# Праздники. Пьеса для чтения. Акт- 1

Владимир Дмитриевич Кабаков

В молодости, мало кто дорожит жизнью, потому что драма взросления - это долго болящая душевная рана.

Эпиграф:

"Пьеса для чтения - это засушенный роман".


...Квартира в пригороде. Сергей просыпается на диване. Смотрит на часы.


Садится и произносит цитату - поговорку: "Кто рано встаёт - тому бог даёт".

- Каков однако великий и могучий русский язык!


- До чего же глубоко и по человечески - мудро... (Смеётся. Смотрит на часы)


- Ого. Уже десять часов. Опять проспал. Говорил же себе, что надо пораньше лечь спать... Опять зачитался "Дао - де дзин". Казалось бы какое отношение Лао - Дзы имеет к нашему пригороду. Оказывается и здесь его афоризмы работают...


Он говорил: "Хотеть - ещё не значит делать!"

Странно, но русская поговорка, которая сегодня определяет всю нашу либеральную жизнь: "Хотеть не вредно", пожалуй и есть переложение с китайского на русский...


(Встает. Одевается и на ходу продолжает) - Однако Россия имеет свои авторитеты...Правильно говорил полковник Скалозуб у Грибоедова, о книгах: "Собрать бы их, да сжечь!"


Заправляет диван, выходит на кухню. Стук во входную дверь...


Сергей - Входите, не заперто! (Входит Ирка с подружкой Таней)

Ирка - Привет Попов!


Сергей иронично - Привет птичка. (Целует её в щеку.)


Ирка - Знакомьтесь. Это моя подруга Татьяна. Мы вместе учимся. (Тане) А это Попов. Я тебе о нём много рассказывала. Смотри, осторожнее с ним... (Смеётся... Достаёт из сумки пакет)


- Позволь незабвенный Попов поздравить тебя с маленьким юбилеем. (Разворачивает пакет, вынимает пластинку и отдаёт Сергею.)


Сергей - Ого, Ириша. Это как раз то, что мне сейчас нравится. "Мотеты" Брукнера. У меня от них крыша едет. Особливо если после бессонной ночи.


- Я тебя Ириша за то и люблю, что ты умеешь подарки делать... А что касается юбилея, то он совсем не маленький. Кажется, лучшая часть жизни уже прожита...


Ирка оглядывает кухню.

- Слушай Попов. А почему ничего нет для праздничного стола?


Сергей - А я вот сейчас сажусь, и начинаю чистить картошку, а ты лапочка помогай. Скоро Лялька должна подойти. Она пораньше обещала...


Стук в дверь. Сергей открывает и входит Лялька, с букетом цветов.


Лялька. - Поздравляю тебя Серёжа. (Вручает букет, целует) - А тут ещё. (Разворачивает пакет) Пуловер!..


Сергей тут же одевает пуловер. Осматривается - Лялька! Ты просто волшебница. Ну прямо как на меня вязано... (Целует Ляльку)

- А как ты размер угадала?


Лялька - Очень просто. По памяти!.. (Все смеются)


Сергей - Девчонки! Вы уж сами решайте насчёт праздничного меню, а я картошку чищу. (Ставит пластинку и под торжественную музыку чистит картошку. Девушки подвязав передники начинают чистить лук, морковь и так далее... (Свет на сцене гаснет...)


Снова квартира Попова. Приходят гости: Репин с женой Анкой, Лопатин с женой Галкой, потом Афродитов с Линой, потом брат Сергея с приятелем и двумя девушками. Симон с гитарой. Все принимают участие в приготовлении закусок...


Симон - У тебя Попов, как обычно, самообслуживание?


Сергей - На этом стоим. После революции, как известно, господ упразднили...И нам, тоже надо барские привычки оставить...


Входит Ефимов. - Попов! Можно тебя на минутку?..

Сергей и Ефимов уходят в другую комнату.


Ефимов - С днём рождения тебя, Серёга! Я вижу у тебя настоящий праздник...


Сергей - Проходи, раздевайся и принимай участие. Хочешь хорошо закусывать, участвуй в создании праздничного стола...


Ефимов перебивает - Я принёс тебе то, что ты просил...


Сергей, прикрывая дверь - Ну ка, ну ка показывай...


Ефимов проверяет дверь, отворачивается, вынимает что то из - за пояса и отдаёт Сергею.

Сергей разворачивает бумагу и держит наган на ладони... Потом, прокручивает барабан с угрожающим металлическим щёлканьем...


Сергей. - Работает! (Любуется на пистолет) Пистолет системы "Наган". Классная вещь и как всё военное имеет хищный дизайн...

(Открывает платяной шкаф ключом и кладёт наган в карман пиджака.)


- Ты не беспокойся! Как договаривались отдам тебе через неделю. Патроны мне тоже пообещали принести ...


(Неловкая пауза) - Ну пойдём. Я тебя со всеми познакомлю.

Вводит Ефимова в столовую.


Сергей - Внимание девушки! Виктор Ефимов. Недавний доблестный пограничник. Не женат. Рекомендую...

(В квартире по прежнему звучат "Мотеты" Брукнера...")


Ирка - Попов. У тебя сегодня музыка не та. Пойдём ко мне сходим, за пластинками. Здесь же рядом. А у меня и Джордж Майкл и Гребенщиков есть...


Сергей встаёт - Надеюсь гости без меня не успеют соскучится... Лялька! Ты старшая по батарее... Мы быстро...

(Сергей и Ирка уходят. На авансцену выходят Галя Лопатина и Лина. Закуривают).


Галя - Попов сейчас Ирку точно "трахнет".


Лина вздыхает - Он похоже никого не пропускает. (Делает паузу) А точнее его никто не пропускает... И как только Лялька терпит... Я её как - то видела у Лопатиных, когда она его полдня дожидалась. Качается на качелях на детской площадке и мечтает о нём... Забавный характер...


Галя меняя тему - Лина, а где Юрка?


Лина. - А я не знаю. Я его прогнала... Вот попросила Афродитова привести меня сюда...


Галя с подтекстом - Понятно... Я знаю, что Афродитов в тебя со школьных времён влюблён. Ты не боишься, что он этот поход сегодня, как аванс воспримет?


Лина смеётся - Я сейчас уже ничего не боюсь... А что касается Афродитова, то я знала это ещё в школе, но когда Юрка появился, то мне не до чужих любвей было. Кстати, ты помнишь, Афродитов у меня на свадьбе был?


Галя - Помню его лицо, когда он на тебя смотрел... Я думала, что он мог и застрелиться там, если бы было из чего...Он тогда ещё напился...


Лина вздыхает - А сейчас его чувства мне совсем не опасны. У меня, к несчастью, другое на уме...

Сергей и Ирка возвращаются...


Галя в сторону. - Быстро они управились...

(Сергей ставит Майкла Джорджа, который лирично, что - то напевает по-английски).


- Надеюсь это большинству понравится... (Через паузу) - Ну а теперь, господа - товарищи, за стол. Лялька докладывает, что закуска в основном готова...

(Все рассаживаются за стол.)


Сергей, иронизируя напевает. - Пить будем и гулять будем, а придёт время - умирать будем... (Смеётся) Кавалеры, ухаживайте за дамами. У всех налито? Я хочу на правах хозяина и именинника произнести тост. Можно?


Все - Можно, можно!


Сергей - Я поднимаю бокал за вас, моих гостей, за возможность всех увидеть вместе. И конечно же за весну, которая обещает новые возможности... (Все смеются). - Вы меня не так поняли. Я имел ввиду походы в тайгу... (Все снова смеются).


Выпивают и закусывают...


Симон - Ну, закуска первый класс, как в ресторане "Ангара". (Все смеются)


Сергей - Это наши девчонки - рукодельницы... Ну почему у нас многоженство запрещено? (Все смеются)


Симон саркастически - Мне кажется тебе просто грех жаловаться. (Встаёт)

- Ну, теперь наверное и гостям слово сказать можно. (Оглядывает гостей). Мы все рады за тебя Попов и выпивая этот бокал, хочется пожелать тебе всего того, что ты сам хотел бы себе пожелать: и интересных походов, и новых книжек по китайской философии, и новых побед на футбольных полях! (Через паузу) - Но не только на полях... Смеётся и выпивает.


Сергей - Это что за намёки! Мы с Лялькой!.. (Снова смех)


Репин. - А я хочу алаверды... (Наливает рюмку водки.) - Я хочу рассказать одну историю. Мой знакомый, как то попал сюда в пригород ночью, провожая девушку. Ночевать его не оставили, а время двенадцать, автобусы ходят очень редко...

А наше предместье известно своими хулиганами. На улице темно и страшно - хмель прошёл. Мой знакомый, университетский преподаватель, ничего тяжелее ручки в жизни не поднимал. А к нему из темноты, вдруг подходят несколько парней угрожающего вида.

Он понял, что бить будут и тут вспомнил, как я ему про Попова рассказывал. Вот он возьми и ляпни: - Мужики, а я Попова знаю! Тут ребята и пальцем его не тронули, а проводили до остановки и мелочи на билет дали...

И я хочу выпить за Попова, за его авторитет. Он ведь в жизни ничего не боится. Даосов уважает, в леса ходит, сидит дома книжки почитывает, да иногда нас защищает от хулиганов...

Ну, в общем, за тебя Серёга... (Все выпивают и стуча вилкам по тарелкам, бодро закусывают).


Лопатин встаёт. - Господа - товарищи! Позвольте мне... У меня похожая история есть... У всех налито?

- Прошлой весной, местная шпана, меня на пути из универа прихватили, и в лужу запинали... Развлекались... А потом под окнами стояли и горланили весь вечер, на драку провоцировали, дочку маленькую пугали.

Серёга, в то утро из лесу шёл, и по пути зашёл... Как узнал про это, так лицом побелел. Мы в тот же день прихватили их верховодов, и поучили их так, что после этого, самый их главный, дома несколько дней не ночевал... Боялся, что Попов придёт с ним разбираться...

Вот тогда я понял, насколько, эта братва Серёгу боится и уважает... Думаю, это не просто заслужить...


Сергей - Они меня боятся из - за моей вежливости. Я на них ни разу голос не повысил и не выругался нецензурно... (Общий смех)


Лопатин - Вот и я говорю - давайте выпьем за вежливого Попова... (Выпивает)


Анка Репина. - А можно от женской половины тост? (Все - можно, можно...)

Анка - Я хочу поздравить Серёжу и пожелать ему всего, всего...Ведь он друг женщин... (Смех, реплики: Всех женщин мира...)


Анка - Не смейтесь... Я помню, когда нас с Валерой выселяли из квартиры, он нам помогал переезжать, наши вещи на телеге по всему посёлку возил и шкафы большие один таскал... Давайте все за него поднимем и выпьем... За...за хорошего человека. (Все встают и пьют)


Ирка - Пусть он теперь нам о лесе какую-нибудь историю расскажет... (Все - просим, просим...)

Сергей - Можно я сидя... Вы конечно все знаете историю, как здесь под городом, в тайге меня рысь напугала. (Все смеются). Но у этой истории было начало. Я тогда служил на Дальнем Востоке, тоже в лесу. А там рысей было немеряно, потому, что охота запрещена. И вот, я, сменившись с дежурства, в два часа ночи, иду из капонира в казарму, а около казармы, рысь, страшнымголосом кричит, и кажется, что по казарменной крыше ходит... Их там на острове много было...

Я взял в руки металлический фонарь, а он на утюг немного похож да и весом килограмма полтора, наглухо застегнул шинель из толстого сукна и решил сразиться с диким зверем. Вспомнил вдруг Лермонтова, его поэму "Мцыри" и подумаю, а чем я хуже...

Подошёл шагов на десять к кустам, фонарь выключил, чтобы лучше в темноте видеть, а рысь в чаще, метрах в десяти от меня рыкает, от злобы кашляет, давится, но не уходит, ждёт, пока я на неё нападу. Тут я остановился, постоял в темноте, и что - то мне не по себе стало. Думаю: "Да пущай живёт. На кой она мне?" (Смеётся)


Ефимов - Струхнул значит?


Сергей - Значит да... И тогда я понял, что я не Мцыри. Слабо мне... (Все смеются)


Афродитов вскакивает - Я хочу выпить за Попова, потому что он из нас самый естественный человек. Всегда сам по себе и собою остаётся...

Я помню, когда ему было шестнадцать лет, то ему родители купили новое пальто, модное такое, в клетку. И он сразу стал очень важным. А под пальто были какие - то шаровары и стоптанные ботинки. А он такой довольный...(Смеётся.) Ты помнишь, помнишь!..


Сергей делает строгое лицо - Не срами меня. Я этого не помню... (Все смеются и Сергей больше всех). - Эх, святые времена! Помню, как Васька Карась - местный хулиган и двоечник - по весне, гонит рядом с девчонкой на велосипеде и она его спрашивает: А зачем вы хотите со мной познакомится?.. А он ладошкой нос утёр и так гордо отвечает: Да просто, для интриги...(смеётся) А он ведь говорить почти не умел, но в нужный момент нужное иностранное слово нашёл... (Все громко хохочут)


Сергей - Господа! А теперь танцы, до следующего захода за стол...

Выходят из за стола и танцуют. Сергей подходит к Ефимову, который пьян и стоя в коридоре, курит.


Ефимов - А ты Серёга почему не пьёшь?


Сергей шутливо - Управляя людьми и служа небу, лучше всего соблюдать воздержание. Так говорил Лао - Дзе...


Пьяный Ефимов Сергею. - Вот ты всё хи - хи, да ха - ха... - А ты не знаешь, что значит лежать в снегу, не поднимая головы, когда пули совсем рядом так противно свистят. Кажется, что уже следующая в тебя попадёт точно. А потом слышишь, как Мишка рядом захрипел и кровь горлом забулькала...


Сергей - Давай об этом после. Это слишком серьёзно, чтобы об этом вспоминать между танцами...


Ефимов - Да, серьёзно! Думаю, что никто здесь не может понять насколько это серьёзно!


Сергей. - Ну отчего же. Я знаю одного паренька, он в Афгане служил. Его в задницу ранило, когда он из подорвавшегося БТРа выпрыгивал. Говорит показалось, будто молотком ударило, а потом вдруг штаны намокли и в сапог натекло... Он весёлый парень...


Ефимов - Это кому как... А меня армия просто изуродовала. Я и сейчас никак не могу отойти. Не могу приспособиться к гражданской жизни...


Сергей - На меня армия тоже подействовала только в другую сторону. Там, я как в монастыре, вдруг начал понимать, насколько хорош и красив мир, в котором мы живём. Именно там, пройдя рабство личной несвободы, вернувшись домой я поклялся без клятв (смеётся), у даосов такое бывает... что я буду ценить каждый день, каждый час обрушившейся на меня свободы... И с той поры я живу весело...


Ефимов - Ну тогда тебе хорошо...


Сергей после паузы - Ну пошли. Пошли танцевать. Потом как-нибудь поговорим, в лесу, у костра... А здесь не то место... (Уходят)


Снова Сергей в другом конце сцены, разговаривает с Иркой и Настей.

Сергей - Я вчера читал до трёх часов. Утром проснулся и думаю - книги это зло. Столько времени отнимают. К тому же проспал.


Таня вступает в разговор - Ну это вы зря. Книги - это ведь как учитель...

Сергей - Я считаю, что книги - это опиум для народа. Отвлекают от создания материально - технической базы жизни...


Ирка Тане - Да не верь ты ему. Он книжки читает с утра до вечера. С детских лет...


Сергей - Я же говорю, что это зло... Может быть поэтому моя личная жизнь не устроена.


Ирка - Ох Попов! И почему ты не женишься?


Сергей смеётся - Долго рассказывать... (Уходит, танцует с Лялькой)


Ирка к Тане - Я его знаю с шести лет. Он тогда лежал в больнице, в которой мамка работала медсестрой. Так он там среди детей устроил соревнования, кто быстрее свой обед съест. Доктора, его благодарили, за это, а родители просили его подольше не выписывать.


Таня - А что с ним было?


Ирка - У него какие-то осложнения были после ревматизма. Говорили, что он умереть может. Но всё как видишь обошлось...


Ирка - Давай я тебя лучше с Симоном познакомлю... Он журналист и работает где то в университетском издательстве. Он - поэтическая личность. А Сергей - это слишком для тебя...


Таня - Что значит слишком?


Ирка - Ну это значит опасный... Голову можешь потерять, если он тобой займётся... (Смеётся) Я думаю здесь каждая вторая девушка по нему тайно или явно с ума сходит...


Таня - Ой! Как интересно!


Ирка. - Ну пойдём за стол. Я видела, что Симон на тебя глаз положил... (Уходят)


Афродитов выходит на кухню покачиваясь - Я кажется перебрал - (Пьёт воду.)

Входит Репин. - А ты чего не танцуешь. Там столько девушек сидит.


Афродитов - Да я, чегой-то запьянел. Сам не заметил, когда лишнего на "борт" взял. Попов, как обычно, всех завёл своими тостами...


Репин - Да, когда он в ударе невозможно остаться равнодушным...

Откуда в человеке столько энергии. Ведь по лесам как леший, по ночам в одиночку ходит. Что его там притягивает? Я вот тоже с ним хочу разочек сходить...


Афродитов - Он мне объяснял, что после армейской неволи, вдруг понял красоту буквальной свободы. А в лесу - говорит он - подлинная свобода и есть. Сам собой распоряжаешься... И потом, он что - то о Боге говорил, которого можно встретить на границе природы и человеческого бытия... Но для меня это малопонятно... (Снова пьёт воду)


Афродитов продолжает - Я один раз с ним ходил. Ему хоть бы что, а я уже идти не могу... (Ходит по кухне и массирует живот)

Потом правда отошёл у костра. Почти всю ночь сидели разговаривали... Но утром - едва на ноги встал... (вздыхает) Уж лучше дома, за книжками с приключениями. Можно чайку попить... И ходики так мирно тикают.


Репин - А ты ведь с родителями живёшь?


Афродитов - Да. Отец болеет. Он ведь уже старенький. Я - поздний ребёнок... Иногда приходится за ним присматривать. Он ведь тоже ночами не спит, читает, или пишет. Пишет книгу воспоминаний. Он, войну в штрафбате начинал. Один, из тех с кем воевал, выжил...


Репин - А как же он попал в штрафники?


Афродитов - Он до войны был водителем танка, на котором маршал Блюхер ездил. Когда Блюхера арестовали, то и отца загребли. Говорят - что враг народа, что не мог не знать, как Блюхер с японцами связан, а если знал и молчал, то значит заодно.

Просидел он несколько лет в лагерях, а потом на фронт попросился. Взяли в штрафбат, вину искупать. После войны демобилизовался, весь в шрамах. Восстановился в партии...


Репин - Романтическая история с хорошим концом. А я думал их всех после войны в Казахстан...


Афродитов словно не услышав продолжил - На заводе его председателем парткома выбрали. Он ведь в лагерях с большими людьми сидел. Политически подковался... Сейчас сидит, читает переписку Сталина с Рузвельтом и говорит посмеиваясь: "Жизнь всё по своему выстраивает. Вот если бы не лагеря, то я бы так таёжником и остался..." Он ведь откуда то из Уссурийского края...


Входит Попов - А вы чего тут скучаете?


Репин - Да вот, наверное кому - то скоро и крепкий чаёк надо будет с солью пить.


Попов - Кто пить не умеет, тот, не гусар... Однако, если плохо будет, укладывайся в спальне на постель... (Уходит назад насвистывая)

(Афродитов страдальчески морщится.)


Ефимов - Зато Попов сегодня в ударе. Со всеми сразу танцует, а девушки в очередь выстраиваются. Хорошо Лялька не ревнивая... Галя Лопатина, так просто на нём повисла...


Афродитов - Ты Ефимов много по сторонам смотришь. Иди да сам танцуй...Ты не на границе. (Смеётся). А ведь праздник большой. Попову двадцать пять стукнуло...


...Поздняя ночь. Лина уходит домой. Сергей выходит её провожать...

Лина - Я тебя Попов хотела персонально поздравить, но ведь к тебе не пробиться... Поклонницы одолели.


Сергей - Ты преувеличиваешь. Я просто друг женщин... Другое дело, что я их очень понимаю. Ведь мужики всегда "сами с усами". Ничего не знают, ничего не чувствуют, а своё я впереди всех ставят... С ними неинтересно... Они, мужики всегда телом, а не душой озабочены. Норовят от девушек своего добиться, а это пошло и не эстетично, когда без большого чувства...

А я вижу во всех частичку тела Будды. В этот раз кто - то родился женщиной. В следующей жизни будет мужчиной. Для меня женщины - тем хороши, что даже если они тебя не понимают, то стараются понять, чувствуют...


Лина - Ты всё смеёшься, Попов, а на душе у тебя вижу не очень весело.


Сергей - Не надо об этом. Всё суета и томление духа. Мне кажется о подлинно серьёзном можно только с улыбкой говорить. Иначе жить очень тяжело. Кругом драматизм разлит, а люди этого не видят... до поры до времени.


Лина - Я знаю, тебе жить не просто. Но хорошо, что ты есть. Это многим твоим настоящим друзьям помогает жить...


Сергей - Вот спасибо. А я и не знал, что ты такая серьёзная...


Лина загадочно - С некоторых пор стала задумываться...


Ирка появляется - А вот вы где! Там Симон собирается петь...


Лина - Ну я пошла... Ещё раз поздравляю... Афродитову не говорите, что я ушла. Мне тут рядом... И потом, за ним уже одна молоденькая девочка ухаживает...(Уходит)


Сергей - Действительно, Афродитову сейчас хорошо. Он лежит, на кровати в спальне, чуть живой, а новую знакомую за руку держит...


Ирка - Афродитов, хороший человек, но почему - то его девушки не любят... Вот и рад сочувствию...


Сергей - И для меня это загадка... (Смеётся невесело)


В переднюю выходят Лопатины. Прощаются и уходят.

Лопатин жмёт руку Сергею. - Поздравляю старик... Четверть века - это дата...

Сергей прощаясь целует Галю в щёчку. (Лопатин и Галя уходят) Потом, Галя вдруг бегом возвращается и крепко целует Сергея, а потом убегает...


Ирка - И эта готова!


Сергей - Ира! Быть злой нехорошо...

В другой комнате Симон разговаривает с Таней...


Симон - А я ведь тоже музыкальную школу закончил. Только по классу гитары...


Таня - А правда, что вы и стихи для песен пишите?


Симон - Иногда, но очень редко. Как - то стеснительно рядом с Высоцким или Визбором. И потом они уже обо всём написали. Есть ли смысл повторятся...


Входит Сергей - Афродитову плохо. Он ведь не пьёт. Вот не зная меры и перебрал...Ну что Симон, время для песен настало?!

Симон берёт гитару и налив рюмку водки выпивает...Потом настраивает гитару...


Симон - Я хочу спеть песню Высоцкого для начала - "Идёт охота на волков..." и хочу это посвятить Попову.

- В тебе старик, - обращается к Сергею - есть то, чего ни в ком из нас нет. Ты похож иногда на волка, а иногда на охотника. А в нас, в большинстве только охотник сидит, да и тот любитель...


Симон начинает петь голосом Высоцкого:


Рвусь из сил и из всех сухожилий

Но сегодня - опять, как вчера,-

Обложили меня. Обложили!

Гонят весело на номера!


Из - за елей хлопочут двустволки-

Там охотники прячутся в тень.

На снегу кувыркаются волки,

Превратившись в живую мишень.


Припев - Идёт охота на волков. Идёт охота!

На серых хищников - матёрых и щенков.

Кричат загонщики и лают псы до рвоты.

Кровь на снегу и пятна красные флажков.


Не на равных играют с волками

Егеря, но не дрогнет рука!

Оградив нам свободу флажками,

Бьют уверенно, наверняка.


Волк не может нарушить традиций.

Видно в детстве, слепые щенки,

Мы, волчата, сосали волчицу

И всосали - "Нельзя за флажки!"


...Во время песни, пьяный Попов начинает хрипло подпевать...

Симон закончив песню умолк и какое - то время все молчали...


Симон - Я помню, как мы с Серёгой на Байкале жили. Приехали на неделю, а прожили почти месяц...

С ним хорошо. Он молчит, но когда надо, говорит по делу... (Выпивает рюмку водки не закусывая.) Продолжает - Времена были хорошие, да и туристы - народ душевный...


Сергей подхватывает тему - Там Симон был в качестве солиста и главного нашего снабженца продуктами. Вечером его приглашают на концерт попеть, а я в качестве администратора и грузчика. Во время тех ночных концертов у костра, Симону от души и чарочку подносили, хотя иногда и мне с "барского плеча" перепадало...

- Ночью, мы в нашу палатку возвращались с "добычей" - гонорар за выступление мы съестными припасами брали. Симон, как глава компании и солист несёт гитару, а я - излишки продуктов, подаренных нам добросердечными туристочками.


Симон - Да... Тогда я отъелся и отдохнул на целый год вперёд. А Серёга загорел как негр. На нём, как на вороном жеребце, чернота отливала синеватым блеском...


Симон наливает рюмку выпивает и берёт гитару - Ну а теперь - все негромко вместе: (Играет и все поют)


То взлёт то посадка, то зной, то дожди.

Сырая палатка, и лучше не жди.

Идёт молчаливо в распадок рассвет.

У ходишь - счастливо. Приходишь- привет...


Сергей встаёт.

Обращаясь к Симону - Я чай поставлю... (Выходит на кухню. За ним Ефимов...


Ефимов - Слушай Серёга... Я о таких вечерах мечтал в армии. Здесь, у тебя все какие-то добренькие. А в армии я привык, чтобы не унижаться, самому надо унижать, чтобы тебя боялись...


Сергей - Я был в армии, и требовал от своих сослуживцев, чтобы они молодых не смели трогать. Один раз даже поддал своим годкам за то, что они обкурились анаши у соседей "флотов" и в казарме после отбоя, когда молодые спят без задних ног, попробовали устроить вечеринку.

Назавтра, когда оба проспались, прощения у меня просили...

- Но когда я уходил на гражданку, наша "смена" за моей спиной говорила молодым: "Вот Попов уйдёт, мы с вами будем разбираться".

Но, думаю это они просто пугали молодых. Ведь всем лучше, когда люди живут как друзья или хорошие знакомые...

А уж на гражданке, жить можно припеваючи, потому что ты здесь на свободе...

А в армии, несвобода меня на всю жизнь достала. Я думал, приеду домой, лягу на кровать и буду трое суток лежать не вставая, и в потолок плевать...


Ефимов - Ну и как?


Сергей - Да куда там. Только появился на пороге, прибежали все друзья - по дороге домой, кто - то из знакомых меня узнал. Я же в армейском был... Тогда с друзьями всю ночь просидели - разговаривали...

Оказывается меня здесь ждали... А я только сейчас понимаю, что для меня армия, как монастырь для монаха... (Вздыхает)

Это было время испытаний... иногда очень серьёзных, но полезных для будущего.

- Я сегодняшних молодых не понимаю. Они от армии увиливают, а это ведь как высшая школа жизни... Недаром в Англии аристократы своих детей до сих пор в интернаты, учиться отправляют... Длинная пауза, все притихли, задумавшись...


Сергей - Ну пойдём чай пить, да будем укладываться, кто - где. Уже утро...

Свет гаснет. Занавес...


...Наступает рассвет. Спальня в квартире Попова

Лялька спит. Сергей поднимается, проходит к закрытому шкафу, достаёт наган, Берёт патрон из стола, вставляет в барабан и прокручивает его.


Лялька ворочается в постели. Сергей выходит в смежную комнату и говорит вслух:

-Ну, наконец - то я один... Все разошлись по домам, а Лялька спит. (Подходит к окну)

- Двадцать пять лет - это существенный возраст... Жизнь даёт мне много больше чем другим: любовь женщин, здоровье, свободу, которая конечно внутри нас.

Поэтому, лучше умереть сейчас, чем длить это, постепенно утрачивая всё, чем я обладаю сегодня. Как сказал, один из эсеров - террористов, когда его приговорили к смерти: "Какая разница когда умирать. Две тысячи несъеденных обеденных котлет - небольшая потеря для мира".


- Однако просто покончить с собой, было бы проявлением трусости перед жизнью и сентиментальностью. Но попробовать хочется...

Как там, в "Пиковой даме": "Сама судьба нам мечет банк..." (Прокручивает обойму, поднимает пистолет к виску и нажимает на курок. Звучит сухой щелчок и Сергей пошатываясь опускает наган)

- Значит сегодня не судьба!


Он вновь прокручивает барабан и прицелившись в угол нажимает на курок... Звучит выстрел и Сергей прячет пистолет в шкаф. Вбегает растрёпанная, испуганная Лялька.


- Серёжа! Что случилось?!


Сергей - Ничего страшного. Я уронил утюг на кастрюлю. Оттого такой гром...

Я думал ты крепко спишь... (Обнимает её за плечи) Пойдём спать лапонька... Сегодня уже воскресенье. (Уходят) Свет на сцене гаснет. Занавес...