# Король. Ч.5

Юрий Бужор

Два слова о потомках и преемниках на троне до Виндзоров включительно. Попутно придется нам один миф развеять.

1.Два дня одного тысячелетия 2.Норманны 3.Пророчество; 4.Кто может сравниться с Матильдой моей

НАСЛЕДИЕ

Дети как дети. В основном было от них горе.


Дочь Агата должна была выйти замуж за гарольдова сына. Гарольд стал Вильгельму поперек дороги, и брак, которого все радостно ждали, расстроился. Умерла от тоски, не доехав к новому назначенному ей жениху в Кастилию.


Первенец Роберт Короткий Чулок был в мать, коротышка. Братья его как-то задразнили, облили чем-то не очень вежливо. Облил бы их в ответ или подрались бы, ладно. Нет, пострадавший наябедничал родителям. Никого не стали наказывать: разбирайтесь, дети, сами. И вот из-за такой ерунды Роберт пошел на них и отца войной. Однажды в ночном бою ненароком сошелся сын с отцом в поединке, и, не узнав, больно ранил родителя. Злейшему врагу не пожелаешь. Вильгельм вскрикнул, сын узнал по голосу, бросил меч. Король пощадил его, но не простил - предал проклятию. Когда выяснилось, что супруга тайком помогает Роберту деньгами, при всех отругал ее, и она смолчала, немыслимое дело.


Матильда кое-как помирила их потом, но осадок остался, и старшему потом пришлось довольствовался по завещанию не Англией, а Нормандским герцогством. Второй, любимый сын Ричард на охоте взялся самолично добивать оленя, и тот забодал его насмерть. Королевская корона отошла к третьему, Руфусу. Преемник из Руфуса вышел неважный, не сработался с людьми. Кто-то из свиты подстрелил его из лука во время охоты.

На троне в Лондоне оказался младший сын Генрих. Роберт опять затеял братоубийственный конфликт, в результате потерял то, что имел - нормандские владения, и угодил в тюрьму, где просидел 20 лет. Там и умер.


Затем и Генрих I умер. Гостил у дочери и зятя в Нормандии, что-то не поделили. Вскоре, бесстрастно сообщает летописец, король поел миног, которые очень любил, и отравился.

***


Когда смерть уносит тирана, начинаются разброд и шатание, это нормально как раз. Но общество развитого феодализма, построенное Вильгельмом, пережило все потрясения, выстояло.


Говорят: с 1066 года не ступала нога иноземного захватчика. Нога ступала. Оккупационного режима не было, на этом настаиваем.


В 1216 - 1217 годах произошло у них постыдное двоевластие и иностранное военное присутствие. Этот эпизод без особой нужды в разговоре с гордым бриттом вспоминать не надо, хотя, скорее всего, вы будете первым, от кого он вообще узнает. Сложился миф о неступавшей ноге, на здоровье. У нас же с вами запретных тем нет.


Мятежные бароны мало того, что заставили своего монарха подписать "Великую хартию вольностей", они еще и зазвали для борьбы с ним французского принца Людовика. Принц захватил Кентербери, Рочестер, затем при радостных криках народа вступил в Лондон и был объявлен королем. Хорошо еще не короновали официально, при живом-то Иоанне.


Смерть Безземельного расставила все по своим местам. Мятежники потерпели поражение под Линкольном. Французский флот был разгромлен в устье Темзы. Бароны поладили с новым монархом. Принц оказался без надобности и, подписав мир, отбыл восвояси. Он станет королем Людовиком VIII и еще повоюет с Англией, но уже не на её, а на своей территории.


Где-то в Корнуолле в 1595 г. причалил к берегу испанский галеон. Постреляли, показательно отслужили мессу и убрались. "Непобедимую армаду" разметали штормы и бравые адмиралы Её Величества, вся эта затея, как известно, закончилась для испанцев полнейшим фиаско. При Людовике XIV несколько французских десантов натворили бед. Но наученные опытом островитяне сбрасывали их в море.


Звонкую оплеуху отвесил владычице морей голландец де Рюйтер, когда в 1667 г. пожег ее корабли прямо на внутренней базе в Чэтеме и на веревочке привел в Амстердам трофейный флагман, красу и гордость Royal Charles. Это был успешный дерзкий рейд, но, разумеется, не нашествие. Если можно говорить о неудаче и при этом нахваливать себя, то британцы и в этом преуспели, назвав данный эпизод самым крупным поражением королевского флота за всю его историю. Что ж, справедливо.

Другой голландец Вильгельм III Оранский высадился 20 лет спустя с 15 тысячами солдат. Надо было возвести на трон протестанта и прогнать паписта Якова II. Дружественная интервенция, пожалуй, но тоже никак не вторжение или, упаси бог, оккупация. Со своими гвардейцами Вильгельму III было как-то спокойнее. Новый король заранее настоял на том, чтобы ограниченный контингент был торжественно приглашен в порядке оказания братской помощи синклитом местных епископов. Кровопролития не было.


Народ роптал поначалу, не скрывала недовольства военная партия в парламенте; но тут сыграло роль одно обстоятельство. К тому времени голландцы освоили производство можжевеловой водки - jenever. В остальном мире простые люди пили пиво, кто побогаче - вино; водка стоила несметных денег, так что мало кто ею увлекался. А можжевеловка была каждому по карману. Интервенты научили английских товарищей гнать и пить благородный напиток, известный ныне всему миру как джин. На позициях пошло братание нижних чинов, затем и господ офицеров. Перемешавшись, обнявшись и горланя песни, союзные войска вступили в Лондон. Якову II ничего не оставалось, как только убраться подобру-поздорову. Что же делать, если инородец оказался более достойным выразителем государственных интересов, чем природный Стюарт.


Да с тех пор одни сплошные иностранцы и воцарялись. Ганноверская династия, Закс-Кобургская династия. Никаких Виндзоров не было, это Закс-Кобургские в первую мировую из патриотических соображений придумали себе новую фамилию.


Происхождение не то чтобы дело десятое - не главное. Достойно представляешь государство, сиди на троне. Неправильно себя ведешь, извини. Так и поступили с Эдуардом VIII. Сейчас, может, и не прогнали бы, подумаешь, невеста неголубых кровей и дважды разведенка. Может, и не прогнали бы. А тогда, в 1936-ом, прогнали. Важен принцип, что могут прогнать. И вот только не надо нам говорить, что король благородно пожертвовал троном ради большой любви. Если чем и пожертвовал, так это репутацией династии. Попал в рабскую зависимость от этой Симпсон - как недавно выяснилось, подстилки тогдашнего посла в Лондоне Риббентропа. Подкаблучник и рогоносец Эдуард Виндзор был к тому же натуральный наци. Фюрер знал, кого поставить во главе карманной монархии, сложись все иначе.

Так что не король ушел, а его ушли, держава же и скипетр долго еще были у него на уме. Симпсониха все уши прожужжала, можно не сомневаться.

Не вышло у них. 6. Think big