# О жизни и смерти. Пять пьес для чтения

Владимир Дмитриевич Кабаков

Пьеса для чтения - это "-засушенный роман, это рассказ в лицах. Вот и мои пьесы для чтения рассказывают о жизни и смерти их героев.

Вместо эпиграфа:


"Пьеса для чтения - это "засушенный" роман".


Дуэль Пушкина


"Правду твою не скрыв в сердце твоём"


Пьеса в трёх актах с эпилогом.


Пушкин в кабинете. Читает одну из своих книг вслух: - "Мой путь уныл. Сулит мне труд и горе грядущего волнуемое море... И может быть - на мой закат печальный блеснёт любовь улыбкою прощальной..."

Да... Так я тогда думал...

Пушкин, разговаривая сам с собою: - "Последние годы перед женитьбой на Наталье, я потерял смысл всего- карьера, богатства, удовольствия... Служба - утомительна и часто унизительна, когда служишь не Родине, а человеку, угождая начальству... Деньги очевидно не делают их обладателей счастливыми, а только суетливыми... Из удовольствий, главное - это женщины...Однако зачем женщины!? Зачем это уныло повторяющееся механическое овладение телом без единения душ... Со временем, от этого только устаёшь...

И наконец, мне просто надоело жить для себя... А тут, мне казалось, я могу хоть ненадолго стать молодым, любить и надеяться на ответ. Ведь Натали так мила... и чиста...

Я понимаю, что между нами мало общего... Но я люблю её молодое тело и это помогает мне любить её простую и невинную душу... Надеюсь, я вызвал в ней ответное чувство...

Входит Пётр Вяземский...

Пушкин: - Как ты сегодня кстати , Пётр! Меня что-то хандра заела...

Вяземский: - И что это у тебя за настроения? Сейчас, когда у тебя всё есть: дом, семья, состоявшаяся литературная карьера, молодая очаровательная жена... Ты наконец счастлив?.. Ведь ты любишь её?..

Пушкин - Вот ты Пётр спрашиваешь, люблю ли я?.. Я отвечу тебе прямо и честно... (Начинает ходить по кабинету)...

Да! Конечно!.. Но это скорее уже не любовь, а привычка. Эгоистическое удовлетворение - она моя... Да... Она мать моих детей, моя воспитанница и может быть даже старший ребёнок... Взрослый ребёнок...

Вяземский - И ты называешь это любовью?.. Тогда понятно...

Пушкин - Ты меня не дослушал... Я думаю, в силу природного полового разделения, мужчина просто не способен любить другого... Он эгоист и это настолько близко к поверхности, что постоянно проявляется...

Не то у женщины. Думаю, что подлинную любовь - в серале, где сто женщин живут для любви и думают только о любви... В наше время и в нашем обществе, редкая женщина способна на любовь, в её подлинном смысле... И всё-таки она есть!!! Что касается определения любви, то каждый из нас знает, как это проявляется. Но словами это трудно описать... Иногда , мы смотрим на пару и думаем: "Как она его любит!". А иногда атрибуты любви есть- поцелуи, слова, жесты, а самой любви нет...

Вяземский - И что же тогда делать мужскому полу?

Пушкин - Но природа всё предусмотрела! Она наделила мужчину способностью привыкать, привязываться, и это, опять же в силу природных качеств мужчин, часто намного долговечнее и сильнее женской любви...

(В волнении ходит по комнате...)

- Я замечал, что период любви у женщин длиться определённое время. И если сравнивать, то женщина в начале романа, совсем другая, чем допустим через три или четыре года после... Хотя она и может говорить по прежнему " Я люблю тебя!"... Здесь есть что-то биологическое, животное...

- У мужчин не так...У нас, часто не так...Чем дольше мы живём вместе, с милой, тем сильнее привычка. Думаю, что в привычке больше человеческого, чем в любви...

- Вяземский - И что же?.. Прошло три года и женщина не любит?.. А как же тогда семья и брак на всю жизнь?

- Пушкин - Ну, здесь всё просто! Не давайте женщине насытиться её любовью. Когда предмет её любви не отвечает взаимностью, то женщина любит очень долго... Я это тоже знаю... Тут, как древние говорили: "Чем меньше девушек мы любим, тем больше нравимся мы им..." Но боже! Как это трудно в семье, с очаровательной красавицей женой, которую ты видишь всё время рядом...Это и есть ловушка для мужчин...Из глубины естества поднимается властный зов инстинкта... Она моя! - вот рефрен, под который в душе рождается и музыка любви, и зубовное скрежетание ревности...

- Смеётся...

- Целая теория получилась... Но ведь любовь не терпит теорий!!!

- Вяземский - Да-а... Ты становишься философом, а это опасно в нашем возрасте, потому что не совместимо с обычной жизнью, с обычным семейным счастьем...

- Пушкин - Я никогда не хлопотал о счастье. Я мог обходиться и без него. Теперь же , мне нужно на двоих. Но где взять его?..

- Ходит по комнате потирая зябнущие руки

- Пушкин - Я часто думаю, почему мои концовки в стихах, да и в прозе, часто так мрачны?

- Да потому, что я не верю в хороших людей. Раньше верил- сейчас нет...Более того. Я не верю, что людей можно любить! Жалеть или сострадать- это другое дело... Но любить!?... Это невозможно, для того, кто знает жизнь и свет!

- Пушкин декламирует - "Кто жил и мыслил, тот не может в душе не презирать людей..."

- Поэтому я долго решался- быть или не быть! И наконец, как в омут бросился...

- Надо попробовать - думал я... Собрался с духом и вот...

- С тобой Пётр, я могу говорить открыто, как с самим собой... (Вяземский шутливо кланяется. Пушкин не обращает внимание на его жест)...

- Пушкин - Я долго жил для себя, и понял, что этот путь ведёт к разочарованию и усталости...

- Говорит , словно размышляя в слух - Может быть здесь тоже много биологического в человеке проявляется... Когда долго живёшь один, то словно собственными руками вырезаешь чувствительные места в сердце, становясь всё холоднее, всё мрачнее...и равнодушнее... Но мои лучшие вещи я написал, когда мучился от одиночества или... Смеётся... От безденежья...

- И я подумал - неужели я так боюсь жизни, что у меня нет смелости попробовать?.. В конце концов, умирать никогда не поздно!..

- А тут почти эфирное создание, ребёнок, воспитав которую можно обрести не только любовь, но больше - самого близкого друга... (Зевает)

- Я устал от предательства и эгоизма людей, называвших и даже называющих меня своим другом. Но если это друзья - тогда кто же враги?.. (Невесело смеётся)

- С другой стороны. Я вижу вокруг, много хороших людей, которых я не могу любить. Я им интересен, как бывают интересны чужие книги, домашние животные или определённые местности...

- Те же, кто понимает меня и кого понимаю я, очень часто ранят меня, когда показывают вольно, а часто невольно, что я не их идеал... Конечно, я сам вижу, что эгоист и насмешник, и что неудавшиеся любви и дружбы - это следствие не столько их, сколько моих недостатков...

- Вяземский перебивает - У тебя сегодня похоже желчь разлилась...С чего ты взял, что друзья тебя не любят? Думаю - умри ты и вокруг твоего дома толпы поклонников и обожательниц соберутся...

- Пушкин - Да! Может быть это и так, но сейчас я о другом... Дослушай меня...

- Вновь начинает ходить...

- Ведь был момент, когда я почти погиб, влюбился может быть первый и последний раз страстно, телесно. Вопреки рассудку... И что же? Я совсем было покатился по наклонной плоскости любострастия... Но Бог почему-то миловал меня. Может быть за мою нелживость перед самим собой... Это было, как помрачение разума, как хождение на край, и я видя это, шёл туда, как на поводке...

- Вяземский вновь перебивает - В браке надо всё забыть. Уметь забывать раз за разом... Прошлое - враг настоящего...

- Пушкин, словно не слышит его реплики...

- ...Если этому попустить в какой-то момент, ты становишься рабом сладострастия... А это ужасно! Человек перескакивает границу человеческого в обратную сторону, в сторону животного. Физическая любовь, в самых её животных формах, становиться и целью и смыслом... Телесность перебарывает разум...

- Креститься - Спаси Господь!!!

- Вяземский - Ты должен наконец забыть, что ты делал и думал до женитьбы. И в конце концов, каждый из нас женатых, рано или поздно жалеет о женитьбе...Но вот, этот момент проходит и ты понимаешь, что всё было сделано правильно, что так мир устроен...

- Пушкин - Вот- вот! Иногда я думаю, когда возвращаюсь из поездок- "У меня наконец есть дом. У меня есть жёнка. У меня есть дети - эта продолжающаяся часть меня...". И когда я вхожу в дом, обнимаю Наталью, слышу детский лепет, их звонкий смех, я понимаю, что выбор сделан правильно...

- А вот сейчас они в деревне и я без них скучаю... Они уже стали частью меня...

- Однако, когда у меня хандра, когда я устаю, всё кажется пошлым и бессмысленным...Я начинаю бояться, что мои мечты и надежды на счастливую семейную жизнь не воплотятся ... Вспоминаю равнодушие и истерики жены, которой хочется блистать в свете... Танцевать на балах... А в мире так много людей чуждых добру... И потом, я хочу работать, писать, не думать о деньгах и о кредиторах... Наконец, я хочу уехать в деревню, а Натали и её сёстры...

- Вяземский - Ты скучаешь, Пушкин! Давай - ка лучше выпьем чего-нибудь. А лучше водочки и закусим морошкой. Ведь я помню - мочёная морошка - твоя любимая закуска...

- Пушкин - И верно! Что это я?..

- Напевает - Налей приятель, где же кружка?..

- Звонит в колокольчик...Входит Никита Козлов - старый камердинер...

- Пушкин - Никита! Принеси нам голубчик водочки, закуски и мочёной морошки...

- Никита - Слушаюсь, барин! Уже всё готово... Уходит и тотчас приносит поднос с водкой и закуской...

- Пушкин смеётся... Обрати внимание, Пётр! Каков психолог этот Никита. Он моё настроение через стены чувствует!..

- Никита - Что-нибудь ещё прикажете , барин?.

- Пушкин не оборачиваясь машет отрицательно рукой, наливает водки и поднимает бокал.

- Пушкин - Давай - ка Пётр, выпьем для начала за наши семейства. За то , чтобы мы дружили домами и помогали друг другу в тяжелые минуты!

- Чокаются и выпивают. Потом закусывают...

- Пушкин дожёвывая - Видимо бывает такой возраст, когда всё хочется забыть, уйти, уплыть на край света, начать жизнь сначала... Всё не нравится! Все не нравятся!

- Смеётся и декламирует: "То видит он врагов презренных, клеветников и трусов злых, и рой изменниц молодых, и круг товарищей забвенных..." Надо же! Это я написал!

- Или вот " О люди! Жалкий род, достойный слёз и смеха..."

- Смеётся... Не верю, что это я написал. Уж очень романтично!..

- Вяземский сам наливает водки и коротко говорит - За тебя, Пушкин!!! За твой талант!

- Чокаются и выпивают...

- Занавес...


Сцена бала и ужина у Карамзиных. Осень 1836 года...


Присутствуют Наталья Пушкина, Катерина и Александрин Гончаровы, Карамзины, Клементий и Аркадий Россеты, Нессельроде, Геккерен, Дантес и другие. Звучит музыка, танцуют пары. Натали танцует с Дантесом. Танец заканчивается и все садятся. Натали с Дантесом рядом...

Дантес - Мы с вами давно не виделись...

Натали - Да! Мы с семьёй были на даче... А как вы?

Дантес - Летние лагеря. Служба... Я очень скучал! Я уже привык к вам... Ваше грустное лицо... Ваш голос...

Натали перебивает - Расскажите про лагерь. Мне интересно...

Дантес - Ну это совсем не интересно... Рутина! Мне часто пришлось служить вне очереди... Русские смотрят на меня, как на чужого. Не все конечно - но начальство... Я менее кланяюсь, менее щёлкаю каблуками...

Натали - Но вы же знаете, к вам многие относятся хорошо...Мои сёстры от вас без ума. Катерина постоянно рассказывает о вас...

Дантес - Ну а вы? Вы!.. Я действительно теряю голову... Ваши волшебные глаза... Они умеют говорить без слов.

Натали - Я прошу вас! Не надо об этом!..(Тревожно оглядывается... После паузы...) Но я...Я тоже иногда думала о вас...

Дантес - О, счастье!!! Вы гордая, неприступная думаете обо мне!.. Иногда?! Пусть иногда! А я о вас думаю и днём и ночью... Просыпаюсь с вашим именем!..

Натали перебивает - Я прошу вас?! Вы опасный человек!

Дантес - А помните, как мы первый раз встретились? Был такой же бал. Я вошел и увидел вас. И будто солнце глянуло на меня, так вы были прелестны... Рядом с вами некого поставить!..

Тогда ещё муж ваш был с вами... Каким варваром он смотрит! Словно страж...

Натали - Не говорите так... Он очень любит меня... Он отец моих детей...

Встаёт. Оба уходят в другой зал. Там звучит музыка...

Входят: Катерина Гончарова и Александр Карамзин. Садятся.

Катерина - Сегодня Дантес в ударе. Я начинаю бояться за сестру... Муж в отъезде... Дети, хозяйство - всё так утомительно... Она рвётся на балы. А Дантес - опасный человек... И потом он такой душка!

Александр - И поделом... Разве можно оставлять молодую жену одну. Ей ведь двадцать четыре. Время увлечений и влюблённостей...И потом, он, муж, так ревнив. Неудивительно, что у Натали немножко кружится голова... Она живёт, как в гареме... И вдруг- свобода... Это опасно...

Катерина - А как он хорошо танцует?1 Всё таки русские кавалеры не так обаятельны, не так учтивы... (Вслух мечтает...)

Ах, Франция!!! Как бы я хотела там пожить. Там воздух другой! Люди воспитаны в культурном обществе... Традиции!.. А Россия с её грязью, хамством чиновников, рабством забитых мужиков...

Александр - Если хотите, то приезжайте на следующей неделе, к нам в четверг. У нас все будут, и Дантес. Он друг дома. Там вы сможете поговорить с ним... Он остроумный, обаятельный человек. Будет и его приёмный отец - голландский посланник Геккерен...

Александр смотрит на танцующих... А Жорж, просто душка! И Натали!.. Они прекрасная пара! Думаю, о них скоро начнут говорить... Бедный Пушкин!

Катерина - Я наверное приеду к вам одна. Мне интересна Франция. Это страна моей мечты...

Уходят... Входят Александрин Гончарова и Аркадий Россет...

Александрин - Я знаю его стихи почти все наизусть. Как это удивительно. Такой простой и даже обычный человек и вдруг такие строки. Сейчас, когда я узнала его поближе, я поражена чудом преображения... Чудом таланта... Он может весь день бегать по городу, заниматься делами, считать деньги, и вдруг вечером, войдёт в гостиную и своим звонким голосом начнёт: "Что в имени тебе моём? Оно умрёт, как шум печальный..." И мы все видим это чудесное преображение... Кажется в нём живут два человека... Иногда он бывает ужасно смешной и весёлый... А иногда саркастичен и даже зол... Но как он владеет словом!..

Аркадий - А мне нравится Байрон и Констан. Мне кажется, что Онегин - это копия Адольфа. Все сейчас без ума от меланхолического Констана... Кстати о литературе... У русских, как мне кажется и не может быть самостоятельной литературы. Наш язык, лишен того метафизического смысла, который есть во французском... Например, как русские могут описать сложную жизнь души... В нашем языке просто нет таких слов, как французские слова наивный или серьёзный. Русские слова чистосердечный, откровенный не выражают значения французского слова наивный... Или допустим слова важный, степенный не то же, что серьёзный - по-французски...

Александрин - А мне кажется, язык Пушкина намного тоньше и выразительней, чем французский - для русских... Я думаю, что после Пушкина и Жуковского наш язык станет совсем другим, чем он был прежде... Пушкин - это как русский Байрон...

Аркадий - Но мы с вами заговорились...Может быть потанцуем?

Смотрит на танцующих - Как Дантес танцует! Какая пластика, грация... Нет! Что не говорите, а русские отстали от Европы...

Уходят танцевать...Сцена затемняется, но ещё долго звучит музыка...


Квартира Пушкиных Никита Козлов - старый камердинер, убирает кабинет хозяина. Входит Натали в ночной рубашке...

Натали - Никита, я давно хотела тебе сказать, что если ты убираешь здесь, то должен это делать хорошо. (Проводит пальцем по письменному столу) Ты посмотри какая пыль!(Подходит к софе. Около которой лежит разваленная стопа книг) А это что такое?

Никита стоя навытяжку, кланяется - Простите барыня. Может быть недосмотрел. Но барин приказали ничего без его разрешения не трогать ни на столе, ни около софы...

Входит Пушкин в ночном халате. Подходит к Натали и целует её - Ты сегодня просто очаровательна... А почему ты сегодня так рано ушла от меня? Я только собирался сказать тебе несколько ласковых слов на ушко...(Смеётся)

Натали - Мне кажется ты сегодня ночью сказал их достаточно... (Тоже смеётся потягиваясь) - Никита. Пойди прибери в прихожей. (Никита уходит) Я конечно ещё бы поспала, но услышала вдруг, как маленький Сашка заплакал в детской. Пришлось подняться и сделать выговор няньке...

Пушкин садится на софу, улыбается - Иногда глядя на тебя, на твоё милое лицо. на твою божественную фигуру, мне кажется сном, что мы с тобой давно женаты и у нас четверо детей... Ты словно создана для наслаждений... (Вдруг, вспомнив о чём то неприятном, мрачнеет)

... На балах вокруг тебя всегда рой поклонников. Не скрою - мне иногда приятно, что моя жена такая красавица... Но временами... (Вздыхает) Временами, глядя на тебя я думаю, что ты совсем ещё ребёнок и не знаешь изнанки жизни света... Свет бывает жесток... А иногда и подл...

Натали подходит к нему и садится на колени - И что это ты сегодня с утра в таком настроении. Такой ты мне не нравишься... (Пушкин отодвигает её в сторону, встаёт, запахивает халат и начинает ходить по кабинету) - Ты, жёнка, не знаешь, как иногда бывают подлы и циничны мужчины, когда хотят от женщины добиться своего... Особливо от замужней женщины...

Натали - Но Саша, я ведь тоже не вчера родилась...

Пушкин - Я говорю это тебе, потому что женщине это трудно представить, что для многих мужчин, она, женщина словно дичь, словно знатный трофей для охотника... И каких только подлых ухищрений не прилагают они, каких только льстивый и искренних слов не говорят они, чтобы завладеть женщиной...

Самое дрянное, что никаких правил чести не существует для таких охотников за женщинами... Они гордятся своими победами, как боевыми подвигами, делают свидетелями их целый свет... Хотя начинают делится тайнами, обычно с самыми близкими друзьями, которые уже потом разносят это всему свету...

Натали подходит и целует его - Успокойся милый муженёк. Я не такая беспомощная, как могу показаться на первый взгляд... (Уходя говорит) - Я пойду ещё раз гляну на Сашку. Он сегодня что - то приболел...

Пушкин оставшись один. Ходит и рассуждает вслух - Сегодня была волшебная, страстная ночь... (Встаёт, подходит к зеркалу и смотрит долго на своё изображение) - В Натали наконец проснулась женщина... и это меня пугает... Но где тут середина? Натали для меня законный предмет наслаждений, способная ученица в постели... Но привязывая её такой страстной близостью, я понимаю, что разбуженная чувственность может действовать без разбора и перекинуться на других мужчин... Я ведь имею проклятый личный опыт совращения замужних женщин. Было время когда и я видел в этом доблесть. Я ведь сам обманывал доверчивых мужей, пользуясь минутами слабости их жён... И вот теперь приходится расплачиваться за этот гнусный опыт...

Садится за письменный стол и обхватив голову руками долго сидит молча ...

- То, что говорится в Библии о Сатане, уловляющим души телесными соблазнами - это жестокая правда. Ведь будь я праведником и религиозным человеком с отрочества, сегодня я мог бы жить спокойно, растить детей, любить Натали и не думать о жестокости света, о его мнении... Не мучился бы ревностью, если бы не имел личного опыта. Ведь только сейчас я понимаю глубина афоризма Соломона: "Познание - умножает скорбь!"...

Вскакивает и почти бегает по кабинету... - О, будь всё проклято! Как тяжело сознавать, что ничего нельзя повернуть вспять, ничего нельзя сделать заново!

Если бы в юности мы были способны услышать слова подлинных учителей... От скольких страданий и горестей это бы уберегло нас. Так всегда бывает, что вместо Библии или мудрого учителя мы имеем и верим развратным товарищам, которые из греха, из подлости, делают подвиг и победу!

О гнусная толпа сплетников - свет, старающийся оскорбить меня нападая на самое чистое в моей жизни - на мою семью!

Это чудовищно и я не должен так думать, но кажется, что между Натали и этим французким выскочкой Дантесом, что - то есть... И этот старый сладострастник Геккерен подстрекает своего приёмного сына!

Вновь садится и закрывает лицо руками (Пауза) Вскакивает неожиданно и почти кричит. - Но если это так, - остаётся пожертвовать собой и своей кровью смыть пятно греха в моей судьбе!

Решено!!! Я стреляюсь с ним и это будет мой ответ Сатане! Я должен доказать Ему, что он не властен надо мною. Я скажу свою правду всем, правду которую увидел вдруг и которую уже не могу скрывать в своём сердце! И сделаю это не словами, а поступком! (Просветлев лицом и успокаиваясь)

... А ведь действительно - жизнь без веры, без правды - это кимвал звучащий, суета сует... Ведь недаром говорят что в Библии можно найти ответы на любые вопросы...

А как же тогда не убий? (ходит по комнате, обхватив голову руками)

... Но ведь я оскорблён и должен... должен ответить ударом на удар!

Всё, решено! Я убью или сам умру! Хватит колебаться... Библия говорит одно, а в жизни всё подругому.... Я должен вызвать их! Правда жизни требует этого!

Кричит - Никита! Подавай одеваться... Я ухожу...


Дантес и Геккерен

Комната в Голландском посольстве.

Входит Дантес в форме гвардейского офицера...

Геккерен - Милый Жорж! Я уже думал, что ты в полку жить устроился...

Смеётся... - Поужинаем вместе?

Дантес - Тебе смешно, а мне уже пять внеочередных дежурств назначили. За несоответствие формы одежды и за посторонних людей в роте. Ко мне приходил Серж из французского посольства. Я же не могу ему сказать, что начальство запрещает друзей в полку... Кажется, что ко мне придираются. Эскадронный командир наказывает за мелочи...

Садится за стол...

Геккерен - Человек! Ужин...(Дантесу) У них, у русских, это в крови - дисциплина и чинопочитание. Заметь! У них совсем нет частной жизни. Всё - униформа. Тем и сильны. Иначе бы, давно уже всё развалилось...

Дантес - Во Франции, в училище, нас тоже муштровали, но ведь сейчас я уже офицер. В гвардии... Другими людьми командую... И потом... Ведь сейчас не война!

Геккерен - Может потому они так любят балы и праздники. Единственная отдушина. Хотя и здесь униформа... Однако женщины русские хороши иногда чертовски... Я могу об этом судить беспристрастно...(Смеётся)

Дантес - Налей мне пожалуйста вина... Я так устал. И потом здесь так холодно... Я после этих построений на плацу, ожиданий на морозе, никак не могу согреться...(Пьёт вино) А им хоть бы что. Ещё и мундир подрежут, для щегольства...

Геккерен - А я тебе советую фланелевую нижнюю рубашку пододевать. Помогает тепло сохранять. Сам испробовал...

Выпивают ещё вина. Уже вместе...

Дантес - Но не это главное...Ты знаешь, я ведь влюбился и давно хочу тебе рассказать... Ты наверное слышал. А может даже видел этого Пушкина... Ну такого маленького и страшненького. Он кажется поэт...У этого Пушкина - жена красавица... Я её первый раз увидел год назад. На приеме у царя, в Зимнем дворце, в Новый год. Она конечно на меня посматривала тоже...

Ещё бы. От такого мужа...Но я вначале подумал - красивая кукла. А тут, как - то, танцевали у Бобринских, а после отсели в сторонку. Поговорили... Она ведь умница. Давай рассказывать, как славно люди живут в Москве и на дачах, под Москвой. Хлебосолы и эпикурейцы...Такие колоритные детали...Рассказывает, а глаза как звёзды, а шея , как у лебедя... Я только тогда разглядел, почему все о ней говорят... А тут муж подошёл и увёз её домой. Да так глянул на меня, неприветливо...

Геккерен - Да , я его знаю. Он меня тоже почему-то не любит. Смотрит так дерзко...А кто он? Подражатель Байрона. А тут, ещё русской историей занялся... Говорят, он собирается историографом русского двора сделаться... Что-то писал об их народном разбойнике... Как его? Пугачёв кажется... Которого они на куски разрубили, когда поймали... Какой-то очередной их лже-царь... В России, царь - это Бог. Может быть поэтому, в их истории так много лжецарей... Кому же не хочется, хотя бы на время стать Богом?...

Но я отвлёкся... (выпивают) Я думаю, ты у неё можешь иметь успех...Смеётся... И хорошо бы ему, этому Пушкину, кто рожки наставил... Чтобы не был так горд...

Дантес - Не говори так... Прошу тебя. У меня это серьёзно. Я когда вижу её, у меня сердце начинает колотиться и руки дрожат... Я не могу пока, сказать ей прямо, что люблю её, что с ума схожу...Но кажется она понимает моё состояние... И о Боже! Кажется, что она понимая, не отталкивает меня. На прошлой неделе, на балу, мы с ней несколько часов провели вместе...

У меня начинает голова кружится, когда я смотрю на её лицо... На её грудь... И ведь она не девочка...Всё понимает и чувствует!

Геккерен - Ого!!! А ты Жорж, действительно влюблён. Я вижу по глазам... И начинаю ревновать!..

Дантес - И я уже решил, что завтра на балу, отзову её и попробую обьясниться с ней...

А сегодня вдруг узнаю , что у неё свекровь умерла и что она будет месяц в трауре..

Геккерен - Если бы не её дерзкий муж, я бы сказал, что ты нарушаешь правила хорошего тона...

Но от такого мужа, увести овечку- это благое дело. Я готов помочь тебе...Тут, в России, жить так холодно и скучно...

Мы найдём возможность указать Пушкину его место...

Дантес наливает ещё вина и выпивает - Нет ты не представляешь себе , как она бывает хороша. Лебединые стати, кожа белая, чистая, матовая и лицо ангела... Я не представляю, как я переживу этот месяц. Мне кажется она дала мне повод надеяться...

Геккерен - Осторожней, Жорж! У Нессельроде, в салоне говорят, что она нравится царю...

Дантес - Ну... У царя кроме неё много пассий... Говорят. Он даже специальную ложу в театре имеет...

Геккерен - Осторожней, мой мальчик! Старайся об этом ни с кем не говорить. Мой сюзерен, последние годы не очень ладит с Николаем... Будь внимателен...

Дантес - Хорошо! Я это услышал... Ну я пойду спать. Чертовски хочу выспаться...Так ты говоришь, фланелевая длинная рубашка хорошо держит тепло? Надо будет померять...

Уходят...


Гостинная в доме Идалии Полетики. Входит Наталия Пушкина...

Натали - Как хорошо, что ты одна... Мне надо посоветоваться с тобой. Помнишь, ты говорила мне, что можешь достать серебрянной тафты. Я хочу заказать платье для бала, в Аничковом дворце..

Полетика - Замечательно, что ты пришла...Но давай о платьях поговорим в другой раз...Не скрою...У меня, для тебя, есть сюрприз...

Стук в дверь...Входит Дантес...

Полетика - Проходите Жорж. Я надеюсь вы знакомы...(Смеётся)

Дантес - Простите если я прервал вашу беседу...

Полетика - Ничего, ничего...Вы как раз развлечёте Натали, пока я отдам необходимые распоряжения, своему управляющему. Он на один день приехал из деревни и ждёт указаний, как поступать с должниками - крестьянами. Они совсем перестали мне платить оброк. И я должна предпринять, что-то радикальное...Извините...(Уходит)

Дантес - Наконец то, мы с вами одни. Я так долго ждал этого момента. Мне так много надо сказать о моём чувстве к вам...

Натали смешавшись - Никак не ожидала вас здесь встретить!..

Дантес, не слушая её...- Я думаю о вас постоянно и днём и особенно ночью. Я представляю вас, вижу как на яву вашу фигуру, смотрю в ваши волшебные глаза, которые порой говорят так много из того, чего не говорят ваши уста...

Натали - Простите Жорж, но скоро ли придёт наша дорогая хозяйка... Вы не должны забывать, что я замужем и мой муж...

Дантес - О, я знаю, что ваш муж - насносный тиран. Но о нашей встрече никто не будет знать! Умоляю вас, выслушайте меня! Я люблю вас, как никогда и никого не любил ещё в своей жизни. И мне кажется, что и вы иногда, смотрите в мою сторону, не без... доверчивости. Уверяю вас, что эта встреча и наш разговор навсегда остануться тайной моего и вашего сердец!..

Натали - Но где же Идалия?..

Дантес - ...И идя сюда, я думал о том, что если вы, вопреки вашему чувству, о котором вы мне сказали ещё в прошлом году, будете холодны и неискренни, то я готов! Я готов! (Выхватывает пистолет...)

Натали вскрикиват - Жорж! Не делайте этого! Я прошу вас пощадить мои чувства! Я действительно говорила вам, что ваша любовь не оставила равнодушным моё сердце. Но я замужем, у меня дети, и я клялась во время венчания в верности своему мужу, и теперь когда мы связаны на небесах...

Я не могу расторгнуть этой клятвы. Даже если бы очень хотела ответить вам взаимностью...

Дантес, по - прежнему держа пистолет в руке, почти кричит - Одно ваше слово может или убить меня, или сделать счастливейшим человеком на свете. Один ваш поцелуй может спасти меня! Иначе я здесь же нажму на курок!..

Натали - О, Жорж! Пощадите меня! Ради нашего будущего! Ради моих малюток! Умоляю вас!..

Стук в дверь. Дантес прячет пистолет...Входит дочь Идалии Полетики - Простите. Но мне показалось...

Натали уходя - Скажите вашей маман, что я ухожу не простившись, потому что меня ждут в другом месте! Прощайте, барон! (Уходит)

Дочь Полетики - Простите но мне показалось, что маман позвала меня...

Дантес кланяется - И вы меня извините. Я громко рассказывал о скачках на Марсовом поле...

Входит Идалия... - Лили, а ты что здесь делаешь? Подожди меня у себя в комнате... (Дочь уходит)

Дантес смущён и разочарован - Простите и меня. Я вынужден откланяться.

Идалия - По вашему лицу, Жорж, я вижу, что обьяснение не удалось... Ревнивый муж остался безнаказанным... А ведь ваш приёмный отец, говорил мне, что вы бываете подчас неотразимо красноречивы... Ну что ж... ...Прощайте! Но я провожу вас!..

Уходят вместе...


Пушкин и Вяземский, вновь в кабинете поэта

Пушкин - Наше современное общество так же презренно, как и глупо. Это отсутствие общественного мнения, это равнодушие ко всему, что является долгом, справедливостью, правом и истиной. Ко всему, что не является позорной необходимостью. Это циничное презрение к мысли и человеческому достоинству... Даже, если бы правительство стало в сто раз хуже, никто бы не обратил на это внимания...

В этом обществе, естественно, сплетни являются главным развлечением, а это не способствует нравственному развитию. И я, хочу протестовать против носителей откровенной безчестной подлости. Хотя я сам никогда не считал себя святым, но насколько я себя помню, я никогда не был и сочинителем или разносчиком сплетен и никогда не переступал границы правил чести...

Слава богу! Русские если и не могут жить нравственно, но зато различают границу между добром и злом, любовью и равнодушием, верностью и предательством...И я клянусь честью, я отомщу этим, подозрительным негодяям - родственникам, отцу с сыном...Ещё никому не удавалось оскорблять меня безнаказанно!..

Вяземский - Саша! Тебе надо успокоиться1 Я очень прошу тебя - не делай в гневе того, за что тебе потом будет стыдно самому... Сплетни - они были и всегда будут. Но мы ведь живём долго и потому, то , что было на слуху ещё вчера - сегодня уже забыто...

Пушкин - Пётр! Ты может быть единственный с кем я могу говорить об этом... Я пытался и с ней говорить о силе человеческого зла. Я пытался её воспитывать Говорил ей, что она мать четверых детей, что ещё одного она потеряла так недавно... Советовал ей беречь себя... Если и танцевать, то не до упаду. Но она наверное думала, что я это говорю ей из ревности...

Конечно нет!..

Пушкин начинает в волнении, быстро ходить, почти бегать по кабинету...

- Я тоже хочу, пока она молода, чтобы ходила и на приёмы и на балы. И мне приятно, что она, одна из красивейших женщин в Петербурге... И ведь она не бездушная кукла. Совсем нет! У неё есть сердце! Но после её страшного детства... Она просто изувечена воспитанием, а точнее отсутствием оного. Она не умеет держать себя в обществе. Да и где ей было этому учиться? Ох уж эти семейные драмы... Её отец пропащий алкоголик и эгоист...

И потому, она не светский человек. Ей кажется, что люди света честны и искренни... Она не хочет соглашаться с присутствием зла, там, где, как ей кажется, правят законы красоты и чести...

Вяземский - Я понимаю тебя... Она в том возрасте, когда хочется думать, что мир создан для того, чтобы мы в нём светились. Как солнце! ... Она знает свет отрывочно и ей ещё не надоели балы, рауты и светские развлечения. Её частое материнство, только законсервировало её неведение, относительно характера света и светских людей. Она не знает пока, что лицемерие, зависть и ханжество- есть суть света. И я её понимаю, или кажется, что понимаю. Ведь она безоружна, против атак, этой тёмной стороны света... Но ещё больше я сочуствую тебе, Пушкин, зная твой характер и вспышки твоего гнева, часто неуправляемого...

Попробуй удержаться от резких поступков... Ты понимаешь, что я друг тебе и советую всё это по братски...

Пушкин, не дослушав, продолжает о своём - Мне больно видеть её наивность. Она не знает, как мужчины, самые вежливо сдержанные при дамах, могут в своём кругу обсуждать женщину, словно они говорят о скаковой лошади. И сплетничество для многих из таких "джентльменов", самое волнующее занятие...

Вяземский - Пушкин! Я тороплюсь, но перед тем, как я уйду, дай мне слово, что ты не будешь предпринимать что - нибудь сгоряча... Зная тебя, я боюсь за последствия...

Пушкин - Ну хорошо, хорошо Пётр. Я постараюсь быть умненьким, благоразумненьким...Но моё терпениеи имеет пределы!..

Вяземский уходя. - Прощай, друг!

Пушкин - Мне тоже надо ехать по делам. Нужно доставать деньги, чтобы печатать следующий номер "Современника...Увидимся...

Занавес...


В голландском посольстве

Входят Дантес и Геккерен. Прдолжают беседу начатую по дороге...

Дантес - И самое ужасное в моём положении - это то , что мы не можем с нею видеться из-за отвратительной ревности её мужа. Свидание у Полетики не удалось...

Мне кажется, что я её просто напугал тогда... Однако нет худа без добра, как говорят русские. В следующий раз она будет сговорчивей... Уверен, что она тоже всё время думает о нашем свидании... Ведь я знаю, что она меня тоже любит.

Геккерен -Да, но мы можем всё устроить так, что она не выдержит его ревности и сама прибежит...

Достает бутылку вина из шкафа и наливает в бокалы. - Ох, уж мне эти русские. В них так мало светского шарма. Они так не ценят удовольствия жизни, и прежде всего потому, что боятся быть искренними... Их женщины просты и привязчивы, ходят в церковь, а уже к тридцати годам, становятся старухами, толстеют и делаются сплетницами... Даже в их высшем, как они говорят, свете...

Дантес выпивает до дна и Геккерен наливает ещё - Да... Но какое отношение всё это имеет к Натали?..

Геккерен - То, что они не умеют или не спобны делать сами, они приветствуют и восхищаются в других... Разве ты не видишь, что они все хотят, чтобы ты наставил рожки этому их поэту... Тут русская психология...

Дантес - Не понимаю тебя... Обьясни, к чему ты это говоришь...

Геккерен - Я вижу, что они все, немного в тебя влюблены. У них так бывает. Стоит им узнать, что ты волочишся за замужней женщиной, да ещё женой их великого поэта и они начинают тебя считать героем Констана - Адольфом...

У них, у многих, взгляд на жизнь, как на литературу...

Дантес выпивает ещё бокал вина. Геккерен подливает ему - Я уже хорошо знаком с её , Натали, сестрой, и действительно, похоже , что она в меня влюблена, хотя помогает нам встречаться...

Геккерен - А что я тебе говорю? Но которая из них? Их там две...

Дантес - Катерина...

Геккерен - Да... Этот рифмоплет живёт как в гареме... И говорят, что вторая, младшая сестра Александрин, без ума от него. Знает наизусть все его стихи...

Геккерен пьёт вино...

- Надо будет позаботиться, чтобы эта подробность их личной жизни, стала известна... В конце концов, этого ревнивца надо проучить. Мне говорили, что он обо мне отзывался оскорбительно. Я ему этого не прощу... Так ты говоришь, что Натали тебя тоже любит?...

Дантес - Да! Она сказала, что ещё с осени прошлого года...Тогда мы, в его отсутствии танцевали на балах... Я не успел добиться тогда подтверждения этих слов...

Но она мужа боиться , как огня. Он ведь и убить может...

Геккерен - Я тоже слышал, что он ревнив, как кровожадный тигр... Но мы ведь можем использовать Катерину в нашей интриге.

Я думаю, он невоспитанное чудовище, и собственник и европейские привычки и либерализм, чужды ему, как впрочем и многим русским. И мы попробуем его наказать...

Дантес - Чувствую, что он способен на оскорбление и нам придётся с ним столкнуться рано или поздно. Он решил, что за его нелепые поступкив предыдущее время, должен отвечать кто-то, но не он сам...

Разве он не знает, что держать молодую, красивую жену взаперти - сегодня могут только где - нибудь в Турции... И потом, я не стану отказываться от своих планов... Даже если дело дойдёт до дуэли. Пусть будет крепость, ссылка, но я...

Геккерен - Дорогой! Мы попробуем его наказать иначе. Я не хочу, чтобы ты портил свою жизнь из-за пошлого ревнивца...

Так- так- так...У меня в голове вдруг мелькнула одна мысль. Я вспомнил историю, которую остроумцы, изобрели несколько лет назад, в Вене. Там завзятым рогоносцам, весёлые молодые люди, рассылали "специальные" дипломы. Особенно ревнивым, и не без причины, мужьям... Так... так...Это надо обдумать...Я знаю здесь несколько человек, которые злы на Пушкина. И могут помочь в этом деле...А мы останемся в стороне...

Эти молодые люди его ненавидят и смеются над ним, сочувствуя Натали... Они отправят этот диплом ему...

Дантес - Натали говорила мне, что когда он в припадке ревности, то она дрожит от страха, но ничего не может поделать с собой. Её муж, ревнивое, невоспитанное чудовище!

Геккерен - Я всегда говорил, что русские невоспитаны и их культура - это культура варваров. Их крестьяне - обыкновенные рабы, которых они могут продавать и в этом корень их варварства...Попробуй иметь рабов в собственности, и ты невольно станешь деспотом...

Дантес - Я мучаюсь, а она кажется равнодушной сегодня, хотя ещё недавно...

(Выпивает вино, роняет бокал)...Она об этом пожалеет...Я не из тех, чьи надежды можно разбить безнаказанно...В конце концов - ревность иногда толкает на необдуманные поступки...

Геккерен - Потерпи немного Жорж... Мы своего добьёмся...

Сцена затемняется...


Вечеринка у молодого князя Петра Долгорукого...

В комнате полутемно. Горят две свечи на стенах...За столом молодые люди в насмешливом настроении. Лиц их не видно. И поэтому мы будем называть их Мистер - Х, первый, второй и так далее...

Мистер - Х -1 - Человек! Ещё шампанского!..

Встаёт из за стола и ходит... - Что он из себя изображает?! Я видел его в камер- юнкерском мундире. Он похож на шута, в этом полосатом кафтане.

Мистер Х-2. - И потом, как он их всех ревнует! Совсем по родственному...(Все смеются) Понятно, когда он присматривает за своей женой, и не совсем обьяснимо, когда он возится, как наседка, со своими свояченницами...

Х-1 - Светский человек от черни, отличается своим воспитанием. Это моветон, показывать всем, как ты ревнуешь свою супружницу. .. Хотя у меня есть все основания думать, что его ревность небеспричинна... (Все хохочут)

Х-3 - Неужели свершилось?! (Насмешливо поднимает руки вверх.) - Виват!

Все встают, подхватывая - Виват! Виват! Виват! - (Чокаясь, выпивают).

Х-2 - Этого надо было ожидать...Уж очень они неподходящая пара. Думаю, что такой красавице, рано или поздно надоест муж, который постоянно делает её беременной. Такими методами разницу в возрасте не сотрёшь...Смеются...

Х-3 - Да он её просто тиранит! Она его боиться, как евнуха- сторожа. Друзья!.. Нам надо выпить за свободу!. (Все смеются. Выпивают)

Х-1 - И вот слушая вас друзья, я вспомнил историю Венского двора. Там несколько лет назад, в наказание за неучтивость, с поклонниками их жён, остроумцы сочинили дипломы ордена рогоносцев...

Х-3 - Вот блестящая мысль! Как мы раньше об этом не подумали?..

Х-2 - Я полагаю, что цивилизованные страны, тем и отличаются от варваров, что отношения к женщине там другие. Женщина остаётся там свободной, даже если она замужем... Только в Африке возможен сегодня сераль и паранджа. Даже в Турции, нравы меняются... (Все смеются) Давайте выпьем за свободных женщин и передовых мужчин! (Все встают и выпивают)...

Х-1 - Но друзья! Вы меня перебили... Тогда в Вене, группа весёлых, молодых людей не только сочинила диплом, но и сделала несколько копий таких дипломов и разослала мужьям-рогоносцам и их знакомым... Весь Венский двор несколько недель смеялся над этой проказой молодёжи, и ревнивцы притихли...

Х-3 - Вот и нам надо сейчас же сочинить и разослать такие дипломы...Один наш общий знакомый подсказал идею... Надо проучить ревнивца... Человек! Перо, чернила и бумагу! (Лакей приносит всё это)

Садятся кружком, со звоном отодвинув бутылки и бокалы...

Х-1 - Диктую... Пишите...(Х-3 пишет...)- Верховный главнокомандующий, Президент и Великий Мастер ордена рогоносцев, Его Светлость Нарышкин Дмитрий Львович, назначает Пушкина Александра Сергеевича, коадьютором Великого Мастера и историографом ордена... Непременный секретарь: граф Борх Иосиф Михайлович...

- Вам конечно известно, чьей официальной любовницей была жена этого графа Нарышкина и о секретаре вы надеюсь слыхали тоже... (Все хохочут)

Х-1 - Написали?.. Этот диплом был в Вене. Мы просто подставили русские фамилии...

Звенят бокалы. Все пьют...

Х -3 - Смею напомнить вам, что дело конфединциальное и не подлежит огласке. Я думаю здесь люди чести и потому напоминаю о конспирации. Всех кто об этом забудет, будем считать изменниками нашего дела...

Х-2 - Выпьем за удачную шутку, друзья!!! Хип- хип- Ура!!

Все подхватывают и кричат трижды. Потом обнимаются , шумят. Смеются...

Х-1 - Кто помнит адреса друзей и знакомых коадьютора, напишите на конвертах...

Х-3 пишет адреса...- Вот будет переполох! Вот будет потеха!!!


Сцена обьяснения Пушкина в начале ноября 1837 года, с Натали.


Пушкин в кабинете читает какую-то бумагу... Входит Натали...

Натали - К тебе кто-то приходил?

Пушкин - Да... Был Соллогуб, по делам...

Натали - Ты сегодня, что-то мрачен Саша...Что - нибудь случилось?..

Пушкин - (Почти кричит) Да, случилось! (Вскакивает и начинает быстро ходить по кабинету)

Натали испуганно - Скажи мне... Что случилось?!...

Пушкин - Вот! Посмотри!.. (Бросает одно анонимное письмо на пол) А вот второе, от Хитрово! Она получила его тоже на своё имя!

Натали - читает - ...Глупо и мерзко!.. О Боже мой!!! За что!!! - Плачет...

Пушкин - Негодяи!!! Мерзавцы !!! Этим, они оскорбив меня, оскорбляют тебя и всю нашу семью!.. Я догадываюсь, кто это мог сделать! Я всё узнаю и тогда им не будет пощады!..

Натали - Плача становится на колени - Прости меня!!! Но я ни в чём не виновата!!! Я всего лишь люблю танцевать...

Пушкин - Я всё понимаю и не виню тебя!.. Тем жесточе я отвечу клеветникам, забывшим правила чести. Я им это напомню... Мне надо разобраться в этом немедленно...

Расскажи мне, где, когда и что говорили тебе эти подонки... Я должен всё знать, чтобы верить!

Натали сквозь слёзы - Геккерена я видела недели две назад. Он попросил время, для разговора с ним и потом стал внушать мне, что его приёмный сын без ума от меня. Просил либо дать ему возможность говорить, либо "отпустить его", как он выразился!..

Пушкин - Ах, старый сводник!!! Ну берегись!!! Я найду возможность наказать их!.. Дуэли мне уже мало. А так как их там целый заговор, я узнаю, кто с ним заодно и тогда! Тогда!..

(Останавливается перед Натали... Натали Плачет...) Ты мне всё сказала?!... Потому, что я хочу доверять тебе, как самому себе! Ибо ты для меня сейчас - самый близкий человек! Мать моих детей! (Вытирает глаза) Как - то так получилось, что все мои друзья отошли от меня, отдалились...

И сегодня, если бы не ты, не дети, я бы не знал, как и зачем жить!

Натали - Умоляю тебя! Не думай, что всё плохо... Я люблю тебя! У нас дети!!!

Пушкин - Да! Главное, чтобы ты любила меня! Когда я буду это знать, я буду силён!.. Но если... Но если ты!!! (Замолкает и отвернувшись вытирает слёзы) ... - По настоящему предают только близкие! Я не могу представить себе, чтобы ты говорила неправду или что-нибудь скрывала от меня...

Натали - Нет! Нет!!! Ты мой муж и я твоя жена! Чтобы не случилось, я всегда с тобой! Я знаю, что я глупая, тщеславная женщина. Но я никогда не смогу принадлежать другому. Бог нас соединил и только Бог может нас разлучить! (Становиться на колени и глядя на икону креститься) Боже! Спаси и помилуй нас и наших детей!!!

Пушкин подходит поднимает её с колен, обнимает и усаживает в кресло...

Пушкин - Я устал! О, как я устал!.. И потом этот холод, эти длинные ночи, когда ветер за окнами воет как голодный волк!..

Нам надо уехать куда - нибудь в тепло, где солнце чистое, а дни ясные и длинные... Вот только маленькая Наташа подрастёт и мы всем семейством поедем в Крым, в этот чудесный край...

Замолкает и словно опомнившись... - Но кто? Кто эти мерзавцы?! Кто посмел, так нагло и беспричинно мучить нас?!.. И ведь эти люди здесь! В этом городе! Они ходят, живут где то рядом... Может быть мы даже знаем их?!... О, подлая жизнь!!!

Натали плачет - Успокойся! Тебе надо отдохнуть! Пойдём к детям?! (Обнимает его и уводит из кабинета)...


Пушкин в кабинете. Ходит в волнении из угла в угол... - Я должен проучит мерзавцев! Эти печати на конвертах пасквилей, мне знакомы. Я проверил...Но, кого же наказать в первую очередь! Сына или отца? Я уверен, что старый сводник Геккерен - подлинный автор этого пасквиля...Он тешит свою злость, презирая нас, русских, и надеется на безнаказанность...

Таков и его сынок... Но пока он молод и глуп и у него голова закружилась от успехов в свете, он конечно слушает и подражает своему приёмному отцу...

Говорят, образовался целый кружок "золотой" молодёжи, склонной к противоестественному разврату. А их вдохновитель - старый уранист и попутно - ловкий дипломат. Конечно писал не он...Но мне кажется, я узнал его печать на конверте...

Ну, берегись! Я брошу тебя в грязь, где и подобает быть заносчивому ничтожеству!

Однако, я ударю первым по сыну и посмотрю так ли он смел, как о себе воображает... А потом доберусь и до развратного старикашки!..

Итак решено! Пишу вызов сыну! А потом - Разберусь с негодяем - кукловодом!

Пушкин садится и пишет, читая вслух... - "Барону Геккерену - Дантесу... Милостивый государь! Соблаговолите обьяснить мне ваше непростительно дерзкое поведение, нарушающее все правила приличий и достоинства..."

Сцена затемняется...


Вновь кабинет Пушкина, сутки спустя... Пушкин лежит на диване и читает...

Входит Никита Козлов - К вам, барон Геккерен!

Пушкин вскакивает - Ага, засуетился старый мошенник! (Одёргивает сюртук, садится за стол...) Проси!

Входит Геккерен...

Пушкин вставая, холодно - Чем обязан вашему посещению?...

Геккерен - Я вынужден просить встречи с вами, так как невольно стал представителем моего приёмного сына, получившего вызов от вас... И я прошу отсрочки этого дела хотя бы на неделю, потому...

Пушкин перебивает - Вы понимаете, что правила хорошего тона исключают нашу встречу с вами! Я ждал секунданта... Мне непонятно, почему вы, а не ваш приёмный сын занимается этим делом. Ведь он достаточно правомочен и по возрасту и по положению в обществе...

Геккерен - Я прошу вас, понять меня! Я много времени и сил отдал для того, чтобы обеспечить своего приёмного сына и материально и по человечески... Я к нему очень привязан, и поверил что Георг, будет мне опорой и утешением в мои уже немолодые годы... (Геккерен отворачивается и достав платок вытирает глаза) Но этот вызов застаёт меня врасплох, ибо рушится всё,что я выстраивал так долго и мне придётся предпринять ряд срочных действий, которые займут достаточно много времени и сил... И потом я надеюсь, что...

Пушкин перебивает - На это можете не рассчитывать, я долго терпел и наконец чаша терпения переполнилась!

Геккерен - Но вы поймите и меня... Для Георга, этот вызов тоже совершенно неожиданный... Я смею нарушить клятву и хочу сказать вам ещё, как лицу заинтересованному, что Георг две недели назад ...Совершенно неожиданно просил у меня разрешения на брак с ... С вашей свояченицей, Екатериной Гончаровой!

Пушкин вскрикивает - Вот так новость!!!

Геккерен - И я сказал ему, что я подумаю...

Пушкин ходит по кабинету... - Это для меня совершенно неожиданная новость и мне надо подумать... Но в любом случае, я понимаю теперь ваши чувства и даю вам отсрочку в две недели и даю честное слово, что не дам никакого движения этому делу, до назначения дня, и обязуюсь при встречах с вашим сыном, вести себя так, будто между нами ничего не произошло...

Геккерен -Я ещё раз прошу прощения за вторжение в ваш дом, и от всей души благодарю вас за понимание моего положения... Моего приёмного сына, нет сегодня дома. Он на службе в течении суток...Этим обьясняется отчасти моё появление в вашем доме, и...

Пушкин перебивает - Хорошо! Я согласен ждать, эти две недели. Но после я потребую неукоснительного ответа... А теперь извините! Я очень занят!..

Геккерен кланяется . Пушкин сдержанно кивает и отворачивается к столу...Геккерен уходит...

Пушкин оставшись один - Ага, зашевелились! Вы думали, что я позволю вам безнаказанно подличать?! Но каков Дантес?! Сегодня же поговорю с Катериной!..

Но может быть это просто уловка, чтобы избежать дуэли и скандала?

(Смеётся) Если это так, то я поражён изворотливостью этих негодяев!

Однако посмотрим, что будет дальше, и по обстоятельствам будем действовать...

Сцена затемняется


Кабинет в Зимнем дворце... Царь. Бенкендорф, потом Пушкин...


Царь Николай, сидит за письменным столом и что-то пишет... Входит Бенкендорф.

Бенкендорф - Государь! Простите меня за неловкую поспешность, но мне написал письмо Александр Пушкин. Я пригласил его к себе, а когда он мне всё рассказал, то я посмел просить у Вашего величества аудиенции...

Царь - Что случилось?

Бенкендорф - Пушкин писал мне, что получил анонимное письмо оскорбительного содержания, касающееся его чести и чести его жены. Он в ярости! Чуть не плачет. Посылает вызов молодому Геккерену. Он почему-то уверен, что письмо или писал старший Геккерен, или способствовал написанию. При дворе ходят слухи о каких-то отношениях Дантеса - приёмного сына Геккерена и жены Пушкина... Пушкин сделал вызов и хочет стреляться...

У него дуэль, уже далеко не первая... Очень уж горячь. Я подумал - это будет скандал и решил доложить вам..

Царь - Ну, а что ты думаешь?..

Бенкендорф - Ваше величество! Я послушал его и получается, что Геккерен действительно замешен...

Царь - Ну хорошо. Проси... А сам зайди ко мне после.

Бенкендорф уходит, входит Пушкин.

Пушкин - Ваше величество! (Кланяется)

Царь - Садись... Ну расскажи мне , что произошло...

Пушкин - В начале ноября, Ваше Величество, я получил по почте анонимное письмо. Когда я его вскрыл, то обнаружил внутри вот этот грязный листок...(Царь протягивает руку и Пушкин передаёт ему письмо) Царь смотрит. Читает...)

Царь - Да! Это недопустимая наглость. Здесь и ещё подлые намёки! (Смотрит на Пушкина) Бенкендорф говорил мне, что ты подозреваешь голландского посланника Геккерена?

Пушкин - Ваше величество! Теперь я просто знаю... Я долго ломал голову, потом посмотрел печать посланника и сличив, убедился, что это одна и та же печать. Правда здесь - Пушкин указывает на конверт - эта печать видна не чётко. Но я уверен , что это его...Ваше Величество! Я не могу и не хочу терпеть незаслуженных оскорблений против меня и моего семейства!..

Царь - Успокойся! Мы разберёмся в этом деле и не оставим без последствий... Но я прошу тебя! Доверься мне... Я не только накажу виновных, но и потребую ответа за эти оскорбительные шутки... Прошу тебя. У нас существует закон, по которому дуэлянты бывают жестоко наказаны. И даже я, в этом случае, не могу повлиять на закон. Но я разберусь и накажу виновных...

Но и ты дай мне слово, что не будешь ничего предпринимать, не уведомив меня...

Пушкин - Я даю вам слово, Ваше величество!..

Царь - А сейчас поезжай домой и успокой семью... Всё будет хорошо. И позови Бенкендорфа.

Пушкин уходит... Входит Бенкендорф...

Царь - Я уговорил его ничего не предпринимать без моего ведома. Боюсь, что Геккерена придётся отослать от нашего двора. Я о нём слышал ещё раньше, кое что, порочащее мужчину... Но надо это сделать без скандала. У меня и так с его сюзереном натянутые отношения. И если бы не сестра, его жена, которую мне жаль, я бы уже давно предпринял решительные шаги...

Ходит по кабинету - Она ведь присылала сюда, ко мне, их детей. Я щажу её чувства... Итак... Проведи расследованиеи доложи мне, а я уж приму меры... Россия была и остаётся оплотом порядка и порядочности в Европе...Кстати... Кто такой Дантес?

Бенкендорф - Это француз, офицер гвардии. Молодой, красивый...

Царь - А-а. Это тот , который танцует? Мне его показывали... Немудрено, что Натали на него обратила внимание... Ну об этом в другой раз.. Прощай...

Бенкендорф кланяется и уходит...

Царь садится, склоняется над столом и пишет. Потом оторвавшись от писания. Поднимает голову. Смотрит в окно и произносит: - А она, эта Натали, недурна, Очень недурна!- и снова склонившись пишет...


Бал у Карамзиных, уже после Нового года. За это время, Жорж Дантес и Александр Пушкин стали родственниками. Венчание наделавшее много шуму, призошло в декабре...

Присутствуют Наталия и Александр Пушкины, Екатерина и Жорж Дантес, Пётр и Вера Вяземские, Братья Россеты, Гагарин, Долгоруков и другие...

Пушкин сидит на стульях с графиней Загряжской - тёткой сестёр Гончаровых и разговаривают... Наталия Пушкина танцует...Дантес стоит и не отрываясь смотрит на Натали... Рядом обиженная невниманием Екатерина. Танец заканчивается и Дантес подходит к Натали.

Дантес - Вы позволите танцевать с вами последнюю мазурку?

Натали - Вы знаете барон , у меня что-то голова побаливает и может быть мы уедем домой...

Дантес понижая голос - Вы не должны отталкивать меня, зная мои чувства к вам. Этим, из друга, вы превращаете меня во врага. Ведь я прошу малого, только один танец!.. И потом, сегодня, вы защищены от моих признаний, как никогда... Ведь мы теперь близкие родственники и хотя ваш ревнивый муж и не хочет, чтобы мы с вами даже изредка виделись тет - а - тет, но ведь это нарушает все приличия... И вы же знаете, что именно из за вас я согласился стать мужем вашей сестры...Чтобы погасить светские сплетни. Чтобы защитить ваше имя!

Натали - Не беспокойтесь барон. У меня есть муж и потому...

Подходит Пушкин. - Обращаясь к жене и делая вид что не замечает Дантеса... -- - Дорогая, мне кажется, что ты устала и кроме того... уже поздно... Простись с тётушкой и мы уезжаем...(Уходят)

... На авансцену выходят Аркадий Россет и Александр Карамзин...

Россет - Мне кажется, что скандал в доме Пушкина нарастает. Дантес словно озаботился отомстить Натали за внезапное невнимание и ведёт себя неподобающим образом...

Карамзин - А Пушкин то, скрежещет зубами и готов своего свояка и неловкого соперника, убить взглядом...Мне тоже кажется, что ситуация накаляется и быть беде. А старший Геккерен посмеивается и делает вид, что его это уже не касается. Однако, как гласит русская поговорка: "На всякого мудреца довольно простоты". Я боюсь нового вызова, теперь уже со стороны Геккеренов. Пушкин взбесился и жаждет крови... Он вот - вот сорвётся и наговорит оскорблений и отцу и сыну...

Россет. - При упоминании Дантеса, Пушкин впадает в ярость. Его руки дрожат и глаза наливаются кровью. Я видел его в таком состоянии и только тогда вспомнил о его горячей африканской крови. Ведь он внук негра Анибалла.

Карамзин. - При всём уважении к Пушкину, как поэту, мне кажется, что по отношении к жене и её поклонникам, он несдержан...И в конце концов, кто его заставлял жениться на такой красавице, которая младше его на тринадцать лет...Тут может быть и разгадка всего...

Россет - Как бы там ни было, а мне его жаль, и если придётся выбирать, то я порву с Дантесом... Уж очень он заносчив и самоуверен. Будь это в Париже, я думаю, что он не вёл бы себя так. А здесь, он ведёт себя, как знатный гость.Он словно забыл несостоявшуюся дуель, в которой он отнюдь, не выглядел безрассудно храбрым юношей...

Карамзин.- Пушкин, я видел, увёз Натали домой...Да и Дантес, с молодой жёнушкой уже откланялись...

Россет - Вот и мне пора. Завтра рано вставать...

Уходят...


День назавтра.


Пушкин сидит за столом, в рубашке и пишет письмо старшему Геккерену. Выбрасывая в корзину черновики, лист за листом...

Делая паузу, он поднимает голову и говорит сам с собой. - Теперь я уже не намерен верить вам, господа дипломаты. Я добьюсь дуэли. Но сделаю так, чтобы кроме меня и этой сладкой парочки о ней, до срока, никто не узнал...(Пишет)

Поднявшись, ходит по кабинету и читает вслух то, что получилось...

"Господин барон! Позвольте мне изложить вкратце всё случившееся. Поведение Вашего сына было мне давно известно, и я не мог остаться равнодушным.

Я довольствовался ролью наблюдателя, готовый взяться за дело, когда почту за нужное.Случай, который во всякую другую минуту, был бы мне очень неприятным, представился весьма счастливым, чтобы мне разделаться с этим. Я получил безымянные письма и увидел, что настала минута, и я ею воспользовался. Остальное Вы знаете, я заставил Вашего сына играть столь жалкую роль, что моя жена, удивлённая такой низостью и плоскостью его, не могла воздержаться от смеха, и ощущение, которое бы она могла иметь к этой сильной и высокой страсти, погасло в самом холодном презрении и заслуженном отвращении. Я должен признаться, господин барон, что поведение собственно Ваше было не совершенно прилично. Вы представитель коронованной особы, Вы родительски сводничали Вашему сыну: кажется, что всё поведение его (довольно неловкое, впрочем) было вами руководимо. Это Вы, вероятно, внушали ему все заслуживающие жалости выходки и глупости...

Подобно старой развратнице, Вы сторожили жену мою во всех углах, чтобы говорить ей о любви вашего незаконорожденного или так называемого сына, и, когда, больной венерической болезнью, он оставался дома, Вы говорили, что он умирал от любви к ней; Вы ей бормотали: "Возвратите мне сына".

- Вы согласитесь, господин барон, что после всего этого я не могу сносить, чтоб моё семейство имело малейшее сношение с Вашим. С этим условием я согласился не преследовать более этого гадкого дела и не обесчестить Вас в глазах Вашего двора и нашего. На что я имел право и намерение. Я не забочусь, чтобы жена моя ещё слушала Ваши отцовские увещания, не могу позволить, чтобы сын Ваш, после своего отвратительного поведения осмелился обращаться к моей жене и ещё менее того говорил ей казарменные каламбуры и играл роль преданности и несчастной страсти, тогда как он подлец и негодяй. Я вынужден обратиться и просить Вас окончить все эти проделки, если Вы хотите избежать новой огласки пред которой я верно, не отступлю.

Имею честь быть, господин барон, Ваш покорный и послушный слуга...

А. Пушкин."

Пушкин садится за стол. Заклеивает письмо. Пишет адрес и вызывает Никиту Козлова.

Пушкин - Ты, братец, снеси это сейчас же на почту...

Никита уходит с письмом, а Пушкин, успокаиваясь садится за стол и говорит. - Ну вот теперь как то спокойнее стало. Теперь будем ждать вызова и не откладывая стреляться. И сегодня я уже буду спокоен... Дело наконец сделано...Развязка близка...


Сцена перед дуэлью и дуэль.


Трактир... Пушкин и Данзас за столиком...

Пушкин - Я прошу тебя! Сейчас поезжай к Д- Аршиаку и отвези ему наши условия... Стреляться будем в пять часов, на Чёрной Речке, неподалёку от Комендантской дачи. Там место тихое и никто нам не помешает...

Данзас - А успеем?..

Пушкин - Думаю успеем. Если они не опоздают... Но это их заботы...

И ещё... Стреляться будем с десяти шагов. И по пять шагов сходиться после команды. Если он выстрелит первый, пусть ждёт, пока я дойду и выстрелю...

Если первый раз будет безрезультатно, то сходимся и стреляем во второй раз...

Данзас - Ну это ты зря... Ведь это дуэль, а не убийство...

Пушкин начинает сердиться. - Если ты не согласен, я найду другого секунданта! Но ведь ты мой старый товарищ... Ты понимаешь, что я наконец хочу результата! Хватит этой комедии, где я выгляжу глупцом. Сегодня у меня наконец, как гора с плеч... Если я буду убит - тем лучше...

Но я никому не позволю, пока я жив , оскорблять меня и мою семью! Может быть во Франции достаточно по одному выстрелу, но я хочу результата...

Данзас - Ну хорошо! Хорошо! Я согласен... И всё таки...

Пушкин не слушает... - Встретимся в этом же трактире. Вот пистолеты. Осмотри их, пожалуйста и заряди...

(Смеётся) Ну ты сам знаешь, что надо делать...

Пушкин отдаёт футляр с пистолетами Данзасу. Уходят...


Чёрная речка. Сумерки. Мороз...

Данзас и Д - Аршиак ждут... Подходят с одной стороны Пушкин, с другой Дантес.

Данзас - Александр! Тебя... тебя ...удовлетворяет это место?

Пушкин - Мне всё равно! Лишь бы скорее начать! (Вспыхивает) Я наконец устал ждать!..

Д-Аршиак отмеряет шагами дистанцию. Данзас и Д - Аршиак, кладут свои свёрнутые шинели на землю, обозначая границу стрельбы, на десять шагов...

Пушкин сидит на пеньке, уже с пистолетом в руках.

Пушкин - Вы закончили?

Д - Аршиак - Да! (И через паузу) - Сходитесь!

Дантес подходит к барьеру первым и стреляет. Пушкин не доходя шага до шинели падает...

Роняет пистолет. Шарит рукой... Говорит хрипло - Я думаю мой пистолет сломан...

Дантес идёт к Пушкину с намерением помочь...Пушкин кричит - Подождите!!! Я имею ещё свой выстрел!..

Дантес возвращается к шинели поворачивается, и стоит боком, скрестив руки на груди, дрожа всем телом. Он не отвечает, потому что не может говорить. Данзас подаёт другой пистолет. Пушкин целится лёжа, долго... Рука его ходит, то вверх, то вниз... Данзас и Д - Аршиак, стоят неподвижно, ожидая развязки...

Пушкин стреляет и Дантес падает... Пушкин кричит - Браво, Пушкин!!!

Д - Аршиак, подбегает к Дантесу. Пушкин спрашивает - Он убит?!

Д- аршиак - Нет ! Он ранен!- Помогает подняться Дантесу...

Пушкин ощупывая свою рану. - Странно! Мне казалось, что я его убью!..

Д- Аршиак громко, - Я полагаю, дуель окончена?!

Пушкин - Нет!!! Мы так не договаривались. Продолжим!!!

Пытается встать, но вновь падает . Кровь на одежде и на земле...

Данзас подбегает, помогает ему встать и уводит его, уговаривая потерпеть...

Пушкин оборачиваясь, хрипит - Это ещё не конец между нами! Мы продолжим!

Уходят. Вначале Данзас уводит Пушкина, потом Д- Аршиак с Дантесом...


Сцена после дуэли у Геккерена.

Входит Дантес...

Катерина - Миый мой! Как я тебя ждала!.. Ты жив! Жив!!

Подходит Геккерен. Обнимает и целует его. - Кажется, всё обошлось! (Видит перевязанную кисть)

- Что случилось?!

Дантес - Пустяки...(Катерина снимает с него шинель) Дантес говорит словно в полубреду - Я его ранил... Ранил тяжело...

Садится... - Я хочу чего - нибудь выпить!..

Геккерен - Я уже всё приготовил. (Наливает) Ну что ? Рассказывай!..

Дантес выпивает вино. - Он чудовище!... Я выстрелил, попал и он упал... Но потом он старался подняться. Лежит на снегу, поднимает пистолет и хрипит " К барьеру!!!"...

Зубы оскалил и целит... Целит... А пистолет так и ходит , так и ходит...

Потом раздался выстрел, я почуствовал боль и упал. Пуля попала по мякоти руки. Видимо, ударившись о пуговицу, срикошетила...Я упал от её удара...

Геккерн - Ну а дальше что?!..

Дантес - Д- Аршиак помог Данзасу отвести его к нашей карете и уложить там... Потом мы сели и уехали на их дрожках...

Геккерен - Ты его убил?!

Дантес - Не знаю... Он был жив...

Геккерен - Я вызвал врача. Он ждёт внизу...Надеюсь твоя рана не опасна. (Уходит)

Катерина - Милый! (Обнимает Дантеса...) - Я так за тебя боялась! Слава Богу!.. Но как жаль Натали...

Дантес - Меня арестуют... Наверное будут допрашивать?!

Катерина - Я люблю тебя! Я буду с тобой... Если тебя сошлют, я уеду с тобой!.. Мне без тебя не жить!

Дантес - Теперь надо только ждать!.. Но я устал ждать! Ждал вызова... Ждал дуэли...Ждал выстрела!.. Казалось вечность прошла, пока он в меня выстрелил... Сейчас надо ждать ареста... Проклятая страна!...

Геккерен входит с доктором - Доктор. Вот больной! Катя! Принеси воды!

Доктор начиная делать перевязку, осматривает рану...

Геккерен - Надеюсь ты ничего не рассказал Д - Аршиаку?

Дантес - О чём ты?

Геккерен - Доктор по русски не понимает... Никому, ничего не рассказывай! Я тебя выручу!

Дантес -Мне теперь всё равно!..

Геккерен - Ничего! Это шок... Я и ты, видимо, будем высланы. Они не имеют права судить иностранных подданных. Я узнавал...

- Дантес - Но как он хрипел "К барьеру!"...И скрипел зубами... Русские- это варвары.! Варвары! Надо уезжать отсюда...

- Сцена затемняется...


Сцена в доме Пушкина, после дуэли...


Данзас вбегает дом. Видит Никиту Козлова...

Данзас - Помоги голубчик, принести барина из кареты!.. (Оба выбегают наружу)...

Никита вносит Пушкина на руках в кабинет и кладёт на софу...

Пушкин - Данзас! Я думаю, это как у Щербачёва. Помнишь? Он стрелялся с Дороховым и был ранен в живот... Он тогда умер, через два дня!..

Данзас - Не думай об этом... Я позову Наталью Николаевну...

Никита снимает с Пушкина верхнюю одежду и укладывает его в постель, прикрывая одеялом. Натали хотела войти в комнату, но Пушкин заметив её, кричит: "Не входи пока!". (Обращаясь к Никите) - Помоги мне переодеться...

Никита меняет ему одежду и уносит окровавленную...

Данзас обращаясь к Натали - Я побежал за доктором. Саша тяжело ранен...

Голос Пушкина - Наташа! Входи!

Натали входит в кабинет и бросается на колени к кровати... Плачет повторяя - Боже мой!!! Боже мой!!!

Пушкин - Успокойся... Ничего страшного...

Натали - Плачет ... - Прости меня!.. Боже!!! Прости меня! Я не хотела! Я не знала ,что будет дуэль! Я бы удержала тебя!...

Пушкин - Успокойся! В этом нет твоей вины. (Тихо смеется...) Помнишь! Когда я спросил, по кому ты будешь плакать, если будет дуэль, ты сказала... По покойнику... И я выиграл...

Входят Данзас и доктор... Пушкин - Наташа! Выйди пожалуйста. Я тебя позову потом...

Доктор начинает осмотр...

Пушкин доктору... - Что вы думаете об этой ране? После выстрела, я почувствовал толчок в живот и сразу жгучую боль внизу живота... И ещё много крови вылилось по дороге...Что вы думаете? ... Скажите мне правду:!

Доктор - Я думаю , что это серьёзно!

Пушкин - Это смертельно?...

Доктор - Я... Я не знаю... Пусть посмотрят другие доктора... Но это очень серьёзно!..

Пушкин - Значит мне надо приводить дела в порядок?... Сколько я ещё проживу? Несколько часов?.. Дней?..

Доктор - Если вы хотите, то можете увидеться с вашими близкими и друзьями...

Пушкин - Проститься с друзьями?...

Доктор - Думаю вы можете увидеться со многими из них...

Пушкин - Дайте мне воды?! Очень пить хочется! И живот сильно болит...

Доктор - Вам надо пригласить священника... Кого вы хотите?...

Пушкин - Пусть это будет приходской священник...Он такой скромный и такой добрый...

Доктор спрашивает Данзаса - Где тут можно руки помыть? (Уходят)

Входит Натали. Становится на колени перед кроватью. Тихо молится, сдерживая рыдания...

Пушкин гладит её по голове... - Бедная! Бедная девочка!..Теперь тебе придётся всё делать самой...

Шум в передней. Натали выходит...

Входит Арендт - врач царя... Подходит к кровати.

Арендт - Государь узнал и передаёт через меня, вам, его слова. "Если Богу будет угодно, чтобы мы больше не встретились на этом свете, примите моё прощение и мой совет умереть христианином... Не беспокойтесь о вашей жене и детях... Они станут как мои собственные дети и будут мною опекаемы и защищены..."

Натали кричит за дверьми - Нет! Нет! Он не умрёт! Я верю , что он будет жить!.. (Вбегает в комнату...)

Её уводят из кабинета под руки...

Арендт осматривает Пушкина. Пушкин доктору... - Скажите государю - пусть он простит меня и скажите, что я прошу простить Данзаса... Он ничего не знал... Я встретил его на улице... Просил его помочь мне...

Арендт - Хорошо. Хорошо. Я передам...

Выходит с другим доктором в прихожую...

Пушкин - Позовите Данзаса?

Входит Данзас. Пушкин - Я хочу продиктовать последнее завещание...

Данзас - Саша, всё обойдётся...

Пушкин - Я прошу тебя, не надо лишних слов!

Данзас берёт ручку, бумагу... - Да. Я записываю...

Пушкин диктует... - Всё моё имущество распределить согласно закону и написанному уже завещанию...


В прихожей дома, собираются друзья поэта: Плетнёв, Жуковский, Вяземский, Виельгорский, Мещерский, Валуев, Тургенев...Но доктора не разрешают им видеть Пушкина...

Вяземский Жуковскому. - Александр предчувствовал свою кончину. Я помню его негодование и даже ярость когда речь при нём заходила о его врагах. Он был оскорблён и хотел отмстить или умереть!

Жуковский - Да! Невосполнимая утрата для России, для народа. Солнце нашей поэзии закатилось! Мы не смогли уберечь нашего национвльного гения от обидной смерти!..

Вяземский. - К сожалению почти всегда так бывает. Мы не ценим живых гениев и только потеряв, начинаем стенать и плакать...


Кабинет. Пушкин доктору(Арендт уехал доложить царю) - Доктор! Я всегда знал, что цифра шесть, для меня несчастливая. Год назад, когда Наташе исполнилось двадцать четыре, а мне тридцать шесть, начались все наши несчастья... И знаете! Я вижу сходство своей судьбы с судьбою Ленского...

Вдруг Пушкин вскрикивает и начинает стонать...

Пушкин - Ох! Больно! Как больно! Зачем такие мучения!!!


Сцена затемняется. Проходит вечер... Снова кабинет . Никита сидит и дремлет подле кровати...

Пушкин манит Никиту рукой. Спрашивает... - Кто там есть?

Никита - Господин Вяземский...

Пушкин - Позови его...

Входит Пётр Вяземский - Ты звал меня, друг?

Пушкин - Пётр. Я умираю! И перед смертью хочу излить тебе душу, в последний раз...

Вяземский - Ну ты, Пушкин, не торопи судьбу. Может ещё всё обойдётся...

Пушкин - Нет! Я знаю, что умру... Может быть это наш последний разговор...

Вяземский -Я слушаю тебя внимательно.

Пушкин - Я, умирая, хочу сказать тебе, что сделал всё, чтобы не обесчестить своё и имя моей жены...И я знаю, что в смерти моей нельзя никого винить! Это судьба, хотя я и боролся... Но Рок неумолим...

Вяземский - О чём ты, Пушкин?

Пушкин - Я увидел Дантеса три года назад, когда мы с Данзасом обедали у Дюма, в ресторане. Он был моим соседом справа... Тогда я вдруг подумал, что Натали похожа на этого красивого и лёгкого гвардейца. Тогда же я узнал, что он француз и сторонник свергнутого короля Карла... И уже, почему то тогда, я позавидовал его молодости и лёгкости. Может быть потому, что двадцать лет назад я сам был таким...

Вяземский -Ну мало ли бывает случайных встречь...

Пушкин - Нет! Это был первый, незаметный, тогда, намёк судьбы. Признаюсь, что я, после женитьбы на Наташе, ждал от судьбы провокации. Я с самого начала не верил, что всё обойдётся...

Но когда я решал, жениться на ней или нет, меня будто бес в ребро толкал: "Попробуй, - говорил голос внутри меня - поборись с судьбой!" И я рискнул!.. ...И проиграл!

Вяземский - Уверяю тебя, всё будет хорошо!

Пушкин продолжает не слушая его - Она была мне верна, но вспомни Олеко из "Цыган". Старый цыган говорил ему о Земфире. "Она гуляет, как гуляет по небу вольная луна..."

Не сейчас, так потом , она бы полюбила другого... Поэтому я боролся с судьбой...

Но какая мука, всё видеть, всё знать наперёд и быть бессильным предупредить!

Я иногда думал последнее время, что занял подле Наташи место, вот такого Дантеса...

Вяземский - О чём ты говоришь?

Пушкин. - Нет, нет! Судьба не прощает ошибок самодовольства...

Пушкин откидывается на подушки и вытирает пот со лба...

Вяземский - Тебе вредно много говорить и волноваться...

Пушкин - Уже не важно...Ты знаешь, я был уверен, что убью его. Но пуля срикошетила. И я понял что это тоже жест судьбы... Я уверял себя, что она меня любит. Но сегодня я понял, что это была не вера, а лишь жалкая надежда!

Но меня утешает, что я боролся до конца... Ты ведь знаешь, друг, что мы умрём. Все! Поэтому важно - как мы живём!.. Жаль, но моё время окончилось!..

Входит доктор - Извините, князь, но больному нужен покой...

Доктор и Вяземский уходят. Пушкин закрывает глаза и дремлет...


Тихо входит Александра, оглядываясь. Встаёт на колени и целует руку Пушкину...

Пушкин открывает глаза - А, это ты милая...

Александра плачет и говорит сквозь слёзы: - Не умирай. Прошу тебя! Мне без тебя, тоже не жить...

Пушкин гладит её по голове.

- Вы все для меня , как мои младшие сёстры. И ты не виновата... И не вини Наталью... Только теперь я понимаю, что для меня было бы лучше, из всех вас, выбрать тебя...Тогда, я бы жил долго и был счастлив...

Александра - Не говори так! Ведь ты бывал счастлив и с Натали. Я видела. Если бы не этот танцующий кавалергард...

Пушкин не слушая её - Теперь, я знаю, что и для неё, было бы лучше выйти за гвардейца... Но жизнь, мы начинаем понимать по настоящему, только когда умираем.

Александра рыдает - Ты не умрёшь, я знаю! Ты в моём сердце останешься навсегда живым и весёлым...

Пушкин - Аликс! Постарайся помочь Натали и детям. Ей будет трудно. Ведь она - по прежнему ребёнок. Старшенькая дочка...(Улыбается) А с тобой нам было бы хорошо...

Александра - Не надо об этом! Умоляю!..

Пушкин продолжает говорить - В молодости мы думаем, что наши ошибки забудутся. Да мы просто о них и не вспоминаем... Теперь я понимаю, что Бог есть и он всё видит и воздаёт по заслугам. О Боже! Почему мне никто не обьяснил тогда, что зло порождает зло. И что легкомысленный разврат, порождает ядовитую ревность, которая приходит, когда мы сами становимся семейными людьми... Я это понял... Но подлая светская чернь, не верит в Бога и надеется на безнаказанность. На этом свет и держится...

Александра - Я буду молиться за тебя. Я знаю тебя , как никто...Бог милостив и он прощает ошибки, раскаявшимся!..

Пушкин - Бог милостив, я знаю! Но мы , не доверяющие Богу, преступаем его заветы. Я не верил, что Дантес и Геккерен, будут им наказаны. И я решил, грешный, стать как Бог и наказать своею волей, других грешников... Теперь же я знаю: "Не судите, да не судимы будете!" И ещё сказано: "Кинь в неё камень, кто без греха" А я ведь в молодости был как Дантес, вот ко мне и вернулось... "Узка калитка, на дороге в Рай..."

Александра шёпотом - Саша! Ты бредишь, Саша!

Пушкин - Нет Аликс! Я прошу тебя, быть свидетельницей! На краю жизни я признаюсь в грехах и раскаиваюсь...И тебя прошу! Прости меня и молись за меня!

Александра - Саша! Сашенька!!! (Выбегает с криком) Доктор! Ему плохо!..


Следующее утро. Никита Козлов дремлет у постели. Пушкин начинает стонать от боли и Никита поправляет ему подушки

Пушкин - Никита. Помоги мне? Принеси мне, голубчик, ящик, деревянный такой... Он в моей спальне...

Никита уходит и через время несёт ящик...

Данзас в коридоре, хватает его за руки.- Ты это что?... Открывает ящик. Видит пистолеты...

Никита - Барин приказали, вот и несу...

Данзас - Да ты что?! С ума сошёл?! Он хочет застрелиться от боли!...

Никита - Да я то не знал!...

Данзас уносит пистолеты...

Входит Натали и стоя перед кроватью, тихо плачет...

Пушкин - Милая девочка... Как ты теперь будешь... (Вытирает глаза ладонью...) - Ты Наташа, поезжай в деревню и носи траур два года... А потом выходи замуж... Но не за подлеца! ... Вскрикивает от боли..

Натали - Рыдает... - Боже мой!!! Я не хочу с тобой прощаться!.. Кричит... Не хочу!!!

Её уводят из комнаты...

Входят друзья поэта...

Пушкин слабым голосом - Простите меня и прощайте...Не судите меня строго... Жить так не просто в этом мире... (Друзья вытирают слёзы отворачиваясь)

Жуковский - Прости и ты нас! Мы не смогли тебя охранить!..

Пушкин... - Благослови вас Господь! Я ухожу и благодарю вас за всё!

Натали стоя на коленях молиться на икону с лампадкой...

Входит доктор. - Господа! Я прошу вас оставить больного. Ему вредно волноваться...Все уходят...

Пушкин в полузабытье... - Я больше не хочу жить здесь...Я умираю...Так и должно быть! Если бы знать заранее...

Стонет... - Как долго я ещё буду страдать? Быстрее... Быстрее всё закончить...

Входит Натали... Плачет... - Нет! Ты не умрёшь!.. Гладит руки мужа...

Пушкин - Мне сегодня спокойнее... Вчера была просто пытка...

Просит доктора... - Дайте мне зеркало? (Смотрится в зеркало) Нет! Это просто ужасно... Правду говорят - Печать смерти...

Доктору - Я хочу морошки... Можно мне это?

Доктор смотрит на Пушкина - Да. Это можно...

Никита приносит морошку и Натали кормит Пушкина с ложечки...

Пушкин - Вот теперь хорошо... Опустите шторы...Я хочу поспать...

Закрывает глаза и затихает...

Доктор подходит и щупает пульс... - Он умер!...

Сцена затемняется и звучит органная музыка...


Царь в своём кабинете...Входит Бенкендорф.


Бенкендорф - Ваше величество! Кланяется...

Царь - Садись. Рассказывай...

Бенкендорф - В этой дуэли есть подозрительное место, ваше величество...

Царь - Какое же?

Бенкендорф - Дантес получил от Пушкина пулю в грудь. Но по какому-то чуду, пуля сделала рикошет, пробив только мякоть руки, ... Говорят попала в пуговицу... Значит не судьба...Но я думаю...

Царь перебивает - Даже если это не одна судьба, всё таки, лучше этого не ворошить...Что ещё?

Бенкендорф - Очень много народу пришло к дому Пушкина. Ждали известий о здоровье раненого, неподалёку. Даже ночевал кто-то, рядом с домом, у костра... Мне докладывают, что было несколько тысяч...

Потом говорят ещё о каком - то обществе, якобы членом которого и главой был покойный...Думаю , что это слухи...

Царь - Даже если это слухи, то кто-то их распространяет?..

Делая длинную паузу, смотрит в окно...

- Мне докладывали, что Пушкин хотел чтобы его похоронили в Святых Горах?

Бенкендорф - Так точно, Ваше величество!..

Царь - Вот и отправляйте гроб... И не откладывая... Скоро ночь...

А Дантеса, я бы строго наказал, но он ведь подданный Франции. Допросите... Пусть посидит на гауптвахте... А потом вышлите с караульным до границы... А Геккерена я уберу...

Бенкендорф - Мне докладывают, что много говорят против иностранцев...

Царь - Ну вот и сделаем так. Я напишу сестре письмо, а потом уведомим принца Оранского...

Длинная пауза... - Жаль Пушкина... Он только- только стал понимать значение государственности и власти...

Царь продолжает - И ещё...

Распорядитесь по поводу пенсий вдове и детям. Долги его списать в казну...

Я слышал, что Пушкин перед смертью просил жену уехать и держать траур в деревне... Ну вот и пусть едет... Меньше разговоров. И пусть не медлит... (Пауза)

... Ну кажется всё о делах... Как ты думаешь, будут ещё морозы? Или уже к весне повернуло

Бенкендорф - Надеюсь, что зима скоро кончится, ваше величество...

Царь - Ну дай то Бог... (Креститься. Свет на сцене медленно гаснет...)


На сцене появляется ведущий в строгом пиджаке и с галстуком. Читает по бумажке:

- Судьбы героев нашей пьесы, оставшихся жить после смерти Пушкина - различны...

Дантес дожил почти до конца века. Через десять лет после высылки из России, встречался с царём Николаем, как посланник будущего императора Франции Луи Наполеона...Впоследствии стал сенатором Франции...

Геккерен, умер в глубокой старости, поддерживая постоянную связь со своим приёмным сыном Дантесом...

Натали, через несколько лет вышла замуж за командира конногвардейцев генерала Ланского...

Говорят, что она, через несколько лет, встретилась случайно с Дантесом за границей, в доме своей сестры, жены Дантеса.. Они провели день в разговорах о прошлом... Вскоре, вначале Катерина, а потом и Натали умерли...

Царь, Николай, пережил Пушкина почти на двадцать лет, но умирал тяжело и были слухи, что он покончил с собой...


Террористы - герои и жертвы.


Пьеса об эсерах - террористах.


На сцену выходит актёр в чёрном и читает эпиграф из Лермонтова:


- Настанет год, России чёрный год,

Когда царей корона упадёт;

Забудет чернь к ним прежнюю любовь

И пищей многих будет смерть и кровь;

Когда детей, когда невинных жён,

Низвергнутый не защитит закон


Сцена в Нескучном дворце. Великий князь Сергей Александрович ходит по комнате...

Сергей - Не понимаю! Говорят, что в Питере баррикады. О боже! За что?

Я всегда говорил, что этот народ нужно больше сечь, а если понадобится, то и вешать, пока не водворится порядок...

Входит Элла - Елизавета Феодоровна, жена князя...

Элла - Добрый день, Серёжа!

Сергей - Какой уж добрый! Вы слышали, что происходит в столице. Чернь бунтует, хотели пробиться ко дворцу Ники, но их разогнали войска. Говорят, какой - то молодой попик вёл народ к Зимнему дворцу... Я вне себя!..

Элла - Успокойтесь Серёжа. Ведь в Москве, этого пока нет.

Сергей - Вот именно пока. Но только потому, что действует закон. И пусть они, эти агитаторы, не надеются на мою мягкость. Я вызову войска и тогда... тогда... Вот вчера тоже, встретил солдата в расстёгнутом мундире и приказал высечь его, посадить на гауптвахту и держать его в карцере пока прощения не попросит.

И я знаю, что я прав!.. Теперь ему будет неповадно и другие запомнят...

Садятся за стол и горничная вносит чай. Пьют чай...

Сергей - Как Маша с Дмитрием?.. Вы слышали, мой брат, их отец, просится у императора в Россию. Но Его Величество, вновь запретил ему и позволяет приезжать только на несколько дней, изредка и без этой, его новой жены...

Элла - Бедный Павел! Я ему сочувствую, но понимаю, что после женитьбы на разведённой, он должен отказаться от всех прав члена царской фамилии и жить инкогнито. Но согласитесь, что закон непомерно жесток...

Сергей недослушав - Я ему всегда говорил - если хочешь любить, то живи с этой Пистолькорс, как с любовницей, как жили короли Франции со своими фаворитками. Но зачем же жениться. Ведь Маша и Дмитрий - его дети. Их надо растить, воспитывать... Нельзя же так нюни распускать...

Люблю! Люблю!.. Заладил как гимназист...

Элла - Маша растёт очень экзальтированной девушкой. Эти неприятности с её отцом, отразились на её характере...

Сергей - А мне она нравится. Такая красотка... Я только не люблю, когда они не слушаются и пытаются что-то делать по-своему...

Пауза. Пьют чай.

Сергей - Я хочу вас огорчить дорогая. Нам придётся покинуть этот дворец.

Элла - Но Серёжа! Мы ведь только недавно в него переехали...

Сергей - Я сейчас всё объясню...

Нам вновь надо переехать в Кремль. Вчера московский полицмейстер доложил мне, что эсеры - террористы, которые год назад убили министра Плеве, пообещали убить и меня, если я предприму, что-нибудь решительное по отношению к намечающимся студенческим шествиям...

А я, безусловно, разгоню любую демонстрацию, направленную против власти и порядка!

Элла - А нельзя Сергей, как-то миром решить всё. Ведь это...

Сергей, перебивает - Ты ничего не понимаешь в русских делах. Это ведь не Германия, а тем более не Англия. Русский народ надо крепко держать в узде, а если понадобится, то и наказывать... Жестоко наказывать!

И чем жесточе тем лучше. Мой дед, царь Николай, в двадцать пятом году разогнал бунтарей, а пятерых из них повесил. Остальных же разослал по тюрьмам и на каторгу. Так после, почти шестьдесят лет все молчали, молились и работали на благо России...

Ты ведь знаешь, что чернь понимает только язык наказаний!

Элла - Но ведь Иисус говорил...

Сергей, перебивает - Иисус Христос тут не причём. Он ведь сказал в своё время: "Кесарево - Кесарю, а Божье - Богу".

Элла - Однако, Бог говорил о Любви...

Сергей, продолжает говорить, не слушая жену - О, как я понимаю императора! Ему трудно управлять без войск. А кругом все словно с ума посходили, требуют какой-то парламент и эту дурацкую конституцию...

Будто Россией сможет управлять какой - то парламент. Я совершенно уверен, что монархия - единственная приемлемая форма власти для России и её народа. А тут ещё неудачи в войне с этими япошками. Эти макаки упорны, коварны и фанатичны. Хотят помешать нам захватить Корею и Манчжурию. Говорят, что император хотел бы со временем присоединить к России и Тибет. Нам туда легче пройти, чем англичанам через Гималаи. И потом, если бы не эти волнения в Санкт - Петербурге, то и война быть может уже закончилась победой...

Элла - Сергей! Я хочу в начале февраля, провести благотворительный вечер в Большом театре и собранные деньги отдать в Красный Крест. Ты ведь знаешь - я патронесса этой организации. А Красный крест пустит эти собранные средства на закупку медикаментов для военных госпиталей...

Сергей - Хорошо! Я распоряжусь... А кто будет выступать?

Элла - Будет много известных актёров. Будет сам Шаляпин...

Сергей - Я его знаю. Он любит петь там, где собираются высшие чины...(Смеётся)

- Тщеславен, говорят, и деньги любит...Он ведь из мещан?..

Элла - Ну зачем вы так. Он действительно знаменит сегодня на всю Россию... И я хочу взять с собой Машу и Дмитрия...

Сергей - Хорошо, хорошо... Я не возражаю. И сам с вами поеду. Говорят у этого Шаляпина такая фигура! (Встаёт, собирается уходить) Ах, да! Ты не забыла, что мы переезжаем и завтра же. Собери всё сегодня...

И до свиданья... У нас сегодня вечеринка в Английском клубе. Я буду поздно. (Уходит)

Элла, встаёт из за стола, подходит к рампе и произносит со вздохом - Опять одна... Всегда одна...(Уходит)

Занавес...


Трактир. За перегородкой сидят Борис Савинков и Евно Азеф.

Азеф - Давай Борис, выпьем на брудершафт. Мы имеем на это право, как мне кажется.

Савинков - Я думаю Валентин, это просто необходимо сделать. Наша совместная работа, заставляет нас быть более чем близкими людьми. Может быть даже более близкими, чем братья...

Пьют на брудершафт.

Азеф - Я ведь учился в Германии, в Карлсруэ. Там бурши - студенты, после дуэли, обычно пили на брудершафт со своими противниками. Лица изрезанные. А скалятся, довольны, что они смельчаки, и крови не боятся...

Их бы в Россию, да в Боевую Организацию. Вот где проверка для настоящего человека чести.

Савинков - Я думаю, когда Ницше писал о "белокурой бестии", то он и представить себе не мог, что его идея может воплотиться в России...

Давай Валентин, выпьем за это! (Чокаются и выпивают)

Азеф - А теперь к делу. Ты говорил мне, что сбор данных по выездам закончен, и что можно приступать... Маршруты и очерёдность поездок определены?

Савинков - Да, я хочу, чтобы ребята ещё недельки две посмотрели за Сергеем, а потом и дату назначим...

Азеф - Ты знаешь, меня общепартийные дела зовут в Женеву. Так что мне надо уехать. Вы без меня управитесь?..

Савинков - У нас уже всё готово, поэтому думаю что справимся...

Азеф - Ну и замечательно... А кто у вас первым номером пойдёт?

Савинков - Думаю что Поэт. Он очень просился, и я не могу ему в этот раз отказать. Он, пожалуй, лучше всех справляется с работой по наблюдению. Если бы я не знал его, то встретив с лотком уличного торговца, подумал бы, что он откуда-нибудь из деревни в Тамбовской губернии...

Азеф - А мне он не нравится... Нет, нет... Не то слово - он мне непонятен. Зачем он вступил в дело?

Тихий, глаза в пол, а себе на уме... И уж очень он чувствителен - одним словом поэт. А боевиками могут быть только супермены, кремневые люди. Ты сам Борис понимаешь, как бывает трудно...

Савинков - Нет, Валентин. Я его с детства знаю. Волевой человек. И уже два раза арестовывался... (Наливает водки)

- Он добрый. Я таких не встречал. О себе мало думает... Ну в смысле удобств, или там жестов уважения. Ему это не нужно...

Азеф, вполголоса - Вот это и странно...

Савинков продолжает, не услышав реплики Азефа - Но по убеждениям - борец.

Он почти как старовер. А точнее, как протопоп Аваакум. Если поверил во что-то, уже не собъёшь...

Азеф - Тебе виднее Борис, но я бы его к основной работе не допустил... Так, конечно, в смысле наблюдателя, он подходит... И всё таки... (Азеф поднимает рюмку). Ну, давай Веньямин, ещё по одной...

Азеф, выпивает и, жуя кусок колбасы, чавкая продолжает - Я как себе представляю члена Боевой Организации?.. Это ведь как рыцарь без страха и упрёка. Только дело, только боевая работа... Для боевика всё в жизни, кроме боевого дела - суета: и любовь, и женщины, и семья. Это всё значимо для других. Мы же, как смертники. За нами опасность по пятам ходит. Поэтому те, кто брошюрки возит и листовки печатает, для меня партийцы второго сорта...

Савинков, смотрит в окно, а потом вскакивает... - Валентин. Мне кажется, за нами следят! (Достаёт пистолет. Проверяет патроны)

Азеф, спокойно - Да вроде бы не должны. Я проверился, когда шёл сюда. Хвоста не было... (Поднимается, подходит к окну и выглядывает на улицу из-за занавески)

Савинков - Да и я тоже проверился... (Глубоко вздыхает) Похоже, они кого-то с улицы ждут...Ага... Двинулись внутрь, за этим господинчиком...И похоже я его знаю...Это адвокат Меерсон...

Садится, наливает водки - Надо будет предупредить местных партийцев.

Азеф тоже садится - Так я продолжу... Но, давай прежде ещё по одной. Так редко мы видимся. Сидишь, сидишь в номере, как медведь в берлоге...

Савинков - Это верно. Последнее время у меня от курева голова стала болеть и кашель... Спать плохо стал...

Словно забыв, что перебивает монолог Азефа - Я ведь тоже последнее время много думаю, зачем и почему мы это делаем...

Посмотришь на этих аристократических щёголей, великих князей и тошнить начинает. Какие они все лгуны и лицемеры. Руки бы на улице не подал. А ведь они власть. Могут приказать повесить и повесят...

Особенно неприятен этот князь Сергей. Сущий развратник. А ведь сколько народу погубил. Хотя бы на Ходынском поле, когда он на коронации нынешнего царя, такую давку, "организовал".

И ещё трупы все убрать не успели, а он уже кадрили отплясывал на званом ужине...

И вот, иногда, уже под утро, после бессонной ночи думаю: "Ведь кто-то их , таких как этот Сергей, должен рано или поздно остановить, заставить покаяться и уйти. И сам себе на этот вопрос отвечаю: Если не мы, то кто?"

И ещё я понял, что для работы в терроре нужны особые люди...

С виду, конечно, они как все. Но в душе?! Они же берут на себя право решать - жить человеку или нет!

Конечно, есть партия, есть ЦК. И всё-таки...

Азеф - Вот и я говорю! Что бы они без нас делали? Рефераты бы читали в рабочих клубах. А их бы как тараканов, полиция переловила и передавила...

А сегодня любой полицейский или гражданский чин крепко подумает, прежде чем жестокий приказ отдавать. Своей работой мы всех революционеров поддерживаем. Сейчас говорят, даже малограмотный тюремный надзиратель, и тот понимает, что от БО не уйти, если не так себя поведёт. Ведь на терроре всё держится. Если бы не БО, то давно бы всех по тюрьмам замучили...

Савинков - И все-таки, трудно так жить. И товарищей жаль, кто на каторге, а кто и на виселицу пошёл... Иногда я сам себе говорю - надо мстить за погибших, и быть беспощадным. Вот провокатора Татарова убили. Говорят, до последнего врал, запирался. А ведь я его знал. С виду нормальный, положительный человек. В тюрьмах сидел...

Азеф - А я знаю, что и на членов БО подмётные письма приходят. Говорят и на меня, что-то в ЦК прислали...

Савинков - Я думаю, что это в Охранке, Рачковский, провокации разводит. Очень уж он усердствует. Тут надо быть внимательным. Они, сыщики, если захотят кого очернить, то могут кем-то и пожертвовать из своих осведомителей, чтобы дезинформацию прикрыть...

Может быть, мы Рачковским займёмся, после Великого Князя...

Азеф - Надо подумать...

Савинков - Рачковский такой хитрый лис. Что может белое за чёрное выдать и не смутится...

Азеф - Вот и я так же думаю. Эти письма - грязь и провокация...

Ну давай Веньямин, ещё по рюмочке и будем расходиться. (Чокаются и выпивают)

Савинков - Я выйду первым и гляну, а потом уже и ты Валентин... Ну прощай.

О встрече, как обычно договоримся... (Обнимаются)

Азеф - Прощай Валентин...

Уходят. Вначале Савинков, потом Азеф...

Занавес...


Савинков и Каляев в трактире. Играет фисгармония. Голос поёт: "Уй - ми - и - тесь волне - е - ния стра - а - сти...".

Савинков, наливает себе водки - А ты Янек выпьешь?

Каляев - Нет, Боря. Я лучше чайку с сахарком в прикуску, как извозчики пьют по вечерам, на постоялом дворе. Привык, да и от водки меня тошнит...

Савинков - А я вот, всё больше пью. Думаю, надо бы кончать это, а как в город из своей "норы" вырвусь, так не могу сдержаться... тошно всё. Кругом людей-то нет. Рыла какие-то. Ведь когда человека близко не знаешь, то он и неинтересен...

Каляев - Ну это ты зря, Боря. От нервов всё это. Ведь люди-то не виноваты, что их заставляют жить, как скотов...

Тут, если по-христиански, то никто и не виноват. Тем и страшна жизнь. Большинство живут так, как давно устроилось: "Одни едут, а другие везут, и деньги во главе угла!.." Я об этом часто думаю...

Но иногда понимаю, что ведь кто-то есть, кто этим всем заправляет. Бога в этом винить грех. Христос прежде ведь другому учил. Это всё люди извратили... Вроде и церквей сорок - сороков и попов больше чем учителей, а вот по-христиански люди не живут!

Савинков, выпивает ещё рюмку - А я тебе скажу, Янек, что и не жили никогда...

Каляев - Может быть, ты преувеличиваешь, Боря. Ведь в Древнем Риме христианские общины по братски жили. Я знаю это потому, что их гнали, а они не предавали друг друга, хотя наверное и такие были, но единицы. Кажется в катакомбных общинах они любили друг друга. Только на любви настоящую жизнь выстроить можно...

Вот я и думаю... Как свергнем царя, так всё переменится. Не сразу конечно, но будут люди в уважении и понимании друг друга жить... Жаль, что нас к тому времени не будет. Очень хотелось бы, хоть немного на такую жизнь полюбоваться...

Савинков - Эх, Янек! Ты мечтатель, поэт. Тебе жить легче...

Каляев - Да нет же Боря... Не я один такой. Вон Созонов из Сибири пишет... Говорит, что если бы была возможность, то снова всё бы повторил. И убил бы Плеве, и на каторгу бы пошёл...

Говорит, что такого братства, как у нас, нигде не встречал... А представь, что все люди вдруг так заживут?!

Савинков - А со мной, что-то странное происходит. Только возьмусь Евангелия читать, так из рук выпадает. Так все эти призыва Христа, на нашу жизнь не похожи... (Выпивает ещё рюмку.)

- А вот Апокалипсис, мне почему то нравится читать...

Помнишь, как там: "И впереди три всадника... Первый конь бледный скачет, а на нём всадник с мерою в руках..." Вот мы и есть этот всадник. Всё надо самим, на всё надо решиться самому... Кого в Ад, а кого в Рай...

Каляев - Меня это тоже волнует. Ведь Иисус то говорил - Не убий!.. А как вспомню этого убийцу и развратника, Великого Князя, так сразу и понимаю: Если не мы, то кто?

И всё-таки страшно. Даже в такой гадине, как князь Сергей, ведь сердце то и облик - человеческие! А в Библии говорится, что человек создан по образу и подобию...

Савинков - Тут я тебе ничем не могу помочь. Попробуй читать Апокалипсис. Мне кажется, что Апокалипсис был написан, чтобы напугать тех, кто первохристиан сжигал на кострах и бросал к диким зверям на съедение. И потом, я думаю, что Бог Ветхого Завета уже не один раз террор против человеков развращённых устраивал. Тот же Всемирный потоп, или Содом и Гоморра... Тут как бы против не убий, в самой Библии возражения есть прямые...

Каляев - И всё - таки... Я во сне видел, что бросаю бомбу в карету, а там оказался не великий князь, а семья мещан. Проснулся от этого кошмара весь в поту. Не дай Бог! Грех был бы непереносимый для меня, если бы вместо этой Гадины другого человека убил... Потом понял, что это сон был и перекрестился...

Савинков - Говорят, что дети безгрешные, сразу к престолу попадают. А меня то, меня то уж точно черти ждут и сковородку уже раскалили. (Грустно смеётся) Ну, ничего, поживём ещё...

Ведь если вдуматься, то и наше одиночество, и опасности каторги и смерти - призвание судьбы... Не может долго российская жизнь в такой скверне проходить!

Входит половой - Ещё чего изволите, барин?..

Савинков - ступай, ступай. У нас всё есть... (Половой уходит) Ты посмотри на него, Янек! Сама угодливость. А попадись я ему в тёмном углу, да имей он право, он бы меня никак не пощадил. И вот для таких мы свободу отвоевываем, террором занимаемся, для них и живём, и таимся как звери...

Каляев - Ну зачем ты так. Ведь он не виноват, что его мальчишкой из деревни в город отдали и поселили у родственника, который на кухне, в этом же трактире работал. И сам он наверняка начинал с посудомоя. Вот теперь карьеру сделал, в чистом ходит...

Но ведь ты видишь его только с этой стороны. Ты ведь для него барин - а значит враг потаённый! То, что он о тебе думает, он ведь тебе не скажет. А думает-то, наверное, не очень хорошо. А всё равно, если узнает, что мы бомбисты, то сразу в полицию доложит. Привычка - с...

Савинков - Да, да... Я людей совсем не знаю. Что там, в массах делается, о чём крестьяне русские думают - для меня загадка. Да и как мне это знать. Тут от одиночества, да от скрытной жизни волком выть хочется...

А эсдеки призывают идти на фабрики и заводы, народ пропагандировать. У них и газетка есть - "Искра" называется. Хотя для меня это всё сладкая водичка, для мечтателей. Только террором можно чего-нибудь от властей добиться. А эсдеки, нашими жертвами питаются...

Каляев - Придёт время, может быть жизнь заставит и нашу партию снова в народ пойти. Только это уже будет другой народ...

Я когда на постоялом дворе жил, много мужицких разговоров о земле и воле слышал. И радовался, что после каждого теракта, разговоры эти смелее становятся. И я думаю, что не зря, товарищи наши погибают. Что люди постепенно освобождаются от гипноза монархии...

Простые люди после убийства каждой значительной чиновной особы начинают понимать, что и эти царские прислужники, которые в золоте ходят и на золоте едят, тоже могут ответить за неправду и нашу серую российскую жизнь.

Савинков - А я Янек, не смог бы, вот как ты на постоялом дворе прожить.

Я чувствую, как люди с каждым годом становятся мне всё более неприятны... Одному конечно тоскливо бывает, но зато никому не надо натянуто улыбаться, ни с кем из вежливости глупо болтать не надо...

Я всё чаще Пушкина вспоминаю: "Кто жил и мыслил, тот не может, в душе не презирать людей..."

Каляев - Ну что ты Боря. Ведь так и с ума сойти можно. Я вот как вспомню, что после нас революция будет и народ землю и власть получит, так на душе сразу светлеет, понятнее становится, почему мы таким злым делом занимаемся... Мне кажется, тебе бы надо и пить и курить бросить, а то...

Савинков - Янек, Янек! Я ведь и сам об этом думаю. Но как только из своего одинокого угла вылезу, так начинает меня отвращение от жизни мучить. Вот, чтобы отогнать его, я и начинаю водочку пить. А как становишься пьян, так вроде и мир вокруг мягчеет. Жить легче становится. Водка - ведь это лекарство от жизни (Грустно смеётся)...

- Вот как революцию сделаем, тогда в деревню уеду, сад разведу и буду по русским лесам и полям бродить. А за границей и того хуже. Всё чужое - все чужие...

С товарищами встретишься и как тут не выпить, Россию вспомнить. А как выпьешь, так и разговоры начинаются наши, русские, о смысле жизни (Смотрит на часы)

- А ведь нам Янек пора уходить. Мне сегодня ещё в динамитную мастерскую надо заглянуть. А перед тем по городу побегать, проверить, нет ли хвоста... А потом ещё с Валентином встречаемся.

Каляев - Ты Боря осторожнее с ним. Он мне не нравится. Какой-то он сильно равнодушный и уверенный в себе... В террор будто на работу в канцелярию ходит...

А глаза? Глаза у него злые, как у кота, которого внезапно с тёплой печи скинули...

Савинков - Ну и зря Янек. Он отличный работник. В отличии от нас о Боге совсем не думает. Всё больше об электричестве. Он и служит в электрической компании. Вполне современный человек...

Ну прощай друг! (Обнимает Каляева)

- Мы теперь с тобой, только перед самым... делом встретимся. Я тебе "товар" передам днём, в самый канун... (Обнимает Каляева)

- Ты глянь в окно, как я выйду, нет ли шпиков. А потом и сам уходи... Прощай... (Быстро уходит)

Каляев смотрит в окно и потом тоже уходит...


Занавес.


Рачковский, шеф царской Охранки, на конспиративной квартире. Ходит, курит папиросу. Разговаривает сам с собой...

- Азеф сегодня, конечно будет крутить и вертеться. Ведь как-то он должен объяснить, что получая такие немалые деньги, какие я сам получаю, он не предупредил нас об убийстве Плеве. Он хотя и был за границей в это время, но... С ним надо держать ухо востро... (Стук в двери.)

Азеф, входит - Могу я видеть господина...

Рачковский - Вы Евгений Филиппович, можете не беспокоится. Мы одни...

Азеф - Вы Пётр Иванович, думаете, что я излишне беспокоюсь...

Рачковский - Ну конечно, дорогой. Я ведь сам эту квартиру выбирал для встреч с вами.

Азеф, перебивает - А вы знаете Пётр Иванович, что член петербургского комитета партии эсеров, господин Ростовцев - адвокат, получил анонимное письмо, в котором, информированный источник сообщает ему, что в партии есть два крупных шпиона - провокатора. Один - некто Татаров. Вы его тоже знали - земля ему пухом. А второй - инженер Азиев, то есть я...

Рачковский, всплёскивает руками - Не может быть, Евгений Филипович! Я прикажу расследовать. Я доложу министру. Это какое то недоразумение!

Азеф - Это для вас недоразумение... А для меня это смерть! Вы знаете, что делает БО с предателями? Что сделали с Татаровым. Вы хотите, чтобы человека, который по вашему мнению получает так много денег, зарезали как свинью в тёмном углу, тёмной ночью?

Рачковский - Ну, Евгений Филиппович! Я постараюсь сделать всё, чтобы исправить ситуацию. Это пятно на всю нашу службу..!

И всё - таки... Как вы вышли из положения?..

Азеф - Ростовцев, слава Богу, мне первому показал это письмо, как члену ЦК партии...

Ну, я его огорошил, что Татарова я знал, а что инженер Азиев - это, наверное, я...

Наливает себе чаю и медленно делает несколько глотков...

Рачковский - Ну не томите. Что дальше то было?..

Азеф - Я встречался с товарищами и рассказал им содержание письма. Товарищи решили, что это ваша провокация, чтобы меня устранить с поста главы Боевой Организации! Вы, то есть Третье отделение, решили пожертвовать Татаровым... Конечно я был оправдан в их глазах, и всё же.

Рачковский - Да что вы говорите? Бог с вами! Я ни сном, ни духом! Я поражён этой новостью не меньше вашего...

Азеф - Уверяю вас, что меньше... Представьте, чего мне это стоило. Хорошо ещё, что после убийства этого антисемита, Плеве, у меня репутация в партии как никогда твёрдая!

Рачковский - Кстати, Евгений Филиппович, нам надо поговорить об этом покушении. Как так получилось. Что БО убила Плеве. Новый министр рвёт и мечет. Хочет вас арестовать и допросить!

Азеф - Ну вот, я и здесь виноват! Но я же вам объяснял, что я руковожу только центральным ядром БО. На местах есть летучие группы, которые действуют самостоятельно...

Одна из этих групп и осуществила теракт и министр был убит...

И потом, я вас предупреждал тогда, что эти еврейские погромы на Юге, в которых и министр был замешан, я не одобряю... категорически! Они, эти погромы, вызывают ответные удары. И тут я ничего не могу поделать. А может быть и не хочу... Не забывайте, что я тоже еврей!..

Рачковский - И всё - таки...

Азеф, не слушая Рачковского - Вы объясните там, наверху, что я, благодаря предателю в рядах высоких полицейских чинов, сегодня на подозрении. Я не могу расспрашивать товарищей, без того чтобы не вызвать недоверия, кто и как готовит или готовил тот или иной теракт... Я даже вас вряд ли смогу теперь защитить, если кто в обход меня задумает расправиться с вами... Вы уж извините...

Рачковский, побледнев - Ну обо мне вы можете не беспокоиться. У меня сейчас охрана есть... Но вам, я бы настоятельно советовал уехать заграницу, пока я буду выяснять здесь по поводу утечки информации...

Азеф - Да, пожалуй. Мне надо отдохнуть. Я устал от этого постоянного напряжения. Вначале это была опасность быть раскрытым и убитым в партии - сейчас эта опасность уже напрямик от полиции исходит...

Мне надо скрыться и немного расслабиться... А потом, я вновь смогу быть полезен русскому правительству и вам лично Пётр Иванович...

Но если, что-нибудь случится, ну, например, какие-нибудь преследования евреев... От полиции...

Тогда я боюсь, что не смогу вам помочь...

Вы же знаете, что в БО много евреев. Вы меня понимаете Петр Иванович?!

Рачковский - Ах, Евгений Филиппович. Я вас очень хорошо понимаю. И поэтому предлагаю вам уехать на время... А мы проведём внутренне расследование. Эти оборотни в погонах от нас не уйдут! А вы - уезжайте...

Азеф - Тут ещё щекотливый вопрос...

Вы знаете Пётр Иванович, я тут поиздержался, и потом, чтобы жить за границей...

Рачковский - Я понимаю, о чём вы беспокоитесь, Евгений Филиппович...

Вот вам деньги на поездку, а остальные, как обычно, вышлем вам на до востребования. Но я вас прошу... Министр требует активных действий и потому...

Азеф, допивает чай, берёт деньги со стола, пересчитывает их, кладёт в карман... - Я работаю, вы же знаете... Но вам и министру, хочу напомнить, что если бы меня не было, то всем в правительстве было бы много хуже. Я надеюсь, что это понимают и на самом верху. Без меня, процент попаданий был бы неизмеримо выше... Я знаю, о чём говорю...

Рачковский - Не обижайтесь, Евгений Филиппович. Я всё объясню министру. Ну, а о моём расположении к вам вы знаете. Мы же с вами друзья...

Азеф, встаёт - Премного благодарен, Пётр Иванович. Прощайте...

Меня моя дорогуша ждёт в пролётке на соседней улице. Так что не провожайте. Ещё раз прощайте, увидимся как обычно. Я вас извещу, когда приеду сюда после заграницы...

Азеф уходит.

Рачковский, долго глядит в окно - Ох и бестия же, этот Азеф... У него получается, что я и виноват во всём...Однако редкий характер!

Одевается и уходит тоже.

Занавес.


Дворец в кремле. Шпили кремлёвской стены. Гостиная во дворце, в которой Великий Князь Сергей, ходит из угла в угол...

Входит Элла - Здравствуйте Серёжа. Вы опять не в духе...

Сергей - Ещё бы. Мне министр внутренних дел прислал секретную депешу, в которой говорит, что на меня вновь ожидаются покушения и просит быть осторожным... Он получил эту информацию по каким то своим источникам...

Элла - Ну, может быть тут обычная полицейская предосторожность.

Сергей, почти в истерике - Даже если это так, то всё равно это отвратительно. Я выжег бы этот либерализм калёным железом, если бы не эти мягкотелые министры... России нужен диктатор! Только так мы можем предотвратить развал страны...

Элла - Но, насколько я знаю, именно Девятое января стало началом волнений и здесь в Москве и, главное, там, в Петербурге, А ведь там стреляли войска в народ!

Сергей - Самое отвратительное, что мы, члены царской семьи вынуждены скрываться от "привидений", членов какой-то тайной организации, которая называет себя БО. Стыд и позор! У нас сила государственного оружия, полиции, православной веры. Наконец, сила народа!.. А тут кучка голодранцев навязывает нам унизительные условия жизни...

Элла - Но ведь Сергей, эти террористы не с неба упали. Я слышала, что среди них много дворян, кто-то из них наверное и в Бога верует...

Сергей - Они ни во что не верят. Их Бог, если он есть - это Бог сектантов, Бог окраинной, подлой жизни. А наш Бог - это герой человечества, на которого православная Россия уже почти тысячелетие молится...

Элла - Но для меня Бог - Это бог, страдающий и сильный своей слабостью...

Сергей, не дослушав её, перебивает - Нет! Русский Бог не такой. Именно поэтому Россия сегодня протянулась от Атлантики до Тихого океана. Это Бог воинов и сильных духом людей, которые пойдут на смерть за свою православную Родину...

Элла - Но ведь их, противников режима, можно успокоить. Почему бы не дать конституцию, наконец?

Сергей - Об этом не может быть и речи. Россия сильна монархией, самодержавием. А Император - помазанник Божий... И вообще... извини. Мне надо ехать в театр.

Элла - Я бы тоже...

Сергей - Нет, нет! После спектакля будет мальчишник и я задержусь. Сегодня день именин балетного артиста Селиверстова. Ты бы посмотрела, какая у него фигура... Извини, тебе это должно быть не интересно...(Уходит)

Элла, разговаривает сама с собой - Вот так всегда. То вечеринки, то мальчишники, то какие то подозрительные, напомаженные юноши. А на улицах темно и холодно и воет снежный ветер...

Начинает декламировать: "Там на Севере, где дни облачны и мрачны, живёт племя людей, которым умирать не больно!" (Вздыхает) Откуда это. Тацит?.. Геродот?.. Я здесь всё позабыла чему меня учили...(Крестится на икону в углу) - Боже! Прости меня за грех уныния, но так трудно жить в этой стране... (Поворачивается и уходит)

Занавес...


Вновь Трактир. Савинков и Каляев в отдельном кабинете.

Савинков - Здравствуй Янек. Я не только "Товар" тебе принёс, вон в саквояже, но спешил сюда, чтобы сообщить печальную новость! Покотилов в Питере взорвался, когда приготавливал бомбы для покушения на Трепова...

Каляев, крестится - Вот и ещё один прекрасный товарищ погиб... мир праху его...

Входит половой.

Савинков - Водки и закусить!

(Половой уходит и через минуту приносит бутылку, гранённые рюмки и закуски...)

Оставшись одни.

Каляев - Ну расскажи Боря, как это случилось.

Савинков - Он, Покотилов, собирал бомбы и видимо неловко споткнулся... И бомба в руках у него разорвалась. Об этом в газете было написано. Я случайно увидел... Давай лучше выпьем. Помянем раба Божия Николая... (Выпивают)

Каляев - Ещё один из нас ушёл!.. Как это тяжело... И после этого ты спрашиваешь, готов ли я, понимаю ли, на что я иду? Конечно, я понимаю, что убийство - это убийство. Но я недавно открыл Библию и вдруг в глаза бросилось: "Кто захочет душу свою спасти, погубив её, а если погубит душу свою Меня ради, тот спасёт её..."

Я всё последнее время о душе думаю и прихожу к выводу, что стоит, погубить её, убийством одного из тех, кто приказывает сечь и вешать непокорных крестьян по всей России; стоит погубить её, за то, что они сотворили с беззащитным народом, который Девятого января шёл к Зимнему с иконами, портретами царя, пели псалмы и гимны...

Подумай сколько невинных жертв: детей, женщин, стариков!.. Ведь против этих коронованных злодеев сражаются лучшие люди России и потому, я готов умереть в любую минуту, лишь бы не соглашаться на роль Иуды, которые забывают обо всём из-за презренных сребреников жалованья...

Савинков - Я, Янек, тоже много думал о терроре и понял, что убивать можно и нужно тогда, когда это как партизанская война в родной стране, которую оккупировали деспоты - захватчики... Для меня, эта придворная камарилья, в полной мере заслуживает смерти!

И потом, я вспомнил Льва Толстого, который писал, что когда они: короли, цари, ханы, убивают друг друга во время дворцовых переворотов, то об этом всегда молчат или говорят, что хорошие цари убивают плохих. Вспомни убийство полусумасшедшего Павла, в Михайловском дворце. Пьяные гвардейцы задушили его словно курицу, его же шарфом. И после никого не расстреляли и не повесили. Кто убивал, после этого сделал карьеру при дворе... Но когда народовольцы убили Александра, какой вопль поднялся в династических кругах и как злобствовали царские прислужники...

Но ты подумай, сколько убийств во время усмирения крестьянских бунтов, сколько правительственных казней, сколько заморенных одиночеством и болезнями в казематах тюрем, крепостей и на каторге...

Наверное, поэтому писал великий Пушкин: "...Тебя, твой трон я ненавижу, твою погибель, смерть детей, с жестокой радостию вижу..."

Мы конечно не радуемся: убийство - это убийство, но кто-то должен делать грязную работу разгребая последствия многолетнего российского рабства и преступания заветов Христа, осеняемых официальной церковью...

Всё и все забудутся, наши имена в первую голову, но свобода останется... Если хочешь, то это будет свобода во Христе, возвращение к подлинному христианству...

Каляев - Боря! Если б ты знал, как я уважаю тебя в такие минуты! Ведь ты... ведь мы вместе об этом размышляем, но ты можешь объяснить - и причины и следствия... А я барахтаюсь в своих переживаниях и не могу найти нужных слов, чтобы высказать...

Савинков - Мы, россияне, долго ждали свободы от царей, пока не поняли, что они, цари, и делают нас несвободными...

А теперь уже будет кровь! Море крови... Свирепость на свирепость... Жестокость на жестокость... Без этого свободе не бывать!

Вот ты поэт и вспомни, что говорили русские поэты. Бальмонт писал о нынешнем царе: "Кто начал царствовать Ходынкой, тот сам взойдёт на эшафот..." А Леонид Андреев совсем недавно, в Финляндии с трибуны митинга провозглашал: "Виселицу, Николаю!"

А теперь подумай! Если бы не было наших терактов, не было сотен повешенных и расстрелянных товарищей, ещё со времен "Народной воли", разве бы могли русские писатели даже подумать об этом, не то что вслух произнести...

Пока мы убиваем прислужников и родственников главного тирана. Но придёт время расплаты и от наших рук погибнет сам монарх, чьим именем и званием, покрываются сегодня все злодейства несвободы русского народа!

Каляев - Да! Но жаль, что нас тогда уже не будет в живых...

А, впрочем, и правильно. Для меня любой террор - прежде всего жертва. Больше того - это религиозная жертва, самопожертвование...

Теперь я спокоен. Ты сам знаешь, как важно верить, когда на такое решаешься... А тебе, Борис, я благодарен вдвойне. Потому что, пока рядом такие люди, как ты, - стоит жить, и не страшно умереть.

Савинков, смеётся - Ну тут, Янек, уже твоя поэтическая натура проступает... Но я ведь тебя тоже очень уважаю и ценю. Ведь и для меня наши встречи, как глоток свежего воздуха в подземелье одиночества... (Смотрит на часы...) Извини, время... (Встаёт)

- Прощай брат! (Обнимает Каляева) - Мне ещё надо второму метальщику Куликовскому, его "товар" вручить... (Быстро уходит)

Каляев, вслед - Прощай брат! Я буду о твоих словах помнить и много думать!

Берёт саквояж, достаёт из него узелок с бомбой, осматривает и кладёт назад. - Такой малостью можно Великого князя сразить?! Воистину, неисповедимы пути господни...(Уходит)

Занавес...


Ночь после неудачного покушения. Савинков одет, как иностранец: полосатые шерстяные гетры, плед на плечах. Каляев и Куликовский - второй бомбист - ёжатся от холода, потирают руки. Одеты в крестьянскую одежду. Савинков вводит их в отдельный кабинет.

Савинков, рассказывает - Распорядителю объяснил, что буду вас о русском фольклоре расспрашивать. Сказки, былины, заговоры от сглазу...

Ведь каналья не хотел вас пускать в ресторан. Паспорта требовал. Говорит, мужиками можно приличную публику отпугнуть... (Официант приносит водку и закуску)

Каляев - я уже думал, что мне паспорт не потребуется. Я ведь его на вокзале, вместе с вещами оставил. Умирать ведь собирался. (Тихо смеётся) Ан нет, поживём ещё... Теперь уж до утра там закрыто...

Куликовский - И я тоже.

Савинков - Ничего, я договорился, что мы будем до закрытия сидеть. А там уж и утро... А пока пейте чай, ешьте, и отогревайтесь...

Каляев - Ну что вы думаете? Меня это сильно мучает... А ты, Боря, что скажешь? Я ведь не должен был бросать бомбу? Не правда ли? Ведь, там в карете и жена великого Князя сидела и какие-то дети...

Или я, нарушив план, всех товарищей подвёл?!

Савинков - А вот Куликовского спросим. Что вы думаете?

Куликовский - Я думаю... (Кашляет. Потом, справившись с кашлем, продолжает). Я думаю детей и женщин убивать нельзя. Чем мы тогда от властей, от царя отличаемся?!

Савинков - Я думаю Янек, ты всё сделал правильно. Помимо того, что мы БО, мы прежде того социалисты - революционеры, а потому имеем свой кодекс чести - что можно делать и чего нельзя. И потом люди должны знать, что мы воюем с преступниками, а не с их жёнами и детьми. В конце концов. Я сегодня убедился, что мы можем убить Великого князя... Я уже после зашёл в театр и ко мне бросились перекупщики билетов. Я спросил, там ли Великий князь и мне сказали, что да, и он и княгиня...

Но кидать бомбу там, внутри - это значит убивать посторонних, и я этот план отклонил.

Каляев - И я думаю, что теперь он от нас не уйдёт. И вообще, я только сегодня окончательно и вдруг поверил в террор. До этого я как бы действовал по долгу, по принуждению совести...

Для меня с сегодняшнего дня вся революция - только в терроре. Нас мало сейчас - но увидите - будет много! После Кровавого воскресенья, народ словно проснулся...

Этих коронованных зверей и их прислужников будут убивать теперь десятками, пока революция не произойдёт...

Завтра или в другой раз, я обязательно убью Великого Князя, а потом и сам умру. Но на моё место придут десятки и сотни новых бойцов...

Савинков - Ты пей, ешь Янек. Восстанавливай силы... И вы Куликовский. Вы плохо выглядите...

Куликовский - Кажется, я заболел товарищи. У меня внутри всё горит,словно я змеиного яду выпил. Сегодня когда я понял, что Великий князь проехал по другой улице, я так вдруг ослаб, что чуть не выронил бомбу на тротуар...

Мне надо бы отлежаться денёк, другой.

А вообще, я хотел бы рассказать свою историю, вам...

Я ведь был декадент и сторонник единения народа с царём. Мне казалось, что если миновать этих князей, графов, баронов и чиновную "гвардию", то царь вместе с народом, революцию сделает.

Поэтому, Девятого января, я был вместе с процессией в первых рядах, хотел быть свидетелем как царь и народ расцелуются...

Когда начали стрелять и я увидел, что вокруг меня убитые и раненные в снег повалились, я тоже упал, и притворился мёртвым...

Я не скрою, сильно испугался, но больше сначала не поверил, что такое зверство возможно. Ведь безоружный народ семьями шёл на поклон к царю - батюшке...

Я лежал, а рядом какая-то раненная женщина умирала. Вначале хрипела, а потом затихла...

Как пришли трупы собирать, я поднялся и ускользнул от палачей, но зато уж после решил, что пока не убью кого-нибудь из царской семьи - не успокоюсь. Так я в террор попал...

Жалко, что заболел, но надеюсь, что это не последняя акция...

Савинков - Ничего, ничего. Мы что-нибудь придумаем и найдём замену. А если нет, то отложим покушение. Ведь князь на этой неделе, завтра или послезавтра должен поехать из Кремля в канцелярию...

Каляев - Почему отложим? Ведь мы уже всё приготовили! Я сегодня мог бы его и один взорвать, он был от меня в четырёх шагах, я уже замахнулся чтобы бросить, и тут детские лица внутри увидел...

Нет, нет! Я один это могу сделать! Хорошо, что было уже темно и меня не заметили. Я ведь был так близко...

Савинков - Но с одним метальщиком, мы можем только ранить князя. А это провал покушения...

Каляев - Неужели ты мне не веришь? Я говорю тебе, что справлюсь один!

Савинков - Послушай Янек. Двое, всё-таки лучше, чем один. Представь ещё одну неудачу...

Каляев - Неудачи у меня не может быть. Ведь я уже и в акции против Плеве участвовал, но тогда, бросать бомбу доверили Созонову. Завтра - мой день! Я к этому всю жизнь готовился!.. Если великий князь поедет, я его убью, будь спокоен...

Савинков - Ну... Ну, хорошо. А пока ешьте и отдыхайте. В четыре утра, ресторан закрывается и вам придётся дожидаться открытия камеры хранения, на улице. Потом уезжайте в пригород, ложитесь там в гостинице в постель и отоспитесь. Вы Куликовский, не выходите никуда и лечитесь. Увидимся через Моисеенко. Недельки через две...

Уходим поодиночке... Вы Куликовский идёте первым...

Куликовский уходит...

Савинков - А с тобой Янек, мы увидимся - (Смотрит на часы)

- Теперь уже завтра. Я передам тебе бомбу, на обычном месте, около Кремля. Я подъеду на санях с Моисеенко... Ну, а теперь прощай! (Обнимаются). И не ломай себе голову. Ты сегодня всё сделал правильно.

Савинков уходит. Чуть погодя и Каляев.

Занавес...


Холодное, морозное утро. На фоне синего неба силуэты Кремля.

Каляев прохаживается взад и вперёд в ожидании.

Савинков, появляется - Здравствуй Янек! Давно ждёшь?

Каляев - Кажется вечность... Боялся что ты не придёшь... Я ночью решил: Сегодня или никогда.

Савинков - Ну, а если Князь поедет другой дорогой? Что тогда?!

Каляев - Нет! Я знаю, что он будет здесь, и я его убью. Я в этом уверен. В прошлый раз, когда покушение сорвалось, я ещё с утра знал, что покушение не удастся. А сегодня я абсолютно уверен...

Савинков - Я говорил с членами партии и они тоже согласны, что ни детей, ни женщин нельзя подвергать опасности...

Каляев - Я последнее время словно будущее начинаю различать. Ты не смейся, но я сегодня во сне Бога видел, а когда проснулся, то сразу подумал, что сегодня князь будет убит и меня тоже скоро убьют... Но я своё дело сделаю! Только я тебя прошу Боря, повидайся с матерью и попроси прощения, за всё. Объясни, что я иначе просто не мог...

Савинков - Хорошо! Хорошо Янек! Я передам ей все, что ты мне говорил...

А теперь пора. Мне как всегда надо наблюдать за всем, а ещё встречи есть... Ну, прощай Янек! (Обнимаются)

Каляев - Я, Боря сделаю всё как надо... И передавай привет товарищам!

Савинков уходит...


На кремлёвской башне бьют часы. Каляев ходит, с узелком в руках. Слышен цокот копыт по мостовой и стук колёс.

Кучер зычным голосом кричит:

- Поберегись!

Каляев, видя карету, бежит ей навстречу и размахнувшись, бросает узелок в окно...

Оглушительный взрыв. Раненные кони громко хрипят и уносятся с обломками кареты дальше по улице. Каляев стоит и шатается. На лице появляется кровь. Он оглушён...

Каляев, громко - Ну вот. Я и сделал это!

Набежали свистящие полицейские. Какой то господин в котелке кричит, кидаясь к Каляеву:

- Держи злодея! Я видел, как он бонбу бросил!..

Каляева хватают полицейские и волокут в сторону...

Каляев, кричит. - Да здравствует революция! Да здравствует партия социалистов - революционеров!..

Его уводят. Собирается толпа. Крики: - Великого князя убили и убийцу поймали!

Мужичок из толпы:

- Молодцы ребята! Никого стороннего даже не оцарапали.

Ему кто-то отвечает:

- А чего зря простых людей губить...

Другой мужичок:

- Смотри ребята! Евонный палец...

Голос из толпы:

- Не трож. Не мощи ведь!

Ещё голос из толпы:

- Смотри ребята, похоже, мозги! А говорят, что он был без мозгов...

Полицейские свистят. Грубый голос кричит - Разойдись! Чего не видели! Кому говорят, разойдись!


Занавес...


Бутырская тюрьма, камера смертников. Каляев сидит на табурете. Клацает железом дверь, входит Элла в сопровождении жандармов. Каляев вскакивает с табурета. Жандарм подставляет Элле стул.

Она садится и тихо говорит жандармам:

- Господа. Прошу оставить нас наедине...

Жандармы выходят, но двери до конца не закрывают...

Элла - Я пришла сюда к вам, как просто человек к человеку. Я узнала, что вы... вы не стали кидать бомбу в нашу карету когда мы ехали в ней вместе с детьми, Машей и Дмитрием.

Каляев - Да. Мы с вами мистически связаны. Я при взрыве уцелел случайно. Вы уцелели по воле нашей партии...

Элла - Знаете. Вы не похожи на убийцу...

Каляев - Да, это было, как в тумане...

Я увидел карету. Увидел фигуру в ней, которая откинулась на подушки и в страхе прикрыла рукой лицо... И я бросил бомбу!

Вы можете спросить, почему я убил Великого князя?

Да потому, что я вспомнил своих повешенных товарищей. Вспомнил родной город и кварталы наполненные грязью и нищетой, в которых живёт рабочая беднота, чьи дети начинают работать с двенадцати лет и работают по двенадцать часов на фабриках, то в жаре, то в холоде и умирают поэтому, часто не дожив и до тридцати лет...

Элла - На всё воля Божия...

Каляев - А я думаю, что это не Божия воля, а воля негодной власти...

Элла - Но ведь Иисус говорил ещё, что вся власть от Бога...

Каляев - Я об этом тоже думал и пришёл к выводу, что Христос говорил это, чтобы вывести из-под удара своих учеников, на которых охотились кесаревы прислужники. Они слухи распускали, что христиане выступают против власти...

И ещё, вы должны знать, что у моих товарищей, тоже были матери и отцы... А их детей расстреляли или повесили прячась за вывеску государства, за вывеску власти. А ведь мои товарищи были самыми лучшими людьми. Вы можете мне поверить!

Поэтому они и пошли в революцию, оставив своих матерей и отцов, как призывал Христос. И пошли умирать за дело веры, за дело свободы, и равенства всех людей. И я поклялся...

Элла - Но ведь Христос говорил о всепрощении и любви...

Каляев - Я в это не верю. Ведь Иисус говорил ещё: "Не мир принёс я вам, но меч. И поднимется брат на брата и сын на отца, и отец на сына..."

Был и такой Иисус. Я об этом много думал...

Элла - Но вспомните, как умирая, Он говорил: "Не ведают, что творят..." Ведь, умирая, Он всех простил...

Каляев, тихо - Может быть и я, когда буду умирать, то всем прощу... (Громко) Могу теперь я вас спросить. Как вы такая красивая, чистая, искренняя, могли быть женой этого... этого...человека?..

Элла - Можно, я не буду вам отвечать. Вы ведь знаете: о мёртвых или хорошо или ничего...

Каляев - Ну, тогда могу я вас спросить прямо - Что вы обо мне думаете. Вы такая красивая. А я верю, что красивые люди могут быть только добрыми...

Элла - Я вижу, что вы человек необычный, что вы мучаетесь тем, что вы совершили...

Каляев - Да! Это так! Но если бы пришлось это сделать вновь, я бы сделал это ещё раз...

Мы были врагами. Ваш муж был силён, груб и думал, что его защитят его войска, его полицейские. Но он человек и ему пришлось отвечать за свою жестокость и грубость, и за жестокость и грубость полицейских и войск, которые выступают от его имени...

А я взял на себя роль его судьбы, которая наказывает недостойных. Судьёй был народ, ради которого мы все живём и умираем...

А я был только исполнителем, и пожертвую за этот акт своей жизнью. Он думал, что его карета - это символ защищённости, а его великокняжеские вензеля - это символ непобедимой власти.

Но когда ход истории сталкивается с символами власти, то и карета и вензеля - становятся символами обречённых. Пусть меня убьют эти палачи, на моё место встанут другие исполнители воли истории, и власть, которая борется со своим народом - обречена...

Элла - Но вы ведь верующий человек...

Каляев - Именно поэтому я хочу восстановить власть справедливости, о которой притчами говорил Иисус Христос. Хочу, чтобы злые люди знали, что их ждёт суд... Уже здесь, на Земле. Хотя и потом, на Страшном суде, они не уйдут от расплаты.

Но здесь, на Земле, кто-то должен пожертвовать своей жизнью, чтобы противостоять злу. Уже в этой жизни...

Элла - Но ведь Христос сказал: не убий. Разве этого мало?..

Каляев - Христос сказал также, бойтесь не тех, кто тело ваше убивает, но душу... Цари и их прислужники, убивают не только людей. Но и их души. Убивают презрительным унижением. И я погибну. Но душа моя останется...

Элла, достаёт из сумочки иконку и протягивает её Каляеву - Могу я вам подарить эту иконку. Я буду молиться за вас...

Каляев, берёт иконку и целует её...

- Я принимаю ваш подарок... Поверьте, мне больно, что я причинил вам горе, но я действовал сознательно и верю, что в тот вечер когда вы с детьми ехали в театр, Бог отвёл мою руку от вашей кареты...

Элла, встаёт - Прощайте... Теперь я буду молиться за вас...

Каляев - Повторяю, что мне хотелось бы извиниться перед вами, но не перед теми, в чьём окружении вы живёте. Я исполнил свой долг христианина и человека. И я до конца вынесу всё, что мне предстоит. Прощайте, потому что мы больше не увидимся...


Элла выходит, вытирая глаза платочком... Жандармы с лязгом закрывают двери камеры..

Оставшись один, Каляев ходит по камере:

- Боже, как она прекрасна! И этот ангел был женой этого развратного, сластолюбивого негодяя...

Мне кажется, что я знаю её всю жизнь... Кажется, что вся жизнь моя, была только преддверием этой встречи...

Ставит иконку на окно и, опустившись на колени, тихо молится и широко крестится. Потом встаёт и снова ходит по камере:

- Но может быть это ошибка, довериться, одной из родственниц царя...Может быть моя экзальтация от расшатанных нервов?.. О нет!.. Я знаю - это судьба! Бог даёт мне утешение, когда мне надо напрячь все силы, чтобы умереть достойно... Нет! Нет! Мне кажется, что от неё исходил тёплый свет... и я верю, что если бы я кого полюбил, то эта женщина была бы похожа на неё...

Зал затемняется... Занавес...


Вновь камера тюрьмы. Раннее утро... Каляев стоит посередине и говорит:

- Я не сдамся до конца. На суде, они не смогли сломить мой дух, а речь министра Щегловитова, в ответ на мои обвинения царской власти, в надругательстве над народом, была просто испуганным косноязычным бормотаньем. Я почувствовал, что они меня ненавидят... и боятся... И я выиграл эту дуэль...

Каляев подходит к окошку и смотрит на кусочек неба, за стенами тюрьмы:

- Я готовился к смерти, всю свою сознательную жизнь... И вот это уже близко...

Звук открываемых дверей в коридоре

Каляев:

- Идут! Казнить меня! Но сегодня я счастлив! Я люблю и готов умереть в радости! - Крестится и шепчет слова молитвы. - Что есть смерть? Переход из света в тень, из одной формы жизни в другую... Мы все обречены... Главное, с каким чувством ты умираешь...

Лязгают засовы камерных дверей.

Каляев произносит:

- Встретим смерть достойно!

Входят жандармы и священник с золочёным крестом...

Священник:

- Сын мой! Покайся и целуй этот крест. Символ страданий Христа...

Каляев отклоняет крест рукой:

- Я верую, но в подлинного Христа! Ваша же церковь - Кесарева... (

Одевает пальто и тюремную шапку.

Каляев:

- Оставим эти глупые формальности. Идёмте! Я готов умереть!

Уходят. Впереди Каляев. За ним жандармы и последним уходит священник и тихо затворяет двери...


Занавес...


20. 12. 2005. Лондон.


Божья воля. Пьеса для чтения


"БОЖЬЯ ВОЛЯ"


ПЬЕСА ДЛЯ ЧТЕНИЯ С ПРОЛОГОМ И ЭПИЛОГОМ


ПРОЛОГ.

Действующие лица:


Зинаида Гиппиус - Русская поэтесса, написавшая воспоминания о царской семье.

Александр Блок - Русский поэт, бывший какое-то время, секретарём комиссии Временного правительства по расследованию преступлений царской семьи...


Сцена, где Блок и Гиппиус рассуждают о царе и о монархии...


Гиппиус ходит по сцене - Кто есть царь? Его нет! Есть Григорий Распутин, Аня Вырубова, наконец есть Александрин, жена царя... А царь - это только бледная тень человека...

Кто есть Распутин? Это плохонький мужичонка, но это не личность. Это тип росийской действительности... А Аликс? Это страдающая, одинокая женщина и мать, любящая императора, но не понимающая, что за символом нет человека. Это её страдание и недоумение угнетает... Народа тоже нет. Есть забитые, неграмотные крестьяне. Есть купцы, лавочники, лакеи - это чёрная сотня. Есть наконец двор - ограниченные, малокультурные особы... И есть мы - люди культуры, которые всё знают и всё предвидят...

Блок - Простите! Я не совсем с вами согласен. Я уже давно слушаю и слышу ритмы мировой истории. Сегодня и сейчас они оркестрованы, как народные частушки и народный пляс без удержу, сменяющийся вдруг причитаниями и воем плакальщиц. На фоне этой мощной мелодии реальной жизни, жалкие попытки зарифмовать наши мелочные, эгоистические страдания, воспринимаются как возня мышей, в дальнем, тёмном углу. Что русскому народу, этому гиганту, живущему вечно, до нашей сиюминутной лирики, до наших утончённых сексуальных изысканий? И царь, и его семья, и Распутин с Вырубовой - это малая часть хора, противостоящего вселенской мощи народной стихии. Царь - это жертва ситуаций и настроений, за которые ответственнен не только он сам, но и его предки, правившие Россией на протяжении трёхсот лет. Его неудачи и просчёты - это только часть той громадной причины, громадной вины, которая довлеет над ним, как злой рок, висел над бедным Эдипом. Он, царь, - фигура трагическая...

Его близкие: его жена, дети, братья и сёстры, дядья и племянники, те, кто погибли в мучениях и остались живы - фигуры драматические... Они могли поменять свою судьбу, но не захотели или не решились... Он же, царь, даже если бы захотел, то не смог... Проклятие рода, повисло над ним, со дня рождения...

Триста лет династии и триста лет народного рабства. Триста лет Романовы делали вид, что народа не существует, а их прислужники помогали им верить в это...

Но народ - подлинный герой на исторической сцене. Он композитор и исполнитель стомиллионной песни жизни...

И сейчас я слышу мелодии революции. Траурные мелодии крушения старого мира, но и залихватский оптимизм частушек, дикую плясовую мести, разрушения и одновременно надежды и уверенности в грядущем. Никто не виноват. Нет обвинителей. Есть вихрь истории, захватывающий целые континенты, народы и государства...

Мы называем себя интеллигентами, но мы всего лишь "образованцы", паразиты на теле полуграмотного народа, сильного и живущего силой своей веры в добро и справедливость...

Мы всегда кому то служим. Прислуживаем, лакействуем сильному...

Образованцы всегда ищут господина. Ибо в душе - они рабы...

Подлинные интеллигенты служат народу, жертвуют собой ради народного счастья. Господа, шельмуют этих самоотверженных героев. Народ, обманутый образованцами - не понимает их. Но покуда они есть - живёт и народ и народная правда, звучит его страстная и страшная песнь.

Интеллигенция - это соль земли, а образованцы- это соль ставшая песком...

Гиппиус - Но разве вы не видите, что культура погибла, что Россия погибает!

Блок - Я думаю, что революция, как болезнь в человеческом теле. Борются силы жизни и смерти. Всё это сопровождается болью, страхом, мучениями, но и надеждой...

Когда я работал в комиссии по рассмотрению преступлений царского режима, вначале, я негодовал - столько подлости, лжи, эгоизма стояло за событиями последних лет. Но потом, в какой-то неуловимый момент, я понял , что всё это - мозаика истории, в которую, каждый из нас вложил свой кусочек изображения. Благие намерения, неосуществлённые порывы, мечты, эгоизм, обман, самообман - соседствуя, в конце концов составили картину русской жизни в эти годы. Актёров этой драмы, можно воспринимать по разному: смеяться или плакать...

Но для меня и царь, царица, их дети, Распутин, двор - действующие лица трагедии, разыгрывавшейся каждый день и каждый час вокруг и внутри нас в реальной жизни. А в жизни всё по настоящему - страдания, боль , горе, радость... И конечно смерть...

Для меня поэтому - царь есть. Но для меня и Распутин есть. Царь слаб. Распутин силён. Но они были...

Гиппиус перебивает - Я вдруг поняла... Мы перестаём понимать друг друга... (Затянувшаяся пауза)

Ну что ж, это бывает... Нам надо расстаться... Прощайте!(Уходит со сцены)

Блок - Я предчувствовал этот разрыв. Жаль! Умная женщина. Но музыки революции она не слышит. Для неё - это просто шум...

Мы конечно ещё увидимся, но это будут случайные встречи... Ну, что ж! Прощайте! (Уходит)


Первое действие.


Императрица Александра Феодоровна -для близких Аликс, в Маленьком домике своей фрейлины - Анны Вырубовой...

Её дом при дворе, так и называли - Маленький домик...

Аня Вырубова, хозяйка домика и бывшая фрейлина царицы, её наперcница, заваривает чай...

Вырубова - Григорий Ефимович, вот - вот должен подъехать...

Стук в двери, входит Григорий Ефимович Распутин - русский крестьянин, Божий человек, родом из под Тюмени, из села Покровское...

Снимает пальто, проходит к столу - он свой человек в этом доме - фаворит императрицы...

Распутин - Здравствуй Мама, здравствуй Аннушка! Да благословит вас Господь... (Крестит их широким жестом. Аня подходит и целует ему руку. То же делает и царица...)

Распутин обращаясь к царице - Мама, как здоровье Маленького, как дочки? Что Папа делает?

Аликс - Вашими молитвами Григорий, все здоровы, а Ники проводит заседание с министрами...

Распутин - Вот и хорошо...(Садится за стол, потирает руки. Берёт стакан и громко отхлёбывает чай) Чай - это русский напиток... В народе говорят: "Чай не пил - какая сила..."

(Следует неловкая пауза, которой кажется не замечает один Распутин) - Вот я думаю, человеку много не надо... (Отхлёбывает чай) Хорошие люди и стакан горячего чаю, иногда лучше самых дорогих сокровищ... Я когда ещё по монастырям ходил, понял это. Бывало устанешь за день ходьбы, а войдёшь в монастырь, помолишся на надвратную иконку, а потом за трапезой сидишь и слушаешь, о чём опытные молитвенники говорят. И на душе - рай...

Я странник Божий и когда я приезжаю в город, то хорошо вижу, что подлинная вера христова - это народная вера. Здесь в городе больше делают вид, что веруют. Оттого так много несчастных, нестойких. Особенно женщин...

Дамочки книжек разных начитаются и ищут счастье в постели. Готовы хоть с чёртом переспать. Но боятся... Вот так и живут. Устами молитву правят, а в голове то похоть... А простой человек согрешит, и потом кается, и в помыслах чист, к богу прислоняется искренне... Сатана очинно хитёр... Мучит человека похотями от сладкой городской жизни. Иногда до сумасшествия... (Пристально смотрит на царицу)

Конечно людям хочется чуда, а вместо - обман и представление. Городские попы не о небе думают, а о попадье. Одной рукой, такие "батюшки" денежки мусолят, а другой крестятся... В народе не то...

Вырубова - Расскажите, расскажите Григорий Ефимович...

Распутин продолжает свой монолог - Я вот думаю, как может жестокий человек с его звериными привычками быть угодным Богу. Как он может найти дорожку к свету божьему? (Отхлёбывает чай) Но путь этот есть! И я хочу показать его вам. Сам я увидел эту "тропинку", когда ходил по святым местам и искал подлинной веры...

И вот, после многих лет странствий я понял: надо полагаться на Божье милосердие, и принадлежать Богу и думать только о Боге, потому что всё что вы делаете в мире, даже эта комната - отделяет вас от Бога. Вы, после службы в церкви, выйдите и сохраняя чувства единения с Богом, пойдите в одиночестве в поля или леса, даже в большой парк...

Какими маленькими и несчастными вы себя почувствуете посреди этих громадных пространств. И тогда вы поймёте, что только Бог и молитва могут вас спасти. И Бог вам поможет! Потом вы можете и должны вернуться в мир, но нести в себе Бога, сохраняя это ощущение единения с Господом...

И сберегайте его живя в мире. Только после этого, все ваши дела в мире будут для Бога...

И молитесь чаще вот так! (Встаёт на колени. Рядом встают царица и Вырубова)

Распутин начинает, а царица и Аня повторяют за ним - Создатель! Научи меня любви. Тогда раны душевные полученные за любовь к Тебе, сделаются благостью для меня... Бог - я весь Твой и Твои все мои дела. Не отстраняй меня от Твоей любви...

Распутин - Вот так надо молиться мои дорогие. А теперь споём несколько гимнов... (Поют гимны вместе с Распутиным)

Распутин - А теперь дорогие надо подвигаться. Аня поставь музыку, которую я тебе прошлый раз принёс...

Вырубова заводит патефон и Распутин начинает танцевать кружась на одном месте и вскрикивая иногда - Ох! Ох!

Вырубова тоже робко начинает кружится. А за нею и царица нерешительно вступает в танец. Танцуют несколько минут и потом в изнеможении, с улыбками на лицах, останавливаются...

Распутин - Ну, а теперь дорогие мои, поцелуемся, чтобы любовь к Богу осталась в нас и с нами!

Целует Вырубову а потом и царицу... Царица кладёт ему руки на шею и смотрит в его глаза долго не отрываясь... Распутин начинает гладить её по спине...

Распутин с неохотой отпускает царицу из своих объятий - Вот теперь вы до следующей встречи будете веселы и спокойны. И помните, что я с вами, что Божий человек помнит о вас всегда, и молится за вас...

- Ну а мне пора уходить...

- Мама! Передай Папе, что я молюсь за него, и весь русский народ в своих церквах, тоже молится за него. Он любит свой народ и народ любит своего царя...

А если чего потребуется, то звоните мне и я приеду. Аннушка, молодец, поставила мне телефон... (Уходит)

Царица и Вырубова садятся за стол.

Царица - Вот он какой! Я и не знала, что так можно в Бога веровать - От начала и до конца...

Вырубова - Ваше Величество! У него на квартире, почти каждый день, все его последователи собираются и вот так же молятся. И в конце просят, чтобы Григорий Ефимович им по сухарику подарил. Как бы в залог его любви к ним. И все ему руки целуют...(Волнуясь отхлёбывает чай)

- А иногда Григорий Ефимович, начинает говорить о грехе и как с ним бороться... Говорит, что женщина из тела мужчины произошла и потому не надо бояться наготы и даже греха совокупления...

Он, Ваше Величество, говорит, что надо бояться демона плотского греха, который в душе скрывается и чтобы ты не делал, о чём бы не думал - он, демон, всегда с тобой... И ещё он говорит, что он после плотского греха кается и это раскаяние наполняет его душу радостью, которая изгоняет демона...

Царица - А правду ли говорят, что он со своими женщинами в баню вместе ходит?..

Вырубова - Да, Ваше Величество, это бывает... Григорий Ефимович, всех их просит об этом не распространяться и говорит, что только тот, кто демона похоти в себе носит, боится наготы. Говорит, что простые русские люди ходят в баню вместе с женщинами. Говорит, тогда меньше бывает соблазна, если ты наготы женской или мужской не стесняешься. Говорит, что тогда дурных мыслей в голове меньше. Но к этому надо привыкнуть...

Старец говорит ещё, что после совершения плотского греха, он женский грех на себя берёт и тем освобождает их от демона сладострастия...

Царица закрывает лицо руками... - А много у него... последовательниц.

Вырубова - Я думаю, Ваше величество, что несколько сотен. Он ведь такой сильный и... красивый... Когда он после пения псалмов начинает танцевать - у него лицо горит, глаза его удивительные сверкают и кажется... кажется, что он... на Иисуса Христа похож...

А руки во время танца так и летают...так и летают. И ведь руки у него удивительные... Он молитвой и своими руками многих вылечил... Смотрит так пристально, молитвы шепчет и руками гладит...гладит. И словно в дремоте, тёплый огонь по телу начинает ходить...

Царица задумавшись - А ведь Аня, это действительно на тёплый огонь похоже...

Вырубова - Совсем недавно, с Григорием Ефимовичем, Феликс Юсупов познакомился. Говорит в спине что - то болит. Так его Старец за один сеанс вылечил... Феликс мне рассказывал, что когда Старец положил ему руку на голову, а сам на коленях стал молиться глядя ему в глаза, то ему показалось, что он сознание теряет, а когда очнулся, то уже и боли не было, только в спине где-то тупое нытьё сохранилось, а потом и оно прошло...

Царица - Да, Старец необычный человек. Я помню, когда он Маленького лечил, и вот так же положив руку на голову молился вслух, у меня у самой голова закружилась, а на душе так спокойно стало. Я думаю, что он и на расстоянии может воздействовать... Ведь он действительно Божий человек, хотя его и не любят многие...

Люди привыкли по себе мерять...

(Царица долго сидит неподвижно...)

Вырубова - Может ещё чайку, Ваше Величество?

Царица словно спохватившись - Нет, нет. Я уже засиделась. Во дворце наверное Маленький ждёт... Я пойду... (Встаёт и уходит).

Вырубова - Я вас провожу, Ваше Величество...

Уходят...


Сцена во дворце. Спальня царевича Алексея. Царевич негромко стонет...

Царица входит вместе с Распутиным...

Царица - Григорий Ефимович, Алексей вчера бегал по саду споткнулся и упал, ударившись об пенёк ногой. А сегодня нога опухла и болит сильно... Помогите?! (Плачет. Распутин обнимает её, гладит по спине).

Распутин - Ничего Мама, мы попробуем его облегчить... Проводи меня к нему.

Входят в спальню. Полутемно. Только лампадка горит перед иконой божьей Матери, и потому тень Распутина покачиваясь движется огромной тёмной птицей по стене. Распутин становится на колени, смотрит в лицо царевича и начинает читать молитву

Распутин - Сыне Божий, Иисусе Христе. Спаси и помилуй раба твоего царевича Алексея и отврати боль и беду от Наследника престола Царского... (Молитва переходит в бормотание. Распутин не отрываясь смотрит на царевича... Через какое-то время он замолкает, стоит ещё некоторое время на коленях, потом поднимается. Выходят в прихожую...)

Распутин говорит шепотом - Маленький уснул и теперь будет спать до утра.

Царица плачет тихонько и Старец обнимает её и снова начинает гладить

Царица долго стоит прислонившись к Григорию, а он начинает её гладить всё сильнее, проводя рукой по спине...

Царица, как во сне, поднимает руки, обнимет Распутина за шею, запрокинув голову смотрит в блестящие глаза Старца...

Вдруг Распутин отклоняется от царицы и говорит - А теперь будем молиться за Наследника, за Папу...

Становятся на колени. Распутин крестится потом крестит царицу и говорит - А я буду молится за тебя Мама. Чтобы ты стала спокойной, забыла о своих тревогах и думала только о хорошем...

Помнишь, как я говорил тебе о том, что когда мы думаем только о Боге, когда мы делая что-то думаем только о Нём, то он остаётся с нами. И тогда даже грех уходит, с Божьего благословения, потому что Господь милосерд... (Молятся...)

Входит Ники... Царица встаёт с колен и плача произносит - О дорогой! Маленький заснул... Григорий Ефимович помолился и он заснул...

Царь здоровается - Здравствуйте, Григорий Ефимович...

Распутин встаёт с колен, подходит к царю и низко кланяясь, здоровается - Здравствуй Папа и благословит тебя Господь...

Николай - Я приказал подать сюда чаю. Посидим, поговорим Григорий Ефимович.

Распутин - Я Папа с удовольствие. Но боюсь тебя отрывать от государственных дел.

Николай - Ну что вы Григорий Ефимович. Ведь вы же нашего дорого Маленького, наследника престола спасаете от этой тяжёлой болезни...

Приносят чай, все садятся и пьют.

Распутин - Ты Папа думаешь, это моя заслуга, раба Божия Григория, что Маленький заснул? Не- ет. Это всё дело Божиих рук, я только молюсь за здоровье наследника. А лечит то Бог. Я его хорошенько попрошу, он и послушает меня, старого грешника. И поможет невинной душе Маленького...

Николай - Я... Мы, так вам благодарны за ваши молитвы и я хочу, чтобы вы знали, что мы вас очень любим и уважаем, и просим вас бывать у нас...

Распутин - Я благодарю тоже и тебя и Маму за то, что вы для меня и для моей семьи делаете. Я ведь знаю сколько много у тебя забот по управлению государством. Ведь весь народ под тобой ходит, и под твоим папашей ходил, довольный покоем и благодатью, которая на Россию снизошла в последние годы. Твоими заботами, и Мамы, жив русский человек, и мы премного довольны твоим царствованием...

Ведь русский человек простой, на земле живёт, с земли жатву получает и верит в Бога нашего, в Христа Спасителя и в Святого Духа. (Крестится на икону Божьей Матери) И в тебя тоже крепко верует и любит тебя, как помазанника божия на нашей православной земле...

Царица - Вы, Григорий Ефимович, говорите нам, если вам что нужно. Мы готовы для вас многое сделать...

Распутин - Благодарствую Матушка. Мне самому то, много не надо. Я ведь простой крестьянин, и самая благодать для меня - это Богу и нашему Царю - батюшке угодить. Я только хочу попросить вас, что если надо что об народе русском узнать, то вы меня спрашивайте. Я ведь исконный деревенский житель, и если бы не страсть к божьему странничеству, то до сих пор бы землю пахал и хлебушек сеял у себя в Покровском. Но вот Бог меня позвал и я пошёл, и ходил больше десяти лет по Руси из монастыря в монастырь. Уж таких молельников - чудесников насмотрелся, уж таких мудрых наставников послушал, на таких чудотворцев русских молился...

Так что Папа , если захочешь послушать совет простого человека, я готов отвечать и готов молится за твоё и твоей семьи процветание... А теперь Папа, разреши вернуться к себе в фатеру, в Питер. Там меня наверное уже мои юродивые заждались. Небось волнуются...

Кланяется и уходит...

Аликс - Он, Наш Друг, так своих почитательниц называет. Говорит совсем несмышлёные, какие то юродивые...

Николай - Да.. Он, Григорий необычный человек. Я всегда хотел, чтобы представитель простого народа был мне близок, и вот сейчас меня его рассказы умиляют. Так он прост и бесхитростен. И потом, какая сила в нём. Будто вся его душа в его глазах светится...

Зевает - Извини, Аликс, но я сегодня устал. Как всё - таки непросто разговаривать с упрямыми людьми...

Царица - Я совсем забыла, что ты с министрами встречался. Ну что премьер - министр? Как он в этот раз с тобой разговаривал? Я его не люблю, потому что он уж очень гордый человек. А ведь ты Император - Самодержец и потому несёшь всё бремя ответственности...

Николай - Ну сегодня он докладывал мне о своей реформе крестьянской. О том что замирил бунт крестьянский в тамбовской губернии. Говорит что несколько зачинщиков пришлось повесить... (Крестится) А так , слава Богу, кажется, что революция прошла и никогда уже не вернётся. Вот только дядя Вилли, снова с ума сходит, собирается аннексировать на Балканах целую область. Вот мы и поговорили о нашей позиции...

(Зевает) - Ну что Дорогуша, пойдём спать. Я сегодня так устал. И хочу ещё к дочкам зайти, перед сном их увидеть...

Царица - А они сегодня о тебе уже спрашивали...

Поднимаются и уходят...


Вновь домик Вырубовой...


Продолжение разговора, между царицей и Вырубовой...

Аликс - Вот! Вот! Мне тоже кажется, что и Ники и Григорий, не живут так, как они хотели бы и там, где они хотели бы. Они живут для других: Григорий - чтобы показать всем , что и простые русские люди могут стать великими. Ну а Ники - хочет показать, что и великие люди могут быть простыми. Вот как Лев Толстой...

Вырубова - Для меня, Ваше Величество, это всё сложно. Но я думаю, что русские люди ближе к Богу. Душой ближе. И это даже в Толстом было, хотя его и отлучили от церкви за неверие в догматы... А вот Григорий Ефимович, рассказывает про жизнь в монастырях и заслушаешься. Как трудно, но с верой живут монахи, и среди них встречаются замечательные старцы, которые...

Аликс перебивает - Мне иногда кажется, что Ники не знает зачем ему жить здесь. Кажется,он думает, что это случай сделал его царём, а Григория крестьянином. Кажется, что будь всё наоборот... (Задумывается)

Вырубова - Григорий прислал телеграмму. Пишет, что ни в коем случае нельзя начинать войну. Говорит, что это будет беда и разрушения...

Аликс - Да! Я тоже так думала. Но, кажется уже всё решено. Дядя Вилли , не хочет расширения, увеличения влияния России. Не хочет, чтобы славяне объединились. Не хочет, чтобы Россия овладела Константинополем и проливами...

И потом Пуанкаре был здесь и умолял помочь ему, если немцы опять бросятся на Францию. И похоже, Ники пообещал ему. И кузен Джордж, тоже с нами... Дядя Вилли должен понять, что ему не устоять против Ники, Джорджа и Пуанкаре. А Австро - Венгрия - это плохой для него союзник...

Ники говорит, что австрийская империя на грани развала и войну не переживёт.

Вырубова - Ох! Я слушаю - и всё плохо! Надо бы вызывать Старца. Григорий Ефимович, с его святым даром, может сильно помочь!

Аликс - Вот и я думаю. Когда он здесь, мне спокойнее. Я знаю, что Бог слышит его молитвы. И потом царевич...Сейчас ему много лучше. Но вдруг... (Крестится)

- Ну я ухожу, Аня...

Вырубова - И я с вами. Надо помочь Оле выбрать платье для бала. Она просила...(Уходят)


Сцена затемняется.


Маленький домик...Звонок в дверь...

Вырубова - Входите! Не заперто!...

Входит Аликс.

Аликс - Ух, как холодно! Лето, а холодно, как весной. Россия, все-таки мало приспособлена для нормальной жизни.

Вырубова - Ваше величество! А я только что чай заварила.

Аликс - Ах, как кстати! До сих пор не могу привыкнуть к русской погоде. (Садиться и пьёт чай) А Григорий рассказывал, что в Сибири бывают зимой морозы, вдвое холоднее чем здесь. Ужас!

Вырубова - А мне кто - то рассказывал, что в дальней Сибири, бывают морозы, от которых птицы на лету замерзают... Как там люди - то живут? (Смеётся)

- Григорий говорит, что это Бог русским людям даёт испытания, после которого им ничего не страшно...

Аликс - Я мало знаю русский народ. Но Старец иногда очень бывает похож на Ники. Это странно...

Вырубова - А мне кажется они очень разные...

Аликс - Конечно, они разные. Но... Иногда, я вдруг вижу общие черты. Какой-то фатализм. Какое-то отрешенное состояние. Я начинаю сравнивать с англичанами или с моими соотечественниками...Там всё иначе. Живут, чтобы жить: семья, дом, деньги, политика, известность...

Аликс (Прихлёбывает чай) - Может быть, я вижу это, потому что "аутсайд" - извне, а вы русские не видите, потому, что внутри.

Вырубова - Император, Его Величество - очень воспитанный человек. Европейский человек. В этом они на своего батюшку не очень похожи. Все так говорят...

Аликс - Да, Григорий простой человек, а Ники воспитанный. Но где - то в самом уголке души они русские, что делает их похожими. Может быть...

- Может быть, это потому, что они говорят на русском языке. И потом, мне кажется, они оба не верят в жизнь и поэтому очень верят в Бога. Ники, конечно это тщательно скрывает. Но ведь он фаталист. Если бы это было можно, то он наверное предпочёл бы жить где - нибудь в монастыре. Молился бы по ночам, а днём ходил бы по лесам и лугам и любовался миром...

Вырубова подхватывает - Может быть... может быть. Я сейчас, кажется начинаю понимать, о чём вы, Ваше величество говорите. Я тоже иногда вижу, как Григорий начинает переживать, от того, что ему трудно в нашем времени жить.... Ему в нашем городе бывает тяжело. Но и там в Покровском ему несладко...Как приедет оттуда, то улыбается, бодр и весел. Всех любит... А потом поживёт немного...Беситься начинает...

Аликс - Мне, кажется, я Григория понимаю. Ведь очень тяжело жить вне дома... Я как в Россию приехала, очень скучала по Англии. Я ведь там с "гранд ма", прожила с детских лет. А тут, чужой язык кругом, куча родственников, которые на меня смотрели и смотрят, как на иностранку. Что - то говорят мне по русски, а я плохо понимаю. И так бывает неловко...

Ну ты, Аня, пошли телеграмму Старцу. Пусть приезжает... (Пауза) А за чай спасибо... Надо возвращаться во дворец. А то дети похоже опять заболевают простудой. У Насти температура...

Вырубова - Ну я тогда тоже с вами, Ваше величество... (Уходят)


Сцена затемняется...


Кабинет царя Николая Романова... Ходит по кабинету. Разговаривает сам с собой...

Николай - Надо решиться! Надо! И не с кем посоветоваться. Ни одного близкого человека рядом. Аликс всего не знает. Да ей этого и не нужно знать... А я должен выбрать...

- Если война, то она чревата жертвами и разрухой. Если я откажусь от войны, то от меня все отвернуться... И потом я обещал Пуанкаре...

(Длинная Пауза...Ходит по кабинету). - Но ведь должен быть выход?! (Вновь пауза)

Если сегодня не объявить войну, то я буду предатель и изменник. Славянские братья на Балканах погибнут под железным сапогом Кайзера. Вилли просто одержим идеей величия германской нации и своего божественного предназначения. "Дранг нах остен!" - это их последний лозунг. С другой стороны, если я объявлю войну, то это сплотит нацию. Тогда и революция и революционеры будут забыты, как страшный сон. В случае военного положения я смогу закрыть Думу и разогнать все эти комитеты. Можно будет укрепить положение внутри страны...

- И потом, думаю, что мы, союзники, победим в конце концов. Но как продержаться все это время?

...И всё таки, надо воевать! Даже если всё будет плохо, то я сохраню самоуважение. И ведь есть Бог, который поможет. Я не один. У меня семья, Аликс...

И я надеюсь, что народ поймёт меня и поддержит. Ещё год назад, я видел это уважение к императорской власти, нашей семье...

В дни трёхсотлетия династии, миллионы простых людей вставали на колени приветствуя нас во время паломничества в Кострому, откуда первый Романов, царь Михаил был приглашён на царство в Москву, тем же простым народом...

Николай становится на колени и молится вслух - О Боже, помоги!.. Мой дорогой отец! Если бы ты был жив, ты бы помог, подсказал... А сейчас я один. И Старца нет... Он не ведает сомнений. У него дар Божий... У него видения... Но ведь Аня говорила, что он против войны. Но я бы ему объяснил. Он поймёт!

(Поднимается с колен и продолжает ходить по кабинету)

- Чудовищный груз власти и одиночество! (Вновь встаёт на колени и молится негромко, крестясь)

- Боже! Помоги! Вразуми раба твоего! (Стук в двери. Николай вскакивает и садится за письменный стол. Делает вид, что пишет.)

- Входите...

(Входит Великий князь Николай Николаевич)

Ник. Ник. - Ваше величество. Я прибыл по вашему приглашению!

Николай встаёт - Я, вызвал вас, Николай Николаевич, чтобы объявить вам, что назначаю вас главнокомандующим всей русской армии!

Ник Ник. - Рад служить Вашему Величеству и Отечеству...

Николай - Вот и хорошо. Ситуация складывается ужасная. Дядя Вилли сошёл с ума. Он похоже объявил нам войну! Я жду официального извещения. Готовьте войска к войне...Сухомлинов извещён тоже...

- Я не могу прийти в себя! Английский король, президент Франции - все возмущены предательскими действиями кайзера. Он конечно скучный и не очень нормальный психически человек, но чтобы объявить войну...Хотя кажется это уже факт! Конечно на всё воля Божия, но думаю, что после войны он уже не будет императором... Он ставит себя в оппозицию всему цивилизованному миру...

Николай Николаевич молча кланяется...

Николай - Одним словом -это катастрофа! И России, и нам всем, придётся пережить это испытание. С нами Бог!. Вы сами участвовали в создании планов операций в случае войны. Вы знаете все наши достоинства и недостатки. К сожалению и недостатки есть. Часто объективного свойства. Если бы мы могли быстро мобилизоваться...

Но страна наша огромна. И народ наш по характеру дружественный. Очень трудно перейти на военный лад. Франция просит активно действовать, прежде всего, против Германии. Пуанкарке боится наступления немцев и захвата Парижа, и я обещал ему. Надо спасать союзников... (Пауза)

- Ну вот, кажется и всё. Благослови вас Господь!

Ник. Ник. - Служу Вашему величеству и Отечеству! (Поворачивается и уходит)


Сцена затемняется...Через время тот же кабинет. Николай сидит и что то пишет.


Входит курьер... - Ваше Величество! Срочная телеграмма! (Подаёт и уходит)

Николай читает... - Я так и знал. Этот старый эксгибиционист решился... Это война!!! Боже! Спаси и сохрани!

Входит Аликс... - Мы все были на службе. В соборе... Ах! Какой замечательный хор! А каков голосище у этого дьякона?!

Николай - Взгляни!. (Подаёт телеграмму)

Аликс - Что такое? Война? Не может быть!

Николай - Я сам не мог поверить! Читал и перечитывал. Эрцгерцог Фердинанд убит и Австрия жаждет мести. Тут понятно. Но почему Вилли? Что мы ему сделали? И потом Джордж с нами. Кажется Вилли сошёл с ума! Не отдаёт себе отчёта...

Аликс - Я тебе рассказывала. Я была там , в родном Дармштадте.. Но это была другая страна. Другие люди. Другие отношения. Этот прусский дух, юнкерство, бряцанье шпорами. Культ Бисмарка. Помпезные постановки Вагнера. Реставрация древних замков. Дух театральной агрессивности и национализма. ..

И вот это случилось! О, Боже! Готовы ли мы к войне?

Николай - К войне все всегда не готовы. После неудачной японской компании, мы сделали выводы. Но ведь прошло так мало времени. Я надеюсь, что Бог нам поможет! Я сейчас пишу манифест... Извини... (Садится за стол. Аликс выходит в приёмную, где её ждёт Вырубова)

Аликс шепчет - Война! А я ничего об этом не знала. Это конец всему! Григорий против войны! Бывший премьер министр, России Витте, во Франции, предрекает катастрофу!

Вырубова - Григорий, Ваше величество, ещё прислал телеграмму. Предостерегает против войны, говорит, что у него было видение, что империя после войны будет разрушена!

Аликс - Ах! Что ты говоришь?! В такой час надо верить в победу! Бог нас спасёт!. Я иду к детям. Им тоже надо сказать. Девочки будут так напуганы...(Уходит).

Вырубова - Надо вызывать Григория. Он поможет, подскажет! Спаси и сохрани нас Боже в минуты испытаний.(Крестится. Уходит)...


Сцена затемняется...


Весна 1915 года...

Вновь Маленький домик. Входит Аликс...

Аликс - Ты одна, Аня?..

Вырубова -Да, Ваше Величество! Григорий ещё не приехал...

Аликс - Ну вот и хорошо. Мы с тобой посидим , чаю попьём. Мне хочется поговорить с тобой.

( Садятся. Пьют чай...)

- До меня доходят какие-то странные слухи о Григории... Что он кутит, что связался с какой то грязной компанией... Ты что-нибудь знаешь об этом?

Вырубова - Я Григорию Ефимовичу уже не один раз советовала, немного сократить себя, перестать и нас компрометировать. Но он иногда словно другим человеком становится. Говорит: "Чувствую в себе силы необоримые. Но потратить их не могу. Негде...

Кричит: - Тесно мне! Негде жить! Негде развернуться моим силам!

Говорит, что если бы не Мама с Папой, не царевич, то давно бы ушёл в монастырь или в скит...

Повторяет мне, что когда от пьянства отходит, то видит, что всё вокруг плохо, всё не так. "Вижу, - говорит - что всё к пропасти катится, а поделать ничего не могу... Потому и пью!..."

Аликс - Да, я тоже чувствую, что он переменился. Иногда невнимателен, иногда почти груб. Нетерпелив. Перебивает. Раньше он таким не был...

Вырубова - Он таким стал после ранения, там, в Покровском, когда эта фанатичка Хиония Гусева, пыталась его убить... Рана то, от ножа зажила, а в душе наверное, что то осталось... Когда приехал, помрачнел, стал подозрителен, раздражителен.

Говорит - как много людей меня ненавидят - я это чувствую... Он ведь часто плачет. Особенно когда выпьет. Раньше этого не было...

Аликс - Мне тоже кажется, что всё вокруг теснее становится. Мрачнее...Я уже не люблю появляться в Зимнем. Мне кажется , что уже и за моей спиной шепчутся. Все дядья Ники становятся нашими врагами. Уже не говоря об этих Думцах... А духовенство, иерархи? Ведь они не о Боге, а о своей только выгоде и комфорте думают...

- Право! Какие-то фарисеи в клобуках. Григорий перед ними - святой. Он хоть не скрывает, что грешен и потому, мне кажется, сильнее раскаивается в душе...И скучает... Он как то мне говорил: "Да мои дорогие. Вы все слишком избалованы. Поедемте со мной на лето в Покровское, на великую сибирскую свободу. Будем там ловить рыбу, ходить по лесам, работать в поле... И тогда вы услышите и поймёте Бога..."

Вырубова - Вот, вот, Ваше величество! Ведь он в душе сильно верует и сознаёт Бога. Мне его дочь рассказывала, что он иногда по полночи стоит на коленях перед иконой и молится...

А иногда после этого едет кутить. Говорит - не согрешишь - не покаешься! Его конечно за это и любят женщины... В нем, как бы два человека живут. Один в небо смотрит с колен, а другой по земле твёрдо ходит. Вот этот небесный то человек и нравится женщинам. Он иногда говорит: "Я бы без женщин не мог жить! Они одни могут понять, что в душе человека происходит. А мужики, что в деревне, что в городе, что во дворцах - одинаковы. Не сердцем живут, а расчётом. Все втайне развратны...

Я говорит, в разврат , как в омут кидаюсь... Потому, что трудно жить среди неверных людей... Я, говорит, своего разврата не таю, потому знаю - помолюся и всё просветлеет. Ибо раскаиваюсь..."

Аликс - Ему бы надо какое - то дело найти. Но ведь он, кроме Писания, ничего не может читать, - память у него плохая. Он ведь имён не помнит...

- А как он точно Горемыкина назвал - Старцем Премудрым. И ведь похож. (Смеётся)

Вырубова - Да он и не согласится на работу. Говорит - я Божий человек. Говорит, мне это старец Верхотурский Макарий сказал, как только увидел меня в первый раз...

Аликс - Я вижу, он сейчас мечется. Не знает, что ему делать. Ему здесь жить тяжело... Говорит: "Мама! Скажи, что делать! Ведь война плохая. Немец очень хитёр. А у наших нет никого, кто бы мог немца перехитрить. Я, говорит, смотрю карту и вижу где и что немец хочет сделать. Говорит, я сквозь карту вижу, а эти и в карте ничего не видят..."

Вырубова - Простите, Ваше величество. Но ведь Старец не военный, Ведь тут надо знать, как пойти, где остановиться, а где и отступить. И потом, это ведь не божье дело - война...

- Помните. В начале войны он пророчил: "Когда русские корабли подплывут к Вене..." (Смеётся) Это было, было!

Аликс - Может быть, может быть. Но он ведь ищет, где ему его силу применить. Он ведь мужчина. Это мы созданы, чтобы любить мужей наших, детей растить нам на смену и в Бога веровать...

- У мужчин другое: работа, карьера, война, деньги. Но я вижу у Григория в характере много женского. Он не знает зачем он на свете - верит и живёт. Зато о нас женщинах много понимает, так, как редкая женщина может понимать...

Вырубова - Это правда! Раньше, мы, иногда с ним рассуждали о жизни. Он говорил мне: "Ты женщина... Веруй и будь верной и в этом твоё счастье..."

- Я после, как в тумане ходила. Ведь он угадал, о чём я всегда думала...

Аликс - Да! Я, как его увидела, подумала: - Ах какой неопрятный... А потом, через год, через два привыкла, и он уже не казался странным, а стал тёплым. Он своими глазами, словно в душе читает. Говорил мне: "Ты Мама - царица! Тебе много надо перетерпеть, потому, кому много дано, с того много спрашивается. Люби Папу, потому, ему ещё трудней. Он Император! Самодержец! В его руках - Россия. И врагов у него много..."

- А я на него, на Григория смотрю и думаю - это верный человек! Вот он простой, неграмотный русский человек! Но силён, умён и в Бога верует. И мне... И мне иногда так хотелось отдохнуть рядом с ним может быть, как рядом с отцом...

Чтобы он погладил и меня, как ребёнка... Ты ведь знаешь. У меня с детства не было родителей. Жила я с бабушкой в Англии. Там было хорошо, но ведь это не родительский дом...

Аликс плачет... - Так я и жила сиротой. Пока Ники не встретила. Но ведь он для меня муж, отец наших детей. Он русский император. А Григорий, Старец, - он как отец. А для Алекса - он как дедушка...

- А для нас с Ники он Друг. Он, как то мне говорил, когда Алексею было в очередной раз плохо и я себе места не находила: "Ты мама сильно терзаешься, я вижу. Но в жизни ни из за чего не надо терзаться. Всё проходит. И страдания Наследника закончатся. Это самое лучшее так думать и знать". А потом посмотрел мне в глаза и сказал так значительно: "Сынок твой не умрёт, пока я рядом..."

Вырубова - Я понимаю Ваше величество... Для Наследника, старец - лучший доктор!

Но ведь Григорий переменился. Он как бы постарел. И чем больше он живёт здесь в столице, тем, кажется, меньше в нём святости. Если бы он стал служить в церкви, то нашёл бы своё место, даже здесь, в столице. А так мечется...

Аликс - Дай Бог ему сохранить своё сердце. Свой святой дар молитвенника и заступника!

(За окнами стукает входная дверь)

Вырубова - Ну вот и он кажется идёт...(Входит Распутин. Кланяется и крестится на икону.)

Распутин - Мир вам и благоденствие!...

Аликс - А мы вас ждём, Григорий.

Распутин - Обо мне говорили? (Смотрит на Аликс и Вырубову. Смеётся) - Знаю, знаю...

Вырубова - Ну я пойду, свежего чаю заварю. (Выходит. Распутин садится)

Распутин - Ну , что Папа? Ты, Мама ему говорила про Николашу? Надобно его сменить. Ведь дела там (показывает рукой куда-то в сторону) не ладны. Думаю сам Папа мог бы там, на фронте многое поправить. А мы бы ему помогли здесь...

Аликс - Вы Григорий так же думаете, как и я. Я ему обязательно передам ваши слова. Я ему тоже говорю: "Ты Император всея Руси! Ты Самодержец! Ты Главнокомандующий! А в войсках тебя не знают. Это нехорошо и ...

Распутин перебивает - Вот и я говорю Матушка: "Царь - это наш Батюшка и мы его народ. Если он побеждает - значит и мы побеждаем. А так ведь получается, что не он, а Николаша будет руководить победой. Это ведь не дело...

Аликс - Да, это правда. И потом... Там в Ставке, у Николаши, уж очень много наших врагов и как они могут победить немцев, я не знаю.

Григорий меняет тему - Ну, что Мама, как Наследник, как девочки? Что Папа говорит о Старце Премудром?

Аликс - Дома слава Богу, все здоровы. Алексей за эту зиму подрос на полголовы. Девочки тоже здоровы. Вам передают поклоны. Но по поводу Горемыкина, Ники недоволен...

Григорий - А что случилось? Он пока хорошо сидит. "Старец" за нас. А другой, кто его знает, как поведёт. Лучше уж сейчас ничего не менять. Раз так выходит. Вот Думу бы надо сократить.

- Думаю закрыть её и делу конец. Там наши враги. Народ развращают. Смуту сеют... меня там не любят. Да и к тебе Мама, там не почтительны...

Аликс - Ох, Григорий! Это какое - то гнездо врагов. Злоумышляют... Но я буду просить Ники , принять решение. Так не может продолжаться!

Григорий - Надо Папе быть построже! С русским народом только так! Надо вернуть в людей веру. Очень уж все в умах нечестивы. Стулья, столы крутят, тайно собравшись. Духов вызывают... А ведь это язычество!

Алекс - Сменим тему... Не будем о мрачном. Ники говорил мне, как то о вас, Григорий - "Мне нравиться говорить со Старцем, потому что вижу - верует человек." И ещё говорит: "После разговоров с Нашим Другом, всё становится просто и ясно."

Григорий - Так и говорил, Мама?!

Аликс - Да, Григорий, так и говорил. И мы вам верим и надеемся на ваши молитвы...

Григорий падает перед нею на колени - Молюсь за вас и за детей ваших. За Наследника... Каждый день. Благослови матушка! (Аликс подаёт руку. Григорий целует. Встаёт. Держит её руку у сердца)

Входит Вырубова - Ваше величество! Чай готов. Прошу в столовую... (Уходит)

Григорий - И ещё прошу тебя Мама. Передай Папе - пусть назначит Хвостова на внутренние дела. Я с ним говорил. Он неглупый человек. Тебя Мама очень уважает.

Аликс - Может притворяется? Я уже здесь никому не верю...

Григорий - Нет! Я ему в глаза смотрел. Верный человек. Я его послушал и понял, что он нам верный. Говорит - царица умная женщина. Ей надо больше думать о правительстве. Пока император войной занят...

Аликс - Неужели так и говорил?

Григорий - Ну, я ведь знаю людей. Ты Мама не сомневайся. Это наш человек.

Аликс - Ну что ж. Пусть этот Хвост придёт. Я с ним поговорю, посмотрю кто таков! (Смеётся)

Ну а теперь, пойдёмте Григорий чай пить. Аня ждёт...

Григорий на ходу - И ещё. Я слышал, что деньги будут менять скоро. Не надо делать бумажки большими. Людям будет неудобно... (Уходят)


Сцена затемняется.


Главнокомандующий русской армией, Николай Николаевич Романов, дядя царя, и генерал Брусилов, начальник Юго - Западного фронта, в штабном вагоне:

.

Ник Ник - Входите Генерал. (Брусилов садится)

Ник Ник - Я, вызвал вас, чтобы поговорить о планах очередной компании на осень этого года.

Брусилов - Я к вашим услугам, Николай Николаевич.

Ник Ник - Какова обстановка на вашем участке и каково настроение солдат и офицеров?

Брусилов - Держимся ваше превосходительство. Есть проблемы с поставками продовольствия и вооружений. Но я стараюсь не давать спуску интендантам и тыловикам. Если замечаю какие-то проволочки, или не дай бог жалуются командиры соединений, я стараюсь каждый такой случай проследить. И виновных, если таковые обнаруживаются, обязательно примерно наказываю. Солдаты и офицеры в окопах, должны знать, что начальство о них заботится...

Ну а вообще - как обычно. Бывает всякое. Это ведь война! Не учения...

Ник Ник - Да! Но к сожалению, в столицах не всегда это понимают. Энтузиазм, там медленно угасает. Ведь все хотели скоро закончить и рассчитывали на быструю, победоносную войну. Помните этот лозунг: "Добьём врага в его логове, за шесть месяцев". К сожалению, война будет длится не один год. А к этому, похоже мы не готовы. На Западном фронте, от обученных до войны солдат и офицеров, остался только костяк. В войска начинают приходить необученные новобранцы. А ведь учится на фронте - очень тяжело! За любую ошибку можно заплатить жизнью. Иногда многими жизнями...

- И потом психология русского солдата... Мне рассказывали, что зимой, солдаты обрывали телефонные провода и свалив деревянные столбы, делали из них дрова для костров!

Брусилов - Да, это так. Сейчас пришли новые призывники. И мне один полковой командир рассказывал - подслушал случайно разговор новичков. Говорили - зачем нам это. Нам надо хлеб растить, а тут война. И пока этот немец дойдёт до Тамбова...

И если немцы хотят получить контрибуцию, то можно за каждую солдатскую голову отдать по десять рублей. Деньги получаются немалые. Может немец и отступится...

А так погибать - дети сироты, жена- вдова..." (Смеётся невесело)

- И хуже говорят. Мол нам какая разница, под кем поля пахать, да скот растить. Может под немцем и не будет хуже... (Устало трёт лоб и глаза ладонью).

Ник Ник - Вот, вот... Это самое ужасное. Ведь солдатам письма приходят из дома. А в них слухи и сплетни о разгульной жизни в тылу. Пишут ещё, что всё дорожает. Пишут разные истории из газет. О царице и её окружении...

- Я конечно говорю с вами очень откровенно.

Даже до меня доходят сведения, что царица, Распутин и Вырубова ведут себя непозволительно. Пытаются влиять на императора. Надеюсь, что всё это безуспешно. Но я знаю, что меня, почему то, в Маленьком доме не любят...

Брусилов - Простите Ваше превосходительство! А что такое Маленький домик.

Ник Ник - Это дом Анны Вырубовой, фрейлины императрицы, который стоит недалеко от дворца в Царском Селе. Я точно знаю, что там встречаются Императрица с Распутиным, с помощью Вырубовой.

- Стыдно об этом говорить, но это правда! В Петрограде грязные сплетни распространяются...

Но и здесь, в Ставке об этом говорят. И иногда с озлоблением. Мне докладывали, что сплетничают о связи Императрицы с немцами. И потом, этот сектант Распутин...

Всё это неправда, но зачем императрица даёт повод?!

Ко мне в этом кружке плохо относятся, но это ладно. Однако, они пытаются менять людей в правительстве. А когда война становится длительной, то наши успехи на фронтах, намного больше будут зависеть от того, как работает правительство. Когда по указке Императрицы, министром внутренних дел назначают Хвостова...

Брусилов - Вы Николай Николаевич меня ошеломили. Ведь я тоже чувствую, что работа правительства становится всё хуже. На фронте начинает не хватать орудий, пулемётов и даже... даже винтовок. Я пытался понять почему, а тут вдруг всё открывается...

Ник. Ник. - Могу я, генерал говорить с вами откровенно... (Брусилов встаёт и кланяется)

- Вы же знаете этот афоризм: "Путь в ад вымощен благими намерениями". Я готов поверить, что царица хочет добра для России и её победы над Германией. Ведь её муж - император всея Руси. Но ведь наши желания и мечты должны быть поддержаны делами, результатами. А мы имеем в правительстве любителей, назначенных из Маленького домика... (Встаёт и начинает ходить по комнате)

- Экономика в кризисе... даже на фронте, на передовой, не хватает пушек и винтовок. Снарядов тоже мало. А это проявление некомпетентного управления. Я готов поверить, что даже Вырубова, и даже этот Распутин, хотят добра для России...

- Но итогом их действий является разруха, грязные сплетни в тылу и недовольство солдат на фронтах...(Садится)

Ник Ник - А теперь о главном. Я вызвал вас, чтобы предупредить - этот "кружок", хочет меня убрать с поста Командующего. Царица не может мне простить моего требования к царю, в девятисот пятом...

- Я тогда хотел застрелиться на глазах у всех, если Император откажется подписать манифест о свободах. Конечно это было давно и сейчас, я бы этого может быть не сделал. Но царица затаила свои чувства. Царица хочет, чтобы Император стал Главнокомандующим. Думаю, что тут не без личного интереса. Император, будет здесь, в Ставке, а она будет распоряжаться правительством...

- Кстати, Распутин её зовёт Екатериной Второй.

Брусилов - Я потрясён, Николай Николаевич!!! И я хочу вам заявить! Если речь зайдёт о том, с кем я - я буду спасать Родину, Отечество. Прошли Екатерининские времена. Сегодня мы можем выбирать кому служить...

Ник Ник - Благодарю вас! Я просто хотел предупредить вас. Вижу, что настроение в войсках начинает падать, как здесь, так и на вашем фронте... Да спасёт Россию Бог! (Встают) А сейчас прошу отужинать с нами. Будут командующие армиями и корпусами...

Брусилов - С удовольствием...


Сцена затемняется...


Маленький домик... "Совет" собрался: - Аликс, Распутин, Вырубова...


Аликс - Я хочу Григорий, чтобы Ники наконец разогнал этих святош, в православной церкви!

Распутин. - Да, да! Они почти все против меня. Этот монашек Варнава, просил Синод канонизировать старца Макария, из Верхотурья! Они ему отказали!

Аликс - Ах, это тот маленький, который "Суслик" (Смеётся) Он очень похож...

Распутин - И вообще! Эти длиннорясые, в клобуках - одна видимость. Бога не знают. А если и знали, то забыли... Вот Батюшка Питерим верует и нам верный человек.

Аликс - И я говорю Ники: - Ты глава церкви! Разгони их...

Распутин - Мама! Да мало ли у нас врагов? Тот же Николаша. Я тут узнал, что он, Николаша, составляет телеграммы от лица Императора, принимает губернаторов, зарубежных послов...

- Но, Мама, это ведь Папины дела, Почему Николаша в это влезает?

Аликс - Да, Григорий! Этого не должно быть. Ники - Император, Самодержец. Он должен всё решать сам. И потом на фронте - большое отступление. Стыд и позор! Николаша даже Варшаву сдал немцам. С этим надо конечно покончить...

Распутин - Мама! Ты помнишь. Мы, говорили как то о нехватке снарядов для фронта. Я думаю, надо подсказать Папе, что снаряды могут делать и на конфетных фабриках. Ведь сейчас не то время, чтобы сладостью баловаться... Россия в беде! Ох, в какой беде!

Аликс - Григорий! Я просила вас поговорить с Протопоповым, который из Думы. Надо срочно найти нового министра Внутренних дел...

Распутин - Ага, ага... Я с ним встречался. Он хороший помещик и промышленник из Симбирской губернии. Сейчас большой человек в Думе... Он действительно, в Риге встречался с этим немцем - посланником что ли? Что то разведывал на будущее. Но это не важно...

Главное предан нам и верует. Ох, как верует. Я ему в глаза посмотрел и увидел - это наш человек.

Аликс - Я, Григорий, тогда буду просить Ники, назначить его министром. Мне тоже кажется, что человек он порядочный. И за Россию болеет.

Входит Аня Вырубова с чайным подносом...

Вырубова - Ваше величество! Григорий Ефимович! Вот и чай...

Распутин - Ах, какая же ты Аня славная! Мы с Мамой уже и есть хотим. А это что? (Берёт пирожное) Ах, как я люблю это, сладкое. Мне ведь в детстве не довелось сладкого вволю поесть.

- Эх, Россия! А как крестьянство живёт? Бедно! Водку пьют, это да! А вот сладкого, только по большим праздникам знают. Да и то, только конфекты и пряники. А что бы пирожные - ни, ни...

Аликс - Расскажите Григорий, как народ живёт?!

Распутин прихлёбывает чай... - А что говорить? Трудно живёт! Работает тяжело, но и водку пьёт. Это так! Но верует и любит Государя Императора и Государыню. Очинно! Да ведь мы православные. Император и святая вера - вот наш кумир!

Аликс - Ну а что говорят?...

Распутин - Да вот говорят, что Батюшка - царь за народ думает, а которые из приближённых - те больше о себе. Говорят, что заговор за заговором плетут вокруг. Он, народ, верит Государю! (Пауза)

Аликс - Ну мне пора идти, Григорий... (Кричит в открытую дверь кухни). Аня, я ухожу!

Обращаясь к Распутину - Тогда, я напишу Ники о Протопопове, и про гордыню Николаши скажу непременно, Скажу, что вы , Григорий, думаете, что Ники надо самому армией командовать...

Распутин - Это так Мама. Благослови тебя Господь! И про Калинина замолви словечко, Мама... (Смеётся) Я так Протопопова зову. Короче, как то...

Аликс - Хорошо Григорий. Так вы говорите Григорий, что верит народ в нашего Ники?

Распутин - Ох как веруют! Молятся за него!

Аликс - Ну прощайте! Завтра увидимся... (Уходит)

Входит Вырубова ...

Распутин - Ну, Аня , и мне пора. Сегодня ещё просителей принимаю. Хорошо - телефон есть. Вот чудная машинка. Так что, звони мне...

Вырубова - Хорошо. Григорий Ефимович! Завтра увидимся...

Уходят из гостиной...


Сцена затемняется...


Комнаты в Юсуповском дворце. Застолье. Бутылки с вином. Пуришкевич и Феликс Юсупов. Потом великий князь Дмитрий Павлович.

Феликс - Вчера, в Думе, когда я слушал вас, Владимир Михайлович, когда вы с таким жаром говорили, что надо спасать династию, я вдруг понял, что кто - то должен убрать Распутина. И в сердце загорелась надежда, что не я один хочу этого...

Я знаю, что вы смелый человек, и мне подумалось, что мы можем попробовать уничтожить Распутина, и тем самым спасти честь и достоинство царствующей особы...

Пуришеквич - Я согласен! Положение в стране, непредсказуемо... Мы стоим на пороге новой революции. Враг осадил границы России, но главный враг, находится внутри. Вы помните, ещё Бисмарк говорил, что Россию извне победить невозможно, что она может рухнуть только из-за внутренних дрязг и глупости знати. (Сидящие за столом чокаются и выпивают).

Пуришкевич продолжает - А ведь говорят, Гришка пьянствовал в "Яре" и хвастался, что царица делает всё, что он ей скажет. Этот Распутин - ханжа и авантюрист. По городу уже грязные сдухи поползли о нём и о Александре Фёдоровне!.. Так ведь предсказания Бисмарка могут сбыться. (Выпивает вина)

Россия, её власть - больна! Сама болезнь не пройдёт. Излечить её обыкновенными средствами не удастся. Эта болезнь требует сложной и опасной операции...

К делу князь! (Чокаются и выпивают. Юсупов наливает ещё)

Феликс - У меня, уже есть план. И мне хотелось бы его обсудить с вами... С Гришкой надо кончать!

Пуришкевич - Конечно! Я к вашим услугам, князь! (Поднимает бокал) Может быть князь, выпьем на брудершафт? Мне кажется, что вступая в это дело, мы становимся близкими людьми. Мы должны ими быть!

Феликс - Давайте Владимир, выпьем за дружбу и за дворянскую честь! (Чокаются, выпивают на брудершафт).

- Не позволим проходимцу погубить Россию!

Феликс - Так вот Владимир! Моя жена и её родители в Крыму. Мой дворец пустует. Распутин сейчас очень осторожен. Его дом охраняется. За ним постоянно следует парочка филеров из охранки. Маленький домик приставил их к нему...

На прошлой неделе, я уже был у него в доме, после большого перерыва. Мы ведь давно знакомы. И он, говорил мне, что очень бы хотел увидеть, как я и моя жена, живём у себя, во дворце. И я ему сказал, что она не возражает, чтобы он, её попробовал вылечить. Что у неё сильная слабость и неврастения...

Пуришкевич - Простите Феликс. Но как нам его выманить и отсечь "хвоста"?

Феликс - Я тоже об этом думал. Мне, кажется, Гришка будет осторожен, если узнает, что будут посторонние. И наоборот, постарается убежать из дому, если будет знать, что мы во дворце будем с женой одни.

- Я ему пообещаю, что мы втроём устроим вечеринку, с граммофоном и танцами. Он до этого очень падок. Я позвоню ему и скажу, что мы ждём его в двенадцать часов ночи и вышлю за ним машину. Я уже приготовил цианид, вино и пирожные, которые, я слышал, он обожает. Дмитрий обещал привезти доктора. Он всё приготовит...

- У вас есть оружие?

Пуришкевич - Конечно! Револьвер! Из него, я могу в ворону на лету попасть, не только в человека. Я, бывая у себя в деревне, регулярно тренируюсь...

Феликс - Ну вот и замечательно! У нас есть авто. Точнее у Дмитрия Павловича...

Мы тело Гришки, погрузим в машину и увезём к Неве, где и сбросим его под лёд!

Пуришкевич - А вы решительный человек, Феликс! Если бы такие люди были в нашем правительстве! Тогда Россия была бы спасена...

Громкий стук в дверь Оба вскакивают. Пуришкевич автоматически хватается за задний карман.

Феликс - Спокойно Владимир! Это наверное Великий князь Дмитрий Павлович. (Выходит. Возвращается с Дмитрием...)

Дмитрий - Здравствуйте Владимир Николаевич!

Пуришкевич - Здравствуйте Великий князь!.

Дмитрий - Феликс по пути коротко обьяснил мне в чём дело. Я с вами согласен. И как честный человек не могу не принять в этом участия. Это просто дело чести! Распутин бросает грязную тень на самого Императора. Все Великие Князья ненавидят это ничтожество, особенно Владимировичи, сыновья дяди Царя...

Феликс - Наливает вина. - Выпьем друзья! (Чокаются и выпивают) - И так. Я хочу повторить для Дмитрия. Я выманиваю Гришку сюда и мы ждём его здесь. Вы сидите наверху, в комнате. Когда наступит нужный момент, - я вас позову. (Наливает ещё вина)

Пуришкевич - Я не знаю почему, но у меня сегодня , целый день в голове звучит фраза из Горациевых од: "Не спрашивай и не пытайся узнать, что нам не может быть ведомо, что готовят Боги для нас!...". Так выпьем за решительность! (Чокаются и выпивают)

Феликс - А я, помню из Гамлета: "Решимости природный цвет, хиреет , под налётом мысли, бледным". Надеюсь, что наша решимость станет ещё сильнее в тот день, когда мы захотим избавим мир, Россию, двор от этого Сатаны, в образе человеческом.

- В нём есть это сатанинское. Я не могу долго смотреть в его нечеловеческие глаза. И я знал, что наши судьбы, когда нибудь пересекутся...

Пуришкевич - Договоримся о связи. Я думаю по телефлну нельзя упоминать Гришкиного имени. Просто Он... (Смеётся) Говорят, что в Царском, его тоже называют Он...

Феликс - И так. Да поможет нам Бог! Каждый должен делать то, к чему он предназначен судьбой. Сенека, кажется сказал: "Кто судьбу слушает, того она ведёт, кто не слушает - того она тащит!". Пойдём навстречу судьбе добровольно... (Все нервно смеются)


Сцена затемняется...


Комната в подвале дворца. Посередине стол с кипящим на нём самоваром, Чайные приборы. По стенам большие зеркала, отражающие обстановку. Бутылки вина отблёскивают зелёным Розовые пирожные в красивой вазе... Феликс Юсупов в нетерпении ходит по комнате. Звонок. Феликс вздрагивает и говорит вслух. - Это Владимир и Дмитрий.

(Вводит гостей. Все усаживаются за стол...)

Дмитрий - Я привёз этого доктора. Абсолютно верный человек. Он будет ждать наверху.

Феликс - Чай готов друзья и мы можем выпить вина, закусить, попить чаю с пирожными , пока...

- Я думаю, что Он, увидев, что вино и чай уже пили, а пирожные ели до него, будет менее подозрителен.

Пуришкевич дожёвывая пирожное - Я предлагаю выбрать для начинки, эти розовые пирожные. Он любит сладкое и наверное ему нравятся яркие цвета, как всякому колдуну... (Выпивает вина из горлышка).

Феликс -Наверху, в эбонитовом кабинете, скляночка с цианидом и доктор там начинит им пирожные. Для вина, я по совету доктора, уже развёл отраву. Мы выльем это, вот в эти две бутылки. (Показывает)

Дмитрий нервно усмехается - Почему то вновь вспоминается Шекспир. (Все невесело смеются)

Берут бутылки, пирожные и поднимают всё наверх, где их ждёт доктор в белом халате. Доктор быстро выливает разведённый цианид в вино и начиняет кристаллами цианида пирожные. Все молча наблюдают за этим. Потом, все вновь спускаются в комнату и несут отравленное вино и пирожные)

Феликс - Для пробы, я заведу граммофон. (Заводит, ставит пластинку. Женский голос поёт: "И страстно, и злобно оружия ищет рука..." Все вновь смеются)

Пуришкевич - Кстати, господа! Оружие при вас? (Показывает свой револьвер. Дмитрий показывает свой. Феликс протягивает руку, открывает буфет и показывает свой, а потом прячет назад...)

Феликс - Итак, всё готово! Он должен подъехать к полуночи. Мы договорились, что я открою ему и мы продолжим гульбу... Он очень не любит мою мать и знает, что она его не любит тоже. Поэтому я сказал правду, что она в Крыму и что в доме только я и жена. Даже если ему кто-то скажет что жены, здесь, в городе нет, он не поверит... (Смотрит на часы)

Феликс - Итак друзья! Вы идёте наверх и ждёте там сигнала. (Пуришкевич и Дмитрий Павлович уходят. Феликс нервно ходит из угла в угол... Звонок в дверь. Феликс выходит встречать. Голос из коридора - Входите Григорий Ефимович!

Входят Распутин и Феликс...

Распутин - Мать не приехала?

Феликс - Я же вам говорил, что она в Крыму

Распутин - Правда, правда! Я вспомнил. (Садится к столу) Ты знаешь, я не люблю твою мать. Она подруга Елизаветы, сестры Царицы, а та меня ненавидит... А где жена?

Феликс - Она наверху. Переодевается и прочее... Мы, уже ожидая вас немного выпили...

Распутин берёт розовое пирожное и ест. - Ого! Очень вкусно! Так вот, Царица говорит, что они, мои злейшие враги. (Наливает себе вина из открытой бутылки и пьёт)

Сегодня, вечером приходил Протопопов, предупреждал, что меня могут убить. Просил, чтобы я никуда не выходил... А я к полуночи отпустил всех и сбежал... (Выпивает ещё вина)...

- Но они, мои враги, не так сильны, чтобы решиться на это. И потом, Бог со мной!

Феликс - А не завести ли нам граммофон, Григорий Ефимович? (Ставит пластинку, заводит "Янки, дудль".

Распутин встал и прошёл несколько шагов, массируя горло...

Феликс - Что случилось?

Распутин - Да что то горло першит... А мадера хороша...(Подходит к креслу на котором лежит гитара. Берёт её в руки) Сыграй мне Феликс, что-нибудь наше, русское... Я очень люблю русское!

Феликс берёт гитару. Настраивает и начинает петь. Во время песни. Распутин сидит, опустив голову на руки. Изредка поднимает её, взглядывая на Феликса и вновь роняет голову на стол. Голос у Феликса приятный молодой и мелодичный...

Феликс поёт - "Как грустно, туманно кругом.

Тосклив безотраден мой путь.

А прошлое кажется сном,

Томит наболевшую грудь...

Припев: Ямщик не гони лошадей,

Мне некуда больше спешить.

Мне некого больше любить.

Ямщик не гони лошадей...


Как жажду средь мрачных равнин,

Измену забыть и любовь.

Но память, мой злой властелин.

Всё будит уснувшее вновь. ..

Припев...............................................

Всё было лишь ложь и обман.

Прощайте мечты и покой.

Лишь боль незакрывшихся ран

Останется вечно со мной...

Припев..............................................."

Распутин плачет. Поднимает голову, вытирает, тыльной стороной ладони, глаза... - Феликс! Сыграй и спой ещё. Я так люблю это... Душа оттаивает... Думают - Распутин - божий человек, любить не умеет?

Феликс играет и поёт ещё - "Помнишь ли ночь серебристую, ясную,

Тихо к реке мы спустились вдвоём.

Песню любви я шептал тебе страстную,

Счастье светилось во взоре твоём...

Припев: Кончилось счастье, сердце тоскует,

Сердце страдает, сердце грустит о былом...

Годы прошли и мы встретились снова.

Слёзы из глаз покатились моих.

Снова хочу я блаженства былого.

Но не вернуть этих дней золотых...

Припев....


У Распутина начинает трястись спина... Потом он поднимает голову, трёт глаза.

Распутин произносит : Что то мне сегодня нехорошо! Будто, я чем отравился. (смотрит долго и пристально на Феликса. У того из рук падает, с тревожным звоном гитара...Вдруг неясный шум наверху...)

Распутин - Что там за шум?

Феликс - Наверное жена ходит. Ей сегодня тоже не очень хорошо... Вы подождите Григорий Ефимович. Я схожу посмотрю... (Голос его дрожит)

Распутин - Да не надо! Побудь со мной...

(Распутин сидит на диване и качается из стороны в сторону. Феликс открывает ящик стола... Встаёт, держа за спиной револьвер)

Феликс - Вы больны, Григорий Ефимович?

Распутин - Да, голова очень тяжёлая и жжёт в желудке... Дай ка мне ещё стакан вина. Это будет хорошо. (Выпивает) Вот теперь лучше (Встаёт. Начинает ходить) Может быть цыган позовём? А Феликс?..

Феликс - Григорий Ефимович! Ведь время то уже около трёх часов ночи. Какие цыгане?

Распутин - Ну ладно1 Ладно! (Ходит по комнате. Феликс долго смотрит на распятие в углу комнаты)

Распутин - Что ты смотришь на распятие?

Феликс - Это распятие мне нравится. Оно такое красивое...

(Распутин останавливается и смотрит на Феликса. Феликс медленно поднимает пистолет и прицелившись стреляет... Распутин дико кричит и схватившись за грудь падает на диван. Вбегают Пуришкевич, Дмитрий Павлович, доктор. Феликс, стоя с пистолетом в руках, над телом Распутина, улыбается как сусашедший...

Пуришкевич и доктор переворачивают тело на спину. Доктор осматривает тело и говорит...)

Доктор. - Похоже он мёртв! Пуля попала в сердце!...

(Пуришкевич и Дмитрий кладут тело Распутина на пол. Тело начинает дрожать мелкой дрожью. Агония...)

Пуришкевич - И этот Силен, этот Сатир, имел такое влияние на судьбы России!?

Феликс безостановочно ходит по комнате, дрожит как в лихорадке - Итак , джентльмены! Осталось всё убрать и завершить это дело...

Дмитрий - Слава Богу! Династия будет спасена, а Двор и народ вздохнут с облегчением!

(Все выходят, но Феликс, вдруг возвращается, становится на колени около тела, щупает пульс и смотрит в лицо Распутина...)

Феликс говорит сам себе - Он мёртв! Пульса нет!

(И вдруг один глаз Распутина открывается. Потом второй... Распутин вдруг двигается поднимается и садится.)

Начинает кричать - "Феликс! Феликс!!!". (Кровь пузырится на его губах. Вдруг он хватает Феликса за горло...)

Феликс отбивается и хрипло кричит - Сатана!!! Изыди!!!

(Распутин ползёт на четвереньках к двери.)

Феликс кричит - Владимир?!!! Дмитрий?!!! Стреляйте его! Он убежал!

(Пуришкевич вбегает в комнату и бросается в погоню, на улицу.

Во дворе, Распутин, шатаясь , старается убежать в темноту...)

Кричит - Феликс! Феликс!!! Я всё расскажу царице!

Пуришкевич стреляет. - Ах, промазал!

(Стреляет ещё и ещё...Распутин падает... Пуришкевич подходит, смотрит...)

Пуришкевич - Нет! Он уже не встанет... Всё кончено!

(Пуришкевич и Феликс. Феликс обхватил голову руками и голосом Распутина кричит

- Феликс!!! Феликс!!

- Дмитрий хладнокровно - Я подгоню машину! (Уходит)

Пуришкевич обнимает Феликса за плечи - Успокойся дорогой! Его больше нет! Я его убил!

Феликс подходит к телу Распутина - Кричит - Тварь!!! Сатана!!! Ты мертв наконец!!! - (Пинает тело ногами... Пуришкевич оттаскивает Феликса от трупа...

Потом втаскивают тело в коридор. Шум мотора за сценой. Входит Дмитрий Павлович.)

Дмитрий - Машина здесь, Владимир!

Пуришкевич - Этот Дьявол теперь не оживёт! Но надо с ним покончить, утопить негодяя! (Показывает на тело Распутина. Феликс сидит на диване, раскачивается)

Повторяет - Феликс! Феликс!!!

Пуришкевич, срывает штору с окна и заворачивет труп Распутина. - Скорее! Наше время кончается!

Дмитрий и Пуришкевич, выносят тело. Шум мотора за стеной. Машина отьезжает...

Феликс сидит и плачет в истерике - Боже мой1 Сатана! Дьявол! Боже! Спаси и сохрани!!!


Сцена затемняется... Занавес...


Царское Село... Царица сидит в Гостиной и пьёт чай. Вбегает Вырубова.

Вырубова - Боже мой! Боже Мой! Ваше Величество! Григорий пропал. Вчера ночью ушёл и не вернулся!

Аликс вскакивает - Как пропал? Куда ушёл? С кем? Рассказывай всё толком.

Вырубова садится на стул и сквозь слёзы говорит - Он пропал! Они его убили! (Вытирает слёзы) Мне сегодня утром позвонила мадам Головина и сказала, что Григорий не ночевал дома. Она его почитательница...

Аликс - Но почему ты решила, что он убит?

Вырубова - Потому, что два дня назад, он говорил мне, что собирается в гости к Феликсу Юсупову, чтобы увидеть Ирину....

Аликс - Ну так что?

Вырубова - Ну вот он и не вернулся. Я позвонила Трепову от вашего имени и спросила его, не знает ли он где Григорий. И он ответил мне, что Старца, сегодня ночью не было дома... И ещё он сказал, что может быть Старец убит! (Плачет)

Аликс. - Постой, постой! Но ведь Ирина сейчас в Крыму! Значит Феликс соврал Григорию... Я сейчас же звоню Протопопову!

(Снимает трубку). Попросите Министра Внутренних дел. Что? Это из Царского... Здравствуйте Протопопов! Я вот по какому делу.

- Что? Да, слушаю!. Да... Сделайте всё возможное чтобы найти его... И держите связь со мной... (Кладёт трубку)

- Протопопов говорит, что сегодня в доме Феликса, была большая вечеринка. Был Пуришкевич, Великий князь Дмитрий и другие. Напились... Полиция слышала выстрелы. Когда спросили Пуришкевича, он сказал, что стрелял во дворе, по бродячей собаке, но промахнулся. Феликс утром собрался ехать в Крым, но Протопопов задержал его отъезд...

Вырубова плачет - Они убили его! Они давно хотели этого! Григорий последние дни очень опасался за свою жизнь, никуда не выходил по вечерам...

Аликс - Не могу поверить, что Старец убит. Бог милостив!

- Но каков Феликс!

Вырубова - Весь город уже говорит об этом. Я когда шла к вам, то слышала, как двое незнакомых военных разговаривали между собой и я поняла, что они радуются смерти Старца... (Плачет)

- Злые люди! Боже, спаси и сохрани нас в этом ужасном мире! Спаси нашего Старца!

Аликс - Протопопов ещё говорил, что когда утром Великий князь Дмитрий покинул Юсуповский дворец, полиция сделала обыск, но ничего не нашла. (Вытирает глаза платочком)

- Сколько раз до этого говорили о его смерти и всё оказывалось неправдой...

Вырубова - Я побегу узнавать... Может быть уже нашелся.

Аликс - И я пойду писать письмо Ники! Он должен знать, что здесь происходит. Знать всю правду! Неужели наш Друг убит? О Боже! Злорадные люди! Буду просить наказать Феликса, да и Дмитрия! Стрелять в городе...Ужас!!! (Уходит)


Занавес...


Прошло время... Дворец в Царском селе. Утро...

- Николай, Вырубовой - Доброе утро!

Вырубова - Доброе утро, Ваше величество!

Николай - Вы не знаете где Александрин?

Вырубова - Её величество сейчас у детей. А я хочу приготовить чай.

Николай - Это хорошо. С утра такая сонливость... А хочется почувствовать себя готовым ко множеству дел... После чая у меня встреча с Родзянко.

Вырубова - А, это тот, который из Думы?

Николай - Да. Это он... Умный человек казалось бы . Должен понимать, что нет следствия без причины... Вначале расшатывают власть, в такое трудное для страны время, а потом удивляются и хотят, чтобы я что-нибудь сделал. (Садится. Вырубова подаёт чай)

Николай продолжает монолог.

- Я могу молиться и просить Бога, но когда большинство вокруг перестают верить, то мои молитвы не доходят... Какой - то щит возникает между небом и землей...

(Прихлбывает чай) Единственное , что я могу - это распустить Думу. Но Родзянко, это вряд ли посчитает за выход из положения. И потом сейчас не время резких движений или опасных жестов! В войне, вот - вот наступит перелом. Немцы держатся из последних сил. Даже они не могут воевать на два фронта...

Надо просто подождать, ещё немного потерпеть и верить, что Бог нас не оставит... (Пауза)

- Ну я пойду. Скажите Аликс, что я буду к ужину. (Уходит. Через некоторое время входит Аликс.)

Аликс - Ники уже был?

Вырубова - Да, Ваше величество. Он просил передать, что будет к ужину. У него тяжелый разговор с Родзянко...

Аликс - Ох, уж эта Дума. И Родзянко, какой тяжелый, заносчивый человек... Ники надо быть решительней. Он ведь Монарх. А этот Родзянко... Кто он?

Вырубова - Да, Ваше величество. Он один из главных врагов Его величества. Злой,

бессердечный человек. Мне кажется к тому же, что он протестант в душе...

Аликс - А я думаю, что они в большинстве неверующие. Может быть в церковь они ходят, но не веруют. Сейчас таких много...

Вырубова - Ах какая жалость что нет с нами Старца нашего. Он бы нашел выход. Я сегодня видела его во сне...(Утирает глаза. Убирает со стола.)

Аликс - Ну расскажи, расскажи сон...

Вырубова - Он стоял около меня такой грустный. Говорит: "Ты Аня уезжай. И Маме скажи, чтобы тоже уезжала." Я спрашиваю: А куда уезжать, Григорий Ефимович? А он не дослушал, повернулся и вышел. А тут вдруг колокола зазвонили...

Аликс - Ну и что дальше...

Вырубова - Тут я проснулась и слышу церковные колокола к службе звонят.

Аликс - Так и сказал "И Маме надо уезжать?"

Вырубова - Да, Так и произнес... И как живой!

Аликс - Что нам без него делать? Он ведь был святым человеком. Я твердо знаю, что он мог предвидеть. И умел молиться так, как никто другой. Я всегда помню, как в двенадцатом году, когда казалось Алексей умирает, и доктора говорили, что он не выживет, только Старец верил...(Плачет)

- Если бы Наследник умер, я не знаю, чтобы я с собой сделала. Я тогда нашему Другу телеграмму отправила в Покровское. Ты помнишь Аня? Старец тогда помолился и телеграмму нам сюда отправил. Я как сейчас помню её: "Бог видит твои слезы и слышит твои молитвы. Не печалься. Маленький не умрет" (Плачет)...

- И ты помнишь? На следующий день кровь перестала идти. И Алексей вскоре поправился...

О Старец, Старец! За что они все тебя так ненавидели?

Вырубова - Эти развратники убили его и бросили в реку, как жестокие разбойники... (Плачет) ...А теперь мы все будем наказаны, за это святотатство. Не сумели сохранить Старца...

Аликс - Конечно он был тоже человек. Мне уже потом кт о - то рассказывал о его поведении в ресторанах. Но он ведь простой человек. А ему все давно вокруг не нравилось. Он ожидал смерти. Говорил: "Я смерти своей не боюсь. Я уже стар. Пожил на свете... Пусть теперь другие попробуют спасти Россию" ( Пауза)

- А странно, но я тоже с недавних пор стала думать о своей смерти. Вижу странные, страшные сны. Вот сегодня, например...

- Видела какую-то площадь и она перегорожена непрозрачным покрывалом. И слышу за этой ширмой какие-то голоса и шарканье тысячь ног. А потом, там за занавеской псалмы запели...

И вдруг грянули выстрелы и люди побежали, закричали, дети заплакали. Тут я проснулась в ужасе и подумала, что это мне Девятое января приснилось. Нас ведь с Ники тогда в городе не было и мне потом об этом рассказывали...

Входит младшая дочь, Анастасия. Кланяется, целует мать и Аню.

Анастасия - Мама! Мы хотим с Алешей погулять по саду.

Аликс - Хорошо. Я посмотрю как он одет. Сегодня холодно...

Вырубова - А я Настеньке помогу одеваться. (Уходят)


Вновь дворец в Царском Селе.


Будуар царицы. Она лежит на кровати и читает молитвенник. Входит Николай. Показывает Аликс большое письмо.

Николай - Великие Князья прислали мне письмо, с советами как обустроить Россию. Но я никого не просил давать мне советы, по поводу состава нового правительства! Они убили нашего Друга, и я знаю, что совесть некоторых из подписавших это письмо не совсем чиста по отношению к нам!

Аликс вытирает глаза платочком.

Аликс - Я до сих пор не могу прийти в себя. Тебе Ники надо быть с ними строже. Ведь ты Император, Царь, Самодержец! И они должны это чувствовать!

В дверь стучат... Входит "Сандро" Александр Михайлович, зять Николая и его близкий друг молодости.

Сандро -Добрый день Ваши Величества.

Николай и Аликс - Добрый день Сандро. Что привело тебя сюда в такой поздний час?

Сандро заметно волнуясь. -Я давно хотел поговорить с вами и вот наконец собрался...У меня есть громадная просьба к вам , Ваше Величество...

(Волнуется и обращается к Аликс)

- Я, я умоляю Вас перестать влиять на нашего императора! Ваше вмешательство в дела управления государством, приносит престижу Ники и народному представлению о самодержавии - вред...

В течении двадцати четырёх лет, я был Аликс, вашим верным другом. Но сейчас я пришёл сказать вам правду о теперешнем положении в стране и попросить вас не вмешиваться в дела русского правительства...

Я хочу, чтобы вы поняли, что все классы населения России, настроены к этому вашему вмешательству враждебно...

- У вас чудесная семья... Я прошу вас! Предоставте своему супругу государственные дела. Он и правительство решат всё без вас!

Аликс - Для Императора и Самодержца Российской империи не подобает делить с кем то свои божественные прерогативы и ответственность...

Сандро - перебивает. - Вы ошибаетесь Аликс. Ваш муж перестал быть Самодержцем семнадцатого октября тысяча девятьсот пятого года...

Аликс - Вы не вправе говорить так о русском царе, хотя он и ваш родственник...

Сандро - Не перебивайте меня! (Обращаясь к Николаю)

- Вокруг Вашего родителя, царя Алесандра Александровича, всегда был круг из нескольких верных и преданных друзей. Сегодня, после двадцати с лишним лет вашего правления, у вашей семьи не осталось друзей ни в правительстве, ни среди членов вашей семьи. (Обращаясь к Аликс)

- Сегодня у вас только один Друг. Это Распутин!

Я молчал почти три года, о том , что творилось в составе русского правительства, а вернее Вашего правительства. Я вижу, что вы готовы погибнуть вместе с вашим мужем, но не забывайте о нас! Вы не имеете права увлекать всех нас, Россию, её народ в пропасть революции! Мы видим что Ваше правительство поощряет революцию...

- Впервые в истории, революция будет произведена не народом против правительства, но правительством против своего народа!

Николай вмешивается - Успокойся Сандро! Нам надо прекратить этот тяжёлый разговор. Ведь ты такой выдержанный, благородный человек... (Уводит Сандро. На ходу говорит) Пожалей её! Ведь Аликс иностранка. У неё нет никого, кто бы защитил её здесь, кроме меня. Все обвинения против неё ложны!

Аликс одна, плачет - Боже! Что мне делать, чтобы оградить себя от их оскорблений!?


Дворец в Царском Селе


В приёмной Царя, который ненадолго приехал из штаб квартиры русской армии, в Могилёве, встречаются бывший премьер правительства Владимир Коковцев и Михаил Родзянко - прелдседатель Думы...

Коковцев - И вы с докладом?

Родзянко - Почти... (Настороженно оглядывается)

- Я больше забочусь о назначении нового Министра Внутренних дел и о опасности наступающей революции, которая, как мне кажется, "уже при дверях"...

Выясняется, что Распутин, был только деталью столь неудачного правления. Его уже нет , а тень его витает над Петербургом. Император и Императрица близки к падению, и об этом говорят и желают этого все кругом: офицеры, дамы, купцы. А народ уверен в абсолютной необходимости покончить с ними для блага России... (Наклоняется к Коковцеву, говорит тихим голосом)...

- Я встречался недавно с Великой Княгиней Марией Павловной, вдовой дяди Императора Владимира. Она мне в конце концов предложила "уничтожить" Императрицу и провести это в Думе... Представляете!?

Коковцев - Сумасшествие!

Родзянко - Я ей ответил, что считаю наш разговор не бывшим, так как в качестве Председателя Думы и по присяге, должен тотчас же доложить царю, что Великая княжна Мария Павловна предлагает мне "уничтожить" его жену! (Оба смеются)

- Но, всем русским людям сегодня не до смеха. Все знают о том, что правительством, "управляет" царица и управлял, её "советник", Распутин, которого, слава Богу уже нет...

Коковцев - Ну, это началось давно. Я был однажды на докладе здесь, у царя и заметил вдруг, что двери в тёмный коридорчик, в углу кабинета приоткрыты. Ничего подобного я раньше не видел. Уже в процессе доклада я услышал за дверью какое-то шевеление и как мне почудилось, даже увидел стройную женскую фигуру...

Родзянко улыбаясь - И кто же это был по вашему?

Коковцев - Чуть позже , недельки через две я просматривал отчёты агентов из дворца и вдруг натолкнулся на сообщение, что на балкончике, над посменным столом императора, Царица устроила себе прослушивающий пункт, с софой, на которой она удобно лежит , пока император встречается с министрами. Конечно балкончик задёрнут в этот момент шторкой...

Родзянко - Неужели до этого дошло?

Коковцев - Представьте! Чтобы и доклады слушать и не напрягаться от долгого стояния. Всем известно, что Императрица страдает упадком сил...

Продолжает понизив голос - Мне на днях доложили , что теперь главный правительственный телефон стоит на столе у императрицы в будуаре, под портретом Марии - Антуанетты.

Коковцев - Трагическое совпадение характеров. И всё-таки я бы не хотел, чтобы Александре Фёдоровне отрубили голову, как это сделали с Марией Антуанеттой сто с лишним лет назад, во Франции, в начале революции...

Коковцев уже в полный голос - Протопопов делает свои доклады как царю, так и Александре Фёдоровне, а иногда обоим по очереди...

Родзянко - Мне жаль Царя...

- Николай Романов устал и подавлен неудачами на фронте и в столице. Настала пора помочь ему и словом и делом. Я должен выполнить свои обязанности председателя Думы...

- Однако и Двор и Великие Князья хороши. Вчера вечером Великий князь Гавриил Константинович давал обед во дворце в честь своей любовницы. Присутствовал Великий Князь Борис, сын Марии Павловны, офицеры гвардейцы и несколько элегантных куртизанок. В течении вечера главной темой был заговор гвардии. По плану, четыре гвардейских полка, должны будут сделать ночной марш - бросок на Царское Село и захватить царскую семью. Императрица, говорят, будет сослана в монастырь, а Царь будет вынужден отречся от престола в пользу сына, регентом которого будет назначен Великий Князь Николай Николаевич...

Коковцев - Я знаю эту историю. Но эти разговоры никто всерьёз не принимает. Моя агентура о них знает... Но как господа офицеры собираються принудить солдат - гвардейцев исполнять их дурацкие планы? Половина из которых уже подчиняются только Советам солдатских депутатов?

Родзянко - Но самое подлое в этом, что разговоры о заговоре ведутся в присутствии лакеев и проституток, когда на сцене ревёт цыганский хор и всё почти утонули в изысканно дорогом шампанском...

Коковцев - А ведь многие из этих болтунов - члены семьи Романовых. Каково падение нравов!

Родзянко - Я долго решался, но сегодня я скажу Императору, всё что я думаю. Буду требовать чтобы меня услышали! Буду требовать, чтобы без согласия Думы не мог быть назначен ни один министр! Только это, ещё может спасти Россию!!!

Уходят. Коковцев из приёмной, а Родзянко в двери царского кабинета...


Кабинет Царя.


Николай Романов ходит по кабинету и разговаривает сам с собой - Как временами бывает тяжело жить... Ещё четыре года назад, казалось, что народ и я - это одно целое. А сегодня в Петербурге толпы бунтуют, на фронтах панические настроения. Даже родные во дворце, за моей спиной шепчутся... Надо ещё немного потерпеть. Бог нам поможет! Но для победы надо быть всем заодно, а вместо- скандалы и сплетни. И мне приходится всех или отчитывать, или мирить...

Стук в дверь...

Николай - Входите... Обращаясь к Родзянко: - Садитесь...

Родзянко - Извините Ваше величество, но я сразу к сути. Вот мои соображения по поводу теперешнего состояния дел... Суть здесь в том, чтобы вы назначили нового Министра Внутренних дел. Здесь всё изложено... (Подаёт бумаги царю. Тот просматривает бегло и бросает доклад на стол).

Николай - Вы всё требуете удаления Протопопова?!

Родзянко - Требую, Ваше величество! Прежде я просил, а теперь требую!

Николай - То есть, как!?

Родзянко - Ваше величество! Спасайте себя! Мы накануне огромных событий! То, что делает выше правительство и вы сами, до такой степени раздражает народ, что всё возможно... Всякий проходимец, всеми командует..!

...Если проходимцу можно - говорит обыватель - то почему мне, порядочному человеку, нельзя? Вот суждения публики. От публики это переходит в армию и получается полная анархия...

Николай - Ну это вы слишком!

Родзянко - Ваше величество! Нужно принять какие то меры. Я указываю в этом докладе ряд мер. Это искренне написано!Что же вы хотите, во время войны, потрясти страну революцией?

Николай - Я сделаю то, что мне Бог на душу положит!...

Родзянко - Ваше величество! Вам, во всяком случае, очень надо помолиться, усердно попросить господа Бога, чтобы он показал правый путь! Потому что, каждый шаг, который вы предпринимаете , может оказаться роковым!

Николай встаёт - Вы иногда забываетесь! Но оставим этот разговор...

Родзянко встаёт - Ваше величество! Я ухожу в полном убеждении, что это мой последний доклад вам...

Николай - Почему вы так думаете?

Родзянко - Вас ведут по опасному пути.Вы хотите распустить Думу! Я уже тогда не председатель, и к вам больше не приду... Что ещё хуже - я вас предупреждаю - что не пройдёт и трёх недель, как вспыхнет такая революция, которая сметёт вас, и вы уже не будете царствовать...

Николай - Откуда вы это берёте?

Родзянко - Из всех обстоятельств, как они складываются! Нельзя так шутить с народным самолюбием, с народной волей, как шутят те лица, которых вы ставите! Нельзя выдвигать во главу угла всяких Распутиных!... Вы Государь, посмею вам это сказать - пожнёте то, что посеяли!!!

Николай - Ну Бог даст!

Родзянко - Бог ничего не даст! Вы и ваше правительство всё испортили!!!Революция неминуема!

Николай - Откуда этот профетический тон? Вы пророчествуете?

Родзянко - Позольте мне откланяться! (Уходит)

Николай - (Ходит по кабинету) Какой негодяй!Как он груб! И я вынужден это терпеть?! (Ударяет кулаком по столу) Пройдёт ещё немного времени, и когда на фронте будет победа, тогда я наведу порядок и здесь! (Уходит)...


Царь в Ставке в Могилёве. Последний его приезд туда. Штабной вагон. Николай и лейб - медик царя, Фёдоров. Входит телеграфист и вручает Николаю телеграмму.

Царь читает телеграмму вслух. - Кризис в Петрограде возник на заводах и фабриках. Сегодня город успокаивается... Протопопов.

Николай обращаясь к Фёдорову. - Эти забастовки были и в начале моего правления и тем не менее...

Фёдоров. - Ваше Величество! Мне мой знакомый написал, что народ озлоблен отсутствием продуктов и высокими ценами на них. Все говорят о подлых спекуляциях. Ещё говорят, что угля на заводах почти не осталось и потому они не работают...Во всём, как всегда обвиняют дрянное правительство...

Николай. - Я не могу не верить Протопопову. Ведь он отвечает за положение в столице, в первую голову...А он мне ничего не сообшает о нехватке продуктов и угля...(Ходит из угла в угол) И потом... Ведь я назначил Протопопова Министром, потому, что он был вторым человеком в Думе. Я хотел этим призвать Думу к сотрудничеству. Однако и этим я им не угодил...

Фёдоров - Сейчас Ваше Величество, насколько я понимаю настаёт переломный момент и надо пойти на уступки, пусть даже временные. Надо учредить парламентскую форму правления, назначить правительство народного доверия, с Родзянко или князем Львовым во главе...

Николай. Но согласитесь, я ведь не могу одновременно заниматься двумя делами особой важности. Первое для меня и для России сегодня - победить германцев. И мы, благодаря новому вооружению закупленному у Англии и Франции, можем закончить эту страшную войну к концу года. А когда мы победим, тогда я внесу изменения в политическое устройство страны. Ведь Россия не может заниматься внутренними раздорами, когда нужно напрячь все силы в этой войне. Я готов уступить либералам, но не под давлением, и не в результате грубого шантажа.

Фёдоров - Но, Ваше Величество! Ситуация изменяется угрожающе. Как мне кажется эти либералы тоже не вполне осознают и контролируют ситуацию. Однако революция может вспыхнуть со дня на день. Порох народного недовольства может взорваться от случайной искры. История ведь часто непредсказуема..

Николай - Но для чего же тогда я назначал правительство? Ведь я не могу быть одновременно тут и там1.. (Царь снова начинает ходить по кабинету, словно забыв о Федорове...)

Фёдоров - Ваше величество! Разрешите мне идти?

Николай - Ах, извините! Я задумался о семье в Царском Селе...Ступайте...И позовите телеграфиста ко мне...

Входит телеграфист и Николай говорит ему - Запишите текст телеграммы генералу Хабалову в Петроград: "Повелеваю завтра же прекратить в столице беспорядки, недопустимые в тяжёлое время войны с Германией и Австрией. Николай"...Записали? А теперь идите и отправте телеграмму в военный округ, в столицу...

Телеграфист уходит. Николай вновь ходит по кабинету и говорит сам с собой: - Надо всем дать понять, что я не остановлюсь перед применением силы внутри страны, чтобы подавить бунтовщиков, которые хотят помешать победе русского оружия, на полях сражений. Скоро начнётся весеннее наступление в котором мы готовы разбить войска кайзера Вильгельма...

Подходит к иконе в углу и крестясь молится: "Господи Иисусе, сыне Божий, помоги мне в тяжкие минуты испытаний сохранить твёрдость и решительность. Спаси и помилуй Аликс , девочек и цесаревича! Я так за них боюсь и скучаю по ним!..

Входит телеграфист - Ваше Величество! Телеграмма из Петрограда...

Николай читает вслух. - При разгоне демонстрантов вчера убито около двухсот бунтовщиков. Ночь прошла спокойно. Хабалов...

Николай - Хм1 Это совсем немного. Жаль конечно, но иногда за порядок в стране приходится платить жестокую цену... (Начинает ходить) Тот кто думает что власть выбирает между добром и злом - тот ошибается! Всегда приходится выбирать между большим и меньшим злом. В этом трагедия власти и ответственности...

Входит денщик - Ваше Величество! Завтрак подан... (Оба уходят)


В Петрограде революция. Разоружают и убивают полицейских. Войска переходят на сторону восставших. Правительство низложено. Дума взяла на себя руководство страной. В думском кабинете Родзянко...Присутствуют Родзянко, Гучков и Шульгин...

Гучков - Я, будучи спикером Думы, в 1912 году, от Бадмаева, буддисткого лекаря,тогдашнего приятеля Распутина, под большим секретом получил, для ознакомления письма, которые писала царица и её дочери, Распутину. И прочитав их, я вдруг с ясностью понял, что дни этого монарха закончатся катастрофой, и что наши жизни, судьба России - в опасности. Прошло почти пять лет и вот...

Родзянко - Слабый царь - это смертельная опасность не только для монархии, но для всех нас. И потом, царь, которого презирают, даже опаснее царя, которого ненавидят. Я всегда говорил. Что человек, который не может навести порядок в собственной семье, не может управлять государством.

Шульгин - я совершенно разделяю ваши мнения, и думаю, что из всей оравы великих князей, сегодня, только великий князь Николай Николаевич, может принят власть над нашей страной...

Гучков - Конечно, надо требовать отречения. Об этом сейчас говорят все. Тот, кого открыто презирают все - должен уйти... Я часто вспоминаю эти царицины письма. Я помню их наизусть. Трудно представить, что это могла писать просто замужняя женщина, тем более царица: "Я хочу только одного: заснуть на твоих плечах, в твоих обьятиях... О, какое счастье, даже просто чувствовать твоё присутствие... Где ты?..."

Родзянко - Да и я помню эти слова. Если бы сам Гришка был святым человеком, тогда можно было бы предположить, что это экзальтация верующей в него, как в Бога, полубезумной фанатички... Но зная все дебоши, пьянство, посещение с поклонницами банных кабинетов, зная о его хлыстовстве, эти письма можно понимать однозначно...Сумасшедшие поклонницы зовут его старцем, но он ведь младше самого царя...

Мне рассказывали, что в народе растёт гордость за "своего", полуграмотного крестьянина, который пробрался во дворец и командует царём. Они шепчутся, наслушавшись разговоров: "А наш - то спит с самой царицей!"

Шульгин - Мы все заложники распутинщины, этого правительства, которое назначила царица, по совету Распутина. Мне жаль царя, но России от этого не легче. Кто же будет воевать жертвенно на фронтах, когда такое происходит в тылу, на самом верху...

Гучков - Россию надо спасать! В политике всё надо делать своевременно. Распутин убит, но царица осталась, и она найдёт ему новую замену... Чтобы успокоить народ, поправить ситуацию на фронтах, нужно требовать отречения Николая. Слишком много позора. Слишком много пролитой крови на его руках...

Шульгтн крякает - Ох уж мне эти руки...

Родзянко - Сегодня я вспомнил, как Василий Маклаков, выступая перед промышленниками несколко лет назад, говорил: "Грядут ужасы революции. Это будет не политическая революция, чей ход можно будет предсказать, но революция ненависти и мести, униженного неграмотного народа... Революция, которая будет проста, судорожна и хаотична...Это будет разрушительный ураган..."

Сегодня рабочие и крестьяне выходят на улицы, а войска отказываются стрелять в "своих"... Так начинается народный бунт, который мы называем революцией... Чтобы предотвратить гражданскую войну, нужно требовать царского отречения...

Несколько недель назад, я просил его принять меры, назначить правиельство народного доверия...

Сегодня уже позно это делать. Ответственность за всё, что случиться, ложится на нас!

Я предлагаю срочно созвать Думу и отправит к царю наших представителей, чтобы требовать отречения.... Я предложу ваши кандидатуры, господа!

Гучков - Не будем медлить! К делу , господа!

Уходят...


Посланцы Думы выехали в Псков, требовать отречения Царя. В Ставке уже знают обо всём...Псков... Штабной вагон...

Николай сидит за столом и пишет дневник...Входит генерал Рузский, командующий Северным фронтом...

Рузский - Ваше величество! Получены телеграммы от всех фронтов. Все просят вас отречься1 (Подаёт телеграммы. Николай просматривает их)

Николай - Надо же... Николаша не может без театральных жестов. "Умоляет на коленях, отречься"... Однако, как вы думаете , генерал...

Рузский - Я думаю... Я думаю вам надо отречся, Ваше величество!. Я получаю сообщения, что все войска переходят на сторону восставших... Министра военных дел арестовали. Генерал Иванов, отправленный с войсками в столицу, остановлен на станции и его эшелоны загнали в тупик...

Николай, забыв о Рузском ходит и разговаривает сам с собой.

Николай - Тяжело! Не с кем посоветоваться! ... А, впрочем, я решил... Я решил отречься от трона в пользу моего наследника, сына Алексея. Позовите пожалуйста профессора Фёдорова, генерал...

Рузский - Разрешите идти?

Николай - Идите! (Садится за стол. Входит Фёдоров)

Николай - Садитесь профессор. Я вызвал вас, чтобы поговорить о сыне. Я решил отречся от престола в его пользу...

Федоров - Государь! Ваше величество! Простите меня! Меня это гнетёт! Ведь я, причинил вам столько боли, когда просил вас, пять лет назад, приготовиться к смерти царевича...Оказалось, что я не прав... Но наука утверждает...

Николай перебивает - Да. Но Распутин, однако, предсказал, что Алексей излечится к тринадцати годам. И он оказался прав...

Фёдоров - Случай для медицинской науки совершенно необьяснимый, Ваше величество... Но опасность осталась...

Николай - Я для этого и вызвал вас. Я хочу, чтобы вы попрежнему лечили моего сына, когда он станет царём. Я буду рядом...

Федоров в смущении - Простите , Ваше величество! Но насколько я знаю, в таких случаях, вас не оставят рядом с ним и отправят в изгнание... Простите, но это наверное будет так!

Николай встаёт. Начинает ходить по вагону - Не может быть! Я без него не смогу жить! Да и он. Как он один, больной в этой стране? Нет! Нет!... Лучше всем в изгнание!

Федоров - Ваше величество! Успокойтесь!

Николай берёт себя в руки и садится - Вы знаете, я ведь с лёгким сердцем отрекаюсь. Я устал! Я ведь, не честолюбивый человек... Но власть тяжела! Порой невыносима! За эти годы я пережил столько трагедий, столько предательств! Я верю в Бога. И я знаю, что всё бывает, как сказал Иисус Христос: "Не один волосок с головы не упадёт без соизволения Бога..." И потом, Иисус говорил "Спасайте душу! Она вечна. А тело - тленно... Не заботьтесь о нём..."

Федоров - Ваше величество! Может быть ещё всё обойдётся...

Николай - Нет! Нет! Я знаю! Я виноват! Началось всё с ужасов Ходынского поля. Я тогда ничего не мог изменить. Слишком много родственников хотели сделать всё, как лучше...А потом несчастная японская война, Девятое января... Вы же знаете, меня тогда и в Зимнем то не было...Затем это кровопролитие девятьсот пятого года...

И наконец эта тяжёлая война... А Алексей? А Аликс?... Меня упрекают, что я приблизил Распутина. Но ведь он , он спас Алексея. И тем самым спас и Аликс... Она ведь тогда, в начале болезни царевича, стала медленно сходить с ума. По десять истерик на дню... А тут Старец появился. Когда я увидел, что Алексею стало лучше, что Аликс успокоилась... Как я мог его прогнать!? (Отворачивается и вытирает глаза рукой)...

Старец был для меня олицетворением русского народа... Простой мужик, а сколько в нём силы! Поговорю с ним и всё мелкое уходит из души. И я успокаиваюсь, думаю : "А хоть и умереть?!"...

Сейчас его нет и стало совсем плохо... Но это судьба! Мы за всё отвечаем, а точнее, за всё ответим...(Отворачивается, вытирает лицо платком)

Федоров - Позвольте мне уйти, Ваше величество?

(Николай не поворачиваясь машет рукой... Фёдоров уходит... Николай встаёт и ходит из угла в угол, разговаривая сам с собой...)

С самого начала, я знал, что за все ошибки придётся расплачиваться... Знал ещё с дней коронации, когда на Ходынском поле погибли тысячи людей... Ведь это страшное начало царствования. Я бы тогда уже ушёл в монастырь если бы было на кого оставить державу...Ждал Алексея...И вот теперь всё кончено. Я не могу оставить Алексея одного...И Аликс без него просто сойдёт с ума. Михаил слаб! Но ведь нужно продержаться только пять лет, пока Алексей сможет взойти на престол...

Николай встаёт на колени и молится: Боже! Дай мне силы пережить эту смуту! Научи! Помоги! Все против меня. Даже лучшие генералы прячут глаза. Требуют отречения от престола!.. Боже! Боже! Всё в твоих руках!!!...


Тот же штабной вагон. Приехавшие депутаты Думы - Гучков, Шульгин,... Генерал Данилов записывает всё что происходит. Участвует генерал Рузский. Входит Николай. Все встают ...Гучков начинает говорить


Гучков - Ваше величество! Мы прибыли, как посланцы Государственной Думы и просим вас отречся от престола. (Николай молча слушает)

Гучков продолжает - Народ устал! Страна ждёт перемен! (Николай по прежнему молчит. Гучков продолжает говорить) - С сентября 1916 года, по март 1917 года, Россия была неуправляема и причиной , может быть самой главной, стало "правление" царицы и Распутина. За эти семнадцать месяцев, Россия имела сменяющихся один за одним четырёх премьеров, пять министров внутренних дел, три военных министра, три министра транспорта и четыре министра сельского хозяйства. Министерская чехарда , устранила не только знающих людей из правительства, но и дезорганизовала работу правительства на всех уровнях - сверху донизу.Чудовищный факт - страна неуправляема во время тяжелейшей войны. Такое возможно только в России. Старый режим сгнил. Надо Россию спасать!

Николай - Ну положим, правительственные кризисы бывают и в других странах.. Но уверяю вас, что не это главное.... В конце концов, всё в руках Божиих...(Пауза)

Я понял, что мне лучше уйти, если я не нужен народу, не нужен армии, как это не горько. И я вынужден уйти...Теперь, за всё что случится с бедной Россией ответит Дума. С меня довольно!

Груз власти - это нечеловеческая ноша! Тем паче, в России...Мой прадед, царь Александр - Первый хотел уйти в монастырь. И я хочу! Мне есть о чём молить Бога!... Но продолжим однако...

Гучков - Я продолжу, ваше величество...Исходя из выше изложенного, всякая борьба, с вашей стороны - бессмысленна. Совет наш вам, заключается в том, что вы должны отречся от престола! Войска из Царского Села пришли в Думу и доложили, что присоединяются к новой власти, то есть к нам... Ваших детей там лечат и всё по старому, как было... Я знаю, Ваше величество, что я предлагаю вам решение громадной важности. Поэтому я готов уйти, чтобы вы могли всё обдумать. Но срок поставлен - сегодня вечером всё решить...

Николай - Я уже всё решил. Я узнал, что меня не оставят рядом с сыном. Я не хочу жить отдельно от сына. Я решил отречся в пользу брата Михаила...Вы господа, поймёте мои отцовские чувства!

Общее шевеление.Рузский подаёт царю текст отречения...

Николай зачитывает отречение... - " Милостью Божией, мы Николай - 2-й, император всея Руси, Царь Польский, Великий князь Финляндский и так далее, и так далее. Всем нашим преданным подданным...

В эти дни страшных испытаний нашей Родины, Бог ставит Россию перед новым испытанием. Волнения внутри страны могут иметь непоправимые последствия на течении тяжелейшей войны с врагом. Спасая Россию, гордость нашей армии, боевой дух нашей нации, ради будущего нашей Родины, мы должны продолжать войну, до победного конца. Да не воспользуются этой слабостью, наши жестокие враги и наша доблестная армия продолжит противостояние врагам, вместе с союзниками. ..

В этот решающий момент для существования России, наша совесть и честь, заставляет делать всё, для достижения нашими войсками победы. По этой причине, и идя навстречу требованиям Думы, Мы отрекаемся от короны и всей верховной власти. Так как мы, не хотим разделятся с нашим любимым Сыном, Мы оставляем наследовать трон нашему Брату, Великому князю Михаилу Александровичу, благославляем его управлять страной в полном единении с представителями законного правительства и согласно клятве именем нашей любимой Родины...

Мы обращаемся ко всем сынам России и просим их выполнять их патриотический,священный долг, поддерживая своего царя, в этот момент болезненных испытаний нации, вести великую Россию, по дороге славы и процветания! Да поможет России наш Бог!...

Гучков - Господа!!! Мы все присутствующие здесь, стали свидетелями самоотверженного поступка, свидетелями великого исторического события!...

Николай подходит к столу и подписывает акт отречени... Затем подписывает министр двора - Фредерикс...

Рузский выходит на авансцену и говорит - Бедный император!!! Он стал жертвой легкомыслия и гордости своей жены...

Гучков подходя ... И своего упрямства! Его предупреждали все эти годы, но он не слушал и не слышал!

Появившийся Фёдоров - Господа! Не будем об этом, в этот грустный час1... (Вытирает глаза. Все толпясь выходят...)


Занавес...


Дворец в Царском Селе.. Аликс сидит одна за столом... Стук в двери... Аликс открывает. Входит офицер без погон. Солдаты толпятся за дверью...

Аликс - Что вам угодно?

Офицер - Ваше величество. Солдатский Совет нашего полка, охраняющий ваш дворец, поручил мне сообщить вам, что Император Николай второй, отрёкся от престола, в пользу своего брата Михаила. Но Михаил не захотел принять корону и династия пала!

Голоса за дверью - Хватит! Попили нашей кровушки. Пожили всласть! Ели сладко, спали мягко! Теперь наша очередь!

Аликс - Господа! Прошу вас уйти ! Здесь дети больные. (Солдаты с шумом уходят)

Реплика за сценой - Ишь, господа! - Здесь дети! А наши дети как? Одно слово - господа!...(Смеются)

Аликс говорит сама с собой - Отречение! Боже милостивый! Надо было Ники посоветоваться с нами... Но если он решил, так наверное и надо... Я знаю, как он одинок сейчас!... И бедный Алексей!...

Входит царевич Алексей - Мама!Что случилось?

Аликс - Твой папа перестал быть царём! (Плачет)

Алексей - Ну а кто же тогда будет царь?

Аликс - Папа хотел, чтобы им стал ты, но ему запретили это!

Алексей - Кто мог ему запретить? Мама!

Аликс - Это сделали злые люди из Думы...

Алексей - Ну а теперь что?

Аликс - Дядя Михаил отказался принять трон! Слабый человек!

Алексей - Мама! Ну а теперь , что будет?

Аликс - Я не знаю, сынок. Мы ждём папу. Говорят, что эти злые люди арестовали и нас и его. Но слава богу! Мы накоц то будем вместе!

Алексей - Как может быть, чтобы не было царя, А кто тогда будет управлять Россией?

Аликс - Ах, дорогой! Я ничего не знаю. Я перестала что-нибудь понимать! О ужасная, варварская страна!!! Идём к Ане. Она ещё не выздоровела. Я боюсь, что её тоже могут арестовать... (Уходят)


Маленький Домик. Вырубова лежит в постели и царица сидит рядом на кресле.

Аликс - Аня, как ты себя чувствуешь.

Вырубова - спасибо, Ваше Величество. Мне уже лучше.

Аликс - Я так за тебя беспокоюсь. Ведь они могут прийти и арестовать тебя тоже. О несчастная страна. О бедный народ. Бедная наша родина. Они пытают Её изнутри. А германцы снаружи...

Эта революция была приготовлена из за границы... Да, они, германцы наведут порядок, но что может быть более унизительнее и обиднее быть обязанным врагам...

Бог спасёт нас! Я хочу поститься и ходить в церковь, но они нам не разрешают этого. Я хочу молить Господа Иисуса Христа, простить мне мои грехи. М ы готовим себя к переходу в небесное Царство. В этом нет ничего страшного. Мы потеряем только свои тела, но души наши останутся!

Вырубова - Ваше Величество! Слушая вас, я вспоминаю Нашего Друга...

Аликс - Мне тоже видятся всюду Его руки... (Плачет)

- Люди сделали нам столько зла. Но я по прежнему чувствую себя матерью этого народа, несмотря на его злость и предательство. Мы должны всё принять и всё пережить. Бог пришлёт на землю нам в помощь своих ангелов. Мы никогда не бываем одиноки... Но Бог милостив... только надо держать наши души открытыми для Него и каяться! Мы, должны любить друг друга и прощать... Пока есть время...

Наши противники может быть были правы. Мы должны были быть более внимательны к ним...

- И ты Аня, тоже прости меня. Я бываю иногда так раздражена и это - я понимаю, иногда так глупо...

Ввырубова - Ну что вы, Ваше Величество! Вы ко мне всегда были так добры.

Аликс - Нет, нет Аня. Я иногда бываю так сердита. Иногда я на словах прощаю все обиды, но знаю, что внутри, все они остаются моими врагами...

Боже прости нас! Я знаю, что на всё Божия Воля, и никто не избежит Страшного суда. Сегодня, когда мы остались совсем одни, я умоляю простить меня всех, кого я обидела или к кому я была несправедлива! (Обнимает Аню, и они вместе плачут, повторяя - Боже! Спаси и помилуй!..

Вырубова - Ваше Величество! А как здоровье Его Величества?

Аликс вытирая слёзы. - Ники хорошо себя чувствует, и как будто успокоился. Днём чистит снег с дорожек в парке. А по вечерам, читает... Говорит, что только сейчас начал понимать значение Льва Толстого, как человека и как мыслителя. А для меня Толстой всегда был заносчивым графом. Он и жизнь закончил нелепо. Собрался уходить в пустынь, и по дороге умер...

Мне кажется, что он всё время хотел кому - то, что - то доказать... (Смотрит на часы) - Прости Аня, но мне надо идти. Через полчаса будет ужин и мне нельзя опаздывать... Выздоравливай и молись за Папу и за Меня... Прощай дорогая...

Машет рукой и уходит.

Занавес...


Керенский, глава Временного правительства и Бывший царь, Николай ... Керенский за письменным столом, ведёт допрос царя...

Керенский - Гражданин Романов. Не могли бы вы мне объяснить назначение в своё время, премьер - министром правительства Штюрмера и Министром внутренних дел. Протопопова?

- Вы ведь знали, что они совершенно были неспособны управлять Россией...

Николай - Когда назначаешь человека, то не всегда можешь угадать его реальные способности, я надеялся, что Протопопов, представляя в правительстве Думу, будет...

Керенский перебивает - Но разве вам было неизвестно, что он подвержен последствиям хронического сифилиса и временами словно сходил с ума?

Николай - Я тогда этого не знал.

Керенский - Кто вам порекомендовал его? Существуют показания, что его выдвинул на этот пост небезызвестный вам Распутин...

Николай - Ничего не могу об этом сказать. Однако я хорошо помню, что при назначении, руководствовался желанием удовлетворить требования Думы. Ведь Протопопов был заместителем председателя этого органа...

Керенский - Ну хорошо. Перейдём к следующему вопросу...

Почему вы отдали приказ генералу Хабалову стрелять в революционный народ на улицах Петербурга. Вы наверное знаете, что в тот день было убито более двухсот демонстрантов?

Николай - Я отдал ему приказ навести порядок в столице. Ведь он был военный комендант города, а во время отчаянно тяжёлой войны, беспорядки в столице подрывали боеспособность войск на фронтах...

Керенский - Иначе говоря, вы отдали приказ стрелять по безоружным демонстрантам?

Николай - Я отдал приказ навести порядок. Каждый должен исполнять свои обязанности. Иначе всё превращается в хаос...

Керенский - Наша Революция постарается обходиться без кровавых жертв. Я хочу ввести закон об отмене смертной казни. Я уверен, что революционное правительство не может потворствовать мстительности. На то и совершилась Революция, чтобы отменить все человеконенавистнические законы монархии. (Помолчав добавляет)

- Этот закон касается и вас и вашей семьи... Но я не желаю быть Маратом русской Революции. Революция не пойдёт по пути мщения!..

Николай - Это ошибка. Отмена смертной казни развалит дисциплину в армии... Если вы этим самым пытаетесь спасти меня, то я готов отдать жизнь за благо моей Родины...

Керенский - Вы по-прежнему любите повторять "моей", "моя". Но ведь Россия и наша родина. И мы гибнем на фронтах! Сегодня мы переживаем голод и разруху - следствие правления "вашего" правительства!

Николай - Всё в руках Божиих!

Керенский - Ответьте мне! Кто виноват в бесчисленных жертвах, которые погибли на фронтах этой войны и в во время свершения Революции? Разве ваш Бог так кровожаден, что требовал этих жертв? Кто сегодня ответит за злодеяния вашего режима?!

- Народ требует найти и наказать виновных. Вы наверное знаете, что "старца премудрого", Горемыкина толпа схватила на улице и повесила его тут же. А вашего "Друга" Гришку Распутина, от ярости народной спасла только его преждевременная смерть! И вы по мнению многих, виноваты в кровопролитиях мирного и военного времени. Оглянитесь вокруг себя! Все требуют вашего наказания, ваших жизней!..

Николай - Если я виноват, то судите меня. Я готов!

Керенский - Я знаю, что вам нечего терять. Но подумайте о вашей жене и детях!

Николай - Жена и дети ни в чём не виноваты...

Керенский - Это вы так думаете. А народ решает иначе. За время этой несчастной войны убито и пропало без вести более трёх миллионов человек... Кто будет отвечать за эти колоссальные жертвы?!

Николай - На всё воля Божия!

Керенский - Нет, Бог тут непричём! Это раньше всё можно было сваливать на Бога. Сегодня Революция требует к ответу подлинных виновников. Революция всегда сурова и беспощадна!

Николай - Что вы от меня хотите? Никто не знает своей судьбы. Я молю Бога за победу русского оружия...

Керенский - Мольбы тут не помогут. Сама жизнь судит вас. Вас судят те, кто остался жив в этой бойне и требуют ответа за злодеяния...

Николай - Что вы хотите от меня? Чтобы я признал вину, которой не было!

Керенский - Гражданин Романов! Вы должны понимать, что кто - то должен ответить за столетия рабства и угнетения народа, осеняемые крестом "вашей" церкви!

Николай обхватив голову руками говорит - Я ничего не знаю! Я всю мою жизнь любил Россию и старался делать всё для её процветания...

Керенский - Потому и вспыхнула революция, чтобы смести ваш безответственный режим. При котором никто ни за что не отвечал!

Николай - Я уверен, что я в этом не виноват! (Закрывает лицо руками)

Керенский - Вы можете идти, гражданин Романов... (Николай встаёт пошатываясь)

Керенский - Но я решил, вопреки требований вашей казни, отправить вас и вашу семью в Сибирь. Там вы будете в безопасности... Готовтесь к отьезду...

Николай кланяется и уходит. Керенский сидит и что -то пишет... Потом встаёт и ходит по комнате...

Керенский - Бедный император! Он и не знает, что его союзники бросили его на произвол судьбы. Ллойд - Джордж, английский премьер, телеграфировал мне что революция в России обнаружила главную истину - эта война идёт и за народную свободу и что союзники рады поздравить Россию с ответственным правительством...

Я отправил им в Англию просьбу. Принять бывшего императора и его семью в изгнание, и они не посмели нам отказать. Но вчера пришла загадочная телеграмма: "Правительство Его Величества не настаивает на своём прежнем приглашении царской семьи..."

Устало трёт лицо ладонями. Продолжает монолог - Я не хотел бы быть сегодня на месте гражданина Романова. Тот же Ллойд - Джордж называет бывшего императора "короной без головы". Говорит, что Романов напоминает ему "не императора России, а капитана прогулочной яхты, на которой штурмана выбрала его жена, отдыхающая на кушетке в каюте".

И это говорит премьер страны, в которую мы хотим переправить бывшего царя в изгнание...

Опять всё придётся решать мне самому... (Выходит из комнаты, произнося патетически) - О, времена! О, нравы!


Сцена в Екатеринбурге, в Ипатьевском доме.


Аликс Обращаясь к Николаю. - Милый! Сегодня - уже больше года прошло, как мы потеряли Россию, и вместе с ней - свободу... Сколько ещё может это продолжаться?..

Николай - Дорогая! Я, хотел бы успокоить тебя, и пообещать, что кузен Джордж или президент Пуанкаре, спасут нас.

Но ещё в последнем разговоре с полковником Кобылинским, а потом по отдельным намёкам комиссара Яковлева, я понял, что английское правительство, отказало нам в убежище, из соображений внутренней политики. Ведь Ллойд - Джордж поздравил Временное правительство с приходом к власти и тем самым, приветствовал не только моё отречение, но и наш арест!

Аликс - Нет! Не может быть, чтобы англичане были так лицемерны и жестоки! (Плачет)

Николай - Увы, дорогая! Я уже полной мерой испил плоды лицемерия и предательства от тех, кого считал когда - то своими друзьями. Верность и глубину афоризма - "Предают только друзья" - я понял только за последний год с небольшим. Из всех родственников, пожалуй только брат Михаил вёл себя достойно и не кривил душой, хотя его решение отказаться от престола, тоже было неожиданностью...Но ведь он был искреннен...

Аликс - О, наш верный Друг, Григорий! Ведь он говорил тогда, что если "меня не будет, то через шесть месяцев и вас не будет". Здесь он тоже чувствовал будущее!

Я не могла сдержать слёз, когда проезжали Покровское. Ведь там он вырос, посреди России, среди лесов и полей. Он подлинно русский человек!..

Николай - Я тоже часто думаю о его роли в нашей судьбе. Он сохранил нам сына, охранял нас своими молитвами и был предан нам до конца...

Праздная придворная чернь, пресмыкавшаяся перед троном в дни побед, предала и возненавидела нас, в минуты поражений и тревог. Только теперь, я начинаю понимать почему нас ненавидели простые люди! Они зная моих лживых подчинённых, и не зная нас, всю ответственность за преступления этой черни перекладывали на нас, на наши головы.

И потом, эти дрянные, продажные журналисты насочиняли небылиц, повторяя грязные сплетни о нашей семье и Григории. Свобода печати, как я убедился, часто становится свободой безответственной клеветы и обливанием грязью честных людей с характером и принципами.

Аликс - Да! Это так Ники...

- Я на днях разговаривала с солдатом из охраны, который развязно вёл себя и заговорил со мной, чтобы меня обидеть. Но заканчивая наш разговор, он сказал мне, что в газетах о нас и нашем Друге писали много гадостей и что услышав мои ответы на его оскорбительные вопросы он извиняется, потому что ничего не знал о нашей подлинной жизни...

Николай. - Вчера, я перечитал "Короля Лира", и ещё раз восхитился силой проникновения гениального Шекспира в правду отношений в королевских семьях. Я сам вдруг понял, что чувствовал старый король, когда его предали самые близкие люди...

Многие наши родственники вели себя недостойно. Особенно дядья и их дети. Великий князь Кирилл, которого я считал преданным человеком, присягнул Временному правительству по собственной инициативе на следующий день после переворота, хотя по сути командовал нашей охраной, то есть оставил нас...

Аликс - Бедные наши друзья! Старец убит, Аня арестована и посажена в крепость и её допрашивают эти изверги. Но я надеюсь, что она выдержит и эти испытания! На всё Божья воля!

Поэтому Ники, будем мужественны, в дни посланных нам Всевышним, испытаний. Будем любить друг друга, будем преданны и добры, что бы не произошло с нами в будущем!

Николай целует ей руку...

Николай - И ещё я сегодня думаю, что моё отречение было ошибкой. Я хотел спасти Россию и согласился с мнением Думы и некоторых генералов. Тогда кучку тщеславных политиков, используя хаос в умах и душах простых людей, уверила меня, что они могут предотвратить кризис, если я не буду им мешать. Оказалось, что и Родзянко, воображавший себя лидером народа, и Гучков, который играл роль исторического лица, сами стали игрушкой обстоятельств.

Где они сейчас, и кто о них помнит? А этот шут гороховый и позёр, Керенский! Что он смог сделать с разбушевавшейся народной стихией? Остались в истории только большевики, Ленин, Троцкий и их сторонники...

Поэтому сегодня, оглядываясь назад, видя во что превратилась великая Россия, я делаю вывод, что может быть отречение было ошибкой...

Аликс - Дорогой! Не думай об этом. Ты ведь знаешь, что на всё Божья воля. Наверное так было нужно - и отречение, и арест, и переезд сюда, и эта тяжёлая жизнь...

Воистину: "Пути Господни неисповедимы!"

Николай - И всё - таки...

Вбегает плачущий Алексей - Папа! Солдаты отняли у меня игрушечную винтовку, которую ты подарил мне на день рождения. Они кричали: - У него оружие! Но ведь видно, что это игрушка. Почему они так ненавидят нас!?

Николай - Успокойся милый! Ты уже почти взрослый и тебе надо научиться владеть собой...

Входит Ольга, старшая дочь - Папа, мама! Ужин давно ждёт...

Николай - Хорошо, хорошо! Мы идём... (Все уходят)


Сцена заседания Президиума Екатеринбургского Совета солдатских и рабочих депутатов. За столом в комнате сидят люди в солдатских шинелях и в кожанных куртках Среди них Голощекин, Председатель совета Быков, чекист Юровский...


Голощекин - Товарищи! Я только что вернулся из Москвы, от председателя ЦИКа, товарища Якова Свердлова. Рассказав ему о решении нашего Совета, ни в коем случае не выпустить из наших рук Бывшего царя Николая Романова, я получил приказ действовать по обстановке и в случае захвата города белогвардейцами, казнить его. Его преступления во времена монархии известны и он вполне заслуживает казни даже без суда, по законам военного времени.

Вспомните расстрел царскими прислужниками рабочих и их детей Девятого января в девятсот пятом, потом Столыпинский террор, когда тысячи рабочих и крестьян были расстреляны и повешены по всей России!

Теперь расстрел - это закономерный итог его деяний... Жизнь простой крестьянской семьи, их детей, стоит на весах истории ничуть не меньше, чем жизни семьи бывшего русского царя. А сколько людей погубил Николай Кровавый? (Садится)

Быков - Разрешите мне? (Встаёт) - С первых дней перемещения Романовых в наш город, начали сюда стягиваться в больших количествах монархисты, начиная с полупомешанных барынь, монахов и духовенства, переодетых царских офицеров. Связь этих людей с царской семьёй поддерживалась через доктора Деревенько... Вдобавок перехвачены записки. спрятанные в буханках хлеба и в молочных бутылках. Последние звучали приблизительно так: "Час освобождения приближается и дни узурпаторов власти сочтены".

Быков вытирает лицо платком - Надо понимать, что узурпаторы - это мы с вами - большевики. Они уже уверены, что расстреляют нас, когда придут к власти и поймают нас...

Записок было несколько и в последней было написано: "Друзья более не дремлют!..

- Думаю, что нам уже нельзя медлить. Тут речь идёт о том - либо они нас убьют, либо мы их. Другого выбора нет!

Юровский - Перехвачено письмо, написанное рукой бывшего царя Николая. Он пишет, видимо отвечая на запрос, как организована охрана. "Наше окно - второе от угла, на втором этаже, стоит открыто уже два дня и днём и ночью..."

Дальше Романов пишет: "Внутренняя охрана - тринадцать человек с ружьями, пистолетами и бомбами. Дежурный даже ночью делает обход дома. На балконе стоит один пулемёт и под балконом второй. Известите нас когда представиться возможность и ответьте - сможем ли мы взять с собой своих людей(слуг)..."

Вот такое письмо. Очевидно, что Романовы готовятся к побегу. Если мы им не помешаем, то они вновь могут стать причиной кровавых событий. Ведь живой царь - это знамя для белогвардейцев и контрреволюционеров!

Быков - Пусть обстановку доложит командующий силами нашего гарнизона...

Встаёт пожилой красноармеец в шинели - А чего тут докладывать? Белочехи, двигаясь эшелонами по железной дороге, уже захватили Омск. Белогвардейцы обтекают город с юга и с севера. Мы бьёмся по всему фронту, но всякое может случиться. Я бы на месте Совета издал приказ о расстреле царя и сам поддерживаю этот приказ...(Садится)

Встаёт Юровский - Со своей стороны могу сказать, что царь и царица ожидают своего освобождения со дня на день. Охрана надёжная, но в случае уличных боёв Ипатьевский дом представляется хорошой мишенью и плохой крепостью. Я тоже за расстрел бывшего императора и его семьи. Все они представляют реальную опасность для Советской власти и сегодня и в будущем. Вспомните реставрацию монархий в Англии и во Франции, после происшедших контрреволюций. Их фигуры могут использовать, как различные белогвардейские авантюристы, так и страны интервенты и их правительства...

Голощекин - В беседах с руководителями ЦИКа, я заверил московских товарищей, что Екатеринбургский Совет настроен по боевому и потому, мы сегодня же должны издать приказ о расстреле царя и его семьи без суда. Следствие по их делу уже провела сама история и их преступления против миллионов граждан России, считаются доказанными!

Я согласовал с председателем ЦИКа текст указа. Я его вам зачитаю. Но повторю. Надо расстрелять всю семью, во избежание в будущем кровавых белогвардейских авантюр...


Читает - "Постановление Уральского областного совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов.

Ввиду того, что чехословацкие банды угрожают столице красного Урала, Екатеринбургу; ввиду того, что коронованный палач может избежать суда народа - только что обнаружен заговор белогвардейцев, имевший целью похищение всей семьи Романовых - президиум областного комитета, во исполнении воли народа, постановил: Расстрелять бывшего царя Николая Романова, виновного перед народом в бесчисленных кровавых преступлениях. Постановление областного президиума привести в исполнение в ночь с 16 на 17 июля..."

Быков - Проголосуем, товарищи! (Все присутствующие поднимают руки)

- Принято единогласно...

От себя добавлю . что ответственным, за приведение приговора в исполнение, назначается член ЧК, Юровский. (Все шумно встают и уходят)...


Сцена последней церковной службы в Ипатьевском доме. Священник с кадилом обходит комнату и дьякон поёт: "Со святыми упокой..."

Аликс плачет утирая слёзы плточком - Боже мой! Боже мой! Всё в Твоей Воле. Спаси и помилуй нас! (Священник даёт целование распятия всем членам семьи Романовых. Николай при целовании встаёт на колени. Царевич Алексей целует крест на вставая с кресла. Он не может ходить...

Священник и дочери уходят, унося Алексея на руках...Николай и Аликс остаются одни.

Аликс - Ники! Я уверена, что Бог ниспошлёт России мудрость и спасёт её. Я уверена, нация сильна и молода и в то же время податлива как воск. Только сейчас она в дурных руках и царит темнота и анархия. Но Всевышний придёт, спасёт и укрепит, воскресит народ который обманут...

Я чувствую, что приближается шторм. Но Бог милостив и наши души спокойны. Что бы не произошло, на всё воля Божия!..


Тёмная сцена... Затем за занавесом зажигается свет. Слышны шаги и на занавесе появляются тени людей. Слышно, как они расстанавливаются вдоль стен... На мгновение наступает тишина и дрожащий громкий голос Юровского произносит: - Ввиду того, что белогвардейцы и ваши сторонники продолжают войну с Советской Россией, уральский Исполком постановил вас расстрелять!

Голос Николая - Что? Что вы сказали?

И в ответ громом звучат выстрелы за занавесом. Раздаются крики, стоны и потом наступает тишина в которой тихо, потом всё громче звучит молитва: - Боже! Иисус Христос, Сын Божий, спаси и помилуй нас грешных... Да святиться имя твоё!


Эпилог.

На сцене Александр Блок и Зинаида Гиппиус...

Гиппиус ходит по сцене и говорит Блоку - Мы с вами Александр Александрович, разные люди. То, что для вас гимн свободе, для меня траурный марш на её похоронах! (Читает свои стихи)

Гиппиус: "Блевотина войны - октябрьское веселье!

От этого зловонного вина

Как было омерзительно, твоё похмелье,

О бедная, о грешная страна!


Какому дьяволу, какому псу в угоду,

Каким кошмарным обуянный сном,

Народ, безумствуя, убил свою свободу.

И даже не убил - засёк кнутом!


Смеются дьяволы и псы над рабьей свалкой,

Смеются пушки разевая рот...

И скоро в старый хлев ты будешь загнан палкой,

Народ, не уважающий святынь!


Блок - Смело написано! И талантливо! Я это понимаю, Зинаида Николаевна...Но в этом стихотворении, вы невольно подтверждаете, что народ, который сделал революцию, жил в свином хлеву. Для поэта, вы знаете, одно слово - многое значит. А ваша оговорка - "старый", доказывает, что и вы знали об этом "хлеве". Знали и молчали!

- Но я вижу всё иначе, а уж слышу тем более. Я устал от разговоров. Я хочу, что-то делать, хоть бы дрова колоть или сапоги тачать, но проявить себя в действии, показать своё отношение к тому, что вокруг происходит своими действиями...

Действиями! А не словами или декларациями. Я хочу показать всем, что свою крошечную, эгоистическую, фарисейскую свободу, хочу пожертвовать в общий котёл великой попытки сделать свободными большинство.

Если угодно, я хочу быть похожим на Христа, который пострадал за тех, кто хотел стать свободным, но не знал, как!

Сейчас мы видим миллионы хотящих свободы и кто, как не мы - образованные люди - можем помочь им, даже если они нас, в начале, не будут понимать...


Блок начинает читать свои стихи - " А это кто - Длинные волосы

И говорит в полголоса

- Предатели!

- Погибла Россия!

Должно быть писатель,

Вития.


А вот и долгополый - сторонкой - за сугроб.

Что нынче не весёлый, товарищ поп?

Помнишь, как бывало, брюхом шёл вперёд,

И крестом сияло брюхо на народ?


Блок продолжает монолог - Я это вижу:

- Чёрное, чёрное небо,

Злоба, грустная злоба

Кипит в груди...

Чёрная злоба, святая злоба...

Товарищ! Гляди в оба!


Блок - Революция - это как расплата за наши грехи несвободы. Тот же народ голодал, тот же народ воевал, а мы - "образованцы" - писали стихи и плакали о своих несбывшихся мечтах...

Мы, прямая иллюстрация из Библии: "Жили, женились, рожали детей, собирали урожай, сажали деревья, пока не грянул гром небесный".

Так и в России... Революция - это гром небесный, Божий гнев. Переполнившаяся чаша Божьего терпения! Конечно, не всё сразу будет справедливо и благородно, как хотелось бы. Но человек, один раз вырвавшийся из "хлева", назад будет возвращаться с неохотой, только с боем...

Хотя Реставрация режима возможна, и это уже было после Великой Французской Революции. Но уверен - возвращение в рабство будет недолгим. Предыдущие революции в мире не были напрасны. И наша тоже поможет людям двигаться в сторону свободы. Революция - это буря которая разрушает застой. Это песня, которую поёт народ! Да здравствуют напевы Революции!!

Блок читает:

- Идут двенадцать человек

Гуляет ветер, порхает снег.

Винтовок чёрные ремни...

Гиппиус перебивает - А я думаю, что это интеллигентские бредни!

И я говорю!

Читает:

- Если гаснет свет - я ничего не вижу,

Если человек зверь - я его ненавижу,

Если человек хуже зверя - я его убиваю.

Если кончена моя Россия - я умираю...

Блок - Думаю, что вы Зинаида Николаевна ещё долго не умрете. А вот мне долго не прожить. Слаб я. Только и могу что стихи писать. Но моя Россия останется и без меня...

Блок читает:

...Так идут державным шагом -

Позади- голодный пёс.

Впереди - с кровавым флагом

И за вьюгой невидим. И от пули невредим.

Нежной поступью надвьюжной

Снежной россыпью жемчужной

В белом венчике из роз -

Впереди - Иисус Христос...

Гиппиус - Я всегда знала , что мы, рано или поздно станем врагами - врагами идеологическими...

Блок - Я не хочу даже слушать это ужасное слово - идеология...

В жизни, как я её понимаю, нет места для объяснения одним словом сложных понятий...

Но самое трагичное, что в жизни нет места для благостного конца. Нашему с вами спору нет завершения...

Так или иначе мы умрём. Одни раньше, другие позже. (Ходит по сцене)

- Я тоже иногда думаю - ну зачем я с этими, которых я не понимаю, но которым сочуствую? Почему я не с теми, которых я понимаю? И сам себе отвечаю. Потому, что я Александр Блок, а не Зинаида Гиппиус!

Потому, что я не могу идти против правды внутри себя. Это мой крест!

Гиппиус - Прощайте Александр Александрович. У каждого своя судьба. Мы уезжаем...

А теперь, почти совсем по вашему...


Гиппиус читает:

- До самой смерти...Кто бы мог подумать...

(Санки у подъезда, вечер, снег.)

Знаю. Знаю. Но кто бы мог подумать,

Что это до смерти? Совсем? Навек?

Молчите, молчите, не надо надежды,

(Вечер, ветер, снег, дома...)

Но кто бы мог подумать, что нет надежды...

(Санки. Вечер. Ветер. Тьма.)

Блок - Прощайте! Сейчас я уже не тот... "Ночь, улица, фонарь, аптека..." - это всё в прошлом. Сейчас я пою другие песни, подстать народным...

Блок читает - "Мильоны вас. Нас - тьмы, и тьмы, и тьмы. Попробуйте сразится с нами!

Да скифы мы. Да - азиаты - Мы. С раскосыми и жадными глазами...

О, старый мир! Пока ты не погиб, пока томишься мукой сладкой,

Остановись, премудрый, как Эдип, пред Сфинксом, с древнею загадкой...

Блок - Наш народ, Россия - это Сфинкс. Он вечен, а мы смертны! Ещё раз прощайте!

Уходят в разные стороны...


Занавес...


Сентябрь. 2002год. Лондон.


"Н ОВ Ы Е Р У С С К И Е"


ВЛАДИМИР КАБАКОВ


ПЬЕСА В ЧЕТЫРЁХ АКТАХ


Действующие лица:

Майкл Аганбегян - Бизнесмен, "новый русский". Средних лет мужчина, вечно куда -то спешащий.

Его жена Элла - Крашенная блондинка, напористая и грубая...

Салацкий - Партнёр Майкла по фирме.

Софья - Дочка Майкла и Эллы. Наркоманка. Начала ещё в России , но в Англии , от тоски, курит и колется постоянно...

Березин - Русский олигарх. Очень богатый. Ему нравится быть "серым кардиналом" российской политики... Живёт в Англии в изгнании...

Французов - Либеральный политик, глава партии Союз Демократов, сокращённо СД. Очень любит себя...

Угаров - Создатель и администратор экономического Форума - "Новая Россия"

Калягин - Офицер ФСБ. Бежал из России и стал консультантом, для Березина и других богатых русских по деятельности Служб безопасности...

Олег Вишневский - Вишня - Главный русский бандит. Всюду ходит с пистолетом, спрятанным в куртке...

Алексей - Кличка Боксёр -Второй бандит. Ходит всегда в спортивной одежде от "Адидас". В прошлом - мастер спорта по дзюдо...

Иван Иванов - Третий бандит. В бандитах недавно и потому на третьих ролях. Хороший водитель. Окончил автодорожный институт.

Журналист Крымов - Работает в АПН...

Английский журналист Долл - Корреспондент "Таймс".

Никита Мурзин - Корреспондент Лондонского вестника. Крайний либерал...

Летов - Русский журналист...

Сподручные Калягина...

Гости и публика...


Действие первое.


Гостиная в дорогом лондонском доме. Майкл Аганбегян - в России был просто Миша - хозяин дома, даёт последние распоряжения официантам, накрывающим банкетный стол. Майкл и его семья празднуют день рождения дочки - Софьи, девицы, двадцати пяти лет отроду. Приглашены в гости очень важные персоны: олигарх Березин, либеральный политик Французов и другие...

Майкл обращаясь к официанту - Несколько шампанского и побольше водки. Ну и балычок, икорку, рыбу заливную...

Чтобы было видно, что русские принимают... (Официант уходит)

Входит его жена Элла - Майкл! Нам надо поговорить! Ты знаешь, Сонька вчера вытащила из моей сумочки весь аванс!

Майкл - Не может быть! Она что же, украла?..

Элла - Да! Да - украла! Ты что старый хрен по-русски не понимаешь? Сделай наконец, что-нибудь! Я с ней уже устала воевать! Вчера, она под кайфом пришла. Так я не сдержалась и по морде ей надавала... А она ревёт и смеётся, ревёт и смеется...

Майкл - Это всё твоё воспитание! Я говорил - пусть идёт работать! Иначе она свихнётся: пати, танцы, секс!

Элла - Но ты ведь сам говорил, что обеспеченные люди могут позволить себе не работать. Наверное, последнее время, ей стало не хватать карманных денег... Вот она и взяла у меня... и потом она не знает куда себя деть, в этой дурацкой стране...

Майкл смотрит на часы... - Эллочка , мне надо бежать. У меня деловая встреча...

Я скоро вернусь. После пати всё и обсудим... Мне надо переложить деньги в банк, который обещает сумасшедшие проценты. Мы можем заработать за год, пальцем не двинув, несколько сотен тысяч!

Элла - Майкл! К чёрту деньги! Нам надо поговорить. Не будь засранцем! Ведь это твоя дочь!

Майкл - После... После! Я опаздываю...(Убегает)

Элла хватается за голову - Будь всё проклято! Эта сволочная жизнь, эти деньги, этот бизнес...

(Передразнивает)- "Это мой бизнес!" - Дочка наркоманка, а он бизнес, бизнес... Ненавижу это слово!..

Сцена банкета. Вечер. Дом Аганбегяна...


Гости разбились на группки. Разговаривают...Элла и Салацкий стоят у рампы...

Элла - Я ведь и экзамены здесь сдавала. Принимала их кураторша, такая задрипанная англичанка. Я ей как начала рассказывать, что камни пирамид держаться без раствора, под собственным весом и закидала её научными терминами. А она уши развесила, очёчки поправляет - наверное и слов то таких никогда не слышала...

Салацкий - Постойте, постойте... Как это под собственным весом?

Элла - Ха! А вы что , не знали? Там между этими камнями ничего нет... Никакого раствора...

Я когда этой очкастой курве говорила об этом, она закивала, сделала вид , что знает всё...

Но голову на отрыв даю - она этого никогда и не знала... А нам об этом ещё в институте рассказывали...

Салацкий - Ах! В "этом" и есть ваша работа?!

Элла - Да! Я "жирных котов" среди туристов набираю и вожу по всему Лондону...

Как то ведь надо денежки зарабатывать? Недавно еврейскую семейку из Израиля водила по Британскому Музею, и вдруг эти жмоты в Тауэр захотели. Я им и говорю: "Если такси оплатите, тогда я поеду... Гляньте, сколько времени? У меня день нормированный и заканчивается в пять..."

Они богатенькие и потому пусть не жмотятся и раскошеливаются... Дети у них конечно ещё те.

Молчат как овечки и по сторонам глазеют... Моя в их возрасте была - оторви да брось, а эти... Как зомби...

Салацкий - Да! Я её помню. Очень был живой ребёнок...

Подходит Софья, дочка Майкла и Эллы - Дмитрий Николаевич! Дарлинг! Возьмите меня, как-нибудь, на вашу тусовку... На неофициальную часть. Говорят там такая выпивка бывает! Закачаешься! (Отхлёбывает из бокала...) А как ваши английские партнёры? Я имею ввиду насчёт секса? Ведь правда, что секс - английское слово?..

Салацкий - Я бы и рад Сонечка, да мои английские партнёры - пуритане, или похожи на них...

У них жёны тощие, веснушчатые и злые. Всё молчат, молчат и пьют свой сок апельсиновый...

Лучше не связываться...

Элла - Вот- вот. Сонечка! Я тут, недавно, иду по улице и толкнула нечаянно одну такую...

Так она дура стриженная, остановилась и так на меня посмотрела!.. Я конечно открытым текстом, этой мымре сказала, кто она такая... Конечно по-русски. Могла бы по-английски, но в институте нам таких слов не преподавали... Она постояла, глазами похлопала и пошла, а сама с собой разговаривает и головой трясёт... Будь она русская , я бы ей объяснила кто она такая!

Салацкий - Вы , Элла Евгеньевна, как всегда, немного резковаты... Она ведь могла и к полицейскому обратиться...

Элла - Да пошла она в задницу! Я перед ней ещё извиняться буду!..

В соседней комнате...

Французов. Пьёт шампанское... Подходит Угаров...

Угаров - Семён Михайлович! Могу я с вами поговорить?

Французов - (Отхлёбывая из бокала) Можете!...

Угаров - Вы знаете, меня тут на днях, идея осенила. Почему бы нам не открыть в Лондоне, отделение вашей партии...

Французов - А мы уже открываем...

Угаров - Неужели? Оказывается такая идея посетила не только меня...

Французов - Да , не только! (Допивает. Наливает ещё шампанского. Не проявляет интереса к разговору.)

Угаров - Но у меня уже есть и вторая идея... Вторая идея - создании фонда "Соотечественник", для финансирования первой идеи...

Французов отхлёбывает шампанского... - Уже создан!...

Угаров - Странно, что я этого не знаю...

Но у меня есть и третья идея... Сделать форум "Новая Россия", который проходит здесь ежегодно, спонсором этого фонда. Я на правах организатора, могу объявит сбор пожертвований , среди участников...

Французов - А вот это уже интересно! Извините! Ваше имя, отчество запамятовал...

Угаров - Иван Сергеевич Угаров. Я администратор Форума...

Французов - Постойте! Вспомнил! Вас ведь как - то мне уже представляли. И потом я третий год бываю тут, на этом Форуме, как почётный гость. (Отхлёбывает) Так вы говорите, что хотите объявить это предпринимателям? (Прихлёбывает...) Замечательное всё-таки здесь шампанское... (Неожиданно) А расскажите мне о себе...

Угаров - Я уже один раз как - то рассказывал... Родился в Сибири. Окончил институт народного хозяйства. Потом работал в министерстве энергетики, в Москве...

Французов отхлёбывая - С Горгулисом?

Угаров - Нет! Нет! Это было намного раньше. Я...

Французов - А когда в Англию переехали?

Угаров - Да, вот. Уже десятый год пошел. Пять лет назад , я занялся организацией этого Форума и вот, провожу... Работа адская. Целый год жизни трачу, чтоб без сучка и...

Французов перебивает - Теперь понятно почему взносы такие высокие, А я думал, что это англичане крутят...

Угаров обидевшись - У нас предприятие коммерческое, я содержу большой штат... Расходы огромные...

Французов перебивает - Теперь скажите, что первый год на свои кровные проводили... (Громко смеётся) Почему-то все русские так здесь говорят...

Французов отхлёбывает - Да вы не обижайтесь. Ведь Родину не выбирают... Кстати. Вы знаете этот анекдот. Про глистов... Ну когда папа говорит сыну: "Сынок- это наша Родина!" (Громко хохочет). А почему вы не в нашей партии... Такой деловой, такой молодой и не наш?!

Угаров - Да я подумываю. Вот хочу здесь вступить, когда отделение откроют...

Французов - Подойдёте ко мне. Я вам рекомендацию напишу. Вижу, что вы ценный кадр...

Подходит Элла. - Вот, Семён Михайлович, попробуйте... Это креветки королевские с анчоусами - закуска колоссальная...

Французов - Вы знаете, я ведь форшмаком только водку закусываю... (Допивает шампанское)

А кто эта стройная девушка. Рядом с Салацким?

Элла - Это наша дочь- Софья.

Французов бормочет - Надо же. Совсем не похожа. (Вслух) Вы знаете, я ищу здесь новых, настоящих членов Союза Демократов. И похоже она нам подходит. Какая фигура!..

Элла - Да. Она всё детство художественной гимнастикой занималась. Гибкая! Может ногу за голову закинуть!..

Французов - Да, Да! - такие нам нужны. Мне нравятся такие позиции... (Смеётся)

Элла - Она от вас без ума. Когда видит вас по телевизору, говорит "Какой приятный мужчинка!"

Французов смеётся польщённый - Был, был!.. Сейчас не то. Работы много. Вот провели в Москве семинар: "Построение демократии в России... Пути и средства". Я там с вступительной речью выступил. Президента критиковал. Так газеты и ТВ, под каблуком у государства - кое как показывали. Думаю когда мы придём к власти , такого не будет. Я буду всё делать, как здесь делается - газеты частные, телевидение частное.

Угаров - Мне кажется, что вы уже сейчас многое успели сделать. Ведь парламент (смеется... ) простите Дума и так уже ваши законы принимает. Закон о земле, например, или закон о банках...

Французов смеется... - Вы верно заметили. Если сегодняшняя Дума такие законы принимает, значит там большинство поняли - назад возврата нет.

Подходит Березин - У вас я слышу интересная беседа. О Думе говорите... Мне, честно скажу, за Думу стыдно. В рот президенту смотрит... Я не понимаю - чем он их смог купить? Говорят стабильностью... Но если эта стабильность через кровь выстраивается. Он их просто повязал кровью в Чечне!

Французов - Ну знаете? Тут нужна не только мелодраматическая риторика. Я раньше тоже думал, что это бойня. А потом, как увидел отрезанные головы английских бизнесменов, на фото в "Таймсе", то задумался...

- А сейчас, после 11 сентября, я уже так не считаю. Я понял, что сепаратизм, - это только начало, а терроризм всегда использует сепаратизм, как прикрытие. Реальная угроза нашему слабому государству. У нас в партии тоже есть сторонники идеи отделения Чечни... Но ведь это...

Березин перебивает - О чём вы говорите? Какое- такое слабое государство. В Этой стране - комитетчик президент! А это ведь диктатура!

Французов - Но не забывайте, Абрам Борисович, что этого комитетчика народ выбрал... Каков народ, таков и президент...

Березин - Да, бросьте! Какой такой народ? Я пообещаю водку подешевле сделать и все за меня будут голосовать... Он же вместе со своими сослуживцами взрывы в России организовал, а свалил всё на бедных чеченцев и войну начал. А русским сейчас надо всем доказать, что они воевать умеют не хуже американцев... Да куда им...

- Они вот в Чечне увязли, а американцы в три счёта разделались бы, никого не спрашивая. Сбросили бы парочку тактических атомных, а остальное бы деньгами доделали. Купили бы, миллионов за сто племенных вождей и те, им через неделю отрезанные головы Басаева и Масхадова принесли...

Французов - Всё не так просто, Абрам Борисович. Американцы привыкли воевать чужими руками и с самолётов или авианосцев. А тут внутри страны, не поймёшь где свои , а где чужие.

Березин перебивает - Да что тут понимать... Война эта Путину выгодна, вот он её и тянет...

Французов - Ну не будем о грустном, сменим тему... А вы тоже будете на Форуме? (Березин кивает). Ну тогда вместе будем работать на благо новой России... (Улыбается и осматривает всех. Поняли ли шутку?)

Угаров. - И вы и Абрам Борисович и ещё много других знаменитостей там будут. В том числе и российский министр финансов и вице премьер... Мы им такую программу развлекательную устроим...

Березин - Не понимаю... Я то вам зачем нужен? С правительством хотите помирить? Но я с ними и не ссорился... У меня один враг в России....

Угаров - Ну вы скромничаете Абрам Борисович. Вы ведь не только один из самых богатых людей России , но по-прежнему известный политик... Я слышал...

Французов перебивает - Из нашей партии, в ваше Либеральное единство Абрам Борисович, ушло несколько человек, и я по их поводу мог бы вам порассказать... Наша партия настоящая, политическая и в ней денег не сделаешь... Вот они и переметнулись... А я...

Березин - Вы бы Семён поосторожнее. Это ведь люди в политике известные...

Французов - Начинает сердится... - Да известные, но больше тем, что нос по ветру держат...

Подходит Сонька. - Господа! Господа! Разговор какой-то скучный начался. Давайте лучше о Лондоне или о девочках - а...

Входит Калягин. Березин идёт к нему навстречу. - А вы какими судьбами тут? Вот уж не ожидал вас здесь встретить, Пётр Иннокентьевич!..

Калягин - А мы с Майклом Аганбегяном ещё по Москве знакомы... Моя жена у него в Диетпродукте работала... А где он сам-то?

Элла - Да обед готовит. По хозяйству орудует...

Появляется Майкл - Гости дорогие! Прошу к столу! Закусим, чем Бог послал. Да и выпьем за встречу. Я такие настоечки сделал! Целебные, диетические. Одна польза от них...

Все уходят в столовую... Французов задерживается...

Сонька подходит к нему - Семён Михайлович! Я много о вас слышала, но в живую, вы ещё представительнее...

Французов - Ну сейчас, я уже не тот. Очень устал от всего. Может раньше и выглядел, когда килограммов на десять меньше весил. Однако я вижу, вы в прекрасной форме.

Сонька - Да, я регулярно хожу в джим и плаваю... Но знаете, чтобы выглядеть надо знать для кого вы это делаете. А здесь сами видите - или старики или евреи. А они жён своих боятся как огня. У нас у русских - что ни олигарх, то еврей...

Французов - Ну не скажите... Не все ... Не все...

Сонька поняла свою ошибку - Ах извините. Я и не знала...

Французов... Я - только наполовину. У меня папа был евреем... Это я для ясности...

Сонька - Прошу прощения, для меня ведь нет разницы. Лишь бы мужчина был умный и красивый, вот как вы...

Французов подходит к Соньке очень близко, а та не отстраняется...

Французов кладёт ей руки на талию: - Ох какая вы гибкая! Гладит её по спине...

Давненько, давненько не брал я в руки... А что? Может быть сговоримся и сходим куда-нибудь. Я своих телогвардейцев отпущу и мы с вами оторвёмся по полной...

Сонька - Грейт! Может быть на русскую дискотеку?

Французов спохватившись... - Нет! Нет! Только не русская. Я человек известный... Разговоры пойдут...

Сонька - Ох, извините! У меня ещё не было политиков.

Французов - Мы лучше с вами куда-нибудь в приличный ресторан двинем... Как, насчёт завтра, вечером? Я с Форума сбегу, чуть пораньше. Там в конце дня обычно такая тягомотина...

Сонька - Ох, грейт!

Французов - И без афиши... А то журналисты набегут. А среди них конечно и парочка гэбэшников найдётся... Знаете что? Давайте в "Ритце" Я там остановился. Я вас буду ждать в шесть часов... It is good for you?

О, Грейт! Замётано. Вы душка...

Французов - Ну, ну! А теперь идёмте. Нас уже ждут...

Занавес.

Конец первого действия


Действие второе.


Квартира в пригороде Лондона. В окно видны деревья парка...Олег сидит на диване и поёт под гитару:

- " ...И МАЗ попал куда положено ему... И он пришёл, трясётся весь, а завтра нам в обратный рейс, я зла не помню, я опять его возьму..." (Кладёт гитару) Вскакивает нервно - Ну где он , молодой!?

Алексей читает газету "Лондонский курьер". - Слышь, Олег? Может мы вечером рванём в "Потёмкин"? Там севрюжья уха, расстегаи и водочка "Столичная", настоящая. И какой - то лепила песенки поёт под гитару?

Олег - Посмотрим, посмотрим!

Звонок в дверь. Алексей идёт открывать, а Олег перекладывает куртку со стула на диван и садится рядом...

Алексей из коридора - Это Иван!

Олег встаёт и перекладывает куртку на прежнее место.

Входят: Алексей и Иван Иванов...

Олег - Привет Ванёк!

Иванов - Привет, привет! Едва вас нашёл. Спрашивать не хотел, вот и крутился вокруг.

Олег - Это ты правильно делал, что не спрашивал... От греха...

Иван - Я по пути кое-что захватил... (Выкладывает из сумки бутылку виски, бутылку водки, сыр, колбасу, батон хлеба...

Алексей - А это зачем? (Показывает на бутылку виски) Мы лучше нашу, родную...

Иван в прихожей раздевается... (Говорит оттуда...) - Пока из аэропорта ехали , я смотрел вокруг... Хорошо живут буржуины!

Алексей накрывая на стол... - Почва у них каменистая... Да и тут, у них богатств скопилось, за века колониализма, немеряно... Ну и кругом асфальт. Я тут землицу, только в парках да скверах вижу. Остальное всё закатано: или асфальтом, или бетоном, или плитами застелено...Сразу деревню свою вспоминаю... После дождя в магазин, без резиновых сапог не пробраться...

Достаёт из под рубашки маленькую финку в кожаных ножнах и начинает резать сыр и хлеб...

Все садятся вокруг стола и Олег разливает водку , наполняя стаканы до краёв...

Олег - Ну братва! За встречу на английской земле! (Выпивают до дна, потом закусывают.)

Алексей - Иван, как долетел?

Иван - Да ничего... Только в аэропорту, уже здесь, какая - то баба на досмотре пристала с вопросами, что да зачем... Едва отбился... Английский учил и в школе и в институте кое - как... Хорошо что разговорник был... А баба-то эта, чёрная была. Смотрит такими злыми глазищами...

У них тут наверное чёрный расизм... Бывает такой... Я в "Аргументах и фактах" читал...

Алексей приносит ещё бутылку. Олег разливает, но уже по половине стакана...

Олег - Сегодня ещё можно. Но с завтрашнего дня - сухой закон. Работать начинаем...

Чокаются. Олег - За Россию! (Выпивают и закусывают.)

Олег - Ну давай Ванёк, рассказывай...

Иван - Значит так! Я связался с ребятами , которые стальзавод крышуют. Они мне рассказали, что Клиент с дружком, начали там тереться лет пять назад. Организовали "дочку" на заводе. Половину прибыли этим с завода - половину себе... Денег нагребли за эти годы! Как стали прижимать - он приехал сюда... (Закусывает)

Потом привёз свою дочку и жену... Дочку его, Соньку, я как то видел. Тёлка реальная. На всех вешается... Говорят колется уже несколько лет... Жена, тоже - стерва полная...

Режет хлеб финкой и закусывает... - Дом здесь купили за лимон или за два - наливой...

Сейчас покупает квартиры и сдаёт богатеньким буратинам - русским. Баксы хорошие крутятся. Недавно перевёл больше лимона на счёт своей фирмы в здешний банк...

Олег - В какой банк?

Иван - В Барклай...

Алексей - Охрана есть?

Иван - Ребята говорили, что здесь пока никого нет. Жадный! И баба его - одного поля ягода.

Олег - Я таких знаю. В России от братвы откупаются, а здесь думают не достанем... Чуть подожмём пидара, сразу начнёт колоться. На коленях будет ползать, чтобы не кончили... Дочку свою заложит, лишь бы жить...

Алексей - Здешний адрес знаешь?

Иван - Адрес есть. Это где-то в пригороде, в Хампстеде... Говорят тихое место...

Олег - Это и хорошо. Меньше свидетелей...

Алексей - Ну, что будем делать , Олег? С чего начнём?

Олег - Думаю, пусть Ванёк за домом посмотрит аккуратненько. Входы, выходы, собаки, обслуга. Когда приходит, когда уходит... Думаю тянуть не будем. Дня через два и возьмём...

Бабу пугнём ножичком, чтобы знала, что не лохи. А Доктора - он ведь так себя здесь называет, - мы по балде настучим ещё в его доме. Чтобы знал, что кончать будем, если что! Потом сюда везём и уже здесь будем его колоть...

Жену и дочку предупредим, что чуть стукнут кому - тут же Доктора кончим, а потом на них переключимся...

Алексей - А когда поедем место смотреть?

Олег - Вот сегодня и двинем. Как стемнеет... Ванёк машину поведёт. Я вижу, что он мало пил...

Алексей - Эх! Хорошо бы правильных тёлок на ночь пристегнуть...

Олег - Потом, потом! Всё будет... Думаю, что сейчас лучше поспать. А потом сходим в какой-нибудь паб , похаваем и пивка чуть выпьем... А с завтрашнего дня - сухой закон... (Берёт свою куртку и уходит в другую комнату...)

Алексей и Иван сидят за столом.

Алексей - Ну ты Иван расскажи, как там братва поживает?

Иван - Новости конечно есть! Недавно Рыжего кончили в пивбаре. Ну ты знаешь, где он обычно сидел по вечерам...

Зашёл какой-то мочила и расстрелял в упор... А потом спокойно вышел...

Алексей - Ну, нифига себе! Кому это Рыжий дорожку перебежал...

Иван - Да видно есть такие...

Сцена затемняется... Занавес...


Дом Аганбегяна... Вечер... Майкл ходит в пижаме по гостиной.

Майкл - Сколько раз ей говорил - уходишь куда, звони. Здесь конечно не Москва, но всё-таки... Вчера ребята с Стальзавода зонили. Говорят Рыжего замочили. Значит подвижки начались. Здесь пока тихо, но кто его знает...

Элла злым голосом - Ну что она, курва, себе позволяет? Если бы я с ней телохранителя отправила, то была бы спокойна... А так наберётся на дискотеке, а потом с какими-нибудь бандитами свяжется. Затащат куда и всей командой её трахнут...

Майкл - Ну с этим здесь все спокойно, это не Россия... Садится на диван и читает газету. Звонок в дверь...

Элла - Ну я ей, суке сейчас покажу! Пьяная небось. Иначе бы не звонила. Ведь свой ключ есть!

Майкл - Сиди здесь! Я сам открою... (Выходит в прихожую) Стук , крики... Вбегает Майкл Кровь течёт из головы... Следом входят Олег и Алексей...

Олег - Живо сучара одевайся!

Элла кричит - Вы кто такие?! Караул!!!

Олег Алексею - Заткни её!..

Алексей бьёт Эллу по щеке, потом второй раз. - Заткнись , сука старая!

Достаёт финку, хватает Эллу за волосы, заламывает голову и проводит по горлу. Появляется кровь...

Элла падает на колени... - Только не убивайте!!!

Майкл кричит - Прошу! Не надо! Я сделаю всё, что захотите!

Олег - Заткнись гнида! Одевайся! Шнеллер! Шнеллер! (Смеётся...)

Алексей - А ты курва старая, будешь молчать как в гробу. О нас никому ни слова. Муж внезапно уехал в командировку... Поняла? Показывает финку...

Звонок в дверь...

Олег достаёт из куртки пистолет - Кто это!...

Элла плачет - Это дочка, Сонька... Задержалась...

Олег Алексею - Открой и сразу объясни ей в коридоре, что происходит... (Обращаясь к Майклу) А ты, сучара, квикли, квикли!..

В коридоре слышен крик Соньки - Да кто ты?.. Папа! Мама! Потом возня в коридоре и тишина... Через некоторое время, Алексей вталкивает Соньку в комнату. Блузка разорвана. Юбка наполовину задрана. Она сильно пьяна...

Сонька поправляя одежду - А как тебя зовут? (Обращаясь к Алексею...) Ты мне нравишься... Знаешь как с девушками обращаться...

Олег - Заткнись сучка! (Обращаясь к Алексею) Уходим!

Говорит Элле - Доктора сразу кончим, если объявите... Но и до вас доберёмся...

Бьёт Майкла по голове - Пошёл, пошёл! (Уводят Майкла)

Сцена затемняется...


... Снова квартира бандитов, в которой две комнаты и кухня В одной, сидит привязанный к креслу, Майкл... В другой - Бандиты... Пьют и закусывают...


Олег - Значит так! Выбиваем из него подпись! Сейчас пусть посидит подождёт. Кормить раз в день - он доктор, выдержит. (Смеётся) Доктору говорим, что проверяем документы - где деньги держит. На третий день, Ванек при нём говорит о счёте в банке Барклай и начинаем лупить. Пусть звонит своим и узнаёт, что - как. Потом, если он подпишет, идём получать деньги... С него ещё много можно выкачать. Если нет - кончаем с ним и уезжаем. Труп бросаем в реку...

Но думаю, что он расколется и готов уже хоть сейчас, но не будем спешить... Подождем и посмотрим. Если в полицию заложили, то сразу будет видно...

Алексей - А может девочек сегодня...

Олег - Заткнись Боксёр! Завтра и до конца сухой закон.

...В Барклай пойду я... Ванёк в машине. Ты Майкла сторожишь и сечёшь поляну...

Алексей - Нет проблем...

Олег - А сейчас по последней и спать...

Выпивают...

Олег - Эх, Ванёк! Ты в деле первый раз, а я уже и не помню, когда впервые... Как говорят - На нашей работе- год за три... (Длинная пауза)

- У меня ведь семья в Питере. Жена, девочка и мальчик. Ждут... А ведь могут и не дождаться... Много уже наших полегло... (Закуривает. Спички ломаются... Гаснут...) Я ведь в спецназе служил. Был отличником по боевой и так далее... А на гражданку ушёл - в ментовку попал. Так получилось , что первого жмура, я там ещё сделал. Какой-то отморозок ребёнка захватил... Когда мы ломанулись, он стрелять начал, ну я его очередью и прошил, так что почти надвое перерезал... Как вспомню, так тошно становится. Может какой молодой и меня так же кончит?!

Олег наливает себе ещё водки и выпивает... Алексей и Иван слушают молча...

Олег - Потом из органов погнали - одного Сынка хотели пугнуть, чтобы долги людям отдал. У меня в деревне, у бабки держали ... А Спецназ атаку устроил... Кто-то заложил...

На лапу следователю дали - выкрутился. Но из ментовки погнали. После, пошёл охранником в бар... Семья к тому времени появилась. Дети есть, пить хотят. Квартиры нет - у тёщи живём... А эти суки наоткрывали фирм - дочек, денежки качают и в ус не дуют. А когда наворуют, в Англию или в Германию линяют.

Вот я и спрашиваю - почему им всё можно, а мне их потрясти нельзя?! И начал я этих хомяков жучить...

Алексей - А я тренером работал в школе, после физкультурного техникума. Я же мастером был, дзюдоистом... Даже нашего будущего президента на спаррингах видел. Хотя он постарше намного был... Потом начал протестовать: Вижу директор ворует, а зав РОНО его прикрывает... А нам зарплату урезали и ту, не вовремя выдают... Получается, я пашу, а директорский сынок, уже вторую машинку прикупил...

Привязалась директорша ко мне с учебными планами. Я из пацанов мастеров делаю, а она - "Давай планы!" Ну и послал я их подальше... Чиновники сейчас в России самые подлые твари. У бандитов закон - переступил, сделал за падло - заплати по полной... А эти шавки воруют, страну разваливают и не за что не отвечают... Суки!!! Круговую поруку устроили!

Олег - Ладно братва! Кончай бодягу! Ванёк, мы поспим, а ты посиди, Доктора посторожи... Мы тебя под утро сменим. Я с ним хочу часов в пять утра побеседовать... (Ложатся в комнате) Иван открывает двери. Смотрит на дремлющего Майкла ...

Сцена затемняется....

Та же квартира...Утро... Олег будит Майкла...

Олег - Эй! Доктор! Вставай!.. Да проснись ты! (Бьёт его по щеке. Майкл стонет и просыпается)

Майкл - Только не бейте, ребята!

Олег садится рядом на стул... - Нашёл ребят, сучара! Давай - ка побеседуем, Доктор... Расскажи, как и сколько ты денежек нахапал. Ты ведь понимаешь, что мы уже о тебе многое знаем и не отпустим, пока ты не поделишься. Ты сам всё расскажи, а я, если ты будешь нас "лечить", я тебе по башке надаю... (Бьёт ладонью по губам. У Майкла начинает капать кровь изо рта). Давай сучара колись, всё как на духу выкладывай!

Майкл дрожа от страха - Я врач. Начал заниматься диетами тридцать лет назад. Выпустил книгу...

Олег - Ты мне баки не забивай про диеты. Ты про железо расскажи...

Майкл - В 1991 году, открыли в Челябинске, на пару с дружком фирму. У него знакомые были в правительстве... Стали продавать железо на Запад, через Прибалтику... Работали с утра до вечера. Мотались между Челябой и Клайпедой по два раза в неделю. Появились и денежки. Мы делились тогда со всеми. Половину на комбинате оставляли, половина нам оставалась... Открыли офис в Москве на Смоленской площади. За всё надо платить: сотрудникам, аренду, охране...

Олег - Ну и где сейчас тот твой компаньон? Только правду говори. А то убьём как собаку и в реку бросим... Где он сейчас...

Майкл - Его... Его убили пять лет назад... Зарезали прямо в квартире, утром... Его и жену... Детей у них не было. Я тогда на другой день уехал в Германию. А потом продал фирму по дешёвке и сюда перебрался...

Олег - За сколько продал? Не лечи...

Майкл - За пятнадцать лимонов зелёными...

Олег - Дом этот когда купил?..

Майкл - Три года назад. Когда здесь фирму сделал.

Олег - Диетную фирму?

Майкл - Нет. По трудоустройству русских и ещё квартиры покупаю, делаю ремонт и продаю...

Олег - Ну и как дела идут?

Майкл - Вы же знаете... Первые два года только затраты...

Олег - За дом сколько заплатил?..

Майкл -Три лимона. Пришлось занимать...

Олег - Ну-ну. Не прибедняйся! Но вернёмся чуть назад... Как фирму - то открыли в России?

Майкл - Я говорил уже, что друг мой был свой человек в Кремле. Рассказывал, что Зельцина на "броневик" подсаживал, когда тот во время путча, перед народом выступал... Ну он вообще был деловой, шустрый такой - тому дал, другому, этому жене подарок сделал... А много ли тогда надо было людям. Изголодались все... Зато и получил право фирму открыть. У меня тогда тоже было немного накоплено.

Олег - Вы демократы значит были. А старики тогда с голоду мерли. Вы, сучары, тогда не стесняясь, народное добро делили... Ты и твой дружок небось и коммуняками были?

Майкл - Ну, а как тогда без этого было жить?

Олег - Твой друган деловой был... За это и зарезали, что через меру стал хапать и делиться с братками не захотел...

Встаёт, наливает воды и пьёт, потом снова садится - Тебя тоже это ждёт если не поделишься...

И жену и дочку твою стервозную пришьём. Чтобы наследство некому было получать... (Смеётся)

Входит Алексей - Может дочку сюда привезём? Она думаю не против будет. Троечку составим... С пол оборота заводиться...

Олег - Ладно. Об этом позже будем говорить... Своди его в туалет, да рожу пусть умоет..

(Уходит... Алексей развязывает руки Майклу и толкая, ведёт в туалет...)


Сцена затемняется. Занавес...


Действие третье.


Пресс-конференция Французова. (Тот позёвывая, сидит перед корреспондентами за столом. Заметив Мурзина...) - И вы Никита, сюда, в президиум...

Мурзин - Ну что вы? Мне ведь надо вам вопросы задавать... Я уж потом, если понадобиться.

Французов - Ну конечно понадобится... (Оглядывает зал) Ну что господа? Начнём... (встаёт) Я скажу несколько слов, а потом уже вопросы...

Французов - Господа! Вы уже знаете, что наша партия в России с каждым годом пользуется всё большим успехом. На прошлых парламентских выборах мы вошли в Думу и сегодня в коалиции составляем большинство в ней. Коммунисты и аграрии потеснились и в парламентских комитетах. Надеюсь, все понимают, что коммунизм рухнул в нашей стране навсегда...

Принято уже несколько законопроектов в нашей редакции: в частности ключевой закон для нашей страны, о купле продаже земли. Налоговый кодекс и ещё несколько важнейших законов на подходе. Во время выборов в Думу , здесь в Лондоне , за нашу партию проголосовало подавляющее большинство избирателей. Поэтому мы решили здесь, открыть отделение нашей партии. Что бы ещё успешнее работать с соотечественниками за рубежом...

Вот вкратце о ситуации. Думаю, что в начале несколько вопросов а потом выборы руководящего состава отделения...


Первый журналист - Политический обозреватель газеты "Известия" Павел Крымов...

- Последнее время, члены американского конгресса и даже министр иностранных дел говорят везде о том , что они, то есть американцы, выиграли мировую войну, победили коммунизм в СССР. А по вашему получается, что СССР рухнул сам по себе. Что по этому поводу думает руководство вашей партии?

Французов - Думаю, что режим уже сгнил и американцы просто помогли ему упасть. Ни для кого не секрет, что в холодной войне победили американцы...И вообще я думаю, что социализм не жизнеспособен, и это тоже факт...

Крымов - Ну а как же Китай?

Французов. - Давайте говорить о России и нашей партии...

Никита Мурзин - Через два года состоятся президентские выборы в России. Не хотели бы вы выдвинуть свою кандидатуру в президенты?..

Французов улыбается. - Я не хотел бы отвечать на этот вопрос, но могу только сказать, что политсовет партии решит, что делать и кого выдвинуть...

Летов встаёт - Уважаемый Семён Михайлович! Вы не ответили уже на два вопроса, но я хочу задать очень лёгкий, который интересует всех членов вашей партии...

Французов морщится - Ну давайте, давайте ваш вопрос...

Летов - В каких отношениях вы с партией Березина "Либеральное единство" и как вы расцениваете уход из вашей партии пяти видных парламентариев в партию Березина? При этом, один из них говорил с разочарованием, о превращении вашей партии в партию вождистского типа...

Французов - Я не буду комментировать этих заявлений, но хочу сказать, что у нас демократия и кто хочет, тот уходит. Это нормально...

Марк Долл. Корреспондент газеты "Таймс" - Семён Михайлович! Я в Москве слышал анекдот-каламбур: "Демократы за эти десять с небольшим лет обогатились и сейчас сделались правыми". Для нас , на Западе, иногда непонятны метаморфозы, которые происходят с названиями партий в России...Вы долгое время были правящей партией и называли себя демократами, а потом вдруг сразу поправели... Партия Мериновского, называется почему то либеральной. Тут, что принцип, кто раньше выкрикнет?

Французов - Ну что тут особенного? Во Франции есть Ширак и он тоже правый. Но есть и Ле Пенн - он ультра правый. Вот и у нас, несмотря на название, Мериновский - ультра- правый...

Долл - Я ещё хочу тогда спросить, Во Франции, Ширак и Ле Пенн - враги. А ваша партия иногда входит в коалицию с Мериновским. Как это возможно... Вы действительно считаете, что "Париж стоит обедни..."?

Французов - Партия так решила и я подчинился. Это политика. И потом, Россия это ведь не Франция...

- Ну наверное хватит неприятных вопросов. Давайте перейдём к выборам в руководящие органы отделения нашей партии, здесь, в Лондоне.

Кто-то быстро встаёт и предлагает. - Я предлагаю в сопредседатели Никиту Мурзина, корреспондента Лондонского Вестника".

Французов - Есть ещё кандидатуры? Нет? Тогда голосуем...

Все поднимают руки...

Французов - Такого безоговорочного успеха никто и в России не имеет...Ну Никита, давайте в президиум. Большая партийная работа для вас началась. Привыкайте к президиумам... (Смеётся. Встаёт и аплодирует. Все подхватывают аплодисменты) - Ну вам слово...

Мурзин. - Мы с вами живём в переломную эпоху. Диктатуры падают, демократии побеждают. Борьба эта сегодня приняла необратимый характер. Рано или поздно, наша партия станет во главе России и осуществит политические реформы, которые вернут Россию в братство европейских народов. Думаю наше отделение будет форпостом российской демократии за границей и поможет объединить Россию со всем миром. Вы знаете, что Россия пока не является демократической страной, с демократическим правительством. Совсем недавно закрыли последний независимый телевизионный канал. Господин Березин, вынужден был уехать за границу. Многие уважаемые и богатые люди уехали вслед за ним...

Но я думаю, демократию не остановить! Победа будет за нами!

Жидкие аплодисменты...

Мурзин. - А теперь господа, небольшой фуршет.

Все встают и идут к столу с бутылками и закусками...

Крымов и Долл выходят на край сцены с бокалами в руках...

Крымов - Французов совсем недавно стал лидером партии, а уже не желает отвечать на острые вопросы. Вам не кажется, что он зачастил в Лондон. Мне Калягин сказал, что их партийная касса здесь, в Натвесте и в Барклае... Не знаю насколько этому можно верить?!.

Долл - Напрасно они так доверяют лондонским банкирам. Я думаю, что вслед скандальным банкротствам в Америке, дойдёт очередь и до Англии. Ситуация здесь не так хороша, как понимает её Мурзин. Может быть идеи коммунизма потерпели поражение сегодня, но ведь Китай спрятать нельзя, даже если этого очень хотеть...

Конечно Англия, да и Америка сегодня так богаты, что будут разрушаться медленно. Но одно очевидно: там, где деньги становятся главной ценностью, там всё рушится внезапно и страшно. Вспомните падение Золотой Орды. Она исчезла незаметно, в двадцать, тридцать лет. Рассосалась- как русские говорят. И историки утверждают, что причиной стала всеобщая продажность, воцарившаяся в Орде... Я ведь в Кембридже историю Древнего Востока изучал Судя по всему, тот же Французов не понимает, как опасно ставить только деньги, только экономику во главу угла. Ведь главная сила подлинной демократии сегодня - это христианские корни современной культуры. Если бы в основании экономики на Западе была только личная выгода, то уже наверное давно, на Земле никого не было в живых...

Христос и прямо и метафизически присутствует в мире... И это очевидно для верующих, которых всё-таки большинство на Западе. Если они прямо не веруют, хотя и таких много, то они через культуру усваивают христианские ценности...Судя по всему, Французов многого здесь в Англии не понимает. И потому капитализм в России так страшен, что люди живут или стараются прожить без Бога, только с деньгами...

Я слышал в России, как псевдо интеллигенция, её Солженицын назвал "образованщиной", пыталась оправдать взятки и воровство тем, что им государство мало платит. И потому они считают и воровство и взятки законными. Не знаю, чего тут больше - цинизма или глупости...

Крымов - Я с вами согласен... В своё время я пытался протестовать против отпускания цен...

Даже не экономисту было понятно, что свободные цены в стране, где у людей в душах нет Бога приведут к краху экономики и развалу власти. В итоге Россия превратилась в бандитское государство, а "демократы- либералы, возглавили этот процесс. Они просто подменили понятия, называя капитализмом, грабёж народа и страны...

Рассказывают, что Зельцин, который был не меньшим диктатором, чем Пиночет, побаивался теорий, которых не может понять. Говорят, что этим его и взял Хайдар... Он, Зельцин, как все неучи, очень уважает наукообразные теории. Вот Хайдар и воспользовался этим, а потом, "случайно" разрушил экономику и выпустил джина человеческого эгоизма из бутылки. А это я понимаю, как воцарение греха и если перестать с ним бороться, тогда всё разваливается и люди звереют...Кстати Хайдар сегодня сопредседатель Французова по партии....

Другая бы страна при таких разрушениях и потерях давно перестала существовать, а Россия живёт и сдаётся мне, что она снова будет на коне, если... к власти вновь не придут эти фарисеи -Французов и его команда...

Долл - Я с вами во многом тоже согласен... Думаю, что церковь должна принять участие в возрождении чести и совести в России. Иначе все сами себя съедят, желая сделать лучше только свою личную жизнь...

И тогда, может быть мы, лет эдак через двадцать, начнём уезжать из благословенной старой Англии в Новую Россию... (Смеётся невесело).


Затемнение. Занавес...


Квартира бандитов. Следующее утро...Майкл по-прежнему привязан к креслу. В другой комнате бандиты разговаривают...

Олег - Клиент созрел. Я потребую подписи... Ты Ванёк, садись в джип и скачи туда, к дому. Разведай, что и как. Я скажу, чтобы Доктор позвонил туда ровно в шесть. А ты посмотри кругом в это время. Если там сыскари, то они засуетятся. Бумагу он так и так подпишет - доверенность на наливу или чек - это не так важно. Если всё будет тип-топ, завтра мы ломанёмся в банк и получим денежку. Фирма у него в доме прописана, а здесь уже все знают, что русские расплачиваются крупной наливой... Если что, будем воевать и отрываться. Но сдаётся мне, что у него где-то заначка ещё есть. И поэтому они не будут шум поднимать... Но чуть что, убираем его и уходим...

Иван - Я уехал! Туда около получаса езды... Ну минут пятнадцать на подход. Заодно хвоста посмотрю... Сейчас на улицах пусто...

Олег - Лады. Ждём твоего звонка по мобилу. (Иванов уходит)

Проходит около часа...Олег смотрит на часы. - Мы сейчас разыграем сцену. Как учили. Ты Боксёр будешь садистом, а я - разумником...

Алексей - Понял шев! Бу сделано! (Смеётся.) Входит в другую комнату. Кричит на Майкла - Ну Сучара!!! Братана замели. По твоей наводке , ишак! На улице остановили, но он успел знак подать! Бьёт Майкла по голове, пинает ногой, потом достаёт финку... Майкл кричит... Вбегает Олег.

Олег кричит - Ты чё, Боксёр? Съехал! Он же звонил своей жене, просил не заявлять!

Алексей размахивает финкой. - Да ты чё, Вишня! Нашёл кому верить... Земелю замели. Я его буду сейчас кончать, сучару!

Олег хватает Алексея за руку и ломает её. Тот приёмом бросает Олега на диван...Вишня выхватывает пистолет, взводит его ...Кричит - Остынь Боксёр. В угол, говорю! В угол! И слушай! Я сейчас проверю... Пусть он (показывает на Майкла), звонит домой. А ты слушай в соседней комнате. И если тебе покажется, что он врёт, то мы тогда решим! (Даёт трубку Майклу) Давай, звони!

Майкл набирает номер... Элла! Это я... Я скоро приеду. Только никому не говори! Умоляю тебя! Делайте всё как я скажу...

Отдаёт трубку Олегу и плачет...

Олег входящему Алексею - Ну что? - Ты слышал? Думаю когда мы получим деньги , мы его сами домой отвезём... Мы не убийцы, мы честные бандиты... (Смеётся)

Алексей - Я буду сидеть здесь, когда вы деньги пойдёте получать и если что не так, я его сразу буду кончать, сучару...

Олег - А теперь Доктор, вот. Пиши чек и доверенность на получение наливы в твоём банке. Да смотри, не ошибись. Времени у нас ещё вагон...

Алексей ходит по комнате с финкой в руках. Потом вдруг ударяет ножом по занавеске. Слышен треск разрезаемой ткани...

Олег - Боксёр! Выйди в ту комнату. Ну я тебя прошу. А то Доктор ошибок наделает!

Алексей недовольно ворчит , но выходит...

А теперь пиши на моё имя... (Диктует) Кравцов Николай Васильевич, паспорт номер ... Майкл пишет... Потом отдаёт бумагу Вишне. Тот внимательно читает...

Олег - Ладно, я ещё проверю со своим адвокатом. Но если что, твоим родичам не жить. Ну а тебя живьём Боксёру скормлю... (Кричит) - Боксёр! Своди его в туалет и помыться. Но не тронь. Я тебя знаю!..

Звонок по телефону... Олег снимает трубку и слушает насторожённо. Потом улыбаясь говорит - Понял. Тихо говоришь...Никого не видно? Лады. Возвращайся тогда...


Сцена затемняется. Занавес...


Форум... Последнее заседание... Французов, Березин, Угаров, Министр развития, Крымов, Мурзин, Долл, Тодоровский, Салацкий и другие...

Тодоровский - молодой нефтяной магнат, выходит на трибуну.

Тодоровский. - Я выступаю в последний день Форума и последним. Поэтому коротко о главном. Я согласен с предыдущим оратором, что социализм рухнул, потому, что нежизнеспособен... А мы вот уже десять лет строим новую систему и успешно это делаем. Моё поколение помнит маразм восьмидесятых. Когда страна была сверхдержавой, а в магазинах не было ни продуктов ни промышленных товаров. И в то же время, парт номенклатура с жиру бесилась. С той поры многое переменилось. Однако система правоохраны, осталась прежней. Они охраняют только государственную собственность, которая сегодня, всего лишь один из крупных собственников в стране. Поэтому защита собственности банков, акционерных компаний и обществ, прямая обязанность и милиции и ФСБ. Ведь мы даём большие деньги в бюджет страны, как налогоплательщики, в том числе и на оплату этих органов....

Другой конфликт можно назвать конфликтом поколений. Страна, в которой права личности не защищены, жить трудно и часто опасно. Поэтому, многие молодые и талантливые уезжают за рубеж. Например в Нью - Йорке сегодня живут около миллиона русских из которых, большинство приехало за последние десять лет. Государство здесь терпит невосполнимые потери...Я уверен - реформы органов назрели...

Первое - надо, чтобы каждый человек в органах знал и уважал конституцию...

Второе - за счёт сокращения штатов в госаппарате, надо повысить зарплату оставшимся. Тогда каждый подумает, прежде чем брать взятку...

Третье - Нужно перестроить тюремную систему, которая калечит, вместо того, чтобы исправлять...

И четвёртое... Надо вводить профессиональную армию. Тогда молодые люди будут выбирать и пойдут на производство. Такая реформа станет важной вехой преобразования страны...

Аплодисменты...

Крымов и Долл отходят на авансцену...

Крымов - Ох уж мне эти молодые олигархи. Они видят соринку в чужом глазу, а в своём, бревна не замечают. И ведь многие из них прошли школу, комсомольского лицемерия, и потому, они сегодня самые страшные для России люди. У них нет никаких принципов и потому они утаскивая из страны миллиарды, награбленные мошенническими способами, будут добиваться, защиты своих прав на награбленное добро, будут говорить о недостатках государства, которые обусловлены в первую очередь их безнаказанностью и бессовестностью...

Тодоровский из таких. Он типичный фарисей - лицемер, против которых так яростно восставал Иисус Христос... Французов в политике, а Тодоровский в бизнесе, представители русского либерализма, которых ещё Достоевский называл лакеями западной мысли... Жутко подумать, что могут натворить эти лакеи придя к власти... Сегодняшний разгром России - это подтверждение пророчеств Христа...


Форум закрывается...

Угаров - Мы как организаторы Форума, благодарим всех присутствовавших за участие. Министр развития рассказал нам о стратегии и тактике правительства на ближайшие годы. Оказывается, сам президент сказал о Форуме: "Там мы будем представлять Россию, её экономику и это будет, как выставка наших достижений". (Все дружно аплодируют)

Министр развития - Я хочу поблагодарить всех участников и поздравить с очевидным успехом Форума... За цифрами, когда они касаются людей, всегда стоят реальные жизни... Надеюсь, что через год мы можем убедиться, что жизнь в России стала реально лучше... (Аплодисменты)

Французов - Тут уже всё хорошее было сказано и потому я присоединяюсь и позвольте Форум считать завершенным!

Хлопает в ладоши и все начинают аплодировать...

Французов - И последнее... В соседнем зале будет небольшой банкет для участников и журналистов... (Смеётся) Поздравляю!

Все в соседнем зале пьют шампанское и закусывают...


Французов выходит на авансцену с бокалом. Вдруг к нему подходит официант и что - то шепчет, Французов с недовольным лицом выходит в служебное помещение. Там его ждёт Сонька...

Сонька - Семён Михайлович! Спасите моего отца! Его вчера русские бандиты увезли неизвестно куда... Вы всё можете... Я читала, что вы с баронессой Тэтчер встречались, здесь... Сделайте что-нибудь, умоляю вас!!!

Французов отстраняет её руки - Милочка! Но что же я могу сделать? Это ведь Лондон, не Москва...Здесь газетчики, как псы накинутся и тогда скандал... Вы же понимаете, что это дело полиции , а не политиков... И потом я вашего отца мало знаю. Да, я был у вас в гостях... Но ведь я политик. Мне надо знать, как люди живут! И потом я сегодня уезжаю... Нет! Нет! Прощайте...

Французов уходит поспешно. Подходит охранник Французова и уводит Соньку...

Крымов и Долл... На авансцене...

Долл - Что-то я не очень верю в процветание России. Как разворовывали страну, так производство падало по двадцать- тридцать процентов в год, а как строить - так на два- три процента прирост обещают. И потом, эти проценты пойду в карманы новых русских во главе с олигархами... Тому же Тодоровскому... А он на них, здесь в Англии, купит себе дом миллиончиков за двадцать и какую-нибудь яхту миллиончиков за тридцать... Главные олигархи уже подкопили денежек и им сейчас власть подавай, чтобы народом управлять , а не только компанией. Говорят Березин, просто перекупил этих пятерых из Французовой партии....

Крымов - Тут в Лондоне появился этот перебежчик очередной из ФСБ - Калягин...Он говорит, что ему в ФСБ поручили убить Березина, а он не захотел убивать... Тут интрига Березиным закручена. Это своеобразный Остап Бендер в сегодняшней российской политике. Он фантазирует, как фонтан - неостановимо. Фильму сделал в Голландии о том, что ФСБ взрывало дома в Москве и Волгодонске. Говорит, что Президент падёт в конце этого года...

Долл - Я в России уже полгода не был. Но каждый приезд вижу, что богатые всё богаче, а бедные беднее. И я знаю, что многие уже недовольны президентом. Молодёжь всё видит и бунтует. А бритоголовые чёрных бьют. Так в Германии было, когда Гитлер понял, что на волне недовольства западной политикой, можно народ науськать на евреев и коммунистов... Но главное - сумма зла в России начинает зашкаливать... Тут и война и кровь в Чечне, тут и обнищание и обезбожение, безыдейность народа, бандиты, взятки...

Крымов - Слушайте Долл! Откуда вы всё это знаете. Обычно западные корреспонденты ничего в российских делах не понимают, а только твердят как попугаи: Демократия! Демократия!...

У вас наверное в Москве мудрец - советник появился...

Долл - Нет! Я просто люблю Россию и стараюсь больше говорить с простыми людьми...

Потому что наверху все врут привычно и скучно. Вот как сегодня Французов. Ему же чем хуже в России , тем лучше для него. Он же к власти рвётся. Типичный образованец. Научился болтать языком. А внутри пустота. Вот он и делает свою карьеру на неудачах и горе людей. Как ворона каркает - А я что вам говорил? ...У меня впечатление, что у него на душе хорошо, только если в России что-то что страшное случается. Тогда он на виду. К нему все западные журналисты бегут за комментариями. Он для них свой. Вот он и отрабатывает, старается...

А народ жестокую , но правду говорит... Недаром же у русских поговорка есть "На всякого мудреца - довольно простоты"...

Крымов - А Тодоровский - это новое поколение олигархов и уж он -то будет к власти пробираться точно... Им уже денег одних мало... Надо как в Южной Америке - деньги и власть. Они ведь все начинали из "грязи", Кто-то библиями приторговывал, которые бесплатно, в виде гуманитарной помощи приходили, кто-то цветами торговал...Во власти они начали с того, что Зельцина из "низа" вытащили в 1996 году. А потом, как плату за услуги стали своих людей во власть проталкивать. Теперь они хотят переделать законы под себя, защищая награбленное...

Если в семнадцатом году грабили меньшинство от имени подавляющего большинства, то сегодня контрреволюционеры грабят от лица подавляющего меньшинства... Тут никакие законы не помогут. Рано или поздно вспыхнет русский жестокий и безжалостный бунт...

Долл - Да я знаю, что многие из них бывшие комсомольцы. Они предали своё прошлое и потому люто ненавидят тех, кого предали... Это психология... Об этом феномене ещё Достоевский говорил... Они лгали тогда, при коммуняках, но лгут и сейчас. Ложь - это привычное состояние их души... Они попирают все законы и прежде всего христианские: не убий, не укради, не клянись... Поэтому их идеология агрессивно антихристианская. Они - новые фарисеи, которые раз за разом предают Христа... Страшные люди!

Крымов - А вы оратор. Вас бы в нашу Думу! (Смеётся)Но если серьёзно, то я с вами согласен. Тодоровский всерьёз вообразил, что он, вместо монастыря, где разбойники на Руси грехи замаливали, может стать президентом... Такова тактика бывших комсомольцев. Они ведь злостные атеисты были и есть. Их главный принцип - полный нравственный беспредел, когда добро и зло, благодаря либеральной болтовне, смешивается в одну кучу. Часто ведь это делается бессознательно. Инстинкт выживания срабатывает. А в этой куче потом пойди разберись, что правда , а что ложь... Ну а что Долл , вы о Березине думаете?

Долл - Березин это вечный русский тип... Точнее тип русского еврея. Если бы он на сто с лишним лет раньше родился он может быть стал бы известным революционером... Это такой "энергетический тип", как сегодня говорят. А может быть - это реинкарнация Льва Давидовича Троцкого. Характеры уж очень похожи да и психология та же. Некая форма эгоистического альтруизма. Но в этом смысле, все политики похожи. Конечно человек он незаурядный. Но тут , очень важно, куда эти дарования направлены... Интересно перед смертью будет он каяться?

Крымов - Ну с вами очень занимательно говорить... Однако, надо пойти чего-нибудь перекусить. "С утра не емши" - Смеётся. Уходят...


На их место приходят Французов и Березин.


Французов - Хорошо, что вы Абрам Борисович понимаете значение тактики и стратегии в политике. Вот например, сегодня нам очень важно, что олигархи на нашей стороне...

Если победят красно-коричневые, то демократии в России конец, а олигархов, повесят на берё... на деревьях повесят, как в революцию буржуинов вешали, а деньги и банки у них отнимут. Поэтому вы за нас сегодня. И деньги потому даёте. Если коммунисты вернуться к власти, то нам и вам припомнят и расстрел Белого Дома , и приватизацию, и закон о земле...

Так что нам теперь нельзя расставаться... А вместе вы и мы - большая сила. Да и Запад нас поддерживает небескорыстно...Россия это такой громадный, неосвоенный рынок...

Березин. - Если б вы знали, как я хочу в Россию?! Кто я здесь? Богатый русский еврей! Меня здесь никто не знает.

Французов - Ну, вы скромничаете...

Березин не слушает - А там я был известен, меня каждая собака знала... Таких как я здесь тысячи, а там я был королём. Меня не любили но уважали. Даже мои враги. А здесь любой полицейский меня в кутузку может отправить за превышение скорости... Недавно в театре был с молодой женой. Так капельдинер заставил пересесть на свои места, через ряд... И пересел. Не будешь же ему объяснять, кто я такой был в России...Иногда я очень хорошо понимаю, что чувствовал Троцкий в Мексике. В изгнании...

Французов - Да! Если бы не Запад, то в России давно бы уже всё назад вернулось. Народ нас ненавидит... Так наверное рабы, в древнем Риме, ненавидели свих господ. Америка нас поддерживает и сейчас они Россию не боятся. Но если коммунисты вернуться, то Америке придётся на Россию оглядываться. Они и войну в Корее помнят и Вьетнам... В Корее, я недавно читал в историческом журнале, советские лётчики потеряли около трёхсот самолётов, а американцы почти две тысячи. Это соотношение им до сих пор покоя не даёт. Хотя в Афгане они реванш взяли... Но это уже не тот Союз был. Вообще если вглядеться, то они тоже дел наворотили за последние годы. Ведь Аль-Кайда была делом их рук... Но иногда собака больно кусает своего хозяина...

Березин - Я думаю, что нам тоже придётся от Америки уходить. Мне тут один умник свою теорию рассказывал о кризисе Запада. Правдоподобно получается... Но думаю это уже будет тогда , когда нас с вами не будет...

Ну пойдёмте, выпьем что ли, водочки. Плевать на печень. Однова живём!


Уходят...

Калягин и Салацкий, Продолжают беседу в соседней комнате...

Салацкий - Я помню как Зельцын к власти в Москве пришел. Зорба, тогда его хотел использовать против старых поллитр-бюрошников... А потом всё не в ту сторону покатилось. Да и какой Зорба стратег. Ему бы в доме отдыха для парт номенклатуры, директором ресторана служить...

(Смеётся.) Холодная война была проиграна ещё и потому . что система стала на "верхи" дураков беспринципных поднимать. Вот тут вынырнул Зорба а потом и Зельцин. Зельцин и его "семья", в конце, уже по мелочи стали "брать" из казны. Сами брали и другим давали...

Калягин - Американцы по Верховенскому действовали... Помните у Достоевского в "Бесах": "Разврат пустим. Слухи..." Они не смогли силой победить так подлостью достали. А почва уже для этого была готова. Хрущёв начал, а этот болван Зорба докончил. Его американцы, как пешку использовали. "Зорбий, Зорбий!" Вот "Комбайнёр" и клюнул на лесть...Он им Союз без боя сдал. А сейчас возглавил либеральную партию и макароны в Америке рекламирует. Лысая башка...Вот до кого братве надо добраться. Какую страну сгубили... Два сапога - он да Зельцин. Одна школа - бывшие комсомольцы...С другой стороны, Гришин или Романов, тоже не герои - большевики...Как - то так получилось, что носителями великой идеи стали самые посредственные люди. Думаю, что подлинная демократия- это когда выборы, а потом кандидатов представляют совету Умнейших людей страны и тогда уже, выбранный будет оптимальным кандидатом...

Другая комната...Сцена продолжающегося разговора Долла и Крымова...

Крымов - Вот вы Долл, Любите Россию за страдания, за неравнодушие. Но вы кажется и не понимаете, что наряду с этим, столько моральной грязи сейчас в народе... Началось всё с образованцев. Они, повторяя как заклинание , "мы русская интеллигенция", развратились куплей продажей вначале сами , а потом и народ развратили...

Долл - Ну допустим , я знаю в России много настоящих, интеллигентных, культурных, добрых и благородных людей. Вы тут перебарщиваете, мне кажется...

Крымов - Может быть. И я бы рад заблуждаться. Но к сожалению, похоже, что здесь я прав...

Я сам, не москвич, из простой, рабочей семьи. И в Москве, когда я туда попал, мне бросилось в глаза неискреннее отношение к иностранцам. Здесь была какая-то смесь хитрости, пренебрежения, зависти и поклонения пред всем иностранным... Корни тут уходят ещё в эпоху Петра, но главная ложь, конечно в лицеприятии. Принимают иностранцев хорошо, но потом то, "сахар взвешивают" и думают - а что можно с них сорвать. ...

У образованцев был какой-то комплекс, который при иностранцах проявлялся. Они вдруг начинали ненавидеть Союз и постоянно с завистью смотрели на Запад или хотя бы в прошлое. Но самое главное, что они ни настоящего Запада, ни настоящего прошлого и знать не хотели... Мне кажется, что это всё в образованцах от атеизма. От нравственного невежества...

Долл - Да, я знаю эту странность моих русских знакомых. Им почему то казалось всегда, что на Западе люди , как сыр в масле катаются. Мне как раз всегда казалось, что в Союзе жили более осмысленной, неэгоистичной жизнью...

Крымов - Я знал одного русского киношника, очень неглупого, который сделал фильм страшный и правдивый, о расстреле Зельциным Белого дома и назвал удивительно точно: "Время негодяев".

А потом, сделал пропагандистский фильм о Николаевской России и назвал его "Родина, которую мы потеряли". Как в одном человеке уживается это всё вместе?.. И ведь он уверен, что любит Россию. Он, я думаю, просто не хочет понять, что если бы не революция и не гражданская война, то эта бессмысленно жестокая, рабовладельческая монархия, привела бы Россию к аннигиляции. Вспомним Австро - Венгрию...

Долл - Образованцы действительно идеализируют Запад и монархию, и никак не хотят поверить, что христианство- это религия бедных, простых людей... Во всяком случае это было тогда, когда христианство было подлинным. Сегодня, а ещё раньше при Николае, христианство к сожалению во многом стало фарисейством, верой лавочников...

Крымов - и тут я согласен. Сейчас я вижу в России нечто, похожее на Иерусалим, времён Христа... Очень много богатых или чиновных негодяев, которые не верят ни в Бога ни в Чёрта. Есть Золотой телец - деньги и это по их душевной скудости и есть главная цель и смысл жизни...

Они возродили бандитизм и рабство в России и называют это демократией. Они убили и убивают миллионы стариков и детей, и уверяют себя и всех, что они верят в Бога. России, с такими предателями истинной веры ещё предстоит пережить нечто похожее на 70-ые годы от рождения Христова в Иерусалиме, когда он был разрушен римлянами и сравнен с землёй. Придётся заплатить за ложь и лицемерие очередного предательства Христа. Это даже не божья кара, а восстановление человеческой справедливости...

Долл - Ну вы тут нарисовали Новый Апокалипсис... Думаю, что все не так плохо, как вам кажется...

Крымов - Поверите Долл, у меня сердце болит ночами и я спать не могу, когда бываю в Москве. Видеть этих нищих, беспризорных детей в метро и около подвалов - тяжело. Но видеть этих "новых русских", богачей с кастрированной совестью и понимать, что от этих нравственных уродов зависит будущее России - ещё тяжелее. Если бы я был молод сейчас, то наверное, пошёл бы с ними воевать. Но как воевать со всем народом, который не хочет понимать своей ответственности за судьбы своих детей? Поэтому я так мрачно настроен...

Долл - Будем верить в лучшее...

Крымов - Вы Долл, всё таки более русский человек, чем я ...

Дол искренне благодарит - Спасибо, на добром слове...


Сцена затемняется и через некоторое время мы видим ту же комнату, но с другими участниками. Это Французов и Березин. Позже входит Калягин...


Французов продолжая разговор - И вот мы на секретном политсовете решили, что нам, для самозащиты, надо внедрять наших людей в МВД, в дипломатию и даже в ФСБ... Рано или поздно они пригодятся. А энтузиасты есть. Кому не хочется побыть Штирлицем несколько годков? (смеётся)

Французов отхлёбывает шампанское. - Ну а вообще я начал уже уставать от российского беспредела: убийства заказные, война в Чечне... Того и смотри , что меня какой - нибудь шизофреник "закажет". И ведь замочат, рука не дрогнет...

Березин - А вы давайте сюда... В изгнание... "Либеральное единство" собирается, здесь в Лондоне сделать правительство в изгнании, наподобие "теневого кабинета", в английском парламенте...Мы вас сделаем премьером. Опыт у вас есть, как политический, так и административный... Явлинского мы бы не пригласили. А вас с удовольствием...

Соглашайтесь и я вам особнячок , для заседаний правительства подарю. У меня тут есть знакомый, который дома покупает и продает...И вам домик, по символической цене сделаем...

Французов меняет тему - Я начинаю догадываться, кто этот знакомый... Если это Майкл, то я только что узнал, что его русские бандиты похитили и требуют выкуп!

Березин - Не может быть! Я проверю... Человек нужный нам здесь... И всё-таки... Как насчёт невозвращенства?!

Французов - Надо подумать... Я вижу - идеи либерализма живут и побеждают...(Смеётся. Допивает шампанское.) - Ну я ушел. Мне ещё надо поработать... Уходит... Входит Калягин. Вы Абрам Борисович хотели меня видеть?

Березин. Пётр! Есть срочное дело... Надо узнать где и что с Майклом Аганбегяном... Мне только что Французов сказал, что его похитили и хотят выкуп получить.

Калягин - Бандюки?

Березин - Да, русские... У вас же наверняка связи остались. Вознаграждение гарантировано... (Смеётся).

Калягин - Хорошо. Я сейчас же займусь... (Уходят. Сцена затемняется...)


Действие четвёртое.


Бандитская квартира. Алексей ходит по комнате. Говорит Майклу, привязанному к стулу...

- Ты молись гнида. Чтобы всё хорошо прошло. Бьёт его по щеке...

Звонок по телефону. Алексей настороженно берёт трубку, слушает. Потом радостно кричит:

- Лады, Вишня. Я жду и закусь готовлю!

Проходит мимо Майкла на кухню - Ну твоё счастье сучара! Всё вроде обошлось!

Через некоторое время...

Звонок в дверь... Алексей проходя через комнату - Что они от радости о своих ключах забыли? Или уже поддатые? Дверь в коридоре открывается. Слышен шум борьбы и хлопки выстрелов. Спустя мгновение входят двое, втаскивают тело Алексея и бросают в угол. Появляется Калягин. Говорит: - Пока всё идёт по плану. Вишня и Ванёк вот-вот должны появиться с денежками...

Майкл кричит в своей комнате - Что случилось!

Калягин входит - Привет Майкл... (Вздыхает) Как они вас! Потерпите немного и вы будете свободны. Березин попросил меня заняться вашим делом...Я напряг своих людей и они выяснили где, кто и зачем... Мы сейчас ждём остальных с деньгами...

А они не спешат... (Смотрит на часы) Наверное решили на радостях половину винного магазина закупить... Узнаю русскую натуру...

Из прихожей слышен звук открываемого замка. Калягин Майклу - Сидите смирно! (Выходит в коридор. Снова шум борьбы. Негромкие хлопки выстрелов. Втаскивают тела Вишни и Ивана... Вишня ещё жив). Хрипит... - Ах, сука Боксёр!!! Решил денежки хапнуть!

Потом видит тело мёртвого Алексея и вновь хрипит. - Вы сучары поплатитесь!

Калягин своим людям - Кончайте!

Один из них подходит и к Вишне и стреляет дважды в голову...

Калягин смеётся - Узнаю школу! Потом открывает сумку с деньгами... Отсчитывает... Даёт одному, потом второму...

- Это как договаривались. По сотне тонн каждому... Обращается к Майклу - Надеюсь вы не против... Ваша жизнь того стоит. Потери в деньгах совсем невелики... Приказывает - Развяжите!

Майкл встаёт с кресла и тут же падает на колени перед Калягиным - Я за вас молиться буду!!!

Калягин поднимает его. - Не за меня... Молитесь за Березина... (Достаёт из шкафа длинный плащ) - Одевайтесь!..

Калягин говорит своим - Мы уйдём, а вы чуть подождите, уберите здесь всё и тоже уезжайте...

И эту рвань - Показывает на тела бандитов- тоже уберите. Куда обычно...

Уходят Калягин поддерживает Майкла. Который молча плачет, вытирая слёзы рукой...


Сцена затемняется...


Дом Майкла. Вечер. Пьют шампанское... Березин. Калягин. Майкл, Элла. Сонька...

Березин - Мне Французов сказал. Я сразу позвонил Петру Иннокентьевичу, и все пошло. Надо благодарить КГБ, что у них здесь всё было так поставлен (Смеётся). Это единственная организация которая в Союзе, действительно работала...

Майкл - Я вам по гроб обязан и постараюсь вам помогать как смогу... Я конечно маленький человек...

Калягин - Ну, ну Майкл! Мы ведь русские, должны помогать друг другу. Но мне хотелось бы, чтобы все здесь присутствующие забыли об этом случае... И конечно, чтобы никто не узнал об этом на стороне. Нам всем не нужны лишние расспросы и разговоры...

Березин - А как вы это сделали?

Калягин - А это Абрам Борисович даже для вас секрет. Будем говорить - профессиональная тайна...

Сонька отводя Калягина в сторонку. - Пётр Иннокентьевич, можно, я буду называть вас Петя?

Калягин улыбается - Разве я могу вам отказать?

Сонька - Вы для меня олицетворение всех положительных качеств мужчины. Я хотела бы с вами познакомится поближе... Мы можем с вами где-нибудь увидеться? Здесь слишком шумно...Может быть поужинаем вместе. А потом побудем где-нибудь вдвоём?

Калягин - А почему нет! Но предупреждаю вас- я неинтересный человек. Для меня работа на первом месте. И потом - я женатый человек. У меня дети...

Сонька - Но мы и не будем встречаться каждый день...Думаю, что имея такого мужчину, я смогу теперь спокойно заниматься хозяйством. Зная, что вы есть!

Калягин - Ну мы посмотрим... (Сонька, оглянувшись прижимается к Калягину)

- Здесь в Англии, всё очень демократично. Для кого - то наркотики это яд, а для продвинутых- это норма. В ночных клубах все глотают экстази и ничего. Секс обостряется и никаких последствий: ни похмелья, ни головной боли на утро... Полушепотом - Если хочешь - можем уколоться...

Калягин - Извините, Софья, но я сегодня не в форме...

Сонька - А дозу если очень нужно, можно прямо на улице, в Брикстоне купить. Если конечно тебя уже знают. Едет мальчик на велосипеде, заглядывает в машину и спрашивает "Кен ай хелр ю?"

Калягин - А вы пробовали уже так покупать? Это ведь опасно!

Сонька - Да ничего страшного! Зато после дозы, трахаться одно удовольствие!

Калягин смеётся - Надо будет как-нибудь жену подговорить...

Сонька обиженно - У жены не получится. Это только у молодых такая реакция... Кстати, не хотите прямо сейчас косячок забить? У меня есть немного зелья...

Калягин - Нет. Сегодня ещё много работы. Как-нибудь в другой раз...

Сонька. Ну как хотите! У меня уже нутро горит. Надо курнуть, а потом может быть и уколоться...

Уходит на второй этаж... Входит Майкл. Спрашивает Калягина - А вы Софью не видели?

Калягин - Она наверх пошла... (Уходят)

Через время Сонька покачиваясь спускается по лестнице. Чтобы не упасть держится за поручни. Сама себе говорит - Тебе надо посидеть!

Садится на нижние ступеньки лестницы, зажимает голову руками...

Входит Майкл - Софья! Ты не здорова? Пойдём, я провожу тебя в спальню...

Сонька - Отстань! Мне сейчас хорошо! Майкл настойчиво... - Пойдём, пойдём, Дарлинг! (Берёт её за плечи и уводит наверх)

Калягин Березину - Бедные родители. Я Знаю. Её уже очень трудно вылечить. Зависимость в последней стадии.

Березин. - Жаль Майкла. А с виду такая благополучная семья...

Появляется Элла и Майкл. Элла - мы тут накрыли небольшой ужин. Не откажитесь перекусить с нами. Вы пока будете садиться, а я пойду на кухню, проверю. А то эти стервы всегда что-нибудь напутают. Прислуга- всегда прислуга. Особенно русские... (Уходит)

Березин Майклу. Отводит его чуть в сторону. - Я имею к вам одну просьбу. Я тут договорился с одним важным человеком, сделать ему дом в Челси и пообещал ему, что это будет совсем недорого. Не сможете ли вы мне помочь...

Майкл - Ну что вы, Абрам Борисович. Я сделаю это, когда прикажете. Я как раз присмотрел домик спален на пять, шесть... В том районе... Рядом парк. Набережная, тихо...И конечно никаких комиссионных. Только по себестоимости. А это мягко говоря недорого, по здешним ценам...

Березин - Ну вот и замечательно. Кстати... А почему бы вам Майкл, не вступить в наше Либеральное единство? Мы тут пользуясь английским гостеприимством, собираемся открыть отделение нашей партии, здесь, в Лондоне... Вы ведь работали в системе Минздрава в прошлом7

Майкл - Да был грех.

Березин, Ну вот и хорошо. Очень может быть , что в ближайшее время опыт вашей работы в госструктурах нам потребуется.

Подводит Майкла к рампе - Есть задумка создать правительство в изгнании. Знаете, что то похожее на теневой кабинет, только за границей...

Майкл - Это большое доверие. И идея потрясающая...

Березин. - Да от вас пока ничего не потребуется. Наше правительство, будет критиковать действия чиновников в России... Ну а потом, если они всё развалят, то мы туда... Въедем... На белом коне... (Смеётся)

Телефонный звонок слышится из другой комнаты. Отвечает Элла... Потом входит и говорит... - Извините Абрам Борисович! Майкл! Тебя какой-то болтливый клерк из банка.

Майкл уходит и разговаривает за стеной. Затем входит и заикаясь говорит, пошатываясь... - Если я... Если я правильно понял... Он говорит... Мой банк обанкротился... А я... А я рассчитывал на большие проценты?

Березин - Майкл! Вы не переживайте... Сейчас, главное, хорошего адвоката нанять... И я тебя научу, что потом делать...

Сцена затемняется. Занавес...

Сонька одна в своей спальне. Сидит на ковре... разговаривает сама с собой - Они танцуют... Да так весело!!!. Я тоже хочу! (Пытается подняться...) С удивлением - Я не могу встать!.. Вот чудеса! Ну ладно! Я так полежу! Входит Элла. - Сонька! Я тебе сколько раз курве говорила - Ты достукаешься с этой отравой... (Пытается поднять её на ноги)

Сонька вяло сопротивляется - Не тронь меня! Эти слоны так добродушны, и так неуклюже грациозны! (Кричит) Отстань от меня!

Потом вдруг падает на пол с размаху, стонет и кричит - Я умираю! Помогите! Какая боль!!!..

Элла обнимает тело дочери плачет и кричит - Да будь всё проклято!!! Она умирает! Деточка моя! Солнышко мое, потерпи! Я вызову скорую! Будь проклята эта жизнь!

Вбегает Майкл - Тише! Тише! Гости услышат... Ну что тут у вас?

Элла - Она умирает! Вначале танцующие слоны, потом смерть! Я вазываю скорую!

Майкл - Нет! Только не это! Они же сразу полицию вызовут! А это скандал! Подумай о моём бизнесе!

Сонька в бреду: - Тише... Я умираю... Какая боль!

Элла кричит на Майкла - Ну что ты стоишь! Делай что-нибудь, старый дурак! Ты ведь врач!!! Ты сука, деньги копишь, а о нас не думаешь! Ну! Делай что-нибудь. Идиот!

Майкл - Не кричи... Мне надо на секунду к гостям...я потом! Потом! (Убегает)

Сонька переворачивается медленно и затихает...

Элла стоя на коленях обхватывает её тело и кричит - Доченька! Доченька!!!(А потом шёпотом) Она умерла!!!

Занавес...


Осень. 2002 года...Лондон.


П Р А З Д Н И К И


Пьеса в трёх актах


Первый акт.


Квартира в пригороде. Сергей просыпается на диване. Смотрит на часы. Садится и произносит цитату - поговорку: "Кто рано встаёт - тому бог даёт". - Каков однако великий и могучий русский язык! (Комментирует для себя)

- До чего же глубоко и по человечески - мудро... (Смеётся. Смотрит на часы)

- Ого! Уже десять часов. Опять проспал. Говорил же себе, что надо пораньше лечь спать... Опять зачитался "Дао - де дзин". Казалось бы какое отношение Лао - Дзы имеет к нашему пригороду. Оказывается и здесь его афоризмы работают...

Он говорил: "Хотеть - ещё не значит делать!"

Странно, но русская поговорка, которая сегодня определяет всю нашу либеральную жизнь: "Хотеть не вредно", пожалуй и есть переложение с китайского на русский...

(Встает. Одевается и на ходу продолжает) - Однако Россия имеет свои авторитеты...Правильно говорил полковник Скалозуб у Грибоедова, о книгах: "Собрать бы их, да сжечь!"


Заправляет диван, выходит на кухню. Стук во входную дверь...


Сергей - Входите, не заперто! (Входит Ирка с подружкой Таней)

Ирка - Привет Попов!

Сергей иронично - Привет птичка. (Целует её в щеку.)

Ирка - Знакомьтесь. Это моя подруга Татьяна. Мы вместе учимся. (Тане) А это Попов. Я тебе о нём много рассказывала. Смотри, осторожнее с ним... (Смеётся... Достаёт из сумки пакет) - Позволь незабвенный Попов поздравить тебя с маленьким юбилеем. (Разворачивает пакет, вынимает пластинку и отдаёт Сергею.)

Сергей - Ого, Ириша. Это как раз то, что мне сейчас нравится. "Мотеты" Брукнера. У меня от них крыша едет. Особливо если после бессонной ночи.

- Я тебя Ириша за то и люблю, что ты умеешь подарки делать... А что касается юбилея, то он совсем не маленький. Кажется, лучшая часть жизни уже прожита...

Ирка оглядывает кухню.

- Слушай Попов. А почему ничего нет для праздничного стола?

Сергей - А я вот сейчас сажусь, и начинаю чистить картошку, а ты лапочка помогай. Скоро Лялька должна подойти. Она пораньше обещала...

Стук в дверь. Сергей открывает и входит Лялька, с букетом цветов.

Лялька. - Поздравляю тебя Серёжа. (Вручает букет, целует) - А тут ещё. (Разворачивает пакет) Пуловер!..

Сергей тут же одевает пуловер. Осматривается - Лялька! Ты просто волшебница. Ну прямо как на меня вязано... (Целует Ляльку)

- А как ты размер угадала?

Лялька - Очень просто. По памяти!.. (Все смеются)

Сергей - Девчонки! Вы уж сами решайте насчёт праздничного меню, а я картошку чищу. (Ставит пластинку и под торжественную музыку чистит картошку. Девушки подвязав передники начинают чистить лук, морковь и так далее... (Свет на сцене гаснет...)


Снова квартира Попова. Приходят гости: Репин с женой Анкой, Лопатин с женой Галкой, потом Афродитов с Линой, потом брат Сергея с приятелем и двумя девушками. Симон с гитарой. Все принимают участие в приготовлении закусок...

Симон - У тебя Попов, как обычно -самообслуживание?

Сергей - На этом стоим. После революции, как известно, господ упразднили...И нам, тоже надо барские привычки оставить...

Входит Ефимов. - Попов! Можно тебя на минутку?..

Сергей и Ефимов уходят в другую комнату.

Ефимов - С днём рождения тебя, Серёга! Я вижу у тебя настоящий праздник...

Сергей - Проходи, раздевайся и принимай участие. Хочешь хорошо закусывать, участвуй в создании праздничного стола...

Ефимов перебивает - Я принёс тебе то, что ты просил...

Сергей, прикрывая дверь - Ну ка, ну ка показывай...

Ефимов проверяет дверь, отворачивается, вынимает что то из - за пояса и отдаёт Сергею.

Сергей разворачивает бумагу и держит наган на ладони... Потом, прокручивает барабан с угрожающим металлическим щёлканьем...

Сергей. - Работает! (Любуется на пистолет) Пистолет системы "Наган". Классная вещь и как всё военное имеет хищный дизайн...(Открывает платяной шкаф ключом и кладёт наган в карман пиджака.) Ты не беспокойся! Как договаривались, отдам тебе через неделю. Патроны мне пообещали принести тоже...

(Неловкая пауза) - Ну пойдём. Я тебя со всеми познакомлю.

Вводит Ефимова в столовую.

Сергей - Внимание девушки! Виктор Ефимов. Недавний доблестный пограничник. Не женат. Рекомендую...

(В квартире по прежнему звучат "Мотеты" Брукнера..."

Ирка - Попов. У тебя сегодня музыка не та. Пойдём ко мне сходим, за пластинками. Здесь же рядом. А у меня и Джордж Майкл и Гребенщиков есть...

Сергей - Надеюсь гости без меня не успеют соскучится... Лялька! Ты старшая по батарее... Мы быстро...

(Сергей и Ирка уходят. На авансцену выходят Галя Лопатина и Лина. Закуривают).

Галя - Попов сейчас Ирку точно "трахнет".

Лина вздыхает - Он похоже никого не пропускает. (Делает паузу) А точнее его никто не пропускает... И как только Лялька терпит... Я её как - то видела у Лопатиных, когда она его полдня дожидалась. Сидит на качелях на детской площадке и мечтает о нём... Забавный характер...

Галя меняя тему - Лина, а где Юрка?

Лина. - А я не знаю. Я его прогнала... Вот попросила Афродитова привести меня сюда...

Галя с подтекстом - Понятно... Я знаю, что Афродитов в тебя со школьных времён влюблён. Ты не боишься, что он этот поход сегодня, как аванс воспримет?

Лина смеётся - Я сейчас уже ничего не боюсь...А что касается Афродитова, то я знала это ещё в школе, но когда Юрка появился, то мне не до чужих любвей было. Кстати, ты помнишь, Афродитов у меня на свадьбе был?

Галя - Помню его лицо, когда он на тебя смотрел... Я думала, что он мог и застрелиться там, если бы было из чего...Он тогда ещё напился...

О-Лина вздыхает - А сейчас его чувства мне совсем не опасны. У меня, к несчастью, другое на уме...

Сергей и Ирка возвращаются...

Галя в сторону.- Быстро они управились...

(Сергей ставит Майкла Джорджа, который лирично, что - то напевает по-английски).

- Надеюсь это большинству понравится... (Через паузу) - Ну а теперь, господа - товарищи, за стол. Лялька докладывает, что закуска в основном готова...

(Все рассаживаются за стол.)

Сергей, иронизируя напевает. - Пить будем и гулять будем, а придёт время - умирать будем... (Смеётся) Кавалеры, ухаживайте за дамами. У всех налито? Я хочу на правах хозяина и именинника произнести тост. Можно?

Все - Можно, можно.

Сергей - Я поднимаю бокал, за вас, моих гостей, за возможность всех увидеть вместе. И конечно же за весну, которая обещает новые возможности... (Все смеются). - Вы меня не так поняли. Я имел ввиду походы в тайгу... (Все снова смеются).

Выпивают и закусывают...

Симон - Ну, закуска первый класс, как в ресторане "Ангара". (Все смеются)

Сергей - Это наши девчонки - рукодельницы... Ну почему у нас многоженство запрещено? (Все смеются)

Симон саркастически - Мне кажется тебе просто грех жаловаться. (Встаёт)

- Ну, теперь наверное и гостям слово сказать можно. (Оглядывает гостей). Мы все рады за тебя Попов и выпивая этот бокал, хочется пожелать тебе, всего того, что ты сам хотел бы себе пожелать: и интересных походов, и новых книжек по китайской философии, и новых побед на футбольных полях! (Через паузу) - Но не только на полях... Смеётся и выпивает.

Сергей - Это что за намёки! Мы с Лялькой!.. (Снова смех)

Репин. - А я хочу алаверды... (Наливает рюмку водки.) - Я хочу рассказать одну историю. Мой знакомый, как то попал сюда в пригород ночью, провожая девушку. Ночевать его не оставили, а время двенадцать, автобусы ходят очень редко...

А наше предместье известно своими хулиганами. На улице темно и страшно, хмель прошёл. Мой знакомый, университетский преподаватель, ничего тяжелее ручки в жизни не поднимал. А к нему из темноты, вдруг подходят несколько парней угрожающего вида.

Он понял, что бить будут, и тут вспомнил, как я ему про Попова рассказывал. Вот он возьми и ляпни: Мужики, а я Попова знаю! Тут ребята и пальцем его не тронули, а проводили до остановки и мелочи на билет дали...

И я хочу выпить за Попова, за его авторитет. Он ведь в жизни ничего не боится. Даосов уважает, в леса ходит, сидит дома книжки почитывает, да иногда нас защищает от хулиганов...

Ну, в общем, за тебя Серёга... (Все выпивают и стуча вилкам по тарелкам, бодро закусывают).

Лопатин встаёт. - Господа - товарищи! Позвольте мне... У меня похожая история есть... У всех налито?

- Прошлой весной, местная шпана, меня на пути из универа прихватили, и в лужу запинали... Развлекались... А потом под окнами стояли и горланили весь вечер, на драку провоцировали, дочку маленькую пугали.

Серёга, в то утро из лесу шёл, и по пути зашёл... Как узнал про это, так лицом побелел. Мы в тот же день прихватили их верховодов, и поучили их так, что после этого, самый их главный, дома несколько дней не ночевал... Боялся, что Попов придёт с ним разбираться...

Вот тогда я понял, насколько, эта братва Серёгу боится и уважает... Думаю, это не просто заслужить...

Сергей - Они меня боятся из - за моей вежливости. Я на них ни разу голос не повысил и не выругался нецензурно... (Общий смех)

Лопатин - Вот и я говорю - давайте выпьем за вежливого Попова... (Выпивает)

Анка Репина. - А можно от женской половины тост? (Все - можно, можно...)

Анка - Я хочу поздравить Серёжу и пожелать ему всего, всего...Ведь он друг женщин... (Смех, реплики: Всех женщин мира...)

Анка - Не смейтесь... Я помню, когда нас с Валерой выселяли из квартиры, он нам помогал переезжать, наши вещи на телеге по всему посёлку возил и шкафы большие один таскал... Давайте все за него поднимем и выпьем... За...за хорошего человека. (Все встают и пьют)

Ирка - Пусть он теперь нам о лесе какую-нибудь историю расскажет... (Все - просим, просим...)

Сергей - Можно я сидя... Вы конечно все знаете историю, как здесь под городом, в тайге меня рысь напугала.(Все смеются). Но у этой истории было начало. Я тогда служил на Дальнем Востоке, тоже в лесу. А там рысей было немеряно, потому, что охота запрещена. И вот, я, сменившись с дежурства, в два часа ночи, иду из капонира в казарму, а около казармы, рысь, страшным голосом кричит, и кажется, что по казарменной крыше ходит... Их там на острове много было...

Я взял в руки фонарь металлический, а он на утюг немного похож да и весом килограмма полтора, застегнул шинель, толстого сукна, наглухо и решил с нею сразиться. Вспомнил вдруг Лермонтова и поэму "Мцыри", и думаю, чем я хуже...

Подошёл шагов на десять к кустам, фонарь выключил, чтобы лучше в темноте видеть, а рысь в чаще рыкает, от злобы кашляет, давится, но не уходит, ждёт, пока я на неё нападу. Тут я остановился, постоял в темноте, и что - то мне не по себе стало. Думаю: "Да пущай живёт. На кой она мне?" (Смеётся)

Ефимов - Струхнул значит?

Сергей - Значит да... И тогда я понял, что я не Мцыри. Слабо мне... (Все смеются)

Афродитов вскакивает - Я хочу выпить за Попова, потому что он из нас самый естественный человек. Всегда сам по себе и собою остаётся...

Я помню, когда ему было шестнадцать лет, то ему родители купили новое пальто, модное такое, в клетку. И он сразу стал очень важным. А под пальто были какие - то шаровары и стоптанные ботинки. А он такой довольный...(Смеётся.) Ты помнишь, помнишь!..

Сергей делает строгое лицо - Не срами меня. Я этого не помню... (Все смеются и Сергей больше всех). - Эх, святые времена! Я помню, как Васька Карась, местный хулиган и двоечник, по весне, гонит рядом с девчонкой на велосипеде и она его спрашивает: А зачем вы хотите со мной познакомится?.. А он ладошкой нос утёр и так гордо отвечает: Да просто, для интриги...(смеётся) А он ведь говорить почти не умел, но в нужный момент нужное иностранное слово нашёл... (Все громко хохочут)

Сергей - Господа! А теперь танцы, до следующего захода за стол...

Выходят из за стола и танцуют. Сергей подходит к Ефимову, который пьян и курит покачиваясь.

Ефимов - А ты Серёга почему не пьёшь?

Сергей шутливо - Управляя людьми и служа небу, лучше всего соблюдать воздержание. Так говорил Лао - Дзе...

Пьяный Ефимов Сергею. - Вот ты всё хи - хи, да ха - ха... - А ты не знаешь, что значит лежать в снегу, не поднимая головы, когда пули совсем рядом свистят так противно. Кажется, что уже следующая в тебя попадёт точно. А потом слышишь, как Мишка рядом захрипел, и кровь горлом забулькала...

Сергей - Давай об этом после. Это слишком серьёзно, чтобы об этом вспоминать между танцами...

Ефимов - Да, серьёзно! Думаю, что никто здесь не может понять насколько это серьёзно!

Сергей. - Ну отчего же. Я знаю одного паренька, он в Афгане служил. Его в задницу ранило, когда он из подорвавшегося БТРа выпрыгивал. Говорит показалось, будто молотком ударило, а потом вдруг штаны намокли и в сапог натекло... Он весёлый парень...

Ефимов - Это кому как... А меня армия просто изуродовала. Я и сейчас никак не могу отойти. Не могу приспособиться к гражданской жизни...

Сергей - На меня армия тоже подействовала только в другую сторону. Там, я как в монастыре, вдруг начал понимать, насколько хорош и красив мир, в котором мы живём. Именно там, пройдя рабство личной несвободы, я вернувшись домой, поклялся без клятв (смеётся), у даосов такое бывает... что я теперь буду ценить каждый день, каждый час обрушившейся на меня свободы... И с той поры я живу весело...

Ефимов - Ну тогда тебе хорошо...

Сергей - Ну пошли. Пошли танцевать. Потом как-нибудь поговорим, в лесу, у костра... А здесь не то место... (Уходят)

Снова Сергей в другом конце сцены, разговаривает с Иркой и Настей.

Сергей - Я вчера читал до трёх часов. Утром проснулся и думаю - книги это зло. Столько времени отнимают. К тому же проспал.

Таня вступает в разговор - Ну это вы зря. Книги - это ведь как учитель...

Сергей - Я считаю, что книги - это опиум для народа. Отвлекают от создания материально - технической базы жизни...

Ирка - Да не верь ты ему. Он книжки читает с утра до вечера. С детских лет...

Сергей - Я же говорю, что это зло... Может быть поэтому моя личная жизнь не устроена

Ирка - Ох Попов! И почему ты не женишься?

Сергей смеётся - Долго рассказывать... (Уходит, танцует с Лялькой)

Ирка к Тане - Я его знаю с шести лет. Он тогда лежал в больнице, в которой мамка работала медсестрой. Так он там среди детей устроил соревнования, кто быстрее свой обед съест. Доктора, его благодарили, за это, а родители просили его подольше не выписывать.

Таня - А что с ним было?

Ирка - У него какие-то осложнения были после ревматизма. Говорили, что он умереть может. Но всё как видишь обошлось...

Ирка - Давай я тебя лучше с Симоном познакомлю... Он журналист и работает где то в университетском издательстве. Он - поэтическая личность. А Сергей - это слишком для тебя...

Таня - Что значит слишком?

Ирка - Ну это значит опасный... Голову можешь потерять, если он тобой займётся... (Смеётся) Я думаю здесь каждая вторая девушка по нему тайно или явно с ума сходит...

Таня - Ой, как интересно!

Ирка. - Ну пойдём Таня за стол. Я видела, что Симон на тебя глаз положил... (Уходят)

Афродитов выходит на кухню покачиваясь - Я кажется перебрал - (Пьёт воду.)

Входит Репин. - А ты чего не танцуешь. Там столько девушек сидит.

Афродитов - Да я, чегой-то запьянел. Сам не заметил, когда лишнего на "борт" взял. Попов, как обычно, всех завёл своими тостами...

Репин - Да, когда он в ударе невозможно остаться равнодушным...

Откуда в человеке столько энергии. Ведь по лесам как леший в одиночку, по ночам ходит. Что его там притягивает? Я вот тоже с ним хочу разочек сходить...

Афродитов - Он мне объяснял, что после армейской неволи, вдруг, понял красоту буквальной свободы. А в лесу - говорит он - подлинная свобода и есть. Сам собой распоряжаешься... И потом, он что - то говорил о Боге, которого можно встретить на границе природы и человеческого бытия... Но для меня это малопонятно... (Снова пьёт воду)

Афродитов продолжает - Я один раз с ним ходил. Ему хоть бы что, а я уже идти не могу... (Ходит по кухне и массирует живот)

Потом правда отошёл у костра. Почти всю ночь сидели разговаривали... Но утром - едва на ноги встал... (вздыхает) Уж лучше дома, за книжками с приключениями. Можно чайку попить. И ходики так мирно тикают.

Репин - А ты ведь с родителями живёшь?

Афродитов - Да. Отец болеет. Он ведь уже старенький. Я - поздний ребёнок... Иногда приходится за ним присматривать. Он ведь тоже ночами не спит, читает, или пишет. Пишет книгу воспоминаний. Он, войну в штрафбате начинал. Один, из всех, с кем воевал, выжил...

Репин - А как же он попал в штрафники?

Афродитов - Он до войны был водителем танка, на котором маршал Блюхер ездил. Когда Блюхера арестовали, то и отца загребли. Говорят - что враг народа, не мог не знать, что Блюхер с японцами связан, а если знал и молчал, то значит заодно. Просидел он несколько лет в лагерях, а потом на фронт попросился. Взяли в штрафбат, вину искупать. После войны демобилизовался, весь в шрамах. Восстановился в партии...

Репин - Романтическая история с хорошим концом. А я думал их всех после войны в Казахстан...

Афродитов словно не услышав продолжил - На заводе его председателем парткома выбрали. Он ведь в лагерях с большими людьми сидел. Политически подковался...

Сидит читает переписку Сталина с Рузвельтом и говорит посмеиваясь: "Жизнь всё по своему выстраивает. Вот если бы не лагеря, то я бы так таёжником и остался..." Он ведь откуда то из Уссурийского края.

Входит Попов - А вы чего тут скучаете?

Репин - Да вот, наверное кому - то скоро и крепкий чаёк надо будет с солью пить.

Попов - Кто пить не умеет, тот, не гусар... Однако, если плохо будет, укладывайся в спальне на постель... (Уходит назад насвистывая)

(Афродитов страдальчески морщится.)

Ефимов - Зато Попов сегодня в ударе. Со всеми сразу танцует, а девушки в очередь выстраиваются. Хорошо Лялька не ревнивая... Галя Лопатина, так просто на нём повисла...

Афродитов - Ты Ефимов много по сторонам смотришь. Иди да сам танцуй...Ты не на границе. (Смеётся). А ведь праздник большой. Попову двадцать пять стукнуло...


Поздняя ночь. Лина уходит домой. Сергей выходит её провожать...

Лина - Я тебя Попов хотела персонально поздравить, но ведь к тебе не пробиться... Поклонницы одолели...

Сергей - Ты преувеличиваешь. Я просто друг женщин... Другое дело, что я их очень понимаю. Ведь мужики всегда "сами с усами". Ничего не знают, ничего не чувствуют, а своё я, впереди всех ставят... С ними неинтересно!

Они, мужики, всегда телом, а не душой озабочены. Норовят от девушек своего добиться, а это пошло и не эстетично, когда без большого чувства...

А я вижу во всех частичку тела Будды. В этот раз кто - то родился женщиной. В следующей жизни будет мужчиной. Для меня женщины - тем хороши, что даже если они тебя не понимают, то стараются понять, чувствуют...

Лина - Ты всё смеёшься, Попов, а на душе у тебя вижу не очень весело.

Сергей - Не надо об этом. Всё суета и томление духа. Мне кажется о подлинно серьёзном можно только с улыбкой говорить. Иначе жить очень тяжело. Кругом драматизм разлит, а люди просто этого не видят... До поры, до времени.

Лина - Я знаю, тебе жить не просто. Но хорошо, что ты есть. Это многим твоим настоящим друзьям помогает жить...

Сергей - Вот спасибо. А я и не знал, что ты такая серьёзная...

Лина загадочно - С некоторых пор стала задумываться...

Ирка появляется - А вот вы где! Там Симон собирается петь...

Лина - Ну я пошла. Ещё раз поздравляю... Афродитову не говорите, что я ушла. Мне тут рядом. И потом, за ним уже одна молоденькая девочка ухаживает... (Уходит)

Сергей - Действительно, Афродитову сейчас хорошо. Он лежит, на кровати в спальне, чуть живой, а новую знакомую за руку держит...

Ирка - Афродитов, хороший человек, но почему - то его девушки не любят... Вот и рад сочувствию...

Сергей - И для меня это загадка... (Смеётся невесело)

В переднюю выходят Лопатины. Прощаются и уходят.

Лопатин жмёт руку Сергею. - Поздравляю старик! Четверть века - это дата...

Сергей прощаясь целует Галю в щёчку. (Лопатин и Галя уходят) Потом, Галя вдруг бегом возвращается и крепко целует Сергея, а потом убегает...

Ирка - И эта готова!

Сергей - Ира! Быть злой нехорошо...

В другой комнате Симон разговаривает с Таней...

Симон - А я ведь тоже музыкальную школу закончил. Только по классу гитары...

Таня - А правда, что вы и стихи для песен пишите?

Симон - Иногда, но очень редко. Как - то стеснительно рядом с Высоцким или Визбором. И потом они уже обо всём написали. Есть ли смысл повторятся...

Входит Сергей - Афродитову плохо. Он ведь не пьёт. Вот не зная меры и перебрал...

Ну что Симон, время для песен настало?!

Симон берёт гитару и налив рюмку водки выпивает. Потом настраивает гитару...

Симон - Я хочу спеть песню Высоцкого для начала. "Идёт охота на волков...", и хочу это посвятить Попову. В тебе старик, - обращается к Сергею - есть то, чего ни в ком из нас нет. Ты похож иногда на волка, а иногда на охотника...

,А в нас в большинстве только охотник сидит, да и тот любитель...

Симон начинает петь голосом Высоцкого:


Рвусь из сил и из всех сухожилий

Но сегодня - опять, как вчера,-

Обложили меня. Обложили!

Гонят весело на номера!


Из - за елей хлопочут двустволки-

Там охотники прячутся в тень.

На снегу кувыркаются волки,

Превратившись в живую мишень.


Припев - Идёт охота на волков. Идёт охота!

На серых хищников - матёрых и щенков.

Кричат загонщики и лают псы до рвоты.

Кровь на снегу и пятна красные флажков.


Не на равных играют с волками

Егеря, но не дрогнет рука!

Оградив нам свободу флажками,

Бьют уверенно, наверняка.


Волк не может нарушить традиций.

Видно в детстве, слепые щенки,

Мы, волчата, сосали волчицу

И всосали - "Нельзя за флажки!"


...Во время песни, пьяный Попов начинает хрипло подпевать...

Симон умолк и какое - то время все молчали...

Симон - Я помню, как мы с Серёгой, на Байкале жили. Приехали на неделю, а прожили почти месяц...

С ним хорошо. Он молчит, но когда надо, говорит по делу...

(Выпивает рюмку водки не закусывая.) Продолжает - Времена были хорошие. Да и туристы - народ душевный...

Сергей подхватывает тему - Там Симон был в качестве солиста и главного нашего снабженца продуктами. Вечером его приглашают на концерт, попеть, а я в качестве администратора и грузчика. Во время ночных концертов у костра, Симону от души и чарочку подносили, а иногда и мне с "барского плеча" перепадало.

Ночью, мы в нашу палатку возвращались с "добычей" - Гонорар за выступление мы съестными припасами брали. Симон, как глава компании и солист, несёт гитару, а я - излишки продуктов, подаренные нам добросердечными туристочками.

Симон - Да... Тогда я отъелся и отдохнул на целый год вперёд. А Серёга загорел как негр. На нём, как на вороном жеребце, чернота отливала синеватым блеском...

Симон наливает рюмку выпивает и берёт гитару - Ну а теперь - все негромко вместе: (Играет и все поют)


То взлёт то посадка, то зной, то дожди.

Сырая палатка, и лучше не жди.

Идёт молчаливо в распадок рассвет.

У ходишь - счастливо. Приходишь- привет...


Все поют вполголоса... Сергей встаёт.

Обращаясь к Симону - Я чай поставлю. (Выходит на кухню. За ним Ефимов...

Ефимов - Слушай Серёга! Я о таких вечерах мечтал в армии. Здесь, у тебя все какие-то добренькие. А в армии я привык, чтобы не унижаться, самому надо унижать, чтобы тебя боялись...

Сергей - Я был в армии, и требовал от своих сослуживцев, чтобы они молодых не смели трогать. Один раз даже поддал, своим годкам за то, что они обкурились анаши у соседей "флотов" и в казарме после отбоя, когда молодые спят без задних ног, попробовали устроить вечеринку.

Назавтра, когда оба проспались, прощения у меня просили...

Но когда я уходил на гражданку, наша "смена" за моей спиной говорила молодым: "Вот Попов уйдёт, мы с вами будем разбираться".

Но, думаю это они просто пугали молодых. Ведь всем лучше, когда люди живут как друзья или хорошие знакомые...

А уж на гражданке, жить можно припеваючи, потому что ты здесь на свободе...

А в армии меня несвобода, на всю жизнь достала. Я думал, приду домой, лягу на кровать и буду трое суток лежать не вставая, и в потолок плевать...

Ефимов - Ну и как?

Сергей - Да куда там. Только появился на пороге, прибежали все друзья. По дороге кто - то меня узнал. Я же в армейском был. Всю ночь сидели разговаривали...

Оказывается меня здесь ждали. Я только сейчас понимаю, что для меня армия, как монастырь для монаха... (Вздыхает)

Это было время испытаний... иногда очень полезных. Я сегодняшних молодых не понимаю. Они от армии увиливают, а это ведь как высшая школа жизни... Недаром в Англии аристократы своих детей до сих пор в интернаты, учиться отправляют.

- Ну пойдём чай пить, да будем укладываться, кто - где. Уже утро...

Свет гаснет. Занавес...


Наступает рассвет. Спальня в квартире Попова

Лялька спит. Сергей поднимается, проходит к закрытому шкафу, достаёт наган, Берёт патрон из стола, вставляет в барабан и прокручивает его.

Лялька ворочается в постели. Сергей выходит в смежную комнату.

Сергей говорит вслух - Ну, наконец - то я один... Все разошлись по домам, а Лялька спит. (Подходит к окну)

- Двадцать пять лет - это существенный возраст... Жизнь даёт мне много больше чем другим: любовь женщин, здоровье, свободу, которая конечно внутри нас.

Поэтому, лучше умереть сейчас, чем длить это, постепенно утрачивая всё, чем я обладаю сегодня. Как сказал, один из эсеров - террористов, когда его приговорили к смерти: "Какая разница когда умирать. Две тысячи несъеденных обеденных котлет - небольшая потеря для мира".

Однако, просто покончить с собой было бы проявлением трусости перед жизнью и сентиментальностью. Но попробовать хочется...

Как там, в "Пиковой даме": "Сама судьба нам мечет банк..." (Прокручивает обойму, поднимает пистолет к виску и нажимает на курок. Звучит сухой щелчок и Сергей пошатываясь опускает наган)

- Значит сегодня не судьба!

Он вновь прокручивает барабан и прицелившись в угол, нажимает на курок... Звучит выстрел и Сергей прячет пистолет в шкаф. Вбегает растрёпанная, испуганная Лялька.

- Серёжа! Что случилось?!.

Сергей - Ничего страшного. Я уронил утюг на кастрюлю. Оттого такой гром...

Я думал ты крепко спишь... (Обнимает её за плечи) Пойдём спать лапонька... Сегодня уже воскресенье.

(Уходят) Свет на сцене гаснет. Занавес...


Конец первого акта.


Свадьба... Зал столовой, которую сняли родители Симона для его свадьбы с Таней. Попов был свидетелем со стороны Симона и готовит зал к приезду жениха и невесты. Он поправляет букет цветов во главе стола.

Сергей - Сейчас должны подъехать... Декламирует: "Уж тройки звенят бубенцами..."

(Шум за сценой.)

Сергей - Идут. (Подходит к магнитофону и включает марш. Появляется Симон и Таня в праздничных одеждах. За ними родители, гости... Рассаживаются за столы. Отец подзывает Сергея.)

Отец Симона - Сергей! Ты за музыку отвечаешь?

Сергей - Я...

Отец - Неужели трудно было найти свадебный марш Мендельсона? Это ведь событие на всю жизнь!

Сергей - Я старался, но... И потом это тоже марш хороший. И вы же знаете Александр Александрович - чтобы событие запомнилось, надо чтобы что то было не так...

Отец - Если взялся отвечать за музыку, надо дело доводить до конца...

Сергей - Ну, вы знаете, я ведь не Ди - Джей. Я всё это по частям собирал: Магнитофон у одного друга, записи у второго...И сам всё привёз. На себе...

Я то вообще Шопена предпочитаю. Извините...

Уходит и садится за маленький стол, рядом с Линой.

Лина - А ты что Попов, не с новобрачными за столом сидишь?

Сергей - Так мне удобнее.

Лина, будь другом, принеси с того стола коньяк, а нашу водку взамен поставь. Будем пить приличную выпивку, а музыку пусть другие крутят. Я её принёс, а они пусть крутят, что им нравится...

Лина встаёт и приносит коньяк.

Сергей постепенно веселеет - У советских собственная гордость.

(Наливает себе и Лине) - Им видите ли марш Мендельсона подавай. А где я его возьму, если все кругом вдруг захотели женится? (Поднимает рюмку чокается с Линой и выпивает).

Сергей - Мне Мендельсон иногда противен. Слишком он оптимист. К тому же романтик. А романтики, с их прославлением красоты, рано или поздно к жуткому суперменству скатываются...

А там уже и до газовых камер недалеко. Но скрипичный концерт Мендельсона, если раз в два года, ещё ничего. А так, это какой-то разбавленный Чайковский. (Вдруг громко смеётся)

Лина - Ты чего Попов?

Сергей - Получился невольный каламбур в армейском стиле - Разбавленный Чайковский...

(Потом вдруг помрачнев) - Мне сегодня, что - то совсем плохо. Эта дурацкая свадьба, этот бедный Симон, который от волнения чуть в обморок не упал, когда, в зале бракосочетаний музыка заиграла. Я ведь рядом стоял. Таня, конечно очаровательна. Но её и его родители...

Лина - Ты Попов не переживай. Всё перемелется... А если не попробовать, то и знать не будешь - что хорошо, а что плохо...

Вот я была в Юрку влюблена в восемнадцать лет, думала, что он гений, а он оказался просто маменькиным сынком и во мне утешения и защиты от жизни искал...

Сергей - Это ты зря. Он мужик хороший. А то, что его мамка сломала, так это его беда, не вина. Я помню, как она мне один раз в шестнадцать лет сказала - Ты нам не ровня. Я тогда стал ёрничать и говорить, что мой старший брат техникум закончил...

Конечно, тебе с нею было наверное нелегко. Вы же у неё жили. (Наливает коньяк.) Декламирует - "Камин затоплю, стану пить; Хорошо бы собаку купить!"

Сергей - Да и вообще, я ничего. Я ведь помню, что говорил учитель Лао: "Действие не устраняет незнания, так как не противоречит ему". В начале жизни, мы как корабли, которые только что из гавани вышли в открытое море. Перед нами все направления открыты... А нас влечёт туда, где ещё для наших родителей грабли были положены...

И вместо того, чтобы посидеть подумать ... мы жениться торопимся.

Лина - Какие грабли, Поляков? Ты что бредишь?

Сергей выпивает ещё рюмку - Ну это те грабли, на которые ещё наши родители в молодости наступили и по лбу получили... Мы ведь очинно своих родителей напоминаем...

Лина смеётся - Ах вот ты о чём...

С большого стола доносится крики: - Горько! Горько!.. (Молодые целуются...)

Сергей. - Ты знаешь Лина древнюю китайскую притчу, про супер коня?

Лина - Нет. Расскажи...

Сергей выпивает очередную рюмку - Бормочет - Им всё равно что пить, а я коньяк люблю - всё справедливо...

Сергей - Так вот. В Поднебесной, императорский конюх уходил на пенсию. Он нашёл и представил себе замену, императору. А тому захотелось вскоре другого парадного коня. Вызывает император нового конюха и говорит - Отыщи мне в моих бесчисленных табунах самого красивого и самого быстрого вороного жеребца и представь мне...

Конюх ушёл и через некоторое время приводит кобылу да ещё и пегую. Император как увидел так от гнева затрясся. Говорит - казню неуча. А потом вызывает бывшего конюха и говорит: - Ты кого мне подсунул, - так мол и так... - Старый конюх побежал смотреть кобылку, а потом прибегает и кричит.

- Император! Я знал, что мой преемник знаток лошадей, но здесь, он показал, что провидит сквозь время и внешние формы. Это действительно лучшая лошадь в Поднебесной...

Лина смеётся - Ну и к чему этот рассказ?

Сергей мрачно - Это я по поводу свадебного марша.

Лина - Думаю, что древние китайцы мало что смыслили в маршах.

Сергей - Они давно знали разницу во всём. Они задолго до притч Соломоновых сказали: "Всё суета сует и томление духа." И ещё они говорили: "Нужно осуществлять не деяние, соблюдать спокойствие и вкушать безвкусное. Великое состоит из малого, а многое из немногого. Поэтому, совершенномудрый начинает не с великого, тем самым совершая великое".

Их горделивый эстетизм доходил до того, что они говорили - "Знающий молчит, говорящий не знает..." И это были не просто слова, а руководство к действию. У них было главное правило. Живи тихонечко и делай вид, что ты такой же как все. Им принадлежат слова: "Подлинно великие люди проживают жизнь незаметно..."

Невеста Симона, Таня пробегая мимо, обнимает Сергея. - Серёжа! Я так счастлива сегодня!.. (Гладит его по плечу и убегает...)

Сергей - Лина, я на минуту, выйду подышать. Мне надо с коньяком сделать паузу.

(Выходит в прихожую. Вслед за ним выходит покачиваясь Ефимов.)

Ефимов - Как тебе невеста, Попов? Хороша, не правда ли... Я видел, как она тебя оглаживала. Ты и её хочешь оприходовать?

Сергей собирался уходить в зал, но вдруг остановился - Что ты сказал?! Ты не забыл, что я свидетель жениха?

Ефимов - Ну и что? Разве это впервые для тебя?

Сергей - Ты Ефимов отнюдь не моя спящая совесть и потому, проглоти язык, иначе...

Ефимов становится в стойку: - Что иначе?

Сергей молниеносно бьёт его снизу в живот, а потом правым крюком в подбородок. Ефимов падает, а Сергей входит в зал, видит Афродитова и говорит - Пойди, подними Ефимова. Он сегодня видимо нездоров и потому, упал в прихожей...

Афродитов выбегает и поднимает Ефимова. Тот приходит в себя...

Ефимов - Ну, погоди Попов...

Афродитов, отряхивает его, приносит ему куртку и говорит. - Витя, ты иди домой. Попов и убить может. Он почему - то сегодня не в духе...

Ефимов уходит пошатываясь, бормоча - Ну погоди герой... Сочтёмся как-нибудь...

В зале Афродитов обращаясь к Сергею: - За что ты его?

Сергей криво и зло улыбаясь. - Каждый человек должен соблюдать правила приличия. В доме повешенного не говорят о верёвке. В доме, где идёт свадьба, не говорят плохо о невесте. Я понимаю, что он твой друг. Извини меня. Но он в следующий раз будет вежливее. Кто - то ведь должен его этому научить...

Сергей возвращается к столу садится и налив коньяк выпивает...

Сергей. - Я ухожу, Лина. Ты со мной?

Лина с вызовом - Если ты меня до дома проводишь?

Сергей - Как скажешь? (Встают)

Лина - Надо ведь с женихом и с невестой проститься?!

Сергей - Не обязательно. Мы сегодня уйдём по-английски, не прощаясь. Мне почему то здесь всё разонравилось...

Уже на выходе Лина. - Моя мать сегодня забрала Настю и уехала к подруге, так что я одна.

Сергей - Вот и замечательно. Мы у тебя вечер и продолжим... (Уходят)

Свет гаснет. Занавес.


Квартира Полякова. Сергей сидит за столом и читает книжку...

Стук в дверь. Сергей - Входите, не заперто!

Входит Лопатин... Взволнован... - Я хочу с тобой поговорить!..

Сергей - Ну раздевайся. И проходи на кухню. Я как раз ужинал с вином...

Лопатин волнуется, берёт бутылку и из горлышка выпивает. Сергей смотрит на него вопросительно...

Лопатин - Ты знаешь... Я выгнал Галю из дома...

Сергей молчит...

Лопатин - Она плачет, кается. Говорит, что с ума сошла, от скуки жизни...

Я приехал с охоты, а её дома нет. Она где - то там ночевала. Дочку тёще отвезла, а сама поехала к знакомой. Там какие-то мужики были. (Лопатин ещё раз прикладывается к бутылке...)

- Она говорит, что с тебя всё началось...

Сергей встаёт и ходит по комнате, потирает ладони - Она вчера ко мне приходила и много плакала. И... Я всё знаю. Она хотела, чтобы я тебе всё рассказал. Но я сказал ей, что она на себя наговаривает. Что между нами ничего не было...

То же говорю и тебе...

Лопатин - Но она всё мне рассказала и ты у неё был первым, а потом всё пошло!

(Волнуется, ходит по кухне.) - Я тебя прошу! Расскажи, как всё было. Мне надо решить, что дальше с ней делать...

Сергей смотрит на него - Успокойся. Я её не соблазнял. Она от скуки, уже на себя наговаривает.

Лопатин плачет, вытирая глаза - Ну я прошу тебя, скажи мне правду?

Сергей - Извини... Но мне нечего тебе сказать...

Лопатин не прощаясь выходит. Дверь хлопает...

Сергей стоит и говорит сам с собой. - Черт! Какая гнусность! Она ведь говорила, что любит меня. И только потому я...

А потом, ей выходит мало стало и она нашла ещё... "любимых".

Какая грязь! Я ведь не спрашивал её, как она ко мне относится. Она сама твердила мне о своей любви. И ведь она со слезами восторга это говорила...

И я попался на комплименты, как школьник...

Бьёт кулаком по стене. - Я никого не обманываю и никому не говорю о любви. И видит бог, я всегда старался всё переводить в плоскость дружбы. Я не могу позволить себе спать с женщиной, если она не любит меня...

О гнусность! Как я теперь буду верить всем остальным? Я никому не говорил, что люблю! Чёрт! Надо выпить. Иначе...

Уходит на кухню...

Стук в двери. Входит Репин. - Привет Серж. Как там в лесах дела?

Сергей отвечает, немного помолчав и справляясь с собой - Вчера вернулся. Две ночи в зимовье на Курме ночевал. Ты не представляешь, какая там красота и чистота. Звёзды ночью, на небе, как серебряная пыль. И никого вокруг. Никто не болтает чепухи и не врёт...

Репин - Ты так о лесе рассказываешь, что мне иногда сны о тайге снятся. Возьми как-нибудь и меня с собой...

Сергей - Как только будешь готов, скажи.

Репин - Я сейчас дописываю пьесу. Вот закончу и тогда свободен. Смешная получается. Как-нибудь дам почитать.

Сергей - О чём пьеса - то...

Рейкин - Да о боксёре, которому жена изменяет.

Сергей - По поводу измен, мне что - то не очень. Я вот хочу встретить пьесу, где нет не только измен, но нет и любовной интриги. Вот это должна быть вещь...

Просто человек, и просто жизнь. Без всякого любовного сиропа.

Репин - Ну, для большинства это наверное будет совсем неинтересно.

Ну я ухожу... Вижу, ты сегодня не в настроении... Жду леса...

Сергей идёт на кухню. Наливает вина, и выпивает. Стук в дверь. Сергей бормочет.

- Похоже на приёмный день в редакции толстого журнала...

- Входите!.

Входит Лина...

Лина - Репина встретила, говорит пьесу пишет. О любви и измене...

Сергей - Мне кажется - это такая пошлость. Большинство людей говорит о любви, как о бесплатной путёвке в санаторий. А ведь это глупо...

Настоящая любовь - это боль и тоска по утраченной свободе...

А в реальности, - заученный порядок слов и действий, и всегда завершается постелью...

Глупо!

Лина - Ах, как я тебя понимаю!

Сергей продолжает не замечая её реплики - Если это любовь - тогда что же есть равнодушие? Но не для этого же человек рождён!

(Ходит по комнате) Как хочется вернуться в юность... Ты наверное думаешь, что я ловелас, но ведь я был влюбчив и всю юность почти, был влюблён в кого-нибудь и часто, заочно...

Помню девушку, с которой так и не познакомился... Страшно стеснялся...

Я тогда уже работал где - то в дальней командировке...

Для меня видеть её, было радостью, неважно с кем там она была. Для меня другие не существовали. Я увидел её и влюбился и потом по вечерам ходил и смотрел на её окна. И у меня никаких мыслей не было, как бы её в постель затащить. Я боялся её этим обидеть...

Я её сейчас вижу иногда. Усталая женщина: хозяйство, муж, ребёнок. И выходит, что не она была главная причина, а что - то внутри меня было...

То, что хотело любить другого человека, другую личность. Думаю нечто подобное чувство испытывал Адам, пока Бог ему не создал Еву...

Лина - Ну ты, Поляков, что-то расклеился. Это пройдёт. Я знаю про Галю... Она ведь моя подружка. Она конечно насвинячила и себе и другим...

Сергей - Нет, не пройдёт. Просто я жил, жил... И вдруг словно остановился на месте и огляделся. -Где я? Что со мной происходит? Неужели теперь всегда будет так?

Лина гладит его по голове, по плечам. - Ты знаешь Сергей, я давно хотела тебе сказать... Но думаю, ты такой гордый. Неправильно поймёшь...

Лина начинает плакать и вытирать слёзы ладонью. - Я ведь тебя люблю и уже давно...

Сергей молчит. Берёт платок и вытирает ей слёзы.

Лина - Я ведь в начале думала, что это пройдёт. Думала, что когда мы с тобой переспим, то это пройдёт, что я не буду так тосковать...С женщинами так бывает. (Достаёт сигарету и закуривает, ломая спички)

- А всё получилось наоборот. Я ведь сейчас если день тебя не увижу, то начинаю сильно скучать...

Я о тебе всё время думаю: где ты, что делаешь. С кем ты. И, я ведь тебя не ревную...

Иногда мне кажется, что я какая - то букашка перед тобой, перед твоей хорошо скрываемой тоской. А иногда мне жалко тебя до слёз...

Ведь женщины к тебе, как мотыльки летят, и каждая думает: - Нет, я не обожгусь! Я не такая! (Лина смеётся сквозь слёзы и вытирает глаза тыльной стороной ладони).

Лина - Вот и я так думала. Мне сейчас и плохо и хорошо. На работе, вокруг меня иногда рой поклонников, один большой начальник в любви признаётся и замуж зовёт. Обеспеченный такой и перспективный: машина, квартира, дача...

А я не могу ни о ком думать кроме тебя...

Как тебя вспомню, так плакать хочется. Воображаю, как ты стоишь, волосы на голове рукой ерошишь и молчишь...

И смотришь внимательно и снова молчишь...

(Затягивается, выпускает дым и выбрасывает сигарету).

- У меня сердце начинает болеть, когда ты несколько дней не приходишь...

Я места себе не нахожу. Я и не знала, что любовь такая мучительная бывает...

(Снова плачет) - Я ведь думала, что сильнее, чем свою дочку Настю, больше никого не смогу любить. (Подходит к умывальнику и ополаскивает лицо...)

- Я ведь от тебя уже аборт сделала, и шла домой чуть живая...

- А Настя дома одна сидела...

Я шла морщась от боли и только о тебе и думала.Думала, что если ты захочешь, то я всё брошу - мать, Настю. - и за тобой пойду. Только бы быть с тобою рядом...

Я не знаю, зачем я это тебе говорю...

Сергей молчит и вытирает ей слёзы платком...

Лина - Мне, почему то, тебя так жалко. Ты ведь один...

Лялька, Ирка, - это всё другие. Я вижу - ты улыбаешься, а тебе ведь невесело... Вокруг тебя женщины, как бабочки вокруг огня. А ты как костёр, только холодный - всем виден, всем светишь...

Думаю, может потому и липнут к тебе, что ты недоступен. А что у тебя в голове никто не знает. Книжки? Лао - Дзе?

Лина начинает плакать навзрыд...

Сергей молча подаёт стакан воды...

Немного успокоившись Лина продолжает - Я ведь дурочка помню, как первый раз тебя увидела. Думала ничего особенного. Мы тогда ещё с Юркой жили.

Он тогда повторял - Попов, Попов! А я увидела и подумала - ничего тут нет. Парень здоровый, улыбается. (Вытирает слёзы ладонью, хлюпает носом)

Лина - Я потом поняла, что ты опасный человек, когда увидела, как вокруг тебя и Лялька и Галя, и Ирка вьются и мне захотелось узнать...

(Она засмеялась сквозь слёзы) - Тут-то и попалась пташка...

Когда раньше мне говорили с широко открытыми глазами - Он такой, такой!!! - я ведь не верила...

Думала: "Видали мы таких! А сейчас когда ты рядом, я счастлива, как в детстве, в Новый Год. А когда тебя нет, то я несчастна, как приговорённая к смерти...

Лина берёт руку Сергея и страстно целует её - Ты мне веришь!?

Сергей молчит, и второй рукой гладит её по голове.

Сергей. - Я конечно верю тебе. Но я не знаю почему это мне... За что?

Лина - И я хочу, чтобы ты знал ещё, что меня любит Афродитов. Он говорит, что хотел бы женится на мне...

Сергей - А вот это может быть мне бы и знать не надо было. Но спасибо, что сказала. Я ведь, стараюсь, не вставать между моими друзьями и их жёнами или их девушками. Немножко жаль, что мир так тесен...

Лина со смехом сквозь слёзы - Надеюсь ты Попов не ревнивый?

Сергей - Нет... Пока нет... Я тебе чайку налью.

Лина успокоившись, пьёт чай и спрашивает Сергея - Я, что то Ляльки давно подле тебя не вижу?

Сергей - Я думаю, что она больше не придёт. Я решил, что незачем ей голову забивать ерундой, и сказал, что не люблю её.

Лина - И что же она...

Сергей - Она поплакала, как водится. Да всё в порядке. Она от меня уже почти отвыкла. И потом, она в университете сейчас работает и там много молодых аспирантов...

Я буду только рад, если она найдёт себе кого-нибудь подходящего. Она всё таки хорошая девушка. Кому - то счастье принесёт. Она ведь домовитая...

Лина - Я вижу, что ты какой - то грустный сегодня. У тебя на душе какой - то мрак скопился. Я ведь чувствую...

Сергей - Ну, я совсем не такой романтический юноша, каким иногда могу показаться. Мрак - это сильно сказано.

Лина - И всё - таки...

Сергей - Я действительно не доволен временем, в котором родился и живу.

Кругом, какое - то ленивое неверие в идеалы братской жизни, автоматическое поклонение инстинкту жизни...

Одна моя "романтическая" знакомая, назвала себя материалисткой, и вдруг объяснила этим, необходимость зарабатывания денег.

Меня её откровенная буржуазность поразила. А она ведь с виду красивая и добрая. Пока...

Лина - Интересно, кто это?

Сергей - Ты её не знаешь. Она родственница моего друга. Учится в университете, на филфаке. Я, в разговоре упомянул Фолкнера, а она говорит - дай фамилию запишу.

А ведь отличница была в школе и в университете одна из первых. Наверняка со временем станет кандидатом наук... И таких кругом - легион...

Лина - Ну, не всем же таким как ты быть, Попов...

Сергей - Тут другое. Многие принимают хорошую память за ум. В этом беда. Я всегда вспоминаю христианский афоризм: "Много знающих - мало понимающих".

Кажется, в этом причина упрощения жизни. А для меня жизнь - это длящаяся трагедия с пессимистическим финалом...

(Наливает вина и выпивает. Потом встаёт и говорит, шагая из угла в угол)

- Многие вокруг говорят о любви, а я вижу, что любить - то способны только женщины, да и то две - три из ста...

Остальные, говоря "я люблю тебя" подразумевают, банальную истину - "я люблю себя". По мне, так привычка к близкому человеку - сильнее любви. Сколько вокруг преданных, верных мужей и их, потаскушек - жён. И наоборот...

Здесь наверное даже не биология, а зоология сказывается...

Лина - Ах, вот ты какой!

Сергей - И ты Лина, должна быть со мною искренней. Мне эти любовные зоологические жесты опротивели! Кокетство, любовная игра...

Лина - А я и не скрываю, что тебя люблю. Ты для меня как солнце для цветка. Куда ты идёшь, туда и я поворачиваюсь...

Сергей гладит Лину по голове - Ты извини, что я на тебя свои проблемы "вывалил". Но ты спросила - я ответил. Будешь ещё чаю?

Лина - Нет, спасибо, я пошла домой. Настя чего-то приболела. Просила меня побыть с нею...

Сергей - Передай ей, что я для неё новую куклу имею...

Лина - Точно, что ли, Попов?

Сергей - Ты же знаешь. Детские подарки - это дело серьёзное. Скажи, что завтра приду и подарю. Главное, чтобы выздоровела...

Лина - Ну я пошла... Не провожай меня. (Целует его и уходит.)

Сергей ложится на диван - Сегодня был трудный день...

Занавес...


День. Квартира Попова. Застолье. Репин, Афродитов, Сергей. Афродитов отводит Сергея в сторону.

Афродитов. - Ты знаешь, что я взял дипломную работу, по Великой Американской депрессии...

Сергей - Знаю и одобряю. Думаю на сегодня это очень актуально. Думаю, что Россия стоит на пороге такого же кризиса. И уж слишком много людей вокруг чуждых добру.

Утверждать, что социализм отличается от капитализма, отсутствием кризисов, просто вздор.

Репин - Я тоже чувствую -что-то надвигается. Жизнь превращается в балаган. Лозунги, вместо реальной работы. Над домами торчит аршинными буквами "Народ и партия едины", а я ведь знаю, что этот самый народ пьёт водку и говорит: "Они делают вид, что нам платят, а мы - что работаем".

Афродитов - Я вот об этом и написал...

Ну, конечно полит корректно, как сегодня говорят.

... Я иногда думаю, что может быть я ошибаюсь. Но мой однокурсник, Игорёк, работал летом в горкоме и порассказал мне...

Говорит, что они после городских комсомольских конференций, устраивают такую гульбу - с водочкой осетриной и икоркой.

И "Старший Брат" из горкома партии, подключается. Там, секретарям всем уже под пятьдесят и они очинно любят с молоденькими комсомолочками время проводить.

Сергей - Вот же фарисеи - лицемеры! Простой народ в очередях давится за "мясными костями" и масло по талонам получают, а эти жулики...

На днях я видел страшную картину: молодой русский мужик, рано утром - дело было часов в шесть, лезет через забор во двор магазина...

Афродитов - Он что решил магазин ограбить?

Сергей - Если бы так. Я бы его сразу зауважал. Но он лез туда, чтобы очередь за

говяжьими костями занять! Но и их, сегодня по талонам продают.

А люди с ночи очередь занимают.

И тут я подумал - "Эта власть долго не продержится". И мне кажется дело тут не в глупости парт номенклатуры. Главная причина, на мой взгляд, в том, что "мурло мещанина" сегодня протиснулось в первый ряд бытия.

И это "мурло" замаскировалось потрёпанными лозунгами и наряжено в красный кафтан...

(Выпивает вино) - Но, винить одних функционеров - это всё равно, что обвинять зиму в том, что на дорогах появилась гололедица и машины скользя начинают биться одна о другую...

Тут основная причина удачной "поездки", в личном умении, в личной ответственности...

А зимы были и будут...

Просто люди постепенно стали больше думать о личной выгоде, вместо выгоды общей, общественной. А это - всегда в ущерб другим. Кто сегодня может положить жизнь "за други своя"? Высокие цели незаметно испарились, а вместо...

Продуктовые наборы в спец распределителях убили идеи свободы и братства... Увы, так всегда бывает. Так было и во времена Цезарей и Брутов...

Афродитов смеётся - Лозунги сегодня действительно немного поистёрлись... Только, когда я увижу партийных чиновников вместе с этими мужиками в магазинской очереди, я поверю, что ""народ и партия едины"".

Сергей - У этой власти нет будущего. Они обменяли героическое наследие отцов на свои спец распределители...

Я в делах такой власти не участвую...

Репин - Ты Серж, потише. Времена наступают непонятные...

Но у меня тоже есть знакомый, у которого жена комсомольский секретарь в обкоме. Так он с ней алкоголиком скоро станет. Она с работы, чуть ли не каждый день под шафе приходит и выпивку приносит, которую там уже не могут допить...

Афродитов - Вот, вот! Я и написал, немного о Соединённых штатах, в 1929 году, и немного о нашей стране уже в наше время. И пока материалы копал, то выяснил, что Рузвельт, когда страну спасал, то схватился с американскими олигархами, с разными там Дюпонами и Рокфеллерами. Они ведь хотели тогда к своим деньгам ещё и власть приобрести, прикупить так сказать, воспользовавшись безработицей...

Сергей - А когда защита? Я хочу пойти послушать. Дело твоё нужное и даже необходимое сегодня...

Афродитов - А ты знаешь, мой научный руководитель, как то странно себя ведёт. Всё тянет, всё откладывает, всё с оппонентами советуется.

Сергей - Да... Неладны дела в Датском королевстве. Всё кругом как-то незаметно начинает разваливаться!

Я был в Питере недавно. Так этот, некогда красивый город, стал немного похож на старика с "выбитыми" зубами...

Там уже давно реставрацию надо делать. Стоят дома вдоль улицы, закопчённые, грязные, а кое - где уже снесли здание и какими-то тряпками пролёты завесили. Страшновато становится...

Будто декорации к пьесе о проигранной войне...

Репин - А ведь это и в университете заметно. Ректор, такой солидный, с седенькими височками, завёл себе любовницу, секретаршу, а она забеременела...

Сергей - Я его недавно видел, у своего декана. Он мне здороваясь, "два пальца" подал и не посмотрел на меня. Я для него никто...

Я ещё тогда подумал, что он со своим высокомерием и тупостью, где-нибудь обязательно споткнётся... Даосы говорят, что чванство с глупостью рука об руку ходят...

Репин - Симон, до свадьбы с Таней, чудил. Он тогда, у замдекана, жёнку отбил...

Пока тот был где-то в Смоленске, на конференции, он у его жены ночевал. Вечером подойдёт к дому, свистнет, она ему окошко откроет и он, как Ромео, через окно и в дом. Никто не видит, никто не знает...

Ему и вправду тогда, негде ночевать было... Я бы его у себя поселил, но у меня уже живёт квартирант...

Сергей - Ничего, Симон думаю скоро остепенится. В него Таня по-настоящему влюблена...

А ей, родители квартиру на свадьбу купили...

Может быть, скоро на новоселье будем гулять. Поэтому, уже после их свадьбы, ещё раз предлагаю выпить за Симона и Таню. Может быть скоро он владельцем двухкомнатной квартиры станет...

Но мне чтой-то этот вариант очинна не нравится. Так начинать супружескую жизнь опасно. Невольно можешь оказаться в неоплатном долгу...

Чокаются выпивают. Попов ставит на проигрыватель пластинку, соло трубы с симфоническим оркестром.

Сергей - Послушайте, как труба выпевает. Это же надо так владеть инструментом...

Все сидят и слушают... Свет медленно гаснет. Занавес...


Вечеринка в квартире Тани. Все знакомые нам герои тут... Танцуют.

Сергей сидит и пьёт вино. Лина танцует с Афродитовым.

Репин подходит к Сергею. - А ты чего Серёга не танцуешь?

Попов мрачно - Похоже я своё оттанцевал. Как говорил учитель Лао - есть время танцевать, а есть время пожинать плоды.

(Смеётся) Почему-то, я всё больше становлюсь мизантропом. Все говорят, что я счастливчик, а мне кажется, что у меня кризис среднего возраста начинается.

Я начал понимать героя пьесы Толстого - "Живой труп", Федю Протасова. Он как бы сам себе не верит, что можно быть счастливым всю жизнь.

Конечно это всё толстовские идеи, но всё-таки...

Попов некоторое время молчит и выпивает вино...

Репин - ты что - то Серёга сильно заскучал. На тебя это не похоже...

Сергей - Надеюсь, что это временно. Перечитывал тут в очередной раз "Исповедь" Толстого. Он там говорит, что было время, когда он от себя шнурки и ремни на ночь прятал, чтобы во время нервной бессонницы не повеситься... Нечто похожее и у меня.

Смысл жизни понемногу уходит и остаётся одна бессмысленная суета...

Часто вспоминаю одного паренька, Сашку Грошева. Так он застрелился в семнадцать лет и никто не узнал почему он это сделал...

Меня, этот вопрос сильно последнее время интересует...

Говорит через длинную паузу - Извини меня Репин. Я это должен сам перевернуть...

У всех, всегда, есть на душе что -то невесёлое, но многие улыбаются или даже смеются...

А я не могу врать. Мне кажется, что это вовсе незачем делать...

Подходит оживлённая Лина. - А ты чего не танцуешь? Такая музыка классная!

Сергей - Я ухожу... Ты со мной или...

Лина - Попов, ну давай останемся ещё ненадолго. Мы ведь недавно пришли...

Сергей - Ты можешь остаться, а я ухожу... (Встаёт)

Лина - Ну какой же ты упрямый... Подожди меня. Я только оденусь...

Афродитов подходит и говорит огорчённо - А ты Лина уже уходишь?

Лина - Вот Попов сегодня не в духе...

Сергей - Я ведь говорил, что ты можешь остаться... (Уходит. Лина идёт за ним с видимой неохотой).

Двор перед домом Афродитова. Фонарь. Аптека напротив...

Лина догоняет Попова. - Ну подожди... Какой же ты всё-таки дурак. Ты ведь меня к Афродитову ревнуешь!

Сергей резко поворачивается - Что ты сказала?! Повтори!

Лина - Я говорю, что ты дурачок, наверное меня...

(Попов коротко бьёт её правой ладошкой по щеке) - Повтори ещё раз!

Лина - Я говорю, что ты дурак ... (Попов так же резко бьёт её левой ладонью по правой щеке).

Попов, холодным голосом - Повтори ещё!

Лина начинает плакать - Дурак! (Попов вновь бьёт по левой щеке)

Попов - Повтори!

Лина плачет и молчит...

Попов прячет руки в карманы - В следующий раз, ты будешь думать, когда начнёшь говорить плохие слова...

Он резко поворачивается и уходит. Лина плачет и кричит - Попов вернись! Прошу тебя!?

Попов не оглядываясь уходит и плачущая Лина остаётся одна...


(Занавес)


Квартира Лины. Она осматривает свои опухшие глаза и щёки в зеркало...

Стук в двери. Лина бегом подскакивает к дверям и открывает. Входит Попов... Какое-то время смотрит на её опухшее лицо.

Потом произносит - Ты меня прости. Я не знаю, как это получилось! Нам больше не надо встречаться... Я словно белены объелся... Ты можешь меня ненавидеть, но...

Лина - Я эти два дня как сумасшедшая. Я вчера на работу не ходила. Всё ждала, когда ты придёшь. Я ещё раз поняла, что ты можешь делать со мной, что ты захочешь!

(Плачет и вытирает слёзы прямо руками).

- Я сегодня всю ночь не спала и всё думала о тебе...

Прости меня. Я привыкла со всеми болтать, что мне угодно...

Но я без тебя жить не могу!..

Если ты уйдёшь навсегда, я просто повешусь! Мне без тебя жизни нет!

Попов - Я ухожу. Но, я подумаю о том, что ты сейчас сказала. И я приду. Но только не сейчас!

(Поворачивается и уходит)

Лина стоит и закрыв лицо руками плачет навзрыд...


Занавес!


Конец второго акта...


Третий акт...

Проходит несколько лет...

Квартира Репина. В прихожей зеркало завешанное чёрным покрывалом. Входит Попов.

Навстречу Анка Репина - Плачет - Серёжа! Горе - то какое. Как увижу кого из наших друзей, не могу удержаться, хотя, казалось, за эти дни все слёзы выплакала...

Проходи... Там в гостиной столы накрываю поминальные. (Уходит. Входит Симон. Молча жмут друг другу руки).

Симон - Ну Репин, ну удивил! Раньше всех туда...

Я понимаю, все там будем, но так неожиданно...

Сергей - Я тоже не поверил... (входит Анка)

Сергей продолжает - Увидел записку на двери, читаю "Серёжа, Валера умер" - Думаю что за чепуха. Дней десять назад видел его в бане...

Анка - Он мне говорил, что вы в лес собираетесь, я и не беспокоилась. Думаю, раз с тобой - всё будет хорошо.

Сергей - Они без меня пошли на Соболиные озёра...

Симон - Анка расскажи наконец, как это случилось. Все знают, а я нет...

Анка - После леса, когда они с озёр пришли, он сына Ваську, сводил в больницу и сделал ему укол гаммаглобулина...

Потом через день, у себя из головы клеща вынул. Ты же знаешь какие у него волосы густые. Говорит - ничего, вон Попова, десятками каждую весну кусают, а он только здоровее становится...

Потом через неделю - другую, как то прихожу домой, а он лежит в постелипод одеялом и стонет. Я глянула, а его судороги корчат - весь выгибается. И уже сознание теряет!

Я вызвала скорую, увезли в реанимацию и через двое суток, он умер там. Говорят сердце остановилось... (Плачет)

Вы ребята уж сами тут... Я пойду, мне надо о поминках беспокоиться. (Уходит)

Сергей - Я вчера могилу копал ему на кладбище и всё думал, как судьба нас испытывает. Только у Репина жизнь стала налаживаться, казалось он удачу поймал. На семинар драматургов собирался ехать через полмесяца, в Среднюю Азию... (Пауза)

Пойдём Симон, помянем Репина, выпьем по рюмочке.

Симон - Да я не могу сегодня. Слово Тане дал, что бросаю пить. Вот уже три месяца не пью...

Сергей - Ну ладно, я один... Что - то горько мне.

Симон - Я пойду, с Анкой поговорю... (Уходит)

Сергей наливает рюмку. Подходит Ирка, несёт бутерброды.

- Анкаприслала, говорит надо ребятам чем-нибудь закусить...(Смотрит на руки Сергея) - Что это у тебя?

Сергей выпивает, а потом отвечает - Да вчера могилу копал. Ломом да лопатой кровавые мозоли набил. Земля - глина с камнями. А остальные мужики с полудня выпивать начали...

Так после этого, с них и работники никакие - сама знаешь...

Вот я и не вылезал, пока не докопал сколько надо. А сейчас смотрю на мозоли и понимаю - это чтобы долго помнить...

Наливает ещё рюмку. - Ну давай пока никого нет, я один за него... Мир праху его... (Ирка подвигает ему бутерброт)

Сергей продолжает - Он мужик был с характером. Один такой среди всех. Всё с судьбой боролся, и казалось начал побеждать... Ан нет - "подстерегла злодейка"...

- Одна надежда, что душа его жива...

Ирка - Что ты там бормочешь?

Сергей - Пока с кладбища все не приехали, я его душу помяну. Я ведь сегодня его из морга забирал...

Лежит в гробу, как огурчик. Весь в спортивном, борода вперёд торчит, лицо спокойное... Но я вижу вдруг, что это не он!

Ирка всполошившись - Как не он?!

Сергей - Нет, тело то его, а души в нём нет. Тело пустое, а душа должно быть уже летит " в звёзды врезываясь"...

И мне спокойно стало! Как там в евангелии "Не заботьтесь о теле, а душу сберегайте, ибо душа попадёт в небесные чертоги..."

Ирка - Ну ты Попов, как всегда умничаешь. Ты посмотри, Симон - то не пьёт... Ему же три месяца назад операцию сделали.

Сергей - Да что ты говоришь?! Я его с полгода не видел!

И он молчит. Гордый стал.

Ирка - Он ведь с Танькой ругаться из-за выпивки начал. Она его и выгнала. Он по друзьям ходил, где пустят, там и ночевал. Ляжет на полу на свой спальник и рядом горсть таблеток кладёт...

Представляешь - днём в Университете, директор издательства, а вечером голову негде преклонить!

Вот его и прихватило как - то вечером. Кровь горлом пошла!

Пока операцию делали, половину крови потерял и треть желудка вырезали. Только минералку сейчас и пьёт. С Танькой помирился. Сидит дома...

Но пока в больнице был, из университета мужики один за другим шли. У него же друзей сотни!

Сергей - Да, он отличный мужик. Мягок только. Но потому и отличный...

(Входят гости, рассаживаются...)

Симон - Наливает себе воды. - Ну что, по первой? Я теперь распорядителем буду, потому что сам только воду... (За столом разливают водку)

Симон - Я несколько слов скажу. Я Репина уже двадцать лет знаю. Всякое бывало. Помню в Одессу уехали без денег. Голодали там. Я, один раз в обморок упал...

Так он меня в больницу увёз и пока меня не "поправили", сидел рядом...

И сколько раз он меня выручал...

Пусть земля ему будет пухом. (Кто - то тянется чокаться. Сразу несколько голосов: "Не чокаются на поминках! Не чокаются!)

Все выпивают, закусывают...

Поэт Соколов, редактор молодёжной газеты, встаёт. Все затихают.

- Я его недавно узнал. Он принёс пьесу в нашу Молодёжку. Прочитали. Видим талантливый парень. Напечатали...

Я думаю теперь, чтобы память о нём сохранить, надо бы его пьесы издать. И я полагаю, что мы в редакции будем думать, как это сделать...

Надо, чтобы память о нём осталась. (Выпивает. Все выпивают тоже. Шум за столом усиливается.)

Сергей встаёт. Шум медленно смолкает - Я Репина давно знаю. Жизнь он прожил непростую. Всё у него было - и беды и радости. Только литературных успехов не было. И вот казалось пошло...

А тут и смерть... И я думаю - у него был характер. И потому, он всегда был самим собой. Иногда это нравилось, иногда нет, но в памяти хорошее победит плохое.

Сегодня, мы схоронили тело, но душа его уже там (Показывает вверх) И потому, пусть её там примут как подобает. А мы, если понадобится, будем в свидетелях на Страшном Суде...

Все молча выпивают. Одна из знакомых подходит и несёт Сергею варенье на ложке. Он отстраняется - Спасибо. Я этого не люблю. (Девушка отходит обиженная)

За столом шум. Кто - то пьёт, кто - то закусывает. Сергей выходит из за стола

Ирка. - Ты куда Попов?

Сергей - Я подышать хочу...

Ирка - Я с тобой.

Выходят на кухню.

Сергей - У меня из головы не идёт, как это возможно в нашей современной жизни. Жил человек, не достиг ещё зенита жизни...

Сходил в лес, какая - то букашка заразная укусила, и вдруг умер, исчез. И вместо - белое пятно, "чёрная дыра".

И я чувствую себя вовлечённым в этот "факт" неправдоподобной реальности. Ведь это я его в лес приглашал. И уверен, что если бы я пошёл с ним, ничего бы не случилось. И потом, ведь он на меня ссылался, когда не стал делать укол гаммаглобулина...

Тут определённо стечение обстоятельств, которое люди называют судьбой! (Сергей долго молчит).

- Ведь казалось, Репин, после десятилетия борьбы за самореализацию, наконец схватил удачу за хвост: Союз писателей, семинары, конференции, пьеса в газете. И тут катастрофа... И я каким-то боком замешан...

Ирка. - Ты не переживай Попов. Таковы уж твои свойства. Карма - как ты раньше говорил...

Кстати, ты знаешь, что Ефимов на Север уехал, охотником стал, как ты.

Сергей - Ну, ну. Мы разные...

Ирка - Да ты что Попов?! Он же - твоя копия. Ты просто не замечаешь, как ты на людей влияешь!

Я по себе помню. Сегодня такой день, когда всё можно говорить...

Я ведь в тебя была влюблена несколько лет. Я дня прожить не могла без того, чтобы тебя не увидеть... (Гладит Сергея по рукаву)

- А у мужиков другое. Они невольно поддаются твоему давлению.

Вот Ефимов... Он даже говорить стал как ты. И усмехается тоже, как ты. Не так добродушно, но внешне похоже.

Сергей смеётся - Не обижай меня Ира...

Ирка - Он сейчас где - то в тундре, охотничий участок взял и живёт там...

Сергей грустно вздыхает - Да... Были времена... Я сейчас сильно переменился...

Сартр - французский философ такой, говорил, что мы попадаем в рабство к тем, кто нас любит...

Ирка - И даже ты Попов?!

Сергей - Я нормальный человек... (Пауза)

Недавно приезжал Костриков, ты его помнишь. Я у него, как то, тоже был свидетелем на свадьбе. А до этого он меня, возил в общежитие, где, жили бывшие зэки, просил с ними разобраться. Сдаётся мне, что он из меня тоже, былинного героя вообразил...

Ирка. - Ну и как?

Сергей - Там обошлось без мордобоя. Он показал меня своим недругам, поговорили и всё обошлось...

Ирка - Ну, так что Костриков?

Сергей -Он, как приехал откуда - то из под Питера, сразу ко мне побежал. Лины дома не было, и я с маленькой Наташкой нянчился и стиркой занимался. Он посидел посмотрел на меня и ушёл с укоризной во взгляде. Он моей новой жизни не одобряет...

Ирка - Ну и я не одобряю, Попов. Лина ведь на всех твоих друзей, а тем более подруг, чуть не лает. Со мной не здоровается. Один раз даже из дома выгнала - так ревнует тебя ко всем...

Сергей вздыхая - У неё болезнь. Она меня ревностью замучила...

Ей кажется, что на меня все женщины бросаются. А я же не буду её уверять, что я хороший и верный. Что мне женщины только как люди нравятся... Стыдно...

- Она и подлость мне сотворит, только потому, что ревности не сможет перебороть...

Сергей вдруг улыбается. - Зато когда была беременна, то за руку меня держала, боялась отпустить на пять минут. Ну да ладно...

Ирка - А ты знаешь Попов? Я недавно Галю Лопатину видела. Так они ещё одного мальчика родили и Лопатин рад до небес...

Сергей вздыхает - Может так и надо Ира. Ведь мужики хорохорятся, пока им жёны, их место не укажут.

И только после этого начинают ценить и понимают, что без женщины жить не могут... (Выпивает ещё рюмку) Знал бы - сам ни за что не женился...

Но дело сделано. Теперь это факт биографии...

Как там буддисты говорят: "Лучше карма плохая, но своя, чем хорошая, но чужая".

Да ладно!Может кривая вывезет. Я же везучий! (Надолго замолчал. Ирка ждёт продолжения рассказа).

Конечно - что сделано, то сделано! (Грустно вздыхает)А ты бы Ириша пошла Анке помогла, за столом...

Ирка - Я тоже об этом подумала. (Уходит.)

Входит поэт Соколов. Закуривает. Заметив Полякова. - Мы с вами незнакомы... (Протягивает руку - Андрей...

(Сергей называет себя...)

Соколов. - Мне понравилось, как вы говорили о Репине. Он действительно был неоднозначный человек.

Сергей. - Уж это точно! Да и кто из нас прост?

Соколов - Симон мне говорил, что вы тоже пишете.

Сергей - Ну, не так уж и пишу. Я скорее стараюсь жить. Я действительно пописываю для ТВ, для молодёжной редакции... О интересных людях. А таких я вижу вокруг очень много.

Соколов - Вот и напишите о ком-нибудь в нашу газету...

Сергей - Боюсь вам не подойдёт.

Соколов - Это почему же? Для ТВ подойдёт, а для нас нет. Мы ведь вот так и Репина нашли.

Сергей - Думаю, что это он вас нашёл! И потом, я пишу на клочках, и стараюсь, чтобы редактор на ТВ, идею уловил. Спасибо, они пока вздыхают, но терпят и берут...

А дальше - это уже их дело. Я ни одной из десяти своих программ не видел.

А что касается Репина, то вы его поздно "нашли". Вот он умер от энцефалита, а это для вас, равнозначно смерти от молнии - случайность...

А для меня нет!

Вы пишете о СПИДе взахлёб - тема модная, а о энцефалите, от которого по двести человек за весну, здесь, в Сибири умирает, вы не пишите, потому, что СПИД для вас экзотика, а энцефалит - это обыденность. Умирали и будут умирать.

Соколов - Мы не можем оставаться в стороне от проблем мира!

Попов - Извините за резкость, но вы провинциальная газета, а проблемы мира, для вас как очки, для известной героини басни Крылова...

Ещё вы пишете с придыханием о "охранителях". По сути вы их рупор. Сохранение "национальных" памятников и "старины" - это ваш конёк! (Саркастически копирует экскурсовода) - В этом доме останавливался Чехов, проездом на Сахалин. Его надо сохранить для потомства...

А то что в этом доме живые люди существуют, дети растут, с печным отоплением и туалетами и помойками на улице - это охранителей не касается.

Соколов - Ну это вы зря. Мы ведь о культурном наследии заботимся.

Сергей - Вы бы лучше писали о том, как много талантливых, красивых людей, умирает так и не найдя себя или спиваются, комично и трагично подражая Хемингуэю...

Соколов - Пьянство - это бич России.

Сергей - Когда человек знает, зачем он живёт, что его руки и мозги нужны другим людям - он тогда не пьёт. Он живёт. У него времени на пьянство нет...

Когда простые люди, после Революции и Гражданской войны начали строить новый мир, они учили грамоту не по прописям.

Им это было непонятно и неинтересно: "Маша Любит кашу" - это глупо, считали они.

Кто её не любит кашу, если она есть? Но когда учителя давали им предложение: "Рабы не мы - мы не рабы" - то они писали это сознавая, что это о них сказано...

Они учились воевать и работать, и после войны, работали не покладая рук. А потом, снова воевали насмерть. Гитлер, до этого, завоевал Францию за два месяца, словно на танковых учениях. И союзники из-за Ла Манша не помогли...

А в Союзе он забуксовал, а потом и рухнул...

Значит было что - то в советских сердцах, что перебороло то, казавшееся непобедимым, в немецких сердцах

А сейчас, всё смешали в кучу: и культ личности и великие победы. Вот и топчемся на месте, вот и говорим о СПИДе, вместо того, чтобы энцефалит победить, и своих людей спасать...

(Соколов делает попытку прервать его)

Сергей однако продолжает - Мой друг, Афродитов, тоже скоро умрёт. У него рак. Последний год, в горзеленхозе работал. Деревца в скверах высаживал. А ведь он талантливый историк. Дипломную написал о Великой Депрессии в США... У нас к этому же идёт. А ему сказали - тема ваша не актуальна - при социализме экономических кризисов не бывает. Что верно, то верно. Только у нас то сейчас не социализм, а номенклатурное бюрократическое государство! Вот он от безысходности и заболел. Не водку же пить...

Соколов - Послушайте Попов. А вы опасный человек. Вам социализм не нравится. Но ведь партия объявила перестройку. Михаил Сергеевич, пытается страну и партию от наследия прошлого избавить...

Сергей - Как же, слышал...

Прорабы перестройки, социализм с человеческим лицом.А вместо лица, у этого социализма, "мурло мещанина" вылезает...

И потом, недавно ещё Горбачёв говорил о ускорении. Но никто не объяснял, что и как ускорять. А ведь кто-то за эту бессмысленную инициативу, пересел из кресла пониже - в кресло повыше.

Помните анекдот: "Я не знаю кто такая Хунта и кто такая Чили, но если Луиса Карвалана не освободят?!

Соколов - А вы язвительный человек...

Сергей - Вот поэтому-то, я и не пишу в вашу комсомольскую газету...

Соколов - Ну знаете...(уходит.)

Входит Ирка. - Что это Соколов выскочил отсюда как ошпаренный?

Сергей - Да так, поговорили...

Ирка - Ну и что ты такой мрачный снова? Все говорят, что будут помнить, Репина, напечатают пьесы... Красиво говорят.

Сергей - Выпили они вот и говорят. Даосы говорили - кто красиво говорит, тот мало делает. А ещё они говорили - вначале делай, а потом говори о сделанном, а не наоборот...

Ирка - Ну ты как всегда, Попов, очень недоверчив.

Сергей - Ира, ты должна понять, что мой скепсис - он на почве опыта произрастает. Ведь ты посмотри на них внимательно.

Ведь они не на поминках, а на празднике... На празднике живых!

Ирка - Ну и что? Они ведь сегодня уже плакали, а сейчас улыбаются.

И это нормально...

Сергей - Плакали то, они тоже о себе. Ведь Репина нет, а они живы...

И потом Репин ведь не был благостным. Он их периодически тревожил правдой о них самих.

Но так же, когда жизнь их припирала к стенке, он им помогал, но требовал взамен поддакивания, а иногда и ответной благодарности...

Поэтому они плакали. Но поэтому они и смеются...

За это я его и уважаю. Он умер, но не сломался!

Ирка - Ты Попов иногда очень непонятно говоришь.

Сергей - Прости голубчик. Я знаю, что надо быть добрее, а точнее наивнее. Но не могу. Ты же знаешь, - Познание умножает скорбь, От многия знания - многие печали! Так что прости меня, если можешь.

Давай тихонечко уйдём... Репин бы нас понял...

Ирка - Как скажешь, Попов... (Тихонько уходят. Из Гостиной доносится громкий шум разговоров...)


Занавес...


Квартира Попова. Вечер после поминок...

Входит Попов... Лина встречая его - Ну и где же ты был?

Сергей - Ты же знаешь. Сегодня Репина хоронили...

Лина - А почему ты один пошёл, без меня?

Сергей - А кто с детьми сидеть будет?

Лина - А мне уже надоело безвылазно дома сидеть...

Сергей - Ну, надо потерпеть немного... Я просто не мог не пойти...

Лина - А эта твоя подружка Ириша, наверное тоже там была? Я тебя знаю, Попов! Ты же без подружек жить не можешь!

Сергей - Ну ты это зря.

Лина - Что зря? Что зря? Эта выдра Ира, так вокруг тебя и вьётся...

Как - то приходила, даже сюда. Я её выгнала и сказала, чтобы она больше не появлялась в моём доме...

Сергей едва сдерживая раздражение - Лина! Я тебя прошу быть повежливей с моими друзьями.

Лина - Ну, знаешь! С меня тоже достаточно. Я ухожу гулять! (Одевается и собирается уходить...) - Настя и Малышка спят. Если Наташка проснётся, покорми её из бутылочки. Я приду поздно...

Сергей - Лина! Не делай ничего на вред другим людям. Ты об этом будешь потом очень жалеть!

Лина - Ну это уже моё дело! (Уходит)

Сергей ходит из угла в угол - Идиот! Сколько раз себе говорил - нельзя верить женским слезам...

Вот теперь и расхлёбывай! (Ломая спички, закуривает сигарету).

Нет! Так дальше не может продолжаться! Завтра же начинаю действовать. (Открывает шкаф, достает бутылку водки, наливает полстакана и выпивает. Потом садится и уже успокаиваясь говорит сам себе)

- С этим надо заканчивать. Я не могу себе позволить становится жертвой истерик! Это может зайти очень далеко...

Подходит к проигрывателю и ставит пластинку - "Мотеты" Брукнера. Звучит музыка, Сергей сидит и курит...

Свет постепенно гаснет.


Занавес.


Квартира Поповых. Утро через неделю...

Сергей собирает свой охотничий рюкзак...

Лина - Ты опять в тайгу?

Сергей - Да ...

Лина - Мама говорит, что тебе лучше на работу нормальную устроится.

Сергей - Будем считать, что я маму послушался. Только на работу я устроился в отъезд. И вот скоро надо прощаться...

Лина - Что ты опять задумал, Попов?

Сергей - Я устроился на лавинную станцию, в институт сейсмологии...

Буду наблюдать за сходом лавин. И сегодня туда улетаю!

Лина - Сергей! (Плачет) Куда, туда?.. А как же мы?

Сергей - Я подумал и решил, что нам надо пожить отдельно. Ты стала ко мне относится совсем не так, как это было вначале.

И я подумал, что надо нам на время расстаться. Настя уже большая, и поможет тебе за Наташкой ухаживать. А я, будем считать, уезжаю на заработки.

Я буду получать на этой лавинной станции приличные деньги, и буду тебе их отправлять...

Самому мне мало нужно. Поэтому, решится финансовая проблема. (Пауза)

- А проблему наших отношений сама жизнь разрешит...

Думаю, что так будет честнее, да и для детей лучше. Настя будет знать, что отчим в командировке, а Наташке, сейчас ещё всё равно - лишь бы мамка была рядом...

Лина плачет. - Ты меня прости, с моей глупой ревностью, но я без тебя не смогу жить...

Сергей - Ты сейчас знаешь, для кого тебе жить, а мне надо немного отойти от суеты, в которую мы погружаемся, месяц за месяцем, год за годом...

И потом, я буду приезжать...

Думаю, что так будет лучше для нас обоих. На время надо расстаться, чтобы вспомнить начало нашей совместной жизни!

Лина плачет - Серёжа прости меня... Я люблю тебя по-прежнему...

Сергей - Сейчас, я уже ничего не могу изменить. После смерти Репина, я как - то по новому взглянул на мою и твою жизнь.

Я понял, что смерть приходит неожиданно, и застаёт нас на полпути. Свой жизненный ресурс, здесь, я уже выработал. Надо побыть одному, и подумать, как жить дальше...

Да и для вас, будет лучше, если я буду хоть и далеко, но жив.

Лина - Ну, ты, хотя бы дождался Насти. Она скоро из школы придёт...

Сергей - Скажешь ей, что я уехал в командировку и скоро вернусь. И потом, это ведь не смерть, когда человека уже нет совсем. Я ведь жив. (Усмехается)

Или кажется, что жив... Прощай!

Целует Лину, одевает рюкзак и выходит...

Лина стоит посреди комнаты, вытирает слёзы - Я так и знала... Его даже детьми не удержать... Бедный Попов!!!


Свет гаснет и занавес опускается...


КО Н Е Ц


Остальные произведения автора можно посмотреть на сайте: www.russian-albion.com

или на страницах журнала "Что есть Истина?": www.Istina.russian-albion.com

Писать на почту: russianalbion@narod.ru или info@russian-albion


Июнь. 2002 год. Лондон.


Что есть Истина?


Пьеса


В 4 актах


Акт первый.


Картина первая.


Вифлеем. Постоялый двор. Комната хозяина, она же приемная для посетителей. Хозяин сидит и пишет что-то за столом в углу сцены. Рядом топчан, на котором хозяин спит. За топчаном, на табурете бочка с водой и черпаком. Между столом и топчаном окно. Входят Иосиф и Мария. У Марии большой живот.

ИОСИФ. Хозяин, можем мы остановимся у вас на несколько ночей?

ХОЗЯИН. Откуда вы и почему так поздно?

ИОСИФ. Мы идем из Назарета...

ХОЗЯИН (перебивая Иосифа). Увы, люди добрые. Все места заняты. Многие приехали сюда, чтобы участвовать в переписи и живут тут неделями. Все мои запасы продуктов съели. Отправил племянника в Иерусалим на рынок, покупать новые...

Снова что-то пишет. Иосиф и Мария стоят и ждут.

МАРИЯ (Иосифу). На дворе ночь и я устала. Я уже никуда не могу идти. Что нам делать, Иосиф? У меня время подходит...

ХОЗЯИН (отрывается от бумаг). Я уже сказал, мест нет.

Смотрит на Марию, на её живот.

ХОЗЯИН. Хотя, если вы согласны, то можете переночевать в хлеву. Это за стенкой, во дворе Там чисто. Я приказал убрать, пока животные на пастбищах... Возьмите в углу солому. Не дворец, но ночевать можно...

Иосиф и Мария уходят. Хозяин снова склоняется над столом, что-то пишет. Заходит Иосиф.

ХОЗЯИН (раздраженно). Ну, что тебе?

ИОСИФ. Дайте воды. Моя жена рожает...

ХОЗЯИН (ворчит). Ох уж эти римляне. Сколько людей с мест сорвали. Вся Иудея на ногах...

Ищет таз, наливает в него воду из бочки. Иосиф берет таз с водой и уносит.

ХОЗЯИН. (как бы оправдывая себя) Ничего, сегодня тепло.

Подходит к окну. За окном темно. Хозяин открывает окно. В комнату врывается птичий щебет и пение.

ХОЗЯИН (непонимающе оглядывается) Странно. Никогда такого не было, чтобы птицы ночью пели!

Закрывает окно. Подходит к топчану. Ворчит и укладывается спать. Накрывается одеялом, замирает.

Стук в дверь.

ХОЗЯИН (сбрасывает одеяло, садится) Кого еще бог послал? Входите!

Входят 3 пастуха. Хозяин изумленно смотрит на своих пастухов.

1-й ПАСТУХ. Хозяин, чудо свершилось. На пастбище явился нам ангел с лучом огненным и сказал, что скоро в мир придет долгожданный Мессия и что родится он здесь, в Вифлееме, граде Давидове, сегодня ночью.

2-й ПАСТУХ. И ещё он сказал, что узнаем мы новорожденного Христа Спасителя по тому, как будет он в пеленах повитый лежать в яслях.

3-й ПАСТУХ. И сказал ещё ангел, что это великая радость для всех миров, во всей Земле.

ХОЗЯИН. Не морочьте мне голову, идите лучше к овцам. Но если вы считаете, что должно свершиться чудо, идите в хлев, там какая-то дева из Галилеи рожает. Может она Спасителя и родит. (Смеется)

Пастухи уходят. Хозяин поудобнее устраиваясь на топчане кряхтит и ворчит.

ХОЗЯИН. И что доброго может прийти из Галилеи?

Стук в дверь.

ХОЗЯИН (сбрасывает одеяло, садится) Кто там ещё? Входите!

Входит Симеон.

ХОЗЯИН. А это ты, Симеон. чего тебе?

СИМЕОН. Птицы ночью поют. Это знамение. Ты знаешь, я жду утехи Израилевой, Христа уже который год. И вот сегодня пастухи сказали, явился к ним Ангел в одеждах белых и возвестил о рождении Господа нашего, здесь в Вифлееме, граде Давидове, как написано в Писании. Где младенец?

ХОЗЯИН. Да вы что сегодня все с ума посходили, сперва пастухи, теперь ты. Какой младенец? Какой Спаситель? Правда в хлеву ночуют старик с женой из Галилеи. Жена у него рожает. Но разве так придет в мир Спаситель? Ты Симеон рехнулся уже от старости. Сходи, посмотри сам, но меня больше не тревожь.

Симеон уходит. Хозяин ложится на топчан, укрывается с головой. Засыпает.

Сильный стук в дверь.

Хозяин вскакивает, одеяло падет на пол.

ХОЗЯИН.(плачущим голосом). Господи, ну когда это кончится? Смогу я сегодня поспать? Кого там опять... Входите!

Входят волхвы, богато одетые, в чалмах и халатах.

1-й ВОЛХВ. (Кланяясь) Хозяин, не обессудь, что будим тебя, но дело святое и важное. Со времен пророчеств Даниила ждут люди явления Владыки Мира, царя Иудейского. Девять месяцев назад явилась на небе новая яркая звезда над страной Иудейской. Пришли мы в Иерусалим к Ироду царю и спросили его о новом царе Иудейском. Но он сказал, что ничего не знает, но просил сообщить ему если мы найдем этого царя.

2-й ВОЛХВ. Несколько дней назад звезда тронулась и мы пошли за ней. Шли всю ночь. Остановилась звезда над Вифлеемом. Здесь должен родиться тот, кого мы ждем!

ХОЗЯИН. Да, действительно, пришли ко мне вчера старик с женой из Галилеи. Жена у него рожает. Мест нет, так пустил я их в хлев. Может она уже и родила, но вряд ли это Мессия.

Волхвы уходят

ХОЗЯИН. Смешные люди: Ангелы, знамения, звезда тронулась... Суеверия всё это.

Укладывается на топчан.


Свет гаснет.

В темноте сцена поворачивается.


Картина вторая.


Яркий свет. Слышно пение птиц.

Хлев. Иосиф и Мария с ребенком в центре. Рядом теснятся пастухи, Симеон, бедно одетые люди. Входят волхвы, вносят дары, раскладывая их вдоль рампы сцены, падают на колени.


1-й ВОЛХВ. О радость мира! Родился новый свет и Владыка Мира, предсказанный ещё в древности! Да святится имя твоё!

2-й ВОЛХВ. Наши дары (показывает рукой на дары) для него. Здесь золото, ладан, смирна. Да будет он велик и счастлив. Мир и слово ему и людей благоволение!

3-й ВОЛХВ. Но бойтесь царя Ирода, ибо он что-то замышляет против Спасителя. Ревнует его к своей славе, жестокосердный. Бойтесь его и поскорее уходите подальше. Замыслил Ирод недоброе. А мы уйдем, теперь, в радости, к себе на Восток. Но уйдем другим путем, мимо Иерусалима и Ирода-злодея.

1-й ВОЛХВ. Но сначала порадуемся новорожденному.

Поют Славься Господь, совладыка земли и неба. Ты Свет и Надежда Мира

3.ВОЛХВ. Предвидим трудности и страдания на твоем пути. Но ты все преодолеешь и воссядешь одесную Отца небесного. И будут праведники и раскаявшиеся блаженны. И будут наказаны упорствующие в грехе, безверии...

Птицы поют громче. Восходит солнце. Начинается прекрасный день. Все медленно уходят со сцены, кланяясь.

ИОСИФ. Мария, дочь святости, мать Иисуса, мы должны спешить. Ирод - злой и жестокий. Он убил жену и трех своих сыновей только потому, что заподозрил их в заговоре против него. Пока весть о рождении святого младенца не распространилась по Иудее и не достигла Иродовых ушей, нам надо бежать. Куда? Наверное лучше всего в Египет. Недалеко и Ирод не достанет.

Походит к одному из даров, вынимает горсть золотых монет, кладет в карман. Уходит готовить отъезд.

Мария остается одна с сыном. Склонилась над яслями и любуется младенцем.

МАРИЯ. Ой, младенец проснулся! Какие у него глаза! Он всё слышит и понимает. А выглядит совсем как годовалый! Сын Божий, Господин мой!

Мария становится на колени и молится.

МАРИЯ. Отче Благий! Благодарю тебя, что избрал меня для явления в мир Святого младенца сего. Спаси и сохрани нас в эти смутные времена.

ИОСИФ (входит). Все готово. Я купил осла, собрал все для дороги. Идем Мария, да хранит нас Бог!

Мария нагибается над яслями, берет младенца, прижимает к себе и вместе с Иосифом уходят. Иосиф несет дары.


Затемнение. Сцена поворачивается.


Картина третья.


Опять коморка хозяина.

Хозяин стоит на пороге и смотрит вслед удаляющимся Иосифу и Марии.


ХОЗЯИН. Странные люди. Поверили, что Христос может родиться в хлеву. Фарисеи и книжники говорят, что он, Мессия, придет в мир во славе, как богатырь, на боевом коне, и уничтожит врагов детей израилевых и станут иудеи владеть миром во веки веков... А это? Сын плотника из Назарета, разве он может стать Спасителем и Владыкой Мира? Глупые люди!!!

Подходит к топчану, ложится, накрывается одеялом.

ХОЗЯИН (ворчит) Ночь прошла, а сна не было. Надо поспать ещё...


Занавес.

Конец первого акта.


Акт второй


Картина первая


Иерусалим. Иерусалимский храм. У входа в храм сидят старцы-фарисеи. Среди них мальчик Иисус.


1-й СТАРЕЦ. Да! Очень важно, чтобы среди неверующих грешников, бестрепетно преступающих заветы бога, жило хотя бы несколько праведников. Они как свет в ночи будут светить тем, кто ищет Божьей правды и справедливости.

2-й СТАРЕЦ. Да! Это так! Вспомните Содом и Гоморру. Как Лот испрашивал ангелов, посланников Божьих, о десяти праведниках в этих нечестивых городах и как ангелы говорили, что города спасутся, если в них найдется этот десяток праведников среди тысяч и тысяч грешников. Ибо рано или поздно грешники убедятся, что земная жизнь, где зреет зло, разврат и несправедливость, приводит только к ужасной, бессмысленной смерти. И когда это произойдет, то эти грешники могут обратиться к праведникам с просьбой показать путь к богоугодной жизни в которой справедливость и добро являются целью и смыслом.

ВСЕ ХОРОМ. Да! Это так! Ты говоришь правильно!

ИИСУС. Позвольте вас спросить о том, что вы называете справедливость? Но вначале я хочу рассказать о нашем лавочнике...

1-й СТАРЕЦ ВТОРОМУ. Чей это мальчик? Он с нами уже второй день сидит здесь и всё внимательно слушает.

2-й СТАРЕЦ. Говорят это сын Иосифа и Марии из Назарета. И удивительно, что он в его малые годы интересуется делами веры.

ИИСУС. Так вот. В нашем маленьком городке где то лет пять назад появился человек, который открыл продуктовую лавку. Начал он с малого, продавая оливковое масло, сыр и пшеницу, инструменты для крестьянской работы. Два года назад случился засушливый год. От жары пострадали все посевы, а в овечьих стадах случилась заразная болезнь. И тогда лавочник, у которого были запасы в закромах и подвалах, сделал должниками своими многих людей, продавая им всё втридорога. Сейчас он один из самых богатых людей в нашем городе. Он купил большое стадо овец и набрал из должников пастухов для своего стада. Этот лавочник, разбогатев, сшил себе широкую налобную повязку, стал старостой в нашей синагоге и молится даже на площади, переходя её, и для этого останавливается, шепчет молитвы и воздевает руки к небу. И это видят все. Так вот я хочу спросить вас, уважаемые учителя, праведны ли его дела и поступки? Многие в нашем городе говорят и спорят об этом, но никак не могут согласиться между собой.

1-й СТАРЕЦ. Да! Трудный вопрос ты нам задал! С одной стороны этот лавочник не крал, не убивал и даже помог городу перенести тяжелый год. С другой... С другой... Ох и трудно же ответить на твой вопрос.

2-й СТАРЕЦ. И ведь как ты говоришь, он молится и днем и вечером, а это говорит о его набожности. Но... Но.. Что-то здесь не так... Что-то есть в этом противное праведности... А что, я и сам не знаю!

ИИСУС. Позвольте, уважаемые, сказать как я это понимаю.

Бог создал Адама и Еву безгрешными, но переступив его заветы, соблазненные Сатаной, принявшим облик змия, наши прародители согрешили, были наказаны Богом и изгнаны из Рая. Тот первородный грех довлеет над людьми. Но праведники, сознавая свою изначальную греховность, борется с грехом внутри себя, стараясь жить по любви и правде. Этот лавочник грешен вдвойне. Во-первых: потому, что преступил Божьи Законы, воспользовавшись человеческой бедой и нажив на этом состояние, а во-вторых: потому, что будучи грешен, изображает из себя праведника и верующего, выставляя это на показ. Он лицемер и гнев Господень рано или поздно падет на его голову... И ещё я думаю о том, что где появляются деньги, богатство там исчезает вера.

1-й СТАРЕЦ. Да он просто маленький мудрец! Он берет на себя смелость судить людей!

2-й СТАРЕЦ. Как смело он говорит. Ведь и мы знаем много таких псевдо верующих и псевдо праведников. Но мы об этом не говорим вслух, потому что эти люди богаты и влиятельны. И вправду говорят: устами младенца глаголет истина.


Из-за угла появляются Иосиф и Мария.

ИОСИФ.(Марии). Мне говорили, что видели его здесь, в преддверии храма.

МАРИЯ. Как он мог? Ведь знает, что мы волнуемся. Он всегда был такой послушный, робкий мальчик.

ИОСИФ. А, вот он где! Иисус, почему ты здесь? Мы вернулись с полдороги, чтобы разыскать тебя!

МАРИЯ. Сынок! Как ты мог оставить нас, своих родителей, зная, что мы будем волноваться?

ИИСУС. Простите меня! Но я вдруг понял, что Бог и истина для меня дороже всего на свете. И решил поговорить с этими уважаемыми старейшинами о тех вопросах, которые меня волнуют больше всего. О справедливости, о добре и зле, искренности и лицемерии. Эти беседы породили новые мысли и новые стремления. Идемте, и благословит Господь этих уважаемых старцев.

Уходят.

ИОСИФ.(уходя) Ну ты хотя бы предупредил нас с матерью, что остаешься.

ИИСУС. Да. И вы бы мне не разрешили...

Скрываются за углом.

1-й СТАРЕЦ. Этот ребенок вырастет великим человеком. Я никогда еще не слышал таких разумных речей от детей.

2-й СТАРЕЦ. Этого человека ждет не только великое будущее, но и великое страдание. Люди не любят, когда говорят правду о них и жестоко расправляются с ними. Дай Бог избежать ему великих несчастий в его взрослой жизни...


Старцы расходятся, обсуждая слова Иисуса:

3-й СТАРЕЦ. Надо-же, из Назарета, а такой умный.

4-й СТАРЕЦ. Он говорил, что этот лавочник вдвое грешен. Это опасные рассуждения.


Картина вторая


Иоанн Креститель, Петр, Андрей Иоанн, Иаков на берегу реки Иордан. Иоанн в грубой верблюжьей одежде. Входит толпа фарисеев.

1-й ФАРИСЕЙ. Где же он?

2-й ФАРИСЕЙ. Говорят он похож на Илию. А ещё говорят, что очень груб.

Подходят и Иоанну.

1-й ФАРИСЕЙ. Говорят ты крестишь водой, Учитель?

ИОАНН. Да крещу... Но тот, кто будет крестить Духом Святым и Огнем придет после меня. И я говорю вам прямо: покайтесь, змеинное отродье. Кто сказал вам, что вы сможете избежать Божьего гнева? О фарисеи, лицемеры!

2-й ФАРИСЕЙ. Но, как же так, ведь Отец то у нас один - Авраам!

ИОАНН. Не оправдывайтесь тем, что отец у вас один. Бог может, если захочет, из простых камней воссоздать потомство адамово. Прежде крещения покайтесь... Уже и топор лежит у корней неплодных дерев. Поэтому будут они срублены и брошены в огонь

Фарисеи в страхе убегают.

ИОАНН. Они неверные и предадут Сына Божьего, для которого я послан выровнять его пути...

Появляется Иисус. Подходит к Иоанну. Иоанн узнает его, кланяется.

ИОАНН. Зачем, Сын Божий, ты пришел ко мне?

ИИСУС. Креститься!

ИОАНН. Но я недостоин. Это мне надо принять крещение от тебя.

ИИИСУС. Ты должен крестить меня, ибо необходимо исполнить Заветы.

Иоанн окропляет водой Иисуса, крестит его на глазах будущих его учеников. Вспыхивает луч света, который падает с небес на Иисуса Христа. раздается громовой голос: " Сей есть сын мой возлюбленный, в котором мое Благоволение!" Все падают на колени. Иисус медленно уходит. Иоанн Креститель уходит тоже. Андрей, Иоанн, Петр бегут за Иисусом.

АНДРЕЙ. Куда ты идешь, Учитель?

Догоняют Иисуса.

ИИСУС. Настало время проповедей подлинной веры. Ступайте за мной и будьте моими учениками

ПЕТР. Учитель! Мы простые рыбаки, разве можем мы быть твоими учениками?

ИИСУС. А я говорю вам, Блаженны нищие духом, ибо ваше будет Царствие Небесное. Теперь будете ловцами душ человеческих во всем мире.

АНДРЕЙ. Учитель! Но Моисей говорил о Израиле, как о народе избранном.

ИИСУС. Бог один для всех! И все верующие истинно едины в Боге. И когда фарисеи говорят, что только иудей может попасть в царствие небесное - не верьте. Ибо Бог для всех и все для Бога.

Уходят. На сцене появляются стражники.

1-й СТРАЖНИК. Где этот нищий пророк, которого зовут Иоанн Креститель?

2-й СИРАЖНИК. Ирод проказал арестовать его, не не бить. Сдается мне, царь боится пророка.

1-й СТРАЖНИК. Может быть! Говорят этот Иоанн делает чудеса и очень груб с фарисеями, никого не боится.

2-й СТРАЖНИК. Я вижу его. Он один, слава Богу!

1-й СТРАЖНИК. Я его боюсь. Если он пророк, то...

ИОАНН.(появляясь на сцене) Что вам нужно?

1-й СТРАЖНИК. Царь велел тебя арестовать, Учитель.

2-й СТРАЖНИК. И доставить во дворец.

ИОАНН.(В сторону зала) Исполняется писание. Настает время моей погибели. Но я видел его, посланца Бога! Теперь могу и умереть.(Стражникам) Идемте.

Уходит. Стражники идут позади.


Картина третья


Гора вблизи Генисаретского моря.

Иисус, ученики, толпа.


ИИСУС. Я не противник закона. Я пришел на землю, чтобы восполнить его. Фарисеи - лицемеры хотят меня уличить, ибо я обличаю их грехи и неправду. но я долго думал и говорю, что жизнь можно выразить через несколько главных заповедей. Следуя этим заповедям можно достич святой жизни.

ПЕТР, Учитель, поведай нам их.

ИИСУС. Слушайте и запоминайте:

- Всякий гневающийся на брата своего напрасно подлежит суду, ибо держит гнев в душе своей и отравляет сердце свое черными помыслами. Очистись душой и дела твои станут чисты...

- Не смотри на женщину, как на предмет любострастия, ибо она половина твоя, равная тебе самому и, заключив с ней брак, знай, что это навечно. Ибо брак установлен Богом как союз нерасторжимый.

- Не клянись, значит не употребляй имя Божье всуе и во лжи. Но, так как на земле всё сотворено Богом, то и клясться небом или землей, Иерусалимом или своей головой, есть клятва с именем Бога, пустая клятва для достижения мелких мирских целей.

- Не отвечай злом на зло, но только добром и вместе не попустительствуй злу и выражай к нему своё отношение безбоязненно и нелицеприятно.

- Просящему у тебя дай, ибо давая берешь для себя Божье одобрение. Не копи, не собирай злата, ибо это против Бога.

- Молись и не унывай.

- Храните сердца ваши, как очи ваши, ибо через сердце проистекает духовный, небесный свет веры. Но так же и злодейство проистекает в мир через сердце. Берегите их вместе.

- Кто думает сочетать службу Богу и Мармоне, тот подобен желающему угодить двум господам. Господь влечет нас к небесному и вечному, а богатство к земному и тленному.

- Заботьтесь о спасении души, а заботы о пище, питье и одежде томительны и отвлекают нас от забот о вечном. А Бог нас не оставит...

- Ищите прежде царствие Божие и Правду его...

- Возлюби ближнего, как себя самого.

ИУДА из Кариот. А кто ближний мой?

ИИСУС. (показывая на нищего и на больного) А ближний, это всякий, кто живет сегодня и сейчас рядом или недалеко. Ибо близость определяется не только родственными узами, но и состоянием души и чувством радости, что каждый, кто живет с вами в одно время близок вам, особенно близок к вам тот, кто нуждается: увечные, немощные, беззащитные. Богатые и знатные тоже вам близки, но они в вас не нуждаются и потому ваша близость остается в потенции. А вот рабы господ в вас нуждаются, им нужна ваша помощь и сострадание. Они уверуют в первую очередь ибо они нищие телом и духом. А богатые любят деньги, плотские удовольствия и власть над другими людьми. Им бог не нужен, потому что они считают, что за деньги можно купить все и даже свободу, хотя конечно они не свободны, а рабы денег.

Иисус сделал паузу, задумался. Толпа напряженно слушает и ждет продолжения.

ИОАНН. Учитель, продолжи. Мы внимательно слушаем тебя.

ИИСУС. Сатана соблазняет богатых и фарисеев гордыней, а Бог не может помешать жадности, тщеславию и себялюбию овладевающему их сердцами, мыслями и поступками...И остаются они неприкаянными и в своем падении не любящие не только людей, но и себя. Они играют роль независимых, пока старость или болезнь не покажут им их истинное место в мире. Часто их разочарование становится причиной их ненависти к другим людям, к окружающим и тем более к дальним...

ИУДА. Но могу ли я помочь всем, Учитель? И потом, чем я смогу помочь? Ведь я бедный пастух. Единственное, что я делаю хорошо, так это считаю: овец, людей, деньги...

ИСУС.(Долго смотрит на него) Вот и будешь казначеем! (Обращаясь к народу) Я радуюсь, что меня слушают и понимают. но я знаю, что книжники и фарисеи люди учёные и гордые, будут против меня и тем самым против Отца моего и вашего. Он Отец, Креатор, скрыл великие тайны от умников, ибо они возгордились своею ученостью и, возгордившись, "пасут себя самих", забывая о нуждах, чаяниях неученых, простых людей. Они лицемеры и поэтому выставляют свою веру, которая есть скрытое неверие.

Они носят широкие налобные повязки, молятся всегда на виду, любят занимать первые места в собраниях. Но верить в Отца - значит жертвовать собой, в том числе и материальными благами. А они хотят только преумножать свои богатства. Поэтому они ненавидят меня, посланного Отцом в мир, погрязший во лжи и лицемерии.

Фарисеи, считая себя учителями народа, хотят за это получать награды земные: славу, деньги, почет. Но это гордыня самомнения.

Если раб пашет, или пасет скот, то считает ли это его господин заслугой? Думается, что нет. Так-же веруя и творя добрые дела, мы должны смотреть на это, как на свой долг, а на себя, как на непотребных рабов. В этом суть веры Божьей, а воздаяние придет по делам нашим, не по словам только и жестам. Фарисеи и книжники сделали веру свою профессией, зарабатывают деньги и думают, что служат Богу.

Братия! Время позднее и нам пора расходиться.


Иисус уходит. Люди расходятся.


Картина четвертая


Иисус на берегу Галилейского моря у костра под луной сидит с учениками после дня Нагорной проповеди.


ИИСУС. Я слышал тогда ропот непонимания в толпе. Но я не хотел толковать подробно и только вам открываю.

Ибо люди должны не только слушать, но и думать о сказанном. И когда истина будет результатом их раздумий, тогда они будут верить как себе. Но если чего не смогут понять обратятся к вам, а вы, носители Духа Святого, станете учителями, проповедниками, пастырями церкви верующих и блаженных.

ПЕТР. Учитель. если говорить честно, то я многого не понял, хотя хочу понять и вижу , что ты говоришь истину. Но поясни нам!

ИИСУС. Сегодня я говорил о заповедях Блаженства. И ещё хочу повторить их для вас.

ФОМА. Думаю, что люди в Иудее так развращены, что не верят ни в бога, ни в Сатану и я думаю...

ИИСУС. (Перебивает Фому) Эх, Фома, Фома! Плохо ты знаешь людей. Они могут быть злыми, а могут быть и добрыми. Это зависет не только от того, как с ними говорить и поступать, но и как о них думать. Ищите в человеке хорошее, а не плохое и говори с ним об этом. Но вернемся к заповедям.

ИУДА (из Кариот). Как понять, что "блаженны нищие духом"... и так далее. Нас учили, что быть богатым и сильным, значит соответствовать Божьим установлниям. Только те, кто не имеет - хотят...

ИИСУС. (Прерывает). Это фарисейские установления, но не Божьи законы. Ибо не гордящиеся, но униженные, не богатые. а щедрые духом унаследуют царствие небесное. Всегда и сейчас, на рубеже, мы видим псевдоверующих, озабоченных земным, но не небесным, претендующим на жизнь вечную, говорящих мы вместо я, пытающихся скопом вломиться в царство небесное, будущее царство вечной жизни. Но. повторяю, путь этот тернист, а врата в царствие небесное узки. но зато там на престоле восседают только те, кто не говорит мы избранные, а говорит мы верующие. Да будет так!

ПЕТР. Прости Учитель, но я простой человек и мне трудно запомнить сразу и заветы и их толкования, но я понял, что простые люди, такие, как мы с вами, верят в Бога и Сына Человеческого и войдут в Царствие небесное через свою простоту и веру, а мудрые и гордящиеся останутся вне их пределов. Я знаю хорошую поговорку: "На всякого мудреца довольно простоты" и это истинно.

ИИСУС. Вижу Петр - ты правильно понял. Это вам пригодится, когда меня не будет, а вы будете проповедовать слово Божие по всей Земле...

ПЕТР. Учитель, объясни ещё раз, что значит: "кроткие наследуют землю". Неужели можно уговорами и молитвами заставить злодея и алчного человека отказаться от злобств и поклонения Мамонне?

ИИСУС. А ты попробуй! Объясни, что бог дает силы слабому и мягкому, как зеленый росток, а сильное и жесткое погибает, как гниет и падает большое дерево. Говори, кто много копит, тот много и теряет. И если ты это будешь делать любя и прощая, готовься к гонениям. Бог не забудет тебя. Не бывает так, чтобы человек сохранил силу до глубокой старости. И только кроткий остается таким до конца... Помните это.

Помните! Через праведников спасется мир! Пусть вас пока не много, но никогда много и не будет. Найдите в себе силы в одиночку противостоять лжи и лицемериею наряженных в одежды праведников и подражающих их искренности. Людей можно обмануть, но Бога нет. Бог читает в ваших душах и видит уклонения к Сатане в самых малых проявлениях. Бойтесь неискренности в себе больше внешней лжи. Ибо те, кто открыто лгут, пытаются обмануть людей, а те, кто не искренен внутри, пытаются обмануть Бога. А это преступление намного тяжелее первого, потому что целью обмана становится Бог, Отец небесный, креатор всего живого и мертвого под небом.

Запомните! Праведник пришел в мир чтобы страдать. Грешник, чтобы искать радости в земном и животном. Праведник стремится к Богу и тем самым претендует на бессмертие и окружающих призывает и тянет за собой к небу. Грешник всегда живет среди .... земных благ и уверяет себя и других что в этой земной .... можно найти небесные сокровища. Будто можно в животной радости найти божественные ценности. но вы все знаете, что это не так, что это козни Сатаны, который через сиюминутные развлечения подкупает совесть, душу человека, подменяя вечное временным, а потом, когда грешник продаст душу, говорит ему: "Ты сам решил! Это дело твоих рук! Я заманивал тебя, не скрою, но ведь ты сам облазнился. Это твой грех, тебе и отвечать!..". Бойтесь Сатаны, братия, ибо он стремится проникнуть в души человеческие неслышимый и невидимый и соблазняет, возбудив сомнения и невере в душах уже готовых к восприятию козней лжи!..

ИОАНН ЗАВЕДЕЕВ.Учитель! Что есть праведность?

Иисус продолжает толкование Заповедей Блаженства.

ИИСУС. А я говорю: богатство грех, ибо богатство дает видимость счастья, занимая все помыслы и дела человека богатого. Уже не остается времени, чтобы думать о Боге. Мало того, богатый человек, подобно плохому дереву дает только плохие плоды, ибо через алчность и сребролюбие в мир проникает Сатана.

ПЕТР. Но ведь мы, учитель, живем в таком мире, где и предания поощряют стремление быть богатым.

ИИСУС. Да, это так. Но это я считаю есть отступление от закона, извращение его сути. Где и когда вы видели богатых и довольных своими богатствами пророков? А именно они, пророки, а не фарисеи, должны быть примерами для подражания. И когда я говорю, что я не против закона, а пришел восстановить закон, я пржде всего думаю о тех грешниках, которые, считая себя праведниками, торгуют в храме. О тех людях, которым страсть к обогащению заменяет Бога. Простые же люди, глядя на этих псевдо учителей, думают - а я чем хуже. Вот ты, Петр, рыбак. Много ли денег ты зарабатываешь на рыбной ловле?

ПЕТР. Нет Учитель. Едва хватает на еду, на ремонт дома и лодки. Да и едим мы почти что одну рыбу.

ИИСУС. Ну вот. Ты в поте лица добываешь свой хлеб, а богатый, пользуется услугами других, берет проценты, дает в рост. И его совесть молчит. А там, где совесть замолкает, там уже нет Бога. Там человек заботится о теле, ищет наслаждений и ненавидит праведников, потому что его больная совесть ему покоя не дает. Ему хочется, чтобы все стали такими же - потерявшими совесть. Когда мы просим у Бога того, что нам недостает, тогда мы умалякем себя, а его превозносим, верим, что он поможет нам! И тогда он откликается.

- "Блажены плачущие, ибо они утешатся".

ИОАНН. Учитель, почему есть зло, почему люди страдают и умирают?

ИИСУС. Поставим вопрос иначе... Что происходит когда люди страдают и умирают? Праведник в этом мире страдает, но радуется, ибо это испытание, которое посылает Бог. Праведность и вера, это смирение и упование на Бога, ибо Царствие Божие не от мира сего. Но человеческий эгоизм, безразличие, сопротивление добру, глупость, гордыня, нахальство - всегда были и будут причиной страдания и горя. В человеке живет первородный грех. Но я пришел спасти род человеческий, пострадать за вас! Думая о себе, думайте как о постороннем. Вначале Бог, потом другие и только потом я. Если вы будете повторять это, Бог вам поможет.

ИОАНН. Чем Бог может утешить нас?

ИИСУС. Он придает нам мужество, вселяет успокоение, становится нашим старшим другом, состадает нам, ставит новые цели. Но путь в Царство Божие лежит через узкие врата и лишь праведники спасутся!!!

- "Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю".

Иначе говоря это стойкие люди, которые выстояли против бед и несчастий, не озлобились, а остались кроткими.

- "Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся".

Правда здесь - это правда царствия Божьего. Ищите правду, а остальное приложится. И когда мы стремимся к правде Бога, мы не испытываем разочарования потому, что эта правда вечна!

- "Блаженны милостливые, ибо они помилованы будут".

Это путь прощения и отсутствия мести. Простить и забыть, зная это, здесь мы все находимся между жизнью и смертью. Заботьтесь о других и о вас позаботятся. Простите своим обидчикам и вам Богом воздастся.

- "Блаженны чистые сердцем ибо они бога узрят".

Чистые сердцем - это те, кто способен любить, то есть сострадать другому. Любить других - это свойство души выработанное в человеке через личный опыт сомнения и даже отрицания. Не бывает веры без любви. Но любовь без веры бывает. Мы не всегда чисты и не все. Кто грешил и покаялся - тот очистился. Кто совершил проступок, кто содеял преступление, тот может очиститься покаявшись и раскаявшись. Люди грешны первородным грехом и каяться - это значит преодолеть эту греховность. Не всегда и не всем это удается. Но те, кто очистились, те уверовали. Вечная борьба Бога и Сатаны за человеческие души, это борьба чистоты с грехом. Чистые сердцем - это те, кто отказался от эгоизма и пришел через любовь к Богу. Но борьба эта продолжается всю жизнь. Только Иисус безгрешен - тот, кто это понимаент, тот чист помыслами.

- "Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божьими".

Все мы под Богом ходим. А Бог говорит - живите дружно, любите не только родственников, друзей, но и врагов своих и мы, исповедуя мир, будем Божьими детьми. Бог вас любит. Любите других так, как любит вас Бог - прощая ваши грехи и надеясь на вас...

- "Блаженны изгнанные за правду, ибо их есть царствие небесное".

Не уставайте твердить о Божьих принципах, о заветах Божественных и вы в награду станете Блаженным. Вас будут поносить и гнать, но вы радуйтесь, потому что в мире существует только одна правда - Божья и потому - радуйтесь.

- "Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за меня. Радуйтесь и веселитесь тогда, ибо велика ваша награда на небесах". Если вас будут поносить, притеснять и лживо говорить о вас худое и все это вы будете терпеть за свою веру в Меня, то не печальтесь, а радуйтесь потому что вас ожидает великая, самая большая награда на небесах, то есть особенно высокая степень вечного блаженства.

Мне бы хотелось объяснить вам, что Заповеди Божии о жизни - это путь к радости и счастью, уже здесь здесь в грешном мире, потому что исполнение этих Заповедей приведет вас к спокойствию и удовлетворенностью вашей жизнью. Исполнение Заповедей поможет вам относиться и к смерти надлежащим образом как к порогу, через который обязательно переступят все. Вы будете лишены страха небытия, ибо Бог позволит вашим душам, воспитанным на Заповедях, чувствовать радость единения со Всевышним после земной смерти. Вы сможете за гробом обрести вечность и войти в Царствие небесное. Не бойтесь потерять тело, но бойтесь потерять душу. Поэтому будьте преданы делу Веры и вам воздасться...

Луна уходит с неба, костер гаснет, Иисус и его ученики засыпают. Наступает темнота ночи...


Картина пятая


Сцену на 23 разделяет стена между дворами Каиафаа и Анна. Двор Каиафаа. Входят Анна и Каиафа.

Диалог Каиафа и Анна.

АННА. Кто он такой? Я слышал что-то о нем и знаю, что среди своих он называет себя Сыном Божиьим.

КАИАФА. Я думаю, что это очередной псевдопророк. Хотя, рассказывают, что он творит чудеса, что он оживляет даже людей. Какой-то Лазарь ожил после трех дней в гробу. Ещё он говорит, что его последователи будут жить с ним вместе на небе.

АННА. Он опасный человек. Даже если он чудотворец. Ибо основа еврейской идеи в богоизбранности народа, не человека, или каких-то людей. Сегодня мы терпим римское владычество, но придет время и от Рима камня не останется, а еврейский народ, Израиль будет жить. Римский гнет - это Божье испытание за грехи израильского народа. Мы его забудем, рано или поздно, но такие, как этот Христос - опасны, ибо они вносят смуту в сердцевину веры. Они противопостовляют слабого, жалкого одиночку целому народу. И вправду, трудно представить, что Бог будет разбираться с каждым в отдельности. Только весь народ может рассчитывать на милосердие Божье, как впрочем и на его гнев. Личное бессмертие, личные заслуги перед Богом - это просто глупая иллюзия и потому он опасен, этот назарянин. Возможно он посланец, но не Бога а Сатаны, а потому он достоин смерти.

КАИАФА. Я тоже так думаю. Даже если он кроток, как Агнец, а так рассказывают, он может принести еврейскому народу много горя и страданй. Все, кто его слушает и верит ему разбегутся, как только мы его возьмем. Он говорит смешные слова: Если ударили по правой щеке, подставь левую. Ха! Вот и посмотрим!

АННА. Рано смеетесь, его надо ещё схватить.

КАИАФА. Я уже распорядился. Среди его учеников есть один по имени Иуда. Он из Кариот. Мы уже сговорились, что он приведет нас к нему и укажет.

АННА. Это лучше сделать здесь, в Иерусалиме, но поскорее, до Пасхи. Иначе он может уйти, укрыться в многолюдье праздника. Этот Иуда надежный человек?

КАИАФА. Очень любит деньги. Поэтому он у них казначей. (Смеется ). Эх, грехи, грехи-и наши!!

АННА. Значит быть тому. А грех убийства будет на этом гордеце Пилате.

КАИАФА.Решено! Ну, мне пора идти.

АННА. И мне тоже.

Оба уходят. Каиафа в свой дом, Анна к себе во двор. Сцена темнеет

Занавес.


Конец второго акта.


Акт третий


Картина первая


Дом одного из старцев, с которыми Иисус беседовал в юности. Большая горница. Пятница перед Пасхой. Иисус и ученики сидят вокруг стола.

ИИСУС. Пасха в таком виде, как мы её совершаем сегодня, не повторится более, пока в будущие века в торжествующей церкви не совершится записанное в книгах Бытия.

ПЕТР. Позволь, Учитель, начать нашу Пасху и поедание закланного агнеца.

ИИСУС. Приступим и выпьем первую чашу после согласной молитвы Отцу нашему небесному.

Отче наш, иже еси на небесах, да святится имя твоё; да приидет царствие твое; да будет воля твоя, яко на небеси и на земли. Хлеб наш насущный даждь нам днесь; и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должникам нашим; и не введи нас во искушение, но избави нас от лукавого; яко твое есть царствие и сила и слава вo веки. Аминь

Прочитав молитву и отпив глоток, передает Петру, который справа и так по кругу до Иоанна, который слева. Потом в тишине вкушают агнеца, закусывая опреслоками (пресным хлебом) и горькими травами.

Затем Иисус выходит из-за стола и сняв верхнюю одежду, остается в тунике. Берет полотенце. перепоясывается им, наливает воду из кувшина в таз и начинает мыть ноги ученикам. начав с Петра.

ПЕТР.(Испуганно) Не дам! Не дам умыть мои ноги. Не достоин я. Нет, не достоин! Лучше я сам!

ИИСУС. Ты Петр не знаешь моих мыслей! Зачем прекословишь?. Или ты ставишь свой ум выше моего? Если так не будешь иметь чести со мной и будешь отлучен.

Петр соглашается и Иисус омывает ноги ему и всем ученикам.

ИИСУС. Все сделал я, чтобы показать вам как надо служить с любовью друг другу, что бы не гордились вы друг перед другом, а услужали бы. Это символ. Ибо вы чисты. (подумав, глядя на Иуду, добавляет) Но не все. Истинно, истинно говорю вам, один из вас предаст меня!!!

За столом шум.

ФИЛИП, ИОАНН,АНДРЕЙ. Не я ли, господи?

ИУДА (Тихо) Не я ли, Учитель?

ИИСУС. Ты сам сказал...

ИОАНН. Господи, кто это? Ты знаешь?

ИИСУС. Тот, кому дам хлеб. омочив его, тот... И горе тому, ибо предает Сына Человеческого.

Видя, как Иуда, злобно сверкнув глазами, смотрит ему в лицо, махнул рукой, прощаясь.

ИИСУС. Делай скорее, что ты задумал.

Иуда, схватив ковчежец с деньгами, выскакивает из-за стола и убегает.

ИИСУС. А теперь. (Берет заранее приготовленный хлеб). А теперь. (Смотрит вверх и шепчет молитву, преломляет хлеб и раздает по кусочку ученикам). Сиё есть тело моё!

Берет чашу с вином.

ИИСУС. Пейте из неё все. Сиё есть кровь моя Нового Завета, пролитая за многих во оставление и искупление их грехов. Новый Завет, взамен Ветхого скрепляется кровью моею, которая должна пролиться... Творите сие в моё воспоминание.

Все едят и пьют.

ИИСУС. Ныне прославится Сын человеческий и Бог прославится в нем. Ибо, дети, не долго мне с вами быть, Как я говорил прежде иудеям, так теперь и вам говорю, что отхожу от вас путем, которым вы не можете идти за мной, оставляя вас в мире для продолжения дела моего. Оставляю вам заповедь новую, любить друг друга, как вы мною были любимы.

ПЕТР. Господи, куда ты уходишь от нас?

ИИСУС. Вы за мной не можете идти. Но в будущем, Петр, пойдешь ли ты тем же путем мучения?

ПЕТР. Господи, возьми меня с собой, ибо я самый верный твой ученик! Пойду за тобой на смерть и терзания...

ИИСУС. Симон, Симон. Это Сатана такими речами искушает тебя. Но я буду молиться за всех вас, и за тебя Петр, хотя предашь меня трижды, когда ещё петух не пропоет. Потом ты станешь каяться и станешь примером самоотверженности для всех!

ПЕТР. Не может быть, Господи! За ради тебя я готов идти и в темницу.

ИИСУС. Истинно, истинно говорю тебе. Ещё и петух не пропоет, как трижды отречешься от меня. Поэтому не гордись, а свершив проступок, покайся. В этом твой подвиг будущий.

А всем вам говорю. После ухода моего, жизнь ваша переменится и будете вы оставлены без еды, пития, одежды, ибо злоба людская противу меня падет на ваши головы. А потому надо будет брать вам и питье, и одежду. Когда придет на то время, возьму вас к себе в Вечные обители Отца Небесного.

ФИЛИПП. Господи!. Но мы не знаем, куда ты уходишь.

ИИСУС. Я есть Путь и через меня вы попадете в Вечность к Отцу моему.

ФИЛИПП. Господи, покажи нам Отца!

ИИСУС. Зная меня, видя мои дела, вы уже видели Отца моего. Ибо он Отец и я есть одно...

В утешение я пошлю вам Духа Святого, духа истины и будете вы мудры и святы с этим Духом. Лишь бы любили Бога и исполняли Заповеди. Не оставлю вас сиротами и приду к вам!!!

ИУДА (Левей). Но почему ты явишся только нам, но не всему миру?

ИИСУС. Я явлюсь последователям, но не тем, кто не верит в Отца моего, кто гонит меня. К последователям моим, кто верит мне и кто исполняет мои заветы. И тот Дух Святой, что ниспошлю на вас, научит вас всему, откроет тайну жизни духовной и объяснит вам всё, что я хотел сказать вам, и говорил и думал... А теперь мир мой даю вам. и перед расставанием говорю вам: Радуйтесь, что отхожу я к Отцу моему, ибо Отец более меня есть, ибо он Бог, а я Сын Его - Богочеловек. Сатана не может победить меня, ибо нет более того, в чём он может властвовать. И на вас перейдет благодать Божья и вы не будете бояться Князя Тьмы. А теперь восстаньте и выходим, ибо время близится.

Все выходят на улицу. На улице, возле дома.

ИИСУС. Еще хочу сказать вам... Я есть лоза истинная, а Отец мой есть Делатель. И я послан в мир для плодоношения. Кто не плодоносит, не доказывает веры своей делами своими, тот будет отсечен от лозы. Через молитвы, общаясь со мной, вы получите по вере своей. Вы мои друзья и продолжатели дела моего на Земле. Любите друг друга, и через дела добра и веры обретете жизнь вечную. Не бойтесь ненависти мира сего, ибо он погряз в грехе и упорствует. Отец через меня ниспошлет вам Духа Истины, который через вас будет свидетельствать обо мне. Иудеи будут убивать вас под видом дела богоугодного, но не смущайтесь, ибо правда и истина за нами. И одержите вы победу над миром сим, во зле лежащем.

ИОАНН. Господи! Если ты хочешь основать Царствие Небесное, то почему ты уходишь? А если не хочешь, то почему обещаешь вернуться опять?

ИИСУС. Не долго вы будете не видеть меня. Через Духа Святого сможете общаться со мной, и когда поскорбите и восплачете, потом и возрадуетесь, но только узнав, что мои предсказания истинны. Я воссиял от Отца и пришел в мир, а оставляя мир, я иду к Отцу.

УЧЕНИКИ. Истинно! Истинно! Ты Господь, Сын Божий!!!

ИИСУС. Ныне веруете?! Но вера ваша пока не совершенна. И это проявится вскоре. Все это говорю я вам, чтобы имели во мне мир, чтобы не пали духом в предстоящих испытаниях, помня, что я предупреждал вас заранее. (Поднимает голову и шепчет) Отец, приходит час. Прославь Сына своего и Сын прославит Тебя

ПЕТР. Учитель, куда мы идем?

ИИСУС. Хочу я помолиться в тиши и уединении в последний раз. Идем мы в Гефсиманию, где мы с вами уже не один раз проводили дни и вечера в беседах. Приблизился час испытаний и близко время предательства и страданий моих. Скоро расстанемся мы и хочу я, чтобы вы были рядом со мной в минуты страданий и горя.

ИОАНН, ПЕТР, ИАКОВ... Мы с тобой идем, Учитель. Веди нас Господи!..


Занавес. Конец третьего акта.


Акт четвертый.


Картина первая


Элеонская гора. Гефсиманский сад. Ночь. Полнолуние.

Входят Иисус с ученикам.

ИИСУС. Все побудьте здесь, а я отойду, помолюсь Отцу.

ПЕТР. И я с тобой, Учитель!

ИАКОВ, ИОАНН. И мы, если позволишь, Учитель!

ИИСУС. Идемте дети. Не долго осталось ждать!

ПЕТР. Что он говорит? Мы к нему должны быть поближе. Я опасаюсь за него...

ИИСУС. Подождите здесь, но не спите. Уже время при воротах...

Отходит, падает на колени, плачет и плача молится:

ИИСУС. Отец мой, если можешь, да минует меня чаша сия. Но если ты решил, то и я согласен... Ибо смерть страшна и противна сути моей, как Богочеловека. Но Отче Благий, как ты решишь, так и будет. Только помоги пройти через боль страдания и унижения достойно.

Возвращается к ученикам.

ИИСУС. Не спите братия, молитесь, ибо дух бодр, когда плоть немощна. Бодритесь. Скорбит душа моя в преддверии испытаний.

Отходит.

ИИСУС. Боже, зачем оставляешь меня одного, чтобы проверить меня, подготовить? На все воля твоя, Отче!

Подходит к ученикам.

ИИСУС. Снова дремлите? Приближается час, когда Сын Человеческий будет предан в руки врагов его, грешников...

Слышен шум. Мелькают огни факелов. Все сбиваются в кучу, прикрывая Иисуса.

ФОМА. Господи! Что делать нам? Их так много, нас так мало.

ИИСУС. Идем им навстречу, ибо так решил Всевышний!

Тлпа римских воинов и служителей первосвященников и фарисеев входят на сцену. Впереди Иуда из Кариот и командир отряда.

ИУДА. (Командиру). Кого я поцелую, тот и есть... Возьмите его и ведите осторожно. Учеников же не опасайтесь. Слабые люди!!! (Подходит к Иисусу) Учитель! Учитель!

ИИСУС. Зачем ты пришел?

ИУДА. Радуйся, Учитель!

Целует Иисуса.

ИИСУС. Целованием ли предаешь Сына Человеческого?

Отряд окружает Иисуса.

ИИСУС. Кого ищете вы?

ГОЛОСА ИЗ ТОЛПЫ. Иисуса Назарея!

ИИСУС. Это я!

Толпа отхлынула

ИИСУС. Кого ищете, спрашиваю вас?

ГОЛОСА ИЗ ТОЛПЫ. Иисуса Назарея!

ИИСУС. Я сказал, что это я. (Указывая на учеников, сбившихся вокруг него в страхе.). Если меня ищете, то оставьте их. Пусть идут!

Ученики отходят в сторону.

ПЕТР.(Обращаясь к Учителю) Господи, не ударить ли по ним мечом?

Размахивается и отсекает правое ухо у раба первосвященника по имени Малха

ИИСУС.(Петру). Возврати меч твой в его место, ибо все взявшие меч, мечом и погибнут.

Протягивает руку и исцеляет Малха.

ИИСУС. (Обращаясь к Петру). Или думаешь ты, что не могу ныне умолить Отца моего дать мне бесчисленные легионы ангелов в защиту мою? Как должно быть по писанию, так и подобает быть!

Ученики уходят.

ИИСУС.(Обращаясь к толпе). Как буд-то на разбойника вы вышли с копьями и кольями! Однако сейчас ваше время и ночь темна!

Толпа окружает Иисуса, связывает ему руки и ведут прочь. Ученики все убежали, но в толпе остались Петр и Иоанн.


Картина вторая


Сцена, как и во втором акте картине третьей разделен на двор КАИАФА и Анна.

Двор дома Анна. Бывший первосвященник Анна встечает толпу. Во дворе горит костер, вокруг которого распологаются вошедшие, Петр среди них. Начинается допрос Иисуса.

АНА. Расскажи мне Иисус Назарей, чему ты учил народ и кто твои ученики.

ИИСУС. Я всегда говорил в синагогах, в храмах явно не скрываясь... Спроси людей!

Подскочил слуга и ударил Иисуса по лицу.

СЛУГА. Так-то отвечаешь ты первосвященнику?

ИИСУС. Если я сказал худо, покажи, что худо. А если это проавда, за что бъешь меня?

АННА. Ведите его к Каиафае.

Иисус проходит во двор КАИАФА. Там его уже ждут сам первосвященник и почти все старейшины, книжники и фарисеи из Синдриона.

КАИАФА.(Глядя на Иисуса) Приведите свидетелей!

Входят двое.

КАИАФА. Что говорил этот лжепророк, чему учил неподобающе.

1-й СВИДЕТЕЛЬ. Он говорил в храме великом, что он может разрушить храм и в три дня воздвигнуть его.

2-й СВИДЕТЕЛЬ. Ещё он говорил, что он сын Божий.

КАИАФА. Что же ты молчишь Иисус Назарей? Что же ты молчишь? Заклинаю тебя Богом живым, говорил ли, что ты есть Христос - Мессия -Сын Божий?

ИИСУС. Да, верно. Я Христос. Отныне увидете Сына человеческого, сидящего рядом с Вседержителем и летящего на облаках небесных.

КАИАФА.( В возмущении разрывает свои одежды и обращается к старейшинам) Что вы думаете об этом богохульнике?

ГОЛОСА В ТОЛПЕ. Повинен смерти! На крест его! Смерть! Смерть!

Толпа окружила Иисуса. Толкала его. Кто-то плюнул в лицо. Кто-то ударил по голове. Кто-ио по щеке и хохоча спрашивали: "Угадай Христос, кто ударил тебя?"

Молчание Христа приводило их в ярость

Во дворе.

ПРИВРАТНИЦА.(Обращаясь к Петру) И ты с Иисусом Назарянином был!

ПЕТР. Женщина! Не знаю я его!

Отходит от костра в тень. Вдали кричит петух. Женщина нагоняет Петра.

ПРИВРАТНИЦА. Ведь ты его ученик! Я узнала тебя!

ПЕТР. Нет! не знаю его.

Толпа стала прислушиваться к разговору привратницы и Петра.

ГОЛОС ИЗ ТОЛПЫ. Он галилеянин. я по разговору слышу. Ведь он тоже был там, в Гефсиманском, да еще с мечом!

ПЕТР. Не знаю человека сего! Не знаю!!

Петух поет снова. Петр встречается глазами с глазами Иисуса, машет руками, плачет и убегает со двора.

КАИАФА. Предадим сего богохульника, лжемессию суду наместника Рима Понтию Пилату и будем требовать смерти.

Появляется Иуда из Кариот. Трясется. Держит в руках сребренники

ИУДА. Но он не говорил, что разрушит храм. Он говорил, что если храм разрушен, то он в три дня сможет его восстановить.

КАИАФА. Прочь. Не мешай Синдериону. Он виноват и должен умереть.

ИУДА. О, будьте вы прокляты! Возмите свои деньги назад. Согрешил я. Предал душу невинную смерти.

КАИАФА. Спрячь деньги. Это твоё. Ты их заработал! (Смеется).

ИУДА. Да, будьте вы прокляты! (Бросает деньги под ноги фарисеям). Прости меня, Господи, если сможешь! ( Убегает)

Смотритель подбирает деньги

КАИАФА.. (Брезгливо) Деньги эти нельзя класть в казну храма. Это цена крови. Пусть на эти деньги будет куплена земля Горшечника, ибо она неплодородна и грязна, как эти деньги...


Картина третья


Претория. Пилат сидит на возвышении, окруженном колоннами. За его спиной римские воины, знать. Толпа вталкивает на сцену Иисуса и откатывает обратно, оставляя на сцене Киафа и старейшин. Иисус оказывается напротив Пилата.


ПИЛАТ. (Обращаясь к Каиафа). В чем вы его обвиняете?

КАИАФА. Если бы он не был злодеем, мы не стали бы тебя беспокоить, Прокуратор.

ПИЛАТ. Я не могу осудить, не выслушав дела. Это римский закон. Поэтому сами судите его и покажите что бы помнил наперед.

КАИАФА. Но его надобно предать смерти, а мыне можем, только ты. Злодей сей развращал народ лжеучением, говорил, чтобы не давали кесарю дани и называл себя Христом, Царем Иудейским.

ПИЛАТ. Хорошо. Ждите здесь, я допрошу его!

Уводит Христа в соседнюю комнату.

ПИЛАТ. Ты действительно Царь Иудейский?

ИИСУС. Сам ли ты обвиняешь меня в этом, или повторяешь только тех, кто винит меня?

ПИЛАТ. Ответь мне иудей, за что тебя привели сюда и в чем винят?

ИИСУС. Да, я Царь. Но царство мое не от мира сего.

ПИЛАТ. А что, разве таковое есть где-то?

ИИСУС. Есть. И я пришел сюда свидетельствовать об Истине, а подданные мои, те, кто может восприянть эту Божественную Истину.

ПИЛАТ. Однако скажи, что есть истина? Молчишь! То-то!

Выводит Иисуса к толпе.

ПИЛАТ. Не вижу в нем никакой вины. Просто сумашедший какой-то. Его бы надо отпустить.

КАИАФА. Прокуратор. Мы, Синдерион, приговорили его к смерти за его богохульчтво и утверждение что он Царь Иудейский, что он может разрушить храм и воссоздать его в три дня. Он опасен, ибо сбивает нестойких своим учением. Он достоин смерти.

ПИЛАТ. У вас есть обычай перед Пасхой отпускать одного преступника, осужденного на смерть. Кого вы хотите, чтобы я помиловал Варавву или этого Иисуса, называемого Христом?

ТОЛПА Варавву! Помилуй Варавву!

ПИЛАТ. А что же хотите, чтобы я сделал с Иисусом, называемым Христом?

ТОЛПА. Распни его!!! Распни!!!

ПИЛАТ. Не вижу вины его и потому накажу сам. (Отдает Иисуса на бичевание).

Иисуса выводят. Слышен свист и щелкание бичей. Потом избитого и окровавленного Иисуса, одетого в насмешку в багряницу и с терновым венцом на голове, выводят снова на судилище.

ПИЛАТ. Я его наказал и вывожу к вам, но думаю, что он не имеет большой вины, чтобы казнить его. Он человек!

ТОЛПА. Распни его!!! Распни его!!!

ПИЛАТ. Ну тогда возьмите его и распните, отвечая за это. Я в нем такой вины не вижу.

КАИАФА. Мы знаем закон и по закону нашему должен он умереть, потому что вообразил и провозгласил себя Сыном Божием.

Пилат уводит Иисуса и снова спрашивает

ПИЛАТ. Откуда ты, и почему так думаешь и говоришь?

Иисус молчит, не поднимая головы.

ПИЛАТ. Мне ли, прокуратору, не даешь ответа?

ИИСУС. То, что я в ваших руках, это не ваша власть, а замысел Божий. На все воля Божия!

ПИЛАТ. А ты меня не боишся?!

Иисус молчит.

Пилат выводит Иисуса к толпе.

ПИЛАТ. Думаю, что он невиновен.

КАИАФА. Виноват он, виноват. А если отпустишь этого мятежного лжемессию, то ты не друг Кесарю, ибо он, Кесарь, за Закон...

ПИЛАТ. Это царь ваш!

ТОЛПА. Распни его! Распни! Смерть ему!

ПИЛАТ. Царя ли вашего распну?

ТОЛПА и КАИАФА. Не имеем царя кроме Кесаря!

ПИЛАТ. Да будет так! Вы этого хотели (Умывает руки и уходя). Невиновен я в крови этого человека. Вы ответственны...

ТОЛПА. Да, да. Кровь его на нас и детях наших. Мы хотим!!!...

ПИЛАТ. (В ярости кричит). Отпустите им Варавву...


Гул толпы. Свет гаснет.


Картина четвертая.


Дорога на Голгофу. Избитый воинами и переодетый в свою одежду, с терновым венком на голове, Иисус сгибается под тяжестью креста.

СОТНИК. Мы этак и к полудню не доберемся. Эй, крестьянин, поди сюда! Как тебя зовут?

СИМОН. Симон Киринеянин.

СОТНИК. Помоги ему нести крест. Он уже при смерти.

Симон принимает крест на себя. В толпе, сопровождающей Иисуса, раздается плач женщин о нем.

ИИСУС. Не плачте обо мне, плачте о чадах ваших. Ибо Бог милостлив, но и справедлив!

Выходят на Гогофу. Там уже два разбойника стоят возле своих крестов. Сотник подходит в осужденным и дает им вино с желчью для облегчения страданий на кресте.

ИИСУС. (Отстраняя вино) Нет, мне надо все претерпеть до Конца.

СОТНИК. Выпей, легче будет.

Стражники раздевают Иисуса и разбойников и, повалив, прибивают к крестам, а потом поднимают кресты. На кресте с распятым Иисусом дощечка с надписью "Иисус, Царь Иудейский"

ИИСУС.(Молится громко). Отче наш! Отпусти им грехи их. Ибо не ведают, что творят

Стражники в стороне делят одежду Христа и кидают жребий, кому достанется хитон.

ТОЛПА.(шумит). Если ты Христос, то сойди с креста!, Если ты Царь, то вели освободить себя!

1-й РАЗБОЙНИК.(Насмешливо) Эй ты, Сын Божий! Где твой Отец?. Почему он тебе не помог? Никакой ты не пророк. Поделом тебе...

2-й РАЗБОЙНИК. (Первому) Побойся Бога! Нам с тобой оделом, по делам нашим.этот же ни одного злого дела не сделал. Он праведник! Других спасал и лечил! (Иисусу). Помяни меня Господи, когда будешь царствовать, ибо страшно умирать врагом людей, разбойником.

ИИСУС. Днесь со мною будешь в Раю. За веру и раскаяние.

К кресту приближаются Иоанн и плачущая Мария.

ИИСУС.(Марии, указывая головой на Иоанна). Женщина, се сын твой! (Иоанну, указывая на Марию). Это матерь твоя!

Сцена темнеет, шум толпы смолкает. Ярко высвечен Иисус на кресте.

ИИСУС. Боже мой, Боже мой! Для чего ты меня оставил?

ГОЛОС В ТОЛПЕ. Бога зовет, Предтечю своего!(неуверенный смех)

ИИСУС. Жажду... Да сбудется Писание...

Стражник, намочив губку уксусной водой, насадил на палку и поднес к устам Иисуса.

ИИСУС. Свершилось. (Со стоном). Отче! В руки твои предаю дух мой!

Голова Иисуса падает на грудь, он умирает. Земля сотрясается. Ударяют молнии, гремит гром.

СОТНИК. Воистину, Божеский Сын был сей!

Толпа загудела, женщины заплакали громче, все расходятся. Воин подходит в разбойникам и перебивает им колени. Прокалывает Иисусу грудь под сердцем. Капает кровь с водой.

СОТНИК. Он мертв. Но вижу, что это праведник. Боюсь, что падет кара Божия на наши головы за невинно убиенного. Ведь кричали: Распни его, распни его! И ещё кричали: Кровь его на нас! Несчастные!!!

Уходят. Сцена светлеет. Входят Иосиф Аримафейский и Никодим.

ИОСИФ. Господи, что они с тобой сделали!

НИКОДИМ. Боже, прости нас, не причастных к злодеянию сему!

ИОСИФ. Помоги Никодим.

Распихивают камни, опускают крест, освобождают тело Иисуса.

ИОСИФ. Жестокие люди! Казнили праведника и разошлись! Доколе будут они безнаказанно гнать и убивать праведников и пророков?!

Покрывают тело благовониями, заворачивают в плащеницу.

НИКОДИМ. Надо спешить. Пятничный вечер заканчивается.

ИОСИФ. Здесь недалеко гробница, которую я приготовил для себя. Надеюсь, праведнику Иисусу понравилось бы это место. Господи, прости нас грешных.

НИКОДИМ. Прости нас Господи! Спешим, потому, что начинается суббота...

Кладут тело Иисуса в гробницу. Приваливают большой камень. Уходят. Свет гаснет.


Картина пятая


Ученики и последователи Иисуса сидят в большой горнице дома одного из старцев, беседовавших с Иисусом в юности.

ПЕТР.(Иоанну) Ты проверил, двери заперты ли?

ИОАНН. Да, я на два засова закрыл.

ПЕТР. Нам пора уже помолиться. Вечер на дворе. Надо бы нам его молитву прочесть сообща и воспеть во славу его, страдавшего и умершего за наши грехи.

Читают молитву, ту, что он им сказал в тайную вечерю. Потом поют псалом.

ФОМА. (Обращаясь к Магдалине) Ну расскажити же ещё раз о том, что ты увидела у гроба Иисуса утром.

МАГДАЛИНА. Я ведь уже рассказывала. но вы все не верите.

ФОМА. Ну ведь в это поверить трудно. И все таки я хочу ещё послушать, что случилось там.

МАГДАЛИНА. Когда мы подошли к гробнице, в которую его положили Иосиф и Никодим, то увидели, что камень от входа отвален. Со страхом глянула я внутрь и увидела юношу в белом. Я так испугалась, что не могла двинуться, а он мне сказал: "Иисус воскрес и взят на небо". Я ничего не смогла ответить и убежала к вам.

ФОМА. Чудно все и я в это не верю. Что значит видеть умершего живущим?

МАГДАЛИНА. Но ведь говорят, что его уже видели в Эммаусе. И говорят, что он разговаривал неузнанный...

ФОМА. Не поверю все равно, пока не вложу персты свои в раны его.

ИОАНН. А я ещё слышал, что нашли в Гефсимании Иуду из Кариот, который повесился и чрево его распалось. И говорят, что первосвященник КАИАФА приказал его тайно захоронить без обряда.

ПЕТР. Собаке собачья смерть!

АНДРЕЙ. И я видел в последние дни, что наш казначей не в себе. Он стал забывчив и неаккуратен. Раз забыл сумку с деньгами на постоялом дворе и спохватился только тогда, кода я ему её отдал.

ПЕТР. Он - он предатель!!! (Спохватившись, тише, грустно). Терзает меня мысль, что и я ведь от него отрекся тогда, ночью во дворе первосвященника, испугался, что убьют. А потом и стыдно было, рад бы умереть, но не воротишь. А ведь он и здесь был прав...

Неслышно, словно пройдя сквозь стены появляется Иисус.

ИИСУС. Мир вам!

Все образованно зашумели.

ФОМА.(Тврдит негромко) Не верю! Не верю!

ИИСУС. Мир вам!

ФОМА Не верю! Не верю!

ИИСУС. (Приблизившись к Фоме) Подай перст свой сюда и посмотри руки мои и ноги. Подай, подай и вложи в ребра мои. И не будь Фомой неверующим, но верующим!

ФОМА.(В страхе и в восторге). Теперь верю Господь мой и Бог мой! Ты наше спасение!

ИИСУС. Ты поверил потому что увидел и осязал меня. Блаженны не видевшие и уверовавшие!

ВСЕ. Господь наш! Бог наш! Избавитель Святый!

ИИСУС. Мир вам! Как послал меня Отец, так и я, видя веру вашу, посылаю вас в мир. (Поднимает руки обнимая всех, дует на них) Примите Духа Святого!

Гул удивления и радости.

ИИСУС. Кому простите грехи, тому простятся. На ком оставите, на том останутся.

Иисус исчезает, пройдя сквозь стену.

ПЕТР. Братия! Помолимся во имя Господа нашего Иисуса Христа. Ниспослал он на нас, как и обещал, Духа Святого и словно озарился мир светом единым. И осознал я и вы, мы вместе тайную истину, недоступную .... мучительно искомую. Царство Небесное, спасение, жизнь вечная, освобождение от грехов и страстей - всё одно... Путь к Царству, истина в нем, жизнь в нем слиты воедино и даются верующим через единение со Христом, ибо он есть Путь, Врата, Истина и Жизнь. Восславим Господа и устремимся к служению его Благовестия Блаженств...


Все крестятся. И поют молитву: Отче наш, иже еси на Небесах, да святится имя Твоё...

Занавес.