# Таёжные зарисовки. Зов природы

Владимир Дмитриевич Кабаков

Дикая природа часто равнодушна, жестока и коварна. Но таковы законы природы - выживает сильнейший - другого в этом свирепом мире не дано!

... Было начало лета и по распадкам тут и там, особенно в жаркие солнечные дни, шумели водопады, срываясь со скальных уступов и повисая на мгновения в неподвижном чистом воздухе и пролетев несколько десятков метров, с шумом и грохотом дробясь на мириады капель и капелек, ударялись о гранитные карнизы, или поднимая из глубины водных ванн водовороты и клочки пены, проваливались в глубокие омуты, выдолбленные в крепком граните текучими струями за многие годы. Недаром ведь говорят, что "вода камень точит".


В предгорьях, на пологих спинах таёжных холмов зацвёл багульника. И этих цветочков становилось так много, что они сиреневыми, легко - невесомыми облачками повисали над южными склонами хребта, завораживая и успокаивая взгляд - тайга на время становилась ярко фиолетово - зелёной...


Внизу в долинах, уже давно распустились листочки на деревьях и раскрылись яркие таёжные цветы - жарки, полыхая оранжево красным, на фоне зелёной травы. Но на высоких склонах, а тем более на гребнях гор, лиственничная поросль ещё не выпустила зелёную, мягкую хвою и стояла серо - коричневой, щетинящейся чащей, ожидая развития лета...


Северные олени кормились на мшаниках, посреди пологих и поросших карликовой берёзкой долинок, а в жары, уходили на, не тающие всё лето, снежники и отдыхали там от комаров и мошкары, всё в больших количествах появляющихся над горной тундрой...


Лоси переселились в долину реки, в район бобровых плотин создавших, на неглубокой речке, цепь небольших прудов.

По вечерам, на закате солнца, мать - лосиха и быстро растущий лосёнок Сам приходили к одному из таких прудов и безбоязненно входили по воде, на середину озерца. Напившись, разойдясь на несколько метров, они кормились, погружая горбоносые головы, с длинными ушами в воду, доставая со дна и поедая сочно - мучнистые корневища болотного аира.

Лосиха, изредка переставала жевать, поднимала голову, прислушивалась и убедившись, что в округе всё спокойно, вновь погружала ушастую голову в воду...


Постепенно сумерки сменялись ночной темнотой и из насторожённой мглы лесной тишины, далеко был слышен плеск воды и фырканье лосей...

Бурый пришёл на водопой с другой стороны пруда и услышав непонятные звуки, насторожился, стал красться, аккуратно обходя препятствия, и нюхая воздух...


Лоси стояли почти посередине озерца, и выйдя к берегу Бурый затаился, вглядываясь в темноту. Но его зрение и при солнечном свете не отличающееся остротой, сейчас вовсе никуда не годилось. Другое дело лоси...


Стоило медведю неосторожно переступить с лапы на лапы, как треснула веточка под его тяжёлым телом и лосиха, заметив в чаще движение, прыгнув с места поскакала с громким шумом по воде к противоположному берегу, разбивая этими звуками тишину - она своими большими глазами, даже в темноте увидела шевеление медвежьей туши и бросилась убегать. За ней, тоже на больших прыжках последовал Сам, ...

Отбежав от воды с полкилометра, звери остановились и лосиха долго вслушивалась в ночную тишину, а убедившись, что погони нет, лоси прошли в густой ельник и легли в знакомом месте...


Такие происшествия однако, были редкостью в их размеренной жизни. Обычно они кормились на озеринке почти до рассвета, а перед утренней зарёй уходили на лёжку, с заметно округлившимся брюхом...


Бурый слышал, как лоси с шумом убегали, выбираясь из болотного озерца, но он и не собирался на них нападать. Медведь из простого любопытства попробовал скрадывать крупных лосей, а когда это не удалось и его заметили, то не очень расстраивался...

Сытый и растолстевший, он был неуклюж и неповоротлив. Времена постоянного голода и агрессивности прошли, закончились вместе с весной и сейчас, он был миролюбив и не опасен для других зверей - корма, в это время года в тайге, хватало на всех...


... Сам, между тем, готовился к гону. Он уже превратился в крупного лося с рогами - лопатами, из которых веером росли острые отростки. У основания, рога были толщиной в крупную человеческую руку, а отростки, после того как кожица сверху сошла, были отполированы до белизны и остры, как вилы...

Большую часть лета он провёл на верхних болотах, где его никто не тревожил - там он отъелся и набрался сил.


Круглая озеринка, после летних дождей наполнилась водой и молодой лось, каждый вечер приходил сюда, заходил на середину и погружая нескладно-длинную, горбоносую голову на дно водоёма, доставал оттуда корешки и большие зелёные листья, поедая их с задумчиво - сосредоточенным видом.

Когда подняв голову, он прожёвывал поднятые со дна мясистые, сладкие корни, то с его морды, по длинной ворсистой "серьге"? висевшей на шее и состоящей из жёстких толстых волосков, с тихим звоном сбегали струйки воды...


... Иногда по ночам, на тот же берег выходила медведица с медвежатами. Но она даже не пыталась погнаться за Самом. В воде, лось с его острыми копытами и сильными ногами, был в безопасности и всегда мог очень быстро переплыть озеро на другую его сторону. Да и медведица не рисковала нападать на такого крупного и сильного зверя, как Сам...


Несколько раз в отдалении, одинокий лось замечал стадо молодых маток с телятами, в котором ходила и Любопытная, уже выкормившая и вырастившая своего первого телёнка. Теперь она тоже ждала гона, хотя и сама этого ещё не осознавала...

Стадо, заметив крупного быка, не пожелало с ним встречаться и свернув в сторону, обогнуло место его кормёжки, проследовало дальше. Лето стояло влажное и корма на верхних болотах было много.


Сам, с высоты своего роста проводил взглядом мелькающие в чаще спины маток и продолжил кормиться, объедая мелкие осиновые ветки с мягкими и сочными листочками на них - пока, он был совершенно равнодушен к своим соплеменницам...


...Время гона, как всегда началось внезапно. Где - то внутри большого тела появились первые признаки беспокойства и возрастания непонятного внутреннего жара, от которого у лосей - самцов пропадал аппетит и начинала мучить постоянная жажда.

Сама, вдруг потянуло в места, где он до этого встречал стадо лосих.

Не торопясь, размерено шагая по мокрому лугу заросшему ерником и залитому кое - где водой, лось, чавкая копытами, проваливаясь сквозь размокшую дернину, направился в ту сторону, где совсем недавно видел знакомое стадо. Его горло уже набухло от прилива горячей крови и лось, неожиданно попробовал излить мучившее его беспокойство в рёве - жалобе.


"У - ох - х" - первый раз в этом году пожаловался он, и остановившись послушал. Из дальних зарослей раздалось ответное "у - ох - х" и Сам, перейдя на рысь устремился навстречу сопернику...


... Лосиха Любопытная, услышав на рассвете стонущего быка, забеспокоилась и в предутреннем сумраке, покинув стадо молодых лосей двинулась в ту сторону, отвечая на тревожный зов коротким мычанием. Вдалеке раздался треск веток и шлёпанье шагов по воде и внезапно, на быстрой рыси из - за куртины кустарника выскочил разгорячённый незнакомый самец - лось, с большими рогами - сохами.


Подбежав к лосихе ближе, он остановился и всхрапывая, стал обнюхивать её, пытаясь зайти сзади. Любопытная поворачивалась к нему мордой, но бык каждый раз отворачивался и пытался обойти самку. Эти движения по кругу, иногда похожие на незамысловатые танцы, продолжалось долго.

Наконец, когда бык немного успокоился и привык к близости молодой самки, Любопытная не торопясь пошла в сторону высокого речного берега, виднеющегося вдалеке. И следом, на расстоянии не больше метра, шёл самец - сохатый. Глаза его, сделались мутно влажными и по временам, из горла вырывалось яростно - просительное - "у - ох - х".

В одном месте лось остановился, потоптался на месте принюхиваясь, и начал рыть копытами влажно податливую землю. Выкопав ямку, истоптав её копытами, наконец помочился пахучей жидкостью на свежевскопанную землю и едкий аромат мгновенно распространился на сотни метров вокруг.

Лосиха подошла к яме, понюхала метку и подойдя к лосю лизнула его в длинную, с пористыми отвисшими губами, морду... Сохатый вновь попытался овладеть лосихой, но она, отворачиваясь избегая самца и уходили всё вперёд и вперёд - её время ещё не пришло.


И тут, из-за деревьев появился Сам, привлечённый этим запахом и идущий по следу гонного соперника. Его шея, за последние дни, тоже разбухла от постоянного сладостного напряжения и сделалась толще и как бы короче. Глаза его, так же возбуждённо и мутно смотрели на мир, как у всех самцов - лосей в эту пору...

Выскочив на поляну, Сам заметил своего соперника и остановился - он вспомнил неудачные схватки с крупными быками в прошлые годы, все поражения и неудачи в этих схватках. Но в этом году он чувствовал себя необычайно сильным и преодолев минутную робость, тряхнул тяжёлыми острыми вилами рогов и вызывающе заревел - "у - ох - х".


Любопытная равнодушно скользнула взглядом по темнеющей в сумерках фигуре Сама и продолжила кормиться, скусывая мелкий ивняк растущий густым кустом в устье неширокого распадка, поднимающегося от реки к вершине прибрежного холма.

Лось - соперник, рысью приблизился к Саму на двадцать шагов и стал ворочать тяжелой головой, покачивая ею из стороны в сторону, нервно переступая ногами, показывая сопернику игру могучих мышц и размеры мощных рогов. Он был намного старше и крупнее Сама, да и рога имел побольше.


Однако и Сам был силён и раздражён поисками самки. Он был во временном состоянии гонного сумасшествия, которое не могла охладить простая демонстрация превосходства, в размерах мышц и рогов. Ему хотелось драться и во чтобы то ни стало отбить самку у Соперника...


Постепенно сближаясь, быки храпели, мотали головами, и слюна липкими, толстыми нитями, тянулась из полуоткрытых пастей. Наконец Соперник первым, по праву старшего, решился и наклонив рога, прянул на Сама. Удар рогов был так силён, что его отбросило почти на метр назад, но молодой бык удержался на ногах и упираясь всеми четырьмя копытами, со вздувшимся от напряжения загорбком, противостоял неистовому напору Соперника, а лосих, не обращая внимания на дерущихся быков, продолжала объедать ивовый куст...


Соперник, чувствуя возрастающее сопротивление молодого противника напрягся и резко поворачивая рога вправо и чуть вверх, начал выворачивать шею Сама. Тот сопротивлялся из последних сил, но ещё бы секунда и он сдался! И тут раздался громкий треск!

Один из отростков на роге Сама сломался и потеряв равновесие, молодой лось сунулся вперёд и освободившись от противодействия рогов соперника, под углом вонзил в шею Соперника острый конец левого рога, который пропоров толстую кожу, глубоко вошёл в тело, пробив по пути дыхательное горло. Воздух из лёгких сохатого с шумом вырвался через рану, и смертельно раненный громадный лось, рухнул на колени, а Сам мгновенно отпрыгнул в сторону, чувствуя дуновение смерти исходящее от тяжело раненного соперника. Старый лось стоял на коленях и пытаясь подняться, всё ещё разгоряченный схваткой мотал тяжелой головой и хватая воздух, храпел открытой пастью брызгая вокруг алой кровью из раны на шее!


Но силы уже покидали мощное тело и через какое - то время, окропляя траву кровью вытекающей через глубокую рану, он повалился на бок и глаза его померкли, а по телу прошла крупная дрожь агонии...


Глядя на умирающего соперника и ещё не веря в свою победу над этим старым и опытным лосем, Сам мотал рогатой головой и тяжело дыша, поводил налитыми кровью глазами...

Увидев спокойно стоящую лосиху, Сам неуверенно подошёл к Любопытной и она, фыркнув, наконец сдвинулась с места, обнюхала победителя и развернувшись, не спеша, не обращая внимания на побеждённого, умирающего Сохатого, повела победителя за собой, в темноту дремучего и загадочного леса...

Позади остался мёртвый лось темнеющий шерстистым бугром в серой чаще ивняка. Голова его лежала на земле и один рог поднимался высоко вверх, похожий на корневой выворотень...


Сам шёл вослед самке и иногда остановившись, роя землю копытами, заложив рога на спину и вытянув шею, тревожно и угрожающе ревел...


Так прошло ещё два дня...


Сам неотлучно следовал за любопытной и продолжал реветь всё громче и уверенней. Наконец остановившись на одной из лесных опушек, Любопытная позволила Саму приблизиться к себе сзади. Бык дрожа от страстного желания и напряжения, вдруг взгромоздился на спину матки, обхватил её клинообразный круп передними ногами и доставая скалящейся мордой почти до её ушей, вошёл в неё со стоном и самка содрогнулась от тяжести тела, силы и страсти желания своего молодого повелителя...


Через полчаса, лоси, ещё при свете вечерней зари перешли неглубокую речку, попили воды и продолжили свой путь дальше...

Сам, изредка останавливался, прислушиваясь и трубил свою короткую, невыразительную яростную "песню".

Тут, из ближнего, мокрого и болотистого распадка, раздался ответный рёв и пара лосей остановилась. Солнце уже село, скрывшись за горизонтом, но свету было ещё достаточно, чтобы заметить лося - быка выскочившего на край широкой поляны, из дальних кустов...

Этот молодой лось, тоже увидел Любопытную и Сама, рысью приблизился и остановился метрах в двадцати, перебирая длинными ногами, словно танцуя, демонстративно мотал рогатой головой...


Развернувшись, Сам пошёл навстречу пришельцу, всхрапывая и поводя рогами. Молодой чуть подался назад и в этот момент, уверенный в себе Сам рванулся ему навстречу и чуть приподнявшись на передних ногам, сверху вниз ударил соперника рогами. Молодой пытался сопротивляться, но несмотря на напряжение всех сил, вспахивая траву задними копытами до земли, поехал, заскользил назад и осознав превосходство Сама, вдруг прянул в сторону, развернулся и галопом убежал в чащу леса, отступая и уступая большей силе и боевой уверенности соперника...


После этого случая, Сам почувствовал себя владетелем и повелителем самки, в полной мере. Теперь уже не он, а она следовала за ним в некотором отдалении и самец, останавливаясь через какое - то время, гордо и звучно трубил на всю окрестную тайгу о своей победе, о пришествии времени его силы и могущества...


Он был победителем и потому передал в потомство грядущих поколений свои гены, особенности своего характера и сложения...


...Прошло две недели и Сам покинул лосиху, в которой уже началась новая жизнь, а Любопытная, вскоре ушла в свои обычные кормовые угодья, навсегда расставшись с Самом...

Лось - бык побрёл дальше и переходя из урочища в урочище, ревел в поисках других соперников и новой матки - лосихи. Ему удалось отвоевать до конца гона ещё одну матку, и передал и в её потомство часть себя, тем самым выполняя законы вечно обновляющейся природы - только сильнейший передаёт в потомство свои особенности, позволившие ему не только выжить, но и победить всех соперников...


...Любопытная, после гона, присоединилась к знакомому стаду маток с молодняком и стала, живя как обычно, вынашивать в себе зародившуюся новую жизнь...

В ожидании морозов, лосихи с телятами держались в долине истока реки Олхи. Они были спокойны и отъедались в преддверии зимы, выходя на кормёжку ночью и возвращаясь на место лёжек уже после восхода солнца. В это время им ничто не угрожало в тайге. Взрослых медведей в округе не было, а Песочного они не боялись. Он был ещё слишком неопытен, чтобы нападать на громадных лосей...


2010 год. Лондон. Владимир Кабаков