# Venina odisseja

Яков Канявский

ВЕНИНА ОДИССЕЯ.

До войны семья Вениамина Гофмана состояла из четырёх человек. Кроме Вени в их киевской квартире жили мать, отец и старший брат Аркадий. В 1940 году Аркадий после школы по конкурсу поступил в Чугуевское танковое училище. Вене же тогда было только 15 лет. Он учился в школе и помогал матери по хозяйству. Летом они с матерью в 5 утра приходили на вокзал к пригородному поезду, покупали у приехавших крестьян молочные продукты, яйца и другие продукты.

Также пришли они на вокзал и 22 июня 1941 года. Но поезд прибыл разбитый. Все думали, что он попал под какие-то учения, и ругали беспорядки в армии. Только придя домой, они узнали, что началась война. Каждое утро прилетали истребители и обстреливали людей, не давая им выходить на улицу. Веня с пацанами залезали на крышу и наблюдали воздушные бои. Потом это стало опасно.

Веню вместе с другими комсомольцами направили под Киев, рыть противотанковые рвы. Когда они вернулись в город, Веня никого не застал дома. От соседей он узнал, что произошло. Отца забрали в Армию. (По рассказам очевидцев, там вскоре при бомбёжке отцу оторвало ногу. Он попал в госпиталь. Вскоре госпиталь оказался в окружении и был уничтожен).

А мать, оказывается, уехала с соседкой. Во дворе у них жили три еврейские семьи. К одной из них, подруге Гене, вдруг приехал племянник на полуторке и дал полчаса на сборы. Мама Броня увидела соседку:

- Геня, и куда вы едете?

- Эвакуируемся.

- Так возьмите и меня с собой.

- Давай быстрей. У нас нет времени.

Мама Броня заскочила домой, схватила, что попалось под руку, и поехала. А попался ей маленький чемоданчик и зонтик. Они думали, что уезжают ненадолго, максимум на месяц. Ведь советская пропаганда внушала тогда, что ни пяди своей земли мы не отдадим, а воевать будем только на чужой территории.

Веня был в растерянности, не знал, что делать. Соседи советовали оставаться:

- Ты не похож на еврея. Мы тебя спрячем.

На улице Воровского жила мамина родственница. Веня пошёл к ней за советом. Семья та жила зажиточно. Уезжать со всем этим богатством было невозможно. Они решили остаться. И Вене тётя сказала:

- Оставайся. Я не коммунистка. Ты не говори, что комсомолец. Так почему немцы должны нас трогать?

(Ответ на этот вопрос она узнала, когда их, вместе с другими евреями погнали в Бабий Яр).

А тогда Веня послушался совета и остался. Он мог разделить участь своих родственников, но судьба распорядилась иначе. Прошло несколько дней. Положение в Киеве стало тяжёлым. Как-то утром Веня получил повестку "Взять еду на 2 дня и срочно явиться в военкомат".

Придя туда, он сразу попал в строй. Пешком колона пошла к мосту через Днепр. На подходе к мосту попали под обстрел истребителей. Команда "Назад", и уцелевшие залегли в канаве. Лежать пришлось до самого вечера. С наступлением темноты перешли мост и пешком шли до Полтавы.

В Полтаве их посадили в товарный поезд и привезли в Сталино. Там колону построили и провели отбор. Те, кто родился в 1922 и 1923 годах сразу были направлены в Армию. Более младшим ребятам предложили остаться работать или двигаться дальше на восток.

Веня решил остаться. На работу он попал в Макеевку в шахту 5-бис. Приходилось толкать вагонетки, разгружать уголь. Когда фронт начал подходить к Сталино, администрация предложила желающим ехать на восток. Веня с двумя пацанами поехали в Сталинград.

С железнодорожного вокзала беженцы направлялись в порт. У некоторых было много вещей. И ребята начали подрабатывать носильщиками, перетаскивая вещи в порт. Эта работа продолжалась не один день, т.к. поток беженцев не убывал. Ночевали прямо на вокзале, были грязные, оборванные.

Однажды на вокзале Веня встретил знакомую женщину из Киева. Та рассказала, что, по слухам, Броня работает в колхозе под Сталинградом. На попутной бричке Веня отправился в этот колхоз. Ходил по домам, искал беженцев. К счастью, нашёл хозяйку, у которой жили Броня с Геней.

Оказалось, что они уже уехали в Ташкент, где у Гени была какая-то родственница.

- Тогда я тоже еду в Ташкент!

- Куда ты поедешь в таком виде? Поработай в колхозе, немного денег заработаешь. Приведёшь себя в порядок, тогда и поедешь.

Веня остался в колхозе, научился управлять быками. Возил зерно от комбайнов. Заработал 72 рубля и поехал в Сталинград. Поезд на Ташкент шёл из Куйбышева. Туда надо было добираться на пароходе, но билет стоил дорого. Но Веня любым путём стремился доехать к маме. Пароход отплывал от берега. Во время разворота корма оказалась очень близко. Веня прыгнул изо всех сил и попал на корму.

Куйбышев встретил Веню дождём со снегом. Рваный Венин плащик был явно не по погоде. Но Веня не обращал на это внимания. Веня нашёл товарный состав, направлявшийся в Ташкент, и запрыгнул в первый попавшийся вагон. Только уже в пути он сообразил, что не захватил с собой ничего съестного. Видя его положение, соседи давали кое-что поесть. Вид у Вени был такой, что какой-то бандит принял его за блатного и взял над ним шефство.

Добравшись до Ташкента, Веня днём ходил по городу и искал эвакуированных, а вечером возвращался ночевать на вокзал. И через три дня Веня нашёл свою маму!

Веня устроился работать на завод по ремонту военного оборудования, а в декабре 1942 года был призван в Армию. Направили его учиться в Орловское пехотное училище, эвакуированное в Сталинобад. Вместе с Веней призывался его приятель Борис. В училище ребята пробыли около 6 месяцев. И опять их жизнями распорядилась судьба.

Пришёл приказ половину училища направить в город Димитров под Москвой. Веня попал в эту половину. А Борису не хотелось уезжать из тёплых краёв и он "закосил" под малярийного больного. Веня уехал, а Борис остался.

(Уже после войны Веня узнал о судьбе Бориса. Оказалось, что через некоторое время оставшуюся половину училища направили на Курскую дугу. В живых там остались не многие. Борис остался жив, ему только оторвало руку).

В Димитрове Веня попал в 98-ю гвардейскую дивизию. Из солдат готовили десантников. Обучались прыжкам с парашютом. Вначале с вышки, потом с аэростата, потом с самолёта. И чтобы выжить, надо было научиться правильно укладывать парашют. Работу эту надо было уметь проводить в любых условиях. Как-то укладывали парашюты зимой. Старшина выгнал всех укладывать на морозе, а сам укладывал в тёплой столовой. Солдаты ворчали и завидовали ему.

Вылетели на ночные прыжки. Веня и другие солдаты прыгнули. Старшина должен был прыгать последним. Вдруг Веня увидел, что мимо него что-то пролетело вниз. Потом, приземлившись, нашли тело старшины. Парашют у него не раскрылся. Видно смёрзся после выноса из тепла на холод. Веня с ужасом подумал, что было бы с ними со всеми, если бы старшина разрешил им тоже укладывать парашюты в столовой.

... И ещё был случай, когда судьба опять спасла Веню. Карельский фронт. Пехота тащила на себе пушку сорокапятку. Два крепких солдата тащили её за лафеты, а низенького Веню заставили лечь на ствол для противовеса. Эту процессию увидел старшина, имевший антисемитский душок. Он остановил движение и послал Веню назад, тащить ящики со снарядами. Сам же лёг на ствол пушки вместо Вени.

Не успел Веня с напарником далеко отойти, как раздался взрыв. Ребята обернулись и увидели страшную картину. Пушка одним колесом наехала на противотанковую мину. Разнесло не только пушку. На деревьях висели руки, ноги и другие части тел всех погибших. Оказывается, антисемитизм может иногда спасти людям жизнь.

После Карельского был 3-й Украинский фронт. Веня участвовал в освобождении Венгрии, войну закончил в Австрии. Но это был ещё не конец истории. Венину часть погрузили в эшелоны и отправили на Дальний Восток. И опять судьба улыбнулась Вене, Япония капитулировала.

Старший брат Аркадий тоже выжил. В 1941 году их танки отступали до самой Москвы. А после перегруппировки двинулись на Запад. Аркадию удалось на танке проехать и по Берлину.

Братья встретились после долгой разлуки уже в Ташкенте. Для них начиналась мирная жизнь и другая история.