# Борец

Дмитрий Карапузов

Борец


- Больше нет самосвалов, Анхелино, - сказал хозяин заправки дон Педро.

- Да, дон Педро, - ответил заправщик Анхелино.

- Сегодня не было ни одного.

- Да, дон Педро.

Они сидели на скамейке у небольшого очага на заднем дворе заправочной станции. Заправщик Анхелино, в ожидании пока поленья превратятся в угли, нанизывал на проволоку дольки картофеля и бананов. Рядом с Анхелино лежал Мартин, свесив до земли тонкую нить слюны.

- Стройка в Чикато Локча кончилась, Анхелино. Ты знаешь что такое Чикато Локча?

- Да, знаю, там для туристов раскопали старый город. Дон Басилио говорит что это обман, он сказал другое слово, но Отец Мануэль говорит что такие слова нельзя говорить, на том свете за это черти втыкают в язык горячие иголки и еще дон Басилио говорил как в Чикато Локча новые камни делают чтобы были как старые.

- Да, но стройка закончилась, поэтому самосвалов сегодня не было. Понимаешь, что это значит?

- Самосвалы приедут завтра?

- Нет, Анхелино, завтра они не приедут. Они вообще больше не приедут.

- И сеньорита Рената не приедет?

- Сеньорита Рената? Она тебе нравилась?

- Она смеялась надо мной, трогала меня вот здесь и показывала сиси.

- Почему ты не говорил мне об этом? Анхелино, я ж тебе заместо отца, а родителям всегда все надо рассказывать. Нехорошо, Анхелино, это очень нехорошо.

- Дон Педро, сеньорита Рената плохая?

- Пусть ее судит Господь. Но все-таки не женское это дело - водить самосвал. Вот разве что достанется ей хороший муж, который ее образумит.

Миска с нарезанным сладким картофелем ударилась о землю, подпрыгнула и перевернулась кверху донышком. Вслед за миской свалился со скамейки встрепенувшийся от сна Мартин.

- Самосвалы, Анхелино, это плохо, но есть кое-что похуже. Нам обещали что дорога пройдет через Сан-Себастьян и все туристы будут ехать через Сан-Себастьян, а теперь оказывается, что дорога до Чикато Локча пройдет по ту сторону Мышиной Горы, - дон Педро кивнул в сторону холма, над вершиной которого торчал маленький кусочек заходящего солнца. - И что у нас осталось, Анхелино? Только местные жители и фермеры. Но их мало и с каждым годом их все меньше. Понимаешь, Анхелино? У нас с тобой нет ничего, кроме этой заправки. Я слишком стар, чтобы обрабатывать землю. Такие вот дела.

Анхелино постукивал кочергой по поленьям и глядел на разлетающиеся искорки. Сумерки сгущались.


Утром следующего дня дон Педро появился на заправке в костюме и начищенных туфлях.

- Давненько не надевал - подсел немножко, - объяснил он, разглядывая свое отражение в витрине. - Если пиджак расстегнуть, то вроде бы еще ничего, но ведь нельзя же заходить в приличный дом в расстегнутом пиджаке.

- Дон Педро, кто-то умер? - спросил его Анхелино.

Дон Педро повернулся к Анхелино, показал пальцем на небо и объявил:

- Все происходит по воле Господа, Анхелино!

Анхелино посмотрел на ясное и пустое небо.

- Но это не значит, что можно сидеть сложа руки и уповать на милость Божью, - продолжил дон Педро. - Кому помогает наш Господь? Только тем кто трудится. Вспахивай прилежно борозду свою и будет у тебя и обильный урожай и сытный стол! А у тех кто ленится скудны пажити, так чему ж тут удивляться - так устроен этот мир, Анхелино. Ясно?

- Нет, дон Педро.

- Это значит, что мы должны бороться.

- С кем, дон Педро?

- Отец Мануэль в воскресной проповеди говорил про ленивого раба, который лежал под деревом, это он говорил про нас, Анхелино. "Встань и иди" сказано в Писании, так восстанем же ото сна, Анхелино, и пойдем!

- Куда, дон Педро?

- Мы перенесем дорогу с того склона Мышиной Горы на этот.

- Что с собой брать, дон Педро?


Дон Педро совершил большую оплошность, да. Как же это он забыл что сегодня пятница? По пятницам у мэра Сан-Себастьяна дона Бернардо был Обед, причем приготовления к Обеду начинались прямо с утра. Пятничную трапезу вместе с доном Бернардо неизменно разделяли Отец Мануэль - духовный наставник граждан Сан-Себастьяна и дон Басилио - местный предприниматель, арендовавший половину окрестных земель и сдававший в аренду другую половину.

Конечно, дон Педро попытался уйти, но кем бы был дон Бернардо, если бы не оставил на Обед гостя, пусть даже и незваного? Так что пришлось дону Педро промаяться на стуле в своем застегнутом пиджаке больше двух часов пока мужчины готовили Обед, потому что все его попытки помочь были отвергнуты.

Но вот, наконец, сели за стол, однако дону Педро еще долго пришлось ждать подходящего момента - обсуждались важные вопросы.

- ... этот пройдоха Пеньос громче всех кричит, что он всем все даст когда победит на выборах: и пенсии, и пособия, а откуда он все это возьмет? Из своего дырявого кармана? И я не понимаю как вы, Отец Мануэль, можете говорить что-то за социалистов? Посмотрите что они устроили на Кубе!

- На Кубе устроили не социалисты, а коммунисты.

- Одна херня!

- Дон Басилио, из уважения если не ко мне, то хотя бы к моему сану, я попросил бы вас...

- Хорошо, Отец Мануэль, хорошо, прошу прощения, я хотел сказать: "какая разница".

- Есть разница.

- Нет разницы.

- Есть.

- Ни хера нет никакой разницы, и те и другие - конченая мразь.

Когда, вконец переругавшись, мужчины утомленно замолчали, дон Педро решил что пришло его время:

- Дон Бернардо! Досточтимые сеньоры! А ведь раньше нам обещали что новая дорога пройдет через Сан-Себастьян и губернатор обещал и вы, дон Бернардо, сами говорили и землемеры тут ходили. И вот самосвалы разбили нам всю дорогу, а новая дорога теперь пройдет по ту сторону Мышиной Горы, это решили важные люди в правительстве департамента, им видней конечно, это очень уважаемые и достойные люди, но это не так. Сеньоры, это только кажется что так короче, а на самом деле так короче всего на километр, а там срезать надо склон, а на это сколько время надо, да еще такие затраты, а если трасса пройдет по Сан-Себастьяну - наоборот это будет экономия и по времени тоже.

Слова дона Педро ни у кого не вызвали особого интереса и он это видел, но не сдавался.

- По ту сторону Мышиной Горы там вы сами знаете какое это место, все время случаются осыпи, а бывают и камнепады. А у нас такие виды красивые, а туда как попадешь, так хочется побыстрее выбраться оттуда, там даже пуду не бегают и птицы не летают, нехорошее это место, и сколько людей там пропало и вы же видели как там растет аракара - как будто ее какая сила скручивает. Дерево так само по себе расти не будет. Дон Бернардо, не будет там людям доброго пути! Прошу прощения!

- Погоди, погоди, Перико. - Дон Бернардо подхватил падающий бокал. - Проект трассы давно утвержден и строительство уже идет полным ходом. Они дошли до Сан-Амбросио, ты в курсе?

- Моя заправка, дон Бернардо... Если она... если ее больше не будет, где будут заправляться жители Сан-Себастьяна?

- Послушай, Перико, я не прикрыл до сих пор этот твой так сказать бизнес только из-за того, что наши жены были сестрами, да успокоит их Господь в Царствие Своем. Но когда ты взлетишь на воздух вместе со своей керосиновой лавкой, которую ты называешь заправкой - и хорошо, если только ты один - то доброта эта обернется мне горьким чувством вины и будут меня терзать жестокие муки совести до конца моих несчастных дней.

Дон Педро вздохнул.

- Знаете, сеньоры, а ведь я сегодня видел их обоих во сне. Сеньора Агата сидела перед шелковым экраном и вышивала бисером богемского рыцаря, а Камила бегала вокруг нее, бросала вверх лепестки цветов и удивлялась что они не падают обратно. Они ведь всегда такие разные были, хоть и были родными сестрами. Сеньора Агата всегда такая благоразумная и спокойная, а Камила была...

Дон Педро споткнулся о "была", потом засопел, заморгал и полез в карман за носовым платком.

- Извините, сеньоры, прошло уже пять лет, но стоит вспомнить...

Отец Мануэль сделал разрешающий жест.

- Ничего, дон Педро, ничего. Скорбь очень даже полезна на самом деле, в умеренных, конечно, количествах. Уныние - грех, а скорбь очищает души.

- Да, конечно, Отец Мануэль, вы совершенно правы, - под сочувственное молчание Дон Педро посопел и повздыхал еще немного, потом вытер сопли и слезы. - Знаете, Отец Мануэль, может это я тут и некстати, но, пользуясь случаем, хочу выразить искреннюю признательность вам за то участие, которое вы приняли в судьбе Камилы. Она постучала к вам и вы приняли ее такой какой она была к себе в дом, а ведь вы ее совсем не знали, да и какие рекомендации у нее могли быть - ей было всего 12 лет, она пришла из деревни босиком с узелком. Она даже читать не умела. Отец Мануэль, Камила много рассказывала о том, как вы с ней обращались, как наставляли и учили...

- Полно, полно, дон Педро, - отец Мануэль сделал в сторону дона Педро несколько успокаивающих жестов. - И ничего такого особенного я не сделал...

- Я просто, отец Мануэль, хотел поблагодарить вас за все то добро, которое вы в нее вложили за все те годы.

Дон Бернардо вскочил из-за стола и побежал на кухню перевернуть на решетке мясо, которое вроде как бы начало подгорать. Дон Басилио достал из кармана платок и принялся тщательно вытирать губы, засалившиеся, конечно, после пяти жареных колбасок.

Отец Мануэль положил на стол нож акцентированно, со стуком:

- Дон Педро, мы, кажется, не для того здесь собрались, чтобы воздавать мне незаслуженные почести. Очень вам признателен за вашу благодарность, но, извините, вы немного переусердствовали. Пожалуйста заканчивайте ваши излияния, они тут не совсем уместны.

- Извините, отец Мануэль, если я тут что-то, но... да, наверное, но я просто хотел поблагодарить вас за вашу благодетель, то есть благодеяния...

Дон Бернардо, вернувшийся с кухни, прервал дона Педро:

- Ладно, Перико, все наши благодеяния в конечном счете оценит только Господь, он же и воздаст нам за грехи. Верно, падре?

- Истинно так, - отец Мануэль кивнул глубоко и серьезно. - И хочу заверить вас, дон Бернардо, что раскаявшимся грешникам Он воздаст одной мерой, а тем, кто продолжает грешить - другой.

Дон Бернардо потянулся с бокалом к дону Басилио:

- Что ж, Мигель, выпьем, в таком случае, за милосердие Божие?


Домой дон Педро шел через площадь Диеги де Наварро. В центре площади, как и положено, стоял памятник конкистадору Диеге де Наварро - основателю Сен-Себастьяна. Диега де Наварро был изваян в виде романтического вида юноши с посохом и котомкой. За спиной конкистадора-пилигрима, на вершине небольшого утеса, стоял сам Святой Себастьян, указывая Диеге простертой дланью верный путь. Но Святой Себастьян показывал точно в направлении столицы департамента, и местные острословы прозвали эту скульптурную композицию "Пора валить отсюда, парень".

Дон Педро перебрал немного муската. Это он понял слишком поздно, когда поднялся из-за стола. Поддатый дон Педро бухнулся на колени перед памятником и вознес молитву Святому Себастьяну.


Дон Педро нашел Анхелино на заднем дворе заправки. Анхелино сидел на лавочке, в одной руке держал глиняную фигурку, в другой - маркер. Дон Педро сел рядом и показал на фигурку:

- Анхелино, кто дал тебе ее?

- Хуан Гонсалес и Хуан Санчес приходили.

- И что они взяли за это?

- Две тысячи песо.

- Вот сорванцы! Анхелино, ты же знаешь, что брать деньги из кассы - большой грех.

- Дон Педро, она может исполнять желания, только она не видит меня и не слышит, ей надо нарисовать глаза и уши.

- И какое у тебя желание?

- Дон Педро, когда она исполнит мое желание, я отдам ее вам насовсем и вы можете попросить ее чтобы трасса прошла через Сан-Себастьян.

- Ах, Анхелино, Анхелино, ты молишься не тем богам.

- Дон Педро, другие боги мне не помогли.

- Да? Думаешь, этот тебе поможет? - Дон Педро взял фигурку. Он рассматривал ее недолгое время, потом вскочил на ноги.

- Анхелино, дай мне ее, я тебе потом верну.


Дон Бернардо был весьма удивлен, вновь увидев дона Педро, с которым попрощался не далее как полчаса назад.

- Перико, дорогой, какая следующая идея тебя посетила? Перенести в Сан-Себастьян столицу департамента?

Дон Педро без лишних предисловий показал дону Бернардо глиняную фигурку.

- Дон Бернардо, вы знаете что это?

Дон Бернардо взял фигурку и повертел в руках.

- Да, конечно, в детстве мы собирали такие на Мышиной Горе. Этого добра там много было, говорили, что они обладают магической силой. Это обезьяна. Обезьяны редко попадались, считалось, что они приносят удачу в делах.

- И на какой стороне Мышиной Горы вы их находили, дон Бернардо?

- Ну на той, на дальней, а что?

- На западной стороне горы?

- Ну да.

- Там, где будет проходить новая трасса, верно?

Дон Бернардо посмотрел на дона Педро, потом посмотрел на обезьянку, отшвырнул ее, схватил дона Педро за лацканы пиджака и закричал ему в лицо:

- Да, Перико, да! Закон о сохранении исторических памятников! Боже, как все просто, как же мне самому это в голову не пришло!? Они не смогут проводить там земляные работы, пока не будет каких-то там сраных Заключений каких-то там гребаных Комиссий, а это очень-очень долгая история, и надо проводить раскопки, писать и согласовывать какие-то блядские отчеты и так далее, а у них совершенно нет на это времени - дорога должна быть готова к официальному открытию Чикато Локча! Игнасио Моралес из-за такого вот дерьма три года не мог выгребную яму выкопать на своей ферме! Мы это дело раскрутим, Перико, еще как раскрутим, это я беру на себя. Мы подключим прессу, разбудим Министерство Культуры, поднимем общественность, мы встанем перед бульдозерами, я сам там встану! Мы не позволим всяким вонючим дельцам уничтожать Наше Историческое Наследие!


Все получилось так, как сказал мэр. Компания, строившая дорогу, в свое время ничего не занесла в Министерство Культуры, курировавшее проект "Чикато Локча" и министерские обрадовались поводу наказать дорожников. Проект переделали, трассу до Чикато Локча пустили через восточный склон Мышиной Горы. То есть, через Сан-Себастьян.

Пришли геодезисты, потом подрывники, потом бульдозеры, экскаваторы и самосвалы. Дон Басилио поставил у трассы кафе, небольшой развлекательный центр, площадку для отдыха и несколько магазинчиков. Дон Бернардо купил новую машину.


На празднике Дня Святого Себастьяна дон Бернардо в своей речи назвал дона Педро спасителем Сан-Себастьяна, а на торжественном обеде дон Педро с Анхелино сидели на скамье для лучших людей города и дон Бернардо говорил дону Педро:

- Перико, тебе надо покрасить все в яркие цвета, понимаешь, Перико, типа это стилизация под шестидесятые. Знаешь что такое стилизация, Перико? Ну типа это не свалка, а так задумано. Ей богу, я тебе верно говорю: позови дизайнеров, они из твоей заправки конфетку сделают. Перико, ты понимаешь, что такое дизайн? Интерьер там и прочее хуё-моё. Анхелино своего одень в клеша, сам отпусти бакены, патлы до плеч и сиди в своей конторе с косячком в зубах. А? Именно! Это будет стильно, туристам это понравится.

Рядом дон Басилио поучал Анхелино:

- ... надо развиваться, парень, надо двигаться вперед. Всем надо двигаться вперед и тебе надо двигаться вперед. Ты знаешь, кем был Святой Себастьян?

- Да, дон Басилио. Святой Себастьян был добрым католиком.

- Да хрен там, добрым католиком был мой отец, поэтому его все имели и он после себя не оставил нам с братьями ничего кроме губной гармоники, а Святой Себастьян начинал с того, что разносил лошадям сено на постоялом дворе, а это все равно что заправщик! А теперь его статуя стоит на главной площади, все ему поклоняются и женщины привязывают ему цветные нитки на палец.

- Дон Басилио, Святой Себастьян умер в страшных муках.

- Да ни хрена он не умер, он сидит сейчас в райских кущах с кружкой доброго вина и смотрит как мы тут корячимся за кусок хлеба.

И дон Педро пытался рассказать Отцу Мануэлю как все это получилось:

- Отец Мануэль, это Святой Себастьян, это он... я молился ему в тот день. И после этого он помог нам.

- М-м? Явил чудо?

- Ну я не знаю, Отец Мануэль, ну... Ну а что если так?

- Дон Педро, возьмите, почитайте Библию, наконец. И тогда узнаете, что никакой святой не может творить чудеса. Это прерогатива только лишь одного Господа нашего, слава ему и поклонение во веки веков. А, впрочем, нет, ничего не читайте. А то начнете приставать с глупыми вопросами.

- Отец Мануэль, что вы такое говорите... А жития Святых?

- Это писали люди. Не всегда умные и не всегда порядочные, увы, увы.

- Ну а что если Святой Себастьян передал мою молитву... ну ...

- Дон Педро, зачем Ему вторая пара ушей, если Он и так все слышит? - Отец Мануэль засмеялся. - И вообще, дон Педро, оставьте вы все это. Хотите найти утешение - найдите себе бабенку попроще и помоложе и трахайте ее во все лопатки. Вы, ведь, человек не старый еще, не то что я.


Отличный денек, просто отличный. Это дон Педро так сказал.

- Отличный денек, просто отличный, - сказал он.

Дон Педро стоял на пороге своей заправки и обозревал изменившийся ландшафт. Он чувствовал себя довольно бодро, несмотря на некоторую тяжесть в голове после вчерашнего застолья. Новая трасса лежала прямо перед глазами, сверкая свежим асфальтом в лучах утреннего солнца.

Дон Педро развел руки в стороны:

- Вот она, дорога, смотри, Анхелино. Прямо перед нами. Мы это сделали. Скоро откроют всю трассу. И тогда у нас будут останавливаться много машин. И автобусы, и легковые и всякие другие. Поставим тут лавочку с сувенирами.

- Дон Педро, и сеньорита Рената опять приедет?

- Нет, Анхелино, не приедет. Забудь про нее и про все глупости, что она делала.

- Дон Педро, у меня тоже будет жена, как у всех?

- Бог даст - будет, Анхелино.

- Нужно молиться, дон Педро?

- Да, Анхелино, да, молиться - это никогда не лишнее.

Мартин погнался за бабочкой, нашел на помойке что-то съедобное, попытался раскопать шмелиную нору, задрав лапу обмочил надгробный камень на могиле своей матери. Неузнаваемо преобразился также и пустырь рядом с заправкой дона Педро. Вчера бульдозеры очистили его от зарослей сорняков и выровняли площадку, а сегодня большие грузовики привезли стройматериалы. Прибыл также и подъемный кран с экскаватором. Двое парней собирали бетономешалку. Дон Педро пригляделся: ба, так это ж сын Мигеля Гонсалеса, а другой - сын Мигеля Санчеса! Раньше у них было только одно занятие - сидеть на пустых канистрах возле кафе "Розалинда", курить да беспрестанно сплевывать, а теперь посмотрите-ка: снуют с таким деловым видом, в новеньких оранжевых касках и красивых комбинезонах, не сразу и признаешь. Вдоль штабелей плит, балок и разных металлических конструкций ходил статный мужчина, по виду бригадир или мастер, считал сколько чего привезли и записывал в блокнот. Дон Педро крикнул ему - как бы соседи, надо познакомиться:

- Доброго денечка вам, сеньор!

- Спасибо, - ответил сеньор и вам того же.

Дон Педро пошел поближе, собственно знакомиться:

- Строите, гляжу?

- Ага.

- Что ж, это хорошо. Хорошо, да. А денек-то сегодня пожалуй получше будет чем вчерашний.

- Да, пожалуй.

- Вы из Санта-Круса?

- Нет, из Аяччо.

- А что строите-то?

Сеньор бригадир записал последнюю цифру в блокнот, выплюнул окурок, сунул блокнот в карман и сказал:

- Да заправку.


4