# Владыка Серафим. Главы из романа. Сатана

Владимир Дмитриевич Кабаков

САТАНА до поры прячется в каждом из нас!

Сатана


... В большой пещере горел костер, треща и разбрасывая искры. Было давно за полночь и природа замерла в предрассветной тишине и неподвижности, но эта тишина была особенной.


Ужас грядущей смерти сконцентрировался вокруг горы, в которой была пещера - жилище Сатаны.


Даже шум упавшего с обрыва камня или движение шуршащего щебня на крутом склоне, не нарушало молчания. Тем отчетливее были звуки в пещере.


Сатана возлежал на возвышенности у огня, который не смел дымить в его сторону и потому, завитками, цепляясь за гранёный потолок пещеры, выбирался наружу.


Вокруг костра возлежали гости Сатаны, его верные вассалы и сподвижники, его воинство отпавших от Бога Отца и низвергнутых в бездну, бунтующих ангелов - бесов.


Опаленные страшным подземным огнем, покрытые темной смертной пылью, они были черны и крылья их почти не выделялись в полутьме пещеры и лишь темные лица, насупленные брови, горящие злой непримиримостью глаза, выступали из тьмы, в отблесках пламени меняя выражение, заостряя мрачные тени глазных провалов и морщин...


- И решил я, - пророкотал Сатана, и его мощное лицо перекосила ухмылка, гримаса самодовольства, - и решил я развратить и настроить против Создателя прародителей человеческих.


Я, конечно, не обращался в Змия, не вползал, шурша чешуей в Эдем, не обвивал блестящими кольцами Древа Познания добра и зла. Конечно, если люди увидели в образе змия наслаждение, вечно искушающего человеков, то здесь нет ничего антихудожественного.


Думаю, что образ вполне соответствует содержанию - вьется, изгибается, плавно течет, словно не касаясь земли - ведь верно, у змия нет ног...


Лицо Сатаны вновь перекосило подобие саркастической улыбки и слушатели вокруг тоже мрачно и зло осклабились, оценив шутку владыки - бесьё было не лишено чувства юмора.


- Да, я совратил Еву, ибо Господа потянуло на благотворительность и создал он подругу Адама, которому было скучно одному и создавая её, олицетворил в ней чувство нежности, - Создатель хотел развлечь его!


Сатана быстро обвел испепеляющим взглядом слушателей, невольно поежившихся и вновь ухмыльнулся:


- А я, неслышно, невидимо, среди птичьего щебета и гомона тварей земных, проник в этот мир блаженства и неявно, через мысли, стал внушать, искушая женщину невиданными и неслыханными наслаждениями, если она с Адамом переступит порог Первого Завета...


- Сатана перешел на шепот и еще заметнее стала обморочная тишина наступившая в мире:


- Я обещал ей права и значение Бога, если она соблазнится, и познав корни, сущность добра и зла, предстанет равной Богу... А рядом с ней Адам!


И я нашептывал ей, уговаривал, рисовал картины и она уступила, ибо была молода и доверчива от самоуверенности и самомнения.


И уступив мне, увлекла Адама и вместо наслаждения - Сатана захохотал - вместо обещанного, был Адам, и Ева вместе с ним, изгнаны из Рая и Я, Я овладел его будущим и судьбой его потомства!


Пламя костра взметнулось и погасло, каменные стены пещеры дрогнули и где-то с грохотом обрушились скалы, с адским шумом стуча каменными глыбами.


Сатана повел рукой, пламя вновь встрепенулось, осветив бесовские, оскаленные лица. Ударившись о потолок пещеры, столб дыма вырвался наружу, поднялся над безжизненным хаосом каменистого ущелья.


- И вот тогда, разумный Адам, который души не чаял в своей подруге, уступил, оправдывая себя тем, что такое существо как Ева, не может плохо ни думать, ни говорить...


Сатана замолчал, поворочался с крыла на крыло и будто вынырнув из далеких картин воспоминаний, закончил:


- И уже потом совершился явный грех, первый блуд, но обусловлено все было тайным грехом, той отравой, которую я влил в чувства прародительницы.


И свершивши грех, устыдились они своей наготы и это был первый признак внутреннего самоосквернения, а Бог-Создатель, увидев их в таком состоянии вознегодовал и наказал их изгнанием из страны блаженства, позже названного людьми Раем, хотя свершение греха непослушания, одолевающая их жажда запретных удовольствий, уже были той границей, за которой начиналась жизнь страстная, злая, страдающая и заканчивающаяся смертью!


Сатана сверкнул мрачными глазами:


- И повторяю!.. Я овладел ими, стал царем смерти и Бог попустительствовал этому, ибо считал, что надо наказать непослушных.


И еще Бог наказал их за безответственность, потому, что создавая людей, наделил их правом свободы воли, то есть правом выбора, не желая делать их своей игрушкой - безвольной и несамостоятельной.


В пещеру просочился холодный утренний воздух, в отверстии входа забрезжил свет и когда развиднелось, то в пещере уже никого не было - костер погас и чуть фиолетово, сквозь серость золы и пепла, светились последние угольки...


----------------------------------------""-------------------------------------


...Иуда, был средних лет мужчиной, кряжистый, с необычайно сильными ногами и толстыми икрами. Голова с кудрявыми, чёрными, жёсткими волосами, росла почти из плеч, на короткой, крепкой шее, с продольными глубокими кольцевыми складками - морщинами, особенно заметными, когда он наклонял голову. Лицо круглое, нос большой, мясистый, с горбинкой. Брови густые, тоже чёрные, сросшиеся на переносице. Глаза тёмно-карие, без блеска, глядят мрачно.


Он разочарованно вздыхал, когда приходилось объяснять людям, на его взгляд, очевидные вещи. Был не женат, но женщин любил.


До того как пошёл за Иисусом, покупал рабынь - служанок и жил с ними несколько месяцев, а потом продавал и покупал новых.


Выпив вина любил бороться и мериться силой. В молодости, на спор, поднимал на плечах и носил лошадь...


Иуда сидел в уличной лавке и ел, когда с головой его что то произошло - ему вдруг показалось, что Некто невидимый и неслышимый проник в его мысли.


И этот Некто убеждал Иуду в том, что он не верит Учителю и даже завидует ему черной завистью:


- Ты ведь никого не любишь, а Его в первую очередь. Твои друзья, Его ученики, вовсе не друзья тебе, а враги, хотя ты это скрываешь даже от себя!


Видение пошевелилось, черты жестокого угрюмого лица таяли в полумраке лавки.


"Приснилось, что ли" - подумал Иуда, но это сстрашное лицо опять появилось и опять раздались твердые, внушительные слова:


- Но тот, кого ты притворяясь зовешь Учителем, говорит о любви, как основе спасения, а ты ведь любишь только деньги и все, что связано с деньгами - Его притчи не волнуют тебя и ты их не понимаешь. Ты всего лишь слуга, но не ученик!


Бестелесное лицо, сверкая огненными глазами, качаясь, заскользило по воздуху и Иуда, забыв о еде, поворачивал голову то налево, то направо, пытаясь не потерять видение из виду.


- Если Учитель умрет, а он рано или поздно будет предан властям и казнен, ты сможешь встать на его место, ибо ты умен и имеешь характер. Кроме того, тебе обещано, что выдав Христа ты перестанешь быть агентом Каиафы.


Видение ухмыльнулось:


- Я ведь знаю, что ты иногда оказывал услуги особого толка главе Синедриона, и не бесплатно - голос вдруг приобрел лисью мягкость.


- И тогда, сможешь ты, купив кусок земли осесть наконец в святом городе и заняться проповедничеством. Именно ты, которого так приветил Христос, что доверил деньги Общины...


При слове "Каиафа" Иуда вздрогнул и огляделся.


Голос же заговорщически продолжал:


- После ареста и казни Учителя, все ученики его разбегутся, ибо они также не понимают Его, а ты, оставшись один, сможешь стать Пророком, великим Пророком, ведь ты Его хорошо знал и внимательно слушал.


Лицо двигалось то по кругу, то зигзагами и голова Иуды закружилась.


- Ты один! Ты один достоин!.. Ты! Только ты!


Иуда, теряя сознание упал, зацепил рукой скатерть со стола и уронил на себя кувшин с водой...


--------------------------------------------""-------------------------------------------


...Иисус лежал в ночи без сна, после очередного поста. И так быстро и покойно-истинно думалось о жизни и смерти, о божественном величии, о коварстве Сатаны, который противится этому величию. И вспомнились ему наставления Бога-Отца и думал он:


"Не мир, а меч внесу я в мир и произойдет разделение. Ибо привычное зло, которым с давних пор отравлены люди, невозможно победить отвечая злом на зло.


И в этой битве света и тьмы, брат пойдет на брата и добро будет искушаемо злом, но спасутся верующие в Новый Завет любви!


А Бог-Отец, создатель всего и Ангела Смерти в том числе, не может убивать, уничтожать того, что он сам создал, ибо Сатана - есть противник - антипод Бога, Владыка Зла и отец лжи, имеет природу вечную и есть, отпавший от бога Милосердного, в гордыне погрязший Ангел.


Но мир, вмещает добро и зло, так, как свет и тьма сосуществуют. Там, где Бог, там свет, а где Сатана, там тьма и только в конце мира Зло будет уничтожено, а Сатана будет гореть в Геенне огненной, вместе с искусившимися бесами отягощенными злом.


Зло - это недостаток или отсутствие добра, и если люди уверовавшие в Меня будут братолюбивы, будут стойки в правде ненавидя ложь, то зло будет отступать, уменьшаться и тогда настанут времена, когда в муках и борениях со злом, победит добродетель, и вот тогда настанет черед Страшного Суда.


И воссев на небесном непорочном престоле, Я буду судить всех по делам их и многие возопят, скрежеща зубами, ибо Добро и Зло не есть одно, а путь жизни - страдания и правда, когда человеку дано выбирать и по выбору его, буду судить его!


...А между тем время шло и близились сроки. Дьявол бесновался, изобретая способ, как погубить Христа.


Вспомнил он, руководящий злом на земле, о сребролюбии одного из двенадцати учеников Христа, которых он называл Апостолами новой Церкви. И увидел он внутренним взором своим, дрожание рук и потные ладони того, кто заведовал денежным ящиком у Апостолов.


Восстал Сатана из Преисподней и вселился в душу мужа нестойкого в вере!


И дрогнул Иуда Искариот и захотелось ему своего дома на земле купленной за деньги для своей своей семьи и своих детей, которым он будет рассказывать, какую честь оказал Христос ему, простому уличному торговцу, избрав его в число 12-ти.


И подумалось ему, что не будет Христос убит, а будет только осужден к вящей славе Его и он, Иуда, будет среди тех, кто встретит уже освобожденного в чести и славе Учителя. И никто не будет знать, что он предал Учителя.


А главным условием его при договоре с Первосвященником, будет требование, чтобы как можно меньшее число людей знало об их разговоре и о предания Иисуса властям.


Если он Сын Бога, то ему ничего не будет, и ведь он сам говорит, что Создатель его Отец.


Сатана не сомневалсяв победе, видя эти колебания Иуды, и договор с Иудой, с его ослабевшей совестью, радовал Сатану:


- Все люди одинаковы! - повторил он, криво усмехаясь.


Сатана сомкнул веки и увидел плачущего Иисуса, омывающего ноги своим ученикам, дрожащего Иуду, на груди которого, в кошельке, лежали тридцать сребреников полученных от Первосвященника.


Нет, Иуда уже купил себе землю у полунищего горшечника, теперь он копил деньги на постройку домика и маленького виноградника при нем. Он явно явно тяготился общиной, братскими откровениями и проповедями Христа.


Ему хотелось иметь что-то своё здесь, на земле, в Иерусалиме, а то, что будет потом, после смерти, этого никто не знает:


- Никто ещё оттуда не возвращался и никому не было известно, что там за чертой жизни и смерти, а Учитель говорит, что там будет вечная жизнь, но ведь надо ещё эту вечную жизнь заработать, пожертвовать собой, своими прихотями, страстями.


А это значит, что надо вести аскетический образ жизни и жертвовать, жертвовать, жертвовать...


Но ради чего? А ведь может быть ещё придется жертвовать и здешней жизнью, за ту жизнь хоть и вечную, но никем, никем пока не подтвержденную...


И эта боль!!! - Иуда поморщился от страха и отвращения, вспоминая казни на Голгофе. - А ведь могут и распять на кресте. Виси тогда несколько дней, мучайся, цепляясь за жизнь!


Ужас сковал Иуду. Лицо его покрылось потом. Грязные ногти больно врезались в кожу ладоней.


- Нет, не я, только не я! Пусть этот каменный Петр или Андрей - Путешественник, но только не я!


Сатана увидел внутренним взором, трясущиеся от страха губы Иуды и плотоядно улыбнулся:


- Этот мой! Он готов прислуживать сильному и не верит Иисусу...


Каиафа будет из этого предателя веревки вить. Он это умеет. А потом оттолкнет...


И поделом...


Дьявол от удовольствия потер руки и притопнул ногой. Земля под ногами идущих по улицам Иерусалима мелко задрожала, затряслась как при землетрясении. Посыпалась штукатурка и куски черепицы полетели с крыш.


- А Иисус умрет и люди, увидев, что он умер, отвернутся от него и скоро забудут!


Они бы помнили долго, если бы он каким-либо образом взлетел с креста в небо, а может еще лучше, унося в облака с собой крест.


Но он этого не сделает, потому что не верит в чудеса и хочет пострадать!


Сатана этого понять не мог:


- Есть же общий для всех людей страх смерти, страх полного исчезновения, аннигиляции, небытия...


Он сам конечно знал, что смерти нет, что мельчайшие частицы, из которых состоит и тело человека и камень и дерево и вода, переходят из одного состояния в другое и конечно знал о духновении Богом на созданного им первочеловека. Но поди объясни это людям!


-Умирать жутко! Они ведь видят, что живое тело превращается в труп, начинает гнить и разлагаться, и их конечно это ужасает.


Какая-нибудь невероятно красивая Клеопатра, соблазнявшая мужчин стадами, через два дня после смерти гниет и смердит, как свиная туша под солнцем...


Нет, люди этого боятся и хотят этого ужаса избежать, войти в вечность и не умирать. Тот, кто даст им это, завладеет их умами навсегда!


Но я, Владыка смерти не должен позволить этому случиться. Бог-Создатель не ожидает, что я в очередной раз смогу погубить его любимчиков - род человеческий, который он создал себе на развлечение и на горе.


- Такое уже было в древности, когда я развратил людей, заставил их лгать, потворствовать своим похотям и забыть Его. И тогда, спасая Древо жизни человеческой, он утопил не раскаявшихся грешников во Вселенском потопе и спас в ковчеге восемь душ человеческих, во главе с благочестивым Ноем и каждой животной твари по паре!


Я помню, что тогда он меня переиграл и от спасшегося Ноя пошел род человеческий вновь.


Но ведь и я не дремал и теперь, люди более послушны мне нежели Ему.


Пройдет ещё немного времени и все они погрязнут в блуде, стяжательстве и сладострастии. И тогда я буду победителем, я буду радоваться, а Он будет скорбеть и наказывать мелких людишек ужасной смертью, уничтожением первочастиц.


И тогда рухнут небеса и огонь умирающего солнца поглотит Землю и звезды. А я буду смеяться. О, как я буду смеяться!..


Земля вновь дрогнула и на Синае, с грохотом обрушилась вниз громадная скала, а земля разломилась километровой трещиной...


2009 год. Лондон. Владимир Кабаков


Остальные произведения Владимира Кабакова можно прочитать на сайте "Русский Альбион": http://www.russian-albion.com/ru/vladimir-kabakov/ или в литературно-историческом журнале "Что есть Истина?": http://istina.russian-albion.com/ru/jurnal