил в собственной мастерской несколько легких самолетов по заказам своих друзей - киевских студентов.

Ему нравилось быть не только конструктором и неизменным испытателем своих самолетов, но и обучающим летчиком. Газеты и журналы заговорили об авиамастерских и летной школе киевского студента, его называли "русским Фарманом".

В том же 1911 г. Сикорский разработал свой шестой самолет (С-6) с более мощным двигателем и трехместной кабиной. На нем он установил мировой рекорд скорости в полете с двумя пассажирами. Работая над улучшением аэродинамических характеристик этой модели, конструктор построил небольшую аэродинамическую лабораторию.

Модернизированный самолет С-6А заслужил Большую золотую медаль Московской воздухоплавательной выставки в апреле 1912 г., а незадолго до этого Русское техническое общество наградило Сикорского Почетной медалью "за полезные труды по воздухоплаванию и за самостоятельную разработку аэроплана своей системы, давшей прекрасные результаты".

Недоучившийся студент получил сразу два весьма лестных предложения из Петербурга: во-первых, его приглашали на должность главного инженера учреждаемой военно-морской авиации; во-вторых, - на должность конструктора только что образованного воздухоплавательного отделения акционерного общества "Русско-Балтийский Вагонный Завод" (РБВЗ). Он принял оба и переехал с группой ближайших сотрудников из Киева в столицу империи.

Благодаря такому стечению обстоятельств Сикорскому удалось внести большой вклад в создание особого рода войск - авиации русского военно-морского флота, и он по праву может считаться одним из его основателей. Однако, прослужив всего год, он уволился с флотской службы, отдав себя полностью работе на РБВЗ. С лета 1912 г. он стал на этом заводе и главным конструктором, и управляющим.

Большое влияние на судьбу Игоря Ивановича оказал выдающийся организатор отечественного машиностроения, председатель правления РБВЗ М.В.Шидловский. Он сделал ставку на двадцатитрехлетнего студента и не ошибся. На РБВЗ один за другим появляются новые самолеты Сикорского - бипланы и монопланы, - которые вызывают неизменное восхищение, как у широкой публики, так и у специалистов и приносят России славу одной из ведущих авиационных держав.

Создание каждого самолета означало важный рывок вперед. В течение только 1912 и 1913 гг. благодаря таланту и труду Сикорского в России появились: первый гидросамолет; первый самолет, проданный за рубеж; первый специально спроектированный учебный самолет; первый серийный самолет; первый самолет монококовой конструкции; первый пилотажный самолет и т.д.

Три самолета конструкции Сикорского вышли победителями на международных конкурсах военных аэропланов, доказав в упорной борьбе свои преимущества перед новейшими иностранными самолетами. Разведчик С-10 имел полтора десятка модификаций, которые к началу первой мировой войны составляли основу морской авиации Балтийского флота. Маневренный С-12 также строился серийно и затем успешно применялся на фронте. Одновременно на заводе было налажено лицензионное производство некоторых типов иностранных самолетов. Таким образом, Сикорский по праву может быть причислен к основателям отечественной авиационной промышленности.

На российской земле Сикорскому было суждено дать жизнь одному из самых своих величайших творений. Еще в 1911 г., после вынужденной посадки, едва не стоившей ему жизни, Игорь Иванович задумался о путях повышения надежности самолетов и направлениях их дальнейшего развития. К середине следующего года им была уже досконально разработана концепция перспективного самолета, специально предназначенного для эксплуатации на бескрайних российских просторах в условиях нашего тяжелого климата.

В соответствии с этой концепцией аппарат проектировался многомоторным, с экипажем из нескольких человек, был предусмотрен и доступ к основным частям конструкции для ремонта в воздухе. Возможность такого гигантского самолета отвергалась в то время большинством авиационных авторитетов. Тем не менее, председатель правления РБВЗ поддержал своего двадцатитрехлетнего главного конструктора. И в марте 1913 г. был построен первый в мире четырехмоторный воздушный гигант.

Сначала он получил название С-9 "Гранд", а после некоторых доработок - "Русский витязь". Молва о воздушном гиганте покатилась по России. В Европе удивлялись и не верили. Император Николай выразил желание осмотреть его. Самолет перегнали в Красное Село, царь поднялся на борт. Вскоре Сикорскому передали от него памятный подарок - золотые часы. Самолет, превосходивший по размерам и взлетному весу все до сих пор построенные, положил начало новому направлению в авиации - тяжелому самолетостроению. Он стал прообразом всех последующих пассажирских авиалайнеров, тяжелых бомбардировщиков и транспортных самолетов.

Создание многомоторных самолетов-гигантов принесло Сикорскому мировую славу. Он стал национальным героем России. Машины, аналогичные "Русскому витязю", появились за рубежом только через несколько лет. Дальнейшее развитие конструкции "Русского витязя" - четырехмоторный "Илья Муромец". Он поднялся в воздух уже в декабре того же 1913 г. Переставленный на поплавки, он оставался до 1917 г. самым большим гидросамолетом на свете. На РБВЗ впервые в мире началось серийное производство воздушных гигантов.

В годы первой мировой войны "Муромцы" эффективно использовались в качестве тяжелых бомбардировщиков и дальних разведчиков. Из них была сформирована "Эскадра воздушных кораблей" - первое соединение стратегической авиации. Сикорский сам участвовал в организации эскадры, готовил экипажи и отрабатывал тактику их боевого применения. Он проводил много времени на фронте, наблюдая свои самолеты в действии, и вносил необходимые изменения в их конструкцию. Всего было построено 85 "Муромцев" шести основных типов. Каждый тип имел ряд модификаций.

Помимо тяжелых бомбардировщиков, Сикорский создал в 1914-1917 гг. легкие истребители, морской разведчик, легкий разведчик-истребитель, двухмоторный истребитель-бомбардировщик и штурмовик, т.е. практически полный парк самолетов всех типов, использовавшихся в мировой войне. Кроме того, под руководством Игоря Ивановича разрабатывались и серийно строились авиационные двигатели, оборудование и вооружение, возводились новые заводы для их производства. Формировалась могучая многопрофильная отечественная авиационная промышленность. Всего в России в 1909-1917 гг. Сикорским было создано два с половиной десятка базовых моделей самолетов (не считая их модификаций и совместных разработок), два вертолета, трое аэросаней и один авиадвигатель.

Правительство ценило человека, умножавшего мощь и славу страны. В 25 лет Сикорский стал кавалером ордена Св.Владимира IV степени, равного по значению ордену Св.Георгия, но в гражданской сфере. К 28 годам он уже был национальным героем. Но все это не вскружило ему голову. Он был полон творческих планов и далек от мирской суеты.

Революция круто изменила судьбу знаменитого конструктора. С середины 1917 г. все работы на РБВЗ практически остановились. Ни один из самолетов новой конструкции (С-21 - С-27) не был достроен. Производство лихорадили митинги и забастовки. Солдаты на фронте и рабочие в тылу начали расправляться с неугодными им офицерами и инженерами. Сикорский был известен своей преданностью престолу. Ему угрожали и раньше. Но с приходом к власти большевиков улетучились последние надежды на восстановление прежних порядков. Игорь Иванович принимает приглашение французского правительства продолжить работу на заводах союзников. Оставив молодую жену и только что родившуюся дочку Татьяну на попечении родных, он отплывает в марте 1918 г. из Мурманска за границу.

Первая мировая война окончилась раньше, чем Сикорский успел построить французский вариант "Ильи Муромца". Во Франции работы больше не было. Россия охвачена гражданской войной. В 1919 г. Игорь Иванович принимает решение переехать в США, где, как он считал, существует больше перспектив для тяжелого самолетостроения.

Однако за океаном, как и в послевоенной Европе, авиапромышленность стремительно сокращалась. Сикорский, прибывший в Нью-Йорк, оказался без средств к существованию и был вынужден работать учителем вечерней школы. В 1923 г. ему удалось сколотить компанию русских эмигрантов, причастных к авиации, - инженеров, рабочих и летчиков. Они составили костяк учрежденной в Нью-Йорке маленькой самолетостроительной фирмы "Сикорский Аэроинжениринг Корпорейшн".

Жизнь как-то налаживалась. Из СССР приехали две сестры и дочка. Жена эмигрировать отказалась, и Игорь Иванович вступил во второй брак с Елизаветой Алексеевной Семеновой. Брак был счастливый. Один за другим появились четыре сына: Сергей, Николай, Игорь и Георгий.

Первый построенный в эмиграции самолет Сикорского S-29 был собран в 1924 г . в помещении курятника, принадлежавшем одному из основоположников русской корабельной авиации В.В. Утгофу. Помощь "русской фирме" оказали многие наши эмигранты. С.В.Рахманинов одно время даже значился вице-президентом корпорации. Для поддержки корпорации он выделил 5000 долларов, что по тем временам было существенной суммой.

Этот двухмоторный биплан стал самым крупным в Америке и одним из лучших в своем классе. Он сразу получил мировую известность, что послужило неприятным сюрпризом для большевиков, не ожидавших нового успеха от ненавистного им "царского крестника и черносотенца". "Авиационная белогвардейщина" - так отозвалась советская пресса на сообщения о возникновении в США "русской фирмы". Имя Сикорского было предано политической анафеме.

Но шли 20-е годы. Время тяжелых транспортных самолетов тогда еще не наступило - спроса на них почти не было. Сикорскому пришлось переключиться на легкую авиацию. Сначала появился одномоторный разведчик, затем одномоторный пассажирский, авиетка и двухмоторная амфибия. Все самолеты (S-31-S-34) удалось продать, однако опыт показал, что американский самолетный рынок уже хорошо обеспечен легкими машинами. Конструктор вновь стал пытать счастья на тяжелых бипланах. На этот раз они предназначались для перелета через Атлантику. Создателей первого трансокеанского самолета в случае успеха ждала не только мировая слава, но и солидные заказы.

Узнав об этом, русские эмигранты, рассеянные по всему свету, восприняли строительство гиганта S-35 как важнейшее национальное дело и стали слать Сикорскому со всего света свои скромные сбережения. В дальнейшем предполагалось использовать такие самолеты для формирования национальной русской авиакомпании под эгидой престолонаследника - великого князя Кирилла Владимировича.

Увы, Сикорского ждала неудача: S-35 разбился при таинственных обстоятельствах в момент старта. А когда был построен следующий гигант, трансатлантический перелет был уже совершен. Этот самолет, как и предыдущие, остался лишь в нескольких экземплярах.

Для развития фирмы требовалось создать машину, пользующуюся широким спросом. Ею стала десятиместная двухмоторная амфибия. Газеты писали, что амфибия S-38 "произвела переворот в авиации", что она летала, приземлялась и приводнялась там, "где раньше бывали только индейские пироги да лодки охотников". О надежности и безопасности амфибии ходили легенды.

"Русская фирма" Сикорского, переименованная в "Сикорский Авиэйшн Корпорейшн", получила очень много заказов и надежно "встала на крыло". Фирма перебралась из Лонг-Айленда, где арендовала помещения, на собственный завод в Стратфорд, близ Бриджпорта (штат Коннектикут).

В июне 1929 г. ее приняли в мощную корпорацию "Юнайтед Эйркрафт энд Транспорт" (ныне "Юнайтед Текнолоджиз"), в составе которой она существует и сегодня. Потеряв самостоятельность, фирма Сикорского получила накануне великой депрессии надежное экономическое обеспечение. Интересно заметить, что в 1929 г . на трех из пяти самолетостроительных фирм, входивших в корпорацию ("Сикорский", "Хамильтон" и "Чанс-Воут"), главными конструкторами работали "белоэмигранты".

"Сикорский Авиэйшн" быстро набирала силу, увеличивался ее штат. Основной ее творческий костяк по-прежнему составляли эмигранты из России. Надежной опорой Сикорского, его первым помощником и заместителем был выдающийся конструктор и ученый, аэродинамик Михаил Евгеньевич Глухарев. Талантливым конструктором и организатором был и его младший брат Сергей. Кроме братьев Глухаревых рядом с Сикорским прошли всю эмигрантскую жизнь талантливые инженеры Михаил Бьювид, Борис Лабенский и Николай Гладкевич.

Долгое время шеф-пилотом фирмы работал легендарный летчик Борис Васильевич Сергиевский, руководителями различных служб были Вячеслав Кудрявцев, барон Николай Соловьев, Георгий Мейрер, Владимир Бари, Леонид Лапин и многие другие, известные в Америке и за ее пределами инженеры и организаторы производства.

"Русская фирма" Сикорского стала Меккой для эмигрантов. Здесь нашли работу и получили специальность многие выходцы из бывшей Российской империи, ранее к авиации отношения не имевшие. Кадровые офицеры флота, такие как С.де Боссет, В.Качинский и В.Офенберг, потрудившись рабочими и чертежниками, возглавили различные подразделения фирмы. Простым рабочим на фирме был адмирал Б.А.Блохин.

Некоторые из русских эмигрантов впоследствии покинули фирму и прославили свои имена на других предприятиях и в других областях. Из фирмы Сикорского вышли известные авиационные ученые - преподаватели американских вузов Н.А.Александров, В.Н.Гарцев, А.А.Никольский, И.А.Сикорский и др. Барон Соловьев создал на Лонг-Айленде собственную авиационную фирму. Сергиевский основал в Нью-Йорке компанию по конструированию вертолетов. Мейрер организовал производство на другой "русской" самолетостроительной фирме "Северский". В.В. Утгоф стал одним из организаторов авиации береговой охраны США. Первый священник заводской церкви отец С.И.Антонюк получил пост архиепископа Западной Канады. Руководитель макетного цеха фирмы Сергей Бобылев основал крупную строительную фирму. Кавалерийский генерал К.К.Агоев организовал в Стратфорде известную на всю Америку конюшню племенных скакунов.

Существование в Стратфорде фирмы Сикорского способствовало появлению в этом городе мощной русской колонии. Изгнанники из России селились поближе к своим. Многие из них никогда на "Сикорский Корпорейшн" не трудились, но тем не менее всегда с большим почтением относились к главе и основателю этого предприятия. Игорь Иванович до конца жизни оставался одним из самых уважаемых жителей города.

Он много сделал для колонии соотечественников. Эмигранты открыли клуб, школу, построили православный храм Св.Николая и даже создали русскую оперу. С тех пор некоторые районы Стратфорда носят русские названия: Чураевка, Русский пляж, Дачи и т.п. Интересно отметить, что некоторые эмигранты, жившие в этом городе и вращавшиеся только в русской среде, так и не выучили английского.

Сикорский создал удачные серийные амфибии: пятиместную "летающую яхту", шестнадцатиместную амфибию и сорокапятиместный "воздушный клипер" S-40. Четырехмоторные самолеты этого типа стали первыми серийными тяжелыми пассажирскими авиалайнерами, которые эксплуатировались на регулярных авиалиниях большой протяженности. При испытаниях первого "клипера", Сикорский, пройдя в пассажирский салон, неожиданно обнаружил, что наяву видит полное повторение того сна, который приснился ему в детстве. Сон сбылся через 30 лет!

На амфибиях и "летающих лодках" Сикорского произошло становление всемирно известной авиакомпании "Пан Америкэн". Она же и заказала авиаконструктору многомоторные пассажирские авиалайнеры, предназначенные для регулярных трансокеанских перевозок. Первая элегантная "летающая лодка" S-42 поступила в 1934 г. на пассажирскую линию, связывающую оба материка Америки, вторая в 1935 г. открыла рейсы через Тихий Океан.

В 1937 г. на серийных самолетах этого типа начались и первые пассажирские перевозки через Атлантику. Так "летающая лодка" Сикорского стала первым самолетом, надежно соединившим континенты. На основе четырехмоторной S-42 конструктор создал двухмоторную амфибию меньшего размера, широко эксплуатировавшуюся в разных частях света и приобретенную многими странами, в том числе и Советским Союзом. Закупленная "белоэмигрантская" амфибия даже снималась в знаменитом кинофильме "Волга-Волга", символизируя успехи социалистического строительства.

Последним самолетом Сикорского стала большая четырехмоторная "летающая лодка" S-44, созданная в 1937 г . Она была вполне хорошим самолетом, но время "воздушных клиперов" безвозвратно прошло, гигантская амфибия S-45 так и осталась в проекте. Заказы на лодки и амфибии стремительно падали. Правление "Юнайтед Эйркрафт" даже приняло решение слить фирму "Сикорский" с фирмой "Чане Воут".

Чтобы восстановить самостоятельность, пятидесятилетнему конструктору пришлось срочно "менять жанр", искать более перспективную нишу. И здесь ему вновь, как и раньше, помогла поддержка старых соратников, русских эмигрантов. Они отвергли, казалось бы, заманчивые приглашения вернуться на родину, в Советскую Россию, и приступили в 1938 г. к разработке принципиально нового и в то время еще никому не ведомого летательного аппарата - вертолета. Великий конструктор в третий раз начинал свою творческую карьеру практически с нуля, на задворках объединенного завода "Воут-Сикорский". Впереди его ждала новая слава, возможно, превосходящая все ранее им достигнутое.

Первый экспериментальный вертолет Сикорского поднялся в воздух под его управлением 14 сентября 1939 г. Он имел одновинтовую схему с автоматом перекоса и хвостовым рулевым винтом. В настоящее время эта схема стала классической, по ней построено свыше 90% вертолетов всего мира, но тогда большинство авиаконструкторов считало ее бесперспективной.

После двух лет напряженных испытаний и доводки экспериментального аппарата, в 1942 г ., был создан опытный двухместный вертолет S-47 (R-4), поступивший вскоре в серийное производство. Он был единственным вертолетом стран антигитлеровской коалиции, применявшимся на фронтах второй мировой войны. Акции Сикорского вновь пошли в гору. Правление "Юнайтед Эйркрафт" восстановило самостоятельность фирмы "Сикорский Эйркрафт", которая вскоре получила новую собственную производственную базу в Бриджпорте. Эта база оставалась основным центром фирмы Сикорского вплоть до 1955 г., когда в связи с большим ростом заказов был построен новый завод в Стратфорде.

Со временем появились более совершенные легкие вертолеты Сикорского. Особенно большой успех выпал на долю послевоенного S-51. Он широко применялся во многих государствах, как в боевых, так и гражданских целях, выдержал напряженную конкуренцию с летательными аппаратами других вертолетостроительных фирм. Особенно отличился этот вертолет в операциях по спасению человеческих жизней. Именно такое назначение Сикорский считал главным для вертолета. С приобретения лицензии на S-51 началось серийное вертолетостроение в Великобритании. Легкий S-52 стал первым в мире вертолетом, выполнившим фигуры высшего пилотажа.

Как и ранее в самолетостроении, наибольший успех ждал Сикорского на поприще создания тяжелых машин. Здесь ему не было равных. В противоположность бытовавшему в то время мнению он построил по классической одновинтовой схеме в 1949 г . трехсполовинотонный, а в 1953 г .- четырнадцатитонный вертолеты, доказав возможность использования такой схемы для вертолетов любого весового класса.

Гениально изменяя компоновку, Сикорский создавал на редкость удачные для своего времени транспортные вертолеты. С лицензии на S-55 началось серийное вертолетостроение Франции. Косвенным путем повлиял Сикорский и на становление вертолетостроения на своей родине. Успешное применение вертолета Сикорского в Корее, первый трансатлантический перелет заставили советских руководителей обратить внимание на винтокрылую технику.

Все попытки конкурентов создать что-либо близкое по характеристикам к S-56 не увенчались успехом. Он вообще не имел аналогов. Это был самый большой и грузоподъемный вертолет, оснащенный поршневыми двигателями. Установив мировые рекорды, он был признан не только самым грузоподъемным, но и самым скоростным. Впоследствии Сикорский построил экспериментальный бесфюзеляжный вертолет-кран, позволяющий увеличить вес перевозимого груза и упростить погрузочные работы.

Самый лучший вертолет, созданный Сикорским, поднялся в воздух в 1954 г . Это был S-58. Он строился рядом стран, и многие его экземпляры эксплуатируются до настоящего времени. По своим летно-техническим и экономическим характеристикам он превзошел, все вертолеты своего времени. Он стал "лебединой песней" великого авиаконструктора. В 1958 г., когда серийное производство этого вертолета достигло своего пика - 400 машин в год, Сикорский вышел на пенсию, сохранив за собой должность советника фирмы.

Он оставил пост руководителя, когда фирма была в цветущем состоянии. Ни одна из конкурирующих вертолетных фирм не могла сравниться с ней по технологическому и лабораторному оснащению, по числу сотрудников, объему и разнообразию продукции, количеству гарантированных заказов.

Мощный задел, оставленный Сикорским, и постоянные консультации с ним способствовали созданию в конце 50 - начале 60-х годов на фирме "Сикорский Эйркрафт Корпорейшн" успешных вертолетов нового, второго поколения, главной особенностью которых было применение газотурбинных двигателей вместо поршневых.

Основатель мирового вертолетостроения долго оставался на недосягаемой высоте. Под его руководством были созданы и доведены до серийного производства вертолеты всех существовавших классов. Его называли "вертолетчик ╧ 1". В США им было создано 17 базовых типов самолетов и 18 - вертолетов.

Великий конструктор никогда не скрывал своего негативного отношения к событиям, происходившим на родине, но при этом всегда оставался патриотом России. "Нам нужно работать, а главное - учиться тому, что поможет нам восстановить Родину, когда она того от нас потребует", - говорил он, обращаясь к соотечественникам-эмигрантам. Он много сделал для пропаганды в Америке достижений русской культуры и науки, бессменно оставаясь членом правления Толстовского фонда, Общества русской культуры и т.п. Оказывал моральную и финансовую поддержку выходцам из России, различным общественным и политическим эмигрантским организациям.

За свою жизнь Сикорский получил свыше 80 различных почетных наград, призов и дипломов. Среди них упоминавшийся уже российский орден Св. Владимира 4-й степени, а также медали Давида Гугенхейма, Джеймса Уатта, диплом Национальной галереи славы изобретателей. В 1948 г. ему была вручена редкая награда - Мемориальный приз братьев Райт, а в 1967 г. он был награжден Почетной медалью Джона Фрица за научно-технические достижения в области фундаментальных и прикладных наук. В авиации, кроме него, ее был удостоен только Орвилл Райт. Сикорский был почетным доктором многих университетов.

Он обладал недюжинной силой, моральной и физической. Любил путешествовать, объездил на машине всю Америку, побывал во многих странах мира. Увлекался альпинизмом, покорил многие пики Америки и Канады. Особой его любовью были вулканы - "могучий и величественный феномен природы", по словам Сикорского. Человеческому общению предпочитал уединение, уезжая на машине далеко от городской суеты.

Его дочь от первого брака Татьяна стала профессором социологии Бриджпортского университета. Второй раз Сикорский женился в 1924 году на Елизавете Алексеевне Семеновой. Их первенец Сергей работал в отцовской фирме, был ее вице-президентом. Остальные трое сыновей избрали другие профессии: Николай стал скрипачом, Игорь - адвокатом, Георгий - математиком.

Сикорский умер 26 октября 1972 года и был похоронен в городке Истон, Коннектикут. За свою жизнь он был удостоен множества почетных званий и наград, но главная его награда - это благодарность людей, широко использующих созданные им машины. И среди этих благодарных людей - президенты Соединенных Штатов, которые, начиная с Дуайта Эйзенхауэра, летают на вертолетах с надписью "Sikorsky" на борту.


Французское авиастроение прославил Марсель Дассо, урождённый Блох.

Марсель Блох (Блок) родился 22 января 1892 года в Париже. Отец, Адольф Блох, был врачом, эльзасским евреем. Мать, Ноэми Блох, была дочерью еврея из Салоник. Брат - Дариус Поль Дассо. Отец хотел, чтобы марсель продолжил семейную профессию, но того больше влекло к технике.

Он окончил лицей Кондорсе, колледж Breguet и Высшую школу управления по аэронавтике и машиностроения Supaéro.

После окончания образования в 1913 году стал авиационным инженером, и уже до 1914 года стал создателем одного из первых четырёхмоторных транспортных самолётов.

Во время Первой мировой войны и позже конструировал военные и гражданские самолёты.

С началом Первой мировой войны, учитывая редкое и важное в военном смысле образование Дассо, его не отправили на фронт, а направили в авиационной научно-исследовательской лаборатории Шале-Медон, где Дассо разработал новый тип авиационного пропеллера, и принимал участие в создании двухместного морского истребителя SEA IV.

В 1915 году разработал воздушный винт, патент на который продал фирме "Caudron". Воздушными винтами Дассо в Первой мировой войне оснащались многие французские самолёты.

В 1918 году совместно с Potez создал двухместный истребитель "SEA-4".

В 1919 году женился на Мадлен Минкес, дочери богатого еврея, торговца мебелью, у них было двое сыновей - Клод и Серж.

В 1928 году - он один из создателей бомбардировщика "MB-60".

В 1929 или 1930 году основал компанию "Société des Avions Marcel Bloch" ("Avions Marcel Bloch", ныне "Dassault Aviation").

В 1932 году для участия в соревновании Министерства авиации Франции на лучший специальный санитарный самолёт был сконструирован "Блок M.B.80". Последовал заказ на серийное производство, и первый из 20 серийных "М.В.81" был поставлен в 1935 году. Эти самолёты широко применялись в Африке и на Среднем Востоке.

В 1936 году компания Дассо была национализирована левым правительством, однако 12 декабря Дассо создал общество с ограниченной ответственностью "Société anonyme des avions Marcel Bloch" ("SAAMB") и остался управляющим в национализированной компании. До начала войны было разработано несколько моделей бомбардировщиков и истребителей.

В начале Второй мировой войны служил во французской армии.

Демобилизовавшись в 1940 году в звании младшего лейтенанта, Дассо был интернирован правительством Виши, а затем после отказа от сотрудничества с нацистами депортирован в концлагерь Бухенвальд. В Берлине были осведомлены о еврейском происхождении изобретателя, но готовы были закрыть на это глаза.

В концлагере его подвергали физическим и душевным мучениям, чтобы склонить к сотрудничеству с Третьим Рейхом. Ему гарантировали освобождение в обмен на согласие возглавить авиапредприятия "Focke-Wulf" в Ганновере. Блох отказывался, хотя понимал, что это грозит ему расстрелом. Незадолго до конца войны он сумел передать коллегам записку:

"Дорогие друзья! Даже в самые тяжёлые времена не следует терять надежду на лучшее будущее.... В конце этой войны, в ходе которой будут уничтожены корабли, автомобили и самолёты, коммерческая авиация разовьётся, как никогда ранее и заменит большинство видов транспорта".

После освобождения Бухенвальда, врачи, обследовавшие Блоха пришли к выводу, что он не проживёт и года. Но жажда к творчеству оказалась сильней. Узник, в котором еле теплилась душа, прожил ещё сорок лет. Врачи категорически запретили ему курить и употреблять спиртное, по и совету ему пришлось отказаться от всех любимых блюд. Он постоянно мёрз, даже летом ходил в пальто с шарфом.

После освобождения в 1945 году был награждён Военным крестом. Возглавил фирму "General Aeronautique Marcel Dassault".

Марсель сменил фамилию на Дассо. Под таким именем был известен его старший брат Дариус Поль, герой французского сопротивления. В начале Второй мировой войны он командовал Пятым корпусом французской армии. В 1944 году Дариус Поль был произведён в генералы и получил пост губернатора освобождённого Парижа.

В феврале 1947 года состоялся первый полёт двухдвигательного транспортного самолёта "MD-315 Flamant". Затем фирма Дассо по собственной инициативе начала разрабатывать реактивный истребитель-перехватчик, первым итогом чего стал "MD.450", построенный в декабре того же 1947 года.

В году Дассо переименовал компанию в "Avions Marcel Dassault".

В декабре 1951 года вышел первый серийный "MD.450", получивший название "Ouragan" ("Ураган"); он находился на вооружении до 1961 года до полной его замены "MD.454 Mystere IV. MD-450", поставленный в Индию и Израиль, стал первым экспортным успехом Дассо и Франции.

Mystere II стал первым французским самолетом, преодолевшим звуковой барьер, а Mystere IV помог добиться признания для Dassault, когда США заказали 225 самолета как часть соглашения NATO. Etendard IVМ и его преемник, Super-Etendard, были выбраны, для оснащения авианосцев Foch и Clemenceau.

Программа Мираж III, начатая в 1950-х, вывела Dassault на большие скорости, стимулируя экспортный успех семейства боевых самолетов Мираж. Шестидневная война Израиля с арабскими странами в 1967 подтвердила репутацию Дассо, как изготовителя качественных самолетов.

Вклад программы Мираж IV в стратегическую ядерную программу Франции дал Dassault возможность приобрести новую технологию, особенно в области высоких температур. Разнообразие исследований по вертикальному взлету (Мираж III, V) и крыльям изменяемой стреловидности (Мираж G) - уникальное достижение для компании, работающей в одиночку, продемонстрировавшее способность технических отделов Дассо к нахождению оригинальных и эффективных технических решений. Параллельные разработки самолета со стреловидным крылом привели к Миражу F-1, который впоследствии поступил на вооружение одиннадцати национальных ВВС во всем мире.

Истребители конструкции Дассо - "Мистер" и "Мираж" - успешно применялись ВВС Израиля во время Синайской войны и Шестидневной войны. В 1963 году был подписан контракт между корпорацией Марселя Дассо и израильским оборонным ведомством в сфере развития ракетостроения. Одним из главных результатов стали успешные испытания в 1965 году оперативно-тактической ракеты "Иерихон-1" поступившей на вооружение Армии Обороны Израиля.

Марсель поставил цель создать изящный и красивый пассажирский самолёт. Эта идея была реализована в конструкции "Falcon 20". Он пришёлся по вкусу многим. Компания "Pan American" закупила сразу 160 таких самолётов. Всего было продано свыше 1600 самолётов типа "Falcon". А продажи "Falcon 7X" начались уже на стадии его разработки. Заказчики готовы были ждать три года до начала поставки.

Его компания стала основным производителем самолётов для ВВС Франции. Дассо принимал активное участие в разработке новых типов самолётов до 60-летнего возраста, после него компанию возглавил его сын Серж Дассо. Серж продолжил разработку и производство самолётов, и даже сам испытывал их.

С 1951 года Марсель занялся политической деятельностью. Был депутатом Национального с 1951 по 1955 и с 1958 до своей смерти, с 1958 года дважды избирался в Сенат.

Кроме бизнеса и политики Дассо принял участие в культурной жизни Франции, в частности продюсировал фильмы и писал сценарии. В 1985 году Дассо был одним из богатейших людей Франции. Кавалер Большого креста ордена Почётного легиона Дассо был также крупным издателем, в частности он основал журнал Jours de France.

Компания Дассо стала главным производителем самолетов для Военно-воздушных сил Франции. Марсель активно участвовал в разработке новых типов самолетов до 60-летнего возраста, после него компанию возглавил его сын Серж Дассо.

Марсель Дассо умер 17 апреля 1986 года в Нёйи-сюр-Сен, в возрасте 94 лет и похоронен в Париже на кладбище Пасси.

В 2010 году Монетный двор Франции выпустил монету, посвящённую Марселю Дассо.


С советской авиацией связана фамилия Микоян. Во время войны воевали в авиавойсках три сына члена правительства Анастаса Ивановича Микояна. Степан Микоян в 18 лет в августе 1940 года вместе с другом Тимуром Фрунзе поступил в Качинскую авиационную школу в Крыму. Войну встретил курсантом. Доучивали курсантов уже под Саратовом по ускоренной программе. После школы лейтенант Степан Микоян получил назначение в 11-й истребительный полк ПВО. Этот полк "опекал" Василий Сталин. Летал Степан на Як-1.

В ноябре 1942 года капитан Микоян награждён орденом Красного Знамени за 14 боевых вылетов в декабре 1941 года - январе 1942 года,3 воздушных боя и 6 сбитых самолётов противника в группе.

Однажды по ошибке самолёт Степана был подбит своими. Прыгать с парашютом Степану не приходилось т.к. при ускоренном обучении в школе учебных прыжков не было. Пришлось горящую машину сажать на брюхо. Спасли подошедшие на лыжах трое мальчишек.

После госпиталя в конце июня 1942 года был назначен в 434 истребительный полк, воевал под Сталинградом. Зимой 1943 года полк перебросили на Северо-Западный фронт.

В августе 1941 года в Качинское училище прибыл младший брат Володя Микоян. Ему было всего 17 лет, он только окончил 9 классов. Но он смог добиться того, чтобы его направили в лётную школу. В одном из воздушных боёв самолёт Володи был сбит немецким "мессером". Володе было всего 18 лет.

Другой брат, Алексей, ушёл в лётное училище после 10 класса. В 1943 году после училища Алексей служил в одном полку со Степаном.

В августе 1944 года командир звена 12-го гвардейского истребительного авиаполка гвардии капитан Степан Микоян награждён орденом Красной Звезды за выполнение 7 вылетов на сопровождение особо важных вылетов и литерных поездов Новикова, Жукова, Воронова, Мерецкова, Попова.

В июне 1945 года Степан женился на Элеоноре Лозовской, дочери лётчика-испытателя Петра Ивановича Лозовского, погибшего в 1932 году.

С 1945 по 1951 год ор был слушателем инженерного факультета Военно-воздушной инженерной академии имени профессора Н. Е. Жуковского. После окончания работал в Научно-испытательном институте ВВС.

В течение 23 лет испытывал боевые самолёты истребительных ОКБ Микояна, Сухого и Яковлева, получил звание "Заслуженный лётчик-испытатель СССР", 3 апреля 1975 года за проведение государственных испытаний МиГ-25 стал Героем Советского Союза.

Степан Микоян стал первым заместителем начальника НИИ ВВС. Он освоил 102 типа летательных аппаратов и налетал около 3,5 тысяч часов. С апреля 1978 года Степан Анастасович - заместитель главного конструктора московского НПО "Молния" по лётным испытаниям. В космическом полёте "Бурана" отвечал за управление кораблём на участке снижения и посадки.

Умер 24 марта 2017 года в Москве в возрасте 94 лет. Урна с прахом захоронена на Новодевичьем кладбище в семейном захоронении.

Алексей Микоян окончил командный факультет Военно-воздушной академии (в настоящее время ВВА имени Ю. А. Гагарина) в 1949 году, Военную академию Генерального штаба. Он одним из первых освоил реактивные самолёты. Участвовал в воздушных парадах в качестве ведущего колонн МиГ-15. Первым из советских лётчиков сбил ракету класса "земля-воздух". Занимал должность командующего 49-й воздушной армией в Туркестанского военного округа. С марта по май 1969 года командующий 14-й воздушной армией ПрикВО. В 1978-1986 годах - заместитель начальника Управления воздушным движением ВВС. Избирался депутатом Верховного Совета СССР. Был награждён многими орденами и медалями. Умер 19 декабря 1986 года.

Будущий советский авиаконструктор, брат Анастаса Микояна Артём Иванович Микоян родился 23 июля (5 августа) 1905 года в горном селении Санаин Борчалинского уезда Тифлисской губернии в бедной крестьянской семье. Имя при рождении - Анушаван Ованесович Микоян Помимо Анушавана в семье было еще четверо детей - двое сыновей (Ерванд и Анастас) и две дочери (Воскеат и Астхик). Его отец, Ованес Нерсесович Микоян (1856-1918), работал на медеплавильном заводе в Манесе. Его мать - Тамара (Талита) Отаровна Микоян (1867-1960), была домохозяйкой.

Начальное образование получил в сельской школе (два класса). После смерти отца в 1918 году мать отправила Анушавана в Тифлис, к двоюродной сестре Вергинии Туманян. Здесь он продолжил своё обучение в армянской школе. Летом 1921 года Микоян организовал в родном селе комсомольскую ячейку.

В 1923 году переехал к старшему брату Анастасу в Ростов-на-Дону. Днём - работал токарём на заводе сельскохозяйственных машин "Красный Аксай", а по вечерам посещал занятия в школе ФЗУ. В 1924 году в дни ленинского призыва Микояна приняли кандидатом в члены РКП(б), а год спустя, в июне 1925 года, он стал полноправным членом партии. В ноябре он прибыл в Москву, где первое время жил в доме Екатерины Сергеевны Шаумян, вдовы С. Г. Шаумяна, одного из 26 бакинских комиссаров. Первым делом Микоян устроился токарем на завод "Динамо", где проработал вплоть до 1928 года. Сначала снимал квартиру, позже перебрался жить к инженеру-конструктору Додеву.

В 1928 году был рекомендован на должность секретаря парторга Октябрьского трамвайного парка. В декабре был призван в ряды РККА. Микоян был зачислен в пехоту, срочную службу проходил в войсковой части города Ливны Орловской области. В августе 1929 года был переведен в Иваново-Вознесенскую военную школу (впоследствии - первое советское танковое училище) в городе Орле.

После службы в армии работал секретарём парткома на московском заводе "Компрессор". В 1931 году Микоян попал в число парттысячников, направленных на учёбу в ВВА имени Н. Е. Жуковского.

В 1935 году Микоян был направлен на производственную практику в Харьков. Вместе с другими слушателями академии он построил свой первый самолёт - легкий "Октябрёнок", получивший высокую оценку Центрального аэроклуба. Весной 1936 года Микоян приступил к написанию дипломного проекта, работа над которым заняла больше года. 22 октября 1937 года он защитил дипломный проект, ему было присвоено звание военного инженера-механика ВВС РККА.

Со своей будущей женой, Зоей Ивановной Лисициной, Артем Микоян познакомился на её дне рождения, куда был приглашён Геворком Аветисяном. 23 февраля 1936 года они стали мужем и женой. После свадьбы молодожёны проживали в коммунальной квартире на улице Кирова. В декабре у них родилась дочь - Наташа. Сын Артема Микояна - Ованес. Позднее стал советником заместителя генерального директора РСК "МиГ".

По окончании академии Микоян был назначен военным представителем на Государственный авиазавод ╧ 1 (ГАЗ ╧ 1). В феврале 1939 г. на авиазавод ╧ 1 с завода ╧ 156 было переведено КБ Н. Н. Поликарпова, которого назначили Главным конструктором завода. Инженер Микоян зарекомендовал себя как первоклассный специалист и вскоре ему поручили контролировать разработку истребителя И-153.

В мае 1939 года на ГАЗ ╧ 1 были переданы работы по скоростному истребителю И-180. Вскоре Н. Н. Поликарпов был направлен в командировку в Германию. В его отсутствие директор завода Воронин П.А. и главный инженер П. В. Дементьев выделили из состава КБ часть подразделений и лучших конструкторов (в том числе М. И. Гуревича) и организовали новый опытно-конструкторский отдел (ОКО).

По сути это было новое КБ, руководителем которого и был назначен молодой авиаконструктор Микоян. Также Микояну передали проект нового истребителя И-200 (будущий МиГ-1), который Поликарпов направил в Наркомат авиационной промышленности (НКАП) на утверждение перед своей поездкой в Германию.

8 декабря 1939 года приказом НКАП Микоян был назначен начальником КБ-1 и заместителем главного конструктора ГАЗ ╧ 1. Этот день считается днём образования КБ имени А. И. Микояна.

В 1940 - под его руководством (совместно с М.И. Гуревичем) были созданы истребитель МиГ-1, предназначенный для ведения воздушного боя на больших высотах, и его модификация МиГ-3. С 1940 - главный конструктор завода ╧ 1.

В 1940-1941 - МиГ-3 строился большой серией и участвовал в боевых действиях в начальный период Великой Отечественной войны.

С 1942 года Микоян - директор и главный конструктор вновь созданного опытного завода. В 1941-1943 - коллектив во главе с Микояном создал ряд опытных истребителей: МиГ-7, показавший макс. скорость 690 км/ч, высотный самолёт И-224, достигший потолка 14 тыс. м. В марте 1945 начались испытания истребителя И-250 конструкции М. с комбинированной силовой установкой.

Микоян один из пионеров реактивной авиации в СССР. После войны он разрабатывал скоростные и сверхзвуковые фронтовые реактивные самолёты, многие из которых изготовлялись большими сериями и длительное время находились на вооружении ВВС. Среди них МиГ-9, МиГ-15, МиГ-17 (достигавший скорости звука), МиГ-19 (1954, первый серийный отечественный сверхзвуковой истребитель, на вооружении которого были управляемые ракеты класса "воздух - воздух"). Знаменитый МиГ-21 с треугольным крылом тонкого профиля и скоростью полёта, вдвое превышающей скорость звука, стал одним из самых массовых истребителей мира.

С 20 декабря 1956 года Микоян стал генеральным конструктором. В 60-70-х гг. в филиале ОКБ в г. Дубна шли работы по созданию аэрокосмической системы "Спираль" (50-50, МиГ-105).

Последние самолёты, созданные под его руководством, - истребитель МиГ-23 (первый в СССР с изменяемой в полёте стреловидностью всего крыла) и истребитель-перехватчик МиГ-25 со скоростью полёта, в 3 раза превышающей скорость звука.

КБ Микояна автор разработки истребителей спутников космического базирования. В 1986 году конструкторское бюро им. Микояна начало доработку двух истребителей "МиГ-31" под иной состав вооружения. Модифицированный самолет получил обозначение "МиГ-31Д" ("Изделие 07"). Самолету предстояло нести одну большую специализированную ракету, и система управления вооружением была полностью переделана под неё.

Самолеты-прототипы получили бортовые номера "071" и "072". Они несли службу с 1978 по 1993 гг.

На самолётах КБ Микояна было установлено 55 мировых рекордов.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 20 апреля 1956 года за выдающиеся заслуги в деле создания новой авиационной техники Артёму Ивановичу Микояну присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и золотой медали "Серп и Молот",

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 12 июля 1957 года за выдающиеся вклад в деле создания новой реактивной авиационной техники Артёму Ивановичу Микояну присвоено звание дважды Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и второй золотой медали "Серп и Молот".

Кроме того Артём Микоян имел награды:

Ленинская премия (1962), Сталинская премия первой степени (1941) - за разработку новой конструкции самолёта (МиГ-3)

Сталинская премия первой степени (1947) - за разработку конструкции нового образца боевого самолёта, Сталинская первой степени (1948) - за создание нового типа боевого самолёта

Сталинская премия второй степени (1949) - за создание нового самолётного агрегата

Сталинская премия первой степени (1952) - за создание самолёта МиГ-17

Сталинская премия (1953), шесть орденов Ленина,

орден Октябрьской Революции (посмертно), орден Красного Знамени, орден Отечественной войны I степени, два ордена Красной Звезды, медали.

Генерал-полковник инженерно-технической службы, глава ОКБ-155. Академик АН СССР (1968). Артём Микоян скончался 9 декабря 1970 года после операции на сердце, похоронен в Москве, на Новодевичьем кладбище.


От изобретений в области авиации можно перейти к изобретателям стрелкового оружия. Большинство великих исторических событий и проблем решалось на поле битвы. Во всей истории человечества политический и исторический успех зависел от того, каково было качество оружия у данной армии. Сколько битв в истории было проиграно лишь потому, что гораздо более сильная и многочисленная армия была вооружена ружьями менее совершенными, чем ружья ее противника. Оружейники и военнопромышленники, таким образом, стали теми, кто на самом деле предрешал результаты войн.

В наше время мало кому известно, что одним из тех, кто оказал решающее влияние на результаты всех войн второй половины 19-го века, стал гениальный оружейник и изобретатель Сильвестр Крнка.

Свое экзотическое имя он получил потому, что родился как раз в последний день 1825-го года, в день святого Сильвестера, в семье южночешского ремесленника, колесника, работающего также садовником. После смерти отца молодой Сильвестр отправился в Вену, и так как в школе он был отличником, то получил отличную рекомендацию, и стал учеником лучшего венского оружейника, мастера Новотного, который был также чешского происхождения. Мастер Новотны талантливого ученика полюбил, вложил много средств в его последующее образование и даже сделал его, не имея собственных детей, своим наследником.

Все изменилось в течение революции в 1848-м году. Крнка покинул Вену и по приглашению волынских граждан уехал в Волынь, где основал первую собственную оружейную мастерскую. Тогда он в первый раз решил осуществить свою давнюю идею, и одновременно свое самое известное изобретение - ружье, которое можно заряжать сзади.

В 1850-м году австро-венгерское военное командование в Праге осуществило целый ряд самых различных испытаний и тестов нового ружья с заключением, что изобретение является отличной идеей, также как и работой, и что его можно использовать во всех военных ситуациях. Несмотря на всё, венская комиссия затем прореагировала на лучшую оценку словами, что "приведенное оружие непригодно для военного использования". Необходимо добавить, что никто из членов венской комиссии изобретение Крнки собственными глазами не видел.

Но на рубеже 50-ых и 60-ых годов 19-го века полностью изменилась стратегия ведения войн. В старые времена солдаты даже не целились. Главным считалось единство залпов, чтобы разложить армию противника. После наполеоновских войн всё изменилось. Отменилась традиционная тактика боевых линий солдат, и солдатам пришлось стать более самостоятельными, проявлять ловкость и обладать способностью принимать быстрые решения. Рассеянная цепь самостоятельных стрелков, естественно, уже не могла удовлетвориться старыми ружьями с гладким стволом, которые необходимо после каждого выстрела заряжать спереди. Солдаты, прежде всего, нуждались в безотказных ружьях, которые можно заряжать сзади и в любой позиции.

Сильвестр Крнка был своим неуспехом сильно огорчен. Он окончательно покинул Волынь и уехал в Прагу, где пытался найти работу по своей специальности, и также, по возможности, реабилитировать свое изобретение. В течение 50-х годов он его ещё усовершенствовал.

В 1855 году, анализируя опыт применения стрелкового оружия в Крымской войне, Крнка решил использовать нарезной ствол и металлический или бумажный патрон. В 1856 году он опубликовал свою первую работу, в которой представил новый тип ружья. Успех публикации побудил конструктора вновь послать своё ружьё в Вену для испытаний. 2 августа 1856 года командир 10-го уланского полка подал соответствующий доклад с просьбой полкового оружейного мастера Сильверста Крнка о разрешении направить на рассмотрение комиссии его новое изобретение - "скорострельный штуцер". 8 октября был получен официальный отказ.

Неудача не остановила Крнка: он продолжил работу над оружием и усовершенствовал затвор. 10 декабря 1866 года Крнка подал заявку на патент. Императорское и королевское патентное бюро 21 января 1867 года предложило Крнке дополнить описание изобретение, что он и сделал. 1 февраля 1867 года Крнка направил новый текст патентной заявки и 1 марта получил патент ╧ 36679/497. Впоследствии винтовка системы Крнка не прошла австрийский конкурс, однако снискала успех в России и Черногории.

В 1860-х годах российское Военное ведомство активно изыскивало возможности быстрого перевооружения армии нарезным казнозарядным оружием под патроны с металлическими гильзами. Наряду с разработкой и поиском новых образцов такого оружия особое внимание было обращено на возможность переделки в казнозарядные имевшихся дульнозарядных образцов. Внимание Военного ведомства привлекла модель австрийского оружейника Сильвестра Крнка. Основным достоинством модели была простота её устройства и легкость, с которой под эту модель можно было переделать российские 6-линейные дульнозарядные винтовки обр. 1856 года (стрелковая) и 1858 года (пехотная). Переделочный образец был утвержден 18 марта 1869 года. В 1869-м году русский царь решил включить ружье Крнки в экипировку русского войска. Работы по переделке велись в массовом порядке как на государственных, так и на частных предприятиях.

Сразу после России на изобретение Крнки обратили внимание Румыния, а затем Болгария. На основе этих успехов Крнке удалось в 1871-м году основать в Пражском квартале Михле оружейную мастерскую, в которой вскоре начал работать и его сын Карел, также очень талантливый оружейник. Мастерская, в конце концов, расширилась до масштаба фабрики, которую Сильвестр Крнка возглавлял до самой своей смерти.

Австрийское правительство в конце концов было вынуждено написать, что "каждое ружье, которое можно заряжать сзади, по многим и весьма важным причинам является чрезвычайно подходящим для армии".

В 1874 году Крнка запатентовал "автоматическую винтовку", а год спустя - "малокалиберную казнозарядную винтовку".

Скончался Сильверст Крнка в Праге 4 января 1903 года. Сын Крнки Карел также стал конструктором оружия.

Сильвестр Крнка имел награды:

Орден Святого Станислава 3-й степени

Шейная золотая медаль "За усердие" на ленте ордена Святого Станислава

Орден Князя Даниила I 4-й степени (Черногория).


В 1870 году на вооружение русской армии взамен винтовки Крнка и иных остававшихся на вооружении образцов была принята вторая модель - "Скорострельная малокалиберная винтовка Бердана ╧ 2".

Хайрем Бердан родился 6 сентября 1824 в Фелпсе, штат Нью-Йорк.

Семья Бердана - выходцы из Голландии, проживавшие в штате Нью-Йорк. Отец, Джон Бердан, был преуспевающим землевладельцем. Хайрем после окончания школы получил образование инженера-механика в колледже (без диплома). С детства любил охоту, был отличным стрелком, с 1861 г. - чемпион среди Северных Штатов Америки по стрельбе. После окончания колледжа проявил склонность к изобретательству.

В 1847 г. он получил патент на свое первое изобретение - сепаратор, открыл собственный бизнес по производству сельхозтехники. В 1853 г. изобрел машину для добычи золота, принесшую ему солидные прибыли. Затем он создает ряд механизмов для черной металлургии, а позже основывает компанию по золотодобыче. Хотя военного образования Бердан не имел, круг его интересов распространился и на военную технику. В 1885 г. по заказу армии он создает долговечную (непотопляемую) лодку из каучука и дерева (получив патент), участвует в разработке системы для укладки трансатлантического кабеля в 1858 году.

С началом Гражданской войны в Америке в 1861 году Бердан добровольно вступает в армию. Будучи отличным стрелком, он задумывает создать в армии подразделение снайперов. Бердан пишет обращения к губернаторам штатов, верных президенту, с приглашением лучших стрелков в снайперские роты. В июне 1861 года он формирует снайперский полк, сам его возглавляет, организует в нем боевую подготовку.

Оружие в новом полку было самое разнообразное, главным образом тяжелые однозарядные винтовки различных систем и калибров. Бердан перевооружил полк мушкетами Спрингфильда, однообразными по калибру и боеприпасам, организовал обучение стрелков, создал полевой лагерь-школу. Полк успешно участвовал в боевых действиях.

Однако вначале военного звания Бердан не имел, так как добровольцам оно присваивалось только после формирования части до полного состава. Штатной численности полк Бердана достиг в 1862 году, и приказом президента Линкольна ему было присвоено звание бригадного генерала. К этому времени на вооружение полка стали поступать 5-зарядные винтовки модели 18.

В 1862 году Бердан был ранен, после излечения оставил командование и начал заниматься отбором снайперов, в связи с чем посетил ряд заводов и фирм по производству оружия. Особое значение при конструировании оружия он придавал точности его боя. Будучи отличным стрелком, Бердан использовал личный опыт профессионала, знающего причины рассеивания пуль при стрельбе, приемы подготовки к стрельбе оружия и боеприпасов.

Он начал работать над созданием оружия собственной конструкции и в 1863 году предложил мушкет с откидным затвором, калибра .45, под патрон с бумажной гильзой, а в 1865 году - образец магазинного оружия под патрон с металлической гильзой и съемным штыком.

В сентябре 1864 года Бердан обратился в фирму Кольта с предложением мушкета своей конструкции. Не получив положительного ответа, в мае 1864 года он организовал компанию по производству оружия своей системы. Его винтовка образца 1865 г. была принята в Испании для переделки заряжаемых с дула ружей в казнозарядные калибра 15,24 мм. Затвор этой винтовки состоял из двух шарнирно соединенных частей, заклинивающих друг друга при выстреле.

Кроме нескольких систем оружейных затворов, Бердан разработал для артиллерийских снарядов дистанционную трубку, а также оригинальную самодействующую мину. Но основное время он продолжал уделять стрелковому оружию.

В 1865 г. Бердан предложил затвор откидного типа с новым ударным механизмом и свой патрон к оружию калибра 10,68 мм. Он усовершенствовал откидной затвор, повысив надежность работы оружия и добившись отличной кучности стрельбы. Испытания этой системы проходили в Америке.

Дальнейшие события связали работу Бердана с представителями далекой России. В 1867 году в Америке находились в камандировке с целью изучения новых образцов стрелкового оружия под только что появившиеся патроны с металлической гильзой представители Артиллерийского комитета Главного артиллерийского управления России полковник А. П. Горлов и капитан К. И. Гуниус. Они рассмотрели свыше ста образцов оружия под патрон с металлической гильзой и оценили, как наиболее удачную конструкцию винтовку Бердана.

Отработанный вариант винтовки Бердана, испытанный в Америке, дал отличные результаты. И было принято решение без проведения войсковых испытаний заказать для России 30 тысяч винтовок и 7,5 млн патронов Бердана. Признавая значительный вклад русских специалистов в дело создания винтовки Бердана, в Америке ее называли "русской винтовкой". Не будем объяснять причины, по которым она не была востребована в Америке. Последующие годы подтвердили высокие качества винтовки Бердана и правильность решения русского военного ведомства о принятии ее на вооружение.

Вместе с работой над совершенствованием винтовки Бердан занимался созданием механизма запирания оружия с затвором не откидным, а скользящим. Бердан сам выехал в Россию, чтобы предложить русскому военному ведомству новый вариант своей винтовки, названной Бердан ╧2. В ней он применил продольно-скользящий затвор.

Предложенный новый образец был подвергнут всесторонним испытаниям вместе с еще двумя образцами - Бердана ╧1 и винтовкой Вердера (Бавария), считавшейся одной из лучших в то время.

В результате тщательных проверок выяснились значительные преимущества системы Бердана ╧2 по всем характеристикам винтовки и патрона к ней, а также по технологии ее производства. Винтовка Бердана ╧2 показала лучшую кучность на всех дальностях стрельбы от 200 до 1200 шагов.

В 1870 г. состоялось решение о принятии на вооружение русской армии винтовки Бердана ╧2. Вместе с основным вариантом 4,2-линейной винтовки Бердана с трехгранным штыком, взамен существовавшего в русской армии четырехгранного, были приняты на вооружение кавалерийский карабин, драгунское и казачье ружья.

Первоначально винтовки Бердана ╧2 изготавливались в Англии на заводе в Бирмингеме. С 1873 г. их производство было налажено в России на Тульском оружейном заводе. Винтовки Бердана получили заслуженное признание, находились на вооружении русской армии длительное время, получили в войсках ласковое название "берданка".


Видное место в истории развития этой отрасли занимали братья Наган.

История "Fabrique d'Armes Emile et Leon Nagant" (Оружейный завод Эмиля и Леона Наган) началась, когда старший из братьев Эмиль (Emile Nagant) предложил своему брату Анри-Леону (Henri-Leon Nagant) стать партнером и создать фирму по производству металлических изделий.

Первоначально они занимались изготовлением и ремонтом промышленного оборудования. Но внимание братьев все чаше приковывало оружие. И это не случайно, ведь жили они в Льеже, центре бельгийской оружейной мысли. Какое-то время Наганы ремонтировали поврежденные револьверы чужого производства, но уже в середине 60х годов братья приступили к выпуску собственного огнестрельного оружия, и их предприятие получило название "Оружейный завод Эмиля и Леона Наган".

Занимаясь разработкой винтовок, братья не смогли заработать себе ни состояния, ни громкой славы, однако накопили опыта и смогли организовать хорошее производство.

В 1867 году Эмиль и Леон Наган познакомились с известным американским оружейником Сэмюелем Ремингтоном, посетившим их оружейный завод. Ремингтон дал высокую оценку оружейному производству братьев, качеству их работы и квалификации рабочих и служащих.

И в том же году Ремингтон дал лицензию на изготовление винтовок его конструкции на фабрике Наганов. Однако просто копировать, чью- то работу братья не могли, Эмиль

усовершенствовал откидной затвор винтовки Ремингтона, эта конструкция была одобрена американским оружейником, и использована во всех его винтовках, изготовленных в Льеже. В 1870 году затвор системы Ремингтона был использован в двуствольном охотничьем ружье, получившем название "Ремингтон-Наган".

В 1877 году старший из братьев, Эмиль, разработал и запатентовал собственную конструкцию револьвера калибра 9,4 мм с одновременной экстракцией стреляных гильз. Это оружие было принято на вооружение голландской полиции под обозначением "Револьвер М 1877". В 1878 году появляется новый револьвер системы Наган, шестизарядный с ударно-спусковым механизмом двойного действия и массивной рамой.

"Револьвер модели 1878 г" принимается на вооружение офицерского корпуса и унтер-офицеров бельгийской армии, а также конной жандармерии. И это только начало. В последующие годы постоянно модернизируемые револьверы с клеймом Нагана, принимаются на вооружение армий и/или полиции таких стран как Швеция, Норвегия, Люксембург, Аргентина, Сербия, Бразилия.

В январе 1879 года российское морское ведомство заказало братьям Наган абордажные револьверы системы Наган обр. 1870 года в количестве 1000 штук. Эти револьверы поступили на вооружение экипажей судов российского флота. Бельгийские конструкторы, не удовлетворенные первыми успехами своего оружия, продолжали совершенствовать револьверы.

Однако прогрессирующая слепота Эмиля Нагана заставила его передать свое дело младшему брату - Леону. Уже через два года свет увидел новый значительно улучшенный образец, созданный Леоном - 9-мм револьвер Наган. В нем взамен старого патрона с дымным порохом был использован новый, с бездымным порохом. Эти револьверы прослужили в вооруженных силах Бельгии вплоть до 1940 года.

С 1888 года фирма братьев Наган участвует в проводимом русским правительством конкурсе по разработке новой магазинной винтовки. Ствольную коробку для конкурсной винтовки разработал Эмиль Наган. Однако бельгийцы проиграли этот конкурс российскому конструктору Сергею Ивановичу Мосину. На вооружение русской императорской армии была принята 7,62-мм магазинная винтовка, получившая обозначение "трехлинейная винтовка образца 1891 года" (или "Mosin-Nagant").

В 1892 г Эмиль Наган создает оригинальный образец, воплотивший в себе все лучшие достижения своих предыдущих конструкций. Создание нового револьвера системы Наган совпало по времени с усилиями, предпринятыми Россией по решению вопроса о перевооружении армии современными образцами личного оружия самообороны. Леон Наган, как глава фирмы, очень серьезно подошел к участию в конкурсе, который объявило русское правительство.

" Револьвер Наган М 1892" был срочно переконструирован под 3-линейный (7,62-мм) револьверный патрон, рассчитанный как на использование малодымного черного пороха, так и бездымного. Причем к одному из достоинств этого образца, по словам изобретателя, относилось то, что его ствол был сделан из обрезка ствола трехлинейной винтовки обр. 1891 г. Вместе с оружием Наган представил и два варианта патронов с пулями массой 6 и 7 г, снаряженных малодымным черным порохом.

Основным конкурентом Анри-Леона был Генри Питер, представивший свой новый револьвер "М1889 Байар", имевший ряд преимуществ перед моделью Нагана. Но Анри-Леон имел опыт общения с российскими чиновниками, повадки которых мало отличались от нынешних.

Была проведена операция по вручению подарков высочайшим особам. Мужчины императорской семьи и сам Николай Второй получили подношения в виде богато отделанных образцов нового револьвера. Конкурс был выигран и револьвер поступил на вооружение царской армии под обозначением "3-линейнй револьвер системы Наган образца 1895 г".

Из-за напряженной работы с чертежами зрение Эмиля Нагана становилось все хуже и хуже. Он уже не мог в полной мере участвовать в работе компании и отдалился от дел.

Полное руководство компанией стал осуществлять Леон. 28 апреля 1896 года "Оружейный завод Эмиля и Леона Нагана" был разделен, поменялось и его название. Теперь он стал называться "Оружейный завод Леона Нагана".

Успехи по созданию стрелкового оружия не заслонили перед конструкторами семейства Наган развития других чрезвычайно перспективных и, что являлось самым главным, прибыльных технических новшеств. Одной из таких новаций стало зарождающееся в то время автомобилестроение.

Значительный интерес к созданию новых транспортных средств, наряду с самим Леоном Наганом, проявили младшие представителями этого семейства, его сыновья - Шарль (родившийся в 1863 году) и Морис (родившийся в 1866 году), что послужило основной причиной конфликта между ними и старшим братом Эмилем, пытавшимся отстоять прежнюю направленность деятельности оружейной фирмы. В 1899 году, выполнив заказ по поставке револьвера в Россию, фирма Леона Нагана приступила к разработке первых моделей автомобилей.

Леон Наган умер 23 февраля 1900 года в возрасте семидесяти лет. С его смертью положение компании в оружейном мире сильно пошатнулось. С уходом главного вдохновителя, полностью ослепший Эмиль Наган не смог его заменить. Компания перешла под управление его сыновей.

Уже в том же году, после смерти Леона Нагана, Шарль и Морис трансформировали фирму из чисто оружейной в смешанную компанию по производству стрелкового оружия и автомобилей. Наследники решают существенно сократить производство огнестрельного оружия и основное внимание сосредоточить на производстве автомобилей. Однако новое занятие не принесло столь громкой известности, как предыдущая работа над оружием. Они не могли похвастаться ни успехами в области конструирования стрелкового оружия, ни созданием новых автомобилей. Вскоре, 23 декабря 1902, умер Эмиль Наган.

После смерти Леона его сыновьями было разработано несколько модификаций револьвера "М 1895", на которые были получены ряд патентов. Однако ничего нового изобретено не было. Не получилось и с организацией производства автомобилей. С оружейным бизнесом было покончено еще в 1914 году, после оккупации Льежа немецкой армией во время Первой мировой войны. Автомобили также не принесли большого дохода, поэтому в 1930 году фирма братьев Наган тихо закончила свое существование.

Револьвер Нагана образца 1895 года, а также его модификации выпускали многие оружейные фирмы по всему миру. Среди них: бельгийские "Лепаж", "Байяр", "Франкот", немецкая "Энель" в Зуле, русский Императорский Тульский оружейный завод, испанская "Аризменди-Гоэнага", польская в городе Радом и другие.

В России 13 мая 1895 года указом Николая II "солдатская" и "офицерская" модели револьвера Нагана были приняты на вооружение русской армии, однако по военному ведомству револьверы были официально приняты на вооружение в июне 1896 года, приказом военного министра ╧ 186.


Эмиль Наган (1830-1902) Анри-Леон Наган (1833-1900)

Закупочная цена револьвера, производимого в Бельгии, не превышала для российской армии 30-32 рублей. Контракт предусматривал в течение последующих трёх лет поставку 20 000 револьверов образца 1895 года. Бельгийская сторона также была обязана по контракту оказать помощь в постановке производства револьверов на Императорском Тульском оружейном заводе. Конструкция револьвера русского производства подверглась небольшой модернизации.

Подверглась усовершенствованию и технология производства. Стоимость тульского нагана составляла 22 рубля 60 копеек. Заказ на пять лет - с 1899 по 1904 год - составил 180 000 единиц. Однако при сравнении цен следует учитывать, что в России револьвер производился на государственном предприятии и многие расходы не учитывались. Например, для налаживания производства казна закупила в США станки на сумму более миллиона рублей. Если бы эта сумма выплачивалась непосредственно Тульским заводом, цена производства была бы намного выше.

Первое успешное боевое применение револьверов конструкции Нагана относится к 1900 году. Русский экспедиционный корпус принял участие в усмирении "восстания боксёров" в Китае. 3 июня 1900 года при овладении укреплением Таку, запиравшим устье реки Пейхо, командир сводной роты 12-го Сибирского полка поручик Станкевич, одним из первых ворвавшийся в расположение противника, застрелил двух нападавших китайских солдат.

Сокращение ассигнований военного ведомства с 1903 года привело к резкому снижению производства револьверов, и только начавшаяся Русско-японская война заставила правительство направить чрезвычайные кредиты на закупку вооружений. В 1905 году Тульскому заводу предписывалось изготовить 64 830 единиц револьвера образца 1895 года, но было выпущено всего 62 917 наганов. После войны финансирование программы перевооружения армии в очередной раз сократилось, и созданная в 1908 году межведомственная комиссия разрешила изготовление револьверов по заказам непосредственно войсковых частей.

Царское правительство начало готовиться к большой войне слишком поздно: "Большая программа по усилению армии" была объявлена лишь 7 июля 1914 года, за три недели до начала Первой мировой войны. В это время армии развитых стран начинают замену револьверов самозарядными пистолетами, лучшие образцы которых по боевым характеристикам (особенно в скорострельности, скорости перезаряжания и габаритах) превосходят револьверы. В России очередное перевооружение было признано нецелесообразным.

К 20 июля 1914 года в войсках по табелю насчитывалось 424 434 револьверов Нагана всех модификаций (из положенных по штату 436 210), то есть армия была обеспечена револьверами на 97,3 %, но уже в первых боях потери вооружения были значительными. Были приняты меры по реконструкции оружейной промышленности, и с 1914 по 1917 год было произведено 474 800 наганов.

Револьвер образца 1895 года отличали сравнительная простота конструкции, технологичность и малая себестоимость. Трудоёмкость изготовления одного револьвера составляла порядка 30 станко-часов. При этом некоторые сборочные операции (установка осей механизма в рамку) требовали достаточно высокой квалификации персонала. В боевых условиях одними из главных преимуществ стали неприхотливость в эксплуатации и безотказность: так, осечка никак не влияла на возможность произведения следующего выстрела и не вызывала задержки. Также можно отметить высокую ремонтопригодность револьвера.

Наган стал одним из символов русской революции 1917 года и последующей гражданской войны, а в дальнейшем слово "наган" стало нарицательным - в разговорной речи "наганом" часто называли любой револьвер.

Из револьверов в ночь с 16 на 17 июля 1918 года в подвале дома Ипатьева в Екатеринбурге командой Юровского были расстреляны члены царской семьи.

На вооружение Красной Армии был принят только самовзводный ("офицерский") вариант нагана, при этом технологическая документация в 1918 году была переведена на метрическую систему измерений. Во время гражданской войны Тульский оружейный завод продолжал выпуск револьверов. Однако качество их стало хуже. После окончания гражданской войны неоднократно поднимался вопрос о перевооружении Красной армии, однако даже после принятия на вооружение в 1930 году пистолета ТТ производство револьверов продолжалось.

Вплоть до начала Второй мировой войны производство револьверов и пистолетов на Тульском заводе поддерживалось примерно на одном уровне, с 1932 по 1941 год произведено более 700 000 револьверов. Преимущества пистолетов были вполне очевидны для руководства РККА, однако по ряду причин пистолет ТТ и наганы выпускались параллельно.

В 1941 году Тульский оружейный завод был эвакуирован в Удмуртию, в город Ижевск, где производство револьверов продолжилось, а в 1942 году была произведена частичная реэвакуация из Ижевска в Тулу. В период с 1942 по 1945 год произведено более 370 000 револьверов. Револьвер состоял на вооружении РККА, Войска Польского, 1-го Чехословацкого корпуса, 1-й румынской пехотной дивизии имени Тудора Владимиреску, 1-й югославской пехотной бригады, французского истребительного авиаполка "Нормандия-Неман".

После окончания Великой Отечественной войны наган был снят с вооружения Советской Армии, и его производство было прекращено. Тем не менее, револьверы системы Нагана находились на вооружении милиции до середины 1950-х годов, а в системе военизированной охраны и системе инкассации - намного дольше.


В своё время широко был известен и производитель стрелкового оружия Оливер Винчестер. Американский промышленник, производитель стрелкового оружия Оливер Фишер Винчестер (Oliver Fisher Winchester) родился 30 ноября 1810 г. в Бостоне. Детство Оливера прошло в бедности из за ранней смерти отца. В раннем возрасте он вынужден был пойти работать. Оливер трудился на сельскохозяйственных фермах, на складах розничных магазинов. Обучился мастерству плотника.

В 1830 г. он переехал в Балтимор, занялся поставкой строительных материалов.

В 1848 г. Винчестер запатентовал процесс производства рубашек и организовал собственную фабрику. Финансовые успехи позволили ему в 1857 г. купить компанию "Волкэник рипитинг армс" (Volcanic Repeating Arms), успешно реорганизованную им в "Нью-Хэвэнскую оружейную компанию" (New Haven Arms Company), а в 1867 г. - в компанию "Самозарядное оружие Винчестера".

Фирма начала с выпуска двух моделей пистолета "Вулканик", заготовки которых оставались еще с прошлых времен. За первый год было произведено примерно 600 образцов. Постепенно ему удалось создать одно из самых известных в мире оружейных производств.

Винтовка Винчестера, активно применявшаяся во время Гражданской войны между Севером и Югом, была предшественницей длинного ряда моделей винтовок Винчестера, включая наиболее известную модель "Винчестер-73", самое популярное оружие переселенцев американского Запада. Винчестер улучшал конструкции своих моделей за счет покупки патентов компаний "Американские самозарядные винтовки", "Самозарядные винтовки Спенсера" и действующих на принципе поршня самозарядных винтовок Бенджамина Хотчкисса.

В 1860 г. Винчестер представил вниманию общественности новую магазинную винтовку, которую он назвал "Генри" - в честь изобретателя этой винтовки Бенджамена Генри.

Начиная с 60-х гг. XIX века, фирма Винчестер производила винтовки и карабины, наиболее известной в то время была модель 1873 года.

Позднее Оливер Винчестер решил поставить точку в деле всей своей жизни. Он продемонстрировал Америке великое раскаяние человека, чьё изобретение было призвано отнимать жизни. Он стал самым знаменитым в стране филантропом, делал благотворительные взносы в кассы разных университетов, общественных и научных организаций. Особую поддержку он оказывал Йельскому университету (частный университет в г. Нью-Хейвен, штат Коннектикут, один из старейших в США университетов).

Кроме того, Винчестер был активным политиком, и его даже избирали вице-губернатором штата Коннектикут.

Оливер Винчестер умер 11 декабря 1880 г. в Нью-Хейвене (штат Коннектикут) в богатстве, окруженный почетом и уважением.

Несколько лет завод, оставленный Оливером, не производил ничего нового. Но потом появилась следующая модель винчестера, изобретённая Джоном Браунингом, автором еще множества классических образцов огнестрельного оружия, от пистолетов до крупнокалиберных пулеметов. Он посвятил её своему учителю.

Знаменитая во всём мире винтовка Winchester-М-95 была создана под патрон 7,62 русского образца непосредственно под заказ Русской империи. В годы Первой мировой войны завод Винчестера поставил в Россию значительное количество винтовок "Винчестер" образца 1895 г. С этой винтовкой солдаты российской армии прослужили вплоть до 1917 года.

В ХХ веке завод производил новые модели, в том числе крупнокалиберные винтовки для сафари и помповые дробовики системы "браунинг".

Теперь завод Оливера Винчестера уже не существует. Единственным упоминанием о легенде Дикого Запада остаётся фамильный дом Винчестеров, прозванный американцами "Домом страха". Но об этом позже.


Большой вклад в дело вооружения России внёсСергей Иванович Мосин. Родился он 14 апреля 1849 г. в местечке Рамонь Воронежской губернии. Учился в Тамбовском, а затем в Воронежском кадетском корпусе (преобразованном в 1865 г. в военную гимназию).

В 1867 г. он с отличием окончив гимназию Сергей Мосин поступил в Михайловское артиллерийское училище; по окончании его был произведен в подпоручики и получил назначение во 2-ю резервную конноартиллерийскую бригаду. С. И. Мосин недолго служил в строевых частях артиллерии.

В 1872 г. он поступил в Михайловскую артиллерийскую академию, где и получил высшее военно-техническое образование. По окончании академии в 1875 г. он был назначен начальником инструментальной мастерской Тульского оружейного завода.

Сергей Иванович был энтузиастом оружейного дела. Сослуживцы характеризовали его как талантливого изобретателя, человека большого ума и широких творческих замыслов. Начало трудовой деятельности С. И. Мосина в качестве инженера-оружейника совпало с периодом важных усовершенствований стрелкового оружия.

Речь идет о применении патронов с металлической гильзой, конструировании так называемых магазинных винтовок, снабженных приспособлениями для размещения нескольких патронов для ускорения перезаряжания оружия. К 80-м гг. Мосин в чине капитана был уже известен как большой знаток оружейного дела.

По распоряжению Главного артиллерийского управления в 1881 - 1882 гг. он был назначен членом "комиссии для осмотра механических средств и зданий" Сестрорецкого и Ижевского заводов. Это дало ему возможность еще ближе познакомиться с организацией производства на этих заводах и состоянием русского оружейного дела.

В центре внимания военных кругов стоял тогда вопрос о вооружении русской армии малокалиберной магазинной винтовкой. С. И. Мосин, как и некоторые другие русские оружейники, сделал попытку принять участие в разрешении этого вопроса. Летом 1883 г. он представил на рассмотрение комиссии разработанные им образцы магазинных винтовок.

К винтовке Бердана С. И. Мосин устроил реечно-прикладной магазин на 8 патронов. Сущность устройства магазина сводилась в основных чертах к следующему: патроны помещались в овальной трубке, находившейся внутри приклада. Для подачи патронов служила рейка, зубцы которой захватывали закраины патрона. Рейка была сцеплена с затвором. При отодвигании затвора назад рейка подавала патрон настолько, что он мог быть захвачен затвором.

Патроны в магазине располагались наклонно, так что пуля одного патрона не упиралась в капсюль другого, что приводило к полной безопасности магазина Мосина и выгодно отличало его винтовку от иностранных систем. В 1885 г. оружейный отдел заказал Тульскому оружейному заводу 1000 винтовок с мосинским магазином для войсковых испытаний.

Стоит отметить, что основным соперником Мосина являлся бельгийский оружейник Л. Наган. Грядущее перевооружение огромной российской армии сулило баснословные прибыли и привлекало конструкторов и коммерсантов со всего мира. Имея лучшую производственную базу, Наган производил образцы, более качественные в исполнении, чем винтовки конструкции Мосина.

Окончательные сравнительные испытания винтовки Мосина и винтовки Нагана в марте 1891 г. показали, что обе винтовки приблизительно равноценны по меткости боя и скорострельности, а при стрельбе из винтовки Нагана был получен несколько меньший процент случаев неисправностей механизмов винтовки. Обнаруженные неисправности в работе винтовки Мосина объяснялись не сущностью ее конструкции, а спешкой и низким качеством ее изготовления.

Наоборот, внимательный анализ выявлял конструктивные преимущества винтовки Мосина и возможность легкого устранения неисправностей путем не принципиального изменения конструкции, а путем незначительного упрочнения второстепенных деталей, не изменявших конструкции.

В конструкции Мосина особенно следует отметить технически остроумное решение задачи о подаче патронов из магазина путем введения особой детали механизма - отсечки-отражателя. Нагану к удачному решению этого вопроса удалось прийти только в последних образцах винтовок, тогда как Мосин решил его сразу. Кроме того, российский образец был дешевле, чем винтовка Нагана, что ускоряло перевооружение армии.

Несомненно, что принятие винтовки Мосина на вооружение сыграло большую роль для развития отечественной оружейной промышленности. 16 апреля 1891 г был утвержден образец винтовки, который в основе имел конструкцию Мосина, но с изменениями, указанными комиссией. Поэтому было принято решение винтовку не называть именем Мосина, а дать ей наименование "русская трехлинейная винтовка образца 1891 года".

Император Александр III убрал слово "русская", и винтовка С. И. Мосина стала безымянной. Просто - "Трехлинейной винтовкой образца 1891 г.". Таким образом, была нарушена традиция - присваивать образцу оружия имя его конструктора.

За свою работу С. И. Мосин получил чин полковника. 21 апреля 1894 г. полковник С. И. Мосин, председатель приемной комиссии Императорского Тульского оружейного завода, был назначен исполняющим дела начальника Сестрорецкого оружейного завода. Знаменитому конструктору устроили торжественные проводы.

Трогательное прощание состоялось на перроне Курского вокзала в Туле. Тульские мастеровые незадолго до отхода поезда вручили Сергею Ивановичу продолговатый футляр черной хромовой кожи. В нем покоилась на голубом бархате миниатюрная винтовочка образца 1891 г. Для Сергея Ивановича не было награды дороже, чем это замечательное творение рабочих рук.

Большой успех принес С. И. Мосину и всем оружейникам 1900 г. на Всемирной выставке в Париже 3х-линейная винтовка была удостоена высшей награды - Гран-при. Это было международное признание заслуг изобретателя и всей русской промышленности, в подъеме которой Мосин сыграл заметную роль.

Сергей Иванович умер 8 февраля 1902 г., от воспаления легких, в чине генерал-майора.

С.И. Мосин кавалер орденов св. Владимира 4-й степени, св. Анны 2-й степени и св. Владимира 3-й степени, его мундир украшали бухарский орден Золотой Звезды 3-й степени и болгарский ордено св. Александра 4-й степени, также он является лауреатом Большой Михайловской премии (самой престижной наградой за изобретения в области артиллерии и оружейного дела) которая присуждалась один раз в пять лет.


Василий Алексеевич Дегтярёв родился 21 декабря 1879 (2 января1880) года в Туле.

Воспитанием мальчика занимался его дед - тульский кузнец Николай Миронович Дегтярёв. Он и привил внуку любовь к оружейному делу, однажды взяв его с собой в оружейный заводской музей.

Едва закончив начальную церковно-приходскую школу, 11 - летний парнишка пришёл на тульский оружейный завод - надо было помогать семье, дед его к этому времени умер, а отец был неизлечимо болен. На дворе стоял 1891 год, и тульский завод приступал к выпуску нового изделия - русской трёхлинейной винтовки системы Мосина, носившей тогда название "винтовка образца 1891 года".

Мальчику посчастливилось несколько раз лично увидеть знаменитого изобретателя. Трудовую деятельность Василий начал на станке по испытанию винтовочных пружин, и сразу постарался его усовершенствовать.

Первый раз увидев велосипед, мальчик смастерил свой - трёхколёсный, на зависть мальчишкам всей округи.

А однажды, во время одной из редких прогулок с больным отцом в окрестностях города, им встретился одинокий пахарь, неторопливо шагающий за плугом - это был граф Лев Николаевич Толстой, о чём с большим уважением и теплотой и сообщил отец своему удивлённому сыну.

Когда парню исполнилось 17 лет, Василий остался единственным кормильцем большой семьи. Смышлёного мастерового вскоре перевели на более сложную работу - на сборку винтовочных затворов и магазинов, где в конце концов он достиг такого мастерства, что мог изготовить любую деталь так полюбившейся ему винтовки. На заводе родился новый оружейный мастер.

В 1901 году Дегтярёва "забрили" в солдаты на долгих 5 лет, но ещё во время призыва парню объявили, что служить он будет в оружейной мастерской в Ораниенбауме, куда не редко направлялись тульские оружейники - новобранцы. Однако от стрелковой подготовки молодых солдат никто не освобождал. Однажды на полигоне, во время стрельб вышел из строя пулемёт "Максим", и Дегтярёв сумел его починить в полевых условиях, хотя об устройстве этого оружия имел самые приблизительные представления. После этого случая он был переведён на работу в опытную оружейную мастерскую, и в строй больше не становился.

В этой мастерской за два года Василий Алексеевич становится одним из лучших слесарей-оружейников, досконально изучивших отечественное и зарубежное стрелковое вооружение. Но больше всего его привлекали пулемёты... Он первым знакомился с новыми образцами оружия, поступающего на испытания. Чаще всего они были иностранного производства и не отличались надёжностью.

Когда он устранял очередную неисправность капризного пулемёта - иностранца, у него и возникло желание смастерить свой, русский пулемёт. Довелось ему в это время встреться со знаменитыми конструкторами-иностранцами, в том числе и с Джоном Мозесом Браунингом. Браунинг демонстрировал свою новую автоматическую винтовку, надеясь на заключение выгодного контракта с Россией. Во время испытаний винтовка отказала, починил её наш "тульский левша" - Василий Дегтярёв.

Пятилетний срок службы истёк, и талантливому мастеру предложили остаться в опытных мастерских вольнонаёмным. Он согласился, к тому же к нему приехала Вера, тульская девушка, которая провожала его на военную службу и обещала ждать...

В 1906 году произошло судьбоносное знакомство Дегтярёва с капитаном русской армии, артиллеристом - инженером Владимиром Григорьевичем Фёдоровым. Фёдоров попросил мастера изготовить по чертежу новую остроконечную пулю. С заданием Дегтярёв справился "на отлично". С этого момента и началось долголетнее и плодотворное сотрудничество русского военного учёного и талантливого тульского слесаря, переросшее в крепкую мужскую дружбу.

Фёдоров в это время работал над созданием автоматической винтовки, а точнее хотел создать новый вид оружия на базе трёхлинейной винтовки Мосина, своего непосредственного учителя. И в лице Дегтярёва он нашёл незаменимого помощника и единомышленника.

Работа велась в условиях повышенной секретности и привела к ошеломляющему результату: Дегтярёв один, по чертежам, подсказкам и советам Фёдорова, учитывавшего предложения молодого мастера, изготовил первое в мире русское автоматическое оружие. Однако первый блин вышел комом - винтовка получилась тяжёлой и очень громоздкой, и явно не годилась для массового производства.

В 1907 году начался новый этап творческого содружества - создание автомата Фёдорова, конструкции абсолютно новой и оригинальной, не имеющей аналогов... Первым стрелял из нового оружия человек, который и изготовил каждую деталь автомата собственными руками - Василий Дегтярёв. Прогремела короткая очередь и... все пули попали в мишень.

В 1908 году после успешных испытаний автомата и Фёдорова и Дегтярёва перевели на военный Сестрорецкий завод, где они продолжили работу над своим детищем. В это время на заводе над созданием самозарядной винтовки трудился хорунжий Фёдор Васильевич Токарев, знакомый Дегтярёву ещё по Ораниенбауму. Возникла здоровая конкуренция, которая пошла на пользу всем русским изобретателям - оружейникам.

Однако на самом высоком уровне их работа не была оценена по достоинству. "Нам не хватит патронов!" - с таким аргументом Николай II не разрешил запустить в массовое производство ни автомат Фёдорова, ни винтовку Токарева. Официально же производство нового оружия тормозилось по сущему для того времени пустяку - "он выбрасывал гильзы вверх и мог демаскировать солдат!". Наконец, когда и этот "недостаток" был устранён, и стрелянные гильзы полетели вперёд, Сестрорецкому заводу поступил заказ на изготовление первой партии автоматов в количестве 150 единиц.

Перед самой войной, в 1913 году, автомат Фёдорова был усовершенствован и приспособлен под новый, изобретённый им малокалиберный патрон. Началась Первая мировая война, и все конструкторские работы были свёрнуты. Фёдорова командировали в Японию закупать винтовки, Дегтярёв вынужден был работать обычным мастером на заводе, к этому времени у него в семье росло уже четверо детей.

Но любимое дело он не бросил - усиленно занимался самообразованием, в том числе изучил от корки до корки научный труд своего учителя "Основания устройства автоматического оружия", подаренный ему самим автором. Огромный практический опыт, накопленные и приобретённые знания в области создания стрелкового оружия ждали своего часа...

Монотонная работа на заводе Дегтярёва тяготила, и при первой возможности он вернулся в мастерские Ораниенбаума. Там им в 1916 году была отлажена партия автоматов Фёдорова, изготовленная ещё до войны. Ими, после короткого обучения, была вооружена группа солдат из 60 человек и отправлена на фронт.

Первые русские автоматы вступили в войну. В том же 1916 году Дегтярёва снова направляют в Сестрорецк, где он демонстрирует своему удивлённому учителю, который в это время носил уже генеральские погоны, свою собственную разработку - автоматический карабин. С этого момента учитель и ученик стали на равных...

Первая мировая война закончилась для Российской империи революцией и ещё более кровавой гражданской войной. И учитель, и ученик встали на сторону советской власти. Фёдоров был назначен директором военного завода в городе Коврове Владимирской области, а Дегтярёв - его помощником, руководителем опытной мастерской. Им удалось наладить производство автоматов Фёдорова для Красной Армии.

В 1922 году Фёдоров получил государственную премию за созданный им автомат, ровно половину он передал своему другу и соратнику Дегтярёву, который на эти деньги приобрёл собственный дом для своей большой семьи.

В 1924 году у Дегтярёва появилась возможность воплотить в жизнь свою мечту: создать отечественный лёгкий ручной пулемёт. Работу по его созданию курировал лично Михаил Васильевич Фрунзе. На этот раз главным конструктором нового оружия был уже Василий Алексеевич, а Фёдоров оказывал ему необходимую помощь и поддержку.

Государственная комиссия Главного артиллерийского управления Красной Армии увидела пулемёт Дегтярёва в деле осенью 1924 года. Пулемёт на испытания в Москву Василий Алексеевич и двое сопровождающих привезли в деревянном ящике, в теплушке общего пассажирского вагона. На испытаниях присутствовал Семён Михайлович Будённый, он возглавлял приёмную комиссию и лично опробовал два пулемёта. Вторую разработку представил на испытания старый знакомый Дегтярёва, Токарев Ф.В.

Во время стрельбы у пулемёта Дегтярёва сломался боёк! Разъярённый неудачей изобретатель полностью переделал конструкцию оружия, которое так его подвело. Но новый пулемёт, на доводку которого потребовалось целых два года, стоил потраченного на него времени.

И вот новые испытания, на том же полигоне. И снова старый друг-соперник Токарев, а в добавок к нему ещё и иностранец - немецкий пулемёт Драйзе. Оружие Дегтярёва показало лучшую кучность боя и поразившую членов комиссии живучесть - отстреляв двойную норму боеприпасов без охлаждения ствола, пулемёт был готов к дальнейшему использованию.

Замолчал пулемёт Токарева, захлебнулся немец, а "Дегтярёв" продолжал вести огонь. Смотр остановили на 2647 выстреле. Ни один другой пулемёт в мире не был способен на такое. Но испытания на этом не закончились - пулемёты погружали в воду, валяли в пыли, измазывали грязью. Выжил после такой экзекуции только "Дегтярёв", выпустив по мишеням больше 20 000 пуль!

Это была победа, с которой поздравил счастливого конструктора Климент Ворошилов. В феврале 1927 года военные заводы начали серийный выпуск легендарного ручного отечественного пулемёта с маркой "ДП" на кожухе, что означало "Дегтярёв пехотный". Производство "ДП" продолжалось без малого 18 лет, и долгое время равных ему не было.

Сравнительно лёгкий, чуть тяжелее 9 кг, он стал мощным индивидуальным оружием бойцов Красной Армии. Сменный магазин в форме плоского блина, рассчитанный на 47 патронов не демаскировал стрелка. Даже разведчики во время Великой Отечественной войны брали это грозное оружие в рейды за линию фронта. Скорострельность пулемёта была оптимальной - до 600 выстрелов в минуту, а выпущенная из него пуля сохраняла свою убойную силу до 2,5 км. При применении патрона с тяжёлой пулей образца 1930 года пулемёт был способен поражать противника на расстоянии до 3,5 км, поэтому он применялся и против самолётов, особенно в начальный период войны.

Советская промышленность выпустила 795 000 ручных пулемётов системы Дегтярёва. Это абсолютный рекорд. В умелых руках пулемёт был незаменимым оружием.

Следующий шаг мастера - авиационный пулемёт, заменивший английский "Льюис". Потребовалось изготовить больший по ёмкости магазин и прикрепить к пулемёту мешок для стреляных гильз. Больших затруднений у конструктора это не вызвало.

После успешного применения "ДП" в самолётах настало время броневых машин и танков - для них тоже требовались простые и надёжные пулемёты.

С установкой "ДП" в танке успешно справился молодой сотрудник конструкторского бюро Дегтярёва и Фёдорова, в которое по существу превратилась опытная мастерская, Георгий Семёнович Шпагин, сконструировав оригинальную шаровую установку, позволяющую вести огонь танкисту-пулемётчику под любым углом.

В 1929 году опытная мастерская получает новое срочное задание - создать крупнокалиберный пулемёт, не уступающий зарубежным аналогам. В его разработке принимали участие практически все конструкторы мастерской, но наибольший вклад внесли Дегтярёв и Шпагин, поэтому это мощное изделие получило название "12,7 мм крупнокалиберный пулемёт Дегтярёва - Шпагина образца 1938 года". Пулемёт превзошёл все существующие иностранные системы подобного класса. На расстоянии в 500 метров он легко пробивал стальную 15-мм броню высокой твёрдости, скорострельность его достигала 1500 выстрелов в минуту, а прицельная дальность превышала 3,5 км.

До 22 июня 1941 года на Ковровском механическом заводе было выпущено около 2000 ДШК, а к концу Великой Отечественной войны это число возросло до 9000 экземпляров. ДШК применялся во всех родах войск, в том числе в системе ПВО, устанавливался на бронемашинах, бронепоездах, танках, бронекатерах и более крупных военных кораблях. Его сметающая ураганная мощь не оставляла врагу никаких шансов. Крупнокалиберный пулемёт Дегтярёва - Шпагина - это практически единственное оружие, созданное до войны, которое состоит на вооружении и применяется в вооружённых конфликтах в настоящее время.

2 января 1940 года, в день своего 60 - летия, В.А. Дегтярёву Указом Президиума Верховного Совета СССР "За выдающиеся успехи в деле изобретения и конструирования новых, особо важных образцов вооружения Красной Армии" было присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением высшей награды СССР ордена Ленина и выдана денежная премия в размере пятидесяти тысяч рублей.

Он был доктором технических наук и депутатом Верховного Совета ССР. Казалось бы, человек достиг вершины своих возможностей, большего от него нечего ожидать, и ничего нельзя от него требовать. Но в мире становилось всё тревожнее, по Европе расползалась коричневая чума фашизма, совсем недавно отгремели бои на Халхин-Голе, продолжалась связанная с огромными трудностями советско-финская война.

Дегтярёв не собирался уходить на покой, он занимался усовершенствованием своего автомата, первые образцы которого увидели свет ещё в 1934 году. И автомат с повышенной ёмкостью магазина, вмещавшего 73 патрона, был создан под наименованием ППД-40, он принял участие в заключительных боях финской компании, и встретил огнём гитлеровских оккупантов, перешедших границу СССР 22 июня 1941 года.

На Ковровском заводе было изготовлено 81 118 автоматов с маркой ППД. Вскоре ему на смену пришёл более простой в изготовлении автомат ППШ, создателем которого стал ученик Дегтярёва Шпагин.

Неоценимый вклад внёс тульский мастер в разгром фашистов под Москвой. Танковые клинья гитлеровцев рвались к столице. Их были тысячи. Кроме бронированных машин немецкого производства к Москве позли французские, чехословацкие, итальянские, польские танки. Были среди них и трофейные - советские. Все силы и средства Красной Армии были брошены навстречу бронированным армадам. Но из катастрофически не хватало.

Именно тогда Дегтярёв со своими товарищами совершили беспримерный подвиг: за несколько недель они создали принципиально новое оружие - противотанковое ружьё, в два раза легче немецкого и во столько же раз мощнее. Испытания показали, что выпущенная из противотанкового ружья бронебойно-зажигательная 14,5 мм пуля со стальным калёным сердечником пробивает лобовую броню любого немецкого танка на дистанции до 500 метров.

Вместе с 5-зарядным ПТР Симонова ПТРД (противотанковое ружьё Дегтярёва) было немедленно принято на вооружение и вступило в бой. Производство ПТРД шло круглосуточно в трех цехах - в первом изготовлялся ствол, во втором ложе и приклад, в третьем затвор. За одним из станков трудился и сам создатель ружья.

Серийное производство ПТРД началось в Коврове 22 сентября 1941 года, в октябре первая партия из 50 ружей была отправлена на фронт. Всего в 1941 году было выпущено 17 688 ружей, а в 1942 году - 184 800 ПТРД. А за всё время Великой Отечественной войны было изготовлено 281 111 ПТРД.

Вот один из эпизодов применения ПТРД. ...11 января 1943 года возле хутора Дядин Белокалитвинского района Ростовской области на пути немецких танков, прорвавшихся в тыл советских войск, встал всего один боец - Старцев Фёдор Григорьевич. Отважный красноармеец, ведя огонь из ПТРД, подбил и сжёг 11 вражеских танков, сорвав контратаку гитлеровцев. Старцев погиб во втором своём бою, 18 января, уничтожив ещё четыре фашистских танка. Звание Героя Советского Союза ему было присвоено посмертно.

Противотанковое ружьё Дегтярёва в начальный период войны способно было уничтожить любой немецкий танк, не говоря уже об автомашинах и мотоциклах. Большой любовью пользовалось противотанковое ружьё у партизан - ... пули легко пробивали паровозные котлы и цистерны с бензином, бронетехника не спасала карателей в "партизанских краях" от метких выстрелов из засад. Даже низколетящие самолёты становились добычей длинноствольного ружья. Использовалось оно и для подавления вражеских огневых точек, и как снайперское оружие.

До конца войны Дегтярёв занимался организацией массового производства оружия, улучшил свой ручной пулемёт, который был принят на вооружение 14.10.1944 года под названием "7,62-мм ручной пулемёт Дегтярёва, модернизированный (ДПМ)".

Свои опыт и знания Дегтярёв щедро передавал ученикам: Сергею Гавриловичу Симонову, конструктору автоматической винтовки, самозарядного карабина и 5-зарядного ПР, Георгию Семёновичу Шпагину, соавтору Дегтярёва по изобретению крупнокалиберного пулемёта ДШК, и конструктору основного автомата Красной Армии - знаменитого ППШ, Пётру Максимовичу Горюнову - создателю великолепного станкового пулемёта СГ-43, пришедшего на смену легендарному пулемёту "Максим".

За заслуги в укреплении обороноспособности страны гениальный русский конструктор стрелкового оружия Дегтярёв Василий Алексеевич четырежды награждался Сталинской премией (последняя награда посмертно), стал вторым после Сталина Героем Социалистического Труда, был представлен к званию генерал-майора инженерно-артиллерийской службы, трижды награждался Орденом Ленина, является кавалером ордена Суворова I и II степени, награждён орденом Красной Звезды и орденом Трудового Красного Знамени и различными медалями.

Генерал-майор инженерно-артиллерийской службы В. А. Дегтярёв умер 16 января 1949 года. Похоронен в Коврове на Иоанно-Воинском кладбище.


Российский конструктор автоматического оружия Игорь Яковлевич Стечкин родился 15 ноября 1922 года в городе Алексине Тульской губернии в семье врача. Роды были трудными из-за того, что ребёнок был крупным. В семье считают, что ему с рождения суждено было стать оружейником. Когда Игорь издал первый крик, его положили пеленать на тумбочку, в которой хранился отцовский пистолет. В доме у Стечкиных вообще был целый арсенал: несколько охотничьих ружей, кинжал, кортик и три револьвера. Один был отцовский, полагавшийся ему по должности. Наган привезла с фронта мать. И был один револьвер - военный трофей.

Всё это оружие Игорь просто обожал. Он ухитрялся тайно брать оружие для своих экспериментов. Ещё подростком он уже отлично разбирался в его устройстве, и ребята постарше спокойно доверяли Игорю ремонтировать своё оружие. Отец был страстным охотником и превосходным стрелком. Из малокалиберного ружья он мог пулей забить в стенку гвоздь. Мать тоже отлично стреляла. На полу одной из комнат лежала шкура застреленного ею медведя.

Ещё в Алексино Игорь мастерил поджигные пистолеты и экспериментировал с ними. При этом эксперименты не всегда проходили удачно.

В 1935 году семья Стечкиных переехала в Тулу, где он окончил среднюю школу и в 1941 году поступил на оружейно-пулеметное отделение Тульского механического института. В 1941 году Стечкина освободили от службы в армии со статьей по зрению. Этим, кстати, Стечкин в последствии и будет, всегда, отличаться от большинства советских оружейников - большие, иногда, тёмные очки и нахмуренный взгляд. После неудачи с военной службой, Стечкин возвращается на свою Родину, в Тулу и продолжает, оставленное некогда обучение в Тульском механическом институте. В начале войны Стечкин переехал в Ижевск. Там он учился в эвакуированном Московском высшем техническом училище им. Н. Э. Баумана и одновременно работал на моторном заводе шлифовщиком.

В конце 1942 года Стечкин вернулся в Тулу и в феврале 1948 года окончил Тульский механический институт, защитив дипломный проект по теме "Самозарядный пистолет калибра 7,65 мм. В ходе экзамена стало ясно, что чертежи пистолета, которые Стечкин предоставил для изучения экспертам и членам экзаменационной комиссии, кардинально отличаются от выпущенных ранее образцов стрелкового оружия.

Один из членов комиссии, вникая в чертежи молодого выпускника обронил фразу, суть которой сводилась к одному: пистолет, чертежи которого предоставил Игорь Яковлевич, стрелять не будет и не может. На что молодой инженер ответил просто: достал из кармана заранее собранный опытный образец пистолета и произвел три выстрела холостыми патронами в потолок.

После этого Стечкин получил отметку "отлично" в красном дипломе, а пистолет, которым Стечкин впечатлил комиссию, до сих пор хранится в музее Тульского государственного университета, там и членам экзаменационной комиссии, кардинально отличаются от выпущенных ранее образцов стрелкового оружия.

После окончания института в 1948 году Игорь Стечкин был направлен на работу в ЦКБ 14, где занимались разработкой стрелкового оружия, и зачислен на должность инженера.

Первым его заданием была разработка 9 мм пистолета, позволяющего вести одиночную и автоматическую стрельбу с эффективной дальностью до двухсот метров и имеющего магазин большой емкости. Во всех проектах Стечкина, помимо надёжности, удобства и других общих параметров всегда закладывался один неизменный пункт - изящество. По убеждениям самого конструктора некрасивое оружие стрелять не могло.

Этой точки зрения Стечкин придерживался до последнего, пока еще мог работать в сфере проектирования и создания оружия. Стремление Стечкина к изяществу в оружии, сделало его едва ли не первым советским инженером, который обратил внимание на компоновку оружия, называвшуюся почти никому не известным словом "булл-пап". При этой схеме спусковой крючок стрелкового оружия вынесен вперёд и расположен перед магазином и ударно-спусковым механизмом.

Через три года после окончания института молодой инженер ЦКБ-14 (сейчас это Государственное унитарное предприятие "Конструкторское бюро приборостроения") уже победил на конкурсе моделей автоматического армейского пистолета. Образец Стечкина мог стрелять очередями, обеспечивая прицельную дальность до 200 метров. Магазин на 20 патронов давал возможность вести продолжительный бой, не перезаряжая оружие. Деревянная кобура использовалась в качестве приклада, и, таким образом, "АПС" фактически превращался в пистолет-пулемет.

3 декабря 1951 года, успешно пройдя испытания, пистолет был принят на вооружение Советской Армии с присвоением ему наименования АПС (Автоматический пистолет Стечкина), в обиходе просто "Стечкин". АПС предназначался для вооружения тех категорий военнослужащих, для которых было необходимо компактное оружие с высокой огневой мощью, то есть фактически стал аналогом современной концепции PDW - персонального оружия самообороны.

АПС приобрёл множество поклонников в армии, особенно среди солдат и офицеров, которым довелось применять его в боевых условиях, и до сих пор находится на вооружении спецподразделений. Армейские требования предполагали, что носить его нужно было с четырьмя снаряженными магазинами, по 20 патронов в каждом, и это как-то тяжко было.

Особенно сложно было привыкнуть к стрельбе быстрой, интенсивной, когда требовалось среагировать немедленно - рукоять у пистолета казалась неудобной, но потом привыкали и даже благодарили конструктора, потому что в случаях близкого контакта с противником, вооруженные ПМ солдаты имели меньше шансов на успех, чем вооруженные "Стечкиным". Новый "ствол" Стечкина оказался настолько популярен, что даже лидер кубинской революции Эрнесто Че Гевара, а позднее и Фидель Кастро - обзавелись такими в годы советско-кубинской дружбы.

Государственную премию за АПС Игорь Стечкин получал вместе со своим учителем и другом Николаем Макаровым, разработчиком и создателем пистолета ПМ (Пистолет Макарова).

В 1955 году конструктором были созданы два пистолета ТКБ 506 и ТКБ 506 А и специальный патрон к ним для бесшумной стрельбы.

В конце 1950 х годов в связи с интенсивным развитием работ по ракетной технике Стечкин, один из немногих конструкторов стрелкового оружия, активно включился в создание реактивно управляемого вооружения. Работая более десяти лет в качестве главного конструктора проекта, он внёс большой вклад в создание высокоэффективных противотанковых управляемых комплексов "Фагот" и "Конкурс".

Для спецподразделений в конце 60-х годов был разработан "бесшумный" вариант пистолета - пистолет АПБ (автоматический пистолет бесшумный), а уже в 1972 году новый пистолет приняли на вооружение в части специального назначения. От обычного АПС этот пистолет отличался съёмным глушителем и небольшими доработками для его крепления.

Именно АПБ на долгие годы стал надёжным другом и соратником бойцов специальных подразделений. Точность, надёжность и магазин на 20 патронов позволяли эффективно работать на дистанциях, недоступных для пистолета Макарова. Надежность пистолетов конструкции Стечкина отмечена в десятках стран по всему миру, а его эксплуатация, несмотря на солидный возраст, продолжается и сейчас - подразделения спецназа ГРУ, ВДВ и многих других специальных отрядов используют пистолет Стечкина и менять его на другие не хотят.

В 1971 году Стечкин был переведён в Центральное конструкторское бюро спортивно-охотничьего оружия (ЦКИБ СОО), где он вновь занялся конструированием стрелкового оружия. Конструктор принял участие в конкурсной работе по созданию укороченного автомата "Модерн" под 5,45 мм патрон, участвовал в конкурсе под шифром "Абакан" по созданию высокоэффективного 5,45 мм автомата для замены АК 74.

Самым главным недостатком этого автомата была низкая кучность стрельбы очередями. Именно низкая кучность стрельбы и позволила инициировать в 1981 году целую серию НИОКР по проекту нового, перспективного автомата с рабочим названием "Абакан". Уже через три года, в 1984 году, первые опытные образцы были представлены для испытаний.

Среди всех автоматов, предоставленных для испытаний, почти все были построены по традиционной схеме: спусковой крючок позади, магазин и УСМ впереди. Стечкин же, решил пойти другим путём. Его ТКБ-0146 был единственным "булл-пап" автоматом, предоставленным для испытаний в программу "Абакан". В этом автомате Стечкину, прежде всего, удалось не только решить проблему кучности стрельбы, но и добиться того, чтобы стреляные гильзы еще не летели стрелку в лицо, как в других винтовках с "булл-пап" схемой. Стечкину удалось решить эту проблемы фактически гениально.

Отдачи из автомата Стечкина, который предоставили для испытаний, почти не было. В автоматическом режиме кучность была фантастическая. Однако, по каким-то причинам автомат "зарубили" на финальных испытаниях и к принятию на вооружение рекомендовали автомат конструкции Никонова, который сейчас известен, как АН-94.

За полвека творчества Стечкиным были разработаны: пистолеты "Бердыш" и "Дротик", револьвер "Кобальт", укороченный автомат "Модерн", противотанковые ракетные комплексы "Фагот" и "Конкурс".... А современный пистолет "Пернач", пришедший на смену великолепному "АПС" по всем параметрам, превосходит "ветерана". В общей сложности на счету конструктора - более 60 разработок и свыше 50 изобретений.

Так получилось, что выдающийся оружейник, автор более сотни разработок и изобретений, не был даже кандидатом наук. Считал, что его дело - чистая практика, а ученая степень больше подходит начальству. Защищать диссертацию было некогда. Даже звание заслуженного конструктора РФ ему присвоили только к 75-летнему юбилею.

Не стал Стечкин и Героем Социалистического Труда. А ведь грозный "АПС" ставит его в один ряд с другими знаменитыми тульскими изобретателями - Федором Токаревым (пистолет "ТТ") и Николаем Макаровым (пистолет "ПМ"). Ордена Трудового Красного Знамени и Почета - вот самые высокие награды конструктора. Не удостоен человек, прославивший на весь мир Тулу, даже звания почетного гражданина города...

Когда у него спрашивали чересчур любопытные знакомые: мол, почему это знаменитый конструктор ходит по городу без охраны, отвечал: "А кому я нужен..." Он не любил привлекать к себе внимания. Не нажил оружейник, которому одного "стечкина" с лихвой хватило бы для громкой прижизненной славы и почета, ни хором, ни денежных накоплений.

Игорь Яковлевич был однолюб. Со своей будущей женой познакомился ещё в школе и жутко ревновал её ко всем. Жил он вместе с женой и младшим сыном Ярославом в двухкомнатной квартире. Скромно жил. По нынешним временам, даже бедновато. Да и что купишь на мизерное жалованье ведущего инженера-конструктора? Стечкин в месяц получал всего 1875 рублей: 1250 - оклад и 625 рублей - персональная надбавка. Что поделаешь, такова участь всех, кто "кует" оружие в России. Богатства себе они не нажили. Практически вся "шикарная" мебель, швейная машинка и другие бытовые вещи, купленные на деньги от Сталинской премии, так и стоят в квартире Игоря Яковлевича. Обновить ее было не на что.

С начала 1990 х годов Игорь Стечкин вернулся к разработке личного стрелкового оружия. На вооружение органов внутренних дел были приняты созданные им образцы: 9 мм револьвер "Кобальт" ОЦ 01, 5,45 мм автоматический пистолет "Дротик" ОЦ 23, 9 мм самозарядный пистолет "Бердыш" ОЦ 27, 9 мм автоматический пистолет "Пернач" ОЦ-33. До последних дней своей жизни Стечкин работал в Центральном конструкторском исследовательском бюро спортивного и охотничьего оружия - филиале знаменитого КБ приборостроения. Когда тяжело заболел, оказался рак.

Уже после его смерти, в 2002 году, на вооружение ВС России был принят "7,62 мм револьвер специальный ОЦ 38".

Скончался он 28 ноября 2001 года, похоронен в Туле на Смоленском (Первом городском) кладбище.

За достигнутые успехи в области проектирования образцов оружейной техники Игорь Стечкин был удостоен Государственной премии СССР (1952), награждён орденом Трудового Красного Знамени (1971), медалями "За трудовое отличие" (1962), "За доблестный труд" (1970). Ему присвоено почётное звание "Заслуженный конструктор Российской Федерации" (1992).

Награждён почетным знаком Тулы "За заслуги перед городом".

Однажды его дядя, Борис Сергеевич Стечкин - академик, выдающийся ученый в области гидродинамики и теплотехники, создатель теории теплового расчета авиационных и воздушно-ракетных двигателей, один из основателей легендарного Центрального аэрогидродинамического института (ЦАГИ), лауреат двух Государственных премий СССР был остановлен постовым. Проверил милиционер права и сказал: "Большое спасибо, товарищ академик вам за пистолет".


Самым узнаваемым символом России времён Первой мировой войны и последующей революции был пулемёт "Максим". Создал его британский изобретатель и оружейник американского происхождения Хайрем Стивенс Максим.

Хайрем Максим родился 5 февраля 1840 года в американском городе Сэнгервиле (штат Мэн, США). Отец Максима - потомок некогда эмигрировавших из Франции гугенотов - имел небольшую ферму. В 1846 году отец Максима решил оставить земледелие и переселиться в город. Здесь он сделался токарем по дереву, а затем приобрел небольшую мельницу.

В городе Хайрем смог доставать книги. Особенно привлекали его книги по географии и астрономии. Токарное ремесло, с которым он ознакомился в мастерской отца, определило первые шаги его самостоятельной карьеры. Четырнадцати лет Хайрем был отдан в обучение к деревенскому экипажному мастеру.

После окончания начальной школы работал на заводах в Фитчбурге, Бостоне и Нью-Йорке в должности чертёжника и мастера. В это время Максим изобретает различные устройства: машины для добывания светильного газа, питания паровых котлов водой и другие изобретения. В 1864 году Максим поселился в Фичбурге, у своего дяди Лави Стивенса, владевшего солидной механической мастерской, куда Максим устроился на работу. У Стивенса Максим конструирует усовершенствованный регулятор для газовых горелок и автоматический огнетушитель.

Разойдясь с дядей, Максим поступил в мастерскую физических приборов Оливера Дрейка, у которого он приобрел большие знания по точной механике. Благодаря Дрейку Максим приобрел репутацию талантливого и знающего инженера. Переселившись в Нью-Йорк, Максим познакомился там с Шуйлером, учредителем и президентом первой в Америке компании электрического освещения.

Шуйлер предложил молодому инженеру стать главным управляющим нового предприятия. Этот период деятельности Максима был посвящен почти исключительно электротехнике. Он занимался усовершенствованием динамо-машин, электродвигателей и аккумуляторов; им были взяты патенты на новый тип коммутатора, различные системы счетчиков, проводов, электрических приборов для зажигания и. т. д.

Изучив электротехнику, Максим в 1877 совместно с Вильямсоном и др. основал компанию, занимающуюся электрическим освещением, и в 1881 году на выставке в Париже выставлял несколько моделей динамо-машин и ламп накаливания. К этому периоду относятся несколько споров между Максимом и Эдисоном из-за патентов на лампы накаливания.

В 1881 году эмигрировал в Англию и занялся разработкой оружия, в том числе знаменитого пулемёта. В одном из интервью Максим сказал, что как-то встретил знакомого американца в Вене в 1882 году, и тот, сказал: "Бросай свою химию и электричество. Если хочешь заработать кучу денег, придумай что-нибудь, что позволит этим европейцам ещё лучше перегрызать друг другу глотки...".

И Максим нашёл, чем заняться. Дело в том, что свой первый образец автоматического оружия - пулемёт Максим создал ещё в 1873 году. Он решил использовать энергию отдачи оружия, которая до этого никак не использовалась. Но испытания и практическое применение этого оружия были прекращены на 10 лет, так как Максим был не только оружейником и помимо оружия интересовался другими изобретениями.

В его диапазон интересов входила различная техника, электричество и так далее, а пулемёт был лишь одним из многих его изобретений. В начале 1880-х годов Максим, наконец, взялся за свой пулемёт, но по внешнему виду его оружие уже сильно отличалось от образца 1873 года. Возможно, эти десять лет ушли на обдумывание, расчёты и усовершенствование конструкции в чертежах.

После этого Хайрем Максим дал предложение правительству США о принятии его пулемёта на вооружение. Но изобретение никого в США не заинтересовало, и тогда Максим эмигрировал в Великобританию, где его разработка первоначально также не вызвала особого интереса со стороны военных. Однако им всерьез заинтересовался присутствовавший на испытаниях нового оружия британский банкир Натаниэль Ротшильд, согласившийся финансировать разработку и производство пулемёта.

"Оружейная компания Максима" начала изготовлять и рекламировать пулемёты, показывая их работу во многих государствах. Хайрему Максиму удалось добиться отменной живучести и надёжности своего оружия, и в конце 1899 года его пулемёт, произведённый под британский патрон калибра .303 (7,7 мм) произвёл 15 тыс. выстрелов без каких-либо серьёзных затруднений.

Вместе с пятью партнерами (двое из которых были братья Виккерс). Максим учредил компанию Maxim Gun с уставным капиталом в 50 тыс. фунтов стерлингов и оформил множество британских и иностранных патентов на это оружие - по всем возможным вариациям принципа перезарядки за счет отдачи.

Весной 1885 года Максим продемонстрировал свой пулемет в действии на выставке изобретений в Южном Кенсингтоне.

В 1888 году Максим объединился с компанией Nordenfeldt. Союз продлился до 1896 года, когда британская компания Vickers купила Maxim-Nordenfeldt.

После успешной демонстрации пулемёта в Швейцарии, Италии и Австрии Хайрем Максим приехал в Россию с показательным образцом пулемёта .45-го калибра (11,43 мм).

В 1887 году прошли испытания пулемёта "Максим" под 10,67-мм патрон винтовки Бердана с дымным порохом. 8 марта 1888 года из него стрелял император Александр III. После испытаний, представители русского военного ведомства заказали Максиму 12 пулемётов образца 1885 года под 10,67-мм патрон винтовки Бердана.

Поставлять пулемёты "Максим" в Россию начало предприятие "Сыновья Виккерс и Максим". Пулемёты были доставлены в Санкт-Петербург в мае 1889 года. Новым оружием заинтересовался и российский военный флот, он заказал ещё два пулемёта для проведения испытаний.

В дальнейшем, винтовка Бердана была снята с вооружения, и пулемёты "Максим" были переделаны под 7,62-мм патрон русской винтовки Мосина. В 1891-1892 гг. для испытаний были закуплены пять пулемётов под патрон 7,62х54 мм. В течение 1897-1904 гг. был закуплен ещё 291 пулемёт.

В 1901 году 7,62-мм пулемёт Максима на колёсном лафете английского образца был принят на вооружение сухопутных войск, в течение этого года в русскую армию поступило первые 40 пулемётов Максим. Пулемёт (масса которого на тяжёлом лафете с большими колёсами и большим бронещитом составляла 244 кг) отнесли в подчинение к артиллерии. Пулемёты планировалось использовать для обороны крепостей, для отражения массированных атак пехоты противника огнём с заранее оборудованных и защищённых позиций.

В марте 1904 года был подписан контракт о производстве пулемётов "Максим" на Тульском оружейном заводе. Стоимость производства тульского пулемёта (942 рубля + 80 фунтов стерлингов комиссионного вознаграждения фирме "Виккерс", всего около 1700 рублей) была дешевле, чем стоимость приобретения у англичан (2288 рублей 20 копеек за пулемёт). В мае 1904 года на Тульском оружейном заводе началось серийное производство пулемётов.

Пулемёт "Максим" был предназначен для поддержки пехоты огнём, а также для подавления огня противника и расчистки пути пехотинцам при наступлении, или для прикрытия при отступлении. В обороне пулемёт "Максим" был предназначен для борьбы с огневыми точками противника, для обстреливания открытых подступов.

В Судане 2 сентября 1898 года в битве при Омдурмане 10-тысячное англо-египетское войско сражалось со 100-тысячной армией Судана, состоявшей, в основном, из иррегулярной конницы. Массированным пулемётным огнём атаки суданской конницы были отбиты. Английские части при этом понесли незначительные потери.

Пулемёт Максима применялся во время Русско-японской войны. В одном из сражений под Мукденом русская батарея, оснащённая шестнадцатью пулемётами "Максим" (тогда в русской армии пулемёты были подчинены артиллерийскому ведомству), противостояла нескольким атакам японцев, вскоре японская сторона потеряла половину наступавших. Без помощи пулемётов отбить эти атаки так эффективно было бы невозможно. Произведя несколько десятков тысяч выстрелов за сравнительно малый промежуток времени, русские пулемёты тем не менее не вышли из строя и были в хорошем состоянии, доказав тем самым свои исключительные боевые характеристики. Теперь пулемёты стали закупаться сотнями, несмотря на значительную цену, свыше 3000 рублей за пулемёт. При этом их уже в войсках снимали с тяжёлых лафетов и с целью повышения манёвренности ставили на самодельные, более лёгкие и удобные в перевозке станки.

Кроме пулемета Максим занимался изобретением подводных мин и торпед, он же разработал проект воздушной торпеды. Наибольшее значение имеют его работы по усовершенствованию взрывчатых веществ. В этой области с именем Максима связано введение бездымного пороха, применение которого произвело целый переворот в стрелковом и артиллерийском деле.

В 1899 году Максим стал натурализованным подданным Великобритании. В 1901 году за выдающиеся изобретения королева Виктория произвела Максима в рыцари в знак признания заслуг за оружейное обеспечение в Судане (1896-1898) и в битве при Омдурмане (1898).

В последние годы жизни занимался также разработкой летательных аппаратов.

В 1914 году Хайрем построил свой первый удачный вариант самолета - прообраз знаменитого истребителя Spitfire; на истребителе стоял пулемет Максима.

После отставки сэр Хайрем Максим вернулся к паровым машинам. Он изобрел примитивный эхолокатор с использованием энергии пара. Ему принадлежит и авторство на паровой ингалятор, который впоследствии помог тысячам людей, которые, как и он, страдали от бронхита. Но славу и богатство Максиму принес именно пулемет, который он сам, впрочем, всегда называл "машиной убийства".

Хайрем Стивенс Максим скончался в Великобритании 24 ноября 1916 года. Похоронен на Лондонском кладбище Уэст-Норвуд.

Пулемёт Максима активно применялся РККА в Великой Отечественной войне. Его использовала как пехота, так и горнострелковые части, а также флот. Во время войны боевые возможности "Максима" пытались повысить не только конструкторы и производители, но и в войсках. Солдаты часто убирали с пулемёта бронещит, тем самым пытаясь повысить манёвренность и добиться меньшей заметности. Для маскировки помимо камуфляжной окраски, на кожух и щит пулемёта надевали чехлы. В зимнее время "Максим" устанавливали на лыжи, санки или на лодку-волокушу, с которых и вели огонь. Во время Великой Отечественной войны пулемёты крепили на лёгкие внедорожники "Виллис" и ГАЗ-64.

Был и счетверённый зенитный вариант "Максима". Эта зенитно-пулемётные установки широко применялась в качестве стационарной, корабельной, устанавливалась в кузовах автомашин, бронепоездах, железнодорожных платформах, на крышах зданий.

Пулемётные системы "Максима" стали самым распространённым оружием войсковой ПВО. Счетверённая зенитно-пулемётная установка образца 1931 года отличалась от обычного "Максима" наличием устройства принудительной циркуляции воды и большой ёмкостью пулемётных лент - на 1000 патронов вместо обычных 250. Используя зенитные кольцевые прицелы, установка была в состоянии вести эффективный огонь по низколетящим самолетам противника (максимально на высотах до 1500 м при скорости до 500 км/ч). Эти установки также часто использовались для поддержки пехоты.


Автором многих революционных идей в области огнестрельного оружия был Джон Мозес Браунинг. Родился он 21 января 1855 года в городе Огден, штат Юта в США. Отец Джона Браунинга - Джонатан Браунинг (22 октября 1805 - 21 июня 1879) был одним из первых мормонских переселенцев, вышедших из Иллинойса. В 1852 году Джонатан Браунинг открыл оружейную мастерскую. Примкнул к общине мормонов в 40-х годах XIX века. Имел 22 детей от трех жен.

В 14 лет Джон Браунинг сконструировал свою первую однозарядную винтовку для брата Мэтта.

В 23 года Джон Мозес Браунинг получает свой первый патент на однозарядную винтовку "J. M. Browning Single Shot Rifle", известную также под названием "Модель 1879 года". Позже он её усовершенствовал и под названием "Модель 1885 года" она производится до сих пор. Незадолго до своей смерти его отец, будучи уже больным, передает кузницу и оружейный цех Джону и его брату Мэтту. Вдвоем с братом они открывают маленькую оружейную фабрику - магазин названную "J.M. Browning & Bros.", со штатом в семь человек и меньше чем тысячей долларов на счету в банке.

В течении нескольких лет дела компании шли с переменным успехом, пока в 1883 году их однозарядную винтовку случайно не приобрел представитель компании "Winchester" Эндрю МакАусланд. Он показал эту винтовку руководству фирмы, которое высоко оценило её конструкцию и дизайн винтовки. На встречу с братьями Браунинг выехал управляющий компанией "Winchester" Т. Г. Беннет, который прибыл в Огден спустя шесть дней. Контракт был заключен, и братья стали работать на компанию "Winchester".

К тому времени Джон Браунинг уже понял, что, несмотря на высокий уровень продаж, он не может проводить в жизнь свои новые идеи, поскольку слишком много времени у него отнимает рутинная работа. Поэтому он с радостью принял предложение Винчестера и продал права на производство своей винтовки за 8000 долларов. По тем временам это была солидная сумма.

Винчестер тоже выиграл от сделки: он избавился от конкурента и получил возможность изготавливать превосходное оружие.

Здесь Джон Мозес Браунинг запатентовал несколько своих изобретений и изобрел полуавтоматическое ружье с магазином, расположенным под стволом. Новое ружье с таким магазином получила название "Ауто - 5", или Модель 1900 года, и производится до сих пор.

Кроме того, были разработаны винтовки: Магазинная винтовка 1886 года, Магазинное ружье 1887 года, Магазинная винтовка 1894 года, Магазинная винтовка 1895 года, Магазинное ружье 1897 года с перезарядкой продольно скользящим цевьем ("помповое").

Сосредоточившись на конструкторской работе, Джон Мозес Браунинг постоянно, вплоть до 1902 года, поставлял в компанию Винчестера разработки огнестрельного оружия. У них оказалась разная судьба: одни стали выставочными образцами, другие, напротив, пошли в серийное производство. Однако в каждой модели проявлялась творческая мысль конструктора.

Также Браунинг работал над системами, где для перезарядки оружия используется отвод части пороховых газов из канала ствола. Позже он использовал эту схему в своих автоматических винтовках, пулеметах и ружьях.

Действие автоматической винтовки Браунинга было основано на использовании энергии пороховых газов, которые отводились из ствола в специальную трубку, а оттуда - на поршень с толкателем. Из винтовки можно было стрелять как одиночными выстрелами, так и очередями. Правда, при автоматической стрельбе ствол быстро перегревался, так как был толстостенным. Кроме того, оружие было достаточно тяжелым - его вес достигал семи килограммов.

Поэтому Джон Браунинг и переделал винтовку в пулемет. Энергия газов позволяла не только перезаряжать оружие, но и отбрасывать в сторону стреляную гильзу. На заводе Винчестера винтовку изготовили на настоящем оборудовании, ее вес уменьшился - и достоинства идеи Браунинга проявились в полной мере.

Сам конструктор рассказывал, что идея пришла к нему на полигоне, где он увидел, как под мощным потоком вылетающих из ствола газов пригибаются растения. Джон понял, что необходимо использовать пропадавшую даром силу отдачи. Вначале он изготовил опытный образец.

Проверив свою гипотезу на практике, Джон Мозес Браунинг изготовил три разновидности оружия - два ручных и станковый пулеметы.

Однако Винчестер отказался пускать автоматический пулемет в промышленное производство, и Браунинг разорвал с ним отношения. Он упаковал свое изобретение и отправился через Атлантический океан. В Европе ему удалось заключить контракт на производство оружия с Национальной бельгийской фабрикой (ФН) в Герстале. Тогда фабрика только разворачивалась, и ей были необходимы новые разработки.

Позже Джон Мозес Браунинг стал разрабатывать дробовые ружья для американской фирмы Ремингтон. Выпускаемая же в Бельгии модель легла в основу разработок практически всех крупных производителей оружия. В 1918 г. изобретенная им автоматическая винтовка была принята на вооружение в армии США и использовалась до конца пятидесятых годов.

Успех изобретений Браунинга во многом объяснялся тем, что он одновременно работал над несколькими разработками. И хотя идеи часто буквально носились в воздухе, именно Джон Мозес Браунинг успел осуществить их техническую проработку.

Особенно успешной была его конструкция автоматического пистолета. Автоматика оружия основана на использовании отдачи затвора при неподвижном стволе. Массивная ствольная коробка отбрасывается силой отдачи назад, сжимая пружину. При обратном движении происходила перезарядка оружия и взведение курка. Магазин располагался в рукоятке, причем перезарядка осуществлялась посредством замены заранее снаряженной обоймы, что также повышало скорострельность.

Изобретенные Браунингом пистолеты производились также в Бельгии и в компании Кольта. Они отличались большим разнообразием калибров. Самыми же известными и распространенными стали автоматический скорострельный пистолет 45-го калибра, сверхмощный П-35 и 9- миллиметровый парабеллум. Рукоятки таких популярных моделей часто украшались пластинами из перламутра.

Судьба изобретений Джона Браунинга оказалась счастливой. Он был востребован своим временем, хотя часто его разработки использовались Кольтом, Ремингтоном, Стивенсоном и Винчестерской оружейной компанией без упоминания его имени.

Всего за 71 год своей жизни Джон Мозес Браунинг создал 37 моделей нарезного оружия и 18 гладкоствольного, получил 128 патентов на свои новые изобретения, однако далеко не всегда под его именем. Кроме того, Джон Браунинг разработал также и значительное количество различных образцов патронов к стрелковому оружию, большинство из которых, в основном пистолетные, давно стандартизированы и до настоящего времени находятся в массовом производстве, в том числе 6,35 мм Браунинг, 7,65 мм Браунинг, 9 мм Браунинг короткий, 9 мм Браунинг длинный.

Умер Джон Мозес Браунинг 26 ноября 1926 года от сердечного приступа. Его тело было перевезено из Бельгии на родину в Америку и захоронено там с военными почестями. Уже после смерти Браунинга, в 1927 году была создана компания J.M. & M.S. Browning Company в Юта, как дочернее предприятие Browning Arms Company. В 1935 году компания "Фабрик Националь" запустила в производство то, что не успел доделать при жизни Джон Браунинг - модель самозарядного пистолета "Браунинг Хай".

Одна из разработок Браунинга - пулемёт имела свою историю. Этой конструкцией заинтересовалась фирма "Кольт", с которой Браунинг, уже известный тогда оружейник, имел деловые контакты и ранее. Он тем временем подготовил предложения по улучшению своего детища, которые подал фирме в конце осени 1890 г. В середине 1891 г. фирма приняла для дальнейшей разработки и патентования уже прототип пулемета, благо сама к тому времени занималась картечницами Гатлинга и не без интереса следила за опытами с пулеметами Максима. Первым патентом на пулемет Джон Браунинг владел совместно с братом Мэттью Сэндефуром, последующие были только на имя Джона.

Второй "патентный образец" (действующая модель, необходимая для получения патента), предложенный Браунингом фирме "Кольт", был выполнен уже под штатный винтовочный патрон американской армии .45-70. Этот патрон, хотя еще и с дымным порохом, позволил, благодаря достаточному давлению в канале ствола, обеспечить автоматическую стрельбу из пулемета и довести ее темп до 400 выстр. /мин.

Заявка на патент была направлена в Патентное бюро США 3 августа 1891 г. Когда конструкция, защищенная в последующие годы еще тремя патентами, была доведена до стадии постановки на производство, фирма смогла, наконец, представить первый серийный пулемет, ставший известным как "Кольт" M1895. И все последующие модели пулеметов Браунинга первой начинала выпускать та же фирма "Кольт".

Серийные пулеметы "Кольт" М1985 сначала выпускались под патроны .30-40 "краг" (состоял на вооружении армии США) и 6-мм "ли нэви" (имелись в ВМС). В 1893 г. пулеметы начали закупать ВМС США для использования в десантных операциях, и к 1898 году флот располагал уже достаточным их количеством. Армия, однако, сохраняла у себя старые многоствольные "рукояточные" картечницы Гатлинга.

Между тем, первое "крещение огнем" "Кольты" прошли в 1898 г. именно в армии, в ходе Испано-американской войны. Причем, в войска они попали частным порядком - в начале войны сержант У. Тиффани, отпрыск состоятельного нью-йоркского ювелира, купил два пулемета для своего полка, командиром которого был, кстати, будущий президент США Т. Рузвельт.

Примечательно, что пулеметы эти были под патрон 7×57 "Маузер", каковой имелся у испанцев. За счет трофейных боеприпасов "кольты" смогли неплохо показать себя на Кубе в сражении при Сан Хуан 1 июля 1898 г. Они использовались также в боях с повстанцами Моро на Филиппинах в 1899-1901 гг., в подавлении Боксерского восстания в Китае в 1900 г. Имелись они и в экспедиционном отряде генерала Дж. Першинга, направленном в 1912 г. в Мексику против отрядов Панчо Вильи. После этой экспедиции отзывы о пулемете оказались довольно скептическими - прежде всего, из-за кучности стрельбы. К тому же, воздушное охлаждение ствола вынуждало вести огонь короткими очередями. Поток отводимых вниз пороховых газов и нещадно трясшаяся при стрельбе тренога обдавали расчеты пулеметов пылью и грязью, а качающийся под стволом рычаг длиной около 15 см затруднял стрельбу из-за укрытий. Эти недостатки в полной мере проявились и во время Первой Мировой войны.

Тем временем этот пулемет, модернизированный в 1904 г., продавался в Испанию, Италию, ряд стран Латинской Америки. Англичане в небольшом количестве использовали их во время Англо-бурской войны как альтернативу имевшимся у буров "максимам" германского производства, а потом, в начале Первой Мировой войны - в качестве учебных. Незадолго до нее появилась модификация М1895/1914 под патрон .30-06 "Спрингфилд", имевшая утяжеленный ствол без оребрения. В США проводились опыты по установке пулемета "Кольт" на легковой автомобиль и на мотоцикл.

Именно на модель М1895/1914 поступил заказ из России, вступившей в Первую Мировую войну без должного количества так необходимых армии пулеметов. Возможность их покупки за границей Главное Артиллерийское Управление (ГАУ) российского Военного министерства изыскивало уже с началом мобилизации. По плану снабжения армии, утвержденному в 1910 г., и в соответствии с дополнительными указаниями Главного Управления Генерального Штаба (ГУГШ), поставки пулеметов в армию должны были закончиться к январю 1915 г.

К этому времени она должна была иметь 4990 пулеметов, а в июле 1914 г. их было всего 4157. В июне 1915 г. ГАУ определило ежемесячную потребность в 800 пулеметов, в октябре пришли к выводу, что до конца января 1917 г. в армию требовалось поставить 31170 пулеметов (в действительности война потребовала их около 76 тыс.). Пулеметный отдел Императорского Тульского оружейного завода, выпускавший пулеметы "Максим", в одиночку решить эту проблему не мог.

Заказы в США казались гарантией скорой поставки оружия.

Не без помощи британского правительства в январе 1915 г. удалось оформить заказ всего на 1000 "кольтов" по цене 650 $ за штуку (эта весьма выгодная для поставщика цена потом оставалась неизменной, хотя общая стоимость комплекта, включавшего треножный станок, запасные части и вьючное седло могла повышаться). Русский военный агент в США полковник Голевский 8 и 29 марта и 15 мая (старого стиля) заключил с компанией "Кольт" соглашения о поставках пулеметов до 30 октября.

31 августа ГАУ поручило Сапожникову вести переговоры о 20 тыс. пулеметов непосредственно в США, а Голевскому - выдать заказ фирме "Кольт" еще на 1000 пулеметов под русский патрон. 23 сентября Голевский разместил заказ на 2850 пулеметов. Кроме вооружения вьючных пулеметных команд, пулеметы предполагалось также использовать "...на трициклетках или на легких грузовых автомобилях".

Первая партия из 50 комплектов пулеметов отправилась из Сиэтла уже в марте 1915 г., а к 1 октября было сдано 700 пулеметов. Они вместе с прочими грузами отправлялись пароходами из разных портов двумя путями - во Владивосток или в Архангельск.

Испытали пулеметы на Ружейном полигоне Офицерской стрелковой школы в Ораниенбауме в августе 1915 г. Рапорт начальника школы генерал-майора Филатова звучал не слишком обнадеживающе: "Заряжание пулемета одному человеку очень затруднительно, ...это заставляет признать, что пулемет Кольта совершенно непригоден для постановки на воздухоплавательные аппараты и бронеавтомобили.

Несмотря на упомянутый выше рапорт Н. М. Филатова, "Кольту" нашлось место и в русской авиации, испытывавшей острую нужду в этом виде оружия. К тому же он был компактнее и легче "Максима" или "Виккерса" - масса тела пулемета составляла 16,1 кг против соответственно 18,43 и 18,1 кг (без воды). Ручные пулеметы "Кольт" превосходил по интенсивности огня.

Еще 4 октября 1915 г. генерал Сапожников специально для авиачастей за наличные приобрел 67 пулеметов "Кольт" калибра 7 мм и 1 млн. патронов к ним. 30 апреля 1916 г. закупленные 7-мм пулеметы "Кольт" передали Воздухоплавательному отделу Главного Военно-технического управления (ГВТУ).

28 сентября 1916 г. был заключен еще один контракт на 3000 пулеметов со сдачей их с ноября 1916 по март 1917 г. Россия стала едва ли не самым крупным "потребителем" пулеметов "Кольт".

Всего же Россией было заказано 17 785 комплектов "кольтов", что составило более половины закупленных за рубежом станковых пулеметов, а их было 34 150. К 1917 г. "Кольт" стал вторым по численности пулеметом в русской армии после "Максима", хотя масштабов применения последнего он, конечно, не достиг. Всего же из-за океана было получено около 15 000 пулеметов "Кольт", а тульские оружейники в 1914-1917 гг. изготовили 28 100 "максимов". Кстати, заказ последних для фирмы "Кольт" оказался более трудоемким и был выполнен далеко не полностью.

В ходе Гражданской войны пулеметы "Кольт" широко использовались всеми сторонами (включая войска вновь образованных "независимых государств") и, практически, на всех фронтах. Их количество тогда даже пополнилось за счет поставок оружия из-за границы Белой армии. Но прошло не так уж много лет, и где-то в середине 1920-х пулеметы "Кольт" исчезли из подразделений Красной Армии. Закончилось их время, хотя на складах они, вероятно, хранились еще долго.


Пулемёты хорошо зарекомендовали себя во время Первой мировой войны как противопехотное скорострельное оружие. Но они обладали большим весом и для прицельной стрельбы требовали стационарной установки. В атаке они не применялись т.к. стрелять из них на бегу было невозможно. Поэтому конструкторы разных стран начали разработку такого оружия, которое обладало бы небольшим весом и высокой скорострельностью. Так появились первые пистолеты-пулемёты с более длинным стволом, стреляющие пистолетными патронами.

В Советском Союзе этому долго не придавали большого значения. Но в 1933 году конструктором Ф.В.Токаревым был разработан первый советский самозарядный пистолет ТТ. В 1935 году на вооружение Красной Армии поступил пистолет-пулемёт В.А.Дегтярёва. Но, из-за сложности изготовления ППД, в СССР не смогли наладить его массовое производство.

Нехватку скорострельного оружия в Красной Армии ощутили в период Зимней войны с Финляндией. Финские лыжники, вооружённые пистолетами-пулемётами Suomi, наносили большой урон советским солдатам. Поэтому в 1940 году наркомат вооружения поставил задачу создать на базе ППД образец, более пригодный к массовому производству. И такое оружие было разработано Георгием Шпагиным.

Георгий Семенович Шпагин родился 29 апреля в 1897 году в с. Ключниково Ковровского уезда Владимирской губернии в крестьянской семье. В 12 лет Егорка Шпагин, окончив трехлетнюю церковно-приходскую школу, уехал вместе с отцом в Ковров на заработки. Здесь он приобрел плотницкую профессию, однако повредил стамеской сухожилие указательного пальца правой руки.

Поэтому, когда в 1916 году Шпагина призвали в армию, он попал не в строевые части, а был определен оружейным мастером в пехотный полк. Будучи любознательным, Шпагин быстро изучил и револьвер "Наган", и трехлинейную винтовку Мосина, и станковый пулемет "максим", и ручные пулеметы иностранных систем. Умелые руки, смекалка и инициативность молодого оружейника способствовали тому, что уже через год его переводят в армейские артиллерийские мастерские.

В годы гражданской войны Шпагин в Красной Армии, проходит службу оружейным мастером во Владимирском гарнизоне.

В 1920 году, после демобилизации, Георгий Семенович поступил на работу слесарем в образцовую мастерскую Ковровского пулеметного завода. Первое, с чего начал Шпагин работу в мастерской, была сборка магазинов к автоматам Федорова обр. 1916 г. Уже вскоре он предлагает упростить сборку магазина, уменьшив количество заклепок и разместив их так, что прочность коробки магазина не уменьшилась, а масса снизилась.

Творчество в работе, смекалка Георгия Семеновича обратили на себя пристальное внимание директора завода инженера Федорова и начальника опытной мастерской Дегтярева. Ему разрешили самому работать на станках, а затем прикрепили молодых рабочих для обучения.

Успехи окрылили молодого конструктора, укрепили в нем веру в свои силы. К первым его разработкам относится конструкция шаровой установки для спаренного 6,5-мм танкового пулемета Федорова - Иванова. Эта работа послужила основой для создания впоследствии Шпагиным шаровой установки для крепления 7,62-мм танкового пулемета ДТ в танках, бронеавтомобилях, бронеплощадках. В 1924 - 1926 гг. Шпагин активно работал вместе с Дегтяревым над созданием ручного пулемета. С этого времени Шпагину доверяют разработку ответственных узлов и новых систем автоматического стрелкового оружия.

В 1931 г. Дегтярев привлекает Шпагина к работе над конструкцией своего крупнокалиберного пулемета ДК-32. Эта работа стала одним из важнейших этапов в становлении Георгия Семеновича как конструктора-оружейника. Он выступил не только помощником своего учителя, но и соавтором. Для 12,7-мм крупнокалиберного пулемета Дегтярева Шпагин предложил оригинальную систему питания, состоявшую из приемника барабанного типа и металлической патронной нерассыпной ленты питания. Красная Армия и Военно-Морской Флот получили на вооружение в 1938 г. по-настоящему действенное и очень эффективное средство войсковой ПВО под наименованием "12,7-мм крупнокалиберный пулемет Дегтярева-Шпагина обр.1938 г." Новый пулемет сразу получил в войсках отличную оценку. Георгия Семеновича за успехи в деле создания новых образцов вооружения и военной техники награждают его первой государственной наградой - орденом Красной Звезды.

После этого Шпагин принял решение перейти на самостоятельную творческую работу. Уже вскоре он создает знаменитый пистолет-пулемет ППШ, ставший символом советского оружия времен Великой Отечественной войны. Он пришел к мысли о штампосварной конструкции. В то время даже знатоки оружейного производства не верили в возможность создания штампосварочного автомата". Однако Георгий Семенович не побоялся пойти новым путем, воспользовавшись новейшими достижениями машиностроительной отрасли.

В сентябре 1940 года Шпагин представил в Артком ГАУ оригинальный пистолет-пулемет, поражавший простотой и элементарностью своей конструкции. В этом пистолете-пулемете были применены новые конструктивные решения, во многом улучшившие его эксплуатационные характеристики. Наряду с этим Шпагину удалось добиться и исключительно высоких производственно-экономических показателей нового оружия. В первую очередь это касалось значительного снижения трудозатрат на его производство. На изготовление пистолета-пулемета Шпагина расходовалось 13,9 кг металла и от 5,6 до 7,3-7,8 (в зависимости от мощности производства) станко-часов.

И только ствол, в частности его канал, подвергался тщательной доводке на металлообрабатывающих станках, остальные металлические детали изготавливались методом холодной штамповки из стального листа толщиной 2-5 мм, с применением точечной и дуговой электросварки. В конструкции пистолета-пулемета Шпагина почти полностью отсутствовали точные прессовые посадки, и было гораздо меньше резьбовых соединений.

Прогрессивная технология его изготовления давала значительную экономию металла, снижая трудоемкость, а использование дешевых и недефицитных материалов позволило в несколько раз уменьшить себестоимость. В целом оружие получилось настолько простым, что его производство могли освоить на любых, в том числе и неспециализированных машиностроительных заводах с прессо-штамповочным оборудованием мощностью не более 70-80 т.

Высокая надежность работы этого пистолета-пулемета в любых, в том числе и самых сложных условиях, достигнута простотой его устройства. Он не боялся ни мороза, ни снега, ни дождя, ни песка, ни пыли. На испытаниях ППШ показал рекордную живучесть - из него было сделано 70 000 выстрелов без каких-либо поломок. Разбирался пистолет-пулемет Шпагина всего на пять частей, что обеспечивало его быстрое изучение и освоение красноармейцами. В немалой степени именно этим объясняются хорошие служебно-эксплуатационные качества пистолета-пулемета, к которым относились: удобство заряжания и разряжания оружия, устранение задержек и т.д. "Представляемый на испытания опытный пистолет-пулемет Шпагина, - отмечала в своем решении комиссия, - при большом количестве деталей, изготовленных посредством штамповки, показал хорошие результаты, как при одиночном, так и при непрерывном огне". Это был колоссальный успех ковровского конструктора-оружейника. Неприхотливое оружие системы Шпагина, одержав убедительную победу над своими конкурентами на конкурсе, проведенном осенью 1940 г., 21 декабря того же года приняли на вооружение Красной Армии под наименованием "7,62-мм пистолет-пулемет Шпагина обр.1941 г. (ППШ-41)".

Так, в самый канун Великой Отечественной войны был создан знаменитый ППШ, ставший мощным оружием в руках воинов Красной Армии. Исключительная простота конструкции его пистолета-пулемета позволила в первые же месяцы войны подключить к производству многие, в том числе и никогда не занимавшиеся изготовлением оружия заводы. Первым выпуск ППШ в июле 1941 г. освоил завод НКВ СССР в г.Загорске Московской обл., первоначально предназначавшийся для изготовления ППД. Первая партия пистолетов-пулеметов Шпагина прошла испытания на фронте непосредственно в бою. Результаты превзошли все ожидания. Из штабов частей и соединений пришли восторженные отзывы, командиры просили наладить массовое производство ППШ.

В октябре того же года, в связи с быстрым продвижением германских войск к столице, оружейный завод эвакуировали в г.Вятские Поляны Кировской обл., где было организовано новое производство на базе недостроенной шпульной фабрики. Сюда же эвакуировали из подмосковного поселка Лопасня еще один завод, выпускавший барабанные магазины к ППШ.

Шпагин был назначен главным конструктором этого завода, ставшего головным по изготовлению ППШ для Красной Армии. Вятско-полянский машиностроительный завод очень тесно работал в кооперации с ижевскими металлургическим и машиностроительным заводами, обеспечивавшими его металлом, заготовками стволов, значительным количеством необходимого инструмента, оснастки и т.д. В годы войны оружейники из Вятских Полян выпустили более двух миллионов ППШ.

Значительные потребности Красной Армии в этом мощном оружии послужили основной причиной того, что к его массовому производству приступили многие неспециализированные машиностроительные заводы, в том числе в Ворошиловграде, Златоусте, Коврове, Тбилиси. Однако вторым основным центром по изготовлению ППШ в годы войны стала Москва. Если в ноябре трудящиеся столицы дали фронту первые 400 ППШ, то в декабре в разгар битвы за Москву советские воины получили 14 000 пистолетов-пулеметов Шпагина. Во время войны москвичи выпустили более 3,5 млн. пистолетов-пулеметов конструкции Шпагина. Всего же за четыре года Великой Отечественной войны советская оборонная промышленность выпустила 5,4 млн. ППШ обр.1941 г.

В 1942 г., после подписания межправительственного соглашения с Ираном, иранцам передали всю техническую документацию, необходимое оборудование и оснастку для изготовления пистолетов-пулеметов ППШ по советской лицензии. В годы войны наши воины получили несколько десятков тысяч ППШ иранского производства.

Пистолеты-пулеметы Шпагина лишили немецкую армию преимущества перед Красной Армией в автоматическом стрелковом оружии. Георгию Семеновичу за создание пистолета-пулемета присуждается Сталинская премия первой степени, его награждают орденом Ленина. Тысячи красноармейцев и командиров благодарили конструктора за его отличное оружие.

Уже в ходе войны конструкция ППШ претерпела некоторые изменения, обусловленные как накопленным боевым опытом, так и модернизацией массового поточного производства. В результате удалось не только снизить себестоимость ППШ с 500 руб. в 1941 г. до 142 руб. в 1943 г., т.е. в 3,5 раза, и упростить его производство, но и улучшить функционирование системы автоматики в самых затрудненных условиях эксплуатации.

За колоссальную работу, проделанную конструктором по модернизации своего оружия. Шпагин был награжден одной из высших полководческих наград - орденом Суворова второй степени.

Наряду с созданием пистолетов-пулеметов Шпагин в годы войны занимался и проектированием сигнальных пистолетов (ракетниц) упрощенных конструкций, созданных с использованием новейших технологий того времени - штамповки и сварки.

В 1943 г. на вооружение Красной Армии был принят 26-мм сигнальный (осветительный) пистолет Шпагина (ОПШ-1), предназначенный для пуска осветительных и сигнальных патронов. В том же году его конструкция была существенно модернизирована, и красноармейцы получили новый, более эффективный 26-мм сигнальный пистолет Шпагина (СПШ-2). Позже на его базе был создан авиационный вариант 40-мм ракетницы, служившей для подачи сигналов с самолета с целью распознавания "свой - чужой".

Сигнальные пистолеты СПШ удивительно простой и надежной конструкции и по сей день все еще продолжают верно нести свою службу, причем не только в Российских Вооруженных силах и армиях государств - членов СНГ, но и в армиях бывших стран - участниц Варшавского Договора, а также многих стран третьего мира. За создание сигнального пистолета Шпагин был награжден вторым орденом Ленина.

Пистолет-пулемет Шпагина стал самым массовым автоматическим оружием пехоты, с ним советские автоматчики прошли с боями по многим странам Европы и Азии. Ракетница конструкции Шпагина используется в российской армии до сих пор. Заслуги Георгия Семеновича были высоко оценены государством - в 1945 г. ему присваивают звание Героя Социалистического Труда.

После войны серьезно больной Шпагин отошел от активной конструкторской деятельности. Знаменитый советский оружейник скончался в 1952 г. на пятьдесят шестом году жизни. Похоронен он на Новодевичьем кладбище в Москве.


После окончания войны, летом 1945 года на испытательном полигоне были проведены показательные стрельбы, на которых оружейники представили новые образцы автоматов. Главными экспертами были Шпагин и Дегтярёв. И оба обратили внимание на автомат молодого конструктора Калашникова.


А несколько раньше, 15 июля 1943 года в Москве на техническом совете Наркомата вооружения собрались военные и гражданские специалисты. На столе лежал трофейный немецкий автомат. Был издан приказ: срочно сделать подобный отечественный автомат под патрон 7,762мм. В объявленном конкурсе приняли участие 15 лучших конструкторов. Конкурс затянулся на 2 года. В это время к именитым конструкторам присоединился простой сержант Михаил Калашников.

Михаил Тимофеевич Калашников родился 10 ноября 1919 в селе Курья, Алтайской губернии. Он был семнадцатым ребёнком в многодетной крестьянской семье, в которой родилось девятнадцать, а выжило восемь детей. В 1930 году семья его отца - Тимофея Александровича Калашникова, признанного кулаком, была сослана из Алтайского края в Томскую область, посёлок Нижняя Моховая (ныне Бакчарский район, около села Парбиг).

С детских лет интересовался техникой, с интересом исследуя устройство и принципы работы разных механизмов. В школе увлекался физикой, геометрией и литературой. По окончании седьмого класса с позволения родителей вернулся на Алтай, в Курью, но устроиться на работу не смог. Проучившись там ещё год, решил вернуться к матери и отчиму, где получил паспорт, подделав печать местной комендатуры в справке (сыну кулака справка не полагалась).

Через несколько месяцев, после повторного возвращения в Курью, впервые ознакомился с устройством оружия, разобрав собственными руками пистолет браунинг. В 18 лет покинул родное село и переехал в Казахстан, где начал работать учётчиком в депо станции Матай Туркестано-Сибирской железной дороги. Общение с машинистами, токарями, слесарями депо укрепило интерес Михаила к технике, и зародило желание сделать что-нибудь самому.

Осенью 1938 года он был призван в Красную Армию в Киевский Особый военный округ. После курса младших командиров получил специальность механика-водителя танка и служил в 12-й танковой дивизии в г. Стрый (Западная Украина). Уже там проявил свои изобретательские способности - разработал инерционный счётчик выстрелов из танковой пушки, приспособление к пистолету ТТ для повышения эффективности стрельбы через щели в башне танка, счётчик моторесурса танка.

Прибор учёта моторесурсов танка был первым изобретением молодого танкиста Калашникова, рекомендованным к серийному производству ещё в 1940 году, но организовать это не успели. Последнее изобретение было достаточно значимым. Об этом говорит тот факт, что Калашников был вызван для доклада о нём к командующему Киевским Особым военным округом генералу армии Георгию Жукову.

После беседы с командующим направляется в Киевское танковое техническое училище для изготовления опытных образцов, а после завершения испытаний в Москву для сравнительных испытаний и далее на Ленинградский завод имени Ворошилова, для доработки и запуска в серию.

Великую Отечественную войну Калашников начал в августе 1941 года командиром танка в звании старшего сержанта, и в октябре под Брянском был тяжело ранен. В госпитале по-настоящему загорелся идеей создания своего образца автоматического оружия. Начал делать наброски и чертежи, сопоставляя и анализируя собственные впечатления о боях, мнения товарищей по оружию, содержание книг госпитальной библиотеки.

По направлению докторов был отправлен на реабилитацию в шестимесячный отпуск. Вернувшись в Матай, с помощью специалистов депо через три месяца создал опытный образец своей первой модели пистолета-пулемёта. Из Матая командирован в Алма-Ату, где изготовил более совершенный образец в учебных мастерских Московского авиационного института, эвакуированного в столицу Казахстана.

Позднее образец был представлен находившемуся в то время в Самарканде начальнику Военно-инженерной академии им. Ф. Э. Дзержинского А. А. Благонравову - выдающемуся учёному в области стрелкового оружия.

Хотя отзыв Благонравова был в целом отрицательным, он отметил оригинальность разработки и рекомендовал направить старшего сержанта Калашникова для дальнейшего обучения. Позже пистолет-пулемёт Калашникова был представлен в Главное Артиллерийское управление (ГАУ) РККА. Отметив некоторые недостатки и в целом удачную конструкцию, специалисты ГАУ не рекомендовали принимать ПП Калашникова на вооружение по технологическим причинам.

С 1942 года Калашников работал на Центральном научно-исследовательском полигоне стрелкового и миномётного вооружения (НИПСМВО) ГАУ РККА. Здесь в 1944 году он создал опытный образец самозарядного карабина, который, хотя и не пошёл в серию, частично послужил прототипом для создания автомата. С 1945 года Михаил Калашников начал разработку автоматического оружия под промежуточный патрон 7,62×39 образца 1943 года.

Интересно, что в официальной биографии Калашникова не упоминается определённый эпизод его жизни. Согласно некоторым публикациям, Михаил Калашников в ноябре 1946 года был командирован на Ковровский завод ╧2 для изготовления образцов автомата образца 1943 года.

Для разработки рабочих чертежей и полного комплекта технической документации к Калашникову был прикомандирован молодой и способный конструктор Александр Зайцев. Поскольку времени оставалось мало, он и Калашников приняли решение работать круглосуточною. Директор завода пристроил их на двухразовое питание в заводскую столовую. Через месяц вся техническая документация была направлена в цех для изготовления опытных образцов АК-1 и АК-2.

На сравнительные испытания прибыли известные конструкторы Дегтярёв, Шпагин, Симонов. На заключительный этап испытаний в январе 1947 года с последующим устранением недостатков комиссия рекомендовала ТКБ-415 туляка Булкина, КБП-520 ковровского конструктора Дементьева и КБП-580 Калашникова.

Калашников с Зайцевым втайне от руководства решили, маскируясь доработками, сделать капитальную перекомпоновку всего автомата. Основная нагрузка по проектированию и расчётам легла на плечи Александра Зайцева. И было решено, что оружие будет называться АКЗ - автомат Калашникова-Зайцева. Но в дальнейшем фамилия Зайцева из названия исчезла. После окончания полигонных испытаний в серию был рекомендован автомат Калашникова АК-47.

В 1948 году, по предписанию Главного маршала артиллерии Н. Н. Воронова, Михаил Калашников был направлен на Ижевский мотозавод для авторского участия в создании технической документации и организации изготовления первой опытной партии своего автомата "АК". К 20 мая 1949 года задание было выполнено: 1500 автоматов, изготовленных на Мотозаводе, успешно прошли войсковые испытания и были приняты на вооружение Советской Армии. В том же году создатель автомата был удостоен Сталинской первой степени и ордена Красной Звезды.

В начале 1950-х годов были созданы облегчённые автоматы АК и АКН с прибором ночного видения (7,62 мм). В 1959 году приняты на вооружение АК 7,62 мм, АКМ (Автомат Калашникова модернизированный), АКМС со складным прикладом и их модификации: АКМН, АКМСН с прицелом ночного видения (7,62 мм).

Впоследствии на Ижевском машиностроительном заводе, на базе конструкции АК под личным руководством Калашникова разработаны десятки опытных образцов автоматического стрелкового оружия. В 1970-е годы началось производство нового комплекса оружия калибра 5,45 мм конструкции Калашникова: АК-74, АК74Н с прицелом ночного видения, АК-74 с гранатомётом, АКС74 со складывающимся прикладом (приняты на вооружение в 1974 году), АКС74У укороченный со складывающимся прикладом разработан на базе АКС74 (принят на вооружение в 1979 году), и его модификации с ночным прицелом АКС74УН, АКС74УБ с прибором бесшумной стрельбы(ПБС) и бесшумным подствольным гранатомётом. В 1991 году принят на вооружение и в серийное производство АК74М калибра 5,45 мм и его модификации с оптическим и ночным прицелом (АК74МП, АК74МН). На все автоматы Калашникова можно ставить штыки-ножи, ПБС и подствольные гранатомёты. В 2012 году был создан АК-12.

На вооружении также состоят пулемёты Калашникова - ПК (1961), ПКС (1961), ПКМ (1969) ПКМС - в станковом варианте, принят на вооружение в 1969 году, в 1962 году на вооружение приняты пулемёт Калашникова танковый (ПКТ) 7,62 мм - танковый пулемёт и его модернизированная модификация ПКТМ, а также бронетранспортёрный пулемёт ПКБ (7,62 мм) и ПКМБ.

В 1970-е годы налажено производство нового комплекса оружия: РПК74 (создан на базе АК74), РПКС74 со складывающимся прикладом, РПК74М и модификации с ночным прицелом РПК74Н. Освоение 5,45 мм оружия оказалось трудоёмким и сложным в технологическом плане делом, тем не менее, массовое производство было налажено.

Всего в конструкторском бюро Калашникова создано более сотни образцов боевого оружия.

В 1970-е годы была изготовлена первая промышленная партия самозарядных охотничьих карабинов на базе АК, однако лишь с началом конверсии в 1980-е годы вновь вернулись к разработке нарезного и гладкоствольного охотничьего оружия на базе АК.

В 1992 году налажен выпуск самозарядного охотничьего карабина "Сайга" с оптическим прицелом (7,62 мм), затем были разработаны карабины "Сайга 5,6", "Сайга 5,6С" под охотничий патрон 5,6×39 мм, а также "Сайга-410", "Сайга-20" и другие.

В 1971 году по совокупности исследовательско-конструкторских работ и изобретений Калашникову присвоена учёная степень доктора технических наук. Он имеет 35 авторских свидетельств на изобретения. В 1969 году Михаилу Калашникову было присвоено звание полковника, в 1994 году звание генерал-майора, в 1999 году звание генерал-лейтенанта.

Иначе сложилась жизнь коллеги Калашникова - Александра Зайцева. В 1950 году в него стреляли. Но Зайцев, пройдя войну разведчиком, обладал звериным чутьём. За секунду до выстрела он успел шагнуть в сторону. С ранением он попал в больницу. В 1958 году его пригласили на работу в Москву, пообещав квартиру и высокий оклад. Но тут младшего брата Зайцева вызвали в КГБ и сказали: "Пусть Александр Алексеевич остаётся жить в Коврове".

На юбилее Калашникова в Ижевске у Зайцева прорвалась многолетняя обида, и в разгар веселья он перевернул стол имениннику.

Умер Александр Зайцев 29 марта 1994 года.

Со временем на здании отдела кадров КБ "Арматура" в Коврове Владимирской области появилась памятная доска, на которой значится: "В ПКБ - п.я. 27 с 1946 по1947 год работал над созданием первых образцов автомата АК-47 конструктор-изобретатель Министерства вооружённых сил СССР Михаил Калашников. Активное участие в разработке окончательного варианта АК-47 приняли конструкторы ПКБ Александр Зайцев и Василий Соловьёв".

Генерал-лейтенант Михаил Калашников - дважды Герой Социалистического труда, лауреат Сталинской и Ленинской премий. В 2009 году к 90-летию конструктора президент РФ Дмитрий Медведев присвоил Калашникову звание Героя России.

Среди многочисленных наград Михаила Калашникова - три ордена Ленина, орден "За заслуги перед Отечеством" II степени, ордена Октябрьской Революции, Трудового Красного Знамени, Дружбы народов, Отечественной войны I степени, Красной Звезды, медали. Михаил Калашников - кавалер ордена Святого апостола Андрея Первозванного.

Калашников был почетным членом (академиком) Российской академии наук, Академии ракетно-артиллерийских наук, Российской инженерной академии; действительным членом - академиком Международной академии наук, индустрии, образования и искусства США, Международной академии информатизации, почетным профессором Ижевского государственного технического университета, ряда других крупных научных учреждений.

Михаил Калашников был женат, его супруга Екатерина Калашникова (1921-1977) работала техником-конструктором, помогала мужу выполнять чертежные работы.

В их семье родились четверо детей: дочери Нелли (1942), Елена (1948), Наталья (1953-1983), сын Виктор (1942).

23 декабря 2013 года Калашников скончался после продолжительной болезни.

Церемония прощания с оружейником состоялась 25 и 26 декабря, панихида - 26 декабря в Свято-Михайловском соборе Ижевска.

Указом Главы Удмуртии 26 и 27 декабря 2013 года в республике был объявлен траур в связи с кончиной знаменитого оружейника.

Похоронен 27 декабря 2013 года на Пантеоне Героев Федерального военного мемориального кладбища.

Проститься с Михаилом Калашниковым приехали президент России Владимир Путин, министр обороны Сергей Шойгу, руководитель администрации президента Сергей Иванов, министр промышленности и торговли Денис Мантуров, губернатор Московской области Андрей Воробьёв, генеральный директор государственной компании "Ростех" Сергей Чемезов.


Кроме разработки самого оружия, важно иметь к нему и соответствующие боеприпасы. А в России в своё время это было проблемой.

В 1912 году полковник Владимир Фёдоров читал лекцию в артучилище. Вдруг в класс вошёл со свитой император Николай Второй и стал слушать лектора. В перерыве император подошёл к лектору, поблагодарил за изобретение автоматической винтовки и сказал:

-- Я против её применения.

-- Разрешите узнать почему?

-- Для неё не хватит патронов.

Это действительно было проблемой. В России было всего три патронных завода: Петербургский, Луганский и Тульский. Ещё более в худшем положении было производство снарядов. До начала войны командование русской армии было уверено, что для войны хватит тех запасов, которые были заготовлены в мирное время. И только начальник Хабаровского арсенала С.Н.Ванков заявил:

"... никакие запасы не смогут обеспечить потребности войны, которые невозможно предусмотреть заранее. Без промышленной мобилизации накопленные материалы быстро истощатся. Мобилизационные запасы позволят начать войну, а промышленная мобилизация позволит продолжать её".

Но тогда идея Ванкова считалась "сумасшедшей".

Симеон Ванков родился 25 января 1858 года в городе Свиштов в семье болгарского учителя, просветителя и русофила Николы Ванкова и его жены Севасты. С 1867 по 1878 годы учился в России.

В 1877 году окончил Южнославянский пансион в Николаеве, после чего продолжил обучение в Константиновском военном училище в Санкт-Петербурге. Окончил училище в звании прапорщика 16 апреля 1878 года. Одновременно в качестве вольнослушателя посещал занятия в Горном институте, который оставил ради участия в войне за освобождение Болгарии. Во время Русско-турецкой войны 1877-1878 годов был командиром полубатареи 26-й артиллерийской бригады в Силиври.

Участвовал в создании артиллерийских подразделений болгарского земского войска. С 20 декабря 1879 года он поручик Болгарской армии. В 1883 году окончил по первому разряду Михайловскую артиллерийскую академию в Санкт-Петербурге.

30 августа 1883 года, после возвращения из России, произведён в капитаны. 28 февраля1884 года назначен начальником артиллерийского арсенала в городе Рущук (ныне Русе). 25 ноября того же года произведён в майоры. 22 сентября 1885 года становится председателем военного суда в городе Рущук. 23 сентября того же года назначен начальником местных артиллерийских учреждений. С 14 октября 1885 года он заведывающий Дунайской флотилией и морской частью.

В ноябре 1885 года во время Сербско-болгарской войны Дунайская флотилия под командованием Ванкова осуществляла снабжение оружием и боеприпасами Северного отряда, а также сыграла важную роль при обороне Видина, доставляя продовольствие и боеприпасы в осаждённую крепость.

С 28 декабря 1885 года Уполномоченный болгарского правительства в Петербурге. 12 апреля 1886 года - инспектор стрелковой и технической части болгарских войск. Будучи русофилом, участвовал в свержении князя Александра I Баттенберга 9 августа 1886 года. После контрпереворота был арестован правительством Стефана Стамболова, но сумел бежать, и эмигрировал в Россию, где поступил на службу в Русскую армию.

В 1887 году прикомандирован к Киевской крепостной артиллерии, где исполнял штаб-офицерские обязанности. С 1889 по 1894 год служил в Петербургской крепостной артиллерии. В 1894 году Ванков принял русское подданство.

11 января1895 года произведён в подполковники Русской армии, а 17 января стал командиром форта "Император Павел I" Кронштадтской крепостной артиллерии. 14 апреля того же года переведён в Ташкент, где был назначен начальником артиллерийского арсенала Туркестанского военного округа. По инициативе Ванкова арсенал был преобразован в окружную артиллерийскую мастерскую.

27 декабря 1897 года назначен начальником окружной артиллерийской мастерской Приамурского военного округа в Хабаровске, в которой ремонтировали орудия. Начал активно расширять и модернизировать артиллерийские мастерские - были смонтированы 14 паровых агрегатов мощностью в 16 лошадиных сил, лесопильня и металлорежущие станки, четыре горна, в которых плавили металл, а впоследствии была построена и первая вагранка, положившая начало литейному производству.

В 1899 году на окраине Хабаровска по инициативе Ванкова началось строительства Хабаровского арсенала (ныне ОАО "Завод "Дальдизель""), ставшего на многие годы крупнейшим металлообрабатывающим предприятием Дальнего Востока.

Активно участвовал в развитии городской инфраструктуры Хабаровска, в частности, лоббировал идею городского водопровода и электрификации города. Выступил инициатором создания акционерного общество по снабжению Хабаровска электричеством и строительства первой в крае электростанции.

Активно Ванков занимался и общественной деятельностью. В 1907 году он возглавил совет Приамурского отдела Императорского русского географического общества. В том же году Ванков создал и возглавил Приамурский отдел Русского Технического общества.

Также он был почётным председателем и общественным директором Хабаровского краеведческого музея, создал и возглавил "Общество вспомоществования нуждающимся учащимся учебных заведений Министерства народного просвещения", открыл ремесленную школу для детей рабочих завода "Арсенал". Кроме того, Ванков активно помогал Владимиру Арсеньеву организовывать экспедицию с целью изучения Приамурья.

В апреле 1900 года за отличие произведён в полковники. 6 декабря 1911 года получил звание генерал-майора.

31 декабря 1913 года Семён Ванков становится начальником Брянского арсенала. Предложил военному министерству построить в Брянске новый завод, но идея не была воплощена из-за начала Первой мировой войны.

Идея Ванкова в отношении запасов боеприпасов оказалась пророческой. Запасы боеприпасов истощились в первые же месяцы войны. Вначале января 1915 года Великий князь Сергей Михайлович, председатель Особой распорядительной комиссии артиллерии, срочно вызвал Ванкова в Петроград из Брянска. Великий князь признал положение с трёхдюймовыми снарядами угрожающим и поручил Ванкову немедленно провести ревизию Путиловского завода. Нужно было выявить причины падения производства и выработать меры его решительного подъёма.

Ванков выполнил эту работу за 15 дней. Все предложения Ванкова были приняты, и он возвратился в Брянск. Но не успел он вернуться, как получил срочную телеграмму - приступить к наладке производства трёхдюймовых снарядов по французской технологии.

Для решения этого вопроса в Петроград прибыла весьма квалифицированная французская военно-техническая миссия. Однако отношения между французами и Главным артиллерийским управлением складывались очень трудно. Но на французского генерала исключительно положительное впечатление произвёл Ванков.

И вот в апреле 1915 года тот назначен уполномоченным Главного Артиллерийского Управления (ГАУ) по изготовлению снарядов французского образца. В новой должности Ванков должен был в кратчайшие сроки организовать крупномасштабное производство трехдюймовых снарядов, основного калибра полевой артиллерии. Ванков предложил свою программу подъёма и усовершенствования снарядного производства, включающую внедрение новой технологии и новую структуру организации производства.

Для реализации этого важнейшего для России проекта пришлось привлечь 442 казенных и частных завода, многие из которых ранее не имели опыта производства военной продукции. "Организация уполномоченного ГАУ по изготовлению снарядов французского образца инженера С. Н. Ванкова" (также "организация Ванкова") за три года (с 1915 по 1918 год) произвела более 12 млн. 3-дюймовых гранат (44 % от общероссийского производства) и около полумиллиона 6-дюймовых снарядов (12,5 % от общероссийского производства).

За свои заслуги перед отечеством в разные годы до революции был награждён орденом Св. Станислава всех трёх степеней, орденом Св. Анны 2-й и 3-й степени, орденом Св. Владимира 3-й и 4-й степени.

В апреле 1918 года Ванков был уволен в отставку. Занимался научно-исследовательской работой в области цветной металлургии. С 1919 и до 1930 год Ванков работал в учреждениях Высшего совета народного хозяйства (ВСНХ). Руководил артиллерийско-броневой и минно-электротехнической частью отдела металла ВСНХ, возглавлял научно-технический совет цветных металлов ВСНХ, был членом правления ряда советов и комитетов Высшего совета. В 1922-1927 годах- член правления и технический директор треста "Госпромцветмет". Преподавал в высших учебных заведениях Москвы, был профессором технологии металлов Московского института народного хозяйства и заведующим кафедрой общей технологии металлов Московского инженерно-педагогического института.

Ванков является автором нескольких книг в области холодной обработки металлов и истории артиллерии. Написал воспоминания о своей жизни, которые не были опубликованы. Автор-составитель краткого технического справочника карманного формата, выдержавшего три издания до 1917 года (1983, 1900, 1916). Обновлённая и переработанная версия справочника была издана в 1936 и 1938 годах и пользовалась заслуженной популярностью среди целевой аудитории - инженеров, техников и учащихся.

Умер С. Ванков 21 июня 1937 года в Москве. Похоронен на Введенском кладбище.


К Первой мировой войне не была готова ни одна страна. Все полагали, что война продлится всего несколько месяцев. Немцы планировали разгромить Францию за пару недель, но увязли в позиционных боях. Встала задача уничтожения живой силы.

Считается, что вся история вооружений является борьбой снаряда и брони. Но не было тогда брони против газов. Применение газов было запрещено Гаагской конференцией 1899 года. Несмотря на это французы в одном из боёв применили шрапнель со слезоточивым газом. В ответ немцы начали масштабно применять газовые атаки.

22 апреля 1915 в районе Ипра на стыке французского и британского фронтов немцы осуществили первую газобаллонную химическую атаку. В результате из 12 тысяч солдат в живых осталось только 2 тысячи. 31 мая подобную атаку повторили на русско-германском фронте под Варшавой. Потери среди солдат были огромны.

Военных противогазов тогда не было, приходилось спасаться марлевыми масками с наугад подобранной пропиткой. Многие начали разрабатывать модели противогазов. Работало несколько комиссий, рассматривавших противогазы Артиховского, Богодарова, Прокофьева, Шатерникова...Реально же конкурировали две модели - Горного института и Зелинского.

ЗЕЛИНСКИЙ Николай Дмитриевич родился 6 февраля (25 января) 1861 года в Тирасполе Херсонской губернии, ныне Молдавия, в дворянской семье. Отец его скончался от быстротечной чахотки в 1863. Два года спустя от той же болезни умерла его мать. Осиротевший мальчик остался на попечении своей бабушки, М. П. Васильевой.

Боясь возможности наследования болезни, она старалась закалять мальчика, он рос крепким и подвижным ребенком. Первоначальное образование Зелинский получил в Тираспольском уездном училище, затем в известной Ришельевской гимназии в Одессе. Интерес к химии появился у него очень рано, в 10 лет он уже проводил химические опыты.

Переломным моментом в выборе жизненного пути было знакомство Зелинского с И. М. Сеченовым, который в середине 1870-х годов читал публичные лекции в Большой химической аудитории Новороссийского (Одесского) университета. В 1880 Зелинский поступил на естественноисторическое отделение физико-математического факультета Новороссийского университета.

В стенах этого университета работали крупнейшие российские ученые: И. М. Сеченов, И. И. Мечников, Н. Н. Соколов, Н. А. Умов, П. Г. Меликишвили, А. О. Ковалевский, А. А. Вериго и др. С первого курса Зелинский решил посвятить себя органической химии. Под руководством профессора П. Г. Меликишвили он выполнил свою первую научную работу, которая была опубликована в мае 1884 в "Журнале физико-химического общества". В 1884 Зелинский окончил университет и был оставлен на кафедре химии.

В 1885 он был командирован в качестве стипендиата факультета в Германию. Для стажировки были выбраны лаборатории И. Вислиценуса в Лейпциге и В. Мейера в Геттингене, где уделялось большое внимание вопросам теоретической органической химии и явлениям изомерии и стереохимии. Пытаясь выяснить строение тиофена, Майер предложил Зелинскому осуществить синтез тетрагидротиофена.

В ходе работы Зелинский получил промежуточный продукт - дихлорэтилсульфид (названный впоследствии ипритом), оказавшийся сильнейшим ядом, от которого молодой ученый сильно пострадал, получив ожоги рук и тела. Так будущий создатель противогаза впервые получил одно из самых коварных отравляющих веществ и стал первой его жертвой.

По возвращении из-за границы (1888 год) Зелинский выдержал магистерский экзамен и был зачислен внештатным приват-доцентом Новороссийского университета. Он начал читать лекции по органической химии студентам-естественникам. Благодаря содействию заведующего университетской лабораторией А. А. Вериго, Зелинский получил возможность начать самостоятельную научную работу. К исследовательской деятельности он привлекал способных студентов. Под его руководством свои первые научные работы сделали А. М. Безредка, А. А. Бычихин, А. Г. Дорошевский и др., ставшие впоследствии известными учеными. Продолжая исследования, начатые в Германии, Зелинский защитил магистерскую диссертацию.

В 1890 по ходатайству П. Г. Меликишвили и А. А. Вериго 29-летний Зелинский вступил в должность штатного приват-доцента Новороссийского университета. В этом же году он получил командировку в Лейпциг в лабораторию В. Ф. Оствальда.

В 1891 Зелинский блестяще защитил докторскую диссертацию.

Летом 1893 по рекомендации Н. А. Меншуткина Зелинский был назначен экстраординарным профессором Московского университета. Переезд в Москву открывал для ученого новые возможности. Учебный 1893 год он начал с чтения вступительной лекции "Научное значение химических работ Пастера".

В Московском университете Зелинский читал основной курс органической химии для студентов естественного отделения, вел практические занятия по аналитической и органической химии, в течение ряда лет (1899-1904) по приглашению И. М. Сеченова читал курс органической химии студентам медицинского факультета. В его лаборатории работала талантливая молодежь: С. С. Наметкин, В. П. Кравец, Г. Л. Стадников и др.

Московский период был для Зелинского очень плодотворным. Диапазон интересов ученого был исключительно широк. С 1893 по 1911 им опубликовано свыше 200 научных статей. В 1906 Зелинский впервые разработал доступный метод получения альфа-аминокислот, объяснил механизм реакции, синтезировал большое количество аминокислот. Важным объектом научных исследований этого периода стала нефть - сложная смесь органических соединений. Продолжая исследования В. В. Марковникова, он усиленно разрабатывал проблему рационального использования нефти.

Зелинский успевал вести и большую общественную работу. Он организовал на Высших женских курсах кафедру органической химии, создал прекрасную лабораторию. В начале 1900-х годов Зелинский участвовал в создании Центральной лаборатории Министерства финансов в Москве, в 1908 - в открытии Народного университета им. Шанявского.

В 1911 в числе большой группы профессоров и преподавателей Московского университета Зелинский подал в отставку в знак протеста против реакционной политики министра просвещения Кассо, постоянно вмешивающегося в дела университета. Зелинский лишился возможности вести исследовательскую работу.

Некоторое время он читал лекции в Народном университете им. Шанявского, а затем переехал в Петербург, где стал заведовать кафедрой товароведения на экономическом факультете Политехнического института и руководить Центральной лабораторией. С 1914 по 1922 Зелинский опубликовал только 10 научных работ, но деятельность его не ослабела, а получила другое направление. В Петербурге Зелинский занялся исследованием строения белков. В 1914 им впервые были предложены принципы каталитического метода расщепления белковых тел.

В годы Первой мировой войны ученый активно проводил исследования в области каталитического крекинга и пиролиза нефти, которые способствовали заметному повышению выхода толуола - сырья для получения тринитротолуола (тротила, тола). Это исследование имело первостепенное значение для оборонной промышленности. Зелинский впервые предложил в качестве катализаторов для дегидрогенизации углеводородов нефти использовать доступные алюмосиликаты и окисные катализаторы, которые используются и в наше время. В Петербурге Зелинский разработал средство защиты от боевых отравляющих веществ - угольный противогаз.

Зелинский поставил задачу отыскать надежное средство защиты от отравляющих газов. Понимая, что для универсального противогаза нужен универсальный поглотитель, для которого был бы совершенно безразличен характер газа, Зелинский пришел к идее использовать обыкновенный древесный уголь.

Он вместе с В. С. Садиковым разработал способ активирования угля путем прокаливания, что значительно увеличило его поглотительную способность. В июне 1915 на заседании противогазовой комиссии при Русском техническом обществе Зелинский впервые доложил о найденном им средстве. В конце 1915 года инженер Э. Л. Куммант предложил использовать в конструкции противогаза резиновый шлем.

Но верховный начальник санитарной и эвакуационной части Русской армии принц Ольденбургский отдавал предпочтение модели Горного института, тем более, что те назвали свою модель "противогазом Ольденбургского". Препирательства шли долго.

Наконец, в 1916 году провели генеральные испытания. На железнодорожных путях в Минске поставили законопаченный вагон и накурили в него хлора и фосгена.

В присутствии генералов Ставки, принца Ольденбургского и самих изобретателей в вагон поднялись добровольцы в масках разных конструкций. Один за другим они выскакивали оттуда, т.к. противогазы эти не спасали.

Не выходил только лаборант Зелинского Сергей Степанов. Через час комиссия забеспокоилась. Начали барабанить в дверь. Степанов неторопливо вышел и снял противогаз. За эти испытания он получил Георгия.

Из-за преступной задержки с внедрением противогаза по вине командования армии только в феврале 1916 после испытаний в полевых условиях он, наконец, был принят на вооружение. К середине 1916 было налажено массовое производство противогазов Зелинского-Кумманта. Всего за годы Первой мировой войны в действующую армию было направлено более 11 миллионов противогазов, что спасло жизнь миллионам русских солдат.

Потом образцы угольного противогаза были переданы союзникам, и те немедленно взяли его на вооружение. Немецкая разведка тоже добыла экземпляр, и Германия начала делать свой аналог.

Инженер-резинщик Куммант взял патент на свою маску и с каждого выпущенного экземпляра получал 15 копеек. Зелинский же не стал брать патент по идейным соображениям. В начале 1917 года на заседании Химического комитета генерал Ипатьев предложил выплатить Зелинскому миллион рублей. А Нобелевская премия по тому курсу составляла 75 тысяч рублей. Но тут началась революция и Зелинский этого миллиона не получил. А лауреатом Нобелевской премии в 1918 году стал выдающийся немецкий химик Фриц Габер - за синтез аммиака. Но больше Габер известен как один из создателей германского газового оружия.

После Февральской революции 1917 года Зелинский получил право вернуться в Московский университет и снова переехал в Москву. После Октябрьской революции 1917 года он продолжил работу на кафедре. Уже в 1918 году Зелинский участвовал в решении неотложных проблем, стоявших перед страной, изучал методы получения бензина из мазута. Начиная с 1923 года Зелинский опубликовал большое количество статей о катализе, синтезе новых соединений, происхождении нефти, холестерине, белковых веществах, синтезе каучука и др.

За огромный вклад в развитие химической науки Зелинский был избран почетным членом Московского общества испытателей природы (1921год), награжден Большой премией им. А. М. Бутлерова (1924год), удостоен звания заслуженного деятеля науки (1926год), избран членом-корреспондентом АН СССР (1926год), академиком АН СССР (1929год). В 1934 году ему была присуждена премия им. В. И. Ленина, в 1942, 1946, 1948 - три Государственных премии СССР. В 1945 Зелинский был удостоен звания Героя Социалистического Труда, в 1951 - награжден орденом Ленина. Его именем назван Институт органической химии в Москве (1953).

Умер Николай Дмитриевич Зелинский 31 июля 1953 года. Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище.


Остановить наступающего противника можно не только оружием, но и заградительными средствами. Рогатки - заграждения против пехоты и конницы - были известны ещё со времён Древнего Рима. С появлением колючей проволоки рогатки стали оплетать ею, что привело к позиционной войне - для успеха атаки атакующие силы должны были в несколько раз превосходить обороняющиеся. Танк был изобретён как раз для того, чтобы эффективно преодолевать такие заграждения.

Попытка использовать заграждение против танков была впервые предпринята в Чехословакии (отсюда английское название ежа - Czech hedgehog, "чешский ёж"). Чешская конструкция повторяла принцип действия древних рогаток, так как предполагалось, что заграждение должно быть массивным и абсолютно неподвижным. Препятствие было несовершенным ещё и потому, что его производство требовало значительного времени и средств, так как конструкция изготавливалась из железобетона.

Новый принцип противотанкового "ежа" открыл и предложил в СССР генерал-майор инженерных войск Михаил Гориккер.

Гориккер Михаил Львович родился 13 января 1895, в городе Берислав Херсонской губернии.

В 1908-1915 - ученик слесаря-кузнеца, затем мастер в кузнечном цехе слесарно-механической мастерской в городе Каховка.

1915-1916 - рядовой на фронтах Первой мировой войны.

В 1917 году, в связи с тяжелыми ранениями проходил лечение в госпиталях.

С 1918 года - в Красной Армии. Участник Гражданской войны.

В 1919 году - курсант, затем организатор командных курсов. Занимал посты: Комиссара полевых госпиталей Юго-Западного фронта, Комиссара Курсов тяжелой артиллерии, затем Комиссара пехотных командных курсов.

1923 год - слушатель Военно-педагогических курсов РККА, после окончания которых, с 1925 по 1928 год - главный инспектор Политуправления РККА по военно-учебным заведениям.

В 1929-1933 - слушатель Военной академии механизации и моторизации РККА им. Сталина, окончил инженерно-командный факультет, специализация - конструктор боевых машин. После окончания - военный инженер мотомехвойск РККА.

С 1934 года - начальник Московского танкотехнического училища.

В 1938 году училище под его командованием переведено в Киев c переименованием в Киевское танкотехническое училище имени С. К. Тимошенко. Гориккер одновременно назначен Начальником гарнизона города Киева.

В 1940 году при введении в Красной армии генеральских званий, получил звание генерал-майора технических войск.

Гориккер М. Л. получил инженерное образование и, будучи в числе организаторов танковых войск Красной Армии, создал танкодром под Солнечногорском на территории Московского танкотехнического училища. Здесь впервые у Гориккера зародилась мысль о совершенно новом принципе разработки конструкции оборонительных сооружений, которые были бы способны не только остановить танк, но и вывести его из строя.

В первые дни войны, он сумел в кратчайшие сроки закончить все расчеты конструкции своего изобретения. Испытания на полигоне прошли 3 июля 1941 года и новое противотанковое препятствие - "Звездочка Гориккера" - было принято Государственной Правительственной комиссией на вооружение Красной Армии.

Революционность идеи заключалась в том, что ёж не закреплялся на месте, подобно чешским конструкциям, и не вкапывался в землю подобно надолбу. Суть изобретения заключалась в подвижности "ежа", в отличие от принятого к тому времени статичного противотанкового препятствия. Под натиском танка "еж" переворачивался, оказывался под ним, приподнимал машину над землей и выводил из строя ходовую часть. Либо, под собственной тяжестью танк, "севший" на "еж", пробивал днище и не мог продолжать движение. Обороняющимся силам остаётся только уничтожать остановившиеся танки и не давать танкистам растащить ежи буксирными тросами.

Немецкие танки с передним расположением трансмиссии были особенно уязвимы для ежей - наезд на ёж зачастую выводил агрегаты трансмиссии из строя.

Ёж делают из трёх кусков стального проката, обычно двутавра с номером профиля 25-40 (рельс, уголок и т. д. менее прочны) таким образом, чтобы концы балок образовывали октаэдр. Соединяют балки заклёпками на косынках (конструкция должна выдерживать вес танка - до 60 тонн).

Ежи Гориккера должны иметь размер до 1 м в высоту - больше дорожного просвета танка противника, но ниже верхнего края нижнего лобового листа. Нецелесообразно делать ежи бо́льших размеров - ёж, который окажется выше лобового листа, танк легко сдвинет.

Оптимальным матералом для "звездочки" Гориккер считал двутавровый стальной профиль, а лучшим способом соединения деталей - косынки на заклепках. На практике ежи делались из любого проката, какой был под рукой - швеллера, уголка, рельса - соединенного зачастую сваркой даже без косынок. На изготовление противотанковых ежей для обороны Москвы были пущены стальные балки, изначально предназначавшиеся для строительства Дворца Советов.

Наиболее рациональная расстановка заграждений: четыре ряда в шахматном порядке. Простота изготовления позволила в кратчайшие сроки обеспечить Красную Армию новым противотанковым заграждением, а вес конструкции делал её мобильной и легкой в установке.

. За создание противотанкового ежа генерал-майору Гориккеру был вручён фотоаппарат марки ФЭД.

В июне-июле 1941 года Гориккер руководил подготовкой Киева к обороне, а также занимался эвакуацией заводов, фабрик, учебных заведений, в том числе возглавляемого им танкового училища.

Затем откомандирован в Москву для организации специализированного Управления автомобильными войсками РККА.

В 1942-1943 годах - начальник автотранспортного Управления Главного Управления автодорожной службы Красной Армии, одновременно начальник оперативной группы Ставки на Сталинградском фронте.

В 1943 году - генерал-инспектор Главного автомобильного Управления Красной Армии.

В 1944-1945 годах - начальник автомобильного управления Ленинградского фронта.

В 1945 году - начальник инспекции Главного автомобильного Управления Красной Армии.

В 1946-1950 - начальник Рязанского военно-автомобильного училища.

С 1951 года - в отставке.

За время службы имел награды:

За Первую мировую войну:

Солдатский Георгиевский Крест 4 степени; Солдатский Георгиевский Крест 3 степени.

В предвоенный период: Орден Красной Звезды; Орден Знак Почета; Медаль "XX лет Рабоче-Крестьянской Красной Армии".

За Великую Отечественную Войну: Орден Ленина; 2 Ордена Красного Знамени; Орден Отечественной войны II степени (1944); Медаль "За оборону Москвы"; Медаль "За оборону Ленинграда"; Медаль "За оборону Сталинграда"; Медаль "За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.";

После Отечественной войны: Юбилейная медаль "30 лет Советской Армии и Флота" и другие медали.

М. Л. Гориккер скончался 19 октября 1955 года, похоронен в Москве на Введенском кладбище.

На Ленинградском шоссе Москвы стоит памятник в виде трёх ежей - так (хотя и символически) отмечен рубеж, до которого дошли немцы в 1941 году.


Танки в гитлеровских планах должны были решать судьбу сражений, да и действительно, в первые же месяцы войны они глубокими прорывами и охватами сломили сопротивление основных группировок Красной Армии.

И противостоять им должны были не только противотанковые ежи, но и отечественные танки. Однако, в первые месяцы были потеряны тысячи советских боевых машин, так что к лету 1942 года преимущество в их количестве у немцев было подавляющим.

Тяжелый танк КВ был разработан в 1939 году и производился на Ленинградском Кировском заводе. К началу Великой отечественной было изготовлено и отправлено в войска более 650 единиц. Таким количеством танков можно было оснастить не менее 10 тяжелых танковых полков. Но, хотя немцам нечего было противопоставить этим машинам, уже к ноябрю 1941 года в строю не осталось ни одного КВ из-за необученности экипажей и непрофессионализме советского командования.

Но уже через полгода численность тяжелых танков была восстановлена, а к концу 1942 года и до самой Победы Красная Армия существенно превосходила противника по количеству и качеству танков, тяжелых и средних. Происходило это, увы, не за счет полководческого мастерства советских военачальников, а с помощью неисчерпаемого потока танков, хлынувшего на фронт с новых и восстановленных заводов.

В том, что это стало возможным, выдающуюся роль сыграл Исаак Моисеевич Зальцман, который был, безусловно, самой выдающейся личностью в советском танкостроении. Он родился в 1905 году в Томашполе, неподалеку от Винницы, окончил Одесский политехнический институт. Наиболее активная часть его жизни связана с ленинградским машиностроительным заводом им. Кирова, на котором он начал работать мастером в 1933 году, а с 1938 по 1949 год был его директором.

Завод специализировался на производстве тяжелых танков КВ. Но уже во второй половине 1941 года производство было свернуто, максимально возможное количество оборудования эвакуировано на Урал, где меньше чем за год в Челябинске начал функционировать огромный производственный комплекс, получивший в народе название "Танкоград", присоединивший и эвакуированный Сталингадский тракторный завод. Директором этого гиганта и был Исаак Зальцман. Но и кроме того, в 1942-1943 годах, в самое тяжкое время, стал он еще и наркомом танковой промышленности.

Наркомом Исаак Зальцман был в то время, когда танки нужны были больше, пожалуй, чем хлеб. И почти два года он мотается по танковым заводам и предприятиям, самыми жесткими мерами форсируя их деятельность.

После того как Зальцман организует работу в Челябинске, в феврале 1942 года его перебрасывают в Нижний Тагил, где за два месяца он налаживает массовое производство танков Т-34. История не знает примеров, чтобы за такое время весь завод перестроили на производство новых машин. Считается, что технически это невозможно. Зальцман доказал: возможно.

Он организует производство танков в Горьком и Свердловске. В результате именно Зальцман сумел довести выпуск боевых машин до 130 в день, восполнив урон первого года войны, и уже в 1943 году превзойдя Германию. И тогда его и вернули на "Танкоград".

Этот завод и наркомат под его руководством добились за годы войны выдающихся успехов в танкостроении.

"Танкоград" с октября 1942 года был единственным в стране производителем тяжелых танков и самоходных орудий и выпустил он их за время войны в три раза больше, чем вся промышленность Германии и оккупированных ею стран. За три года его конструкторы разработали, а производственники дали фронту 13 типов танков и самоходок, в том числе - самый мощный и совершенный в то время и еще 10 лет после войны тяжелый танк ИС-Зм.

Когда в 1943 году на полях сражений появились немецкие "Тигры" и штурмовые орудия "Фердинанд", перед Зальцманом была поставлена новая задача - создать оружие, способное остановить "Тигры", броня которых была неуязвима для пушек Т-34 и КВ.

Коллектив "Танкограда" за считанные месяцы разработал и освоил самоходное орудие невиданной по тем временам мощи ИСУ-152, прозванное на фронте "Зверобоем". И действительно, снаряд его 152 мм пушки на километровой дистанции сворачивал башню "тигра" с погона корпуса, а броню раскалывал как орех. А когда в конце 1943 года на полях сражений появляется тяжелый танк ИС, становится очевидным: в соперничестве с советскими оружейниками немецкая промышленность безнадежно проиграла.

Автором конструкции всех советских тяжелых танков и самоходных орудий был Жозеф Яковлевич Котин. Он родился в 1908 году на Украине в еврейской семье в городе Павлограде. Окончил Харьковский политехнический институт и Военно-техническую Академию, стал конструктором.

С 1937 года - главный конструктор Кировского завода в Ленинграде. Здесь под его руководством была разработана конструкция лучшего в мире тяжелого танка того времени - KB, который со своими модификациями являлся основным тяжелым танком Советской Армии до 1943 года.

В начале 1943 года Ж. Котиным, работавшим всю войну на "Танкограде", был разработан и сошел с конвеера новый тяжелый танк ИС-1. Затем ИС-2, ИС-3, самоходные орудия СУ-152, ИСУ-152. Танки и самоходные орудия конструкции Котина не имели себе равных на полях сражений Второй мировой и долго еще после неё.

Во время войны Ж. Котин, кроме того, был заместителем наркома танковой, а после войны - министра оборонной промышленности. Но как конструктор он продолжал работать и после войны, создал тяжелый танк Т-10, плавающий ПТ-76, бронетранспортер БТР-50П, долгое время стоявшие на вооружении. Жозефу Котину было присвоено звание генерал-полковника, Героя Социалистического Труда, он стал лауреатом четырех Сталинских премий, награжден 16 орденами.

Всего же за время войны "Танкоград" выпустил более 18 тысяч танков и самоходных орудий гениального конструктора Жозефа Яковлевича Котина. В руководстве этого гиганта, кроме его директора и главного конструктора, значительную роль играли и другие разработчики, в частности главный технолог С.А. Хаит.

В ходе работ по созданию тяжелого танка КВ-1с основные проектные работы вел Н.В. Цейц. В 1944 году на производство были поставлены мощные самоходки, вооруженные 122 мм пушками. Главным конструктором ИСУ-122 был Л.И. Горлицкий. В маневренности тяжелых танков важную роль играла планетарная трансмиссия принципиально нового типа, разработанная конструкторами Г.И. Зайчиком, М.А. Крейнесом и К.Г. Левиным, удостоеными Сталинской премии.

Основным средним танком Красной Армии во 2-й мировой войне был знаменитый Т-34. В производстве этих машин, начатом на Харьковском тракторном заводе, участвовали и другие предприятия отрасли. В том числе их выпускади и на Сталинградском тракторном, где директором в то время был Борис Яковлевич Дулькин, главным конструктором - Николай Дмитриевич Вернер.

В тяжкое время 1941 года, в период битвы за Москву, этот завод остался единственным крупным производителем танков Т-34. Первые машины этого типа сошли с конвейера уже в октябре, а до конца года было выпущено 173 машины. Вроде и небольшая цифра, но в декабре того года в действующей армии осталось всего лишь 500 средних и тяжелых танков.

К тому времени Харьковский тракторный был свернут и передислоцирован на Урал, где на его базе начал действовать Уральский танковый завод (Н. Тагил, завод номер 183, ныне ОАО "Научно-производственная корпорация "Уралвагонзавод "имени Ф.Э. Дзержинского"), который во время войны стал ведущим предприятием по производству танков Т-34. Интенсивный выпуск этих машин начался зимой 1942 года.

В этот период руководство заводом практически осуществлял нарком Исаак Зальцман, хотя директором оставался Ю. Максарев. Но во все дни войны бессменным главным инженером Уральского танкового был Л.И. Кордунер, ведущими конструкторами - Я.И. Барон и А.И. Шпайхлер, которые стали лауреатами Сталинской премии за усовершенствование конструкции Т-34.

В то же время был создан и новый танковый завод в Кирове - на базе эвакуированного туда Коломенского паровозостроительного. Здесь наладили производство легких танков Т-60. Директором нового завода был назначен Хаим Эммануилович Рубинчик, который сумел в весьма ограниченный срок внедрить новую технологию производства.

Сложность заключалась в том, что детали ходовой части поступали из Сталинграда, а узлы и агрегаты моторной установки - из Горького. Коммуникации же работали с перебоями, под немецкими бомбами. Не хватало станочного оборудования, кадры рабочих и инженеров в большинстве своем не были подготовлены к производству танков.

Все эти трудности преодолели деятельная энергия, инициатива и деловая сметка Хаима Рубинчика. А ведь до этого он руководил заводом боеприпасов - отрасли, не имеющей никакого отношения к выпуску танков. И, тем не менее, уже в январе 1942 года выпуск Т-60 был освоен и новые легкие танки стали сходить с конвейера. Кстати, этот танк был упрощенным вариантом модели Т-50, разработанной накануне войны главным конструктором завода им. Ворошилова С.А. Гинзбургом.

Однако и Т-60 уже не мог удовлетворить требованиям сопровождения пехоты, для чего и был предназначен, поэтому главным конструктором автозавода в г. Горьком Н.А. Астровым, вместе с А.А. Липгартом и А.М. Кригером в сжатые сроки была разработана и запущена в производство новая модель - легкий танк Т-7О, создание которого было отмечено Сталинской премией.

Но более всего фронту нужны были средние танки, и к производству Т-34 был привлечен судостроительный завод "Красное Сормово" в Горьком. Там развернулась срочная реконструкция. Технологию танкового производства на заводе внедрял специально откомандированный из Харькова ведущий конструктор И.С. Бер. И в октябре 1941 года первые танки пошли с конвейера.

Однако их выпуск нарастал недостаточными темпами и в мае 1942 года руководство завода было сменено. "Красное Сормово" возглавил отлично зарекомендовавший себя в Кирове Хаим Эммануилович Рубинчик. Под его руководством выпуск Т-34 вырос и уже вскоре по производству этого танка сормовский завод занял прочно второе место после Уральского танкового.

Вскоре, однако, фронтовой опыт потребовал усиления вооружения среднего танка и Рубинчик принял на себя ответственность за его перевооружение. 85-мм пушку на "Красном Сормове" стали устанавливать в башни Т-34, одновременно наращивая выпуск этих танков. Хаиму Рубинчику было присвоено звание генерал-майора инженерно-танковой службы.

Он родился в 1903 году в местечке Березине, близ Могилева, закончил университет, директором военного завода стал в 35 лет. За заслуги в области производства танков награжден 6-ю орденами. И было за что. Под его руководством судостроительный завод сумел выпустить за годы войны более 10 тысяч танков Т-34.

Большую роль сыграл в высоких боевых качествах советских танков устанавливаемый на них дизельный двигатель. Его преимущество перед бензиновым было прежде всего в том, что он имел гораздо меньшую огнеопасность. Но и кроме того, дизель намного надежнее и проще в производстве, нетребовательней в эксплуатации.

Основные конструктивные решения этого двигателя еще до войны были заложены в БД-2, сконструированном Я.Е. Вихманом. Они и легли в основу знаменитого быстроходного двигателя В-2, который устанавливался на советские средние и тяжелые танки и позволял им развивать скорость до 55 км/час.

Исаака Моисеевича Зальцмана недаром прозвали "Танковым Богом". Его заслуги подверждаются наградами: Герой Социалистического Труда, генерал-майор инженерно-танковой службы, Лауреат Государственной премии, Депутат Верховного Совета СССР. Среди наград - три ордена Ленина, ордена Суворова (I степени), Кутузова (II степени), два ордена Красного Знамени. Казалось бы, память о таком выдающемся руководителе военной промышленности должна быть запечатлена в скрижалях истории российской.

Однако фамилия Зальцмана не значится в многотомном Большом энциклопедическом словаре. В Энциклопедии Великой Отечественной войны о нем лишь краткие биографические сведения, завершающиеся фразой "Затем на другой административно-хозяйственной работе". В двухтомной "Летописи Челябинского тракторного завода", увидевшей свет в 1982 году, ни слова о том, когда, куда и почему отбыл из Челябинска директор легендарного Танкограда. Просто при описании жизни заводского коллектива в 1949 году упоминается уже новый директор - С. Скачков, приехавший из Нижнего Тагила.

Что же, все-таки, случилось с Зальцманом в 1949 году? Сам он в восьмидесятых годах сказал, что пострадал, отказавшись написать компрометирующие материалы на руководителей Ленинграда, надуманное "дело" которых разбиралось тогда в Москве.

В 1949 году был арестован Яков Капустин - второй секретарь Ленинградского обкома и близкий товарищ Зальцмана по Кировскому заводу. Вскоре Капустин признается в том, что он английский агент. Так начинается Ленинградское дело, и так начинаются неприятности в жизни Зальцмана, которые могли закончиться его казнью.

Его все время вызывали в ЦК и уговаривали дать показания против Кузнецова. Но он отказался.

Арестованные в 1949 году руководители Ленинграда осуждены и расстреляны были в том же году, но тесно с ними связанному Зальцману оставляют жизнь. Его исключают из партии и увольняют с должности директора завода. Рассказывают, что когда докладывали Сталину всю эту эпопею Зальцмана, он спросил: "А кем он начинал?". Сталину ответили: "Он начинал мастером на Кировском заводе". Вождь решил: "Вот пусть и вернется к этому занятию..."

Из партии Зальцмана исключили. Однако, о лишении его звания генерала, наград Сталин ничего не сказал. А проявлять инициативу без "высочайшего указания" в подобных делах ни Комиссия партконтроля, ни МГБ не могли, да и не в их правилах это было.

И после увольнения прежний нарком танковой промышленности назначается мастером цеха на небольшом заводе в городе Муром под Владимиром. Собственности и сбережений у Зальцмана нет. Семья бедствует. Чтобы как-то продержаться, жене "Танкового Бога" приходится выращивать картофель и тыкву на огороде.

Исаак Зальцман был мастер в цеху и выполнял свою работу, не лез в дела начальника цеха, тем более - директора завода. Но когда наступали праздники, он надевал генеральский мундир и все свои ордена и медали. А он был Герой Социалистического труда, трижды кавалер Ордена Ленина, кавалер орденов Суворова и Кутузова. Начальство просто столбенело.

Муромское руководство на дух не выносит генерала Зальцмана. Вскоре ему приходится перебраться на другое производство в город Орел. Ситуация изменится только после смерти Сталина. В 1955 году Исаак Зальцман восстановлен в партии. Он мечтает о возвращении в Ленинград, где учатся его дети.

Однако секретарь Ленинградского обкома партии Фрол Романович Козлов не желает даже разговаривать с прежним директором Кировского завода. Через секретаря он рекомендует тому оставаться в Орле.

Помогает только удачное стечение обстоятельств.

Он шел по улице, вдруг останавливается машина и выходит оттуда Смирнов, который был в то время председателем Ленинградского исполкома. Он узнал Зальцмана, расспросил о его делах, и сказал: "Давай, возвращайся в Ленинград, я тебе дам квартиру".

Зальцман перебрался в Ленинград. Здесь его помнили и уважали. Правда, больших постов не предлагали. Некоторое время он работал главным инженером треста "Ленлес". Затем его назначили директором механического завода, который еще предстояло построить. Под руководством Зальцмана предприятие было введено в строй и он проработал директором этого завода более 20 лет.

Когда же секретарь партийной организации завода обратился с просьбой о награждении Зальцмана орденом Октябрьской революции в честь его юбилея, Галина Ивановна Баринова тогда возглавлявшая отдел обкома партии, четко сказала, что этот человек не может претендовать на такую награду, поскольку у него есть некое прошлое, о котором не все знают.

А ведь прошлое Зальцана ничего, кроме преклонения перед его вкладом в Победу, вызвать не может. Но, как видим, и после реабилитации казненых по "Ленинградскому делу", городское начальство продолжает относиться к Зальцману с подозрением. Фамилия этого человека, имя и отчество кажутся партийным бонзам чем-то неприличным.

Исаак Моисеевич Зальцман умер 17 июля 1988 года и похоронен в Ленинграде.


Стрелковое оружие необходимо в бою, но не должно быть предметом игр, особенно детей. Один мальчик очень любил играть с револьвером отца и однажды случайным выстрелом ранил старшего брата. Ранение, к счастью, оказалось неопасным. Этим мальчиком был будущий известный архитекто Алексе́й Ви́кторович Щу́сев.

А. В. Щусев родился 26 сентября (8 октября) 1873 года в Кишинёве (ныне Молдова) в дворянской семье. Отец - Виктор Петрович Щусев, надворный смотритель, служащий в земстве, а затем смотритель заведений (кишинёвской земской больницы). Мать - в девичестве Мария Корнеевна Зазулина.

В 1891-1897 годах Щусев учился в Санкт-Петербурге в Высшем художественном училище Императорской Академии художеств у Л. Н. Бенуа и И. Е. Репина. В 1895 году, узнав из газеты о смерти генерала Д. П. Шубина-Поздеева, без рекомендаций пришёл к вдове с готовым эскизом надгробия и сумел убедить отдать заказ именно ему. На кладбищеАлександро-Невской лавры была построена квадратная часовенка под шатром.

За дипломный проект "Барская усадьба" Щусев был награждён Большой Золотой медалью и правом на заграничную командировку. После окончания Академии Щусев в составе археологической экспедиции отправился в Среднюю Азию, исследовав в ходе поездки два древних архитектурных памятника Самарканда - гробницу Тамерлана и соборную мечеть Биби Ханум. Впечатления от этой поездки оказали значительное влияние на дальнейшие работы архитектора. В 1898-1899 годы Щусев посетил Тунис и ряд стран Западной Европы, побывав в Вене, Триесте, Венеции и других городах Италии, а также в Англии, Бельгии и Франции, где в 1898 году посещал парижскую академию Жюлиана. Из рисунков этого периода была составлена отчётная выставка, получившая одобрительный отзыв И. Е. Репина.

После окончания Академии художеств Щусев поселился в Петербурге. Из самых ранних его работ была первая строго научная реставрация. Он воссоздал в 1900-е годы храм Св. Василия в Овруче XII века. С этого времени Щусев начал творческую борьбу с зодчими-эклектиками, которые ранее решительно "исправляли" старинные здания. Щусев их устаревшим к тому времени методам противопоставил совершенно иной подход, тщательно изучив и обмерив фрагменты XII века, и максимально их сохранив.

За реставрацию этого храма Щусев получил в 1910 году звание академика.

С 1901 года он состоял на службе в канцелярии оберпрокурора Святейшего Синода. Одним из первых самостоятельных заказов было проектирование иконостаса для Успенского собора Киево-Печерской лавры.

Программным произведением Щусева 1900-х годов стала церковь, спроектированная по заказу П. И. Харитоненко, сахарозаводчика, мецената и коллекционера, в имении под Харьковом Натальевкатрактованная как храм-музей для собранных им древнерусских икон. Щусев создал здесь одну из самых выразительных своих построек, скульптурный декор которой выполняли С. Т. Коненков и А. Т. Матвеев.

В Петербурге в 1902 году он выполнял светский заказ от графа Ю. А. Олсуфьева - переделку и надстройку фамильного особняка на Фонтанке. Олсуфьев был председателем комитета по возведению храма-памятника в память о Куликовской битве и заказал зодчему его проект. Щусев создал вдохновенное произведение в неорусской версии стиля модерн. Храм Сергия Радонежского на Куликовом поле почти завершили к 1917 году.

Не менее значительный проект А. В. Щусев создал по заказу представительницы царской фамилии, великой княгини Елизаветы Федоровны, происходившей из Дармштадта (тогда центра формирования европейского модерна). Влиятельная заказчица поддержала архитектурную концепцию Щусева и не мешала её реализации. Это хорошо сохранившаяся до сих пор московская Марфо-Мариинская обитель с церковью Св. Марфы и Св. Марии в больничном корпусе (1909) и собором Покрова Богородицы, ставшим композиционным центром всего ансамбля (1908-1912).

Храм с большой луковичной главой на высоком барабане напоминает по формам древнерусские аналоги Новгорода и Пскова, но при этом совершенно оригинален, как и все остальные части комплекса, включая нарядные ворота с привратницкой. Декоративные рельефы здесь исполнял С. Т. Коненков по рисункам Щусева и Н. Я. Тамонькина, сотрудника его мастерской. Настенную живопись в соборе выполнил близкий друг Щусева М. В. Нестеров, которому помогал молодой П. Д. Корин.

Каждую свою постройку 1900-х - 1910-х годов Щусев рассматривал как творческий манифест. Он стал лидером неорусского стиля (национальной версии модерна).

Менее выразительными, чем постройки в России, Щусевым были спроектированы и выстроены за её пределами: православный Храм Христа Спасителя в Сан-Ремо (проект реализовал итальянский архитектор Пьетро Агости), и храм Св. Николая со странноприимным домом в итальянском городе Бари (освящение храма состоялось 9 (22) мая 1955 г.). В 1915 году на Московском городском Братском кладбище в селе Всехсвятском был заложен храм Спаса Преображения по проекту Щусева (1918), снесённый впоследствии (1948) в ходе застройки нового района Москвы - Песчаных улиц.

Щусев стал победителем заказного конкурса на комплекс зданий Казанского вокзала в Москве и в конце 1911 года его официально утвердили главным архитектором строительства. Он соревновался с Ф. О. Шехтелем, выполнившим весьма сходные по характеру проекты. Казанский вокзал зодчий строил почти 30 лет, начиная с 1913 года. Для этого он перебрался из Петербурга в Москву.

Крытый остеклённый дебаркадер вокзала, состоящий из трёх цилиндрических сводов, спроектированный для Щусева известным инженером В. Г. Шуховым, осуществить не удалось. Это была бы самая экстравагантная часть проекта, хотя и решённого весьма современно для 1913 года, с применением высоких железобетонных арок параболической формы. Отделка интерьеров и роспись сводчатого зала ресторана по эскизам Е. Е. Лансерепродолжалась вплоть до конца 1930-х годов.

В 1912-1916 годы архитектор проектировал железнодорожные вокзалы в Софрине, Красноуфимске, Сергаче, Муроме.

После Октябрьской революции А. В. Щусев оказался в числе самых востребованных архитекторов. В 1918-1923 годы он руководил разработкой генерального плана "Новая Москва", на стадии первых эскизов не согласившись с версией далее отошедшего от этой работы И. В. Жолтовского. Этот план стал первой советской попыткой создать реально исполнимую концепцию развития города в духе большого города-сада.

Проект был направлен на чёткое зонирование территории, сохранение исторического центра и множества отдельных старинных общественных зданий и храмов, развитие "зелёных клиньев" от центра к периферии, реконструкцию ряда магистралей, московского речного порта и железнодорожного узла и пр. Проект "Новая Москва" был совершенно иной направленности, чем "сталинский" генеральный план реконструкции столицы 1935 года, о котором часто неправильно пишут, как о развитии идей Щусева.

Щусевский план был резко раскритикован в 1924-1925 годах городской администрацией и только строительство мавзолея Ленина позволило зодчему избежать репрессий.

Щусев за одну ночь предложил несколько вариантов мавзолея. Всего он их построил три. Самый первый, деревянный, был возведён за три дня. Весной деревянную постройку потребовалось обновить. Ко второму мавзолею, тоже деревянному, Щусев добавил трибуны с двух сторон.

Спустя пять лет конструкции стали подгнивать. Был объявлен конкурс на прект нового мавзолея. Его выиграл Щусев. В октябре 1930 года было возведено новое здание из железобетона, облицованное естественным камнем гранитом и лабрадоритом.

Щусев был главным архитектором первой Всероссийской сельскохозяйственной и кустарно-промышленной выставки, проходившей в 1923 году в Москве в районе нынешнего ЦПКиО имени м. Горького. Он руководил постройкой ряда павильонов, организацией всего строительства (более двухсот различных сооружений).

В 1922-1930 годах Щусев был председателем Московского архитектурного общества.

В 1926-1929 годы А. В. Щусев работал директором Третьяковской галереи. Впоследствии он занимался пристройкой к основному зданию галереи новых залов (автор проекта, сотрудник мастерской Щусева А. В. Снигарев), не помешавших восприятию основного фасада, выполненного до революции по рисункам В. М. Васнецова.

Новаторским по архитектуре был его конкурсный проект здания Центрального телеграфа.

В стилистике конструктивизма им (с соавторами Д. Д. Булгаковым, И. А. Французом, Г. К. Яковлевым) был разработан блестящий проект здания Наркомзема (Москва, Орликов переулок, 1/11), практически полностью осуществленный. Здание построено в 1928-1933 годах. Сейчас в нём размещается Министерство сельского хозяйства.

Им же были спроектированы санаторий в Мацесте(1927-1931), здание Механического института на Большой Садовой улице в Москве (сейчас здание принадлежит Военному университету), дом артистов МХАТа в Брюсовом переулке.

В 1930 году Щусеву было присвоено звание заслуженный архитектор СССР.

В процессе реконструкции Москвы 1930-х годов А. В. Щусев возглавлял одну из архитектурных мастерских, из стен которой вышло множество проектов, охватывающих не только столицу, но и другие города страны. Самым значительным и частично осуществлённым был проект застройки Смоленской и Ростовской набережных жилыми домами.

Мастерская спроектировала ещё один жилой дом (дом артистов ГАБТ в Брюсовом переулке, а также жилой дом Академии наук СССР на Калужской улице (Ленинском проспекте).

Гостиница "Москва" стала одной из первых больших советских гостиниц. Первоначальный её проект был выполнен архитекторами Л. И. Савельевым О. А. Стапраном. Однако их концепция не понравилась правительственным чиновникам (или лично Сталину). Щусева пригласили в качестве соавтора, способного спасти проект, находившийся в тот момент на стадии возведения основного каркаса. Проблема была решена. В 1937 году публикацией в газете "Правда" (30 августа) началась кампания против Щусева, в результате которой он был исключён из Союза советских архитекторов; мастерскую ╧ 2 возглавил вместо него Д. Н. Чечулин. Однако ареста и ссылки, как обычно в то время, не последовало и когда Щусев вернулся к работе над гостиницей, одна башня была уже построена по старому проекту.

В то же время А. В. Щусев неоднократно заступался за репрессированных деятелей искусства, представляясь автором Мавзолея.

По проектам мастерской А. В. Щусева, где работало множество сотрудников, были построены Большой Москворецкий мост (инженер, его брат П. В. Щусев), советское посольство в Бухаресте, здание гостиницы "Интурист" в Батуми (1934 год), здание филиала Института марксизма-ленинизма в Тбилиси, начато строительство театр оперы и балета в Ташкенте (закончено в 1947 году). В этих сооружениях ярко проявилось желание архитектора следовать национальным традициям.

С 1938 года А. В. Щусев был членом Учёного совета, созданного для руководства реставрацией Троице-Сергиевой Лавры, вместе с П. В. Щусевым он разработал проект вертикальной планировки Лавры.

В 1934 году было принято решение о перемещении АН СССР из Ленинграда в Москву, для чего было необходимо обеспечить академические институты рабочими помещениями. В 1935 проведён конкурс на застройку академгородка за площадью Калужской заставы. Конкурс выиграл Щусев, возглавивший специально созданную для решения этой крупномасштабной задачи мастерскую "Академпроект", которой в московском районе Черёмушек предстояло построить 40 зданий для академических институтов, музеев, библиотек и обслуживающих учреждений.

Из множества институтов до войны были построены только: Институт генетики (работы над ним были завершены в 1939 году), хотя были созданы также проекты зданий: Института органической химии, Физического института, Института металлургии и Институт точной механики и вычислительной техники. Все эти проекты были осуществлены только в послевоенные годы. До войны для Академии наук был построен новый жилой дом на Большой Калужской улице, куда в 1939 году переселился и сам А. В. Щусев.

В 1940 году была начата работа над проектом здания НКВД на Лубянской площади, как реконструкция одного из доходных домов дореволюционного Страхового общества "Россия", так и не завершённая при жизни автора.

С 1945 года и до своей смерти А. В. Щусев был первым директором созданного по его инициативе Музея русской архитектуры (в настоящее время Государственный научно-исследовательский музей архитектуры им. А.В. Щусева). Значительное место в деятельности Щусева в 1940-е годы занимали проекты восстановления городов, разрушенных в годы войны: Истры (1942-1943), Новгорода (1943-1945), Кишинёва (1947) и др. Одним из последних творений А. В. Щусева стала московская станция метро "Комсомольская-кольцевая", отражающая торжество победы над фашизмом.

За свою трудовую деятельность А.В.Щусем удостоился наград:

Сталинская премия первой степени (1941) - за архитектурный проект здания Института Маркса - Энгельса - Ленина в Тбилиси (1938)

Сталинская премия второй степени (1946) - за внутреннее оформление Мавзолея В. И. Ленина

Сталинская премия первой степени (1948) - за архитектурный проект здания Театра имени А. Навои в Ташкенте

Сталинская премия второй степени (1952 - посмертно) - за архитектурный проект станции "Комсомольская - кольцевая" Московского метрополитена имени Л. М. Кагановича

Орден Ленина (6.9.1947)

Два ордена Трудового Красного Знамени (в том числе 10.6.1945)

Медали.

Умер А.В.Щусев в Москве 24 мая 1949 года. Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище.

В Кишинёве в доме, где родился и вырос архитектор, расположен музей, в котором хранятся его личные вещи, фотографии и документы.

В 1980 году во дворе Центрального дома архитектора (Гранатный переулок, 7) установлен памятник А. В. Щусеву.

Имя А. В. Щусева носит музей архитектуры в Москве.

В 2016 году в Москве появилась улица Архитектора Щусева.


Если архитектор А.В.Щусев известен, как автор Мавзолея на Крастной площади, так Гюстав Эйфель известен авторством знаменитой башни в Париже.

Алекса́ндр Гюста́в Эйфе́ль (фр. Gustave Eiffel), урождённый Бёникхаузен родился 15 1832 года в Дижоне, был первым ребёнком Катрин-Мелани (урожд. Монёз) и Александра Эйфеля. Он был потомком Жана-Рене Бёникхаузена, эмигранта из германского городка Мармаген (совр, округ Неттерсхайм) под Кёльном, переселившегося в Париж в начале XIX века. Хотя члены семьи пользовались фамилией Эйфель, Гюстав был зарегистрирован под фамилией Бёникхаузен и официально не менял её до 1880 года.

Отец Гюстава отслужил в армии, но к моменту рождения сына оставался при ней на административной работе. Однако вскоре он оставляет службу и переключается на помощь жене в ведении дел унаследованной ей от родителей фирмы по заготовке древесного угля. Из-за занятости матери будущий архитектор много времени проводил у бабушки, но сохранял привязанность к матери, бывшей влиятельной фигурой в его жизни до её кончины в 1878 г. В 1843 г. Катрин продаёт успешный семейный бизнес и удаляется от дел, живя на вырученные средства.

Сын учится в Королевском лицее в Дижоне, но учёба тяготит его до старших классов, когда он берётся за занятия под влиянием учителей истории и литературы и успешно сдаёт экзамены на звание бакалавра по естественным и гуманитарным наукам.

Важную роль в обучении мальчика играет его дядя Жан-Батист Моллерат, владелец крупного химического завода близ Дижона, автор метода перегонки уксуса, и один из дядиных друзей химик Мишель Перре, обучавшие его всему от химии и горного дела до богословия и философии.

В Париже для подготовки к трудным вступительным экзаменам в лучшие технические вузы страны Гюстав поступает в Коллеж Сен-Барб. Его влечет Политехническая школа, но преподаватели считают его результаты недостаточными, и он проходит в более прикладную Центральную школу искусств и мануфактур.

На втором курсе он решает специализироваться по химии и в 1855 г. оканчивает учёбу 13-м из 80-ти кандидатов. В тот год Париж принимает Всемирную выставку, и мать покупает Гюставу для посещения зрелища абонементный билет.

В 1855 Гюстав получил диплом инженера в Центральной школе искусств и мануфактур в Париже и устроился работать в конструкторскую фирму "Шарль Нево", которая занималась строительством мостов.

В 1858 году он руководил строительством железнодорожного моста в Бордо, используя металлические конструкции и применив изобретенный им самим метод пневматической установки оснований. Потом многие годы он проектирует здания и мосты с использованием новейших на то время технологий строительства.

В середине XIX века строили в основном из камня. Железо уже начало стремительно дешеветь, но еще не было привычки использовать железные силовые элементы в строительных конструкциях. Эйфель первым стал широко использовать железные конструкции в строительстве. Спроектированные им мосты казались воздушными, но были очень прочными, многие из них стоят до сих пор.

В этом же году он стал компаньоном работодателя, а два года спустя основал собственный завод металлоконструкций в Леваллуа Перре недалеко от Парижа.

В 1870 1873 годах Эйфель построил архитектурные объекты в Египте и Чили, Венгрии и Португалии, а также принимал участие в конкурсе на постройку Троицкого моста в Петербурге, но не выиграл. Хотя конструкции моста делали по его рецептам - идеи Эйфеля уже овладели архитекторами и строителями.

Он строил мосты в Португалии и в Молдавии, в Испании и во Франции и в Грузии (тогда Романовы специально попросили знаменитого Эйфеля почтить своим участием строительство в Грузии и спроектировать мост на железной дороге Батуми-Бакуриани). Как конструктор мостов и крупных строений, он получил всемирное признание. Проектировал железнодорожные вокзалы, школы, церкви, казино. Особенностью творений Эйфеля была решетчатая железная силовая конструкция, объединявшая прочность и внешне воздушную легкость сооружений.

В 1875 году вместе с архитектором Луи Шарлем Буало он выстроил магазин "О бон марше" в Париже. Его пассажи, покрытые стеклянными куполами, стали образцом для подражания во всем мире.

В 1876 году Эйфель спроектировал стальной каркас американской статуи Свободы. Идея статуи принадлежала Эдуарду Рене Лефевру, а создал скульптору художник Бартольди. Реализовал же проект скульптуры, спроектировал ее силовой железный каркас именно Гюстав Эйфель.

В 1877 году по проекту архитектора был построен мост через реку Дору в Порту (Португалия) со 162 метровой аркой.

Всего Эйфель построил более 200 сооружений: мосты, виадуки, вокзалы, банки, школы, церкви, казино. Главной идеей инженера было изготовление решетчатых конструкций, которые он считал более прочными и экономичными, чем сплошные. Почти все из его 36 мостов вошли в учебники как примеры смелых инженерных решений.

Одним из самых дерзких проектов Эйфеля стал виадук Гарабит (1884) во Франции, перекрывший арочным пролетом длиной 165 метров глубокое ущелье. Глубина ущелья, по которому текла река, составляла 165 метров. Другие проекты виадука, участвовавшие в конкурсе, были на огромных каменных опорах, а Эйфель предложил воздушную арку из железа, нависшую над пропастью. Сооружали ее на берегу, а переместили через пропасть, поставив на место при помощи одного стального троса, натянутого над пропастью. Мост был прост, дешев и поразительно красив.

Мировую известность Гюставу Эйфелю принесла ажурная стальная башня, известная как Эйфелева башня, построенная для Всемирной выставки 1889 года в Париже и ставшая одним из символов столицы Франции.

Париж был в ужасе. Город почти взбунтовался против наглой попытки унизить культурную Францию такой непотребной железной штукой. Коллективное письмо творческой интеллигенции Парижа, среди которых были Александр Дюма-сын, Ги де Мопассан и Шарль Гуно, требовали запретить это жуткое непотребство, не ставить в центре Парижа страшный клепаный железный котел. Им казалось, что постройка будет так выглядеть.

Башню все равно построили. Общая высота башни достигала 312 метров, вес - 9,7 тысяч тонн. При ее возведении был применен ряд прогрессивных для того времени методов монтажа строительных конструкций. На башне были устроены три платформы на высоте 57, 115 и 276 метров. На первой и второй из них находились рестораны и смотровые площадки. На третьей платформе были размещены кабинет самого инженера, а также астрономическая и метеорологическая лаборатории. На случай поломки лифта наверх вела лестница из 1792 ступеней. Теперь эта башня - гордость Парижа.

Одним из протестующих был и Ги де Мопассан, который, кстати, регулярно обедал в ресторане на первом уровне этой самой башни. На вопрос, зачем он это делает, если башня ему не по душе, отвечал так: "Это единственное место во всём Париже, откуда ее не видно!"

Гюстав Эйфель позаботился о том, чтобы в 300-метровой башне можно было... жить! Мало кто знает, что на самой верхотуре есть небольшая квартира, которую инженер удобно обустроил и нередко приглашал туда гостей.

Люди, которые узнавали о чудесном жилище, предлагали Эйфелю хорошие деньги, чтобы получить квартиру в аренду, однако инженер отказывался: вместо денег он предпочитал иметь возможность расслабиться и подумать о жизни.

Парижане очень завидовали владельцу и напрашивались хотя бы переночевать в удивительной квартире, но Эйфель был непреклонен. Впрочем, это не мешало ему приглашать в гости членов правительства, других изобретателей и просто друзей.

Эйфель умудрился даже поднять туда рояль. На стенах были обои, пол устилали ковры, углы были обставлены мебелью по тогдашней моде, также имелась небольшая спальня.

Лишь однажды в своей жизни Эйфель сильно промахнулся: вошел в правление постройки Панамского канала. Возглавлял строительство тот самый знаменитый Фердинанд Лессепс, который незадолго до этого успешно руководил постройкой Суэцкого канала.

Начало постройки было таким же, как и строительство предыдущего канала. Было создано акционерное общество, около 800.000 человек купили акции, на эти деньги пошла стройка. Потом потребовалось больше денег. Потом деньги понадобились еще и еще... Через 10 лет после начала строительства Панамского канала выяснилось, что денег больше нет, при этом выкопано меньше трети всего канала и погибло от малярии и желтой лихорадки свыше 20.000 строителей. Произошло банкротство компании, 800.000 человек лишились своих сбережений. Идея строительства была опозорена, с тех пор каждую очень большую аферу называют "панамой".

Руководство компании судили и признали виновными в растрате, в том числе и Эйфеля. Газеты печатали издевательские карикатуры, где среди прочих казнокрадов было легко опознать Эйфеля - к его спине карикатуристы привязывали модель его башни. Эйфеля признали виновным, но приговорили к условному сроку.

В 1890 е годы после скандала вокруг Панамского канала инженер вышел из бизнеса и занялся исследовательской работой в области аэродинамики. В 1909 году в Париже инженер построил первую аэродинамическую лабораторию. Им было открыто явление кризиса сопротивления плохообтекаемых тел (1912), усовершенствована техника аэродинамического эксперимента.

В качестве эксперта Эйфель состоял во многих комиссиях, в том числе в той, которая занималась строительством парижского метро.

28 декабря 1923 года в возрасте 91 года Гюстав Эйфель скончался в Париже, но не от старости, а от пневмонии, которую тогда не лечили.

Эйфель был женат на дочери своего поставщика Мари Годеле (Marie Gaudelet), которая скончалась после 15 лет брака, родив инженеру пятеро детей.

---------------- "" ------------------

Когда внук Аркадия прочитал собранный им материал, он долго сидел в задумчивости.

-- О чём задумался, нехед (внук)?

-- Несправедливо как-то получается. Во всех странах учёные и изобретатели спокойно работали. А в России за последние сто лет кого в тюрьму садили, кого в лагерях сгноили, а кого вообще расстреляли! А от них ведь такая польза стране была! И ещё какую могли принести!

-Ты прав. Но что поделать, время было такое.

-- А те, кто осталичь живы, хоть смогли разбогатеть на своих изобретениях? И вообще, а как люди становятся богатыми?

-- По-разному. Это долгий разговор.

И Аркадий понял, что внук подбросил ему новую тему для поисков.


СОДЕРЖАНИЕ.


ГЛАВА 1. За моря, за океаны............................................................ 2

ГЛАВА 2. За горизонтом................................................................... 64

ГЛАВА 3. НАУКА.................................................................................94

ГЛАВА 4. Техника............................................................................... 312