Карапузов Дмитрий: другие произведения.

Кукла

Сервер "Заграница": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Помощь]
  • Комментарии: 4, последний от 18/06/2011.
  • © Copyright Карапузов Дмитрий (karapyzov@mail.ru)
  • Обновлено: 26/07/2011. 466k. Статистика.
  • Повесть: США
    •  Ваша оценка:
      
      
      Дмитрий Карапузов
      
      Кукла
      
      
      Папики стонут во сне.
      Папики стонут во сне!
      Папики истекают слюной.
      Пусть захлебнутся слюной!
       Песенка Рыжей Риты.
      
       - ...а также заключение постоянной рабочей комиссии экспертного комитета, утвержденное на заседании экспертного комитета двадцать первого января сего года.
       Муха села на ручку пластиковой кружки, приспособленной под карандашницу. Большой Боб следил за ней, и я тоже.
       - Численные характеристики основных критериев принятия решения о целесообразности реализации проекта, изложенные в вышеупомянутом заключении постоянной рабочей комиссии по проекту "Элен-2", хотелось бы довести до сведения присутствующих...
       Муха перелетела на другой конец стола. Посидела там немножко, определяя дальнейший маршрут, потом взмыла ввысь, сделала пару кругов над макетом небоскреба с отломанным шпилем и совершила посадку на панель антикварного селектора.
       - Индекс потребительского интереса, рассчитанный с учетом прогноза развития отрасли до конца текущего года и на трехлетнюю перспективу, получил значение "один-дробь-один". Емкость рынка оценивается величиной в 512 единиц товара. Емкость рынка после насыщения - 0,7 единиц товара в неделю.
       Муха опять приземлилась на стол, но на этот раз под прикрытие бронзовой пепельницы в виде ладьи викингов с впередсмотрящим викингом на носу и рулевым викингом на корме.
       - Интегральный коэффициент соотношения "затраты-прибыль" получился следующим: первый год нерасчетный, поскольку прибыль равна нулю; второй год - коэффициент равен 872,3; третий год - 749,5; десятый год - 698,4.
       Муха выбежала на середину стола, оказавшись в пределах досягаемости. Большой Боб, стараясь не делать резких движений, склонился набок и снял с ноги правую туфлю. Третья попытка. Две предыдущие закончились неудачей.
       - Срок окупаемости проекта, рассчитанный по методике Грановского составляет 1483 года, рассчитанный по методике Веттерлинга-Фокса составляет...
       Большой Боб стал медленно поднимать снятую туфлю для удара, одновременно выпрямляясь в кресле. Муха, кажется, почуяла что-то неладное. Она остановилась и напряглась. А вот Шиворот-Навыворот остановиться не мог и только в голосе его появились пронзительно-умоляющие нотки:
       - ...два миллиона четыреста восемьдесят тысяч двести семь...
       Удар. Шиворот-Навыворот чуть дернулся, Голубчик Дик даже не моргнул.
       - ...десят четыре года. Э-э-э... С учетом... э-э-э... вышеизложенного, экспертный комитет... э-э-э... счел необходимым сделать следующий э-э-э... вывод: "Реализацию проекта 17/4-04 "Элен-2" считаем нецелесообразным".
       Шиворот-Навыворот замолчал, закрыл свою зеленую папочку и уставился на Большого Боба. Большой Боб щелчком сбросил со стола мухин трупик.
       - Все?
       - Ну... - Шиворот-Навыворот чуть поерзал. - В общем, все.
       - Хорошо, - Большой Боб тыльной стороной ладони стер с полированной поверхности маленькое склизкое пятнышко и вытер ладонь о другую ладонь. - Говори, Дик.
       Голубчик Дик кивнул и начал. Без бумажки, очевидно репетировал накануне:
       - Итак, факты таковы: первое - проект "Элен-2" не одобрен экспертным комитетом. Второе: выдвижение вышеозначенного проекта может рассматриваться исключительно лишь как частная инициатива Джека О'Лири и не отражает, более того, противоречит мнению руководства отдела среднесрочных инвестиций Восточного сектора по данному вопросу. Третье: представление упомянутого проекта для принятия решения на реализацию выполнено с грубейшими...
       Зазвонил телефон.
       - ...нарушениями установленной для этого процедуры, - скороговоркой успел закончить Голубчик Дик, прежде, чем Большой Боб снял трубку и сказал "слушаю".
       Потом Большой Боб сказал "хорошо" и положил трубку. Голубчик Дик открыл рот, чтобы продолжить, но Большой Боб сделал знак рукой: "подожди" и нажал кнопку селектора.
       - Пэ! - выдохнул по инерции Голубчик Дик.
       Пошли тревожные гудки. Голубчик Дик сказал совсем негромко "кхм..." и тронул узел галстука.
       - ...а! - вырвалось из нутра селектора.
       Большой Боб повернул к нему голову.
       - Фрэнк, приехали эти мудаки. Встречайте. Но не как прошлый раз.
       - Понял. Уже иду, - ответил селектор голосом Фрэнка.
       Большой Боб отжал кнопку и она погасла. Откинулся в кресле и сделал жест в сторону Голубчика Дика, означающий, что можно продолжать.
       - Представляется, - тут же отозвался тот, - необходимым, вкратце осветить развитие событий предшествовавших возникновению данной ситуации. Джек работает у нас уже почти два с половиной года. Если быть точным - двадцать девять месяцев и на первых порах он проявил себя, в общем, с положительной стороны. Сопровождал несколько проектов. Оказывал определенную помощь нашим деловым партнерам из компании "АНИТО" в работе по ликвидации Балтиморского филиала. - Два голубя пролетели за окном. - Принимал участие в расширении клиентской базы по теме "АМТ" и поначалу заслужил благоприятные отзывы. Но... - Пауза три секунды. Смена тональности. - Но с некоторых пор отношение Джека к работе существенно изменилось и, надо сказать, не в лучшую сторону. Что послужило этому причиной - мы не знаем. Может быть его первые скромные успехи вскружили ему голову. Но, как бы там ни было, факты таковы: Джек начал хвататься за весьма сомнительные проекты, не имея для этого необходимого опыта и не обладая достаточной квалификацией. Все эти проекты нельзя было назвать даже рискованными - они были заведомо убыточными и, как следствие, отклонялись, что, вероятно, и вызвало недовольство Джека, которое выразилось в совершении им в последующем ряда действий, которые нельзя квалифицировать иначе как идущие в разрез с основными принципами внутренней политики нашей компании в области этики деловых отношений. Он начал с закулисной критики стиля и методов руководства и постепенно перешел к обструкциям и прямому саботажу. Ему неоднократно было указано на ненадлежащее исполнение им своих прямых обязанностей и безусловную необходимость выполнения правил, установленных для всех, но нужных выводов он, к сожалению, не сделал. Проект "Элен-2" - целиком и полностью детище Джека, хотя им и было получено от непосредственного руководства строгое предписание не начинать разработку каких бы ни было проектов без предварительного одобрения. И, тем не менее, мы, - Голубчик Дик говорил о себе или во множественном числе или в третьем лице, - внимательно рассмотрели предложенный проект и, несмотря на неудовлетворительную его оценку, строго в соответствии с принятой процедурой, направили в экспертный комитет. Экспертный комитет, заключение которого Майкл только что огласил перед нами, не рекомендовал проект к реализации, после чего Джек не успокоился но, напротив, предпринял шаги, которые выходят уже за все рамки допустимого. А именно: воспользовавшись тем, что его непосредственный руководитель, отрицательное мнение которого о проекте "Элен-2" ему было хорошо известно, убыл в служебную командировку, Джек втихаря состряпал на "Элен-2" тендер-пакет и попытался протащить его по инстанциям. Надо признать, до определенного уровня ему это удалось. - Короткая пауза перед финальными аккордами. - Вот такова, в двух словах, предыстория... ситуации, которую мы и имеем на данный момент.
       Концовка получилась какой-то смазанной. Большой Боб оторвался от разглядывания пепельницы и перевел взгляд на Голубчика Дика.
       - У тебя все, Дик?
       - Да, - большие пальцы Голубчика Дика выскочили из замка и тут же спрятались обратно. - В общих чертах, все.
       - Хорошо. Спасибо, Дик, - теперь Большой Боб смотрел на меня. - Говори ты, парень.
       Я сказал:
       - Ричард верно изложил фактическую последовательность событий. У меня нет комментариев.
       Большой Боб смотрел на меня в упор.
       - Говори, парень, говори. Если есть что сказать, говори. Самое время.
       - Я все сказал вам, Мистер Фэрлоу, во время нашей прошлой встречи.
       - Добавить нечего?
       - Проект "Элен-2" считаю весьма перспективным.
       Большой Боб взял из кружки толстый синий карандаш и принялся рассматривать его.
       - Да хрен с ним, с проектом этим гребаным, - Большой Боб бросил карандаш обратно в кружку. - Может, мы, даже, и подпишем этот контракт.
       Шиворот-Навыворот сделал движение. Профиль Голубчика Дика окаменел.
       - Не в этом дело. Не в проекте дело, - Большой Боб опять уставился на меня. - Ты приходил ко мне, парень, мы говорили. Я помню. Ты правильно сделал, что пришел тогда. Если не можешь решить проблему на своем уровне - поднимайся выше. В этом нет ничего плохого. Я дал тебе совет - ты им не воспользовался. Твое дело. Я сказал: убеди своего шефа. Ты не смог это сделать и пошел другим путем. В этом тоже нет ничего плохого. Я имею в виду - ничего плохого в том, чтобы пробовать разные варианты. Но на этом тернистом пути, Джек, ты, к сожалению, вляпался в говно и теперь от тебя немножко воняет.
       Он открыл ящик стола, порылся там некоторое время, вытащил и бросил на стол стопку бумаг - тендер-пакет на "Элен-2". Извлек из стопки лист и ткнул пальцем в определенное место.
       - Это подпись Ширли Ли?
       - Да.
       - Как тебе удалось ее заполучить?
       - Я зашел к нему. Объяснил суть дела. Он подписал.
       - Ты говорил об отрицательном заключении экспертного комитета?
       - Нет, но это заключение было приложено.
       - Когда ты к нему ходил?
       - Двадцать пятого.
       Большой Боб посмотрел на настенный календарь с ГрандКаньоном.
       - В пятницу?
       - Да.
       - В котором часу?
       - Около пяти.
       - Он был поддатый?
       - Я не проводил тестирование.
       - Понятно. Ты специально пошел к нему в пятницу в конце дня, потому, что трезвый он бы эту бумагу не подписал, верно?
       - Да.
       - Ты его подставил. Мое терпение кончилось, завтра я его выкину ко всем чертям. А ты уйдешь сегодня. Я не могу его убрать, а тебя оставить. Понял?
       - Да.
       - Ты понимаешь, почему я так решил?
       - Да.
       - Как ты думаешь: я справедливо поступаю с тобой?
       - Да.
       - Ну, тогда прощай, парень. Желаю удачи на новом месте.
       Я встал и пошел к двери.
       - Что-нибудь скажешь нам на прощанье, парень?
       - Нет.
      
       Недели через две, после того, как Большой боб выставил меня из своей конторы, я подъехал к дому Стива. Это было как раз во время, когда судили студента из Невады за фотку куклы, поставленной раком.
       Я подъехал к заднему входу и посигналил. Вскоре вышел Стив. Он вышел, хлопнув дверью. За шею держал большую куклу в свадебном наряде. Ее ноги волочились по земле. Возле мусорного бака он перевернул свою невесту вверх ногами и сложил пополам, придав ей при этом весьма непристойную позу. Потом он попытался запихнуть ее в бак. Сразу это не получилось - некоторая часть в белых кружевных трусиках довольно провокативно торчала наружу. Он надавил на это место пару раз ладонями, уминая мусор в баке, хлопнул крышкой и пошел к моей машине.
       - Жопа опять вылезла, - заметил я, когда он приблизился.
       Он не обернулся:
       - Хуй с ней.
       Уселся на правое сиденье, достал из кармана сигареты.
       - Были проблемы?
       - Хотел сделать дочери подарок.
       - Сколько ей уже? Девять?
       - Десять.
       - Опоздал на пару лет с таким подарком.
       - Да, пожалуй.
       Уже в городе, когда мы мчались по набережной, я спросил:
       - Зачем купил? Возбуждают невесты?
       - Есть немного.
       - Хочешь трахнуть невесту?
       - Да.
       - Девственницу?
       - Не обязательно. Просто невесту. Настоящую невесту.
       - Удачи в поиске. Снимал с нее трусы?
       - Да.
       - И что там?
       - Ничего. А ты что думал?
       - Ничего. А ты что думал, когда снимал?
       - Ничего.
       Дальше мы молчали довольно долго. В тоннеле под рекой он добавил:
       - Засиделась, однако, дурёха эта на магазинных полках. Сейчас таких не берут. Наши сестренки в них еще играли. Нашим дочкам это барахло уже не нужно.
       - А, может быть, вопрос не в этом, Стив? - сказал я. - Может быть, вопрос в другом: какую куклу они хотят?
       - Мечту, наверное.
       - Мечту?
       - Да. То, чем хотят быть сами.
       - А именно? Что это было раньше?
       - Ну... Принцесса. Прекрасная принцесса.
       - Красная-прекрасная. Еще.
       - Сверкающая. Ослепительная.
       - Еще.
       - Божественная. Боготворимая. Восхитительная. Поразительная. Обожаемая.
       - Фригидная?
       - Настоящая леди.
       - Ассертивная.
       - Позитивная.
       - Эгоистичная.
       - Элегантная.
       - Королева бала.
       - Капитан чирлидеров.
       - Первое место на конкурсе красоты.
       - Первое место на конкурсе выпечки.
       - К ней прикованы все взгляды.
       - На нее наставлены все члены.
       - Хозяйка Клуба Избранных Друзей.
       - Висит на доске "Гордость школы".
       - Распята на кресте своей славы.
       - На розовом кресте своей славы.
       - И принцы целуют подол ее платья.
       - И продюсеры ползают у ног ее.
       - И все эти дешевки, что-то возомнившие о себе, дохнут от зависти.
       - "Где мое пиво, сука?!"
       Я улыбнулся.
       - А сегодня? Каков их идеал сегодня?
       - Сегодня? - Он выбросил в окно сигарету. - Сегодня, говоришь? Крутая.
       - Продвинутая.
       - Чуть-чуть лесби.
       - Экстремальная.
       - Аномальная. Стиль "псевдононкомформ".
       - Отвязная.
       - Оторва.
       - Циничная?
       - Сногсшибающая.
       - Бесшабашная.
       - Безбашенная.
       - Агрессивная.
       - Стальная стерва.
       - Омороженная тварь.
       - Отмороженная тварь! Отлично!
       И вместе:
       - "Где мое пиво, сука?!"
       Мы выскочили из тоннеля. Стив включил музыку. Мелькали вывески, витрины. Я спросил:
       - Ну, что, Стив? Надоело втюхивать народу свалки под видом "зон перспективного развития"?
       - Да, надоело. Тебе, кстати, тоже пора чем-нибудь заняться.
       Рекламные щиты, дорожные знаки, фонарные столбы, стойки ограждения трассы. Стальные колонны длинного навеса, стена бетонного забора. Указатель поворота к торговому центру. Я включил поворот.
      
       Мы припарковались на подземной стоянке и поднялись по эскалатору на второй этаж, где находился магазин игрушек. Меж рядов пушистых зайчиков и роботов-громил прошагали в отдел кукол и остановились, разглядывая стеллажи с розовыми коробками. Девушка с биркой на груди направилась в нашу сторону.
       Она шла к нам, мы смотрели на нее.
       - Вот с этой куколкой я бы поиграл, - сказал Стив.
       Она подошла и спросила:
       - Здравствуйте. Могу я вам чем-то помочь?
       - Хотелось бы, - отозвался Стив. - Скажите, милая Джейн, а есть у вас что-нибудь для девочки лет десяти-двенадцати? Что-нибудь такое... эдакое...
       - Посовременнее, - подсказал я.
       - Да, - поддержал Стив. - Посовременнее. Именно.
       Девушка глянула на Стива, выдержала паузу. Повернулась и пошла, поманив нас за собой. Мы последовали за ней, причем Стив, показав большим пальцем на ее задницу, поднял этот палец вверх.
       У полки, на которой стояли куклы с большими глазами и пышными прическами, она остановилась и резко повернулась к нам. Стив, строивший у нее за спиной неприличные гримасы, не успел закрыть рот и убрать язык.
       - Очень популярные куклы для девочек постарше. Вот, - она показала рукой. - Рекомендую новую серию "Модницы нон-стоп".
       Стив взял одну из модниц, повертел в руках.
       - Нда, девчушка эта не из дешевых. А что-нибудь более радикальное?
       Джейн покачала головой.
       - Извините, нет.
       Стив также покачал головой:
       - Как это безжалостно звучит в твоих устах, Джейн. И, вместе с тем, дает надежду.
       Она открыла рот, но он опередил ее:
       - Мы возьмем эту и еще одну из тех, розовых.
       - Какую именно?
       - Выбери сама, Джейн. Мы полностью полагаемся на твой вкус.
       - Вы уверены?
       - Да, Джейн, мы уверены в пределах двадцатки.
       Джейн выбрала "Розовые грезы". Расплачиваясь у кассы, я поинтересовался у нее:
       - Скажите, а часто у вас спрашивают кукол "посовременнее"?
       Она кивнула.
       - Спрашивают иногда.
       Мы вышли из магазина, спустились на стоянку, сели в машину. Стив вытащил кукол из коробок и стал рассматривать. Потом он их раздел.
       - Чуть больше блядства в лице у этой. А эта просто манекен. Хуета, короче.
       - У этой хуеты миллиардный оборот. Между прочим.
       - От тож. Что и обидно, - он бросил кукол на заднее сиденье и закурил. - Поехали, перекусим где-нибудь.
      
       Я взял пиццу "Капитан Морган", черный кофе, клубничное мороженное с шоколадом и фруктовый коктейль. Стив взял морской салат, пиццу "Деревенское удовольствие", кофе со сливками, шоколадное мороженное и грейпфрутовый сок.
       - Нам нужен художник, - сказал я.
       - Да, я тоже думал.
       - Начинающий, адекватный, не наркоман.
       - Слишком жесткие требования. Но, возможно, есть что-то такое.
       - Да?
       - По приметам подходит.
       - Стоит посмотреть?
       - Почему нет? Тут недалеко висит его картина - можно взглянуть.
       - Хорошо, заедем. Итак, предположим, объем первой партии - сто тысяч единиц товара. Себестоимость единицы, допустим, десять долларов - получается миллион. Плюс проект производства - тысяч пятнадцать-двадцать - за это из своих платить придется. Аренда офиса, наем персонала, иные расходы...
       - Миллион двести - миллион триста.
       - Где-то так, да. У меня есть сорок тысяч. У тебя что?
       - Мелочь в кошельке и два кредита.
       - Есть что для заклада?
       - У жены кой-какие акции, но это не серьезно.
       - Значит, мимо банков пролетаем.
       - Инвесторы. Твоя тема.
       - Была.
       - Но связи-то остались.
       - Остались, но без залога денег не дадут. Необходимо обеспечение процентов семьдесят от суммы займа.
       - Товаром обеспечим.
       - Двадцать пять процентов от цены. В лучшем случае.
       - Что так мало?
       - Товар неликвидный.
       - Если с банком рассчитаюсь, можно дом отдать в заклад.
       - Досрочное погашение?
       - А что делать?
       - Сколько надо, чтобы рассчитаться с банком?
       - Сто двадцать, может чуть больше.
       - Сколько стоит дом? Залоговая стоимость?
       - Примерно двести семьдесят.
       - Хорошо. Я могу взять кредит.
       - Ты безработный.
       - Они знают?
       - А на что кредит заявишь? Деньги на руки нужны.
       - Придумаю что-нибудь.
       Официант принес кофе.
       - Вопрос номер три - производитель.
       - Нет ничего на примете. Никогда не имел дело с подобным производством. Поищем среди местных.
       - Я знал одну такую фирмочку. "Резинапластиктехнологии".
       - Что выпускают?
       - Разное. Надувные матрацы, коврики для ванных комнат. Воздушные шарики.
       - Воздушные шарики?
       - Да, но уровень вполне приличный. Одно время даже делали что-то для НАСА. Но потом дела пошли не очень хорошо. Что и как не знаю, но они свернули часть производства и обратились ко мне, просили найти арендаторов на освободившиеся площади.
       - Когда это было?
       - Год назад. Возможно, эта фирма уже не существует. Надо проверить.
       Он достал записную книжку, извлек из ее недр нужный номер и позвонил:
       - Здравствуйте, Элис, это Стив О'Лири из "Базовых ценностей". Могу я поговорить с мистером Бикипером? Да, жду. Привет, Билл, привет. Да, давно. Да лучше не бывает, а как ваши? Как там мои арендаторы? Ведут себя прилично? Ну вот и прекрасно. Вот и замечательно. Скажите, Билл, вы занимаетесь тем же самым бизнесом? О, нет, нет. Да, нет. Нет, просто есть люди, которые интересуются этой тематикой. Производство игрушек. Кукол, например. Вау, серьезно?! Это замечательно. Просто чудесно. Нет, увы. Нет, Билл, я предпочитаю что-то, что шевелится. Да что вы говорите?! Как, твою мать, прогресс меняет нашу жизнь! И что они говорят? Конечно, конечно, это очень полезная новация. Какого-нибудь дедушку спасти от одиночества. Благое дело. К тому же, можно использовать как грелку. Да хрен его знает. Что-нибудь мягкое, пластичное. Возможно. Возможно. Это очень хорошо, но у меня пока ничего конкретного. Просто люди интересуются, собирают информацию. Вы можете прислать мне какие-нибудь проспекты? Да, запишите адрес...
       Он продиктовал адрес, пожелал удачи, принял ответные пожелания и закончил разговор.
       - Они еще живы. Готовы рассмотреть наши предложения. И что интересно - они делают куклы. Но только для взрослых. Это может быть проблемой?
       - Может быть. Но не камнем преткновения. Будешь еще кофе?
       - Можно.
      
       Отобедав, мы поехали взглянуть на образец творчества кандидата в арт-менеджеры проекта. Экспозиция находилась в высотном офисном здании, явно видавшем когда-то времена получше. В вестибюле Стив показал на один из плакатов у стойки информации:
       - Вон, смотри.
       Я посмотрел и прочитал: "Здесь и сейчас! Выставка элитных экскрементов "Чудовища из наших снов". В рамках проекта Ортодоксальных Муравьедов "Апокалипсис. Сделай сам". Часть 2. "Война объявлена". И от руки было приписано: "бокс 508а, 5-й этаж".
       Закончившие обед офисмэны ожидали прибытия лифта. Мы вошли в лифт вместе с ними. На пятом этаже вышли из лифта и прошли по коридорам до бокса 508а. Там висел такой же плакат, как в вестибюле, но с другой припиской: "вход на выставку - $7,5".
       У этого самого входа, на деревянном ящике, сидел давно нестриженный-небритый человек в деловом прикиде: мятые брюки, грязная рубашка и галстук набекрень. И шлепанцы на босу ногу. У ног его стояла жестянка и картонка с надписью маркером: "Я потерпел полный крах. Но я не сдался. Пытаюсь начать новое дело". Мы кинули в жестянку пятнадцать монет. Когда человек протягивал нам билетики-программки, руки его тряслись. А когда он сказал: "Спасибо, люди добрые, да пошлет вам Бог удачи", я ощутил явственный запах перегара. Мы вошли в большое помещение, имевшее вид натурального офиса.
       - Это и есть офис разорившейся компании, - пояснил Стив.
       Ряды кабинок и проходы между ними. В каждой кабинке - стол, кресло на колесиках, вешалка, корзина для мусора. На столах - бумаги, канцелярские принадлежности, семейные фотографии в дешевых рамочках и прочее. В каждой ячейке над столом - картина. В одной из ячеек звонил телефон. В ячейке, куда мы зашли, на спинке кресла висел пиджак, а на краю стола стояла кружка с дымящимся кофе.
       - Вот, - Стив показал на небольшую квадратную картину, висящую над столом. - Называется "Юность". Кровь и сперма вместо красок. Его собственная кровь, его собственная сперма. Здорово, да?
       Слева от кресла, к перегородке скотчем приклеен рекламный плакат туристического агентства - туман, бревенчатая хижина в горах. Ниже пришпилен прайс-лист на похоронные услуги. Некоторые позиции подчеркнуты желтым маркером, против иных - крестики или знаки вопроса.
       - Ну? - повторил вопрос Стив, возвращая мое внимание к картине. - Правда здорово?
       - Угу, - ответил я. - А рисовать он умеет?
       - Умеет.
       - А скульптуру может слепить?
       - Может.
       - Одежду?
       - Он все может.
       - А что это кровь такая яркая?
       - Консерванты добавляет. Чтоб не сворачивалась.
       - В сперму тоже добавляет?
       - Зачем?
       - Чтоб не протухла.
       - Не знаю насчет спермы. Может и добавляет, - Стив показал на кабинет босса. - А вон там висит картина написанная дерьмом.
       - А дерьмо лаком покрыто, чтоб не воняло?
       - Нет, как раз в том то все и дело, что оно воняет.
       - В чем-чем именно дело?
       - В том, что дерьмо должно вонять. Это концепция.
       - Концепция дерьма?
       - Да.
       - Но это слишком очевидная концепция. А вот концепция дерьма, покрытого лаком, на порядок круче.
       Стив принял задумчивую позу, взял со стола ручку и кончиком этой ручки постучал себя по носу.
       - Ну, что ж, возможно ты прав, - резюмировал он.
       - Ладно, - резюмировал я. - Предлагаю вот что. Везде, где это уместно, дай объявление примерно такого содержания: есть заказ на серию комиксов, ищем художника. Персонаж - девчонка-тинэйджер. Характеристики такие-то. Присылайте наброски, рисунки. Победитель получает контракт. Заведи для этого специальный ящик.
      
       Поздно вечером Стив прислал сообщение: "Смотри почту neworldoll@hotmail.com пароль - телефон Элен". Через пару дней он позвонил:
       - Смотрел почту?
       - Смотрел.
       - Не знал, что в Америке так много художников.
       - Я тоже.
       - Из других стран тоже, наверное, присылают.
       - Наверное.
       - А та порнушка с Алисой в Стране Чудес прикольная.
       - Да, ничего.
       - Я дал еще кучу объявлений.
       - Хорошо.
       Судя по рисункам, их авторы были людьми очень молодыми и очень жаждущими признания. Иногда казалось, что все это рисует один человек. Каждый день приходила сотня писем с рисунками. Присылали также сценарии, пьесы, резюме, портфолио, домашний стриптиз и предложения о ведении совместного бизнеса.
       Через две недели я сказал Стиву:
       - Ладно, поехали, посмотрим на твоего Рафаэля.
      
       Мы доехали до промышленной окраины и остановились возле высоких фабричных корпусов за сетчатым забором. Вышли из машины. Стив махнул рукой, показывая направление. Мы перебрались через теплотрассу, перепрыгнули через дренажную канаву и прошли вдоль забора до определенного места, где Стив отогнул подрезанную сетку, пропуская меня вперед, а потом пролез сам. Он провел меня по лабиринтам свалки демонтированного оборудования, мы миновали действующую котельную, опять пролезли через дыру в заборе, но уже не сетчатом, а дощатом, и оказались у старого склада из красного кирпича с большими воротами. Ворота были закрыты, но мы свернули за угол и забрались внутрь через окно первого этажа, сняв предварительно решетку, которая не была закреплена. К этому окну вела приметная тропинка. В темном коридоре я налетел на кованый сундук, а Стив заметил:
       - Во времена сухого закона здесь был один из складов Голландца Шульца.
       - Да, - я потер ушибленное колено. - Самое место.
       По лестнице мы спустились в подвал и остановились перед железной дверью с окошечком. Стив постучал.
       - Входите, не заперто, - крикнули изнутри и мы вошли.
       Лампы дневного света. Помещение без окон. Два кресла и холодильник, подобранные на мусорке. Круглый стеклянный журнальный столик, взятый там же. Скамья - доска на ящиках. Металлический складской стеллаж во всю стену. Противоположная стена увешана карандашными рисунками. Там же висит канистра с краником. Это умывальник. Под умывальником - ведерко. Рядом с умывальником - ящичек с бумажными полотенцами, снятый со стены туалета одной очень крупной фирмы.
       Две большие бутыли с питьевой водой.
       Чайник. Микроволновка.
       Двуспальный надувной матрац.
       - Привет, Том, это мы. А это Джек, Том. Том, это Джек.
       Хозяин поднялся из-за стола.
       - Здравствуй, Стив, привет, Джек.
       Мы пожали друг другу руки.
       - Садитесь, пожалуйста.
       Мы сели в кресла.
       - Водички? Молока? - он полез в холодильник. - Меньше всего, Стив, я ожидал каких-нибудь предложений с твоей стороны, - он поставил перед нами бокалы и налил молока. Сел на лавку по другую сторону журнального столика. - Ну? И чего вам надо? Рекламный плакат "Покупайте наши свалки"?
       - Нет, - Стив закурил. - Нам нужен образ нового продукта.
       - Что за продукт? - Том подставил Стиву пепельницу - стеклянную баночку из-под оливок.
       - Кукла.
       - Кукла? Кукла - это хорошо. А можно узнать, кого вы представляете?
       - Самих себя, Том. Мы представляем самих себя.
       Стив достал из кармана сложенный листок, развернул и подал Тому.
       - Это исходные требования.
       Том взял листок и начал читать. Прочитал и вернул Стиву.
       - Я так понимаю, что кроме идеи у вас пока ничего нет?
       - Ну! Том! - Стив пробарабанил пальцами по подлокотникам коротко и энергично. - Все начинается как раз с идеи.
       - Да, конечно. Идея - это первый этап. Второй этап - покупка гуталина и сапожной щетки.
       - Точно так, Том. Именно точно так.
       - Что я с этого буду иметь?
       - Место штатного художника проекта. Или арт-директора - это как себя покажешь.
       - Арт-директор. Это звучит неплохо. А какая, скажем, к примеру, у меня будет зарплата?
       - А это как пойдут дела. Может быть будешь ездить на "порше", может быть не получишь ничего. Хватит выебываться, Том. Ты прекрасно сам все понимаешь.
       - Понимаю. Я должен делать для вас некую работу, не договорившись об оплате и условиях труда. Так Стив? Я все верно понял?
       - Да, Том. Ты ухватил самую суть.
       - Еще и авторские права вам отдай, верно?
       - Разумеется, Том, разумеется. Ты же знаешь: иначе не бывает.
       Мы со Стивом сидели в креслах напротив Тома. Том сидел на лавочке напротив нас, скрестив руки на груди. Он посмотрел на меня, потом на Стива.
       - Я должен признаться, что таких предложений мне еще не делали.
       - И не сделают, - сказал Стив. - Судьба второго шанса не дает.
       Том рассмеялся.
       - Да, Стив, умеешь ты уламывать клиентов.
       Он взял со стола свой пустой бокал и принялся рассматривать его.
       - Мне придется отказаться от некоторых проектов.
       Стив бросил окурок в баночку из-под оливок и закрутил крышечку.
       - Да, Том, возможно, тебе придется чем-то пожертвовать. А ты как хотел?
       - Я понесу потери.
       - Расписываешь стены в детских садиках?
       - И это тоже.
       - Надеюсь ты используешь для этого традиционные материалы? Мои дети тоже ходят в детский сад.
       - Мои материалы абсолютно безопасны. Каков размер уставного капитала?
       - Два - два с половиной миллиона. Уровень рентабельности - триста тысяч единиц товара в год. Это все приблизительно. Это ориентиры.
       - А как насчет долевого участия?
       - О, Джек, ты слышишь? Серьезный разговор пошел. И сколько ты хочешь?
       - Два процента от уставного капитала.
       - А деньги есть?
       - В счет моей будущей зарплаты. Что смешного? Мое не смешнее твоего.
       Стив глянул на меня.
       - Ладно, мы с партнером обсудим это.
       Я сказал:
       - Том, прежде, чем торговаться, хотелось бы взглянуть на предмет торговли.
       Стив поддержал:
       - Да, Том. Набросай пару-тройку эскизов по нашей теме, а мы посмотрим. Хорошо?
       - Хорошо.
       - Пришли на этот адрес, - Стив написал на бумажке адрес почтового ящика и протянул Тому. - Сколько времени это займет?
       Том взял бумажку, покрутил в пальцах и бросил на стол.
       - Минут пятнадцать-двадцать.
       - Ну зачем так торопиться? Мы можем подождать и до завтра, например.
       - Потеряете день.
       Я сказал:
       - Двадцать минут у нас есть.
       - Ладно, - Стив посмотрел на часы. - Двадцать минут, говоришь? Ну, давай.
       Том взял со стеллажа планшет и кружку с карандашами. Сел опять на свою лавочку, положил планшет на колени, выбрал карандаш и занес его над бумагой. Он сидел неподвижно какое-то время. Потом карандаш опустился на бумагу и пошел чертить туда-сюда по всему листу. Длинные линии, короткие штрихи. Чирк-чирк-чирк-чирк.
       Законченный рисунок он отрывал от планшета, бросал на стол и сразу же проводил первую линию на новом листе. Лишь однажды, над последним рисунком, дрогнул его карандаш. Дрогнул и замер. Он нахмурился, прошептал что-то... мотнул головой, и опять пошел карандаш метаться по бумаге. Меньше чем через пятнадцать минут все было кончено.
       Он отложил планшет, встал.
       - Не буду притворяться, что мне надо выйти отлить - мне действительно надо выйти отлить.
       Он вышел. Стив проводил его взглядом, взял сигарету, закурил, откинулся в кресле, выпустил вверх длинную струю дыма, посмотрел как она тает и сказал:
       - Лихо.
       - Да, - согласился я. - Откуда он?
       - С Аляски. Покойные родители - потомственные алкоголики. Что насчет двух процентов?
       - Нормально. На начальном этапе партнер лучше, чем наемный работник.
       - Да, наверное.
       Мы сидели, ждали, когда вернется Том. Стив курил. Потом он бросил окурок в баночку, встал и подошел к стене, на которой висели карандашные эскизы и наброски. Заложил руки за спину и принялся качаться на носочках. Вернулся Том, сполоснул руки под умывальником.
       - Извините, если заставил ждать - удобства у меня тут не близко.
       Стив показал на тореадора со шпагой, занесенной для последнего удара.
       - Вот этого я бы взял за двадцатку.
       - Бери за так.
       - Точно?
       - Точно.
       Стив снял со стены рисунок, вгляделся и поморщился:
       - Копия?
       - Типография, - поправил Том. - Оригинал стоит сто тысяч.
       - Сто тысяч? - Стив потряс рисунком. - Долларов?
       - Фантиков от жвачек. Ну это приблизительно. Примерно столько он бы стоил, если бы Лувр согласился его продать.
       Стив прилепил тореадора обратно на стену.
       - Ей богу, больше двадцатки не дал бы за это. Тут всей работы на пять минут.
       - Твои слова, Стив, ставят под сомнение целесообразность нашего дальнейшего сотрудничества, - Том сел на лавочку на свое место. - Что насчет моей доли?
       - Принимается.
       Стив тоже вернулся к столу. Я спросил его:
       - Ты выбрал?
       - Эта. И вот эта.
       Рисунки, выбранные Стивом я положил перед собой, остальные разорвал.
       - Левая очень обаятельна, несмотря на агрессивный имидж. Правая - законченная стерва, несмотря на юный возраст. Что выбираем?
       - Честно говоря - трахнул бы обоих. Для проекта - стерва.
       - Том?
       - Стерва однозначно.
       Я показал Тому девочку, не прошедшую отбор:
       - Запомни эту. Когда-нибудь, возможно, пригодится.
       После этого я порвал ее. Том выбросил клочки в ведро для мусора.
      
       Мы сидели и смотрели на оставшийся рисунок. Том сидел на лавочке, скрестив руки на груди. Стив сидел в кресле, засунув руки в карманы куртки. Лампы дневного света освещали нас, сидящих за столом, и отражались в стеклянной поверхности стола.
       Я прикоснулся к бумаге.
       - Этот образ принимается как тема. Но для твердой модели пропорции придется изменить. Голову, ступни и кисти рук увеличить. Рост. Не ниже 14 дюймов.
       - У вас определен возраст - 15 лет. Нужна ли эта анкетная точность? Подросток - и все. Вполне достаточно.
       - Ладно, это несущественно. Короткая стрижка. Возражений нет?
       - Вариант: лысая, с татуировкой на затылке.
       - Не сейчас. Одна из следующих версий - быть может.
       - Коса.
       - Настаиваешь?
       - Отнюдь.
       - Ладно, запишем в блокнотик. Блондинка, красно-рыжая, брюнетка?
       - Брюнетка.
       - Брюнетка. И еще: она левша.
       - Левша?
       - Левша.
       - Левша... Да, это неплохо, пожалуй. Что скажешь, Том?
       - Левша годится.
       - Спортивная фигура - небольшая грудь, узкие бедра, круглые коленки. Тщательная проработка мелких деталей внешности и одежды. Эстетический натурализм.
       - Сексуальный реализм.
       - Ну да. Именно это я и имел в виду. Всё очень реалистично, а попка реалистична до чрезвычайности. Это наше сильное место, тут им сложно будет нас прищучить. Все тело цельное. Но руки, ноги, голова - подвижные. Мягкая оболочка, скелет из металла или твердого пластика. Шарниры как суставы.
       - Это будет дорого.
       - Да, Стив, я понимаю. Ну, что ж - придется как-то выкручиваться. И гибкие пальцы на правой руке.
       - Зачем?
       - Чтобы складывать разные фигуры.
       Стив показал средний палец. Том показал знак победы.
       - Да, гибкие пальцы дают множество возможностей.
       - В руку можно будет что-нибудь вложить.
       - Что именно?
       - Да что угодно.
       - А именно?
       - Флаг, например.
       - Флаг?
       - Флаг.
       - Какой?
       - Какой угодно. Хоть пиратский, хоть иранский.
       - Или плакат, - сказал я.
       - Плакат - хорошо. Плакат - очень хорошо. На плакате много чего всякого можно написать.
       - Комплектовать чистым плакатом. Пусть их сами пишут что хотят.
       - Да. Различные варианты развития игры. Новые возможности. Аксессуары должны быть заточены под это. Пупок. Отдаленный символ греховности нашего происхождения. Вопросов нет, проблем тоже. Грудь. Вопросы есть.
       - Мягкоупругая грудь.
       - Тактильные варианты развития игры, да Стив? Но это больше для мужчин. Наша базовая клиентура - девочки.
       - И девочки трогают девочек. Особенно в этом возрасте.
       - Да, бывает. Черт знает... Идея, вроде, неплохая.
       - Мягкоупругая грудь принимается. Соски. Да или нет?
       - Да.
       - Крупные.
       - Может быть полегче тут с натурализмом?
       - Крупные соски, Джек. Сочные, созревшие сосочки.
       - Ну...
       - Что?
       - Все уверены в крупных сосках?
       - Вполне соответствует заявленному имиджу.
       - Крупные, крупные. Да и пирсинг тоже...
       - Будем продавать ее с колечками в сосках?
       - Нет, но, если клиент захочет их туда вставить, он должен иметь возможность это сделать.
       - Ладно, пусть вставляет, что хочет куда хочет.
       - Кружочки вокруг сосков.
       - Да.
       - Не обозначать слишком явно. Просто сделать кожу вокруг сосков потемнее.
       - Есть другие мнения? Лобок.
       - Да.
       - Да. Обозначить.
       - Принимается лобок. Половые губы.
       - Не уверен.
       - Как бы нет, но не хочется сдаваться.
       - Ну, что ж, зайдем с другого края. Мы ведь не можем сделать ей там гладкое место, как у пупса?
       - Это было бы глупо.
       - Это разрушит образ. Все равно как Джи Ай Джо без яиц.
       - У него есть яйца?
       - Есть по умолчанию.
       Стив налил нам еще молока и себе тоже. Над баночкой из-под оливок свивались и развивались неправильные спирали дыма.
       - Да, без пизды ей никуда.
       - Без пизды не выйти в люди, а с пиздой не примут люди.
       - Давайте захерачим ей не конкретную пизду, но, скажем так, некоторое подобие.
       - ?
       - Некоторую выпуклость под лобком.
       - Выпуклость.
       - Да.
       - Что скажешь, Том?
       - Не знаю. Реальной альтернативы, похоже, нет. Выпуклость так выпуклость.
       - Волосы на лобке?
       - Она их бреет.
       - Откуда это известно?
       - Да сейчас они все бреют.
       - Неубедительно.
       - Как это будет выглядеть?
       - Как намек. Дорожку такую темненькую сделать. От точки, лежащей на середине отрезка между пупком и лобком до вышеупомянутой выпуклости.
       - Придерутся.
       - Ну, не без этого. Да пошли они на хуй, в конце концов. То нельзя, это нельзя....
       - Подождите. Да, мы должны быть последовательны, и если не до конца, то, по крайней мере, до тех пор, пока это возможно. Волосы на лобке - это и есть предел возможного.
       - Так, что, отклоняется?
       - Да. Предлагаю, Том, тебе ее побрить.
       - Ладно, как скажете.
       - Стив?
       - Ну... Ничего не имею против бритых писек.
       - Волосы не лезут в рот.
       - Да, это тоже большой плюс.
       - Кому волосы не лезут в рот?
       - Барби.
       - Барби?
       - Да. У Барби просто сердце остановится от одного ее взгляда.
       - А наша?
       - А наша просто будет трахать эту розовую дешевку, когда есть настроение.
       - "Эй, ты, сучка, иди, вылижи меня".
       - Типа того.
       - Шрам.
       - На попе?
       - От пули?
       - Родинки?
       - Да.
       - Да.
       - Одежда.
       - Короткая юбка.
       - Майка, джинсы.
       - Красная кожаная куртка или короткая джинсовая.
       - Жилетка.
       - Армейские ботинки.
       - Кеды разного цвета.
       - Чулки. Красные или черные. Или белые.
       - Дорогое удовольствие.
       - Да, но зато...
       - Нам надо уложиться в двадцать долларов.
       - Да хуй с ним, Джек, не мелочись. Гулять так гулять. Стринги.
       - Стринги - одежда?
       - Типа того.
       - Сомневаюсь.
       - Ты против стрингов?
       - Я?! Вовсе нет, но это, все-таки, больше похоже на аксессуар.
       - Ладно, какая разница.
       - Перчатки с обрезанными пальцами.
       - Одна на правую руку. Галстук
       - Ошейник?
       - Галстук.
       - Галстук годится. С распущенным узлом.
       - Рюкзак.
       - Нет.
       - Черные очки.
       - Нет, глаза закроют.
       - Значки.
       - Набор тату.
       - Карандаши для макияжа - пусть красят сами.
       - Лак для ногтей.
       - Нахуй лак для ногтей.
       - Краска для волос?
       - Нахуй. И никаких мобильников, плееров-мееров.
       - Часы. Или компас?
       - Компас. Ремень. Широкий, толстый, кожаный. Что можно на ремень повесть?
       - Только не надо делать из нее рождественскую елку.
       - Ладно, возможно мы слишком увлеклись деталями. Нужны эскизы - несколько разных вариантов. Одетая и обнаженная. Вид спереди, сбоку, сзади. Сможешь сделать объемную модель?
       - Мягкую модель.
       - Теплую модель.
       - Моя маленькая девочка.
       - Моя миленькая крошка.
       - Дай помять тебя немножко.
       - Первая будет жесткой. Это проще. Мягкую сделаем потом, с учетом корректировок.
       - Хорошо. Что тебе нужно для работы?
       - Фотокамеру. Нормальный компьютер. Принтер-сканнер.
       - Ладно. Завтра поедешь с нами, выберешь сам.
       - Графические и дизайнерские редакторы.
       - Это дорого?
       - Нет, я знаю одного эстонца - у него этого добра навалом. Контрафакт, но работает. Сотни хватит, наверное. Еще нужна швейная машинка.
       Я вытащил бумажник и передал Тому три купюры по пятьдесят долларов.
       - Когда будут готовы эскизы?
       - Не знаю. Надо кое-что обдумать... Приходите завтра в это время.
       - Хорошо.
       - Вы бы положили мне пока хоть двести долларов в неделю.
       - Сто пятьдесят, - я достал из бумажника еще три купюры по пятьдесят долларов. - Аванс за первую неделю.
       Мы встали. Стив спросил:
       - Кстати, Том, а где у тебя тут можно отлить?
       - А как выйдете на улицу - ссыте прямо на забор.
      
       На обратном пути Стив пытался подобрать название для нашей фирмы. Мы летели через мост, он бормотал:
       - ...американские роботы, железные куклы, роботы Америки, железная жизнь, жизнь железа, железный мир, мир железа, розовый мир железа, розовые роботы Америки... "Розовые Облака"... кстати, неплохо звучит. Вызывает положительные эмоции. Мир грез и всякое такое. Как тебе "Розовые Облака"?
       - Вполне подходяще для фермы в Арканзасе.
       - А "Розовая Жесть"?
       - Садо-мазо-лесби порнушка.
       - "Заводные Куклы Фреда".
       - Новый альбом Эллиса Купера.
       И, когда уже мы свернули с дороги к его дому, он сказал:
       - Мягкое Железо.
       - Железо?
       - Выражает двойственность ее сущности-содержания. Сверху мягкая - внутри жесткая.
       - Фигня какая-то.
       - Нет, не фигня. Ты не понимаешь. И, вообще, тут не так смысл важен, как набор звуков.
       - Мягкая Сталь, тогда уж.
       Стив подумал немножко:
       - Не, Мягкое Железо. Мягкое Железо Соединенных Штатов.
      
       Том позвонил уже утром и сказал, что эскизы готовы.
       И когда мы появились в его подвале, он сидел в кресле, положив ноги на подлокотник другого кресла, а на коленях держал книжку "Анимация скульптур". Он указал на готовые эскизы, висевшие на стене среди прочих рисунков.
       Разглядывая эскизы, Стив сказал:
       - Смотрит как.
       Том сказал:
       - Да. Это взгляд живого человека. Вообще-то, куклы - лишь условные образы людей. Их всегда делали нарочито ненастоящими.
       - Почему? - спросил я.
       - Боялись, что оживут, - предположил Том. - Наша девочка как раз и будет живой. А на фоне прочей недочеловеческой кукольной братии - пугающе живой.
       - Дети такие впечатлительные... а наедине с ней, в темной спальне...
       - Вот-вот повернет голову... Мурашки по всему телу.
       - Думаю, мы сможем добиться такого эффекта.
       - В детстве я видел Синего Колдуна в сетке трещин на задней стенке туалета. Седые волосы торчком, длинный нос, как у Пиннокио, выпученные красные глаза и рот как куриная жопка. Он был немой, то есть, на самом деле, рот у него был зашит, но я слышал его дыхание. Такой тихий тонкий свист. Когда я садился на унитаз, он смотрел мне в спину. Он бы схватил меня, но у него не было рук. Каждый раз, прежде, чем сесть на унитаз, я смотрел, не выросли ли у него руки, - Стив засмеялся. - И можешь себе представить: Джек однажды пририсовал ему руки.
       Том тоже засмеялся.
       - Да. Могу себе представить.
      
       Компьютер, принтер-сканнер и небольшую швейную машинку мы купили в разных местах. Подержанные, без документов и гарантии, но зато недорого. Стив отдал Тому свой фотоаппарат. Когда ехали домой, Стив напевал одну и ту же песню - "Скелеты в моем шкафу" Элиса Купера.
      
       Три дня Том в своем подвале лепил твердую модель. Стив на чердаке сооружал макет официального сайта пока еще не существующей фирмы "Мягкое железо". Я просматривал объявления о сдаче в наем помещений под офисы и делал наброски бизнес-плана для инвесторов.
      
       Том позвонил за полночь:
       - Все, бегите за шампанским. И пожрать чего-нибудь привезите, трое суток света белого не видел.
       Мы приехали.
       Посередине помещения стояла пустая бочка, а на бочке стояла она. Левая рука опущена, правая опирается на бедро, прямые ноги расставлены, смотрит вперед.
       Мы со Стивом обошли вокруг бочки.
       - Из чего она?
       - Полимерная глина.
       Стив стоял засунув руки в карманы и смотрел ей в лицо.
       - Ну что, детка? - спросил он. - И как тебе этот блядский мир? Я вижу, ты полна желанием выебать его как следует, да? Мы тебе поможем.
       Он дотронулся до ее волос.
       - Можно раздеть?
       - Я сам, - ответил Том. - Я не ревную, но, поскольку модель жесткая - одежда демонстрационная, снимается по-особому.
       Он расстегнул, один за другим, потайные крючочки и постепенно разоблачил ее.
       - Стринги! - Стив показал пальцем. - Стринги, твою мать!
       - Да. Это можешь снять сам.
       Стив пальчиками стянул с нее трусики, и она предстала перед нами обнаженной.
       - Вначале была глина. И вот жил один человек и был у него сын. И вот, взял сын камень и сказал тому камню: "будешь ты медведем". И взял обглоданные кости возле очага и сказал тем костям: "будете вы у меня охотниками". И вот увидел это отец. И тогда взял отец глины и сделал из глины той медведя. И еще сделал из глины той охотника. И поставил их на солнце, а когда солнце обожгло их и сделались крепкими, дал сыну своему и сказал: "на, сынок, играйся".
       - И сказали другие люди, бывшие там: "зачем сделал это?" - добавил Том, открывая шампанское. - И разбили они того медведя камнем и сказал вождь: "да не будет больше сотворен медведь из глины или иного праха отныне и вовеки веков".
       Том выстрелил пробкой в потолок. По бутылке потекла пена, на цементный пол упали капли.
       - Как зовут эту маленькую дрянь?
       - Саша.
       Стоя, с поднятыми бокалами, вокруг голой новорожденной, мы орали:
       - С Днем Рождения, тебя!! С Днем Рождения, тебя!! С Днем Рождения, с Днем рожденья, с Днем Рожденья, Саша, тебя!!
      
       Том зарегистрировал авторское право на Сашу, причем вытребовал у нас деньги на уплату пошлины.
      
       Я подготовил исходные технические требования и задание на проектирование. Стив сделал заброс в "Резинапластиктехнологии".
       - Они оживились, - доложил он о результатах переговоров. - Вскинулись волчары. Почуяли поживу.
       Мы отправили в "Резинапластиктехнологии" Исходные Требования. На следующий день позвонил директор и предложил встретиться. Мы отправились на фабрику все втроем. Вчетвером, если считать Сашу. Я сидел за рулем. Стив сидел рядом, показывал дорогу и обсуждал с Томом некоторые вопросы тактики ведения рекламной кампании в Сети.
       - Девочки до десяти. Эти еще могут играть с ней, как с обычной куклой, все зависит от доброй воли родителей. А вот у девочек после десяти уже есть карманные деньги. Эти уже выкинули своих скучных правильных подружек в мусорку и хотят стать отчаянными стервами.
       - А отчаянные стервы? - спросил Том.
       - Их ничтожно мало. Их влиянием на рынок можно пренебречь.
       - Но они будут покупать ее?
       - Думаю, да. По крайней мере до тех пор, пока это не станет пошлой модой. Мальчики старше двенадцати. Ничего зазорного, если пацан посадит на свой системный блок крутую телку. Папики. Этот сектор не стоит переоценивать. Папик вряд ли притащит домой нашу малышку. Ага. "Привет, дорогая, знакомься - это Саша".
       - А холостой папик? - спросил Том.
       - Холостой папик - наш клиент. И дальше - все желающие. Какая-нибудь бабушка может повесить на люстре "эту потаскушку", какой-нибудь дедушка может говорить ей: "внученька, ты не помыла ручки, твоему дедушке придется тебя немножко наказать". Всех братьев не обнять, да нам это и не надо. Выделим несколько приоритетных групп потребителей, и для каждой группы разработаем уникальный образ Саши. Образ, привлекательный для типового потребителя данной группы. А на полке магазина пусть каждый увидит свою Сашу.
      
       Мы остановились у проходной со шлагбаумом. Рядом, на заборе, висел плакат: "За выезд на ВПП - расстрел на месте с конфискацией автомобиля". Из будки вышел охранник записал наши фамилии и вернулся в будку. Позвонил по телефону, после чего шлагбаум поднялся. Мы проехали через лесополосу и оказались на краю небольшого летного поля. Одномоторные самолеты на стоянках, белая вышка с застекленной площадкой наверху, высокая мачта с длинным полосатым гондоном, развевающимся на ветру.
       На противоположном конце поля стояли в ряд несколько зданий складского типа. Туда мы и направились по объездной дороге. Одно из зданий было приспособлено под ангар, а на стене самого высокого издалека читалась надпись большими буквами: "Резинапластиктехнологии". Мы остановились на большой парковочной площадке, заполненной едва на четверть. Вышли из машины. Потоптались немножко возле машины, оглядывая окрестности и разминая ноги. Том одернул юбочку у Саши. Стив докурил, наконец, и мы пошли к зданию.
      
       Стив распахнул дверь и мы вошли в просторный холл.
       Слева - скала с водопадом, справа - диваны, кресла, столики и автоматы по продаже всякой дребедени. Прямо - стойка информации. За стойкой сидела девушка и улыбалась, глядя на водопад. Том поспешил сказать:
       - Здравствуйте.
       Она не ответила. Стив подошел к ней.
       - Том, как истинный художник, не отличает образ реальности от самой реальности.
       Он взял ее за подбородок.
       - Ну что, Ева? Не хочешь с нами здороваться, да? А как, насчет, пососать мой большой красивый толстый член?
       Я сказал:
       - Полегче, Стив, здесь должна быть камера.
       Слева и справа от стойки - коридоры, за стойкой - лифт и лестница на второй этаж. Стрелка налево - "Административные службы". Стрелка направо - "Технологические службы". Стрелка вверх - "Руководство". Стив провел пальцем по губам девушки:
       - Ладно, Ева, не балуйся тут. Не позволяй этим козлам дергать тебя за сиськи.
       Мы поднялись на второй этаж и нашли приемную директора. Директор сообщил нам, что мы сделали правильный выбор, напоил кофеем и передал с рук на руки помощнику по производству. Помощник по производству напоил нас чаем и повел на экскурсию.
       В музее, под фотографией двух отцов-основателей, стоящих в обнимку, он рассказал вкратце историю рождения и развития "Резинапластиктехнологии", а потом мы прошли к стендам товарных образцов.
       - Наша фирма, господа, выпускает исключительно, лишь уникальную высокотехнологичную продукцию, и поверьте: это не пустая рекламная фраза. Скажите, приходилось ли кому-нибудь из вас иметь дело с изделиями нашей фирмы?
       - Да, Дейв, - ответил Стив. - Прошлый раз ты подарил мне шланг для полива.
       - Шланги для полива, господа, уже в прошлом. Тут мы не можем конкурировать с китайцами - у них цены ниже. Именно поэтому, в своей производственной политике мы делаем ставку на уникальность востребованных свойств и качеств буквально каждого нашего продукта. Уникальность, которая обеспечивается применением высоких технологий и реализацией передовых научных разработок. Ну и, конечно, особое внимание, господа, мы традиционно уделяем безопасности.
       Он взял с полки красный член:
       - Что вы чувствуете, взяв в руки этот предмет? Вы чувствуете приятную тяжесть, теплую, чуть бархатистую на ощупь кожу, упругость и силу молодости. - Он вручил всем нам по члену. - Тип "универсал". С применением технологии "бегущая волна".
       - Универсал?
       - И для женщин и для мужчин.
       - Ааа. Понятно. Очередная победа феминизма. - Стив положил свой член на полку. - Ну, что ж, надо признать: фаллосы у вас неплохо получаются.
       - Вообще-то, мы не используем термин "фаллос". Согласитесь, это слово имеет какой-то медицинский привкус.
       - А как вы их называете?
       - Например, "друг".
       - "Друг"? "Друг" - хорошо.
       Стив взял с соседней полки некий округлый предмет.
       - О! А это, надо полагать, подружка "друга"?
       - Да. "Ласковая кошечка - 2". Здесь используется технология, которую мы назвали "Сладкие судороги".
       - Сладкие судороги. Мне уже нравится.
       - Включи и получи удовольствие. Все просто. Просто включи это. Простота в эксплуатации, простота в обслуживании, - помощник по производству ловко вывернул влагалище наизнанку, а потом проделал то же самое с прямой кишкой. - Простота и надежность. И, разумеется, безопасность. Вся наша продукция проходит довольно серьезные испытания и тесты на безопасность. Эксплуатация в экстремальных условиях и так далее. Этим изделием, - он взял у меня член и помахал им, - нельзя нанести человеку серьезную травму. Нашлепать по попе можно, но, даже если бить со всей силы - останутся лишь небольшие синяки. А вот поляки, например, делают члены, которыми вполне можно убить человека, если хорошенько ударить по голове. Знаете, все эти игры... Люди иногда заигрываются. Входят в раж, так сказать. Переступают грань разумного. Мы и это учитываем. А вот, господа, - мы перешли к следующему стеллажу, на котором лежали кишки, мозги и отрезанные головы, - это наш вклад в индустрию кинематографии. Голова может говорить. - Он продемонстрировал как сжимаются и разжимаются пальцы на оторванной руке.
       У стены, увешанной дипломами и грамотами, стояли в ряд три девушки - белая, черная и азиатка. Одна в униформе стюардессы, другая в бикини, а третья - голая. Помощник по производству представил их:
       - Знакомьтесь: Бекки, Бетти, Бидди. Даже с расстояния в два фута их невозможно отличить от настоящих. Видели внизу Еву? Здоровались с ней? С ней все здороваются.
       - А потом? - спросил я.
       - Что потом?
       - Как люди ведут себя потом?
       - По-разному. Кто-то пожимает плечами и проходит. Некоторые упорно пытаются ее разговорить.
       - А когда понимают, что она не настоящая?
       - Трогают за грудь или говорят непристойности. Стив, спроси, пожалуйста, Бекки, хочет ли она тебя?
       Стив спросил:
       - Э, слышь, красота небесная, можно я тебя тут немножко дрюкну?
       - Нет, Стив, ты, пожалуйста, назови ее по имени и спроси дословно, хочет ли она тебя.
       - Да нет проблем, - Стив подошел к девушке вплотную. - Бекки, ты хочешь меня?
       Девушка моргнула два раза, губы ее зашевелились:
       - Да, мой господин, трахни меня! Трахни меня немедленно!
       - Вау! - закричал Стив и мы захлопали в ладоши.
       Помощник по производству, улыбаясь, сделал успокаивающий жест, повернулся к девушке и спросил сам:
       - Бекки, ты хорошая девочка?
       - О нет, господин, я очень большая шлюха!
       - Бекки, тебе нравится мой член?
       - Он просто волшебный, господин! Когда он во мне, я схожу с ума!
       Мы хлопали в ладоши, Стив кричал: "Это колдовство!", помощник по производству слегка раскланивался, делая в сторону Бекки представляющие жесты.
       - Как вы понимаете, это не единственная программа. У Бекки, например, тридцать шесть программ, на любой вкус. Может распознавать голос хозяина. Плюс возможность перепрограммирования и апгрейта. Кроме этого - шестнадцать программ оргазма: от "Неземного Наслаждения" до "Безумной Тигрицы". Уже разрабатывается модель с автоматическим включением программы оргазма.
       - Ух ты! - воскликнул Стив. - Это как?
       - Включение программы оргазма будет производиться автоматически при значительном увеличении таких, например, параметров, как частота и сила фрикций.
       - Купи и получи удовольствие, - сказал Том - Просто купи это.
       - Верно, Том, - кивнул помощник по производству. - Жаль, не годится для слогана. Просто купи это. Все остальное она сделает сама.
       - Владей ею и получай удовольствие, - предложил свой вариант Стив.
       - Да, это больше подходит.
       - Имей ее и получай удовольствие. Кстати, а кто проводит тестирование этих девочек?
       - Ну, прежде всего, разумеется, разработчики модели. Потом - персонал отдела контроля качества. Ну, а после принятия решения на серийное производство, модель тестируют так называемые независимые испытатели. Они не работают в нашей фирме, мы набираем их со стороны. Незаинтересованные, так сказать, лица.
       - Люди из народа.
       - Да, люди из народа. Различного возраста и социального положения. Молодые, пожилые, с ограниченными возможностями... В общем, весь спектр потенциальной клиентуры. Ну а теперь, господа, давайте посмотрим как рождаются все эти чудеса.
       Через крытый переходной мостик мы прошли в соседнее здание. Там мы посетили конструкторский отдел, где осмотрели столы, компьютеры, а также нескольких парней и даму средних лет, работающих за компьютерами. Потом нам показали модельную лабораторию, где Тома заинтересовала технология отливки "Блистающей Мерилин".
       - Это очень, очень точная копия, - помощник по производству похлопал Мерилин по спине. - Все анатомические особенности, все родинки... Полное соответствие. Это, даже, скорее, не копия, а повторение оригинала.
       - Она тоже будет говорить? - спросил Стив.
       - И даже петь. Если хотите, мы и вашу малышку научим говорить.
       - "Саша, ты хорошая девочка?" "О нет, говнюк, я очень большая сука". Нет, пожалуй, не стоит. Мы, все-таки, позиционируем ее как игрушку для подростков.
       - А вот что у нас на очереди, - помощник по производству показал на фотографии, пришпиленные к большому светло-серому пластиковому планшету. - Капризная Вероника. Или Несносная Вероника. Тут мы еще не определились с именем.
       - Одноглазая Вероника, - подсказал Стив. - Кстати, инвалидки у вас в плане есть?
       - Инвалидки?
       - Да, инвалидки. Горбатые, безногие, карлицы, ну и так далее. Некоторые предпочитают уродов.
       - Да, Стив, у каждого свои причуды. Мы подумаем над этим. Далее: Рита - Богиня Любви, Платиновая Джин, Несравненная Дороти и Застенчивая Грета. К сожалению, не во всех штатах это можно продавать, но у нас хороший рынок в Европе.
       - А нет покойничков посвежее?
       - Пожалуйста, Стив, - помощник по производству сделал приглашающий жест в сторону планшета. - Можешь предложить что-нибудь свое.
       - Великосветская Диана. Годится?
       - Царственная Лиза, - добавил Том.
       Помощник по производству расхохотался:
       - Царственная Лиза! Великолепно! Вот эту идею мы обязательно рассмотрим! Кстати, была у нас тоже одна интересная задумка - "Ева - Подружка Дьявола", но, увы, пришлось отказаться. Никакой политики в этих стенах, господа. "Отдайте политику политикам, а бизнес оставьте бизнесменам". Это кредо нашей фирмы. Да, господа. Мы не за республиканцев, мы не за демократов, мы за честный бизнес. А теперь, пройдемте, пожалуйста, к испытательным стендам. Там вас тоже ждет кое-что интересное.
       Мы прошли к стендам. Там, на специальном ебальном станке испытывали смуглого паренька со смазливой мордашкой. Том закрыл Саше глаза ладонью.
       - Господа! - объявил помощник по производству. - Рекомендую! Сорванец Пепе начинает юношескую серию!
       - Давно пора, - сказал Стив. - А то мы заждались.
       - Совершенно верно, это очень перспективная тема, и я, даже, скажу вам по очень большому секрету: портфель предварительных заказов на наших мальчиков уже довольно пухленький.
       - Да, ребята, не стоите вы на месте.
       - Ну, господа, вы же знаете: в бизнесе - как на самолете. Можно только двигаться вперед. Остановишься - начнешь падать.
       И мы пошли дальше. Пепе смотрел в пол и улыбался.
      
       Выйдя из лаборатории, мы сели в электромобиль и проехали по производственным помещениям. Помощник по производству познакомил нас со всеми стадиями рабочего процесса: от приготовления горячих и холодных смесей до упаковки готовых изделий. Потом мы вернулись в офис. В офисе мы зашли в сортир, обсудить дела.
       - Что скажете?
       Стив сказал, вытирая руки бумажным полотенцем:
       - Проказник Педро - это, пожалуй, чересчур. А в остальном - милые ребята. Предлагаю не искать другие варианты.
       Том сказал, застегивая ширинку:
       - По технологической части они справятся.
       - Хорошо, - сказал я.
       Потом мы обсудили сроки выпуска проекта производства, его стоимость и, после недолгой торговли, приняли предложенную цену. Потом пришел главный технолог и мы обсудили поправки к техническому заданию на проектирование и согласовали его окончательный вариант. Потом нас отвели в столовую, где мы пообедали за счет фирмы вместе с главным технологом и помощником по производству.
       После обеда мы вернулись в кабинет помощника по производству, но не успели даже присесть, потому что тут же, вслед за нами, принесли договор на разработку проекта производства товарной продукции "Изделие САША. Номенклатурный номер 001А-ЮССИ" в количестве ста пятидесяти тысяч штук.
      
       Мы пошли к директору. Секретарша принесла чай, печенье. Когда она вышла, Том спросил директора:
       - Она настоящая?
       - Да, Том, она настоящая. Они все настоящие, - директор подмигнул нам. - Мы все настоящие, ха-ха-ха!
       Мы подписали договор. Директор собственноручно откупорил бутылку белого вина и произнес тост, в котором высказал удовлетворение успешным началом нашего сотрудничества и выразил надежду на дальнейшее, столь же успешное и взаимовыгодное, этого самого сотрудничества, продолжение.
       Поднимая ответный тост, мы заявили, что присоединяемся к надеждам насчет успеха и выгоды, и выражаем уверенность в том, что этот день будет вписан золотыми буквами в анналы наших фирм.
       А когда мы с ними прощались, директор сказал, показывая на летное поле за окном:
       - Кстати, на многих самолетах есть одна наша очень важная деталь. Знаете, что это?
       Мы не знали.
       - Презерватив в кармане у летчика.
      
       Мы оставили им Сашу.
       Покидая "Резинапластиктехнологии", Стив попрощался с Евой:
       - До свидания, Ева.
       - До свидания, сэр, удачи вам.
      
       В тот же день мы перечислили на счет РПТ девятнадцать тысяч пятьсот сорок долларов.
      
       Том сделал комикс под названием "Саша. Трудности Роста". Стив сказал, что комикс отличный, но за это, вообще-то, дают срок в нашем штате, да и в других штатах тоже. Я сказал Тому, чтобы он это не выбрасывал и что это пригодится в свое время, но сейчас нам нужны официальные легальные комиксы. Комиксы, на которых будет стоять логотип фирмы "Ю-Эс-Эс-Ай" - черный треугольник вершиной вниз на белом фоне, вписанный в красный круг. И вообще, Саше вовсе не обязательно показывать трусы, чтобы привлечь к себе внимание. Том сказал: дайте тему. Я сказал: найди сам что-нибудь, но только не битву с драконами и не "Саша спасает мир". На мир нам наплевать, нас интересует она сама и ее поведение. Через нее и вместе с ней мы познаем тайны иной реальности или ирреальности, впрочем, кто знает - может быть, эти тайны так и останутся нераскрытыми. Том сделал "Сашу в Странном Месте" и "Сашу в Странном Месте 2". Мы посмотрели и сказали что это подойдет. Обстоятельства в которые мы никогда не попадем, наполняя корзинку в супермаркете. Настроения, которые никогда не охватят нас по дороге из офиса домой. В любом месте, в любой миг, даже лежа на своей кровати, будь готов услышать, вдруг, треск иль звон, шорох или шепот... Держи ушки на макушке - дверь с надписью "только для персонала", мимо которой ты проходишь или канализационный люк... Никогда не знаешь, что там. Или что-то упадет тебе под ноги, или пронесется мимо, или кто-то схватит тебя за плечо. У тебя нет ни семьи, ни мамы, к которой нельзя не придти на традиционный пятничный ужин, ни любовницы, с которой ты уже не знаешь как развязаться. У тебя нет работы, которая отнимает пять дней в неделю. Ничего нет. Ты идешь по улице, видишь Санту с колокольчиком, кто-то выходит из метро, кто-то входит в метро, продавец хот-догов впереди тебя катит свою тележку... нет никого, на самом деле. Только ты наедине с Ситуацией. Остановился на углу, выбирая дальнейший маршрут. Руки в карманах плаща, смотришь на проезжающие мимо машины. Заходишь в бар, устраиваешься за стойкой. Берешь свой бурбон, достаешь сигареты. Думаешь, у тебя есть время обдумать все как следует? Нет, дружок, день еще не кончился.
      
       Пришло ей время выйти в люди. Мы разместили комиксы на официальном сайте пока не существующей фирмы "ЮССИ". Зарегистрировались под различными именами на форумах любителей комиксов и форумах типа "Девичьи секреты". Каждый из нас завел по полудюжине блогов, причем ни один из них не был пустым. Придуманных нами фейковых блоггеров и форумщиков мы назвали "псевдосубъектами".
      
       Дневник школьницы, вполне созревшей для дефлорации и изнывающей от отсутствия в ее окружении "нормальных парней".
      
       Дневник элитной проститутки.
      
       Дневник лесбиянки-казановы, ведущей реестр своих любовных побед, с отметками, где, когда, с кем и как именно; с перечислением интимных достоинств и особенностей поведения в постели своих многочисленных подружек.
      
       Дневник сорокапятилетнего панка.
      
       Дневник революционера-анархиста.
      
       Дневник коллекционера автографов.
      
       Дневник человека, вернувшегося из дурдома, но, судя по всему, ненадолго.
      
       Дневник приговоренного к пожизненному заключению.
      
       Записки гинеколога. Забавные случаи из практики.
      
       Парень бросил девушку на шестом месяце. Отчаяние. Выживание. Возрождение. Отмщение.
      
       Дневник охотницы за богатенькими папиками. Как грамотно выдоить папика и оставить о себе хорошие воспоминания.
      
       Дневник жены, регулярно наставляющей рога ничего не подозревающему мужу.
      
       Дневник начинающей модели. Алиса в Закулисье.
      
       Дневник горничной апартаментов.
      
       Дневник законопослушного педофила. Я виноват, разве, что родился таким? Я всего лишь хочу смотреть как девочки прыгают через скакалку. Я имею на это право, черт возьми! Вступайте в виртуальный клуб анонимных законопослушных педофилов. Юридическая, психологическая помощь. Расскажи свою историю.
      
       Стив купил книжку "Реклама в Интернете", прочитал ее и сказал, что это все туфта и азбука для первоклашек, но пара интересных идей там есть. Он составил обширный список ресурсов, с которыми мы должны были работать. Среди прочего там были блоги известных политиков, актеров и звезд шоу-бизнеса.
       Мы начали рекламную кампанию. Дела сразу пошли неплохо, особых проблем не было. Стив устроил спаммерскую рассылку. Том сделал "Сашу в Странном Месте 3" и "Сашу в Лабиринте". Послал "Сашу в лабиринте" на конкурс комиксов, но не попал в лонг-лист. Стив сказал: "Цензура, блять, цензура. Это, блять, цензура".
      
       "Резинапластиктехнология" прислала на согласование проект производства продукции. Поскольку на существующих мощностях РПТ не могла выполнить наш заказ в приемлемые сроки, они намеревались увеличить производительность за счет создания новых производственных мощностей. При этом предусматривались дополнительные затраты на разработку проекта новой технологической линии, плюс они хотели повесить на нас часть затрат на аренду площадей под эту линию, закупку, монтаж и наладку оборудования. И еще, сроки выпуска продукции, указанные в проекте, оказались значительно больше тех, что были предварительно согласованы.
       Нас это не устраивало. Переговоры с "Резинапластиктехнологии" закончились ничем. Директор уверял нас, что они вовсе не хотят содрать с нас одномоментно какие-то бабки, а совсем напротив: они хотят, чтобы наш бизнес получил продолжение. Они делают для этого все возможное и мы должны поверить в то, что их цены отражают реальные затраты на производство и что другого выхода нет, кроме как наращивать собственные мощности за счет монтажа новых линий.
       В Интернете мы нашли десять фабрик, примерно подходящих нам по сортаменту выпускаемой продукции. После предварительных переговоров, из десяти осталось четыре - в Орегоне, Нью-Джерси, Пенсильвании и Канаде.
      
       Мы передали РПТ всю информацию о потенциальных производителях и попросили пересмотреть некоторые разделы проекта производства продукции в связи с возможностью размещения части заказа на чужих площадках. Нас пригласили приехать для переговоров. Мы отказались, но, в качестве жеста доброй воли, снизили немного требования к срокам выпуска продукции.
       Они согласились сократить немного сроки выпуска продукции. Размещать какую-то долю заказа на площадях субподрядчиков они не желали. Мы сказали, что все это для нас неприемлемо. Они еще какое-то время упирались и пытались пробить нас мелкими уступками. Потом сдались, но подняли цену. Больше ничего сделать было нельзя и мы подписали проект производства продукции.
       Срок изготовления первой партии был установлен в 95 календарных дней. Цена первой партии устанавливалась в $2662500. Объем партии - 150000 единиц товара.
       Цена второй и третьей партий устанавливались, соответственно, в 6 и 7,5 миллионов долларов. Объем - 400 и 600 тысяч единиц, соответственно.
      
       Стив договорился с банком о досрочном погашении кредита за дом.
       Я подал заявку на получение кредита в размере $100000.
       Мы подписали с "Резинапластиктехнологии" соглашение о намерениях.
       Подали заявку на регистрацию компании с ограниченной ответственностью "Мягкое Железо Соединенных Штатов".
       Я получил кредит.
       Стив уволился с работы.
       - При начале серьезных дел, наличие путей отхода может негативно повлиять на поступки и принятие решений, - пояснил он.
       Нам прислали свидетельство о регистрации компании с ограниченной ответственностью.
       Я перевел на счет Стива деньги, полученные по кредиту и еще добавил двадцать тысяч своих.
       Стив рассчитался с банком и получил свой дом в полную и безраздельную собственность.
       Мы подали заявление о получении кодового номера нанимателя.
       Зарегистрировали торговую марку.
       Получили кодовый номер нанимателя.
       Открыли счет в банке.
       Подписали договор с Томом о передаче фирме "ЮССИ" всех исключительных авторских прав на Сашу за один доллар и зарегистрировали передачу авторских прав в Бюро по охране авторских прав.
       После подписания договора Том потребовал доллар. Стив отдал ему доллар:
       - Сохрани этот доллар, Том, для музея ЮССИ.
       - Да перестань, Стив, - Том сунул доллар в карман. - Вот не надо этого пафоса.
       - Том, музей - это не пафос. Это будет весьма полезно для дела.
       - Можешь купить у меня этот доллар. Он продается.
       - Ладно, даю за него десятку.
       - Сотню.
       - Ты что, охренел?
       - Отнюдь. Этот доллар уникален. Через 50 лет он будет лежать в музее ЮССИ на самом почетном месте под колпаком из пуленепробиваемого стекла. Его будут фотографировать туристы. Стив, разве нет? Разве он не стоит сраной сотни? В чем дело, Стив? Ты не веришь в успех?
       - Двадцать долларов.
       - Сто.
       - Пятьдесят.
       - Сто.
       Стив помялся немного, потом вынул бумажник, нашел там 65 долларов, занял у меня недостающую сумму, отдал деньги Тому и забрал доллар.
       - Интересное дополнение к Адаму Смиту, - сказал я.
      
       Мы позвонили в Центр Развития Малого Бизнеса, существовавший при местном университете.
       - Алло, вас слушает консультант Битлз.
       Стив тупо доезжал.
       - Алло!
       - Добрый день, милая барышня, меня зовут Стив О"Лири.
       - Здравствуйте. Мистер О"Лири, пожалуйста, называйте меня "консультант". Консультант Битлз или просто Битлз.
       - Хорошо, Битлз, я очень искренне извиняюсь. Но дело вот в чем: я хотел бы начать свой бизнес и...
       - Вы впервые обращаетесь к нам?
       - Да. И я хотел бы...
       - Вам необходимо записаться на прием.
       - Хорошо, но скажите: чем именно помогает ваш центр начинающим предпринимателям?
       - Все эти вопросы вы обсудите с вашим куратором.
       - Вы даете гарантии по кредитам?
       - Вы сможете обсудить это с вашим куратором.
       - А как связаться с этим самым куратором?
       - Он у нас не один. После регистрации вам будет назначен профильный куратор.
       - Хорошо, Битлз, зарегистрируйте меня, пожалуйста.
       - Извините, мистер О"Лири, но я не занимаюсь регистрацией.
       - А кто занимается регистрацией?
       - Регистратор.
       - Дайте мне, пожалуйста номер его телефона.
       - Зачем?
       - Чтобы зарегистрироваться.
       - Для этого вам нужно самому приехать в наш офис.
       - О, боже ж мой.
       - Пожалуйста, мистер О"Лири, не поминайте имя Господа нашего всуе.
       - Чего? А, ну да, прошу прощения. Э-э-э... на чем мы остановились?
       - Вам нужно записаться на прием, мистер О"Лири. Я могу сделать это.
       - Записать меня на прием? Сейчас?
       - Да.
       - К куратору?
       - Нет, к регистратору.
       - Черт!
       - Мистер О"Лири, я прошу вас!!
       - Хорошо, хорошо! Все, стоп, мы сдаемся! Ладно, милочка, запишите нас к регистратору.
       - Консультант Битлз!!
      
       Нас записали на прием к регистратору. В один из дней недели мы со Стивом поднялись по гранитным ступеням и вошли в стеклянный вестибюль шестиэтажного административного здания кубической формы. Центр Развития Малого Бизнеса размещался на первом этаже. Соседи слева - сервис по чистке ковров и мягкой мебели. Соседи справа - клуб глухонемых.
       Мы зарегистрировались у худощавого юноши-заики с волонтерским значком и, после пары часов ожидания, попали на прием к куратору, на "предварительное собеседование". Вышли мы оттуда с кучей брошюр, бланков, анкет и прочих бумажек. Стив швырнул все это в урну у входа. Я спросил:
       - Ждал чего-то большего?
       - Джек, они могли сказать нам это по телефону! Они могли сказать нам, что не дают гарантий по кредитам! Какого хуя они отняли у нас наше время? Еще, блять, какой-то отставной пожарник будет учить меня писать бизнес-планы!
      
       Гарантии по кредитам давали в Управлении по Делам Малого Бизнеса. Мы позвонили туда. Стив позвонил. Его соединили со Специалистом по Субсидированию Хозяйственной Деятельности. Разговор продолжался семнадцать минут - гораздо дольше, чем мы ожидали. Положив трубку, Стив сказал:
       - Мужик лет пятидесяти, интеллект выше среднего, темперамент - флегматик. Когда-то были планы и надежды, но время ушло, теперь сидит в своем дурацком офисе, занимается не тем, о чем мечтал в далекой юности, но, впрочем, свое дело он делает вполне добросовестно. Не самый худший вариант.
      
       На встречу со Специалистом мы взяли с собой Адаптированную Сашу с неявно выраженными вторичными половыми признаками. Подстраховались на случай пробок и выехали пораньше. Приехали на место за полчаса до встречи, припарковались за два квартала и посидели немного в машине. Потом прогулялись по улице вдоль больших витрин и рекламных плакатов до нужного подъезда. Стеклянные двери разъехались перед нами и мы вошли в вестибюль.
       У стойки информации нас спросили, могут ли чем-нибудь помочь. Стив попросил склеить его разбитое сердце. Ему ответили, что помощь такого рода, к сожалению, оказать не могут и предложили обратиться к охраннику, может быть он сможет что-нибудь сделать. Я сказал кто мы, куда идем и к кому. Нас попросили подождать, набили одним пальчиком фамилию, нажали "ентер", посмотрели на экран монитора, показали в сторону лифтов и сказали: "пожалуйста, джентльмены, двадцать третий этаж, офис 2367".
      
       Мы поднялись на двадцать третий этаж и пошли по длинному коридору меж двух рядов одинаковых дверей с уникальными табличками. Том и Джек устроили соревнование, смысл которого заключался в том, чтобы идти по коридору с закрытыми глазами, а проигрывал тот, кто первым касался стенки.
       Я шел за ними в качестве арбитра. Мужик, шедший навстречу, остановился, запаниковал и пошел обратно, ежесекундно оглядываясь.
       Первым стены коснулся Том, но он заявил, что Стив намеренно толкнул его плечом. Я подтвердил факт толчка.
      
       Мы остановились у двери, на которой висела табличка с надписью: "Правительство Соединенных Штатов Америки. Управление по Делам Малого Бизнеса. Федеральное агентство. Легитимный филиал. Отделение ?0141НЙ", а также там были часы приема и почтовый адрес.
       - Вперед, команда! Войдем и сделаем это! - воскликнул Стив.
       - Да! - крикнул Том. - Мы войдем и сделаем это!
       И они заорали вместе:
       - Мы войдем и сделаем это! Мы войдем и сделаем это! Да!
       Из соседнего офиса выглянули посмотреть, что происходит. Стив толкнул дверь.
      
       Мы вошли и оказались в небольшом холле с двумя диванчиками вдоль стен и столиком между диванами. На столике - два потрепанных журнала и коробки с бланками. На стене - плакаты про малый бизнес, выпущенные на средства из федерального бюджета. Офисмен сидит на корточках и смотрит на маленький зеленый росток. Рядом с офисменом стоит лейка. "Управление по Делам Малого Бизнеса. Наше дело - ваше дело". На вершине холма стоят пионер и современный юноша. Пионер показывает рукой на неосвоенные пространства впереди.
       Из холла выходили несколько прозрачных дверей и одна непрозрачная в сортир. Мы подошли к двери с табличкой "Уильям Ф. Гарднер. Ст. специалист по содействию развития промышленных форм малого бизнеса". Через стекло двери мы увидели небольшой кабинет. В кабинете стоял рабочий стол и стол для посетителей. Всю противоположную от двери стену занимал стеллаж, заполненный одинаковыми папками с голубыми корешками. За рабочим столом сидел мужчина лет сорока пяти и разговаривал по телефону. Мы вошли: я, Стив и Том с Сашей. Поздоровались. Мужчина приветственно поднял руку и показал на стулья. Мы сели за стол для посетителей. Том поставил на стол Адаптированную Сашу.
       Мы сидели за столом; я с Томом по одну сторону - Стив по другую, и молчали. Том разглядывал кабинет. Мужчина говорил по телефону с неким Дэном про конференцию в Сиэтле и смотрел на Сашу. Мы сидели и слушали про аренду конференц-зала и расписание на среду. Минут через пять мужчина закончил. Положил трубку и улыбнулся нам.
       - Здравствуйте, джентльмены. Итак, вы...
       - Я Стив.
       - Я Том.
       - Я Джек. А это Саша.
       - Ну, что ж, очень приятно. Очень, очень приятно.
       Он взял Сашу и принялся разглядывать.
       - Если хотите курить - курите. Здесь можно.
       - Хорошо бы под кофе, - сказал Стив.
       Хозяин кабинета глянул на Стива, улыбнулся и показал пальцем на кофеварку. Стив встал, сделал всем кофе, после чего закурил.
       Мужик закончил разглядывать Сашу, поставил ее на стол, посмотрел на нас:
       - Ну? И что? Десятилетние девочки перестали играть в Барби и вы делаете вывод, что мы присутствуем при кончине этого социо-культурного феномена. Так?
       Ответил я:
       - Отнюдь. У нас нет таких уж амбициозных планов, мы не собираемся "менять короля", а всего лишь хотим заполнить пустующую нишу.
       - Так, так, так... Значит, у нас тут есть Джек и Стив, которые оставили насиженные местечки в своих офисах, чтобы ринутся в бушующие волны свободного предпринимательства... Так?
       - Верно.
       - И Том.
       - Том - наш художник. Сашин папа. Мы, вообще-то, все ее папы, но он Главный Папа.
       - О! Главный Сашин Папа?! Ну что ж, примите мои поздравления, Том, ваше творение производит впечатление.
       Том поклонился сдержано-учтиво.
       Гарднер обратился вновь ко мне:
       - Джек, а чем вы занимались на прежнем месте работы?
       - Разработкой проектов по реконструкции, модернизации и перепрофилированию действующих производств. В организационно-экономической части.
       - Каких производств?
       - Самых разных. В том числе, промышленных.
       - У вас есть лицензия на производство?
       - В этом нет необходимости. Производством займется другая фирма - "Резинапластиктехнологии". У нас с ними есть соглашение, мы принесли копию. Для производства нашей продукции запланировано создание новых мощностей и, соответственно, рабочих мест.
       - А лицензия на продажу товаров?
       - Продажами будет заниматься торговая компания, имеющая для этого все необходимые лицензии и разрешения. Они будут покупать товар непосредственно у производителя.
       - Какая именно торговая компания?
       - Мы еще не выбрали. Не думаем, что это будет проблемой.
       - То есть, фактически, вы лишь финансируете производство?
       - Фактически мы ведем весь проект, а также принимаем на себя некоторую ответственность по рискам, связанным с реализацией продукции. Все это будет соответствующим образом отражено в контрактных документах.
       - Очень хорошо. Вы не могли бы снять с нее одежду? Надеюсь, там все в пределах правил?
       Стив улыбнулся:
       - Конечно, сэр, мы разденем для вас девочку. Но, в случае чего, на допросе в полиции, я скажу, что это была ваша идея.
       Главный специалист рассмеялся:
       - Хорошо, Стив, хорошо. Но, я надеюсь, до полиции дело не дойдет и мы уладим все между собой.
      
       Потом, в лифте, Стив сказал:
       - Мы ему понравились. Этот мужик в собственном кабинете без окон проецирует себя на нас. А нас на себя. У него все в прошлом. Но, замещая в своем подсознании нас собой, он сможет в это прошлое как бы вернуться и все переиграть.
       - Замещая нас собой, - повторил Том.
       - А уж насчет Адаптированной Саши - видели как он смотрел на нее? Примите наши поздравления за производство впечатления. Ох, как бы он хотел уложить ее в койку! Ох как хотел бы! Я тут читал в одной книжке... Знаете, на что перво-наперво дрочат сынки и папики? - Стив взял из рук Тома Адаптированную Сашу и потряс ею перед нами. - Вот! Очень симпатичная молодая сучка, не вкусившая еще сладости греховных наслаждений.
      
       Вторая встреча состоялась через два дня. Когда мы поздоровались и сели за стол, хозяин кабинета со стеклянной дверью, которого Стив называл за глаза Старшим Садовником, сказал мне:
       - Джек, я звонил на место вашей прежней работы и разговаривал с тамошним директором Робертом Фэрлоу. Ничего не имеете против этого?
       - Нет. Вы собираете информацию, необходимую для принятия верного решения. Это нормально.
       - Ну, что ж, очень хорошо, что вы меня понимаете. Наверное, вам будет приятно узнать, что мистер Фэрлоу высоко отозвался о ваших деловых качествах, а ваше решение покинуть фирму вызвало у него, как он выразился, "громадное сожаление".
       Я кивнул:
       - Я тоже уходил оттуда практически со слезами на глазах. У нас там была отличная команда.
       Потом он похвалил наш бизнес-план - "а то, знаете, иногда такие люди приходят, что и писать-то толком не умеют", а потом стал говорить о том, что, по его мнению, нужно "откорректировать". План выпуска продукции в количестве 150 000 штук он назвал "неприемлемо рискованным", а сроки реализации продукции - "чрезмерно оптимистичными". Нам было предложено сократить планируемый объем производства до 50 000 шт. и увеличить срок реализации продукции. Объем требуемого кредита, соответственно, уменьшался до $740000. Удержать свои позиции мы не смогли.
      
       Мы переписали бизнес-план, переписали заявку, переделали другие бумаги.
       Нам пришлось посещать бизнес-семинары, курсы бизнес-подготовки и участвовать в бизнес-тренингах. На бизнес-тренингах мы продавали на улице собственные фотографические портреты или, набрав случайный номер из телефонной книги, пытались добиться того, чтобы абонент перезвонил на продиктованный номер. Говорить можно было все что угодно, запрещалось только применять обман, угрозы и подкуп.
      
       Однажды наш куратор из УДМБ сказал нам:
       - Кое-кто из моих коллег хочет побеседовать с вами.
       - Возникли проблемы? - спросил Стив.
       - Возникли вопросы, - он улыбнулся. - Чтобы не возникли проблемы, советую подготовиться к этой встрече.
      
       Задавать возникшие вопросы пришли двое в рубашках серого цвета. Но ни один вопрос не был задан. Старший из этих двоих назвал наш бизнес-план "образцовой бизнес-утопией" и посоветовал нам не строить из себя крутых бизнесменов, а открыть, для начала, автомастерскую. Тот, что помоложе, объяснил нам, что на кукольном рынке вот уже много лет десяток крупных и множество средних фирм ведут ожесточенную войну за потребителя, что рынок перенасыщен, что спрос падает и в борьбе с "игрушечными акулами" у нас нет ни единого шанса.
       Я изложил нашу официальную версию на коммерческие перспективы проекта "Саша", после меня Стив тоже сказал пару слов.
       Потом эти двое, пробурчав, что тут "в общем, есть над чем подумать и есть над чем поработать" ушли и наш куратор вышел вместе с ними. Он вернулся минут через пять, сел за стол и улыбнулся нам.
       - Ну, что ж, обменялись мнениями... - он помолчал немножко, мы тоже молчали. - Так, Фил, вообще-то, нормальный мужик. Не знаю, что на него нашло сегодня.
       Я сказал:
       - Да, он был слегка взволнован.
       - А вы со Стивом здорово выступили. Принцип дополнения, да? Холодный расчет и деловой напор. Кажется, это сработало.
       - Да, - вставил свое слово Том. - Мне тоже так показалось.
       - Ладно, ребята, - сказал наш куратор. - Ничего еще не кончилось. Последнее слово будет за комиссией. Комиссия у нас заседает в первый и третий четверг месяца, то есть это будет третье число, о результатах я вам немедленно сообщу. Я буду биться за вас.
      
       В итоге, нам уменьшили сумму кредита до $300 000. Куратор сказал: "Хорошо, что так все закончилось. Они вообще хотели зарезать ваш проект".
       - Пидоры федеральные, - прокомментировал потом все это Стив. - Только и могут, что дрочить в своих кабинетах на интернетовских телок, потому что реальные бабы им не дают, а на проституток денег не хватает.
       Нам опять пришлось переписывать бизнес-план, заявку и прочее.
      
       Мы получили, вдруг, письмо из университетского центра развития малого бизнеса.
       - Фигня какая-нибудь, - сказал Стив, распечатывая конверт. Он развернул лист бумаги, посмотрел, ухмыльнулся и зачитал вслух:
       "Дорогой Друг!
       Мы рады сообщить Вам, что Ваш ПРОЕКТ номер тэ-тэ-тэ с условным словом "ЮССИ", успешно прошел отбор и уже присутствует в топ-листе участников предстоящего КОНКУРСА "ПАРУС ТВОЕЙ МЕЧТЫ". Во, блять, мы в ТОПе! Организатором и исполнителем конкурса является Центр Развития Малого Бизнеса при институте тэ-тэ-тэ-тэ, факультета экономики малого бизнеса, тэ-тэ-тэ-тэ, а также при активном участии и помощи фирмы "ЭРКО", хо! - имел с ними дело - клиентские базы для адресной рекламы, там мы все, со всеми потрохами - вся страна, фирмы "Консультанты Майлса". Бобби Майлс. Слыхал. Бобби-Разведи-Лоха-На-Штуку-Баксов. И фирмы "Объединенные Пекари Северо-Востока".
       Жюри КОНКУРСА "ПАРУС ТВОЕЙ МЕЧТЫ" находится в составе:
       Председатель - тэ-тэ-тэ..., члены - тэ-тэ-тэ...
      
       Правила проведения КОНКУРСА.
      
       Регистрация участников конкурса. Время начала-конца: 08.30 - 09.30.
       При регистрации Вам будет объявлен порядковый номер Вашего выступления, выбранный случайно.
      
       Первый Этап. Выступления участников. Время начала-конца: 09.30 - 11.45.
       Приветственное слово от Организаторов КОНКУРСА.
       Приветственное слово от Спонсоров.
       Каждый участник делает свою презентацию ПРОЕКТА - представляет доклад-демонстрацию длительностью две минуты. Позволено с применением технических средств демонстрации и компьютерной техники, но в разумных пределах. Просьба не превышать Ваше время - после прохождения двух минут микрофон будет выключен.
       Совет: Чем разнообразнее и интереснее будет Ваш вариант представления Вашего ПРОЕКТА, тем будет лучше. Впрочем, все это решать Вам самим, мы никоим образом не хотим стеснять Вас в методах и средствах представления Вашего ПРОЕКТА. И помните об ограниченном времени на доклад!
       Для выступлений будут оборудованы две площадки на сцене. Один участник делает презентацию на своей площадке, следующий участник готовится на другой площадке. Когда выступающий перед Вами закончил, Вы должны быть уже готовы. Имейте в виду, что Жюри будет оценивать Вашу расторопность также!
       После прохождения выступления всех участников, проводятся выборы членами Жюри.
      
       Перерыв-Лэнч. Время начала-конца: 11.45- 12.30.
       Знакомства между собой, обмен мнениями, поиск полезных связей. Наши Спонсоры доступны для Ваших вопросов!
      
       Второй этап. Выступление тех участников, которые прошли во Второй Этап. Выбор Победителей. Время начала-конца: 12.30- 14.20.
       Жюри объявляет имена участников, кто прошел во Второй Этап. Во Второй Этап проходят шесть участников, которые набрали самое большое количество баллов по результатам итогов выборов.
       Каждый участник Второго Этапа отвечает на вопросы по теме реализации его ПРОЕКТА. Вопросы может задавать кто угодно. Количество вопросов одному участнику - не больше четырех.
       Совет: Подумайте над возможными вопросами, которые могут быть Вам заданы.
      
       Выбор Победителей производят зарегистрированные участники конкурса и более никто. Участники Второго Этапа в выборах участвовать не могут.
      
       Третий этап - награждение Победителей. Примерное время начала: 14.20. Примерное время конца: 15.30.
       Победителям вручаются Призы. Все чествуют Победителей!
       Приз за Первое Место - $50 000 на стартовый капитал и $75 000 - беспроцентная ссуда на 12,5 лет.
       Приз за Второе Место - $25 000 на стартовый капитал и $50 000 - беспроцентная ссуда на 10 лет.
       Приз за Третье Место - $10 000 на стартовый капитал и $25 000 - беспроцентная ссуда на 5 лет.
       А также решением Наблюдательного Совета Спонсоров учреждены дополнительные призы:
       - Специальный Приз "за Смелость".
       - Специальный Приз "за Юмор".
       - Специальный Приз "за Новизну Идеи".
       - Специальный Приз "Симпатии Профи".
       Сообщаем, что призовые денежные средства выдаются в виде сертификатов и могут быть использованы только на развитие Вашего ПРОЕКТА.
       После прохождения церемонии ВСЕМ УЧАСТНИКАМ КОНКУРСА будут выданы ПАМЯТНЫЕ ПОДАРКИ. Ага, это чтобы аутсайдеры не разбежались.
      
       Мы будем очень рады Вашему присутствию! Пожалуйста, заполните АНКЕТУ УЧАСТНИКА, которая прилагается, и вышлите ее туда-то, туда-то, до такого-то, такого-то.
      
       Полезная информация:
       Уважаемый участник КОНКУРСА тэ-тэ-тэ-тэ! Исполнительным Комитетом КОКУРСА в Ваше пользование будут предоставлены технические средства демонстрации, которые могут позволить Вам успешно и эффективно выступать и вы будете иметь хорошие возможности для этого. До начала процедуры проведения КОНКУРСА, рекомендуем ознакомиться, при помощи нашего специалиста, с характеристиками и принципами действия демонстрационной аппаратуры, чтобы Вы могли успешно использовать ее для представления Вашего ПРОЕКТА.
      
       Важная информация: Ваш Регистрационный номер: тэ-тэ-тэ, пожалуйста, имейте этот номер с собой при регистрации участников на конкурсе.
      
       ОЧЕНЬ ВАЖНО! Каждый участник должен принести с собой необходимые документы и инструментарий для оформления контрактных документов.
      
       С уважением,
       Помощник Главного Организатора КОНКУРСА "ПАРУС ТВОЕЙ МЕЧТЫ" - Старший Координатор... Младший, наверное, вообще писать не умеет. Джулия Нао. Китаянка? Китаяночка? Телефон... адрес..."
      
       Я взял письмо, посмотрел, вернул Стиву.
       - Познакомься с ней поближе и узнай подробности проведения конкурса.
       Стив позвонил Джулии и договорился о встрече через полчаса. Он поехал к Джулии, я поехал к Тому.
      
       Когда приехал Стив, мы с Томом пили чай с шоколадными трубочками, которые я купил по дороге.
       - Она, действительно, китаянка, - Стив сел за стол, налил себе чаю.
       - Ну, и? - спросил я.
       - Итак, она китаянка. Кстати, наше попадание в ТОП-30 - целиком ее заслуга. Всего будет тридцать участников, плюс пять запасных, на тот случай, если кто-то из основных не явится. Перед началом конкурса надо будет подписать контракт, по которому мы обязуемся участвовать в каких-то рекламных акциях спонсоров - как вам это?
       Он достал из внутреннего кармана куртки две помятые бумаги и бросил их на стол. Том взял первый лист, я второй. Потом мы поменялись листами.
       - Что это за "семейные ценности" в кавычках?
       - Булочки.
       - Булочки?
       - Просто булочки, - Стив повернулся к Саше. - Саша, как насчет рекламы семейных ценностей для пуританских пекарей? Есть возражения? - И объявил нам: - Она не против.
       Том спросил:
       - А что там будут за подарки?
       - Не знаю. Не удалось расколоть ее на это. Она сказала, что тогда не будет сюрприза. И еще сказала, что эти подарки она выбирала сама.
      
       Прошел третий четверг месяца - день, когда в Управлении по Делам Малого Бизнеса заседает экспертная комиссия. В пятницу утром позвонил наш куратор и сообщил, что по нашему делу принято положительное решение - нам дают гарантии под кредит. Но единовременно мы сможем получить только $150 000, а остальные $150 000 - только через девять месяцев и при условии выполнения таких-то обязательств и сдачи таких-то и таких-то отчетов. И, чтобы оформить договор с УДМБ, надо опять переписать бизнес-план.
      
       Через несколько дней мы подписали договор с Управлением по Делам Малого Бизнеса.
      
       Мы со Стивом и с Сашей начали ездить по инвесторам.
       Я знал кое-кого, кто может принимать решения, но все разговоры с этими людьми заканчивались тем, что нас опускали на более низкий уровень, к "отборщикам". Мы беседовали с "отборщиком", а через неделю или две приходило письмо с вежливым отказом и пожеланием удачи. Потом мы стали обращаться к людям, которых я знал лишь заочно. И они тоже говорили нам: "О"кей, парни, заполните бланки и передайте их господину Такомуто в комнату номер Ноль-Ноль-Эм". И не везде с нами разговаривали. Иногда только брали бумаги, говорили: "мы с вами свяжемся", а потом не сообщали, что заявка отклонена. Один раз мы прошли "отборщика" и проект похоронили на следующем этапе. Тому типу, который это сделал, Стив сказал:
       - Джон, ты навсегда останешься в истории своей фирмы как человек, который проебал контракт с "ЮССИ".
       По мнению Стива, Саша производила на "отборщиков" странное впечатление. Когда он вытаскивал ее из коробки, они поднимали брови и говорили что-то вроде: "О!" или "Здорово!", но видно было, что они немного смущены. Были и такие, которые не улыбались. Одна черная тетка в очках, с фиолетовыми губами, сказала:
       - Уберите это, пожалуйста.
       А когда она узнала, что у нас нет полного обеспечения под ссуду, то спросила:
       - Зачем вы тогда вообще сюда пришли?
       Стив встал и наклонился к ней через стол:
       - Именно затем, красотка, что нет полного обеспечения. Иначе бы мы пошли в нормальный банк а не эту сраную контру.
      
       Днем мы ездили по городу, сидели в приемных, вечером заполняли формы или вели дневники своих псевдосубъектов. Том рисовал комиксы в подвале.
      
       Когда закончились компании, про которые я что-то знал, мы стали ездить почти наугад по адресам, взятым из "желтых страниц". Уровень этих фирм мы пытались определить по телефонному разговору. "К вам приедет наш очень квалифицированный и опытный сотрудник. Он все объяснит и ответит на абсолютно все ваши вопросы. Сегодня в пять, О"кей? Где вы живете?" Как правило, Стив прекращал разговор на второй или третьей минуте.
      
       - Скажите "да", пожалуйста.
       - Алло, это "Бизнесинвест"?
       - Скажите "да", пожалуйста.
       - Алло?
       - Скажите "да", пожалуйста.
       - Зачем?
       - Скажите "да", пожалуйста.
       Стив заерзал на стуле и посмотрел на меня.
       - Да скажи ты ей "да". Или тебе трудно сказать даме "да"?
       - Скажите "да", пожалуйста!
       - Ну, "да"!
       - Скажите "да", пожалуйста!
       - Да!
       - Скажите "да", пожалуйста!
       - Да!!
       - Скажите "да", пожалуйста!!
       Стив выругался и бросил трубку.
       - Твою мать, что это было?
       - Просто у девушки проблемы с английским. Она имела в виду: "да, говорите, пожалуйста".
      
       Время от даты подписания договора с УДМБ до начала использования кредита, или, как они его называли, "период холостого хода", было ограничено. Мы не могли финансировать выпуск продукции в объеме ниже предела рентабельности и пытались убедить мужика из кабинета без окон продлить нам срок до начала использования кредита. Но он сказал, что это невозможно.
      
       Мы получили кредит под гарантии УДМБ. Кредит был целевой, обналичить его мы не могли. Одна из статей расхода в кредитном договоре называлась "аренда офисных помещений и производственных площадей". Мы решили снять офис.
      
       Я нашел помещение для офиса - две небольшие комнаты с мебелью и оргтехникой на девятнадцатом этаже двадцатишестиэтажного здания, и привез Тома и Стива посмотреть.
       Я взял ключ у администратора, мы поднялись на девятнадцатый этаж, я открыл дверь и мы вошли. Стив с Томом прошлись по комнатам, огляделись.
       - Чайничек, кофеварочка... - сказал Том.
       - Ну а как же, - сказал я. - Все как положено.
       - Да... Все как положено.
       Том заглянул в холодильник. Стив покачал и захлопнул открытую дверцу встроенного шкафа с пустыми плечиками.
       Потом мы прошли в комнату с окнами. Том поднял жалюзи.
       - Джек, я же просил тебя с видом на реку.
       - Извини, Том, не получилось.
       Том сел на лиловый диван. Стив сел за стол, достал сигареты. Я сел за другой стол. Стив закурил, приспособив под пепельницу горшочек с засохшим цветком. Том достал из кармана конфетку, развернул, сунул ее в рот, фантик расправил и сложил вдвое, потом еще раз вдвое, потом опять.
       - Ну, что? - спросил я.
       - Хуй его знает, - Том пытался сложить фантик еще раз. - Это и будет наш офис? Страховая компания какая-то.
       - А ты что хотел? Добро пожаловать в конторские будни, Том.
       - В жопу твои будни, Джек, - Том положил ноги на журнальный столик. - А что будет в той комнате?
       - Приемная.
       - Приемная?
       - Да. Там будет сидеть секретарша.
       - Кастинг секретарш я беру на себя, - сказал Стив.
       За стенкой крикнули девичьим дискантом:
       - Джордж, опять звонят из сияющих небес! Можно я пошлю их на хуй?
       Стив докурил, замял окурок в горшочке. Том развернул новую конфетку.
       - Ну? - опять спросил я. - Берем офис?
       - Берем, - сказал Стив. - Почему нет?
       - Ты как, Том?
       - Ну что ж, есть в этом даже какая-то прелесть. Берем.
      
       С наличными у нас было плохо и Стив продал акции жены. Том пытался продать свои рисунки, но получилось не очень. Мы урезали Тому недельное жалование до 120 долларов и продолжали ездить по городу и искать тех, кто даст нам деньги. Уровень контор, к которым мы обращались, опускался все ниже. После посещения одной инвестиционной кампании, офис которой располагался в здании, предназначенном под снос с неработающем лифтом, Стив сказал:
       - Так мы дойдем до гаражей и подвалов.
      
       В здании автобусного терминала, у газетного киоска, я обратил внимание Стива на первую полосу одной из газет с анонсом: "Сенаторы Саймон Баретон и Бертрам Гордон начали кампанию против публично доступной порнографии".
       - Наши клиенты, между прочим.
       - О, да! - ответил Стив.
       Он взял газету и развернул на нужной странице. Хмыкнув, показал подбородком на фотографию, предваряющую статью - оба сенатора плечо к плечу с рукопожатием и широкими улыбками, внушающими веру в успех.
       - Закоростелый святоша и ярмарочный пиздопляс, - Стив сложил газету и бросил обратно на прилавок. - Вот же тоже парочка: Джон-Пердун и галочка.
      
      
       Я написал двухминутную речь для КОНКУРСА. Стив выучил ее, а потом читал перед нами много раз, до тех пор, пока не научился заканчивать ровно на последней секунде.
       Том говорил:
       - Отлично, Стив, просто отлично, но все равно, первый приз возьмет какая-нибудь бабка с домашними пирожками или артель инвалидов-надомников.
       Стив морщился:
       - Том, не заряжайся на неудачу. Ну, что, давайте еще раз.
       Я смотрел на часы:
       - Готов?
       - Готов.
       - Четыре. Три. Два. Раз!
       - Дамы и господа!..
      
       Для выступления мы купили Стиву пиджак в секонд-хенде, хоть он и возражал.
       Мы подъехали к университету в девятом часу. На территорию университета нашу машину не пустили и мы оставили ее на стоянке возле главных ворот. Пустых мест, по случаю воскресного дня, там было много. По гравийной дорожке мы прошли через скверик с фонтаном и лавочками к учебному корпусу "Б" - четырехэтажному зданию с длинными балконами по всему фасаду и большим полукруглым крыльцом. На мраморной табличке, прикрепленной к стене было написано, что это старейшее здание университета.
       Мы вошли. Следуя указателям в виде стрелки с надписью: "Регистрация участников КОНКУРСА "ПАРУС ТВОЕЙ МЕЧТЫ", мы поднялись по лестнице на третий этаж и Стив дал высокую оценку внешности одной из студенток, обогнавших нас. "Сексист!" - крикнула она сверху, перегнувшись через перила, но смеялась при том.
       Для проведения церемонии был приготовлен Большой Зал Собраний. В фойе, перед входом в зал, стояли столы, за столами сидели люди. "Регистрация участников КОНКУРСА "ПАРУС ТВОЕЙ МЕЧТЫ" ЗДЕСЬ!" Перед каждым столом стояла небольшая очередь из двух-трех человек. Сбоку от столов - еще одна очередь за халявным кофе с булочкой. Вдоль всех стен - передвижные стенды с плакатами фирм-спонсоров. Стив осмотрел несколько плакатов и высказал свое мнение по поводу представленных там рекламных концепций: "Давайте вместе полистаем пожелтевшие страницы нашего с вами прошлого. Это ваши прадедушки и прабабушки. Они были нашими клиентами. Это ваши дедушки и бабушки. Они были нашими клиентами. Это ваши родители. Они были нашими клиентами. Полное дерьмо, деньги на ветер".
       Мы поставили Стива в очередь на регистрацию и отправились за кофе. Пока мы там стояли, к Стиву сзади подбежала китаянка-девочка и дернула его за рукав. Он обернулся, обнял ее за плечи и поцеловал в щеку. Потом повернулся к нам с Томом и махнул рукой, подзывая к себе:
       - Ребята, это та самая Джулия - наша Добрая Фея!
       Китаянка засмеялась:
       - Ну, Стив, перестань!
       Стив представил меня и Тома:
       - Джулия, это Джек - наш Генеральный Директор; Том - Арт-Директор - Главный Художник Проекта.
       Китаянка заулыбалась:
       - Очень, очень приятно, здравствуйте!
       Мы с Томом пожали ее ладошку. Она затараторила:
       - Мальчики, я собрала для вас все документы, которые необходимы, - она показала синенькую папочку, - пойдемте, сейчас мы быстро все сделаем. Пойдемте, пойдемте.
       Она подбежала к большому окну и стала выкладывать на широкий подоконник бумаги из папки.
       - Это обязательства. Если, конечно, выиграете призовое место. Но Стив так хорошо рассказывал про ваш проект - вы должны выиграть. Это контракты со спонсорами. Это тоже, если выиграете призовое место. В листе регистрации я заполнила уже все данные для вас, вам только расписаться.
       Она подбежала к одному из столов взяла там бумажку и прибежала обратно.
       - Кто будет расписываться?
       - Стив! - мы с Томом показали на Стива.
       - Стив? Он главный у вас, да?
       Стив надул щеки:
       - А то!
       - Стив, а какая у тебя должность?
       - Директор Департамента по Созданию и Поддержке Позитивного Образа Компании, - ответил за Стива Том.
       - Правда? Как интересно! Стив, правда, да?
       - Нет, моя радость, - Стив похлопал Тома по плечу. - Дружище Том шутит. Я всего лишь главный бухгалтер. Всего лишь скучный главный бухгалтер.
       Он изобразил старого сгорбленного бухгалтера в очках, проверяющего годовой отчет. Джулия расхохоталась и захлопала в ладоши.
       - Ой, Стив такой смешной шутник, правда? Ой, давайте работать, мальчики, а то я не успею. Стив, распишись вот здесь. Мальчики, давайте подписывать контракты. Это со спонсорами. Вы читали контракты? Стив брал у меня. Это спонсоры нашего конкурса. Хорошие люди. Очень помогли нам. Очень хорошие люди.
       - Да, - сказал Стив. - А Бобби Майлс, так вообще миляга-парень.
       - Знаете, да? Знаете?
       - Ну, в некотором роде. Лично, слава богу, не знаком.
       Мы подписали "Обязательства Участника КОНКУРСА "ПАРУС ТВОЕЙ МЕЧТЫ" и контракты со спонсорами.
       Нам выдали, каждому - блокнот, авторучку, книжку "ТВОЙ бизнес. Первые шаги. Сделай мечту реальностью", пульт для голосования - один на троих, одну карточку участника, один бейджик и рекламные буклеты спонсоров. Стив сказал, что книжка про бизнес, вообще-то, полагается тоже одна на всех, но нам, по блату, дали каждому по книжке. Джулия убежала, пожелав удачи:
       - Я буду очень болеть за вас!
       Мы прошли в зал, который уже понемногу заполнялся народом, нашли три места во втором ряду и сели. На экране крутили ролики без звука. Студенческий оркестр на сцене негромко дундел и бренчал вразнобой, только виолончелист, обняв свою виолончель, смотрел в зал немигающим взором. Над сценой висел плакат: "Желаем удачи участникам КОНКУРСА!" Пониже плаката висело большое табло со светящимися цифрами "120".
       Стив показал на табло:
       - Это таймер.
       - И он будет у тебя за спиной, - заметил я.
       - Да, блин... верно. Вот уроды! Что делать?
       - В любом случае - не гляди на часы. Я буду давать тебе отсчет времени. Пройдет полминуты - кивну. Минута до конца - поднимаю кулак. Полминуты до конца - поднимаю второй кулак. Десять секунд - растопыриваю пальцы и каждую секунду загибаю один палец.
       К половине десятого зал заполнился наполовину. Оркестр кончил какофонить, оркестранты сидели тихо и ждали сигнала.
       В зал вошла бабушка в сине-бело-красном цилиндре, прошлась туда-сюда, потом села недалеко от нас на свободное место. Том показал на нее пальцем:
       - А вот и бабка с пирожками. Мы в жопе.
      
       Заиграли гимн. Все встали, кроме Тома, Стив намеренно испортил воздух. Бесшумно, но очень вонюче. Потом опять возникла пауза. Открытие конкурса задерживалось и оркестр играл пока попурри из старых фильмов.
      
       Хлопнула пушка-конфети, бабка в цилиндре вздрогнула, шарик в ее руках лопнул, свет погас. Прямо над нашими головами дали очередь из лазера: "па-па-па-па-па!" - мы рефлекторно пригнулись. Оркестр грянул марш, разноцветные лучи прожекторов заметались по стенам и потолку. Последний аккорд - дирижер вскинул руки вверх. Вспыхнули огни рампы. Раздались аплодисменты, из оркестра встал трубач и под сигнал "подъем" на сцену выскочил блестящий костюм с микрофоном:
       - Всем привет!!
      
       В перерыве мы пошли пить кофе. Том вытащил припасенный заранее бумажный пакет и доверху наполнил его выпечкой.
       - Необычайно вкусно. Сделаю вам рекламу - возьму на работу, угощу коллег, - объяснил он дядьке в белом колпаке с эмблемой "объединенных пекарей".
       Стив нашел Джулию и выяснил, что мы заняли двадцать девятое место. Он сказал, что Джулия была очень расстроена и даже плакала. Мы допили кофе и ушли.
      
       По дороге домой Том подкалывал Стива:
       - Один за две минуты успел только представиться. Другой пытался рассказать про своего дедушку, который писал письмо Трумену, но мы так и не узнали, получил ли дедушка от Трумена ответ. Ну, а тот, который говорил про дырки в земной коре, был явно не в себе. Слушай, Стив, как минимум двое из этих троих нас обставили. Нет, я ничего, мне просто интересно, кого мы обошли? Кто этот абсолютный лузер? Знаешь, Стив, ты все сделал, вроде, правильно. Отработал как хорошая машина, но не это было нужно. Тебе надо было закосить под слепого нигера или неграмотного мекса. Или прикинуться бывшим зэком, твердо вставшим на путь исправления.
       Стив отвечал:
       - Неудачи в начале пути неизбежны. Так написано в той книжке про бизнес, которую нам подарили. Там еще приводятся примеры. Что касается неграмотных зэков, то их у нас, к сожалению, нет, но зато есть маленький щупленький эскимос-художник...
       - Я не маленький, я невысокий.
       - ...из неблагополучной семьи. В следующий раз, Том, ты полезешь на сцену и я говорю это серьезно. Так нужно для дела.
       Я сказал:
       - Да, это разумно. Том, как насчет должности Пресс-Секретаря?
       Том вздохнул.
       - Том?
       - Ладно, если для дела надо...
      
       - Джек, последние восемь контор пытались поиметь нас на бабки. С утра до ночи нам звонят какие-то проходимцы, я уже заебался их на хуй посылать.
       - Не надо было размещать проект-предложение в Интернете - я тебе говорил. Лучше бы ты расклеил его на автобусных остановках.
       - Все равно: нам нужен новый план, потому что денег скоро не будет даже на бензин. Кстати, через пять дней у тебя очередная выплата по кредиту.
       Мы со Стивом сидели на бревнах на берегу реки возле грузовых причалов. Стив курил. Пришла лохматая собака, махая хвостом, села напротив нас. Потом она легла.
       - Ну, что ж, - сказал я. - Значит, пришло время навестить дядюшку Скруджа.
       - У нас есть такой?
       - Есть. Живет в высоком доме с колоннами.
       - Ты про контору, откуда тебя выперли?
       - Да.
       - Они дают кредиты?
       - Вроде того.
       - И в чем проблема?
       - В том, что занять деньги у мафии было бы разумнее.
       - У тебя есть знакомые мафиози?
       - Нет.
       - Тогда звони.
       Я позвонил.
       - Слушаю.
       - Здравствуйте, мистер Фэрлоу, это Джек О'Лири.
       - А! Привет, парень. Как жизнь?
       - Спасибо, хорошо. Мистер Фэрлоу, у меня и моих деловых партнеров имеется предложение для вашей компании.
       - Да, мне говорили, что ты всюду таскаешься с какой-то гипсовой шалавой. Это ты ее хочешь нам сосватать?
       - Да. Ее зовут Саша. Это наша новая концепция игрушки для подростков.
       - Ваша новая концепция? А давно вы в этом бизнесе, ребята? Ладно, парень, пришли что там у тебя, моей секретарше. С тобой свяжутся, в случае чего.
       - Хорошо, мистер Фэрлоу.
       - Давай, удачи.
       От противоположного берега отчалила яхта. Мы смотрели как двое парней ставят парус. Стив спросил:
       - Сколько ждать звонка от них?
       - Примерно неделю.
       - Если он не позвонит - будешь перезванивать?
       - Нет. Не имеет смысла.
       Стив бросил окурок, собака посмотрела, куда упал, хотела встать, но передумала.
       Стив поднялся с бревна.
       - Ну, что? Может хватит говна на сегодня?
       Я тоже поднялся. Встала и собака.
       - Да, пожалуй. Поехали к Тому, посмотрим как там дела у него.
      
       День ото дня мы увеличивали численность своих сетевых псеводосубъектов. У каждого из нас было несколько десятков активных блогов. Малопосещаемые мы консервировали и заводили новые. На все это уходило много времени. Мы установили, что процесс идет более эффективно, когда мы собираемся втроем и имеем возможность обсуждать содержание будущих записей, сообщений и комментариев.
      
       Однажды мы сидели, как обычно, втроем, и работали. Стив хмыкнул:
       - Какая-то, блять, Неженка, девочка из хорошей семьи, играет на виолончели в университетском оркестре, а ругается как матрос. Грозиться вывернуть мою пизду наизнанку.
       Том фыркнул, потом засмеялся. Потом лег грудью на стол и долго хохотал. Мы со Стивом ждали, пока все это пройдет и Том объяснит в чем дело. Том упокоился более-менее, встал, прошел в ванную, умылся, и когда возвращался, сказал:
       - Стив, Неженка - это я.
       - Блять! - закричал Стив. - Так это с тобой я тут собачусь полчаса?!
       - Да, - сказал я. - Интересно получилось. Это к вопросу о том, имеет ли, вообще, смысл словосочетание "реальность образа".
      
       Большой Боб позвонил через восемь дней.
       Я посмотрел на высветившийся номер и включил громкую связь:
       - Алло, доброе утро, мистер Фэрлоу.
       - Привет, Джек. Я прочитал твое предложение. Есть вопросы, надо поговорить.
       - Хорошо, мистер Фэрлоу. Когда у вас есть время?
       - Джек, ты же знаешь: для клиентов у нас всегда есть время. Сегодня в два тебя устроит?
       - Вполне.
       - О"кей, подъезжай.
      
       Стив сказал:
       - Он был более ласков с тобой в этот раз.
       Я ответил:
       - Не обольщайся. В любом случае, он не упустит возможности вытрясти мелочь из наших карманов.
      
       Мы взяли с собой Тома, наказав ему не открывать там рот, пока не спросят, и Сашу. Когда мы вошли в приемную, секретарша сказала:
       - Привет, Джек, здравствуйте, господа. Он ждет вас, проходите.
       Мы вошли в кабинет, где сидел уже Шиворот-Навыворот со своей зеленой папочкой на коленках.
       Мы поздоровались, Большой Боб, сказал, рассматривая нас:
       - Привет. Садитесь, парни.
       Шиворот-Навыворот произнес: "добрый день".
       Мы сели, я представил Стива и Тома. Большой Боб вызвал секретаршу.
       - Чай, кофе, кола, минералка? Кому что?
       - Черный кофе.
       - То же и без сахара.
       - Молоко.
       Большой Боб посмотрел на Тома, потом на секретаршу.
       - Пошли кого-нибудь.
       - Вам? - обратилась секретарша к Шиворот-Навывороту.
       - Кофе без кофеина.
       - Черный?
       - Со сливками.
       Она ушла. Большой Боб достал из ящика стола папку с нашим проектом. Вытащил из папки фотографию Настоящей Саши без одежды, показал нам и спросил:
       - Вы это собираетесь продавать детям? Каким образом?
       Я ответил:
       - Да, мы полагаем, что на определенном этапе реализация Саши через магазины игрушек будет затруднена.
       - "Будет затруднена".
       - Или станет невозможной. Но есть и другие площадки сбыта, на магазинах игрушек свет клином не сошелся.
       - А если ее вообще запретят продавать несовершеннолетним?
       - На каком основании?
       - А если найдутся такие основания?
       - Но не во всех же штатах сразу.
       Большой Боб молчал.
       - Будем продавать по почте. Будем продавать в Европе и Японии.
       - Ладно. Это ладно. - Большой Боб показал на коробку, лежащую на коленях у Тома. - Это она там?
       - Да, - я достал Сашу и подал ему. - Мистер Фэрлоу, Стив подготовил небольшой доклад о результатах нашей работы на начальном этапе. Может быть, присутствующим будет интересно?
       - Может быть, - он глянул на Стива. - Пожалуйста, Стив.
       Стив говорил, Большой Боб вертел перед собой Сашу. Шиворот-Навыворот делал какие-то пометки в своем блокноте. Том под столом покачивал ногой и смотрел в окно.
       Стив закончил.
       - Хорошо, Стив, спасибо, - Большой Боб отставил Сашу в сторону. - Итак, мы узнали, что в Интернете у вас дела идут неплохо...
       Тонкая белая линия на голубом - конденсационный след самолета.
       - Через кого думаете продавать свой товар?
       Я ответил:
       - Мы еще над этим не работали.
       - Напрасно.
       Он помолчал, постукивая кончиком карандаша по Сашиному плечу, потом посмотрел на нас и сказал:
       - Зеленые вы ребята, как черешня в июне, вот что плохо, - он сунул карандаш в карандашницу и шлепнул ладонью по краю стола. - Ну ладно, спасибо, что пришли. Если будет какое-то продолжение, мы вам сообщим.
      
       Это было в среду, а на следующей неделе, во вторник, мне позвонил Дейв Уилкинсон из конторы Большого Боба.
       - Привет, Джек, это Дейв Уилкинсон. Не забыл еще меня?
       - Нет, Дейв, я тебя помню.
       - Ну, как дела, Джек? Как идет твой личный бизнес?
       - Никак не идет. Итак, Дейв, Большой Боб назначил тебя смотрящим за нашим проектом, верно?
       Дейв засмеялся:
       - Верно, Джек, верно. Ты быстро соображаешь, я знаю. Но, только, я не "смотрящий", Джек. Я сопровождающий. У нас, ведь, тут как бы солидный бизнес, верно?
       - Как бы да.
       - Вот именно. Так что, с сегодняшнего дня, я сопровождаю ваш проект, Джек.
       - Ну, что ж, Дейв, очень хорошо. Давай работать?
       - Давай, Джек, давай. Ко мне сейчас сможешь приехать?
       - Смогу. Я со Стивом.
       - О"кей. Я жду.
      
       У Дейва не было своего кабинета и мы расположились в малом переговорном зале. Дейв начал с того, что сказал Саше пару комплиментов.
       - Ну, что ж, вполне выразительная девочка. Вполне. А ну-ка, дядя, доставай свой кошелек, да? Хе-хе. Ну, что ж, в пятнадцать лет, наверное, я б и сам купил такую.
       - Скоро ты сможешь сделать это.
       Дейв сделал уважительный жест.
       - Мне нравится твой оптимизм, Джек! Ты знаешь, Джек, я очень рад, что мне придется работать именно с тобой. Ты крутился в нашей системе, знаешь правила, тебе не надо объяснять, что к чему и почему. У нас может быть разный взгляд на какие-то вещи или разные мнения по каким-нибудь вопросам - это нормально, но взаимонепонимания у нас быть не должно. Не так ли, Джек?
       - Так, Дейв. Никакого взаимонепонимания. Мы оба всё прекрасно понимаем.
       - Ну вот и замечательно. Отличное начало. Вот так и будем работать дальше, да ребята? Тем более, что наши интересы наши совпадают, верно?
       - Да, Дейв. Есть такие места, где наши интересы совпадают, это верно.
       Дейв покрутил немного колпачок ручки, потом положил ее обратно на раскрытый блокнот.
       - Ну, да... Итак, именно общность наших интересов и будет определять характер наших взаимоотношений. Мы работаем вместе, мы делаем одно дело. Надеюсь, это ясно. Ну, а теперь, пожалуй, давайте закончим вступительную часть и перейдем непосредственно к этому самому нашему делу. Объясню схему, - он опять взял ручку. - Схема простая. Инвестор, - указал ручкой на потолок. - Дает деньги нам, - показал на узел своего "атамана". - Мы даем деньги вам, - показал на меня. - Вы производите товар, - кончик ручки описал окружность. - Продаете его, - на окно. - И расплачиваетесь с нами, - на свою шею. - Мы расплачиваемся с инвестором, - на потолок. - Все просто, - жест "ву а ля".
       - Кто инвестор? - спросил Стив.
       - Извини, Стив, это закрытая информация. Это не вопрос доверия именно к вам, это наша обычная практика. Джек знает. Мы не раскрываем свои источники. Ты, ведь, был когда-то журналистом, Стив, верно?
       - Репортером.
       - Тем более. Да вам и незачем это знать. Вы будете работать с нами, а уж откуда мы возьмем деньги... Какая вам разница? Кстати, еще не факт, что инвестор даст деньги под ваш проект.
       - Сколь велики шансы?
       - А это, Стив, зависит в том числе и от того, как мы с вами будем работать. Так что, давайте засучим рукава, ребята. Прямо с этой минуты.
       - Наше ущемление?
       - Ну... Выполнение плана по освоению займа. Контроль за расходованием средств... Выпуск продукции - сроки, объемы, качество... Стандартная отчетная документация. Ничего особенного.
       - Каким образом будет осуществляться финансирование проекта?
       - Обычным. Мы открываем счет; вы, после выполнения некоторых формальностей, получаете доступ к счету.
       - Я не об этом. Это будет заем?
       - Это будет заем. А вам бы хотелось как-то иначе?
       - Просто заем? Вы - нам, мы - вам. Ничего больше?
       Дейв сложил ладони домиком.
       - Стив, я думаю, - качая крышей, - Джек тебе уже обрисовал в общих чертах основные принципы нашей работы с проектами подобного рода. Мы будем участвовать в капитализации вашей компании.
       - Хотелось бы поподробнее об этом.
       - Будет и поподробней. Стив. Мы будем обсуждать все вопросы. Я готов обсуждать все вопросы. Но сейчас мы не можем говорить о чем-то конкретном, тем более, что у нас пока нет договора с инвестором. Это все будет потом. А сейчас давайте поговорим о вещах менее абстрактных и более практичных. Начнем с бизнес-плана. Вы нарисовали отличный бизнес-план. Джек, наверное, постарался, да? - чувствуется рука мастера - но ваш чудный план никуда не годится. Нужно будет сделать новый, заточенный под тех конкретных людей, у которых мы будем просить деньги. Майкл Салливан займется этим. Вам придется плотно поработать с Майклом...
      
       Мы вышли из офиса, когда на улице уже было темно. Горели фонари, светились окна. Сияли витрины. Мимо мчались огни габаритов и фар, мигали светофоры. Мы пошли искать кафешку. Прошли мимо витрины, за стеклом которой механическая девушка играла на скрипке.
       - Старый трюк, но работает, - сказал Стив. - Он так и будет корчить из себя нашего начальника?
       - Да... Это проблема для тебя?
       - Да нет...
       - Пусть болтает. Лишь бы дело делал.
      
       В конторе Большого Боба нам со Стивом выделили по столу и поставили на кофейное довольствие. Каждый день я ездил туда, как на работу, иногда со Стивом, но чаще один и Шиворот-Навыворот показал мне однажды фотографии своих кактусов.
       Когда мы закончили с бумагами, Шиворот-Навыворот передал их в отдел выходного контроля и я поехал к Стиву. У Стива сидел Том, они пили чай и слушали музыку.
       - Контрасты, - говорил Стив, намазывая на печенье мармелад. - Контрасты, как разность потенциалов, создают напряжение. То есть, интерес.
       - Конфликт контрастов, - уточнил Том, наливая себе черный чай. - Конфликт контрастов, имеющий эстетическую сущность.
      
       Мы подписали договор аренды помещения. С услугами по охране, уборке помещения и поставке питьевой воды. Получили пропуск на подземную стоянку.
       Утром мы со Стивом приехали, чтобы начать в нашем офисе первый рабочий день.
      
       Мы вошли в приемную. Я снял пломбу с дверцы электрического щитка и повернул выключатели. На ручке холодильника загорелась маленькая зеленая лампочка. Стив выложил на буфетный стол кружки-ложки-чаи-печенья из принесенного пакета.
       Мы прошли в кабинет. Я сел за свой стол. Стив подошел к настенному календарю и оторвал лист с прошедшим месяцем. Я проверил ящики стола. Они были пусты. Включил компьютер. Система загрузилась, на мониторе появилась картинка рабочего стола. Это было домашнее фото: на веранде, за белым пластиковым столом, в белых пластиковых креслах сидит семья. Муж, жена, двое детей: мальчик лет десяти, девочка лет двенадцати. Девочка в очках. Одно стеклышко очков бесцветное, другое - черное, непрозрачное. Все смеются.
       Стив глянул на экран и сказал:
       - Не удаляй. Пусть останется.
       Я ответил:
       - Пусть.
       Стив сел за свой стол. Отрегулировал наклон и высоту кресла, потом положил ноги на стол и закурил.
       Зазвонил телефон.
       - О! Первый звонок! - Стив снял трубку. - Да. Вы не тем людям звоните...
       Он положил трубку. Телефон зазвонил опять. Стив снял трубку.
       - Да. Я же сказал вам... Да, это теперь наш адрес, но фирма... Мистер, Драновски, вы можете помолчать пять секунд? Ну Грановски, какая в жопу разница... Да? И что? Ну и что? А нам похеру. Вы нас не запугаете. Наш адвокат уделает вашего в два счета. Да подотритесь вы этим контрактом.
       Положил трубку и сообщил:
       - До нас тут и вправду была страховая компания.
       - Кстати, - сказал я. - Насчет адвоката...
       Зазвонил телефон. Стив снял трубку.
       - Да. Очень хорошо. Замечательно! А я хочу сообщить вам, Мистер Грановски, что мы тоже не дураки и наводим кой-какие справки о проблемных клиентах. У нас имеются доказательства, - я подчеркиваю: доказательства! - что на жестком диске вашего компьютера хранится детская порнография. Подумайте над этим, прежде, чем звонить нам еще раз. Всего хорошего.
       Стив положил трубку, посмотрел на меня, показал на телефон и поднял палец вверх. Мы молчали и смотрели на телефон. Телефон тоже молчал.
       - Ну вот видишь, Джек, - Стив развел руками. - И не так уж важно, правда это или нет. Что ты говорил про адвоката?
       Зазвонил телефон. Стив снял трубку.
       - Да. Здравствуйте. Смешно. Удержать клиента первые 15 секунд, верно, Феликс? Ну, ладно, Феликс, что ты продаешь? Да? Да ты что? Бесплатно? Правда? Серьезно? Ух ты! Нет, Феликс, мне это не надо. Мне ничего этого не надо. Мне вообще ничего не надо. Спасибо, нет. Феликс, мне не нужны спутниковые каналы - у меня нет телевизора. Нет, телевизор мне тоже не нужен. У меня вместо телевизора десятилетняя девочка. Я купил ее в Сомали за сто баксов. Знаешь, Феликс, какие шоу она мне показывает - что там твои кабельные каналы! Феликс, хочешь поговорить об этом?
       Стив положил трубку.
       - Этот мудак сюда тоже звонить больше не будет.
       - Он позвонит в полицию.
       - Да ради бога, пусть звонит. Это его гражданский долг. Так что там с адвокатом?
       - Я говорю: пора искать адвоката.
       - Да, я тоже думал об этом и у меня появилась отличная идея. Нам нужен...
       Звонит телефон.
       - Горячий денек сегодня! - Стив снял трубку. - Клуб педофилов слушает! Алло! Алло, говорите!
       На том конце положили трубку.
       - Так вот, - продолжил Стив. - Нам нужен лилипут.
       - Уверен?
       - Абсолютно.
       - Думаешь много у нас лилипутов-адвокатов?
       - Не знаю. Надо искать.
       - Я бы взял трансвестита. Хорошо бы пожилого.
       - Чтобы красился как шлюха.
       - И приходил на судебные заседания в женской одежде.
       - В вечернем черном длинном платье?
       - Не, это пошло.
       - В шиншилловом манто?
       - Ну... Может быть.
       - В высоких красных сапогах.
       - Да, в этом что-то есть.
       - Хорошо, даем объявление: "Начинающей перспективной фирме требуется адвокат. Лилипут или трансвестит". А вот бы нам найти лилипута-трансвестита, а Джек? Вот это, действительно, было бы круто.
       - Слово "лилипут" в объявлении придется заменить.
       - Хорошо. Мужчины и женщины ростом не выше четырех футов.
       - "Мужчины", "женщины" писать нельзя.
       - Джек, мы пишем "мужчины и женщины". Понимаешь? И мужчины, и женщины. И те, и другие. То есть, все.
       - Стив, тогда объясни, почему ты мужчин поставил перед женщинами?
       - Блядь, хорошо! Хорошо. "Люди, ростом не выше четырех футов". Так нормально? Или нас, обвинят в дискриминации по отношению к обезьянам?
       - Нет, Стив, нас обвинят в дискриминации по физическим данным при приеме на работу.
       - Ладно, не будем писать про работу, напишем так: "Для участия в шоу требуются трансвеститы и люди ростом не выше четырех футов. Вознаграждение. Обязательно наличие действующей адвокатской лицензии". Ну? Так хорошо?
       - Хорошо. Даже замечательно. Вот, только, может быть, не стоит так категорически: "трансвеститы и люди"? Может быть, все-таки, как-нибудь немножко смягчить, а Стив?
       Дверь открылась, вошел Том с папкой для эскизов.
       - Разве обязательно было вытаскивать меня в эту сраную контору?
       Он достал из папки свежие рисунки, вручил мне и Стиву, после чего сел на диван.
       - Слыхал, Джек? - Стив сидел, по-прежнему, откинувшись в кресле и положив ноги на стол. - "Сраная контора"! Том, блять, ты, между прочим, на работу пришел. Тебе, разве, папа с мамой в детстве не объясняли, что каждый нормальный человек должен по утрам ходить на работу?
       - Нет, не объясняли. Они ни разу не ходили на работу.
       - Ну что ж, - Стив убрал ноги со стола и начал раскладывать на нем рисунки. - Не у всех так удачно сложилась жизнь. А вот как по-твоему, Том, кого нам лучше взять в адвокаты: лилипута или трансвестита?
       - А почему не клоуна из цирка?
       - Да, это был бы лучший вариант.
      
       Это были рисунки для нового макета официального сайта "ЮССИ". Том посидел немного и пошел в приемную делать ревизию наших кухонных припасов. Мы попросили его заодно заварить чай.
       - Том, кстати, тут у нас обозначается грандиозный проёб с нашими, так сказать, средствами массовой, если так будет позволено выразиться, информации, - говорил Стив, одновременно проставляя красным маркером номера на рисунках. - Дело не двигается с мертвой точки, несмотря на все предпринимаемые усилия. Том, что ты думаешь по этому поводу как начальник пресс-службы?
       - Я обеспокоен, - ответил Том, шурша пакетами с печеньем и конфетами.
       - Нет, Том. Не та реакция.
       - Я чертовски обеспокоен. Полагаю, нужно что-то предпринять.
       - Вот это другое дело. Абсолютно верное решение, - одобрил Стив, положив опять ноги на стол. - В этом направлении придется как следует поработать. Вытащить проблему. Крепко взяться и вытащить.
       - Увидел Проблему - Поставил Задачу - Действуй Немедленно!
       - Проблема - Задача - Действие. ПЗД.
       - ПЗД - ключ к победе. Что-то не ладится? Применяй Волшебное Правило ПЗД! Проблема - Задача - Действие!
       - Будь активным! Две составляющие твоего успеха и успеха всей команды - активность и правило ПЗД!
       Том спросил:
       - Как можно подбросить нужную тему?
       - Кому, Том? - уточнил Стив.
       - Журналисту.
       Стив ответил:
       - Не получится. Эти ребята сразу просекают откуда что плывет. А если еще шеф обнаружит "интерес со стороны", то этому самому журналисту придется менять не только место работы, но и профессию.
       - И что, там все такие честные?
       - Да нет, всё там есть, на самом деле - и заказные статьи и скрытая реклама, но все это на другом уровне. Однако, Том, журналисты нам нужны не сейчас. Журналисты занимаются явлениями, а мы, пока, увы, не явление.
       Том вынес из приемной поднос, заставленный корзиночками, баночками и тарелочками и выгрузил все это на свой стол.
       - Мы скандал, да? Кто занимается скандалами? Репортеры?
       - Репортеры, да. Мусорщики.
       - Как можно выйти на репортеров?
       - У них есть информаторы.
       - Кто эти информаторы? Какие у них мотивы?
       - Любовники, любовницы, друзья, знакомые. Некоторые работают за деньги - небольшие комиссионные после публикации, например. Это у всех по-разному.
       - Ты знаешь таких информаторов?
       Я сказал:
       - Знаешь, Том, если трясти цепь за середину - толку не будет. Но если дернуть за первое звено - дернется вся цепь.
       - А что у нас первое звено?
       - А как ты сам думаешь: что у нас первое звено?
       - Событие?
       - Да. Информационный повод. Слушай, Том, если выкроишь минутку, может, нарисуешь нам табличку на дверь?
       Том достал из своей папки лист, нарисовал Сашу в майке с логотипом "ЮССИ". Вышел в коридор, снял с нашей двери рамочку со стеклом, вставил туда нарисованную Сашу и повесил рамочку на место.
      
       Мы заказали визитные карточки, дизайн которых разработал Том. По сто штук каждому. На визитной карточке Тома значилось: "Руководитель Пресс-Службы - Арт. Директор".
      
       На следующий день Стив принес в офис пепельницу, а я тостер. Пришел администратор. Спросил как дела, все ли в порядке. Показал на дверь:
       - Господа, у вас там висит рисунок... Снимите его, пожалуйста.
       - Зачем? - спросил Стив.
       - Затем, что эта, как бы помягче выразиться, особа находится там в весьма неподобающем виде.
       - Ну, знаете, это дело взгляда. Ну, допустим. И?
       - Вы, что, не понимаете? Эта девочка несовершеннолетняя.
       - И?
       - И у нее, извините за выражение, видны трусы!
       - Ну и что? Они иногда ходят в трусах и никто им ничего не говорит.
       - На пляже, например, они ходят в купальных костюмах, если вы это имеете в виду.
       - В трусах от купального костюма.
       - В любом случае, здесь не пляж. Господа, я вынужден просить вас придерживаться рамок установленной морали.
       - Настаиваете?
       - Да.
       - О"кей, нет проблем, - Стив открыл ежедневник, оставшийся от прежнего хозяина стола и что-то написал там. - Мы снимем вопрос с трусами, я обещаю.
       - Да уж, будьте так любезны. Я надеюсь, господа, мы больше не будем возвращаться к этой теме. Кстати, - он показал на пепельницу. - Вы знаете, что в этом городе нельзя курить в учреждениях?
       - Да иди ты! - удивился Стив. - Серьезно?
      
       Только он ушел, вошла девушка с коробкой печенья.
       - Привет, соседи! Прикольная там у вас картинка. Ну, как устроились?
       Стив убрал ноги со стола и показал на диван:
       - Привет, Кэтрин. Можно мы будем звать тебя Кейт?
       - Можно. А откуда ты знаешь мое имя?
       - На вашей двери висит табличка с именами. Я подумал: вряд ли тебя зовут Ричард или Джордж. Значит, Кэтрин.
       - Да, верно, там написано, я забыла. Примелькалось как-то.
       - Я Стив, а это Джек.
       - Очень приятно.
       Она села на диван, поставила печенье на журнальный столик. Стив встал, пошел к буфету.
       - Что будешь, Кейт: чай, кофе? Может бурбончику с утреца, для поднятия настроения?
       - Не, лучше кофе. А я вас не отвлекаю от важных дел?
       - Ни в коем случае, Кейт. Наше самое важное дело на сегодня - приятная беседа с очаровательной девушкой.
       - Спасибо, вы тоже симпатичные. А до вас тут такие мудаки были... Стучали на нас администратору что мы курим траву и на наших друзей тоже стучали.
       - Кейт, обещаю: мы никогда не будем стучать на вас, даже если вы решите взорвать детский приют.
       - Спасибо, ребята, спасибо, вы и вправду выглядите приличными людьми. Не то что те козлы. Из себя все такие правильные, а клиентов наебывали, извините за грубое слово.
       - А почему они съехали?
       - Да просто слиняли, когда стало жарко. А то к ним уже начали с битой приходить.
       Стив принес кофе, вытряхнул пепельницу и поставил перед Кейт. Она закурила.
       - Ну, рассказывай, Кейт, как вы тут живете, что за народ на этаже?
       - Да нормально живем. А народ тут разный. Коммерсанты, общественники, сектанты-мутанты, бог знает кто еще. Всякие тут есть. И такие, и растакие, и хрен поймешь какие. А вы, ребята, сами кто?
       - Продавцы грез.
       Кейт кивнула.
       - Таких тут тоже хватает.
      
       Пришла первая бумажная почта, адресованная фирме "ЮССИ" - каталог канцелярских товаров. Стив выбрал подарочный письменный набор из индийской яшмы и заказал его.
      
       Потом нам привезли плоттер, который мы купили накануне. За визитные карточки, плоттер и письменный набор мы заплатили безналом из кредита, который получили под гарантии УДМБ.
      
       После обеда пришел Том. Спросил, показывая на входную дверь:
       - А кто ей на пизде черный квадрат нарисовал?
       Стив ответил:
       - Я. На меня было оказано серьезное давление.
      
       Дейв Уилкинсон позвонил в наш новый офис:
       - Джек! Поздравляю! На самом верху принято решение о заключении с вами контракта! Давайте, быстро, ноги в руки - и дуйте сюда. Надо быстро оформить все бумаги.
       - Что с инвестором? - спросил я.
       - В отношениях с инвестором наметился прогресс, - ответил он. - Давайте, ребята, живее, пока мы не передумали. Шучу, ха-ха.
       - Пришли, пожалуйста, контракт, Дейв. Мы посмотрим.
       - Джек! Контракт должен быть подписан сегодня. У нас жесткие сроки. Мы не можем терять время.
       - Дейв, чтобы не терять время, пришли контракт прямо сейчас.
       - Ну, Джек... Я не знаю, как к этому отнесется мистер Фэрлоу...
       - Нормально отнесется.
       Он прислал договор через пять минут.
       Я распечатал себе и Стиву и мы стали читать.
      
       Нам давали ровно столько, сколько мы просили.
       На финансирование выпуска первой партии в 150 000 единиц товара выделялось $2662500. Из этой суммы $2023500 предоставлялось нам в качестве ссуды, остальное шло на участие в начальном капитале, благодаря чему Большой Боб имел на старте пай размером в 24%. Ссуда выделялась на два года под 7,28% годовых. Сроки выплат по ссуде зависели от темпов реализации товара. Первый платеж - после реализации 85% первой партии. Далее предусматривалось финансирование выпуска второй партии в 400 000 единиц - $6020000 и третьей партии, 600 000 единиц - $7500000. Объемы второй и третьей партий товара и, соответственно, размеры второго и третьего транша могли уточняться в зависимости от конъюнктуры и прогнозов. При исполнении Большим Бобом всех своих обязательств, привлекать инвестиции из иных источников, по условию договора, мы не могли. По реализации каждой партии, предусматривалось проведение терминатора - фиксации долей капитала каждого пайщика. Второй и третий транш распределялись между нами и Большим Бобом пропорционально долям, определенным после терминации.
       Средства для выплат по ссуде мы могли брать только из прибыли от своей доли. Средства на капитализацию "ЮССИ" мы могли брать только из оставшейся части прибыли после выплат по ссуде. Большой Боб мог направлять на капитализацию "ЮССИ" прибыль от своей доли и наши выплаты по ссуде.
       Я посчитал, при каких условиях ББ получит 50% капитала ЮССИ плюс один доллар. Это было реально.
      
       Существовал только один способ смягчить угрозу - убедить "Резинапластиктехнологии" снизить цену за единицу товара. Мы позвонили директору "РПТ", но он отклонил предложение встретиться, а телефонные переговоры закончились ничем.
      
       Мы сделали кое-какие правки в договоре. Контракт с поправками отправили Дейву Уилкинсону. Через день он позвонил:
       - ... Ну что ж, ребята, все ваши поправки приняты, кроме тех, что касаются условий инвестирования и расчетов по ссуде.
       Дейв молчал, ожидая моего комментария. Я тоже молчал.
       - Ну что, вы, наконец, будете подписывать контракт?
       - Да.
      
       - Хуево, - сказал Стив.
       - Надеялся на что-то?
       - Да нет, в общем...
      
       Мы забрали Тома и поехали в контору Большого Боба подписывать контракт. Том по такому случаю надел галстук.
      
       По дороге мы слушали музыку. Все молчали.
      
       Когда Стив вылезал из машины, у него порвался шнурок на туфле.
       Том пошел за мороженым.
       Когда Том пришел с мороженым, Стив пошел за сигаретами. Потом мы ждали, пока Том доест мороженое.
       Подошел постаревший Джимми Хендрикс, сказал, что есть хорошие часы недорого.
       - Джимми, где твоя гитара? - спросил его Том.
       - Сменял на чеки, - ответил Хендрикс и отошел.
       Том доел мороженое, мы зашли в здание.
       На одном из этажей в лифт вошла дама в деловом костюме и стала напротив Тома. Когда выходила на своем этаже, сказала:
       - Клёвый у тебя галстук, мальчик.
       Мы зашли в приемную Большого Боба. Кроме секретарши там сидел в кресле Майкл Добсон, участвующий в нашей сделке в качестве обоюдодоверенного юриста.
       Мы поздоровались. Секретарша попросила нас подождать:
       - У него сейчас Тертон Младший.
       - А кто это? - спросил Том.
       Мы сели на диван, секретарша предложила прохладительные напитки.
       Минут через двадцать дверь кабинета открылась. Вышли Большой Боб и Тертон Младший. ББ кивнул нам и проводил мистера Тертона до дверей приемной. Проводив его, он подошел к нам - мы встали - и поздоровался.
       - Привет, Майк. Привет, Стив. Привет, Джек. Извините за задержку - трудно было отделаться от этого зануды. Привет Том. Отличный галстук, где такой купил?
       Мы прошли в кабинет. Расселись за столом, Большой Боб сел в свое кресло. Посмотрел на нас.
       - Я полагаю, все вопросы улажены и остается лишь подписать контракт, верно?
       - Да, мистер Фэрлоу.
       - Тогда приступим.
       Большой Боб достал из ящика стола три одинаковые синенькие папочки и двинул их ко мне.
       Я прочитал контракт, достал ручку и подписал первый экземпляр договора. Подвинул папку к Стиву. Стив достал ручку, подписал, подвинул папку к Тому. Я подписал второй экземпляр договора, подвинул его к Стиву. Стив подписал второй экземпляр договора, подвинул его к Тому. Я подписал третий экземпляр договора, подвинул его к Стиву. Стив подписал третий экземпляр договора, подвинул его к Тому, передал Тому ручку, Том подписал все три экземпляра договора и подвинул их мне.
       Две папки я положил на стол Большому Бобу, третью оставил себе. Большой Боб убрал одну папку в ящик стола, другую передал опять мне, указав на Майкла Добсона. Я передал папку Стиву, Стив передал папку Добсону. Добсон пролистал контракт, спрятал в свой кейс и сказал:
       - Господа, я удостоверяю факт заключения контракта.
       Он встал.
       - Господа, будут ли у вас ко мне еще какие-либо поручения?
       Все промолчали.
       - В таком случае, разрешите откланяться. До свидания, Боб.
       - Спасибо, Майк. Удачи.
       - До свидания, господа, - сказал он нам уже на ходу.
       - До свидания, - ответил я.
       Майкл Добсон вышел.
       - Да, насчет продавца. Есть один парень, - Большой Боб оторвал от пачки стикеров верхний листок, написал на нем телефон, имя и протянул мне. - Соображает не слишком быстро, но хватка у него хорошая.
       Я взял листок и сунул в нагрудный карман.
       - Дейв будет и дальше работать с вами. Не обижайте его.
       Мы со Стивом встали. Том посмотрел на нас и тоже встал.
       Встал и Большой Боб и вышел из-за стола.
       - Еще два слова, парни, - сказал он. - Уровень обеспечения займа по этому проекту очень низкий. Сделка не застрахована - ни одна страховая компания не подпишется на это. Наши потери, в случае провала, никто не будет компенсировать. Господа, очень не хотелось бы доводить до этого.
       - Нам тоже очень не хотелось бы доводить до этого, - ответил я.
       - Да, это понятно, но сейчас я про себя говорю. Держите меня в курсе всего. Дейв хороший парень, но не всегда он догоняет. Если что - звоните напрямую, не стесняйтесь.
       - Хорошо, мистер Фэрлоу, - сказал я.
       - Ну, что ж, удачи, Джек.
       Он протянул мне руку.
       - Спасибо, мистер Фэрлоу. До свидания.
       Он подал руку Стиву.
       - Удачи, Стив.
       - Все в наших руках, мистер Фэрлоу.
       - Да, Стив, верно. Все в ваших руках. Удачи, Том, - подал руку Тому.
       - И вам того же, мистер Фэрлоу.
      
       Мы шли по коридору к лифту, Стив и я впереди, Том сзади. Вышли в холл с диванами и водяными стенами. Двое сидели на диване.
       - Привет, - сказал им Том. Как дела?
       - Прекрасно, - ответили они - Как ваши?
       - По уши в говне.
       Стив нажал кнопку вызова лифта, Том переключил плеер на динамик и поставил максимальную громкость. Этажом ниже вошли двое с кейсами, стали к нам спиной. Том со Стивом начали делать вид, что поют, шевеля губами, закатывая глаза и качая головами в такт музыке.
      
       На следующей неделе мы подписали договор с "Резинапластиктехнологии" о совместной реализации инвестиционного проекта "Производство продукта "Саша-001А". Директор "РПТ" открыл шампанское и сказал, что два ноля перед единицей внушают оптимизм.
      
       Я позвонил продавцу, телефон которого дал Большой Боб. Его звали Бенжамин Фукс он был главой фирмы "Братья Шнайдер и компаньоны". Он приехал, смотрел на Сашу и качал головой:
       - Сто пятьдесят тысяч? Я вам, что, Санта Клаус? Я не смогу столько пристроить. Да с чего вы, вообще, решили, что это будут покупать?
       Стив сказал, открывая пиво:
       - Бен, ее будут покупать.
       - Это новый товар. За два месяца продать 150 000 - нереально.
       Стив сказал, двигая к продавцу открытую бутылку:
       - Бен, мы проводим очень серьезную рекламную кампанию.
       - Вы? - продавец схватил со стола сигареты и сунул в карман. - Что вы мне тут мозги парите? За кого вы меня считаете? Вот, что, парни: я куплю триста штук для начала, а там посмотрим.
       - Бен, ты возьмешь пятьдесят тысяч. Но. Деньги отдашь только за проданный товар. С розничными продавцами договаривайся сам. Накладные расходы, отнесенные к нереализованному товару, мы возместим.
       - Вы оплачиваете накладные расходы за непроданный товар?
       - При продаже первой партии.
       - Оплачиваете?
       - Да.
       - Это будет в договоре?
       - Да.
       - Тогда я согласен. Но вы должны будете сделать гарантийный взнос. Это на тот случай, если накладные расходы превысят прибыль.
       - На какую сумму?
       - Восемь процентов от суммы сделки - девяносто тысяч.
       - Хорошо. Но только без посредничества страховых компаний. Положим в банк на особый счет.
       - Идет.
       - Еще пива, Бен? - предложил я.
       - Давай, - ответил он.
       Я принес еще пива из холодильника.
       - Только не распихивай наш товар по дальним углам. Для первой партии нужны большие магазины больших городов. Это часть нашей рекламной стратегии. План поставок - сколько, куда, размер партий - ты должен будешь согласовать с нами.
       - Ладно. Это можно.
      
       Когда он ушел, я спросил Стива:
       - Ну как он тебе?
       - Нормально, - ответил Стив. - Добрый дядька. Шесть бутылок выпил - и хоть бы что. Только щечки зарумянились.
      
       Нужно было разогреть толпу перед выходом хедлайнера. В то время количество публикаций в масс-медиа по теме педофилии несколько уменьшилось. Также снизилась частота употреблений в Сети слов "педофил", "педофилия", "педофильский", "педофильный", "педофелический". Уже два месяца не было значительных скандалов. Мы искали темы.
       Стив как-то принес картинку, на которой голая тетка стегала прутьями голого же мальчика:
       - Гляньте, как вам это?
       - Убери немедленно эту гадость, - сказал Том. - Вот за это тебя точно отправят на нары.
       - Да, - согласился я, разглядывая рисунок. - Детская порнуха, сто пудов. Да еще и садо-мазо. А у мальца писюн торчком, походу, возбудился в процессе.
       - Ага, сюжетец еще тот, - сказал Стив. - Знаете, между прочим, где это висит?
       - Метрополитен-музей, - сказал Том.
       - Именно. Метрополитен-музей. А туда, между прочим, водят школьников.
       - И школьниц, - добавил Том.
       - Да, - вздохнул Стив. - Школьниц, да. Ох уж эти блестящие любопытные глазенки, да. Пострелушки-проказницы. Сейчас я буду писать закладную прокурору на администрацию этого, так называемого, музея. Хорошо бы еще автора привлечь, да, наверное, уже нельзя.
       - Нельзя, - подтвердил Том. - К тому же, он француз.
       - Француз! - воскликнул Стив. - Ну конечно! Француз - я так и знал! Вот всю дорогу из этой Европы всякая дрянь лезет к нам. Конопля, битласы, коммунизм...
       - Ладно, что ты предлагаешь?
       - Общенациональная программа по ревизии музейных фондов.
       - Сенатская комиссия?
       - Да. Сенатская комиссия. Экспертная комиссия. Окружные рабочие группы на постоянной основе. Координационный центр при Институте музейных и библиотечных услуг.
       - Библиотеки тоже потрясти надо. В школьных вообще хуй знает что твориться, говорят, там даже Библия есть.
       - Проблема, Стив: в Законе сказано "изображение".
       - Но почему там остались незатронутыми любые явно сексуально выраженные материалы, имеющие отношение к несовершеннолетнему, воспроизведенные с помощью букв, иероглифов, клинописи, рунических, символьных и иных письменных знаков?
       - А также жестов и азбуки глухонемых. Недочет. Но к этому мы еще вернемся.
       - Финансирование из федерального бюджета.
       - И списки, списки, списки...
       - Обычную порнуху убрать в запасники. Детскую - уничтожать в присутствии общественности и прессы.
       - Облить бензином и поджечь.
       - Ладно, но каковы реальные шансы?
       - Да хуй его знает. Ну, если не получится, распространим информацию о том, что кое-кто пытается инициировать принятие закона о зачистке музейных фондов.
       - Кое-кто?
       - Некие силы.
       - Высшие? Потусторонние?
       - Некие люди.
       - Какие люди? Придется сказать кто они. По крайней мере, кого представляют.
       - Да кто-нибудь поддержит, не проблема. Долбоебов разных много.
       Мы отправили несколько десятков писем от имени мистера Луиса Кэрролла.
       Из газеты "Словом, крестом и мечом" пришел серьезный ответ, но публиковать материал по нашей теме они не стали. "Ассоциация христианских полисменов на пенсии" прислала, безо всяких комментариев, бланк анкеты-заявления о вступлении в их ряды. Кто-то предложил купить, на паях, хорошую ферму в Небраске. Еще были разного рода спасатели душ. Тема детской порнографии в музеях их не сильно взволновала, но зато они очень настойчиво просили сообщить номер телефона и почтовый адрес, приглашали на семинары, вечера отдыха и пикники, а также окольными путями пытались выведать, есть ли у дорогого мистера Кэрролла какая-нибудь недвижимость, постоянная работа, и в какой именно сфере он имеет честь трудиться. Стив сначала поиграл с ними немного, прикинувшись уставшим от реальности писателем-миллионером, но это ему быстро надоело и он отправил им всем прощальное письмо, сообщая, что хочет свести счеты с жизнью, а свои миллионы, во искупление прошлых грехов, отдать в фонд помощи детям Сомали. После чего забанил их е-мейлы.
      
       От своего имени мы отправили письма сенаторам Саймону Баретону и Бертраму Гордону. Ответил Баретон. Он выразил благодарность и понимание, заверил, что разделяет нашу озабоченность, а также передавал наилучшие пожелания от мистера Гордона, сенатора.
       Другая тема пришла мне в голову когда я ехал домой после работы. Утром в офисе я зачитал основные тезисы.
       "Они говорят, что рождаются такими и в этом нет их вины. Их одиночество. Их страх. Вечный страх получить клеймо изгоя из изгоев. О, господи, их даже жалко. Давайте уж дадим этим бедолагам какую-нибудь социальную программу адаптации, что ли?
       Но кем они становятся? Что, астрономами? Смотрителями маяков? Наверное лесничими, да? Нет. Они выбирают другие профессии.
       Хитрые и осторожные, они умеют ждать. Годами, десятилетиями они делают ЭТО с нашими детьми. С вашими детьми. С твоим ребенком.
       Все те жуткие факты о которых нам становится известно - лишь единичные случаи, всплывающие из бездны. Что там, в глубинах темных вод? О многом мы не узнаем никогда. Никто об этом не узнает никогда.
       Скоропостижно скончавшееся светило детской психиатрии. Автор трудов, лауреат премий, член академий. С великими почестями похороны и трогательные речи. Дети выпускают в небо шарики. Дочь разбирает бумаги. Фотографии в запертом ящике стола. "О, нет! Что это!!?"
       Вы никогда не распознаете их. Нет способов отличить их от нормальных людей. Вам остается только ужасаться когда вашего соседа в наручниках сажают в полицейскую машину: "Как? Мистер Джонс? Не может быть! Такой милый джентльмен... Боже, Лола ходила к нему на День Благодарения!"
       Так что же нам делать? Держать детей взаперти? Приставить к ним охранника?
       Есть простое и эффективное решение.
       Вся процедура выглядит как несложный медицинский тест. Человеку показывают разные картинки и фиксируют изменения некоторых параметров: артериального давления, пульса, реакции зрачков. Всего лишь пара датчиков на теле как при съемке кардиограммы, даже не надо на член одевать специальный обруч.
       И в самом деле: летчики, водители автобусов, машинисты поездов обязаны проходить медицинскую комиссию, это в порядке вещей, а как же те, кому мы доверяем своих детей? Все эти учителя, педиатры, тренеры?
       Наказания ужесточаются, ситуация не меняется. Пока мы смотрим телевизор, в соседнем доме, на соседней улице совершается очередной акт насилия. Вы уверены, что с вашим ребенком не случится ничего подобного? Нет, вы не уверены, вы просто надеетесь на это. Послушайте, но это рулетка какая-то получается: выпадет - не выпадет.
       На наших детей ведется охота.
       Ждешь пока твоей дочке или сыну в рот сунут член?
       Защити своего ребенка!"
       - Перспективная идея, - одобрил Стив. - Какой родитель скажет "нет" такому закону? Можно начинать составлять список должностей и профессий.
       - Продавцов мороженого не забудьте включить в этот список, - подал свое предложение Том. - Не уверен что там нужен детский психиатр, он сбивает ритм. - Вообще, это сюжет для актуального фильма. Она долго мучается, терзается, опять мучается, потом решает разыскать его жертвы. Кто-то захлопывает перед ней дверь. Кто-то плачет. "Оставьте меня! Я хочу забыть все это!" Столько лет прошло. Портреты. Кто-то сломался, кто-то как-то все это пережил.
       - Да, - сказал Стив, - Да. Было бы неплохо снять такой фильмец. Запишем это в свои деловые ежедневники в раздел "Перспективные планы".
       Мы отправили письмо сенатору Баретону, а кроме того в "Национальный центр пропавших и эксплуатируемых детей", "Христианскую детскую лигу" и министерство юстиции.
       Сенатору наша идея понравилась. Потом он написал, что переговорил кое с кем и есть обнадеживающие результаты.
       Все письма сенатору мы подписывали так: "С уважением, активисты "Независимого христианского Интернет-союза": Джек О"Лири, бизнесмен; Стивен О"Лири, бизнесмен; Томас Колиндир, художник, бизнесмен".
       "Независимый христианский Интернет-союз" был создан нами полгода назад и с тех пор в него вступило около сотни членов, из которых реальных людей было больше половины.
      
       Для согласования графика отгрузки товара мы со Стивом и продавцом Фуксом ездили в "Резинапластиктехнологии". Познакомили продавца Фукса с директором "РПТ" и замом по производству. Был там, также, зам по маркетингу и еще пара человек. Еще мы дали объявления о найме сотрудников для будущих филиалов ЮССИ в Калифорнии и Техасе.
      
       Вскоре между фирмами "Братья Шнайдер", "РПТ" и "ЮССИ" был подписан трехсторонний договор.
       По договору мы не покупали товар у "РПТ", но брали обязательство возместить "РПТ" все затраты на производство товара согласно прилагаемой смете. "РПТ" выплачивала нам премию за использование бренда "Саша". Мы также брали на себя обязательство возмещать "Братьям Шнайдер" и "РПТ" ущерб от выплат по искам, если они будут предъявлены в связи со "специфическим сексуально-провокативным образом" продукта, изготавливаемого и реализуемого в рамках указанного договора.
      
       Мы получили первый транш от Большого Боба. Перевели полмиллиона долларов на счет "РПТ". Увеличили Тому еженедельную зарплату до 225 долларов. "РПТ" начал закупать новое оборудование и материалы.
      
       Кроме этого, они начали работы по размещению части заказа на площадях субподрядчиков в Орегоне и Индиане.
       Потом я ездил в контору Фукса и работал там с его командой над графиком поставки товара в розничную сеть. Мы выбрали для начала примерно 1200 мест реализации в 176 городах 42 штатов. Большие магазины игрушек, сетевые магазины детских товаров, детские отделы крупных универмагов и тому подобное. Также мы подготовили резервный список торговых точек на тот случай, если реализация товара через магазины детских товаров станет невозможной. Продавец Фукс не понимал, зачем нужна вторая линия реализации товара. Мы пытались ему объяснить.
       - Ну, понимаешь, нам могут предъявить претензии по поводу того, что она слишком сексуальна.
       - Да они сейчас вообще чуть не голые ходят. Ваша еще прилично выглядит.
       - Вот эта часть, например.
       - Ну и что? Жопа как жопа.
      
       Региональные филиалы дилерской сети Фукса приняли к исполнению план реализации товара "Номенклатура 001А" и начали заключать контракты с сетевыми торговыми компаниями и отдельными магазинами.
       Этап закупки и перевозки оборудования прошел без проблем. Мы ездили в РПТ, наблюдали за монтажом оборудования, согласовывали изменения в проекте производства продукции. Были совещания и рабочие встречи. И приходилось постоянно сдерживать попытки инженеров РПТ что-нибудь оптимизировать или упростить.
       Проблемы появились на этапе наладки оборудования. Система управления технологическим циклом холодной отливки не желала работать. На той же линии неправильно запрессовали уплотнение верхней крышки блока конденсаторов, после чего крышка герметично уже не закрывалась. Ее надо было менять. То есть, заказывать новую у поставщика. Продавец Фукс говорил, что, если мы сорвем график выпуска товара, то график поставок тоже полетит к черту. Дейв Уилкинсон - куратор из конторы Большого Боба, звонил нам каждый день, интересовался как успехи. Между делом еще пришлось писать отчет в УДМБ об использовании кредита и реализации бизнес-плана. "Что-то дохуя у нас кураторов", - заметил по этому поводу Стив.
      
       Стив и я отправились по маршруту Индиана-Орегон-Калифорния-Техас-Джорджия-Кентукки-Пенсильвания-Виргиния чтобы познакомиться с дилерской сетью Продавца Фукса. В Индиане и Орегоне мы осмотрели фабрики субподрядчиков "РПТ".
       Директор фабрики в Индиане просил не афишировать участие его фирмы в этом проекте и беспрестанно поминал незапятнанную репутацию и контракт с "Боингом". В Орегоне местные ребята смотрели на нас с любопытством. Когда мы завели разговор о перспективах наращивания мощностей для производства второй партии, главный технолог спросил:
       - А вы, парни, уверены, что дело дойдет до второй партии?
      
       В Калифорнии и Техасе мы проводили собеседование. В Калифорнии было много психов. Один заявил что не уйдет, пока не получит эту работу. Его пришлось насильно вытаскивать из гостиничного номера. Потом он вернулся. Мы выбрали парня в инвалидном кресле, в одиночку выпускающего в Сети три газеты, два журнала и ежедневную десятиминутную новостную программу. Представителем ЮССИ в Техасе стал социальный психолог из университета. На наш вопрос: зачем ему эта работа, если у него уже есть одна, он ответил, что именно эта работа ему крайне необходима, потому что он пишет диссертацию "как раз по этой теме". Мы спросили: по какой теме, он сказал, но мы ничего не поняли. Его звали Джон Браун.
      
       В Ричмонде, на распродаже всякого хлама, мы увидели старый гипсовый манекен. Это был совсем юный паренек с отколотой частью черепа и нереально радостным лицом блаженного идиота. Паренек был для смеха наряжен в нейлоновое свадебное платье и в руке держал маленький букетик бумажных цветов. Увидев паренька, Стив закричал:
       - Да! Улыбайся всегда! Да! Он мой! Я возьму его за любые деньги!
       - За шесть баксов он твой вместе с бабушкиным платьем.
      
       Сначала из окошечка, закрытого черным резиновым фартуком, выехали ноги, ступнями вперед, с багажной биркой на щиколотке - шутка работников багажного отделения. Сенатор от штата Луизиана, потянувшийся за своим чемоданом, отпрянул. Маленький мальчик заревел, Стив сказал ему:
       - Не надо плакать, сынок, бабушка просто уснула.
       Малец разревелся еще пуще. Выплыл торс с протянутыми к людям руками. Стив подхватил торс, обнял, похлопал по спине: "Теперь нас никто не разлучит!", я взял ноги и мы пошли на стоянку такси.
      
       В офисе сидел Том и пил чай. Стены кабинета были увешаны рисунками, сделанными за последнюю неделю.
       - Ну, - спросил Стив. - Как тут дела?
       - Да все нормально.
       - Звонки были?
       - Да. Звонил Пол Блум, просил передать мистеру Лайонсу, что цены на пшеницу во вторник стопудово рухнут.
       - Хорошо, - сказал Стив. - Все?
       - Все. Чё за мальчуган?
       - Пепе Поделись Улыбкой, - Стив огляделся, прикидывая, куда поставить. - Думаю, вы поладите.
       - Возможно, - согласился Том. - По крайней мере, драться за место на парковке мы точно не будем.
       Я поставил ноги Пепе возле стеллажа для документации.
       - Как тут?
       Стив приладил торс, отступил на два шага, посмотрел.
       - Нормально, только повернуть лицом приветственно ко входу.
       - Приходящихутром своей встречает улыбкой неподражаемой Бодрящий Пепе, - Том приветственно поднял кружку. - За работу, брат мой!
       Стив пошел делать кофе:
       - Черт возьми, нам давно уже нужна секретарша.
       Мы сели за столы.
       - Ну так и что? Какие будут мысли?
       - Коп? Славные пятидесятые.
       - Нет, пожалуй.
       - Мерилин Монро. Родинку и парик.
       - Гитлер. Усы приделаем и челку.
       - Эсэсмен.
       - Коммивояжер.
       - Пилот гражданской авиации.
       - Сутенер из Майами. В розовой рубашке.
       - Больничная пижама.
       - Врач.
       - Стоматолог?
       - Может быть.
       - Патологоанатом.
       - Ковбой.
       - Красная резина.
       - Школьник с ранцем за спиной.
       - Смокинг.
       - Тореадор.
       - Пьеро.
       - Пьеро - неплохо. А, Джек?
       - Не надо "неплохо", надо "хорошо". Когда оно придет, вы поймете сами.
       - Мексикос в пончо и сомбреро.
       - С гитарой.
       - Элвис.
       - Мелкий конторский служащий начала прошлого века.
       - Тогда прикид потертый должен быть.
       - Можно состарить.
       - Нет, подделка не пойдет. Нужен дух эпохи. Что, Том, разве я не прав?
       - Конечно прав, Стив, ты ведь сам в это веришь.
       - Уборщик.
       - Бойскаут.
       - Пастор.
       - Астронавт.
       - Инопланетянин.
       - Бомж.
       - Сборщик налогов.
       - Иисус Христос.
       Все посмотрели на Пепе.
       - Ты думаешь?
       - Ну а чё, блять, смотрите - он всех любит.
       - Иудой он будет круче.
       - Да, пожалуй, - Стив встал. - Кому еще кофе? Всем?
       Собрал пустые чашки.
       - Нет, нам точно нужна секретарша.
       Принес всем кофе, расставил по столам, подошел к Пепе, сказал, глядя на манекен:
       - Том, ты ж у нас арт-директор, кажется. Генерируй, блять, идеи.
       - На компьютере можно подбирать одежду, - предложил Том.
       Я не поддержал:
       - А что, воображение больше не работает?
       - Халат, тапочки, пульт от телевизора в руке.
       - Почему стоит? На диване должен сидеть.
       - Приперлись гости - встречает. Женина родня.
       - Слишком сложно.
       Я сказал:
       - Это должно быть что-то из сферы обслуживания.
       - Заправщик?
       - Да, что-то в этом роде.
       - Гостиничный бой.
       - Человек-хот-дог.
       - Черепашка-ниндзя.
       - Человек-презерватив.
       - Человек-бобер.
       - Человек-банкир.
       - Космический газонокосильщик.
       - Заботливый курьер.
       - Бесстрашный принтер.
       - Отчаянный копир.
       - Распутный нож для разрезания бумаги.
       - Застенчивые жалюзи.
       - Изменчивый пиджак.
       - Напрасный галстук.
       - Запальчивый кондиционер.
       - Напыщенный параграф.
       - Закончившийся почтальоном.
       - Рождающийся в понедельник.
       - Разбрызгивающийся спозаранку.
       - Покачивающийся над мечтою.
       - Запоминающийся над горизонтом.
       - Непролонгированный изрядной кодлой.
       - Герметизированный на запястьях.
       Открылась дверь, раздался голос Кейт:
       - Ребята, я возьму у вас пару бокалов, а то к нам гости пришли?
       - Запутанный в стекле.
       - Забытый сахар.
       - Кофейник обнаженный.
       - Избыточная коробка с чаем.
       - Халва-супергерой.
       - Что мы споем о штопоре блестящем?
       - Что скажем о Пепе?
       - Что скажет он о нас?
       - И что напишет он в своих воспоминаньях?
       Кейт выглянула из приемной:
       - Это что у вас игра такая? Вы курили, да? Господи, кто это?
       - Еще один рекрут корпорации "ЮССИ". Как он тебе?
       - Похож на того дауна в кафешке, где мы обедаем.
       - Официантка! - закричали Том и Стив.
       - Не, он посуду со столиков собирает.
      
       Форму официантки для Пепе мы решили заказать в солидном ателье.
       - Где уже сто лет шьют солидные костюмы для солидного бизнеса, - поставил непременное условие Стив.
       Том добавил:
       - И там должен быть закройщик. Не "имидж-дизайнер" неизвестного пола, а старый добрый закройщик с портняжным метром на шее.
      
       Из двух дюжин ателье, взятых на "Желтых страницах", после телефонного обзвона осталось одно. Пока мы выбирали ателье, Том рисовал форму.
       Когда все было готово, я взял ноги, Стив - торс, Том - папку с эскизами и мы отправились в путь. По пути заехали в магазин, купили Пепе туфли и две пары чулок - черные и белые.
       В ателье мы сказали чего именно мы хотим и показали эскизы.
       - О"кей, - сказал закройщик. - Симочка, будь ласкова, сделай джентльменам калькуляцию.
       Симочка сделала нам калькуляцию в красивой рамочке. В графе "Итого" стояло: "$462". И еще плюс 20% за срочный заказ.
       Мы переглянулись, но заплатили. Стив, выписывая чек, пробурчал:
       - Вот наглядная демонстрация выгод массового производства.
       Мы оставили Пепе в ателье и вернулись в офис.
      
       Стив привел секретаршу - тетку лет тридцати пяти, в очках с толстыми линзами. В ответ на наши с Томом взгляды, пожал плечами: "Бизнес прежде всего". Секретаршу звали Марта. В свой первый рабочий день она вымыла холодильник и подружилась с Кейт из соседнего офиса.
      
       Однажды, когда я приехал в "Резинапластиктехнологии", меня встретил директор с особенным лицом. Он повел меня в цех и по дороге рассказывал анекдоты. Я понял, что будет сюрприз.
       В цехе, возле ряда баков с пластификаторами стояли люди: главный технолог, помощник по производству, начальник отдела маркетинга, пара инженеров и еще кто-то. Все они приветственно улыбались. Они стояли у стола, вынесенного для этого случая из будки начальника смены. На столе был помещен некий предмет высотой 15 дюймов, покрытый черной пластиковой пленкой. Мы подошли, люди, стоящие у стола торжественно поздоровались со мной.
       - Итак, господа! - потерев руки, оглядев всех присутствующих, директор сдернул пленку и она предстала перед нами.
       Армейские ботинки. Короткая юбка. Белая майка без рукавов, на левой груди лагерный номер и черный треугольник - знак "антиобщественный элемент". Красно-белый круг на спине - "склонен к побегу". На запястьях - браслеты в виде наручников с разорванной цепочкой. Ее лоб над правой бровью украшал вполне симпатичный шрам. В комплект также входили колечки для пирсинга, карандашики для макияжа, набор наклеек-татуировок, чистый плакатик, на котором можно написать все, что угодно, и пистолет "Кольт M1911 A1".
       Две девушки из модельного агентства, одетые как Саша, выкатили столик с шампанским. Открыли бутылки и наполнили бокалы.
       Мы взяли бокалы, выстроились перед столом, на котором стояла Саша и одна из девушек фотографировала нас.
       Директор сказал речь:
       - Дамы и Господа! Посмотрите на эту юную леди! Посмотрите! Она прекрасна, не правда ли? Она прекрасна! И у нее все только начинается! Абсолютно все! И это замечательно, это просто здорово, черт возьми! Что ждет ее на жизненном пути? Какие испытания? Какие крутые повороты? Через что ей придется пройти на пути к своей цели? Я знаю - она преодолеет все препятствия. Я верю в это! У нее есть все для этого - у нее есть сила и у нее есть воля. Она справится, будьте уверены! Она справится! Но, друзья, когда я говорю, что верю в нее, это значит, что я верю в нас, в нашу команду! Спасибо. И еще вот что я хочу сказать. Придет время, когда мы больше не сможем влиять на ее судьбу. Но до тех пор она нуждается в нас и ответ на вопрос: на что она способна? заключается в ответе на вопрос: на что способны мы?
      
       Позвонил Большой Боб, поздравил с началом серийного производства.
       - Но не слезайте с них. Не давайте им расслабляться.
       - Да, мистер Фэрлоу.
       - Как там Дейв?
       - Хорошо. Мы сработались. Проблем нет.
       - Ладно. В конце недели жду ваш отчет. Все, удачи.
       - До свидания, мистер Фэрлоу.
      
       РПТ закупило две новые линии, но они еще не были готовы к выпуску продукции - на первой никак не могли закончиться наладочные работы, на второй уже шел ремонт. У субподрядчиков РПТ дела обстояли заметно лучше - в Орегоне начали выпуск продукции, а в Индиане закончили тестирование всего цикла и приступили к пробным отливкам.
      
       Полки на складах понемногу заполнялись товаром и мы с Продавцом Фуксом уточнили график поставок в розничную сеть.
      
       Стив купил вешалку для одежды в виде перевернутой вверх ногами Эйфелевой башни. Он никогда не пользовался плечиками в шкафу и, пока не было вешалки, кидал верхнюю одежду на стул в приемной, что вызывало неудовольствие секретарши Марты.
      
       Сенатор Баретон сообщил, что в Сенате собирается инициативная группа по разработке проекта нового закона, который пока будет условно называться "закон о лицензировании деятельности, связанной с контактами с детьми".
       - "Лицензирование деятельности, связанной с контактами с детьми", - процитировал Стив. - Не, он точно конченый мудак.
       Мы предложили Баретону помочь пропиарить идею нового закона.
       Баретон ответил что это было бы очень полезно, но просил без консультации с ним пока ничего не предпринимать. Мы отправили ему план пиар-компании закона о лицензировании контактов с детьми. В плане сам закон ни в коем случае не упоминался, просто "подготавливалась почва". Баретон план, в общем, одобрил, внес, только, небольшие правки. Он благодарил нас, но довольно сдержанно. Похоже, он не верил, что мы можем все это осуществить, а между тем реализация этого плана шла уже полным ходом. Одновременно кое-кто из наших виртуальных псевдосубъектов начал "бить в набат", распространяя среди прогрессивной общественности информацию о том, что в определенных кругах вынашиваются планы по принятию реакционнейшего "Закона о стерилизации педагогов". Это название придумал Том. Потом оно стало неофициальным названием закона.
      
       Курьерской почтой пришла Орегонская Саша. Том распаковал посылку, осмотрел Сашу и, удовлетворившись результатами осмотра, поставил на стеллаж для документации, меж папок бухгалтерского учета страховой компании с незапоминающимся названием.
      
       Как-то утром Стив зашел в офис, подталкивая впереди себя блондинку с большими наивными глазами и точёной фигурой. Он поставил ее посреди комнаты, а сам отступил назад. Блондинка смущенно улыбалась и теребила ремень большой сумки, которую держала перед собой. Стив объявил:
       - Господа, разрешите представить! Кандидат на должность адвоката фирмы "ЮССИ" - Джоан Глэйд!
       Девушка моментально покраснела.
       Мы с Томом встали. Я подал ей руку:
       - Очень приятно.
       - Это Джек, генеральный директор, - пояснил Стив.
       И Том подал ей руку.
       - Это Том, наш художник.
       - Главный художник, - поправил Том.
       - Ну, и наконец, всеобщий любимец и душа фирмы, Пепе Поделись Улыбкой, младший мотиватор.
       Стив показал на диван:
       - Располагайся, где удобнее.
       Она присела на край дивана, сумку поставила на колени.
       - Бурбон, кофе, молоко?
       - Нет, это все вредно. Минеральной воды без газа, пожалуйста, если есть.
       - Марта, принеси Джоан минералки!
       - И вовсе незачем орать, Стив, - отозвалась Марта из приемной. - Я и так все прекрасно слышу.
       Принесла бокал с водой и поставила на столик перед девушкой.
       Я спросил:
       - Где вы раньше работали?
       - Пока нигде. Еще не успела. Я только в этом году закончила университет...
       - И в какой области права вы специализировались?
       - Ну... не знаю... Вообще-то, я бы хотела защищать животных...
       Том показал Стиву большой палец.
       - Джоан, вы приняты, - сказал я.
       Она посмотрела на меня, на Тома, на Стива, потом опять на меня:
       - Принята? То есть...- она снова принялась теребить ремень сумки, - Это значит... вы берете меня на работу?
       Стив покивал утвердительно:
       - Добро пожаловать в команду, дорогая Джоан.
       Она расстегнула сумку, стала что-то искать там в ворохе бумаг.
       - Вот диплом, - она встала, протянула мне диплом.
       Я показал на сумку:
       - Что там еще есть у тебя?
       - Ну, тут... всякие свидетельства, отзывы, грамоты похвальные ... Я не знаю, надо ли вам это?
       - Давай. Давай все.
       Стив сказал:
       - Кстати, Джоан, у нас есть одно условие: ты не должна выходить замуж в течение трех лет.
       - Ну... ладно. Если так надо... Я, вообще-то, пока не собираюсь...
       Я разбирал бумаги из кипы, которую она навалила на мой стол:
       - Ого! Мисс Университет?
       Она заулыбалась и опять покраснела:
       - Это еще на первом курсе.
       - Нормально переносишь самолет? Придется часто летать.
       - Да, нормально, мне, вообще, очень нравиться летать. Я, вообще, хотела стать стюардессой.
       - А почему поступила на юридический?
       - Папа хотел, чтобы я стала юристом.
       - Твой папа юрист?
       - Нет, у него ферма в Техасе.
       - Быков разводит?
       - Не только. Еще коров и овечек.
       - А братья у тебя есть?
       - Нет. Только сестры.
       - Твой папа, наверное, очень хотел сына?
       - Да... верно. А откуда вы знаете?
      
       Стив устроил Джоан импровизированное Посвящение в Офисные Работники и, в рамках этого обряда, прокатал ее сиськи на сканнере.
      
       На следующий день мы со Стивом ездили к Фуксу и вернулись в офис только после обеда. В офисе мы увидели коричневые лужи на полу. Джоан ползала по полу и гоняла воду полотенцем.
       - Джоан уронила в тостер лак для ногтей...- начал объяснять Том.
       Вступила Джоан:
       - Я подергала за рычажок, чтобы он выскочил, тостер включился и оттуда пыхнуло.
       Том продолжил:
       - Я взял огнетушитель, хотел брызнуть немного, но он как начал шуровать, я не мог остановить его и выбросил в окно, а то он бы он нам тут все залил.
       - Тебя током не ударило?
       - Нет, но из тостера посыпались искры и теперь у нас почему-то нет света.
       - И компьютеры не работают, - добавила Джоан.
       Я выдернул из розетки вилку тостера, поднял рычажки автомата защиты сети на электрическом щитке и свет зажегся.
      
       В результате пожара, кроме тостера, пострадала только тумбочка для кухонных принадлежностей. Мы ее выкинули и купили новую, современного дизайна.
       Заодно мы выбросили лилового урода из кожзаменителя и купили диван с креслами, обтянутыми светло-серым твидом. Когда мы проводили совещания, я и Стив садились в кресла, Том устраивался на диване, Джоан оставалась за своим столом. Марта приносила мне и Стиву кофе, Тому молоко и сок для Джоан. Я объявлял повестку дня и мы начинали.
      
       Фукс начал перевозки товара. Первая фура повезла Сашу в Калифорнию.
      
       Наш сайт был оформлен как бы "просто про Сашу". Без признаков явной рекламы. Комиксы, постеры, фотографии. Можно было и плакаты распечатывать, если плоттер есть.
       На сайте мы разместили интерактивную карту, на которой было обозначено все: основные и резервные торговые точки с полями для данных о количестве проданного и непроданного товара, наша прибыль, наши накладные расходы, наши выплаты по кредиту, текущее соотношение капитализации компании - наше и Большого Боба и расходящиеся веером пунктиры трасс грузовиков продавца Фукса. Том сказал: совсем как Большое Табло из "Доктора Стрейнджлава". У Тома было богатое воображение.
       Там же мы представили свою Историю.
       Три паренька задумали осуществить грандиозный проект.
       Бросили постылую работу, чтобы начать свое дело. Приобрести многое или потерять все.
       Безуспешные поиски инвесторов.
       Их никто не принимает нас всерьез.
       Когда уже нечем оплачивать счета.
       Это не вымысел, это не мистификация, это не шоу. Это драма, которая разворачивается прямо на твоих глазах. Ты можешь следить за ее развитием. Американская мечта становится реальностью в режиме он-лайн.
       И еще мы поставили на главной страничке счетчик: "Вы желаете нам краха или успеха?"
       Для рекламы сайта "ЮССИ" мы использовали почтовые рассылки. Для распространения в Сети ссылок на сайт "ЮССИ", мы привлекали своих виртуальных псевдосубъектов: блоггеров и форумщиков, которых у нас уже было около трехсот и каждый - со своей интересной биографией и своим уникальным характером. Ссылки на наш сайт втыкались везде, где это было уместно.
       "Посмотрите на этих чудаков".
       "О бля пиздец: три каких-то лоха хотят сделать Америку".
       "Это фейк."
       "Все это может быть не так глупо, как кажется на первый взгляд"
       "Все это обман".
       "Они или гении, или дебилы".
       "А что, правда есть такая фирма?"
      
       Мы отправили сенатору Баретону первый отчет о реализации неявной пиар-компании будущего закона "О стерилизации педагогов". Он прислал письмо с кучей благодарностей. Судя по всему, наши возможности в области "паблик рилейшнз" его впечатлили.
       - Ха! Этот фраер жалуется на бедность! Вы поняли? В следующем году выборы, если кто забыл.
       - Похоже, он принимает нас за каких-то магнатов-воротил.
       - А что, его дружок Гордон, не помогает ему больше? Туго с финансами? Град побил апельсиновые рощи?
       Мы перевели со счета ЮССИ на счет одного общественного комитета, которым заправлял Баретон, $2000 и получили от сенатора благодарственное письмо.
      
       - Джек, ты не против, если она будет тут стоять голая? - Стив показал на Сашу из Орегоны, стоящую на полке с надписью "Бухгалтерский учет".
       - Не против.
       - А как думаешь, Том не будет против?
       - Вряд ли он будет против. В любом случае, он сможет сказать свое мнение, как только появится.
       Стив снял Сашу с полки и начал раздевать. Сняв с нее трусы, он прошептал:
       - О, Боже мой! Мне это сниться?
       Я встал, взял у него Сашу и посмотрел. Под Сашиным лобком, на компромиссном "подобии выпуклости" просматривалась маленькая складочка, делящая "подобие выпуклости" на две равные части. По результатам измерений, проведенных позднее с применением специальной диагностической аппаратуры, было установлено, что длина складки составляла 2,8 мм, а максимальная глубина (в средней части) 0,31 мм.
       Я разглядывал складку некоторое время, потом повернулся к Стиву:
       - И кто может это объяснить?
       - Ты у меня спрашиваешь?
       - А у кого?
       - У кого бы мне это спросить?!
       - Но ведь вы с Томом осматривали ее!
       - Ну, да... Да, мы раздевали ее, но трусы не снимали.
       - Напрасно.
       Джоан оторвалась от изучения себя в зеркале в своем первом деловом костюме:
       - Мальчики, у вас проблема?
       - Не "у вас", зая, а "у нас".
       - Мальчики, у нас проблема?
       - Похоже на то.
      
       Мы позвонили в Орегон и изложили суть проблемы. Там долго не могли понять всей серьезности вопроса, пока я не сказал конкретно, что именно они сделали Саше. Они обещали разобраться.
       Я послал Марту в магазин оптики за лупой. Стив ставил Сашу в разные позы, выясняя как "это" смотрится с разных ракурсов.
       - Ну, в общем, это почти незаметно, - подытожил он результаты своих наблюдений. - А если свет падает прямо, то это почти совсем незаметно. А если...
       - Перестань. Кому надо - заметят.
       Марта принесла лупу. Пришел Том.
       - Стив! - закричал он, увидев Стива, разглядывающего Сашу через лупу. - Что ты ищешь там!?
       Стив протянул Сашу Тому.
       - Посмотри.
       Том посмотрел.
       -Что это?
       - А как по-твоему, что это?
       - Этого не было в проекте!
       - Я знаю, что не было. Как это здесь появилось?
       Том взял у Стива лупу, подошел к окну, и принялся рассматривать Сашину проблемную зону.
       - Похоже на дефект формы для литья. Да, пожалуй.
       - А на наш пиздец это не похоже?
       - Ну, Стив, может быть, не надо так сгущать? Все-таки, это не полноценная пизда, это, скорее, отдаленное подобие пизды или, лучше сказать, некий намек на пизду.
       - "Намек на пизду". Действительно, лучше не скажешь.
       Позвонили из Орегоны. Первым делом сообщили, что выявленное "нарушение гладкости поверхности изделия" дефектом не является, поскольку, согласно Приложению ?6 ("Свойства продукта и требования к качеству") к Контракту, на закрытых участках поверхности изделия (туловище, ноги и оволосенная часть головы), допускается наличие отдельных трещин, морщин и подобных им образований линейной формы (не более одного на участке развернутой поверхности площадью четыре квадратных дюйма), если:
       - длина образования не превышает 3,5 мм;
       - отклонение выпуклой или вогнутой части морщины (или глубина трещины) от проектного профиля поверхности изделия не превышает 0,4 мм.
       Выяснилась и причина появления "нарушения гладкости поверхности": к внутренней части отливочной формы прилипла соринка. В настоящее время форма очищена и производство возобновлено. Мы поинтересовались, всем ли, выпущенным на сегодняшний день изделиям они нарушили гладкость. Они ответили, что, поскольку, форма для отливки была одна, то да, всем. Изготовлено 11520 штук. Из них 8500 штук уже отгружено.
       Для обсуждения создавшейся ситуации и поиска способов решения возникшей проблемы, было созвано срочное совещание. Марта положила на каждый стол блокнот и ручку, заварила всем крепкий кофе, вытряхнула и вымыла пепельницу Стива. Открывая совещание, я спросил коллег:
       - Ну? И что мы теперь скажем в свое оправдание?
       Том ответил:
       - У всех девочек есть пизда.
       Стив вздохнул:
       - Том, ты говоришь ужасные вещи.
       Том повторил громче:
       - У всех девочек есть пизда.
       Стив отрицательно покачал головой:
       - Том, у девочек нет пизд.
       - Есть.
       - Ошибаешься, Том. До совершеннолетия у них нет пизд. Джоан, у тебя в детстве была пизда?
       Джоан засмеялась:
       - Я помню, мы с одним мальчиком смотрели друг у друга, он сказал: "у тебя там ничего нет".
       - Вот видишь, - сказал Стив Тому и крикнул в сторону приемной. - Марта! У тебя в детстве была пизда?
       - Точно не помню, Стив, - ответила Марта. - Не обращала внимания. Вряд ли.
       - Ну, ладно, - согласился Том. - Хорошо. Но пусть, тогда, у Саши будет.
       - И за что ей такая привилегия?
       - За то, что она особенная. Не такая, как другие. Помните, как мы сидели в моем подвале и решали какой она будет? Мы тогда все хотели, чтобы у нее была пизда.
       Возникла пауза. Все молчали.
       Зазвонил телефон. Марта взяла трубку, послушала, потом сказала:
       - Да идите вы, наконец, на хуй, мистер Грановски. Сколько раз вам объяснять: нет здесь больше этой фирмы.
       Я спросил Тома:
       - Это можно как-то устранить?
       Том ответил:
       - Исключено. Поверхность пластика темнее, чем массив - следы шлифовки будут заметны.
       - А давайте предъявим рекламацию, - предложила Джоан. - В контракте ведь указана категория товара - "для детей старше 5 лет". Если товар с таким дефектом детям продавать нельзя - значит производитель нарушил условия. Разве не так?
       - Абсолютно так. Но, видишь ли, Джоан, даже если они примут рекламацию - у нас нет времени на замену товара. И мы не можем предъявлять претензии напрямую Орегонской фабрике. Между нами буфер - "РПТ". А эти ребята будут играть за Орегон. И адвокаты у них... - я помолчал. - Тоже есть.
      
       В итоге, ввиду отсутствия приемлемой альтернативы, мы решили не дергаться, наблюдать за развитием событий и быть готовыми ко всему.
      
       Приехал Дейв Уилкинсон. Джоан произвела на него впечатление.
       - И кем она у вас работает? - поинтересовался он.
      
       Позвонил Продавец Фукс.
       - Мой грузовик с вашим товаром задержала полиция возле Сан-Диего.
       - За что?
       - Да хуй его знает. С вашим товаром все в порядке?
       - Да вроде да.
       - Ладно я буду выяснять.
       Это была партия товара из Орегоны.
       Чуть позже выяснилось, что водителя грузовика арестовали за драку, которую он устроил в придорожном кафе с водителем другого грузовика, якобы из-за покрышек, проколотых, якобы, из-за какой-то девицы.
       Фукс отправил самолетом в Сан-Диего водителя на замену.
      
       Фукс выдержал график поставок. Товар сначала развезли по мелкооптовым базам в крупных городах, а потом по магазинам. Ко дню "П" товар поступил во все магазины - 1187 наших "точек реализации". Мы выплатили Фуксу небольшую премию, хоть это и не было оговорено в контракте.
       Накануне дня "П" мы работали как обычно, просто было меньше разговоров. Джоан предложила всем помолиться.
       За прошедшие семь дней результаты по счетчику: "Вы желаете нам краха или успеха?" на нашем сайте были такие: "я желаю вам успеха" - 224; "я желаю вам краха" - 49.
      
       Наступил день "П". Когда мы со Стивом пришли на работу, то на дверях нашего офиса увидели плакат: "Поздравляем с реальным началом! У вас все получится!! Вы лучшие!!!" И еще к двери скотчем был приклеен букет цветов. Я зашел к соседям и поблагодарил за поддержку.
      
       Джоан пришла в праздничном наряде. Том одел свой галстук. Стив влез на стол и произнес короткую речь:
       - Дамы и Господа! Я не буду говорить вам, что сегодня великий день. Я скажу вам: давайте въебывать для того, чтобы это стало правдой!
       Потом он включил что-то агрессивно-ударное и исполнил на столе мобилизующий танец.
       Мы начали работать по базе данных "информационных агентов", которую собирали в течение девяти предыдущих месяцев. Сайты фанов и антифанов Барби, официальных представительств наиболее популярных конфессий; интернет-клубы бабушек и прабабушек, коллекционеров кукол, педофилов и антипедофилов; блоги любителей нежного мяса, активистов движения против сексуализации детства; виртуальные дневники подростков обоих полов; общества феминисток и лесбиянок; сообщества феминисток-лесбиянок; форумы девочек-пизделочек; комитеты защиты, спасения и возрождения - всего более восьмисот пунктов, где, среди прочих, числился и общественно-гражданский союз "Обеспокоенные мамы". Все информационные агенты делились на 4 категории по популярности.
       Каждому "информационному агенту" один из наших сетевых псевдосубъектов делал "информационную инъекцию" в виде сообщения или комментария. Некоторым агентам делались две или три инъекции, для большей убедительности: "и я тоже видел это".
       Сообщения мы подготовили заранее. Формат каждого сообщения соответствовал формату информационного агента: "Посмотрите, что они продают нашим детям!" или "Приколитесь, чуваки!"
       Времени у нас было немного, поэтому пришлось подключить к этому делу Марту и Джоан. Марта работала сосредоточенно и молча, Джоан делилась вслух впечатлениями, ежеминутно пыталась советоваться, пока мы не сказали ей, чтоб она заткнулась, и всерьез расстраивалась, когда получала оскорбительные комментарии.
       Филиальщики - Умный Макс из Лос-Анджелеса и Джон Браун из Далласа работали самостоятельно, время от времени присылая краткие отчеты. Мы иногда корректировали их манеры, Джону Брауну, например, советовали не думать полчаса над каждым комментом.
       Очень невовремя привезли демонстрационные экраны. Один, побольше, предназначался для Интерактивной Карты Продаж, другой, поменьше, для всякого разного. Два парня в оранжевых комбинезонах принялись двигать мебель, сверлить дырки в стене, прятать под плинтус кабель от спутниковых тарелок. Наконец они все поставили, приделали, подключили и ушли.
       Стив продемонстрировал как все это будет работать:
       - Внимание! Три-два-один-пуск! - он шлепнул по клавише и на большом экране появились отсканированные сиськи Джоан. - Ну как?
       Все сказали, что очень круто.
       - И это так и будет тут висеть? - спросила Джоан.
       Стив вывел на экран карту страны с сетью наших торговых точек - на малом экране тут же появились графики объемов продаж. Стив кликнул на штате Айова и карта страны сменилась картой штата Айова, а графики продаж по стране - графиками продаж в штате Айова. Стив кликнул по городу Де-Мойн и картинки опять поменялись. Так он дошел до какого-то магазина в Де-Мойне и мы увидели, что в магазине имеется в наличии 20 единиц товара, а поле "продано" было пустым, что было естественно, поскольку сводка по продажам должна была поступить только завтра к обеду.
       Мы обнаружили, что ближайшая из торговых точек располагается буквально через дорогу. Том выразил желание пойти посмотреть и спросил, кто еще хочет. Пошли все, кроме Марты. Том взял фотоаппарат, чтобы сделать снимки "для истории".
      
       Саша стояла на самом видном месте на полке с надписью "Новинка!". Подошла продавщица.
       - Очень оригинальная своеобразная модель. Первый день в продаже.
       Стив спросил:
       - И как идет продажа?
       - Одну уже продали. Только что.
       Эта информация произвела впечатление на всех. На глазах у Джоан выступили слезы. Том сфотографировал слезы Джоан для истории.
       Мы попросили продавщицу сфотографировать нас на фоне полки с Сашей.
      
       Мы купили две бутылки шампанского, забрали Марту и зашли к соседям, отметить реальное начало.
       После шампанского мы вернулись к работе.
      
       Марта и Джоан ушли домой в половине шестого, как обычно. Марта перед уходом сделала нам со Стивом крепкий кофе, а Тому - чай.
      
       Между делом мы обсудили, ситуацию с масс-медиа. Стив на этом поле использовал четырех информаторов. Трое работали на газетчиков, один - на программу теленовостей популярного канала. Слив через них прошел, сигналов о результатах пока не было. Мы разослали пресс-подборку, но особо не надеялись на это.
       - Есть еще один чувак, повернутый на куклах, - говорил Стив. - Гарри Николло.
       - Николло Гарри, - поправил Том.
       - Ну, может и так, - согласился Стив. - Типа писатель. Написал книжку про Барби. Ничего так, занимательная книжица.
       - Причем тут писатель? Будем ждать, пока он напишет книгу про Сашу?
       - У него своя колонка в одном еженедельнике.
       - О чем пишет?
       - Обо всем. И на радио бывает, и в ток-шоу приглашают. Я закинул ему удочку, но он пока не клюнул.
       - Ладно, поработай с ним еще. Но только ненавязчиво. Выбери из наших фриков пару подходящих, пусть они нарисуются по-умному где-нибудь на его территории.
      
       Мы закончили в первом часу ночи. Оделись, поставили офис на охрану и вышли в коридор. Света в коридоре не было и мы не знали, где он включается. Лифты не работали. На первый этаж мы спустились по лестнице, подсвечивая себе дорогу экранами телефонов. Стив с зажигалкой шел впереди.
      
       В полутемном вестибюле никого не было. Светился только монитор компьютера за стойкой охранника. Входная дверь была закрыта. Мы хотели выйти через черный ход, но он оказался закрыт на замок.
       - Может посрать пошел? - предположил Том. Он посмотрел в туалете, но там никого не было.
       Стив выдвинул другую версию:
       - Небось натягивает в каком-нибудь укромном уголке, свою милашку. А она ноги растопырила и кричит: "Ооо! Ооо! Трахай меня! Трахай меня! Еще! Еще! Ооо! Ооо!" - это его заводит.
       Он зашел за стойку, посмотрел на монитор и хмыкнул:
       - О, поглядите-ка! Этот парень пишет сценарий.
       Я сказал:
       - Он нашел себе вполне походящую работу для таких дел. И про что сценарий?
       Стив склонился к монитору:
       - "Грейс стоит у окна, смотрит на улицу. По стеклу стекают капли дождя. Грейс: ты пришел сюда потому что тебе больше некуда идти? Рой: да нет... Грейс: звучит не слишком убедительно. Рой (вздыхает): я все время оправдываюсь. И там и здесь... Грейс: Это надо так понимать, что тебе здесь некомфортно? Тоже некомфортно?" Рой: да заткнись ты, дура, хватит уже грузить меня всякой хуйней, давай, сучка, растопыривай ноги, щас я буду трахать тебя, а ты кричи: "Ооо! Ооо!".
       Он ударил по кнопкам на пульте, отключая блокировку и сигнализацию входной двери, после чего воздел руки вверх и закричал:
       - Люди, я освободил вас! Идите, люди, вы свободны! Пейте водку, трахайте телок, купайтесь в фонтанах, прыгайте с крыш, уйдите в горы и встретьте там рассвет, но только не забудьте, что завтра на работу!
       Ночные улицы были пусты, лишь на углу стояла одинокая проститутка. Мы зашли в дежурный магазин, купили каждый сам себе что-то для позднего ужина. Стив был в приподнятом настроении и жонглировал персиками перед девушкой-кассиршей. Потом мы проводили Тома на такси и Стив довез меня до дома.
      
       Когда я зашел домой, позвонил охранник. Он извинился за поздний звонок и спросил, не мы ли это выходили из здания. Я сказал, что мы. Он сказал, что его не было на месте потому, что он совершал обход. Я сказал, что охотно верю, пусть даже лифты не работали и света не было во всем здании. Он сказал, что если кто-то хочет задержаться на работе после восьми вечера, то надо предупреждать. Я сказал, что, хоть и впервые слышу про это правило, однако, обещаю впредь его соблюдать. Он пожелал мне спокойной ночи, я пожелал ему спокойного дежурства.
      
       Утро второго дня продаж мы начали с проверки реакции Сети на нашу массированную информационную атаку. Каждому информационному агенту присваивался определенный индекс в зависимости от типа реакции на наш слив: "A" - отсутствие реакции, "B" - реакция на своем поле, "C" - сообщения другим субъектам (передача информации), "D" - веерная рассылка или попытка организовать акцию. Это была очень трудоемкая работа, но мы были вынуждены сделать такой отбор, поскольку не имели возможности оперативно работать со всеми информационными агентами.
       Количество посетителей нашего официального сайта за прошедшие сутки возросло в четыре с половиной раза. В абсолютном исчислении это была цифра 743. Стив сказал, что ничего страшного, ведь мы еще даже и не начинали.
      
       Приехал Дейв Уилкинсон. Спросил как дела, получил ответ, но не уходил.
      
       Том выложил на сайте новый комикс "Саша в начале пути".
      
       Мы ждали первую сводку продаж. Дейв Уилкинсон мельтешил и действовал на нервы. Наконец, его спровадили.
       Позвонил Фукс, сказал ровным голосом, что высылает сводку продаж. У Джоан приступ нервной болтливости сменился испуганным оцепенением.
       Пришла сводка продаж. Стив вывел данные на Большой Экран - пустые поля Интерактивной Карты Продаж заполнились цифрами.
       Я спросил:
       - Надеюсь, никто не ждал чуда?
       В сводке были представлены результаты продаж по 1029 торговым точкам, что составляло 87% от общего числа всех наших торговых точек. Торговые точки имелись в 43 штатах. За вчерашний день по всей стране было продано 12 единиц товара.
       Лидером оказалась Калифорния с тремя продажами. Второе место поделили Флорида и Нью-Йорк - по 2 продажи на брата. И по одной продаже записали на свой счет Техас, Пенсильвания, Иллинойс, Огайо и Юта.
       Мы вернулись к работе. В соседнем офисе, судя по доносящимся оттуда звукам, играли в баскетбол.
      
       Позвонила какая-то тетка из Солт-Лейк-Сити и посулила нам кары небесные.
      
       Следующие два дня были выходными. Мы работали на дому, организовав трехстороннюю видеосвязь. В Сети постепенно разгорался пожар. Мы подбрасывали дровишки.
      
       В понедельник Стив, как обычно, подобрал меня у станции метро и мы поехали в офис. Телефон звонил еще, когда мы открывали дверь. Это был Фукс. Трубку взял Стив. Он не включил громкую связь, но Фукс орал так, что я все слышал:
       - Какой идиот додумался до куклы с пиздой?!
       - Бен, у нее нет пизды.
       - У нее есть пизда!
       - У нее нет пизды.
       - У нее есть пизда!
       - Бен - у - нее - нет - пизды.
       - Есть, твою мать! Есть! Я видел!
       - Что ты видел, Бен?
       - Пизду, твою мать! Ее пизду!
       - Поэтому ты так возбужден?
       Фукс бросил трубку.
      
       Вскоре он позвонил опять.
       - ...с утра я принимаю одни отказы! Хозяин магазина в Такоме просто выкинул ваш товар на улицу! Мне звонят и звонят! Я не знаю что им говорить! Нахера мои люди мотались по всей стране и заключали все эти контракты?
       Мы пригласили его приехать к нам и обсудить возникшие проблемы.
      
       На наш сайт пришла первая заявка о заказе товара по почте.
      
       От некой Шарлотты Нойбергер, домохозяйки 28 лет, проживающей в пригороде Вашингтона, пришло письмо с требованием возмещения морального вреда и ущерба, причиненного ее здоровью в результате общения с Сашей. Это была Саша Орегонская с пиздой. По утверждению Шарлотты Нойбергер, она испытала нервный шок после того, как в процессе игры с Сашей раздела ее догола, чтобы искупать. Она долго плакала, ночью практически не спала, на следующий день пришлось идти к психологу, который поставил диагноз: нервное расстройство. Требуемая к уплате сумма составляла $24 000.
       Через несколько минут после получения этого письма, Стив отправил Шарлотте Нойбергер ответ с вежливым отказом и она в тот же день подала в суд исковое заявление о компенсации ущерба, о чем и сообщила нам в следующем письме.
       - Джоан! - торжественно объявил Стив. - Твой час пробил! Готовься к битве!
       Джоан покраснела, потом побледнела, потом опять покраснела.
       - Чего только не бывает с адвокатами на первом процессе, - сочувственно сказал ей Стив. - Истерики, обмороки, сердечные приступы... Я читал, один даже обоссался со страха. Не думаю, чтобы кто-нибудь нанял его еще раз.
       Джоан заплакала.
       - Господи, и зачем ей это надо? Зачем она подала такой глупый иск?
       - Это заеб у нее такой - навсегда остаться в детстве, - пояснил Стив. - Читает сказки, возится с куклами, смотрит мультики, ну и так далее. Как говориться, у каждого свои тараканы и это не запрещено.
       Зазвонил телефон. Марта взяла трубку:
       - Джек, мистер Фэрлоу на первой линии. Он хочет говорить именно с тобой.
       - О, - воскликнул Стив. - Этот тоже хочет с нами разобраться. Джек, будь с ним пожестче!
       Я взял трубку.
       - Джек, я надеялся, что вы будете доверять мне. Я думал, что вы будете посвящать меня во все существенные детали вашего проекта.
       - Мистер Фэрлоу, мы безусловно доверяем вам. Эта "существенная деталь" не была запланирована.
       - И как это можно объяснить?
       - Наша вина - мы ослабили контроль.
       - Ну так вы не ослабляйте этот свой гребаный контроль. Все хреновое происходит именно тогда, когда кажется, что ситуация под контролем и можно немножко расслабиться.
       Я ничего не сказал на это. Большой Боб тоже молчал. Было слышно, как у него в кабинете загудел селектор.
       - Ладно, Джек. Будем считать это просто проколом. Хотя выглядит это довольно странно.
       И он положил трубку.
       Сразу же телефон зазвонил опять - это был Уилкинсон.
       - Стив, твоя очередь, - сказал я Стиву. - Говори ему что угодно, но только пусть он сюда не приезжает.
       Закончив разговор с Уилкинсоном, Стив швырнул трубку на рычаг и повернулся к Джоан:
       - Слушай, Джоан, этот мудак торчит тут каждый день из-за тебя, между прочим! Это дело надо прекращать.
       - А я разве виновата? Он мне самой надоел. Звонит домой по телефону, говорит всякие глупости.
       - А почему ты нам не рассказывала?
       - Ну я не знаю... Я не думала, что это надо рассказывать.
       - Все надо рассказывать.
       - Еще пришел однажды ночью пьяный, только я его не пустила.
       - Даже так? - удивился Стив.
       Том тоже заинтересовался, оторвался на минуту от рисования комикса:
       - Однако, дело уже далеко зашло. Теперь от него не избавишься. Если только убить...
       Глаза Джоан стали еще больше:
       - Том, ну ты шутишь, наверное?
       - Я просто объясняю ситуацию.
       - Нет, мальчики, ну что вы! Убивать не надо.
       Стив успокоил Джоан:
       - Ладно, пока не будем. Но я тоже не вижу выхода. Джек, что тут можно сделать?
       Я ответил:
       - Джоан, скажи ему, что твой любовник - один из боссов русской мафии.
       - Ты думаешь, это поможет? - спросила Джоан.
       - Не знаю. Но попробовать можно. Дейв, на самом деле, трусоват слегка. По крайней мере, на какое-то время он уймется.
       - А он поверит?
       - Мы сделаем так, что поверит.
       - А вы ему ничего не сделаете?
       - Не сделаем, не волнуйся.
      
       Стив сообщил, что ту первую Сашу из магазина напротив, приобрели вскладчину Ричард и Джордж и поставили ее на стол Кейт с плакатом: "Кейт, отправь, наконец, эту чертову почту!"
      
       Приехал Фукс. Он не поздоровался, когда вошел:
       - Вы что, вообще охуели?! Вы что мне, блядь, подсунули? Вы понимаете, что я рискую не только деньгами, еб вашу мать, и не только своими?! Я рискую репутацией!
       - А ты, что, не видел этого раньше?
       - Нет, не видел! Я не извращенец! Я не лажу в трусы малолеткам!
       - Да? Напрасно.
       - Стив, ты это серьезно?
       - Вполне. Успокойся, Бен. Сядь пожалуйста. По пивку, Бен? Марта, принеси, пожалуйста, пива нашему гостю.
       Он сел на диван. Марта поставила перед ним пиво.
       - Итак, Бен, у нас есть проблема. Мы оба это признаем. Для того, чтобы успешно справится с этой проблемой, мы должны кое-что выяснить для себя. Понять суть этой проблемы, причины ее возникновения и обозначить приемлемые методы ее решения. И при этом мы должны учитывать интересы обеих сторон. Ты согласен?
       Фукс не притронулся к пиву. Он выглядел раздосадованным.
       - Почему вы не сказали мне?
       - Потому что мы сами узнали об этом в последний момент. Это не было запланировано. Хочешь - позвони в Орегон, они подтвердят. Но ничего страшного не случилось. Мы отступаем на запасные позиции. Чуть раньше, чем предполагали.
       - Нахрена вы тогда готовили эти свои "запасные позиции"?
       - Мы рассчитывали на скандал. Мы тебе рассказывали - скандалы, реклама и всякое такое.
       - Ничего бы не было, если бы у нее не было пизды.
       - Было бы, Бен. Было бы. Ты просто не в теме.
       - Вы засранцы.
       Я сказал:
       - Бен, то, что случилось - ерунда. Все только начинается. Начинается Большой Шум, Бен. Кто боится, может отойти в сторону. У тебя контракт на эксклюзивную покупку. Хочешь разорвать его? Пожалуйста.
       Фукс встал.
       - Я в жопе. Все это может повлиять на другие контракты. Наверное, зря я с вами связался.
       Стив сказал:
       - Когда-нибудь, Бен, мы напомним тебе эти слова.
       - Не ебите мне мозги.
       Он ушел. Зазвонил телефон. Марта взяла трубку:
       - Господа, Уильям Гарднер на второй линии. Говорит, что это срочно.
       - Блять, это еще кто такой? - спросил Стив.
       Я сказал:
       - Стив, это тот мужик из УДМБ, который поручился за нас.
       - И какого хуя ему надо?
       Я взял трубку.
       Гарднер старался говорить сухо и жестко. Сказал, что появились проблемы и надо встретиться. Я сказал, что могу приехать прямо сейчас.
      
      
       - Вы обманули меня.
       - У нас не было другого выхода. Билл, вы когда-нибудь пытались начать свое дело, заложив в банке дом, в котором живет ваша семья? Заложив все, что у вас есть и все, чего нету?
       - Джек, не рассказывай мне свою трогательную Историю. Оставь это для журналистов. Вы меня подставили. На меня жмут со всех сторон. И мне придется как-то реагировать. Мне придется.
       - Делайте, что считаете нужным.
       - К сожалению, вариантов у меня не так уж много.
       - Билл, да что случилось? Из-за чего весь этот визг? Маленькая девочка увидела голую Сашу и стала заикой? Бросилась с крыши сарая? Начала принимать наркотики?
       - Джек, я все это понимаю. Допустим, я все это понимаю. Но ты тоже прекрасно понимаешь, что тут дело не во мне. Люди, которых трудно игнорировать, предъявляют серьезные претензии и я не знаю, что им отвечать. Что мне им отвечать, Джек? Лепетать, что это все ерунда и не стоит поднимать столько шума? Или честно сказать, что меня просто облапошили как мальчика? А, Джек? Что ты мне посоветуешь?
       - Билл, а ты просто пошли их всех на хуй. Понимаешь? Просто пошли всех на хуй.
       Гарднер посмотрел мне в глаза. Сказал после короткой паузы.
       - Спасибо за совет, мистер О'Лири.
       - Да пожалуйста. Хороший совет, на самом деле.
       - Я тут у себя сам разберусь.
       Я встал.
       - Ну что ж... Желаю удачи.
       Он сказал мне в спину:
       - Вы не получите второй транш по кредиту. Мы отзываем свое поручительство.
       Я обернулся в дверях.
       - Билл, ваше поручительство нам больше не нужно.
      
       Когда я вернулся в офис, то увидел следующую картину: посреди комнаты стояла Джоан в светло-голубом бюстгальтере и Том застегивал ей сзади молнию на юбке. Повсюду валялись какие-то цветастые шмотки. Оказалось, Джоан только что купила специально для процесса три новых костюма - у нее была приличная прибавка к зарплате на представительские расходы - и сейчас примеривала их.
       - Ну, мальчики, что скажете? Мне вот этот больше всех нравится.
       - Мне тоже, - сказал Том.
       Стив поддержал:
       - Да, очень даже приличный костюмчик. В таком и на панель не стыдно выйти.
       Но Джоан не была до конца уверена:
       - Или, все-таки, тот, со змейкой?
      
       Пришла сводка продаж за уикенд. В пятницу было продано 17 штук. В субботу - 27. В воскресенье - 41.
       Том сказал:
       - Я надеялся, за сотню перевалим.
       Стив сказал:
       - Том, нихуя ты не умеешь искать светлые стороны - чему тебя только на семинарах учили? Посмотри: рост продаж на 50% в сутки - разве ты не видишь? Если дальше так пойдет - через три с половиной недели мы будем продавать миллион единиц товара в день.
       Том посчитал на калькуляторе:
       - А через шесть недель - миллиард в день.
       Зазвонил телефон. Марта взяла трубку:
       - Господа, это из ФБР. Они просят главного.
       Это, действительно, был звонок из ФБР - мы потом проверили номер по справочнику. Звонила женщина. Пригласила меня на беседу: "у нас к вам есть вопросы в связи с вашим бизнесом". Я ответил, что приеду. Сказал Джоан:
       - Джоан, ты поедешь со мной.
      
       - Джек, а что я там буду говорить? - спросила Джоан в машине, когда мы ехали в ФБР.
       - А ничего не говори. Сделай равнодушное лицо и разглядывай интерьер.
       - Ну я же не могу все время молчать?
       - Да, это будет для тебя нелегким испытанием. Ладно, когда я толкну тебя ногой под столом, спроси: "Вы собираетесь предъявить мистеру О'Лири какие-либо обвинения?"
      
       Местный филиал департамента ФБР по борьбе с Сашей занимал обычный офисный этаж в обычном офисном здании. Выйдя из лифта мы сразу уперлись в охранника и вертушку. Охранник за пару минут изготовил для нас пропуска-бейджики и объяснил куда идти. Мы прошли по коридорам и зашли в кабинет, который ничем не отличался от кабинета страховой компании или адвокатской конторы.
       За столом сидел мужчина в костюме. Он раскладывал по кучкам дешевые пестрые журналы. У него были холодные глаза. Я представился и представил Джоан. Не прерывая своего занятия, мужчина кивнул и показал на стулья. Мы не стали садится.
       - Может быть, вы тоже представитесь? - спросил я.
       Он показал на свой бейджик. Я сказал:
       - У меня плохое зрение.
       - Специальный агент Эрон Джеффрисон.
       - Вы занимаетесь преступлениями, совершаемыми против детей? Какая у вас специализация?
       Агент Джеффрисон глянул на меня:
       - Сексуальная эксплуатация детства.
       Я сказал:
       - Что ж, значит мы туда попали.
       Мы с Джоан сели.
       Агент Джеффрисон продолжал раскладывать журналы. Я наблюдал за этим какое-то время, а потом встал и Джоан тоже встала.
       - Мистер Джеферсон, у нас не так много времени, как вы думаете - мы люди деловые.
       Агент Джеффрисон сказал не поднимая глаз:
       - Пожалуйста, подождите немного, сейчас вами займутся. Это, прежде всего, в ваших интересах.
       Я пошел к двери и Джоан за мной:
       - Я не вижу в этом офисе своих интересов.
       Агент Джеффрисон бросил стопку журналов на стол:
       - Может быть после беседы ваше мнение по этому поводу изменится. Подождите, пожалуйста, пять минут. Наш сотрудник сейчас придет.
       - Хорошо, пять минут. Мы будем в холле.
       В холле я взял себе кофе из автомата и минеральной воды для Джоан. Мы стояли возле пальмы. Я говорил Джоан:
       - Смотри на людей. Пытайся понять, что это за люди.
       - В каком смысле?
       - Что за человек сидит перед тобой? Доволен ли он своей работой? Он любит выпить? Все в порядке у него в семье или он каждый вечер ругается с женой? Как он одевается и как пытается одеться? Он волнуется? Он новичок? Считает себя крутым? Ему нравится играть в эти игры? Ему все это давно надоело? Он построил план беседы? Если нет, то почему - он ленив или любит импровизировать?
       - А как я все это узнаю?
       - Включи воображение, я знаю - оно у тебя есть. И не относись к этой встрече слишком серьезно - думаю, они просто хотят посмотреть, с кем имеют дело.
       Быстрым шагом к нам шла женщина с властным лицом. Стив называл таких теток "хуевовыебанные". Я как-то заметил ему по этому поводу: "Характерно, что ты говоришь "хуевовыебанные", в то время, как любой другой сказал бы: "недоебанные"". Следом за ней шел Спецагент Джеффрисон.
       Она подошла.
       - Джек О"Лири? Джоан Глэйд?
       - К вашим услугам.
       Она представилась:
       - Специальный агент Арабелла Дарси.
       Она была гораздо моложе своего напарника.
       - Красивое имя, - я обратился к Джоан. - Джоан, что значит имя "Арабелла"?
       - Милосердная, - ответила Джоан.
       - Ну тогда это вдвойне замечательно, - сказал я, отхлебывая кофе из стаканчика. - Я надеюсь, специальный агент Арабелла, что ваши родители не сильно ошиблись, выбирая вам имя.
       Она подняла подбородок.
       - Мистер О'Лири, давайте не будем тратить время, которого вам так не хватает, на выяснение подробностей моих семейных преданий. А сейчас пройдемте, пожалуйста, в малый конференц-зал. Там будет удобнее.
       Все прошли в малый конференц-зал. Мы с Джоан сели рядом, я поставил перед собой бумажный стаканчик с недопитым кофе
       - Итак, вы, мистер О"Лири, в настоящее время являетесь генеральным директором компании "Мягкое железо соединенных штатов", а вы, мисс Глэйд, работаете в той же компании на должности адвоката? Все верно?
       - Должность мисс Глейд в нашей фирме - начальник юридического отдела. Все остальное верно.
       - Мы пригласили вас на беседу. Спасибо, что нашли время придти. Это просто беседа. Никакого протокола, никаких записей. Мы бы хотели, чтобы вы нам разъяснили кое-что. Если вы, конечно, согласны, - она задержала взгляд на мне, я кивнул, выражая согласие.
       - Да, конечно. Давайте уже начнем.
       Джоан вполне сносно изображала напряженное равнодушие. Агент Дарси приступила к опросу-допросу.
       - Скажите, чем занимается компания "Мягкое железо соединенных штатов"? Чем именно?
       - Маркетинг. Продаем товар.
       Они показали фотографию.
       - Этот товар?
       - Этот.
       - У вас есть лицензия на производство товаров для детей?
       - Нет, мы владеем только авторским правом и патентом. Право на промышленное производство скульптурного изображения передано фирме "Резинапластиктехнологии". Эксклюзивный дистрибьютор - "Братья Шнайдер и компаньоны".
       - Но вы занимаетесь рекламой этого продукта?
       - Скажем так: продвижением на рынок.
       - Другие проекты у вас были?
       - Нет.
       - Является ли сайт с доменным именем "neworldoll.com" официальным сайтом фирмы компании "Мягкое железо соединенных штатов"?
       - Да.
       - Кто владелец сайта?
       - Упомянутая компания.
       Они подали мне листок бумаги.
       - Вам знаком этот текст?
       Я взял бумагу и посмотрел. Это была распечатка "Манифеста ЮССИ", опубликованного на нашем сайте несколько дней назад.
      
      Обращение к Американскому народу (Манифест ЮССИ).
      
       Мы, исчадья Ада и отродья Сатаны, потрясатели священных основ и колебатели моральных устоев, наглые выскочки и циничная шпана, голодные волки капиталистических джунглей и бездушные терминаторы Автоматизированного Мира, пидоры убогие и дристуны засратые, обращаемся здесь к Американскому народу с заявлением о своих гнусных намерениях.
      
       Граждане!
      
       Граждане!!
      
       Граждане!!!
      
       Гражданин! Оторви свою жопу от офисного кресла! Встань и оглянись! Ты видишь? - на ухоженных полях политкорректности пробиваются к солнцу корявые сорняки и на их, пока еще слабых, стеблях зреют гроздья гнева!
      
       Гражданин! Каждый! К тебе обращаемся мы!
      
       Мы - глашатаи старой доброй Свободы! Брат мой, ты помнишь еще это имя? Мы - партизаны против Системы, мы - плевок в постную рожу ханжи, мы - перегар в офисе, мы - оргия в Святая Святых, мы - кислотный сейшн в воскресной школе, мы - драка с поножовщиной на курсах кройки и шитья. Мы Борцы и Герои! А ты кто? Как бы не сложилась наша дальнейшая судьба - мы не будем жалеть о неизвестно зачем прожитой жизни. Нам не о чем будет жалеть. И пусть мы погибнем в неравном бою - память о нашем Подвиге сохранится навечно в памяти Народов! А что ты оставишь после себя, мой друг?
       Но мы не погибнем! Мы сметем с прилавков розовый мусор! Мы завоюем весь мир! Мы поднимемся с ноля до заоблачных высот!
      
       Граждане!
      
       Граждане!!
      
       Граждане!!!
      
       Мы встряхнем вас, а заодно и ваши кошельки! Плюйте нам в лицо, сыте нам в глаза, кидайте в нас говном, но платите!! Вы, ведь, для этого и родились, верно? Вы, блядь, даже не винтики, а топливо в Машине. Короче: деньги на бочку - товар высший класс!
      
       Я отложил листок в сторону.
       - Ну и?
       - "Мы погибнем в неравном бою" - это о чем?
       - А вы как думаете, о чем: о социальной революции или конкурентной борьбе?
       - Тон этого обращения нельзя не назвать оскорбительным.
       - Оно не персонифицировано.
       - Там написано: "каждый".
       - Оскорбившиеся имеют возможность обратиться в суд. Никто им в этом не препятствует. Мы тут что, будем обсуждать, всякую хуйню которая написана на нашем сайте? Там много чего понаписано.
       - Мистер О"Лири, выбирайте, пожалуйста, выражения, вы не у себя в офисе.
       - Я вам в собеседники не навязывался и в любую минуту буду рад уйти. Что касается агрессивного формата наших внешних акций, то скажу вам вот что: наша стратегия развития предусматривает, в числе прочего, активное использование такого рекламного формата, как эпатаж, скандалы, антиобщественное циничное и агрессивное поведение. Ничего социального - лишь бизнес. Сгодится все, что может привлечь внимание. ФБР заинтересовалось нами - мы не упустим возможности использовать в своих целях и этот факт.
       - Нда... - агент Джеффрисон ковырял ногтем бумажный ярлычок приклеенный к его дешевой ручке. - Ну что ж, по крайней мере, спасибо за откровенность.
       Они опять показали фотографию Саши:
       - Как по-вашему, она сексуальна?
       - Каждая такая оценка субъективна.
       - Нас интересует именно ваше субъективное мнение.
       - Да, она сексуальна.
       Они показали фотографию Сашиной пизды:
       - Скажите, что изображено на этом снимке?
       - А на что это, по-вашему, похоже?
       - Вы признаете, что на этой фотографии изображены половые органы?
       - А что означает термин "признание" в контексте нашей дружеской беседы?
       - В юридическом смысле - ничего.
       Я взял фотографию и посмотрел поближе.
       - Здесь применяли редактор изображений.
       Джеффрисон выразил немедленно решительный протест:
       - Вы порите чушь, мистер О"Лири. Никто здесь ничего не редактировал. Я просто добавил контрастности.
       - И подретушировали слегка. Это и есть "модификация изображения". Был снимок технического брака, а теперь, и в самом деле, больше похоже на пизду.
       Я бросил фотографию на стол и она скользнула к Арабелле. Арабелла глянула на нее и отодвинула в сторону:
       - Технический брак у вас там или что, случайно это произошло или намеренно - совершенно не важно. Важен результат.
       - Разве наличие умысла не является решающим фактором для квалификации деяния как преступления?
       - Квалификация деяний - дело следствия, мы, пока, пытаемся установить факты нарушения закона.
       - И что мы там нарушили? Что-то вы не больно козыряете цитатами. Эти ваши законы писаны, чтобы ловить папиков, дрочащих на монитор. Мы - другое дело.
       - "Ваши законы"? А у вас другие законы?
       - Я про Систему. Одни пишут законы против Папика Дрочащего на Монитор, другие ловят Папика Дрочащего на Монитор. Все при деле.
       - Угу. Мы представляем Систему?
       - Ну, типа того.
       - А вы? Вы кто? Борцы с системой?
       - Бизнесмены. Просто бизнесмены.
       Она сидела, свесив одну руку с кресла, другую положив на стол перед собой и смотрела прямо.
       - А по-моему, вы и ваши друзья всего лишь мелкая, нагловатая шпана.
       - Да, сегодня на нас смотрят как на дворовых хулиганов, но завтра...
       - Завтра будете подметать тюремный двор. Вы хоть знаете, с чем играете?
       - От пяти до двадцати. Впрочем, пятерик дают за дрочеллинг-мониторинг, нам, как распространителям, светит вся двадцатка, да, Арабелла?
       - Да, мужик. Ты не так уж далек от истины, на самом деле
       - И почему я не в наручниках до сих пор?
       - Наберитесь терпения немножко. Все в свое время.
       Джеффрисон разглаживал бумажный ярлычок, пытаясь приклеить его обратно:
       - Ведите себя поскромней - вы по уши в дерьме, на самом деле. Как насчет лобковой области, господин гендиректор? Это тоже технический брак?
       - А что насчет лобковой области? У других тоже есть низ живота, даже у пупсов. У всех есть низ живота, даже у специальных агентов, - я глядел на Арабеллу.
       - У вашей девочки рельеф характерен именно для лобка. - Посмотрите: вот эта зона, - он обвел желтым маркером. - Выглядит именно как "лобковая зона", разве нет? Это не просто "низ живота".
       - Да, это лобок. Это я признаю.
       - Еще у нас есть вполне развитая грудь, совершенно очевидный ареал вокруг сосков и, наконец, собственно соски.
       - Она продается одетой.
       - Но процесс игры подразумевает раздевание и переодевание, разве нет?
       - И еще различные фантазии, которые невозможно контролировать, разве нет?
       - Послушайте, вы действительно считаете себя свободными от морали?
       - Некорректно поставлен вопрос.
       - Вы действительно считаете, что вам все это сойдет с рук?
       - Что "это"? Что мы такого натворили? Это ФБР сегодня у нас определяет, что морально, а что нет?
       - Нет, не ФБР.
       - А кто?
       - Общество, мистер О'Лири. Не согласны?
       - Общество? Люди?
       - Да. Люди. Народ. Который живет в этой стране.
       - Не стоит вам говорить от имени народа. Говорите от имени тех, кто платит вам зарплату. Когда мы добьемся успеха, люди простят нам некоторые наши шалости с этой вашей моралью - победителям прощают все. Вот вам и ответ на ваш вопрос.
       - И эти самые люди, кажется, уже предъявляют вам иски?
       - Читаете нашу почту? Читайте, читайте... Читайте наши письма, ройтесь в наших корзинках для мусора, изучайте следы спермы на наших мониторах - в общем, занимайтесь своим делом. А мы будем заниматься своим.
       - Эй, парень, - агент Джеффрисон постучал концом ручки по столу. - Твое хамское поведение не принесет тебе здесь никаких дивидендов.
       - Мы вас раздавим, мистер О"Лири, - она наставила на меня палец. - Мы вас раздавим.
       - Ваши угрозы незаконны, вы отдаете себе в этом отчет?
       - Раздавим как червяков.
       - Не могу пожелать вам успеха в этом деле, но обещаю с интересом следить за процессом. И на этой оптимистической ноте давайте уже закончим, наконец, наш конструктивный диалог.
       - Да, закончим. Но мы еще увидимся, мистер О'Лири.
       - Если только я буду вызван в качестве свидетеля или подозреваемого. Никаких бесед больше не будет.
       - Именно это я и имела в виду.
       Они встали.
       - На перекрестке, который называется "Площадь Сладкоежек" стоят сейчас двенадцатилетние мальчики и продают себя. Это ни для кого не тайна. Одним на это насрать, другие не хотят об этом знать. Любой может купить их. Знаете это место, специальный агент Дарси? Недалеко - в трех кварталах отсюда, я на машине - могу подбросить. Арабелла, почему ФБР? Почему именно этот отдел?
       Легкая судорога пробежала по ее лицу. Джеффрисон открыл рот, пытаясь что-то сказать.
       - Кому ты мстишь, Арабелла?
       - Не твое собачье дело.
       - Как надоест гонять папиков-дрочеляндов, позвони. Думаю, у нас найдется для тебя интересное предложение.
       - Да что ты? Серьезно? Я польщена.
       - Думаю, да.
       Поднимаясь из-за стола, я случайно задел ногу Джоан и она отреагировала моментально:
       - Вы будете предъявить моему клиенту какие-нибудь обвинения?
      
      
       - Джек, ну как я там? Нормально? - спросила Джоан, когда мы ждали лифт.
       - Учитывая, что это твой первый выход в свет - нормально.
       - Джек, а ты - вау! - просто отлично! Я тоже хочу быть такой уверенной! Джек, ты меня научишь?
       - Научишься сама.
       - Джек, я боюсь, у меня не получится.
       - Джоан, если бы ты сейчас увидела себя, какой ты станешь лет через шесть-семь, то ты бы себя не узнала
       - Да, Джек? Ты веришь в меня? И какой я стану?
       - Да такой же гнусной сранью, как и вся эта прочая адвокатская сволочь.
       Джентльмен с благородными сединами, ждавший лифт вместе с нами, сказал, не поворачивая головы:
       - Эту мразь надо душить еще в колыбели. Знаете, сколько я им заплатил за свой последний развод?
      
       Поскольку рабочий день закончился, я отпустил Джоан домой, а сам поехал в офис.
       - Ну? - спросил Стив, когда я вернулся. - И чем недовольны наши федеральные друзья?
       Я открыл холодильник, взял минералку.
       - Им не понравилась Сашина жопа.
       Достал из диктофона карту памяти, бросил Тому на стол.
       - Не понравилась?! - Стив захлопнул книжку "Твой первый миллиард" и швырнул ее на стол. - Они что, блять, извращенцы? Да за такую жопу можно душу дьяволу продать! Том, не принимай близко к сердцу - эти грязные членососы нихера не понимают в женской красоте. А жопы им нравятся исключительно волосатые.
       Я сел в свое кресло, положил ноги на стол и отпил из бутылочки.
       - Сказали, что она чрезмерно провокативна.
       Стив возмущенно-отрицательно махнул рукой:
       - Абсурд! Жопа есть жопа. Она провокативна по определению. Как можно сделать жопу непровокативной?
       - Они сказали: "чрезмерно провокативна".
       - "Чрезмерно"? А что, есть такая мера? Том, существует шкала провокативности жоп?
       - Да, - откликнулся Том. - У Саши десять баллов.
       - Из скольких?
       - Из двенадцати.
       - Недоработочка.
       Я сказал:
       - Кстати, Том, в следующий раз ты туда поедешь.
       - Почему я? - спросил Том. - Почему опять я?
       - Там есть одна тетка как раз в твоем вкусе.
      
       "...может вы не в курсе, но хочу сообщить вам, что в США существует полиция, суды, тюрьмы с толстыми стенами и крепкими решетками, где ваши молодые упругие задницы ожидает очень и очень горячий прием. Не пора ли вам уже пойти и купить себе анальной смазки? Только покупайте оптом - так дешевле будет. Сразу, чтобы хватило лет эдак на 20-30. ..."
      
       Стиву сообщили, что один из репортеров "Сан" получил задание подготовить сюжет о Саше.
      
       В понедельник было продано 324 штуки. Во вторник 541. В среду 718. Чтобы выжить, нам нужно было продать первую партию со средней скоростью 3300 штук в день. Человек Стива из "Сан" сообщил, что материал о Саше появится в четверг.
      
       Городские власти города Колмен, штат Техас, запретили продажу "номенклатуры 001А" в пределах города. У нас не было точки в этом городе, но Фукс сказал, что он разрешил своим дилерам поставлять товар по заявкам с мест, поскольку кое-где накапливались излишки товара.
      
       ФБР завело дело о распространении детской порнографии. Возможно, они сделали это под давлением, потому что шансов на успех у них было маловато. Меня они пытались вызвать на допрос, но я делегировал свои полномочия Тому. Орегонская фирма представила ФБР "Отчет о расследовании нарушения технологических норм производства". К отчету, кроме прочего, прилагалась макрофотография злополучной соринки, прилепившейся к внутренней поверхности формы для литья.
      
       Мы наняли русского, чтобы позвонил Уилкинсону.
       - Я не русский, я дагестанец!
       - Да какая в пизду разница? - Стив помахал у него перед носом бумажкой в пятьдесят долларов. - Сделаешь как сказали - получишь бабки. Всей работы на одну минуту.
       - Почему сами не звоните?
       - Тебе ж говорили: любовник из русской мафии. Все должно быть натурально. Поэтому нужно, чтобы звонил русский.
       - Слушай, если будешь называть меня русским, наше сотрудничество будет заканчиваться! Я дагестанец!
       - Хорошо, хорошо, Майкл, я все понял: ты не русский - ты дагестанец. Извини.
       - И я не мафия! Я делаю честный бизнес!
       - Да, да, хорошо. Честный, только незаконный.
       - У вас плохие законы есть. Глупые очень.
       - Прости нас, брат. Мы будем исправляться.
       Мы заставили его два раза прочитать текст вслух и объяснили незнакомые слова.
       - В конце обязательно скажи пару слов по-русски. Какие-нибудь ругательства, - Стив начал набирать номер на телефоне, купленном с рук специально для этого дела. - Настройся, Майкл, представь, что этот мудак пристает к твоей девушке.
       - Я бы его убил, не стал бы читать бумажку в телефон.
       - Внимание! Три! Два! Один! В эфире! - сунул русскому телефон.
       Он сказал все как надо. Стив отдал деньги, спросил:
       - Майкл, а что ты ему сказал по-русски?
       - Сказал: буду ебать его папу с мамой на его глазах, пока не сдохнут.
       - Извращенец, - сказал Стив, глядя ему вслед. - Все русские - извращенцы.
      
       Утром в четверг Стив открыл "Сан" и принялся изучать колонку новостей.
       - Глобальное потепление или глобальный обман... звезда бейсбола оказался женщиной... дети в огне... откровения пилота "ПанАмерикан": секс с пассажирами и танцы на крыле... призрак президента средь бела дня бродит по Парку Лафайет... Белинда Деламбер устроила аукцион по продаже своего нижнего белья. Блять, да кто она, такая?
       Он отложил газету и забарабанил пальцами по столу.
       - Ну, что? - спросил Том. - Нету?
       - Нету.
       Том позвонил своему агенту в "Сан" и агент сказал ему, что с полосы нас выбил восьмилетний мальчик, спасший во время пожара своих братьев-близнецов грудного возраста и наш материал пойдет теперь в пятничный номер.
       - Маленький ебаный засранец! - Стив скомкал газету и бросил в корзину. - Сам, небось, и поджег, чтобы стать героем.
      
       В среду было продано 1025 единиц товара. Аудиозапись моей беседы с федералами, иллюстрированная рисунками Тома и фотографиями Саши, попала в топ-десятку Ю-Тьюба.
      
       Фукс был поражен объемами продаж. Он приехал к нам, чтобы обсудить перспективы дальнейшего развития, а именно - планы реализации второй партии.
       - Мексика - без проблем. Там я могу поставить любой легальный товар куда угодно, в любых количествах. Есть каналы в Бразилии, Аргентине, Чили.
       - Нет, Бен, эти страны мы не относим к числу приоритетных.
       - Почему?
       - Специфика товара. А что с Канадой?
       - С Канадой все в порядке.
       - Отлично. А Европа?
       - Есть филиалы в Италии, Греции, Сербии.
       - Нам нужна Франция, Англия, Германия. И Скандинавия. И Япония.
       - В Японии мы пока не работаем, но у меня там есть друзья.
      
       Шарлотта Нойбергер вступила в общественно-гражданский союз "Обеспокоенные мамы".
      
       В пятницу материала не было. Тот пацан опять нас подрезал. Оказалось, Стив был прав насчет поджога.
       - Отсосет теперь его папа от страховки, - сказал Стив.
       Я сказал:
       - Есть один маленький нюанс, Стив. Представитель страховой компании заявил публично, что деньги будут выплачены. Он сказал: "Да, безусловно, я гарантирую, что мы полностью выплатим страховую сумму". "Безусловно" - это значит: "без условий".
       Стив пожал плечами:
       - Ну, что сказать на это? Ребята решили подсуетиться, пока угли не остыли. Все нормально, все правильно. Да и дело, вроде, казалось ясным - ударила молния, загорелось снаружи. Просто, надо было сформулировать иначе. Товарисч! Зорче контроль над качеством своих рекламных сообщений!
       - Ну да, когда дело сделано, каждый знает, как надо было делать. Вопрос не в этом, вопрос в другом: что делать дальше?
       Стив взял карандаш, приставил тупым концом себе к виску и закрыл глаза. Промычал какую-то мелодию. Отложил карандаш.
       - Возбужденные неустанной заботой о благополучии клиентов, мы сказали, сгоряча, пару опрометчивых слов. Да, мы признаем это. Но! - поднял указательный палец. - Если мы обещали выплатить деньги, не сомневайтесь: деньги будут выплачены. "Обещал - женись!" - девиз нашей компании. Да мы заплатим! Пусть цунами в сто миллионов баллов сметет все с лица Земли, - смел все со стола. - Пусть взорвется Солнце и Земля расколется пополам, в самый разгар Апокалипсиса, когда лопнут твои глаза и обуглится кожа, мы постучим в твою дверь, чтобы вручить тебе чек на всю страховую сумму. Всё, до последнего, блять, сраного цента! Всё! И, даже, если ты не захочешь брать свои сраные бабки, мы, блять, поймаем тебя, свяжем, и запихаем их тебе прямо в твою сраную сраку! Потому, что "Объединенные Страховщики-Бесстрашники Северо-Северо-Западло-Востока" платят всегда!
       - Здорово! - закричала Джоан и захлопала в ладоши.- Здорово, Стив, класс! Тебе надо было идти в адвокаты!
       Стив сделал знак, показывающий, что он еще не закончил и просит тишины:
       - Но скажите, господа, как это возможно, чтобы страховая компания платила за поджог, наверняка зная, что это был поджог? Ведь так не бывает, верно? Так не бывает, блять, так просто не бывает. Прецедентов не было.
       Том сказал:
       - Поднимется Большой Шум.
       - Ты охуительно прав, чувак! И даже будут протесты.
       - А не скажут ли потом, что это просто дешевый трюк?
       - Конечно, Том, конкуренты-завистники, шипящие в своей бессильной злобе, скажут именно это. Но давай подумаем, что останется в памяти народной: факт или оценка?
       Пронзительный вопль за стеной. Джоан прижала руку к сердцу:
       - Ой! Господи, что там? Пойти посмотреть?
       Стив объяснил:
       - Ричард и Джордж подложили ей в карман пальто паука-птицееда.
       - Ужас! Настоящего?
       - Искусственного. Но очень реалистичен.
       - Придурки, - сказала Марта.
       Я сказал:
       - Спасибо, Стив, это было впечатляюще. Теперь о нас. Что ж, похоже, "Сан" нас кинула.
       - А может они завтра напечатают? - спросила Джоан. - Или послезавтра. Ну не может же этот мальчик вечно путаться у нас под ногами.
       - Поджигатель надежд, - сказал Том.
       Я сказал:
       - Вполне возможно, что пацан не причем.
       - Как не причем? - Том поднял газету. - Тут написано, что он сознался.
       Стив сказал:
       - Том, Джек имел в виду не это, - он положил ноги на стол, заложил руки за голову и направил взгляд в потолок. - Ребята, мы получаем сотни писем в день, из них половина с угрозами. Модераторы устали удалять фотки голой Саши, мы вошли в топы самых обсуждаемых тем Интернета, но даже издания, посвященные Интернету, молчат как стена. Как думаете, почему?
       Джоан спросила:
       - Наверное, они не хотят делать нам рекламу?
       - Да. Они прекрасно знают, что мы ждем от них. Никто не хочет быть первым. Потом плотину прорвет, но никто не хочет быть первым.
       Я сказал:
       - К вопросу о послесловиях: вся эта возня с городскими газетами была напрасной. Время и силы потрачены впустую. Нам нужна акция протеста. Мимо этого они не пройдут.
       Стив возразил:
       - Джек, есть уже акции протеста. Пресса не реагирует.
       - Что ты имеешь в виду? Пикеты у магазинов? Это все ерунда. Кустарное производство. Надо поднимать общественность.
       - Да, пожалуй, - согласился Стив.
       Том процитировал:
       - "На территории Соединенных Штатов еще не произошло ни одного мало-мальски значимого события, которое не попало бы в утренние выпуски новостей".
       - Уебанские гондоны, - прокомментировал Стив. - Моему возмущению нет предела.
       Стив написал статью "Заговор молчания", в которой позволил себе сделать несколько критических замечаний в адрес средств массовой информации. Американские газеты он назвал "поварешками полными говна", а своих бывших коллег "задроченными холуями". Статья заканчивалась так: "Вы все всё равно останетесь торчать в своей унылой жопе, а мы всё равно победим!" Эту статью он разместил на сайте ЮССИ.
       Но именно в тот день появилась первая публикация, где упоминалась фирма ЮССИ - статья в интернет-газете "Понедельник - Пятница". Статья была посвящена классификации и сравнительному анализу различных способов распространении рекламной информации в Сети. Мы там упоминались в качестве примера. Мы ничего не знали об этом - поисковик по периодическим изданиям выдал в тот день обычное "нет результатов".
       Дверь распахнулась, быстрым шагом вошла Кейт. Глаза заплаканы, но сверкают яростью.
      
       Мы подписали субдоговор с РПТ на производство второй партии продукции в количестве 400 000 товарных единиц.
      
      
       Продажи падали: суббота - 716, воскресенье - 490, понедельник - 247, вторник - 308.
       Наши попытки переломить тенденцию успеха не имели.
      
       "Заберите вашу потаскушку и отдайте мои деньги."
      
       В Вашингтонском отделении общественно-гражданского союза "Обеспокоенные мамы" под руководством Шарлотты Нойбергер был разработан и осуществлялся план проведения демонстрации протеста против свободной продажи "номенклатуры 001" на территории США.
      
       Мы включили в этот план небольшую драку, чтобы, как выразился Стив, "привлечь дополнительное внимание к проблеме". Еще мы помогли "Обеспокоенным мамам" с информационным обеспечением акции. Тут они были совершенно беспомощны и воображения у них хватало лишь на раздачу листовок в людных местах.
       По линии технической помощи мы изготовили для демонстрантов несколько десятков плакатов, на которых была изображена стервозная, но вполне симпатичная Саша. Текст на плакате - "Не отдай ей своего ребенка!" - был выполнен темно-серыми нечеткими буквами на светло-сером фоне. Плюс ко всему, надпись "бликовала", что делало ее, на некотором удалении, нечитаемой для фото- и телекамер.
      
       За день до начала акции Стив узнал через своих агентов, что на место событий командируется команда телерепортеров из CNN.
      
       На всякий случай мы купили для Тома наколенники и налокотники, а также легкий бронежилет, защищающий от ножа, пистолетной пули и осколков гранаты.
       В воскресенье, в пять утра, на моей машине мы выехали в Вашингтон: Том, Стив, я и Джоан.
      
      
       - Внимание! Десять тридцать две. Угол Девятой и Пенсильвания авеню, Вашингтон, федеральный округ Колумбия. Всем установить визуальный контакт.
       - Есть контакт.
       - Мальчики, я вас вижу!
       - Джоан, ты где?
       - Я здесь.
       - Где здесь? Ты должна быть у флагштока. Бегом туда и ни шагу оттуда. Том, ты меня видишь?
       - Вижу.
       - Стив, я тебя не вижу. Помаши рукой.
       - Машу.
       - Вижу.
       - Джек, сфоткай меня на фоне этого мавзолея.
       - Что ты куришь, Стив?
       - Все нормально, Джек. Давай.
       - Готово.
       - Отлично. Вставлю в рамку и повешу в офисе.
       - Джек, можно я отойду на минутку?
       - Куда ты отойдешь? Мы все только что специально ходили в туалет.
       - Куплю пирожок с лотка.
       - Джоан, у тебя будут заняты рот и руки.
       - Джек, ну я быстро, а? Все равно еще ничего не началось.
       - Ладно, только быстро. Джоан, и когда ты, блять, уже привыкнешь к дисциплине?
       - Ребята, знаете, что я думаю? Это место слишком пафосное - вот что я думаю.
       - Киношное.
       - Да, именно. Киношное.
       - Декорации не нашего фильма.
       - И какие будут предложения?
       - Пустая широкая улица. Всюду валяются обломки кирпичей, догорающая перевернутая машина. По середине улицы неуверенно идет маленький человек с большим плакатом. Плакат держит на вытянутых руках перед собой.
       - Человек с плакатом на людной улице. Никто не обращает внимания. Но и он не смотрит на людей. Он выглядит уставшим.
       - Джоан, твой вариант.
       - Мальчики, я узнала это место! Мы тут проезжали вместе с классом на автобусе, помните я вам говорила про экскурсию? Господи, восемь лет уже - как время летит!
       - И какой хрен вас сюда понес? Хрена ли тут смотреть? Пафос, пафос, больше ни хрена.
       - Ох, да, Стив, скучновато было немножко ходить по всем этим мемориалам. И еще погода была просто кошмарная - ветер ледяной и такой дубак, мы там закоченели все, и тетка с нами была какая-то из комитета по образованию - ну мегера просто жуткая, она там задергала нас, всю дорогу боялась, что девочки все забеременеют, а мальчики сопьются. А вот когда мы в Калифорнию ездили, с нами была Рут Лански, учительница из нашей школы, очень хорошая, молоденькая еще была совсем и красивая очень. Мы с ней в одном номере жили.
       - Джоан, ты уже третий раз про нее сегодня. Что она тебе шептала на ухо? А когда она полезла тебе в трусики, ты почувствовала как кровь стучит в висках? Расскажи как прямо оттуда по всему твоему телу поднималась горячая волна. Твои жаркие губы были полураскрыты, а на щеках горел малиновый румянец, да?
       - Да ну тебя, Стив, перестань.
       - Джоан, тебя что, правда соблазнила школьная учительница?
       - Нет, пожалуй, это, все-таки, я ее соблазнила.
      
       - Смотрите - тоже мужик с плакатом.
       - Конкуренция, блять, всюду конкуренция. Том, будет мимо проходить - прочитай, что написано.
      
       - Что за хуйня - ни одной скамеечки, посидели бы пока.
       - Где скамеечка там и пиво, потом тетки, азартные игры, католические епископы, Интернет наконец, и вот ты уже в лапах Сатаны.
       - Да, Том, ты прав. Изыдите, демоны!
      
       - Вот такую тачку я хочу. И блядей туда насажать побольше.
      
       - Джек, к тебе Никсон идет.
       - Да, похож.
       - Возьми автограф.
      
      - Ой, это кто там блестящий на солнце такой?
      - Практически начало мощной поэмы. Том, твоя очередь.
      - Бог Аполлон, блядь, явился с небес прямо к нам?
      - То Санимэн - хлопьев "сани" король и великий герой.
      - Жри только "сани", эй, брат, и таким станешь сам.
      
       - Копы улицу перекрывают.
       - Ага, вижу.
      
       - Том, что там?
       - "Не покупайте новый "бентли" - это наркотик".
       - Интересная идея.
       - Старо, Джек. Уже было.
       - Все когда-то уже было, Стив. Вопрос не в этом, вопрос в другом: это работает?
      
       - Том, что они хотели?
       - Спрашивали, против чего я протестую.
       - Да не стой ты с ним как знаменосец впереди полка - прислони к стене пока.
      
       - Сообщение от агента "Ша": они выходят. Так, всё, перестали бегать туда-сюда, стойте на местах. Стив, где твои телевизионщики?
       - Хрен его знает, может застряли где. Вообще, в этом деле всякое бывает - едешь, например, снимать какой-нибудь сраный митинг, а по дороге натыкаешься на ограбление банка с перестрелкой.
       - Сегодня банки закрыты.
       - Значит, приедут.
      
       - Стив, не приставай к девчонкам.
       - Это они ко мне пристают.
      
       - А Никсон-то - в зюзю!
       - Переживает.
       - Как пали сильные.
      
       - Жарко мне в этом жилете дурацком.
       - Потерпи, Том, уже скоро.
       - Том, у тебя медицинская страховка-то есть?
       - А вы мне ее давали?
       - Мы тебе потом оформим. По высшему разряду.
       - Включая стоматологию и пластическую хирургию.
       - И изготовление протезов.
       - И предпохоронный макияж. Как живой будешь.
       - Мальчики, перестаньте, как вам не стыдно! Том, не слушай их, все будет хорошо.
       - Внимание! Вижу чуваков с телекамерой на штативе! Камера профессиональная.
       - Где?
       - Вон, рядом с остановкой.
       - Ага, вижу.
       - У длинного на куртке логотип компании. Это они. Черт, кажется, заметили мой аппарат.
       - Да, глаз наметанный у подлецов. Не бзди - подумают, что репортер-внештатник.
       - Перемещаемся. Том!
       - Слышу.
       - Видишь их?
       - Да.
       - Спокойно, Том. Не спеша взял плакат, не спеша пошел. Чуть дальше пройди, не прямо напротив. Стой. Не смотри на них. Если они посмотрят в твою сторону - мы тебе скажем. Подними тогда плакат, постучи древком о землю, попрыгай, ну я не знаю что еще. Привлеки внимание. Но не смотри в их сторону.
      
       - Том, он смотрит на тебя.
      
       - Том, он снимает тебя! Не смотри! Рассеянным взглядом слегка отстраненно задумчиво медленно окрестности обводя с горной вершины проехал стоп что там такое вернулся кого меня ого ух ты оживление смущение легкое от уха до уха улыбку глупее рожу зубы оскалил осмелел показал на плакат крикнул руку вскинул вверх как фредди да не тот блять фредди кулак да так отлично.
      
       - Вон они идут.
      
       - Ого, человек триста, наверное...
       - Нормально.
       - Для начала неплохо.
       - Чуваки с Ти-Ви снимают их.
       - Шарлотта впереди.
       - Вид у нее боевой.
       - Лидер.
       - Раздавим как мокриц порнографов-педофилов.
       - Защитим от грязных рук невинность наших детей.
       - Том, Шарлотту видишь?
       - Вижу.
       - В черной куртке блестящей, голубых джинсах.
       - Вижу.
       - Выдвинься чуть вперед, чтобы она тебя заметила.
       - Джоан, что за охламон рядом с тобой?
       - Я не знаю, я вообще его не знаю. Спрашивает, где музей.
       - Скажи, что стоишь слишком дорого для него.
       - Скажи - штуку баксов.
       - Джек, Стив, он говорит, у него есть штука баксов.
       - Джоан, не сейчас!
      
       - Ну что, ребята? Включайте камеры.
       - Ой, а как она включается?
       - Пиздец, блять.
       - Я же тебя спрашивал ты же сказала: умеешь!
       - У меня не такая была.
      
       - Том, готов?
       - Готов.
       - Давай, Том! Страх и решимость! Маленький человек с большим плакатом! Начинаю обратный отсчет! Три!
       Длинный телевизионщик оторвался от окуляра телекамеры.
       - Два!
       Длинный выпрямился и достал телефон. Стив нацелил камеру и не видит.
       - Стив, подожди!
       - Один! Сделай свой шаг с тротуара!
       - Том, стой!
       Том шагнул вперед и остановился.
       Длинный повернулся спиной к улице и говорит по телефону. Его напарник присел на корточки и роется в сумке, стоящей возле штатива.
       - Том, назад! Он не смотрит!
       Том сделал нерешительный шаг вперед.
       - Поздно.
       - Она увидела.
       - Том, иди.
       - Сделай свое дело.
       Том вышел на середину проезжей части. Повернулся лицом к шествию. Поднял плакат повыше.
       Шарлотта тронула поводья.
       - Том, плакат поверни ко мне! Не к ней, а ко мне!
       Длинный телевизионщик все еще говорит по телефону.
       - Том, крикни что-нибудь, чтобы он услышал!
       - Что?
       - Что хочешь!
       - Мама, это я взял ту десятку!
       - Не слышит.
       - Блять, мудак, чтоб тебя уволили!
       Шарлотта перешла на галоп.
       - Ну, блять, понеслось...
       - Том, плакат поверни ко мне!
       - Святый Боже, спаси и сохрани!
       - Том, твою мать, плакат!!
       Шарлотта наскочила на Тома, треснула его своим плакатом по голове, ударила коленом в живот. Том скривил рожу и упал. Шарлотта отшвырнула свой плакат, схватила плакат Тома, попыталась вырвать. Том не отпускал. Вырвала - хрясь! - сломала о колено заранее надломленное древко.
       Напарник увидел, что происходит, дергает длинного за рукав. Длинный кинулся к камере - поздно. Прибежали люди, заслонили.
       Подъехала полицейская машина.
       Спектакль кончился.
       Самые лучшие снимки получились у Джоан. "Я же говорила, что хорошо фотографирую". Во время учебы в университете она победила в тематическом фотоконкурсе "За что мы любим этот мир".
      
       Через двадцать минут после описываемых событий в редакции газеты "USA Today" раздался звонок.
       - А здравствуйте! А тут у вас была демонстрация с дракой, я заснял. Вам не надо? Патрик. О"Нил. Да не, какой я репортер, я вообще из Монтаны.
      
       В участке Том заявил, что не имеет никаких претензий к гражданке Нойбергер и не будет выдвигать против нее никаких обвинений.
      
       Фотографию напечатали в рубрике "Фото дня". Маленького эскимосского паренька бьет коленом в живот высокая белая тетка и гримаса на физиономии у Тома при этом, как у Освальда, когда в него стреляет Джек Руби.
       Никакого пояснительного текста под фотографией не было - что, к чему и за что - только дата, время и место съемки, но на плакате, который был в руках у Тома, читалось четко черными буквами на желтом фоне: "Саша вас похоронит!".
       CNN дала коротенький сюжет, наврав в комментарии, что демонстранты протестовали "против использования некоторыми фирмами сексуальных образов детей в маркетинге и рекламе". Потом сказали что-то невнятное про некий "инцидент, переросший в потасовку" и показали, как Шарлотту сажают в полицейскую машину.
      
       Озабоченные мамы временно исключили Шарлотту из своих рядов, выразив, однако, благодарность за активное участие в организации воскресной акции протеста.
      
       Гонорар, полученный от "USA Today" за фотографию драки, мы отдали Тому.
      
       В штатах Луизиана и Мэриленд власти запретили продавать "номенклатуру 001А" вместе с товарами, предназначенными для детей. В штате Техас 001А запретили продавать на расстоянии менее, чем 450 ярдов от школ, детских садов, а также "всех иных мест постоянного присутствия лиц, не достигших совершеннолетнего возраста".
      
       За двадцать дней было продано 8684 единиц товара. Чтобы сохранить фирму, оставшуюся часть партии - 141 тысячу штук, надо было реализовать в течение 30 дней, то есть, это получалось, в среднем, 4700 штук в день.
      
       Регулярно, дважды в день - до обеда и после - звонил Уилкинсон, пока я не сказал ему: "Дейв, ты можешь нам помочь? Если не можешь - отъебись." Уилкинсон сказал: "Увы, Джек", и положил трубку. Иногда он был неплохим парнем.
      
       С помощью Шульца мы увеличили число торговых точек до 3500. Наш товар теперь продавался во всех крупных и средних городах всех 50 штатов страны.
       Деньги у нас кончились и, при таких объемах продаж, мы не могли рассчитывать на получение следующего транша от Большого Боба.
      
       Том пару раз ездил в ФБР, но дела там шли неважно.
       - Том, я надеюсь, они придут к нам хотя бы с обыском? - спрашивал Стив.
       - Я работаю над этим, - отвечал Том.
       - Как-то там все вяло, в этом сраном ФБР, - заметил я. - Нам нужен драйв, нам нужен экшн, нужна жизнь, страсть, страдания, а у нас, вместо этого, рыбья голова специального агента Джеффрисона.
       - Я не могу разжечь этот костер, - пожаловался Том. - Дрова отчаянно сырые.
       Стив предложил:
       - Давайте уже организуем какой-нибудь интересный процесс, что ли.
       - Давно пора, - поддержал Том. - А то скоро все вообще уснут, если дальше так дела пойдут.
       - Да. Джек, как, насчет, организовать захватывающий процесс?
       - Полагаю, это было бы неплохо, - согласился я. - Прошу темы и сюжеты.
       - Детская порнушка на жестком диске. Вычеркиваем. Пошло, банально, без капли фантазии.
       - Под видом фанатских клубов Саши мы планируем создать в стране сеть детских публичных домов.
       - Это неплохо, да, тут есть размах. Но тут нет Истории, Том. Нам нужна История. История Предательства, История Борьбы, История Успеха и Падения, История Любви.
       Том предложил другой вариант:
       - Папик и четырнадцатилетка. Папиком будет Джек, как самый старший среди нас. Безумная любовь. Ее родители сажают Джека. Джеку дают пожизненное за совращение малолетки, он вешается в тюрьме. Она, узнав, вскрывает вены. Потом опубликуем их нежные письма друг другу - это будет бомба! Последнее письмо Джека: "Нет, я не сломался. Просто я не могу жить без тебя".
       - Отличный сюжет! - одобрил Стив. - Именно так, да! Тут есть все, что надо!
       - Слишком много действующих лиц, - возразил я. - Девочка, родители, свидетели. Мы не успеем организовать все это. Времени осталось совсем немного. Но я вот о чем подумал. Ты сказал это, Стив: ДП на жестком диске.
       - ДП на жестком диске?
       - Да. ДП на жестком диске. Давайте не будем сразу отбрасывать это. Давайте подумаем. В этом что-то есть. Это может случиться с каждым. Мне кажется, за это надо зацепиться. По крайней мере, можно поработать над этой темой и посмотреть что получится.
       - Ладно, давайте попробуем. Итак, тема: ДП на жестком диске. Разработка: жертва - преступник - мотив.
       - Сослуживец подбросил. А потом настучал.
       - Мотив? Карьерные интриги? Как-то это не цепляет.
       - Может быть, какая-то мелочь? У жертвы было выше количество продаж за прошлый месяц, жертва болеет за другую футбольную команду, жертва постоянно надувает пузыри из жевачки и это раздражает - что-нибудь такое. Из-за этой ерунды мужик получает конкретный срок.
       - Джек, количество продаж - это не ерунда.
       - Жена подставила мужа. Так будет круче.
       - Жена - мужа? Да, это, наверное, лучше. Мотив?
       - Ревность.
       - Повод для развода.
       - Бывшая жена! Мужика подставила его бывшая жена, потому что суд присудил ребенка ему, а не ей!
       - Класс! Да! Она хочет пересудить ребенка себе!
       - Точно! Значит, дело было так: после развода у нее остаются ключи от его дома. Он просит ее вернуть ему ключи. Она ищет их, но не находит - куда-то задевались. И вот, однажды, она находит эти ключи. Делает уборку, например, и находит.
       - Не, в одеже. Какая-то вещь, она ее давно не одевала.
       - Осень! Пришла осень, на улице пасмурно, моросит холодный дождь. Она достает из шкафа пальто. Она куда-то собирается. Перед тем, как уйти, смотрится в зеркало. Поправляет прическу. Все в порядке - можно идти. Сует руку в карман пальто - там что-то есть. Что там такое? Достает из кармана ключи. Смотрит на ключи.
       - Задумчиво смотрит.
       - Задумчиво смотрит на ключи. И тут в ее голове рождается план. Когда мужика дома нет, а ребенок в школе... Кстати, мальчик или девочка?
       - Девочка.
       - ...а девочка в школе, она проникает в его дом, включает комп и запихивает в какую-нибудь далекую системную папку сотню-другую фоток грязненькой такой дипишки.
       - После чего идет в полицию.
       - После чего идет в полицию. Она надеется добиться нового судебного процесса и что дочку заберут у отца-педофила и отдадут ей.
       - А, тем более, если мужика посадят, дочка отойдет к ней автоматом.
       - От мужика все отворачиваются.
       - Разумеется.
       - Соседи не здороваются. На работе намекают, что было бы неплохо, если бы он уволился.
       - Сидит в своем баре один за столиком. Никто к нему не подсаживается.
       - Вскрывает вены в ночь накануне суда.
       - Вешается. Бабы вены вскрывают, мужики - вешаются. Или стреляются.
       - Ладно, пусть вешается.
       - Ну что, принимаем?
       - Хорошая история. Конфетку сделаем из нее.
       - Да, тут есть реальная жизнь.
       - Что-то еще надо для большей убедительности.
       - Фото семьи. До развода. Мама, папа, дочка в Диснейленде. Мама с папой в обнимку, дочка с мороженым. Все смеются, все счастливы.
       - Рассказчик кто?
       - Аноним.
       - Это понятно. А почему он аноним?
       - Его мучает совесть. Он был из тех, кто отвернулся.
       - Они все отвернулись.
       - Географическая привязка?
       - Большой город. Чикаго. Это произошло в Чикаго.
       - Итак, это произошло в Чикаго.
       В приемной послышалась какая-то возня, потом вырубился свет. Ойкнула Джоан, матюкнулся Стив, запищали бесперебойники. Из приемной вышла Кейт, она несла торт с горящими свечками. За ее спиной маячили тени Ричарда и Джорджа.
       Торт был украшен шоколадной фигуркой Саши и надписью "10 000!". Это был двадцать шестой день продаж.
       Через свои источники мы узнали, что ФБР закрыло наше дело о распространении ДП. Это было неприятным сюрпризом.
       К пику всеобщей покупательской лихорадки наши продажи упали до уровня 200-300 единиц товара в день.
      
       "Гореть вам в аду!"
      
       Саймон Дойл, редактор газеты "Ист-Гринвиллский курьер", выходящей тиражом 780 экземпляров в городке Ист-Гринвилл, следовал по трассе I-70 в редакцию своей газеты. По дороге он выбросил в окно диктофон, который, вместо воспроизводства записанного интервью, издавал лишь скрипы и писки, и заехал в универмаг, стоящий у трассы, чтобы купить новый диктофон. Припарковавшись и выйдя из машины, Дойл обратил внимание на немолодую женщину, стоящую возле универмага с плакатом, изображавшем фотопортрет некой девицы с наглой мордой и пририсованными от руки рогами. Надпись на плакате гласила: "Дьявол имеет много обличий!" Саймона Дойла заинтересовали грустные глаза женщины и странный плакат. Он подошел к женщине с плакатом и поговорил с ней некоторое время.
       Так он узнал про Сашу и про Заговор Темных Сил.
      
       Через два дня в "Ист-Гринвиллском курьере" появилась статья "Игрушка для детей или детская порнография?", посвященная несовершенству закона о ДП. В статье, также, приводились различные мнения жителей Ист-Гринвилла о внешнем виде Саши, ее внутреннем содержании и границах допустимого. "Канзасский комментатор", выходящий тиражом 28 500 экземпляров, перепечатал эту статью, добавив комментарий.
       "Сент-Луис Пост Диспатч" перепечатал комментарий "Канзасского комментатора".
       То же самое сделали "Лос-Анджелес Таймс", "Чикаго Трибьюн" и "Ю Эс Эй Тудей".
      
       "Сан" разродилась статьей в 6000 знаков "Саша приходит к нам". В тот день мы продали 2073 единицы товара. На следующий день - 4184. Через день - 7780.
      
       "Вашингтон таймс" опубликовала совместное интервью сенаторов Саймона Баретона и Бертрама Гордона. Баретон назвал нашу Сашу "инструментом для разврата детских душ", а Гордон - "ярким примером" катастрофического падения нравственности со времени прихода к власти демократов. "Другая сторона" была представлена каким-то сенатором-демократом от Северной Дакоты, меланхолично проштамповавшим тезис о перегибах на полях боев за бастионы общественной морали.
      
       "Бизнес Уик" попенял слегка на то, что мы используем провокации и нечестную рекламу.
      
       Нам позвонили из "Форбс" и договорились об интервью.
      
       "... Неужели вас родила земная мать? Неужели она кормила вас грудью и радовалась, когда вы первый раз сказали слово "мама"? ..."
      
       В Вашингтоне, Флориде и Техасе "озабоченные мамочки" выставили пикеты возле наших торговых точек. Мамочки использовали плакаты "Осторожно! Здесь продается детская порнография!". Нашими усилиями эта акция превратилась в общенациональную кампанию. Стив предложил сделать подборку фото таких пикетов и опубликовать: толстые домохозяйки, злобные домохозяйки, противные домохозяйки. "Будешь делать как они - будешь выглядеть как они". После недолгих обсуждений, мы решили такой пикет смоделировать. Том сказал, что знает, где можно достать дауншу:
       - Думаю, за сто баксов нам ее одолжат на полчасика. Приодеть только надо, а то ходит абы в чем.
       - С этими людьми можно иметь дело? - спросил я. - Чтобы потом не было сюрпризов.
       - Это ее брат. С ним можно иметь дело в том смысле, что потом никаких проблем не будет. Реальный мир не существует больше для него.
       - Ну что ж: весьма туманно, но звучит обнадеживающе.
       - Сколько ей лет? - спросил Стив.
       - Шестнадцать.
       - Несовершеннолетняя?
       - А что, хочешь трахнуть? За это еще сто баксов.
       Мы отправились смотреть дауншу. Том сразу предупредил, что это далеко.
      
       Длинная узкая улица, глухие заборы, бетонные коробки с железными воротами.
       Потом пошли пустые пространства. Сетчатый забор, поверху спираль.
      
       - Далеко еще?
       - Уже приехали.
       - Приехали? Да тут же нет ничего!
       - Вон к тому вагончику.
       Мы подъехали к вагончику, Том вышел из машины, постучал в дверь, чуть приоткрыл ее и крикнул:
       - Крис! Крис, привет! Это я, Том!
       - Не стреляйте, мы пришли с миром, - добавил Стив, наблюдая из машины.
       Том открыл дверь и вошел. Через некоторое время он вышел с девушкой. Указал ей на нашу машину и объяснил:
       - Машина! Кататься! Вжж! Вжжж! Ууууу! Круто! Кайф, ништяк!
       - Ты же говорил, что ей шестнадцать? - спросил Стив.
       - Ну?
       - А выглядит на все тридцать.
       - Да, жизнь ее немного потрепала.
       Девушка подошла к задней двери и принялась ее дергать, чтобы открыть. Том открыл и распахнул дверь, девушка забралась на сиденье.
       Я сказал:
       - Фактура подходящая.
       Стив согласился:
       - Вполне.
       И обратился к девушке:
       - Привет, малышка! Я Стив, а это Джек. Мы добрые дяди, мы тебя не обидим. Будешь хорошо себя вести - получишь доллар. Ты ведь хочешь доллар? Том, она что, немая?
       - Иногда что-то говорит, но понимает ее только брат, - ответил Том. - Или ему кажется, что понимает.
      
       Мы поехали искать место для съемки. Осмотрели магазин "Продукты. Видео". Пожелтевший от солнца лист бумаги "Извините, мы сегодня не работаем".
       Я и Том обошли магазин вокруг, Стив на площадке перед магазином попинал жестяную баночку.
       Наступив на нее, он сказал:
       - Что-то здесь не так. Не могу понять что, но что-то здесь не так.
       Том объяснил:
       - Здесь ничто не вызывает интерес. Никакого интереса.
       Стив согласился:
       - Да, пожалуй так. Возможно, именно в этом причина.
       Проезжая мимо рядов бетонных колонн, Стив заметил, что "это место может сойти за место возле какого-нибудь универмага", на что Том заметил, что "это место может сойти за место возле чего угодно". А когда мы проезжали мимо гигантских желтых бульдозеров, Том встрепенулся, но Стив сказал ему:
       - Даже не думай об этом.
      
       Мы выбрали заброшенную авторемонтную мастерскую. Все согласились, что место подходящее.
       Стив достал из машины монтировку, свернул замок и поднял жалюзи витрины. Я приклеил на витрину плакатик-указатель "Саша здесь есть!" Том вывел из машины девушку, я вытащил плакат "Осторожно! Здесь продается детская порнография!". Стив достал из багажника пакет и поставил на капот.
       - Ну, детка, прям сейчас, не сходя с места, выдача подарков!
       Он достал из пакета шубу.
       - А ну, погляди, что нам Санта принес?
       Развернул шубу, встряхнул.
       - А? Класс? Это еще не все!
       Достал из пакета шляпу и расправил.
       - Шляпа! Шляпа-улет! С цветами и стразами! Сам носил бы, будь я пидор.
       Он снял с девушки куртку:
       - Давай-ка, снимем это. На самом деле ничего не имею против, миленький фасончик, но вот только воняет слегонца.
       Облачил ее в шубу. Одноразовыми платочкам, смоченными в минералке, протер ей лицо.
       - Не бойся, милая, тебе не будет больно. Добрый дядя не сделает тебе больно.
       Том надел на нее шляпу, я вручил ей плакат.
       - Ну-ка, подержи эту штуку.
       Стив взял камеру. Прошелся перед девушкой, выбирая место. Остановился, посмотрел, подумал.
       - Том, расстегни нижнюю пуговицу у нее на шубе. Осторожнее, она, кажется, обоссалась. Шляпу на затылок сдвинь немного. Да, вот так нормально. Все, отойди от нее.
       Нацелил камеру:
       - Эй, милашка, на меня смотри! Э, слышь? Том как ее зовут?
       - Я не знаю.
       - Господи, надо было спросить.
       - Не у кого было спрашивать.
       - А что, брата не было дома?
       - Только тело. Сознание же его отправилось в Большое Путешествие. Я взял шприц из его ладони и вложил в нее стольник.
       Стив пощелкал пальцами.
       - Смотри сюда! Эй! Сюда смотри, овца бестолковая! Ну что за херня, ребята, она не смотрит на меня! Есть у кого-нибудь конфета? Том! У тебя есть!
       - У меня кончились.
       - Блять, вот не вовремя! - Стив стал рыться в своих карманах. - А ну-ка, что у нас тут? Охуеть, да это же ручка! Гляди какая ручка! Эй, хочешь ручку? На! На, дарю! Бери, бери, напишешь письмо своему парню. Вот, гляди-ка что еще есть: это пять баксов. Если посмотришь - они твои. А если улыбнешься, я на тебе женюсь.
       Я сказал:
       - Стив, похоже, она тебя боится.
       Том сказал:
       - Мне тоже так кажется. Она, наверное, и обоссалась-то со страху.
       Стив опустил фотоаппарат и вздохнул.
       - Да, похоже, так. Том, возьми камеру, может, у тебя получится.
       Том взял у Стива камеру.
       - С ними лаской надо. Вот смотри, - он навел камеру на девушку и засюсюкал. - А это кто у нас тут красивый такой, а? А это у кого такая шубка красивая? Ой, а какая шляпка новая красивая! А это кто у нас тут на принцессу похож? А ну-ка, ну-ка, посмотри-ка на дядю! Посмотри, сейчас вылетит птичка отсюда.
       - Нельзя им про птичку, - заметил я. - Один раз обманешь - потеряешь доверие навсегда.
       Я подошел к девушке.
       - Послушай. К сожалению, я не знаю как тебя зовут. Я буду называть тебя Элси. Так звали одну девочку, которая училась в нашей школе - ты на нее чем-то похожа. Ты не против, если я буду называть тебя Элси? Вот и хорошо, - я взял короткую паузу. - Элси, у нас тут жестокий бой идет по всему периметру. Или они нас уничтожат, или мы не позволим им это сделать. Мы - горстка героев. Помоги нам. Пожалуйста. Просто посмотри в камеру и улыбнись. Хорошо?
       Девушка смотрела в землю и не реагировала.
       Том сказал:
       - Во, бля, даже не моргнет.
       Я спросил Стива:
       - У тебя есть в багажнике Саша?
       - Ну есть, а что?
       - Давай подарим ей одну.
       - Думаешь, сработает?
       - Ну попробуем.
       Стив достал Сашу и освободил от упаковки.
       - Элси, я хочу сообщить тебе охуенную новость. У тебя появилась крутецкая подружка.
       Девушка глянула исподлобья.
       Том успел нажать на кнопку.
       - Готово!
       До дома мы прокатили Элси "с ветерком". Стив и Том при этом пели песни.
      
       Фото Элси с плакатом мы разместили на своем сайте. Возмущенная общественность немедленно обвинила "озабоченных мамочек" в том, что они используют для проведения своих акций недееспособных людей, а это уже уголовная статья. "Мамочкам" пришлось оправдываться.
      
       Приехал Дик Сенди из "Форбс" и фотограф Ведиш Сингх с помощником. Пока Сенди брал интервью, Сингх устанавливал аппаратуру и свет для съемки. Когда все было готово, мы все выстроились в ряд, плечом к плечу, и Сингх сделал несколько снимков.
       Форму стюардессы Джоан взяла напрокат в ателье, специализирующемся на пошиве сценических костюмов. Слоган на плакате, который держит Саша, придумал Сингх. Стив на той фотографии голый по пояс потому, что облил свою рубашку кофе, а не по какой-то другой причине. Одно стекло очков у Марты заклеено пластырем просто так.
      
       Том переехал из своего подвала на съемную квартиру.
      
       Мы закончили реализацию первой партии и провели первый терминатор. По этим итогам у нас оказалось в сумме 72,3% капитала ЮССИ, у Большого Боба, соответственно 27,7%. Пока все шло по плану.
       Стив построил Интерактивный График Капитальных Отношений, отражающий ситуацию на каждый день, и вывел его на Большой Экран. Том, глядя на этот график, сказал однажды:
       - Если бы какие-нибудь пидарасы дали нам тогда кредит, дела бы сейчас шли совсем неплохо.
       На что Стив ответил:
       - А если бы мы нашли эти деньги на улице, было бы совсем заебись.
      
       "... я уже попробовал себя в кинематографии и рекламном бизнесе и достиг там определенных успехов. Теперь хочу заняться выращиванием жемчужных раковин по разработанной мной революционной технологии. ... На первое время мне нужно $60000 примерно. Бизнес-план прилагается."
      
       Председатель "Австралийского Фонда Детства" заявил, что Саша "привлекает чрезмерное внимание к сексуальным аспектам внешности и поведения подростков, представляя тем самым образ ребенка в качестве образа сексуального объекта" и назвал свободную продажу Саш "несовместимой с нашими представлениями о тех моральных принципах, на которых должно строиться современное цивилизованное общество".
       - Пора открывать филиал в Австралии, - прокомментировал это заявление Стив.
       На самом деле нам тогда было не до филиалов. Следующие несколько дней мы пытались предотвратить надвигающийся кризис недопроизводства. Звонил Большой Боб и отозвался довольно резко о наших способностях правильно оценивать возможные варианты развития событий. То же самое, но в более мягкой форме, мы услышали от директора РПТ, когда вели переговоры об увеличении выпуска продукции. В то же время они хотели получить эксклюзивное право на производство "номенклатуры 001" в течение восьми лет. Они все время пытались связать вместе эти две темы: незапланированное увеличение объемов производства и эксклюзивное право на производство. Иногда это напоминало шантаж.
       В то время РПТ штамповала ноль-ноль-первых со скоростью 2900 штук в день. Через две недели они пускали новую линию и могли довести объем выпуска продукции до величины 4800 штук в день. Еще через неделю - до 5300 штук в день. Далее намечалась пауза продолжительностью примерно четыре-пять недель и мы не были уверены, что по истечении этого срока выпуск товара достигнет нужного нам значения - 25 000 штук в день. Можно было использовать площадки других фирм - заказы примерно на 100 000 единиц товара можно было разместить таким образом и мы нашли такие фирмы, но Большой Боб отказался давать деньги на это.
       - У вас есть прибыль - берите оттуда. А я не собираюсь оплачивать ваши проколы.
       Позвонил Фукс:
       - Ребята, где товар? Эти парни из РПТ говорят, что склады у них пустые.
       - Товара нет, Бен. Все, что у нас было, ты уже забрал.
       - Когда будет товар?
       - К концу недели будет двадцать пять тысяч.
       - Сколько?! Стив, ты что, шутишь?! Ты видел последнюю сводку продаж?
       - Да.
       - Что "да"? Что, блять, "да"? Назовите сроки - у меня же спрашивают люди, я же им должен что-то отвечать!
       - К концу недели будет 25000. К концу следующей недели - еще 40000. Это пока все. Бен? Алло, Бен?
       - Господи милосердный, ну что это за хуйня?
       - Трудности периода становления. Это временно.
       - Блять, то у вас одно, то другое... У меня еще не было таких клиентов.
       - Бен, с нами ты взлетишь до небес.
       - Еб твою мать, Стив, да иди ты на хуй! Я это слышу каждый раз, когда вы кидаете меня через хуй! А ты знаешь, как я выгляжу в этой ситуации? Я не обеспечил поставку товара - вот как я выгляжу! Я ж не могу всем и каждому объяснять про ваши очередные периоды "временных трудностей" или как вы их там называете. Блять, да вы хоть знаете, что, вообще, происходит за дверью вашего офиса?
       - Знаю, Бен. При такой конъюнктуре товар кончится примерно через десять дней.
       - Да вот хуй ты угадал, он уже кончился.
       - Продавай пока футболки.
      
       С футболками проблем не было. На фирме, где мы их заказали, нам заявили: "Не волнуйтесь, господа, мы оденем хоть всю Америку, был бы спрос".
       Футболки мы продавали двух видов: с изображением Саши и собственно "как у Саши", с черным треугольником на груди и красно-белым кругом на спине. Неплохо также расходились ботинки "Саша", юбки "Саша" и наборы наклеек-тату. Браслеты в виде наручников с разорванной цепочкой стали очень модными среди подростков обоего пола. В течение месяца после прорыва информационной блокады мы продали 56 тысяч пар браслетов только в Калифорнии. Новый комикс "Саша. Возвращение с Небес", выпущенный тиражом в 50 000 экземпляров, разошелся за неделю. Но прибыли от комиксов не было никакой, потому что мы их продавали ниже себестоимости.
      
       Приближалась дата заседания вашингтонского суда по делу "Шарлотта Нойбергер против ЮССИ". Три недели назад этот процесс был бы очень важен для нас. Теперь ситуация изменилась.
       Тем не менее, мы с Джоан выехали в Вашингтон. Мы приехали туда в воскресенье вечером. Устроились в гостинице, сходили в кино, около полуночи поужинали в ресторане, где, кроме нас, сидел лишь один мужчина, который разговаривал со своим супом. Он (мужчина) пытался его (суп) в чем-то убедить. Он (мужчина) сидел недалеко от нас и Джоан все время косилась на него и я сказал ей:
       - Он говорит по телефону через гарнитуру.
       Когда мы закончили ужин, она спросила:
       - Джек, все будет хорошо?
       - Все не может быть хорошо, Джоан, мир устроен несколько иначе.
       Утром приехал папа Джоан из Техаса. При знакомстве он долго молча тряс мне руку, глядя в глаза. Мы все отправились в суд.
      
       Когда судья дал слово представителю ответчика, Джоан встала. Щеки у нее горели, руки заметно дрожали.
       - Ваша честь! Уважаемый суд! Я выступаю перед вами не только как адвокат, но и как женщина, как будущая мать своих детей!
      
       Мы выиграли это дело. Папа Джоан пригласил нас отметить победу в дорогой пафосный ресторан.
      
       Избранные места из стенограммы судебного заседания мы разместили на форумах юристов и это вызвало интерес. Некоторые фразы Джоан стали поговорками в среде адвокатов, специализирующихся на делах по гражданским искам.
      
       001А запретили продавать в 14 городах и двух округах. Ни один запрет не был основан на судебном решении. На каждый запрет мы подавали иск в суд соответствующей инстанции. Мы заключили договор с конторой Бена Доусона и его адвокаты, отныне, представляли наши интересы в суде при разборе этих дел по нашим искам, а позже - и по искам против нас. И еще мы написали жалобу в "Комитет по делам мелких предприятий" палаты представителей конгресса США. Они обещали рассмотреть.
      
       Одно дело привлекло наше внимание.
       Комитет по проведению общественных мероприятий, являющийся одной из структур муниципалитета города Брустер, штат Огайо предоставил безвозмездно гражданину, именующему себя псевдонимом Леви Саммер, одно из помещений муниципального выставочного зала для проведения выставки художественных произведений. Между упомянутым Комитетом и Леви Саммером был заключен соответствующий договор. Через день после открытия выставки Комитет по проведению общественных мероприятий предложил Леви Саммеру снять с экспозиции картину Тома "Несовершеннолетняя" - поясной портрет Саши, на том основании, что упомянутая Саша, находясь в публичном месте, оскорбила некую гражданку со странным именем Общественная Нравственность. Леви Саммер отказался снимать картину Тома. Комитет в одностороннем порядке отказался от исполнения обязательств по договору и предложил Леви Саммеру освободить помещение, что он незамедлительно и сделал, перетащив всю выставку в большой сарай, являющийся собственностью общественной организации "Церковь Всех Благих". Руководитель Брустерского филиала "Церкви Всех Благих" Марк Мачати, дал Леви Саммеру устное разрешение на проведение выставки в упомянутом сарае. После повторного открытия выставки, в сарай явились представители власти города Брустер и вручили Леви Саммеру приказ о закрытии выставки.
       Признаком, характеризующим картину "Несовершеннолетняя" как непристойное изображение, явились Сашины соски, "чрезмерно рельефно" проступающие через майку. Больше придраться было не к чему, впрочем, позднее, в ходе общественной дискуссии, добровольные эксперты нашли еще кое-что, а именно: возникло подозрение, что Саша на самом деле по пояс голая, а ее майка нарисована на теле. В пользу этой версии говорили следующие обстоятельства. Во-первых, на силуэтной линии портрета бретельки майки на плечах девочки-подростка не выступали над кожей и не врезались в кожу; во-вторых, на майке не было ни единой складки, тогда как на Сашиной юбке складки имелись. В-третьих, получала объяснение "чрезмерная рельефность" сосков "Несовершеннолетней": соски не были ничем прикрыты! Дискуссия разгорелась, т.к. ставки существенно повысились: полуобнаженность модели переводила картину из разряда "непристойное изображение" в разряд "детская порнография".
       Марк Мачати и Том обратились в Федеральный районный суд с требованием признать действия муниципальных властей города Брустер, штат Огайо, противоречащими Конституции США, а именно первой и четвертой поправкам.
      
       "... Какая разница между раздеванием Саши и просмотром детского порно? Я вам скажу: никакой! ..."
      
       Кризис недопроизводства обострялся. РПТ уверяла нас, что в США и Канаде не так много мощностей для выпуска такой продукции, почти все они загружены или принадлежат конкурентам, новые линии монтируются в соответствии с планом, но их недостаточно, а на монтаж дополнительных линий и строительство фабрик в Китае нужно время, которого не хватает и деньги, которых нет. Мы опять попросили у Большого Боба дополнительный кредит и он опять отказал нам. Вскоре начался товарный голод. Магазины вывешивали объявления: "Извините, Саша закончилась. Поставки ожидаются в ближайшее время".
       Насчет "ближайшего времени" - это было неправдой. Мы сами не знали, когда сможем наладить нормальные поставки товара. РПТ имела десятки тысяч необработанных почтовых и Интернет-заказов, ответом на которые было лишь вежливое письмо с приношением глубочайших сожалений и просьбой подождать, пока ликвидируются временные трудности.
       Магазин "Ви а Би", расположенный в пригородах Детройта, устроил благотворительную лотерею, единственным призом которой была последняя непроданная "ноль-ноль-первая". Они продали 276 билетов. Сюжет об этой акции показал местный телеканал. Выиграла бойкая девчонка со смазливой мордашкой. Крупно показали, как плачет, прижимая к груди медвежонка Тедди - утешительный приз - другая финалистка, толстая девочка, и Стив сказал: "Вот так оно всегда и бывает: вот таким сучкам всегда везет, а эти лохушки всегда в пролете".
      
       Как-то раз мы говорили между собой об особенностях восприятия визуальных образов и Том показал детский рисунок, изображавший бегемота с маленьким американским флажком в одной лапе и допотопным чемоданом в другой. Бегемота звали Джафар, его прислали на конкурс символов одного федерального проекта по социальной адаптации эмигрантов. Том показал этот рисунок, как пример заведомо бесперспективного визуального образа.
       Мы согласились с тем, что у Джафара мало шансов и решили поставить эксперимент: выяснить, насколько популярным мы сможем сделать этого Джафара.
       Поскольку, кроме фанерного чемодана, у исходного Джафара не было никакой Истории, мы написали ему свою. Наш Джафар мечтал стать 100% американцем, любил своего босса, соседей, обожал полисменов на трассе и постоянно думал о том, что бы еще такое сделать, чтобы всем понравиться. Но он был туповат слегка и неловок, и поэтому, что бы он ни делал, все только портил. Например, попытка украсить свое рабочее место накануне 4 июля заканчивалась уничтожением всего офиса.
       Для популяризации Джафара мы задействовали филиалы - Макса в Калифорнии и Джона Брауна в Техасе. Через несколько месяцев мы добились того, что Бегемот Джафар стал узнаваемым персонажем. Его можно было увидеть на юзерпиках, демотиваторах и футболках. На митинге бритоголовых в теленовостях я видел плакат с изображением злобного Джафара. "Нью-Йорк таймс" проиллюстрировала статью о проблемах рисунком с изображением Бегемота Джафара. Мы решили, что на этом можно закончить.
       Не уверен, что затраты времени и сил на реализацию проекта "Джафар" были оправданны, но, во всяком случае, мы получили интересный результат и смогли реально оценить свои возможности.
       По результатам голосования пользователей Интернета, Бегемот Джафар вышел на первое место в конкурсе символов, но организаторы конкурса исключили его из списка претендентов в связи с негативным контекстом.
      
       Марта просматривала на мониторе фотографии минувшей вечеринки и удаляла некоторые из них. Стив стоял у нее за спиной и комментировал содержание удаляемых фотографий.
       - Вот чего не хватает на нашем сайте, - сказал я. - Наша повседневная жизнь. Наш офис, рабочие места, вид из нашего окна. Кафе на шестнадцатом этаже, куда мы ходим обедать, бар через дорогу, куда мы заходим пропустить по рюмашке, праздники которые мы отмечаем, поддатая секретарша, стриптиз на капоте.
       Стив взял со стола у Марты карандаш и подпер им снизу кончик носа.
       - Да, черт возьми, это очень здравая мысль. "ЮССИ день за днем".
       Марта отняла у Стива карандаш. Он взял ручку.
       - Знаешь, Джек, а может расширить тему? Наша жизнь вне офиса. Просто наша жизнь.
       - Да, конечно, - согласился я. - Почему бы и нет? Мой дом. Мой газон. Наш уютный уголок на заднем дворе.
       - Наше воскресное барбекю.
       - Мои соседи. Всегда рады чем-нибудь помочь.
       - Мои друзья.
       - Мой почтальон.
       - Мой папа. Каким я буду через тридцать лет.
       - Мой завтрак.
       - Моя жена.
       - Крупный план: дырка, в которую я закачал три тонны спермы. Заведомо больше, чем кто-либо другой.
       - Мой новый спиннинг.
       - Мой отпуск на Гавайях.
       - Мое рыбное место. Не скажу, где!
       - Мой значок лучшего работника недели.
       - Моя коллекция зажигалок.
       - Моя машина.
       - Машина, которую я хотел бы иметь.
       - Жена, которую я хотел бы иметь.
       - Жена моего друга, которую я когда-то поимел.
       - Моя первая любовь от которой остались лишь школьные фотографии.
       - Мой психоаналитик. Тот еще мудак.
       - Кондитерская, куда мы по субботам водим детей на сладкие завтраки.
       - Официантка, которую я хотел бы отодрать раком в ажурных чулочках.
       - Черных или белых?
       - Сначала в черных, потом в белых. Нет, сначала в белых.
       - Моя рождественская иллюминация.
       - Моя торжественная эякуляция.
       - Дом, в котором прошло мое детство.
       - Рентгеновский снимок перелома моей правой руки.
       - Могила моего мертворожденного сына.
      
       В Далласе девочку, одетую как Саша, с наручниками-браслетами на запястьях не пустили в школу за "демонстративно асоциальный внешний вид". Девочка обратилась в суд.
       В Иллинойсе папик и 15-летняя девочка подрались в очереди за Сашу. Папик подал в суд на газету, которая первой об этом сообщила с мотивировкой "публикация ложных порочащих сведений". Он де в этой очереди на самом деле не стоял, просто мимо проходил. Факт потасовки с малолеткой папик не отрицал, но утверждал, что только защищался. Родители девочки, между тем, написали заяву на папика. Папик проиграл оба процесса. Суд не счел стояние в очереди за Сашей порочным делом, а за драку с ребенком другой суд приговорил папика к общественным работам.
      
       "... чему Саша учит детей? Ничему хорошему..."
      
       Мы в это время работали над проектом субдоговора на третью партию.
       Было три совещания под председательством Дейва Уилкинсона с участием продавца Фукса, директора и главного технолога РПТ. На одном из этих трех совещаний присутствовал еще "представитель инвестора", он запомнился тем, что все время молчал.
      
       Наш контракт с Большим Бобом заканчивался через тринадцать с половиной месяцев. По истечению этого срока мы могли быть совершенно свободны. За нами оставались обязательства по погашению ранее взятых кредитов, но новые инвестиции мы могли привлекать откуда угодно и это при одном лишь условии: после третьей терминации у нас должно оставаться не менее 50% капитала ЮССИ. Наша математическая бизнес-модель показывала, что за 12 месяцев - срок действия субдоговора - мы должны продать не менее 11 500 000 единиц товара, причем распределение продаж по месяцам не имело значения, а имело значение лишь количество проданного товара. И все это при условии примерного равенства объемов производства и объемов продаж. Фукса цифра в одиннадцать с половиной миллионов не поразила, Большой Боб тоже отнесся к этому спокойно, похоже достать 144 миллиона долларов для него не было проблемой и главным тормозом в этом деле оказался РПТ. Рычагов давления на них у нас было мало, а вернее сказать только один: стоп-проект "Саша". Мы действительно не видели смысла продолжать все это, зная наверняка, что не удержим фирму. Правда, после одностороннего объявления "стоп-проект", кредит возвращался по повышенной ставке, но мы бы выкрутились. В конце концов мы их уломали.
      
       В Сети появились два десятка сайтов фанатов Саши. К возникновению большинства из них мы не имели никакого отношения. Появились и сайты борцов за уничтожение Саши. К возникновению большинства из них мы также не имели никакого отношения.
      
       "... Мне самой 10 лет и у меня 6 кукол, 1 парень и дочка Элис. ..."
      
       В одном из доносов, поступившем на нас в ФБР, утверждалось, что логотип ЮССИ представляет собой изображение женского полового органа, а поскольку наша фирма специализировалась на детских игрушках, то этот самый орган был идентифицирован автором доноса как вульва девочки-подростка.
       - Да, - сказал Стив. - Да. О, да. Доктор, а вы не боитесь держать у себя такие картинки?
      
       "Уолл-стрит джорнал" писала: ".. в этой команде три человека, ни один из которых не закончил даже колледж. Они занимают двухкомнатный офис, на двери которого висит бумажка, удостоверяющая, что именно здесь находится штаб-квартира этой фирмы. Все их имущество - вешалка, купленная на гаражной распродаже. Вчера они получили стомиллионный кредит, а завтра, как уверяет "Форбс", станут новой американской легендой".
       Вешалку Стив купил не на гаражной распродаже, остальное было правдой. Другого имущества у нас не было. Офисная мебель сдавалась внаем вместе с офисом, а за оргтехнику, купленную в кредит, мы еще не расплатились.
      
       Том как-то показал мультик, который увидел в Сети и мы решили связаться с теми, кто сделал это. В титрах значилось: "Леси Лейн студия", Пол Саймон и Джерри Ньютон. Грейт Баррингтон, Массачусетс. Оформление их сайта нам понравилось, но похоже было, что ребята только начинают и реализованных проектов у них нет. В интернете про студию "Леси Лейн" ничего не нашлось, но мы обнаружили, что в одном из хуторов недалеко от Грит Баррингтона есть улица Леси Лейн. Мы позвонили по номеру, взятому на сайте "Леси Лейн студии". Трубку взяла мама Пола Саймона. Самого Пола дома не было. Утром он перезвонил нам в офис. Он волновался.
       - Мама сказала вы звонили...
       - Ага. Привет, Пол, я Джек О"Лири, генеральный директор фирмы "Мягкое Железо Соединенных Штатов".
       - Какой фирмы?
       - Мягкое Железо Соединенных Штатов. ЮССИ.
       - А, так это вашу девчонку судят в Огайо за аморалку?
       - Нашу. Дело вот в чем: нужен анимационный фильм на 10 минут по готовому сценарию. Формат как у вашего мульта про призрак самурая, но качество выше. Пол?
       - Ну... в общем-то как раз сейчас мы не очень заняты... Я не знаю... Как бы в принципе мы не против...
       - Сколько человек вы можете привлечь к проекту?
       - Да в общем-то нас пока только двое. Я и Джерри Ньютон. Еще подружка Джерри помогает иногда.
       - Джерри сейчас рядом с тобой?
       - Да.
       - Он слушает разговор?
       - Да.
       - Вы учились на аниматора?
       - В общем, да. Я закончил художественный колледж.
       - Какая специальность?
       - Дизайнер промышленных объектов.
       - А Джерри?
       - Джерри ничего не заканчивал, но он очень крут. Он давно занимается этим.
       - Как давно?
       - Вот он говорит: сколько себя помнит. Джерри круче любого профессионала, я вам точно говорю. Он великолепен.
       - Хорошо. И чем вы можете похвастаться?
       - Ну... Ну, мы, например, получили несколько призов. Например, на конкурсе "Истоки...
       - Это неинтересно. У вас были проекты? Вы работали на заказ?
       - Да, сделали несколько роликов для местных фирм.
       - Пришлите их.
       - Да честно говоря, там и смотреть особо не на что. Честно говоря, эти ролики - полное фуфло.
       - Все равно, пришлите. А мы вам вышлем материалы по проекту. Все надо будет сделать за три месяца.
       - Не, это нереально. Во-первых я работаю...
       - Работу придется бросить.
       - Как вы сказали?
       - А разве не об этом ты мечтал? Ударный сериал, Пол! Пилотный мульт ударного сериала - вот о чем идет речь.
      
       Через три дня Пол и Джерри приехали на подписание контракта. Они опоздали, потому что вовремя не пересели в метро на нужную линию.
       Поначалу они немного смущались, но потом освоились, принялись шутить и все время повторяли "о, да, да, это здорово!". Каждому из нас они подарили маечку с рисунком и эмблемой "Леси Лейн студии". Джоан и Марта, дополнительно к маечке, получили по цветочку в горшочке. Уилкинсону, который тоже был в офисе, маечки не досталось.
       Приехали Джордж Моррисон и Майкл Слейтер из "КонЛиБерн Рекордс" и все пошли в зал совещаний на восемнадцатый этаж.
       Мы подписали трехсторонний контракт с участием компании "КонЛиБерн Рекордс". Собственно, по контракту, заказчиком анимационного фильма являлась именно "КонЛиБерн Рекордс". Джордж Моррисон все время называл наш пилотный мульт "пробным шаром".
       Полу и Джерри дали немного денег и беспроцентную ссуду на приобретение оборудования.
      
       "Суд идет, запасайтесь попкорном!" - так анонсировала "Крисчен сайенс монитор" приближающееся рассмотрение в Федеральном районном суде Огайо иска Тома и Марка к городским властям Брустера.
       Карикатуру из "Сан" на предстоящий процесс: Джоан в костюме стриптизерши крутится на шесте перед судом и публикой, мы поместили на сайте ЮССИ, на вкладке "о нас пишут". Том сделал из этой карикатуры постер, мы его распечатали тиражом в 250 экземпляров и сложили стопкой в вестибюле нашего офисного здания. Всю стопку разобрали в тот же день.
       В Сети появились, сделанные якобы скрытой камерой, пикантные фотографии Джоан в бассейне на какой-то вилле.
      
       Судья Дональд Спенсер, которому выпало вести это дело, заявил, что кое-кто желает превратить процесс в коммерческое пиар-шоу, чего он, Судья Спенсер, сделать не позволит и любые попытки устроить в зале суда балаган на крестьянской ярмарке, будут пресечены в самом корне. Когда журналисты попросили меня прокомментировать заявление судьи, я предложил такой сценарий: Спенсер попытается вывести из игры главную звезду будущего шоу - нашу Джоан. Зная импульсивный характер Джоан, он спровоцирует ее на конфликт, чтобы удалить из зала суда или вообще отстранить от участия в процессе. Это было сказано просто для прессы, но впоследствии именно так и произошло.
      
       "Дети капитана Флинта" обещали обеспечить аудиотрансляцию из зала суда в режиме "он-лайн". За несколько дней до начала процесса мы получили информацию об установке в здании суда аппаратуры, предназначенной для глушения передающих электронных устройств. Мы постарались предать широкой огласке сей печальный факт, а также отправили в Федеральный Суд Северного округа штата Огайо запрос: было ли в данном Федеральном Суде отдано такое распоряжение, кем оно было отдано и на каком основании? Копию запроса мы направили в окружной судебный совет. Председатель Суда заявил, что он такого распоряжения не отдавал. Ну что ж, по крайней мере он не утверждал, что ничего не знал об этом.
       Глушилки были демонтированы за несколько часов до начала процесса, но прессе об этом тоже не сообщили.
      
       Том и Джоан полетели в Огайо на слушания в Федеральный районный суд. Через день и я отправился вслед за ними для оказания технической поддержки.
       Марк Мачати пришел на первое заседание в костюме клоуна, что по его мнению должно было характеризовать сущность предстоящего процесса, но секретарь отказался регистрировать его в качестве истца, под тем предлогом, что невозможно установить личность субъекта, если субъект пришел в гриме клоуна.
       В самолете, летящем в Огайо, я видел в теленовостях Марка в клоунском костюме раздающего репортерам и полицейским воздушные шарики. Потом показали церковных братьев Марка с серьезными лицами. На лужайке напротив здания суда они разбили палаточный лагерь поддержки, а Федеральный суд, между тем, готовился дать ответ на вопрос: нарушает ли Конституцию США запрет на публичную демонстрацию непристойностей в частном сарае?
       На пресс-конференции перед процессом Том уклонился от прямого ответа на вопрос: нарисованная майка или нет, но поразил всех неожиданным заявлением, что на той картине на Саше, оказывается, нет трусов. Позднее, на процессе, адвокаты ответчика не преминули воспользоваться этим признанием.
      
       В день начала процесса счетчик нашего сайта зафиксировал 177 536 посещений - абсолютный рекорд на то время.
      
       Запись выступления Джоан на слушаниях по этому делу, сделанная скрытой камерой, была размещена в Сети и за короткий период времени стала очень популярной. По факту видеосъемки в зале суда было начато расследование и эксперты точно определили место, с которого производилась съемка. Но личность человека, сидевшего на этом месте, установить не удалось.
       Первое предупреждение, полученное Джоан от судьи Спенсера было "необоснованным или не являлось необходимым" - таково мнение 7 из 9 опрошенных юристов. Опрос проводил журнал "Тайм". После второго предупреждения разгоряченная Джоан продолжала говорить и через 3 секунды получила приказ покинуть зал заседания.
       До процесса большинство адвокатов относились к Джоан негативно. Они считали, что Джоан дискредитирует в глазах общества не только образ адвоката, но и саму профессию. После изгнания Джоан из зала суда, адвокаты выступили в ее защиту единым фронтом. Вице-президент Американской Коллегии адвокатов позвонил нам лично, порекомендовал не оставлять этот прискорбный инцидент без последствий и дал бесплатную консультацию по поводу того как оформить протест на действия судьи.
      
       Суд отказал Тому и Марку в удовлетворении иска. Том и Марк подали апелляцию в федеральный апелляционный суд.
      
       Джоан пригласили на передачу "Проснулся знаменитым". Запомнилась ее паническая истерика, когда она подбирала блузку для этой передачи.
      
       В китайском городе Шанхай была торжественно заложена новая фабрика - первый иностранный филиал РПТ. Фабрику закладывал директор РПТ лично. Из Китая он вылетел в Румынию выбирать площадку для другой фабрики. Дефицит товара по-прежнему оставался серьезной проблемой.
      
       Мы получили письмо от Ку-клукс-клана. Все письма с угрозами мы передавали в полицию и одно время к нам даже приставили охрану.
      
       "... Сашу придумал Бен Ладен, точно так же, как евреи придумали Барби ..."
      
       Робот из "Американской Ассоциации малого бизнеса" сообщил нам, что мы удалены из списка рассылок. Мы ради интереса позвонили туда и спросили в чем дело, они ответили, что не обслуживают "торговцев детскими непристойностями". УДМБ уже давно перестало присылать нам свои брошюрки и приглашения на семинары.
      
       К сайту ЮССИ мы приделали файл-конструктор, где можно было одевать Сашу в разную одежду, красить ей волосы, менять прическу и накладывать макияж. Сразу же посыпались претензии и протесты по поводу того, что Сашу можно не только одевать, но и раздевать. Приехали прокурорские при поддержке полиции, предъявили ордер на обыск, забрали документацию и жесткие диски.
       - Похоже, к вам тоже скоро начнут с битой приходить, - сказала Кейт, на что Стив ответил ей:
       - Нет, девочка, к нам придут с огнеметом.
      
       "... интересно, что вы скажите, когда над вашим ребенком надругается какой-нибудь извращенец? ..."
      
       Джоан снялась для журнала "Плейбой".
      
       На ежегодной ярмарке-выставке игрушек, проводящейся под эгидой Американской ассоциации производителей игрушек, Сашу номинировали в четырех категориях: "Игрушка года для девочек", "Игрушка года розничной торговли", "Лицензия года", "Маркетинговая компания года". Это вызвало скандал, руководство АПИ обвинили в пропаганде детской порнографии. Один из членов совета директоров компании "Маттел" высказался довольно резко в адрес руководства АПИ, мол кое-кто перепутал выставку игрушек и секс-шоп и как вообще так могло случиться, что фирма, выпускающая члены и вагины, оказалась в наших рядах? Вице-президент АПИ ответил, припомнив старые дела, что, дескать, насчет высокого морального облика продукции чья бы корова мычала, а уж маттеловская лучше бы помолчала. Заодно мелкие и средние фирмы получили повод лишний раз выразить недовольство чрезмерным "брендоориентированнием" выставки. Никому не известная фирма "Волшебный Новый Мир" заявила, что рассматривает вопрос о выходе из ассоциации, но, засветившись на газетных страницах, так ниоткуда и не вышла. В итоге Саша не получила ничего ни в одной из номинаций и это тоже вызвало скандал. АПИ обвинили в трусости и отсутствии совести. Руководство АПИ заявило, что оно тут не причем и голосовали члены ассоциации, но оказалось, что накануне голосования с некоторыми членами проводились некие "консультации". На волне этого интереса к ассоциации журналисты обнаружили некоторый беспорядок в бухгалтерской отчетности АПИ, а также выяснили, что в ноябре прошлого года вице-президент АПИ летал в Таиланд якобы на конференцию, которой не было - а что было? - и расходы на перелет оплачивались из бюджета АПИ.
      
       У Саши появилась подружка и красный мотоцикл. Откуда взялась Рыжая Рита, где была раньше и чем занималась, неизвестно. Она просто возникла и все.
      
       Восходящая поп-рок-панк-звезда Кэрол Лайнер записала для своего нового альбома песню "Полдень. Сидя на крыше" на стихи Саши. В хит-параде Биллборда эта песня поднялась до третьего места и пять недель держалась в первой десятке.
      
       Вторая партия была продана в течение двух месяцев. После второй терминации капитал в долях распределился следующим образом: у нас 69,3%, у Большого Боба 30,7%. Распределение капитала после третьей и решающей терминации бизнес-прогноз оценил как соотношение 50,01% на 49,99% в нашу пользу. Бизнес-прогноз мы сделали просто как грубую прикидку, ориентир, и эта выскочившая цифра "чуть-чуть больше пятидесяти", эта одна сотая процента, весившая всего лишь $20000, произвела на всех некоторое впечатление. Стив сказал, что это вроде как огненные буквы на стене, напоминание о том, как зыбки наши позиции и какая малость может все изменить. Я сказал, что в любом случае следует повнимательнее следить за накладными расходами.
      
       Стив повесил в офисе на стену фотографию с Дня Рождения Саши - групповой портрет Кейт, Марты и Джоан, все в черных париках и белых майках как у Саши, каждая держит плакат: "свобода", "есть", "любовь".
      
       Мы заключили контракт с "Иллюстрейтерз Комьюнити Паблишерз" на выпуск журнала "Саша": интернет-журнала и печатной версии.
      
       РПТ довела выпуск товара до уровня 15 000 штук в день.
       Мы приближались к объему реального спроса.
       Фукс готовился к поставкам в Японию, Австралию, Англию, Германию, Голландию и Францию. В этих странах он открывал одну за другой дилерские конторы и строил автотранспортные терминалы. Только что сформированные команды дилерских контор тут же принимались рисовать карты сетей торговых точек и графики поставок товара. Ничего подобного мы себе позволить не могли. У нас не было свободных средств. Мы хотели поговорить об этом с Большим Бобом, но он отказался встречаться с нами: "Эта тема закрыта. Закрыта навсегда". Уилкинсон тоже был недоволен. Похоже он получил от Большого Боба выволочку за то, что неправильно воспитывал нас.
       Мы тоже были недовольны тем, как идут дела за границей. Одни производили продукт, другие рекламировали, третьи продавали, но все это без нашего участия. Мы, конечно, получали свою часть прибыли, но ничего контролировать не могли. Рекламой там занимались местные рекламные фирмы. В Японии это была "ЮМО Интернейшнл". Было принято решение применять за пределами США традиционные способы рекламы.
      
       Я и Том полетели в Париж на встречу с тамошними рекламщиками. Полтора часа кружили над предместьями Парижа, потому что не выходили закрылки. Мой сосед правил в своем ноуте какой-то график. Я спросил его: "Вы не думаете о том, что скоро можете погибнуть?" Он ответил, не оставляя своего занятия:
       - У вьетнамцев есть поговорка: "умирай, но рис сажай".
       - И что им это дало? - спросил Том, но вопрос остался без ответа.
       Посадка прошла почти нормально, самолет немного выкатился за полосу и попрыгал по кочкам.
       Самолет мы покидали по надувному трапу. Без паники и строго по одному - процессом руководили обученные стюардессы. Внизу спасатели брали каждого под руки, помогали сойти на землю и спрашивали: "Вы в порядке?". Словно в аквапарке съехал по трапу и дядька-фаталист, прижимая к груди свои рисовые плантации.
       В аэропорту нас встречала девушка с плакатом. Том спросил девушку правда ли что можно ее шлепнуть по попе, девушка сказала, что Тому можно. Том шлепнул и мы пошли к машине. Мы сразу поехали на встречу. Гостиница не предусматривалась - вечером мы планировали вылететь обратно. На встрече мы должны были обсудить основные положения "рекламной стратегии продвижения продукта "номенклатура 001x" на рынки ЕС" - девяностостраничный документ с таким названием, напичканный схемами и диаграммами, отпечатанный на хорошей глянцевой бумаге, мы получили загодя и прочитали еще дома. Ничего особенного там не предлагалось - пассивная реклама, упор на революционную новизну товара.
       Офис фирмы располагался не в деловом районе, а в историческом центре города. Козырек подъезда, к которому мы подъехали, держали два атланта. В вестибюле, у лифта стояли рекламные щиты и среди них был один, стоявший как бы между прочих. Том тоже заметил его и показал пальцем: "Гы!" На щите была большая фотография меня: скатываясь по надувному трапу с самолета, я сдержанно улыбаюсь фотографу и показываю пальцами "V". В правом верхнем углу фотографии напечатан логотип нашей фирмы, внизу, крупно, слоган: "ЮССИ. Самообладание в любой ситуации. И вера в победу!".
       Девушка, которую можно шлепать, прикрепила, улыбаясь, бейджики нам на грудь. Мы поднялись на самый верхний пятый этаж и прошли в зал переговоров.
      
       Мы вошли, они все встали и зааплодировали. Мы сели за стол переговоров. Фирменный блокнот и фирменная ручка, бутылка с минеральной водой и бокал, корзиночка с выпечкой и блюдечко с конфетами. Официант принес кофе. Я сказал комплимент французским коллегам, дескать уже имел возможность оценить их оперативность и способность находить интересные решения.
      
       В перерыве нас возили в ресторан на обед. Когда встреча закончилась, нас отвезли на ужин, но в другой ресторан. После ужина, согласно нашей просьбе, переданной заранее, нам дали список адресов парижских магазинов игрушек, карту города и машину с водителем. Хотели еще дать экскурсовода, но мы отказались.
      
       Мне подарили светло-коричневый портфель, Тому - рыжий. Потом мы поменялись.
      
       Мы шли вдоль длинных прилавков между ровных рядов банок с овощными и фруктовыми консервами. Расстояние между прилавками было такое, что свободно могли бы разъехаться четыре тележки. Но, поскольку время было позднее, покупателей не было. Я спросил у Тома, любит ли он такие большие магазины. Он ответил:
       - Ну не то чтобы люблю, но они завораживают.
      
       Мы купили подарки для Стива, Джоан и Марты и поехали в аэропорт.
       Аэропорт оказался забит народом. Самолет, на котором мы прилетели, долго не могли убрать с поля и расписание нарушилось. Многие рейсы задержали и наш рейс тоже. Мы просидели там до трех часов ночи.
      
       Ночной полет над Атлантикой.
      
       В приемной стояла какая-то хреновина, похожая на высокую банкетку. Стив сказал, что купил ее в крутом магазине и что это "подставка для креативных мини-инсталляций". Он показал ценник, где именно так и было написано. Состоялась дискуссия по вопросу органичности креативных мини-инсталляций в нашем офисе. Джоан очень просила Тома соорудить какую-нибудь креативную инсталляцию, но Том оказался принципиальным противником каких бы то ни было инсталляций. В конце концов, решено было инсталляцию не сооружать, но подставку оставить. И еще Стив повесил на стену новый плакат Тома: девочка сидит в песочнице, лепит куличи, у девочки видны трусики, за ее спиной зловещий дядя протягивает к девочке когтистую лапу и изо рта у дяди текут слюнки. Вверху слоган: "Защити!". Я сказал, что если убрать трусы и опереточную брутальность папика, то плакат определенно понравится нашим друзьям сенаторам и озабоченным мамочкам. Мы решили пустить его в серию в обеих вариантах.
       Стив часто приносил в офис какую-нибудь фигню, наверное ему все время казалось что у нас чего-то не хватает. Однажды, он принес кофеварку, выполняющую, кроме своего основного назначения, функции будильника, радиоприемника, часов с боем, электронного сторожа и Статуи Свободы. Причем, как заверил Стива продавец: "все это она делает одновременно".
       Джоан тоже пыталась поработать над интерьером и организовать пространство. Иногда ее идеи были удачны, например, аквариум.
       В связи с покупкой аквариума возникла небольшая проблема. По различным причинам никто из нас не мог выдерживать график кормления рыбок. Я, Стив и Джоан часто были в разъездах, Том, как творческая личность, был совершенно непригоден к выполнению каких-либо регулярных процедур. Марта, возможно, могла бы, но она отказалась, мотивируя что дедушку съели акулы во время Второй Мировой. Для кормления рыбок была нанята Кейт из соседнего офиса за пять шоколадок в неделю. Впрочем, все шоколадки съедались вместе с Джоан и Мартой за чаем.
      
       Сенаторы Баретон и Гордон возглавили всеамериканское движение за повсеместное запрещение Саши. Мы тоже приняли в этом деле посильное участие, чем заслужили благодарность сенаторов, выраженную в личном письме.
       - Дружище Сладкий Баритон, похоже, еще в колыбели держал руки над одеялом.
       - А Апельсиновый Гондон просто зациклился на детях. Любой разговор на них переводит. Я вам точно говорю - дети постоянно крутятся у него в мозгах.
       - Да ну и ладно, пусть его.
       - А я не хочу, чтобы этот тип дрочил на нашу Сашу. Мне бы это было неприятно.
      
       Джон Браун - наш филиал в Техасе - все время доставал нас своими опросами. Он сам составил опросный лист и опросил у себя в Далласе 183 человека. Начинался опросник так:
       * Ваш пол. Варианты ответов: (мужской/ женский/ не желаю отвечать).
       * Ваш возраст. (___________ лет).
       * Ваше место жительства (штат ___________ ).
       * Ваше образование Варианты ответов: (начальная школа, колледж, университет, указать другое ____________ ).
       * Вы знаете, кто такая Саша? Варианты ответов: (знаю/ что-то слышал/ не знаю).
       * Как вы к ней относитесь? Варианты ответов: (очень хорошо/ хорошо/ индифферентно/ плохо/ очень плохо/ неоднозначно/ затрудняюсь ответить).
       * Что во внешности Саши Вам более всего нравится? Варианты ответов (можно выбрать несколько ответов): (одежда/ лицо/ фигура / сексуальность/допишите:___________ )
       * Что во внешности Саши Вам более всего не нравится? Варианты ответов (можно выбрать несколько ответов): (одежда/ лицо/ фигура / сексуальность/допишите:___________ )
       * Какие черты характера Саши Вам более всего нравятся? Варианты ответов (можно выбрать несколько ответов): (смелость/ бескомпромиссность/ находчивость/ чувство юмора/ настойчивость в достижении выбранной цели/ независимость/ допишите:____________)
       * Какие черты характера Саши Вам более всего не нравятся? Варианты ответов (можно выбрать несколько ответов): (наглость/ агрессивность/ жестокость/ похотливость/ неуправляемость/ неуважение к общепринятым нормам поведения/ допишите:____________)
       * Ревнуете ли вы Сашу к Рыжей Рите?
       * Ревнуете ли вы Рыжую Риту к Саше?
       * Что вы думаете, когда видите изображение демонстрантов, кидающих камни в полицейских? Варианты ответов: (это опасные хулиганы/ молодцы ребята!/ чума на оба ваших дома/ я бы так не смог).
       * Подвергались ли вы в детстве сексуальному насилию? Варианты ответов: (никогда/ иногда/ часто/ не помню)
       * Испытывали ли вы в детстве сексуальное влечение к вашей матери (отцу)? Варианты ответов: (да/ нет/ не помню)
       * Испытывали ли вы в детстве сексуальное влечение к своей сестре (брату)? Варианты ответов: (да/ нет/ не помню)
       И так далее. Том смеялся, когда читал это, Стиву опросник понравился.
       Мы тогда не знали, что Джон пишет книгу про нас. Он нам ничего про это не говорил.
       Джон продолжал наседать, умоляя провести хотя бы один опрос, и Стив, наконец, сдался. Я спросил Стива, где он собирается брать $50 000 на проведение опроса, Стив сказал, что у Большого Боба. Он действительно позвонил Большому Бобу. Что-то начал плести ему про мониторинг рынка и что, дескать, имеется насущная потребность в изучении психологической типологии потребителя для корректировки тактики маркетинговой экспансии, на что Большой Боб ему ответил:
       - А я так думаю, Стив, что ты собираешься копаться в чужом дерме. Кого-то мамочка не ласкала в детстве, кого-то отчим ласкал слишком интенсивно, кого-то чем-то ебнули по голове... Какое это все имеет отношение к делу? Иди в психотерапевты, если тебе это так интересно. Изучайте отчеты продаж, ребята. Отчеты продаж. Это все, что вам надо изучать. Поездите по местам, посмотрите как там идут дела. Товар не продается в офисе, ребята, товар продается в магазинах.
      
       "... дело в том, что мужчины меня совершенно не интересуют. Однажды, когда мне было лет 5 или 6 ночью начался дождь с грозой и мой отец, думая что я сплю, зашел в мою комнату закрыть окно. Сверкнувшая в этот момент молния озарила комнату и я увидела своего папочку во всей его красе. Я до сих пор помню этот ужас: тонкие, волосатые, словно паучьи, ноги, торчащие из безразмерных трусов, огромный белый, натянутый как барабан, живот. С тех пор мужское тело вызывает у меня отвращение и я не могу испытывать оргазм ..."
      
       Кто-то настучал в Национальное отделение рекламы при Бюро по совершенствованию деловой практики, что мы используем в рекламных целях общественную организацию "Независимый христианский Интернет-союз" и, мало того, что используем, так еще и сами ее создали. Как раз тогда НОР наехал на рекламу мужской туалетной воды, потому что одна девушка из массовки оказалась несовершеннолетней. Теперь они нам прислали вопросник на восемь листов:
       7) Перечислите основные цели, для которых был создан "Независимый христианский Интернет-союз".
       ..............
       18) Какие задачи должен был решать "Независимый христианский Интернет-союз"?
       ..............
       27) Какие функции, относящиеся к коммерческой деятельности или иной бизнес-деятельности (укажите какой именно) выполнял "Независимый христианский Интернет-союз" за последние 12 месяцев?
       А еще они требовали предоставить сведения о фиктивных членах "НХИС". "Фантомы ЮССИ", как назвала их "Нью-Йорк пост".
       - Тридцать девять членов "Независимого христианского Интернет-союза" заходили на сайт упомянутого союза всего лишь с трех компьютеров. Как вы можете это объяснить?
       - Возможно эти компьютеры стоят в домах с большими дружными семьями. Если, как вы говорите, речь идет о нарушении закона - обратитесь в ФБР, они выяснят через провайдера, на кого зарегистрированы IP-адреса этих компьютеров.
       - Мы уже это выяснили. Все они частные лица, вот их имена: Ли Цифер, проживающий по адресу станции подземки, Кеннет Маккормик, проживающий по адресу крематория и некий Вильям Бунгало - этот парень живет в буддийском храме.
       - Не знаком ни с одним из них.
       "Это даже не предательство. У того что случилось нет названия. Они просто убили меня", - плакался один из реальных членов "Независимого христианского Интернет-союза" на страницах той же "Нью-Йорк пост". "Мы обсуждали наши дела, ситуацию в стране, все это было так искренне... Каждого из нас они поздравляли нас с Рождеством, одному парню написали стихи про его бабушку, мне на День Рождения прислали красивое распятие с аббревиатурой НХИС, меня это тронуло, честно говоря. А теперь оказалось, что все это ложь и обман! Я приеду к ним с этим распятием и засуну им его..."
       Потом прошла информация, что это мы сами на себя настучали в НОР, чтобы попиариться на скандале. Эта информация, подкрепленная кое-какими фактами, тоже вызвала скандал. Потом прошла информация, что это мы слили ту информацию о том, что это мы сами на себя настучали. И это тоже вызвало скандал. Нас спрашивали: правда ли все это? Мы отвечали уклончиво. Много негативных комментариев вызвали слова Стива, произнесенные во время телеинтервью с Опрой Уинфри:
       - "Правда", "ложь" - всех этих вещей давно не существует. Мы пережили это время. Сейчас есть только информация. "Мятежники захватили главный город страны", "повстанцы установили контроль над столицей", "наши кредиты выгодны для вас", "клянусь, что буду честно исполнять обязанности". Все это - лишь информация.
       "В информационном пространстве они ведут себя как гангстеры времен Сухого Закона на улицах Бронкса. Но у гангстеров был хоть какой-то "кодекс чести", пусть бандитский, но он был, у этих нет ничего, кроме алчности, беспримерной наглости и абсолютно циничного отношения к закону" - писала одна желтая газета. "Кто-нибудь их остановит?" - вопрошал "Вестник Единой Всеамериканской Истинной Церкви".
      
       "...вы что, действительно думаете, что стоите выше Закона Господа нашего Саваофа? Вы что, действительно считаете себя вершителями судеб человеческих? А вы знаете, что сказал Исайя..."
      
       Начались поставки в Канаду, Европу, Японию и Австралию. Сашу показали в "Симпсонах".
      
       "... молодые бизнесмены вешают в своих офисах ваши портреты..."
      
       Некая фирма разработала по заказу "Национального центра пропавших и эксплуатируемых детей (НЦПЭД)" игру под названием "Беги, детка, беги". Игра моделировала различные ситуации на улице, в школе, дома, в магазине и других местах. Смысл игры заключался в том, чтобы вовремя распознавать "опасных" и "потенциально опасных" персонажей и правильно действовать сообразно ситуации. За каждого вовремя опознанного "опасного" начислялись баллы.
       "Опасные" персонажи не прятались за мусорными баками в темных узких улочках. "Опасным" мог оказаться кто угодно: продавец мороженного, врач-стоматолог, командир отряда бойскаутов, друг по Интернету, тренер футбольной команды, прохожий, который спрашивает как пройти в художественный музей, отчим ("только маме не говори, ладно?"), и даже родной дедушка ("внучек, посмотри, какие смешные картинки!"). Они были очень хитрые, эти "опасные". Впрочем, всех их немедленно выдавал доброжелательный интерес к ребенку.
       Никакой коммерческой ценности игра не имела, ее раздавали детям в школах бесплатно, кое-где играть в нее даже заставляли под видом учебного процесса. Одним из "опасных" персонажей была довольно вульгарная девица по имени Наташа, изображающая из себя говорящую куклу. Эта Наташа пыталась учить детей всяким гадостям, как то: "Когда тебя трогают, ты получаешь удовольствие, а удовольствие - это хорошо. Ты видишь, какая я крутая? Мне приятно, когда меня трогают".
       Игра не вызвала большого интереса у подростков, но один мальчик в нее заигрался. Он стал записывать в блокнот все замеченные странности в поведении родителей, соседей и, вообще, всех знакомых взрослых. Проанализировав накопленный материал, позвонил куда следует. Немедленно приехала полиция вместе с офицерами из департамента по защите детей. Этот случай потом долго мусолили в Сети. Потом появилась неприличная пародия на игру - мультики про Грегори. Потом тема игры "Беги, детка, беги" была обыграна в "Южном Парке". Потом выяснилось, что игра не прошла тестирование у детских психологов. В конце концов, заебавшись оправдываться, НЦПЭД закрыл проект с игрой. Однако игра вернулась в виде крэкнутого варианта под названием "Еби деток, еби". Там начислялись баллы за каждую пойманную детку. Эта хулиганская версия была еще более примитивной чем оригинал, но авторам нельзя было отказать в остроумии и реплики персонажей были довольно забавны. Некоторые из реплик были довольно рискованными, но все же в игре маньяк только гонялся за детками и не было видно что он с ними делает, после того как поймает, поэтому судья Тодт отказался признать игру детской порнографией в деле "Народ против Гарри Крейзера".
       Это был явный пробел в законодательстве, направленном на защиту детства, и мы решили заполнить этот пробел - разработать проект нового закона об уголовной ответственности за создание, распространение, перевозку и хранение материалов, содержащих "аудиопредставление полового акта с участием несовершеннолетнего", а также "любое явно сексуально выраженное аудиопредставление с участием несовершеннолетнего, либо имеющее отношение к несовершеннолетнему". Все это мы отправили нашему другу Саймону Баретону и еще в десяток перспективных адресов, приложив, в качестве бонуса, поправку к дипишному закону, согласно которой в качестве детской порнографии признавалось бы не только изображение, но и текст. Сенатор не ответил.
       - Допер, наконец, кто мы такие, - предположил Стив.
       Федеральная Торговая комиссия заподозрила нас в причастности к созданию и распространению игры "Еби деток, еби". Было начато расследование, которое закончилось ничем.
      
       В Сан-Франциско проводился конкурс Саш. Нам предложили поучаствовать в качестве спонсоров. Конкурс был таким мило-првинциальным, что мы выгребли последнюю мелочь из карманов и нашли для них пару тысяч долларов. Нам за это оставили место председателя жюри. Жюрить Саш отправили Стива.
       - Вы тоже аквариумист? - спросила его одна малышка, которую он пытался закадрить в баре Сан-Францисского отеля.
       Стив рассмеялся:
       - О нет, я по торговой части.
       - И что вы продаете?
       - Пластмассу, дорогая Марианна, всего лишь пластмассу. Но, - Стив прижал палец к губам. - Т-с-с-с. Об этом никто не должен знать.
       Девчонка спросила:
       - Вы работаете на оборону?
       Стив ответил:
       - Нет, русалочка, мы работаем на нападение.
      
       "... например, у нее с ее бывшим отцом, когда он жил еще с нами, никогда не было взаимопонимания. А у меня с ней всегда было полное взаимопонимание.
       Раньше она всегда всем со мной делилась, доверяла все свои девичьи секреты, рассказывала обо всех друзьях и подругах. Мы вместе гуляли, ходили в кино и на разные мероприятия, обсуждали просмотренные фильмы и телепередачи. Я водила ее на концерты классической музыки, старалась привить ей хороший вкус.
       Все изменилось после того, как у нее появилась эта ваша Саша. Она не посоветовалась со мной и я бы конечно была против, потому что я, как всякая нормальная мать, которой не безразлична судьба ее дочери, отнюдь не приветствую "подруг" с такого рода репутацией. Вдобавок ко всему, она потратила на нее деньги из тех, что собирала на покупку аквариума с рыбками. У нас с ней конечно по этому поводу состоялась беседа, но все мои попытки убедить ее были напрасными.
       И вот с тех пор мою девочку как будто подменили: она со мной почти не разговаривает, ничего про себя не рассказывает, чем занимается вне дома я совершенно не знаю. На прошлой неделе я нашла у нее в столе журнал весьма сомнительного содержания, а вчера обнаружила в ее школьном ранце... "
      
       С подачи Шарлотты, Озабоченные Мамочки начали кампанию "Забыть Сашу". Во все адреса, какие только можно, они разослали призывы к информационной блокаде проекта "Саша" и всех его составляющих. Не рекомендовалось давать о нас где-либо какую-либо информацию, неважно негативную или нет. Денверское отделение Озабоченных Мамочек опубликовало этот призыв в одной из местных газет на правах рекламы. Интернет-пользователи вдоволь поупражнялись в остроумии, сопровождая каждое неловкое движение Озабоченных Мамочек язвительными комментариями и издевательскими советами. Потом у Мамочек появилась новая идея. Вместо слов "ЮССИ", "РПТ" и "Саша" они стали использовать, соответственно, заменители: "Империя Дьявола", "фабрика уродов" и "ДИРА" (дитя разврата). Неблагозвучное ДИРА вскоре превратилось в ИРА (инструмент разврата? Саймон Баретон). Том, объясняя мотивацию мамочек, привел аналогию с табу на произношение вслух имен духов зла.
      
       - Я не могу дозвониться до Джерри - у него отключен телефон. Пол, если и дальше так пойдет - мы разорвем контракт.
       - Джек, мы догоним график. Ну да, у нас есть проблемы, но мы наверстаем.
       - А где Джерри? Он работает над проектом?
       - У Джерри сейчас непростая жизненная ситуация.
       - Что с ним?
       - У него кризис.
       - Творческий?
       - Нет, его бросила подружка.
       - И он хуй забил на проект?
       - Джек, я все понимаю. И Джерри тоже все понимает. Но он не может. Ты понимаешь? Он физически не может. Джерри очень сожалеет. Поверь мне.
       - Пол, я тебе верю.
       - Джек, и я тоже сожалею.
       - Пол, и я тоже сожалею. Весьма и весьма.
       - И еще у нас накрылся мейнфрейм.
       - Верните в магазин.
       - Мы его с рук брали, без гарантии, он бэушный.
       - Купите новый.
       - У нас нет денег. Джек, вы не могли бы нам одолжить четыре сотни?
       Мы разорвали контракт с "Лесли Лейн" и подписали контракт на пилотный мульт с "Коламбия Пикчерз".
      
       Продажи в Европе и Японии начались в один день. Этому событию предшествовала шумная рекламная кампания. В Европе в первый месяц было продано 283 000 единиц товара основных номенклатур, плюс аксессуаров и сопутствующих товаров почти на полмиллиона долларов. В Японии номенклатура 002 опередила номенклатуру 001 по объему продаж и мы провели запоздалую коррекцию - японскую Сашу сделали блондинкой.
       Все, кому не лень, стали цеплять к нашему паровозу свои тележки. У Саши появились левые сестры и дешевые копии. "Маттел" выпустила Крутую Салли, которую в народе прозвали "Барби в косухе" и сразу все сразу стали говорить, что Барби не только бегает за Сашей, но еще и пытается копировать ее имидж.
      
       "... когда я распаковала подарок и достала ее из коробки, то поняла, что всю жизнь ждала именно ее ..."
      
       В Денвере одного парня уволили с работы за то что он повесил на стенках своей офисной ячейки плакаты с Сашей и отказался их снять. Парень подал иск в суд. Шансы на победу были минимальны и он проиграл это дело. Выслушав приговор, он пошел на парковку, взял из своей машины револьвер, вернулся в здание суда и расстрелял судью, выпустив в нее, в упор, все семь пуль из барабана. Потом зарядил револьвер восьмым патроном и застрелился.
       Он оказался фанатом Саши - стены его маленькой съемной квартирки вместо обоев были обклеены фотографиями Саши.
      
       На конференции учителей и педагогических работников губернатор пообещал нас "стереть".
      
       Перед слушанием в федеральном апелляционном суде, мы все отправились в Йеллоустоун отвлечься от дел. В пятницу вечером мы вылетели в Джексон, штат Вайоминг. Техническим руководителем нашей группы и человеком, ответственным за все, был назначен Стив.
      
       В аэропорту Джексона Стива окликнули:
       - Эй! Я видел вас по телевизору! Точно! Это ведь вас будут судить за картину с девчонкой, да?
       - Меня, - подтвердил Стив.
       - Вот здорово! Приеду домой - расскажу жене.
       Это был первый случай, когда нас узнали на улице.
      
       Мы переночевали в отеле. Утром, после завтрака, спустились в холл, где нас ждал дяденька из конторы по прокату машин, а возле гостиницы стоял вездеход, который мы заказали заранее.
       В Йеллоустоуне никто из нас не был. У нас была карта с маршрутом, который прочертили Ричард и Джордж, не раз бывавшие в этих местах. Маршрут был проложен до некоего безумно красивого и совершенно безлюдного места, по достижении которого мы должны были принять сеанс природотерапии, потрясающий по силе своего воздействия, и вернутся обратно совершенно другими людьми.
       Заехали в торговый центр, забрали приготовленные для нас рюкзаки со снаряжением. Рюкзаки были подписаны нашими именами. Стив просил обязательно не перепутать где чей рюкзак. Что было в рюкзаках мы не знали - выбором и заказом снаряжения занимался Стив. Купили продукты и разные принадлежности для пикника. Купили пять лопат для уборки снега. Стив сказал, что они могут пригодиться.
      
       От Джексона мы поехали на север, пересекли речку, и свернули на узкую дорогу, которая вела в горы. Машину вел Стив.
       Марта сказала:
       - Стив, тебя ничего не смущает?
       - Нет, - ответил Стив. - А что такое?
       Том сказал:
       - Стив, мне тоже показалось, что там стоял типа знак и там было типа написано, что эта дорога типа закрыта.
       Джоан сказала:
       - Да, Стив, я тоже видела.
       Стив сказал:
       - Ерунда, у нас вездеход.
       Примерно через полчаса мы увидели снег. Сначала на обочинах, потом языками на дороге, потом оказалось, что дальше вся дорога покрыта снегом.
       Я спросил Стива:
       - Это единственная дорога?
       Стив ответил:
       - Да, в этом-то и вся прелесть - там, куда мы едем, никого не будет. Только мы одни, представляете?
       - А мы увидим бизонов? - спросила Джоан.
      
       Сначала наш вездеход справлялся, но, чем дальше, тем больше было снега и наконец мы завязли.
       Том вылез из машины, чтобы оценить ситуацию.
       - Черт! Да тут мороз!
       Стив открыл багажник и достал лопаты. Том спросил:
       - Стив, ты охуел? Мы что, всю трассу будем чистить?
       - Снег только на перевале. Дальше нету.
       Марта поддержала Тома:
       - Стив, надо же, все-таки, реально оценивать наши возможности.
       Стив отмахнулся:
       - Не говори так никогда, это присказка трусов! Возможности человека напрямую зависят от поставленной цели и решимости достичь этой цели. Вы что, даже попытаться не хотите? Давай Том, хватай лопату, покажи как хуярят на Аляске. Джоан! Ты что скажешь?
       Джоан сказала:
       - Мне кажется спорить бессмысленно - все равно машина тут не развернется, дорога слишком узкая. Наверное, мы должны ехать дальше.
       - Именно, Джоан, молодец! - Стив, в знак поощрения, пошлепал ее по щечкам. - Альтернативы не существует.
       Я сказал:
       - Возвращаться глупо. Разбирайте лопаты.
       Мы достали из рюкзаков теплую одежду. Куртки и перчатки у всех были одинаковые, шапки разные. Я достал из своего рюкзака меховую фуражку с кокардой в виде якоря. Стив сказал что это капитанская фуражка. В рюкзаке Джоан оказалась зимняя шапка летчика гражданской авиации.
       Мы стали цепочкой перед машиной и начали разгребать снег.
       Марта моментально натерла мозоли. Джоан постоянно роняла лопату.
       Расчистив площадку перед машиной, мы попробовали двинуться дальше, но, проехав сотню ярдов, опять встали, опять вылезли из машины и опять кидали снег лопатами. Так повторялось много раз. Когда все это кончится было неясно - дорога впереди не обещала облегчения. Остановки были частыми, слежавшийся снег тяжелым, но мы поняли что можем двигаться вперед. Чтобы легче работалось, Стив включал в машине музыку на всю мощность и плясал на капоте. Потом устроил дискотеку с купанием в снегу.
      
       Мы пробились через перевал. Дорога пошла вниз, снегу стало меньше, потом он вообще исчез. Мы спустились на дно долины.
       - Джоан, вон твои бизоны, - сказал Том.
       Там и правда были бизоны.
       Дорога закончилась асфальтовой площадкой. Стив показал рукой на виднеющиеся за перелеском утесы:
       - Нам туда. Надо найти подходящую вершину.
       - Зачем?
       - Чтобы залезть на нее.
       - Мы будем штурмовать вершину?! - спросила Джоан. - Вот здорово!
       - Я не буду ничего штурмовать, - заявила Марта. - Идите в жопу.
       - Почему?
       - Потому.
       - Ты боишься?
       - Да, боюсь.
       - Преодолей свой страх. Мы тебе поможем.
       Мы оставили машину на площадке и двинулись по тропинке через лес. Вышли к стене утесов.
       - Как вам этот? - спросил Стив, показывая на самый высокий.
       - Может для первого раза выберем поменьше?
       - Сомневаешься?
       Мы полезли на утес. Стив лез первым. Я лез последним и подталкивал в нужных местах Марту под задницу.
       Сначала было несложно, но постепенно подъем становился все круче.
       - Блять! - сказала Марта.
       - Что такое? - спросил Стив.
       - Очки уронила.
       - А запасных нету?
       - Есть.
       - Надень и привяжи шнурком.
       - У меня нет шнурка.
       - У кого есть шнурок?
       Ни у кого не было шнурка.
       - Цепочка от медальона подойдет? - спросила Джоан.
       - Подойдет, наверное, - сказала Марта.
       Джоан отцепила цепочку и передала Марте. Марта привязала цепочку к дужкам очков.
       Мы возобновили движение, но скоро опять остановились. Дальше шла почти отвесная стена.
       - Я дальше не полезу! - сказала Марта. Лицо ее было совершенно белым.
       - Марта, вытри сопли и пиздуй вперед! Осталось совсем чуть-чуть.
       - Отъебись, Стив. Я не могу. Я лезу вниз.
       - Твоя мама называла тебя недоебкой. Твой парень трахал твою подругу у тебя на глазах. Твой босс недоплачивал тебе и не замечал в упор. Все это дерьмо ждет тебя там внизу. Хочешь вернуться туда? Тебе там нравится?
       - Стив, я не могу.
       - Что ты предлагаешь?
       - Я не могу.
       - Привяжем к ней веревку,- сказал я. - Затащим на веревке. У кого веревка?
       Все молчали.
       - Стив, у кого веревка?
       - Я не помню.
       - Ну ты же проверял все рюкзаки!
       - У Марты.
       - Точно?
       - Да. Кажется, да.
       Я подполз к Марте и, держась одной рукой за выступ, другой рукой попытался развязывать рюкзак на ее спине.
       - Марта, нахуя надо было вязать такие узлы?
       - Какие получились. Меня никто не учил вязать узлы.
       Я разрезал узлы ножом и, порывшись в ее рюкзаке, вытащил веревку, которая лежала на самом дне. Я привязал веревку под грудью Марты, а другой конец закрепил у себя на поясе.
       - Смотри, чтобы не цеплялась. Подергивай, если что.
       - Ладно.
       Мы возобновили подъем.
       Из-под ноги Стива вывернулся камень величиной с футбольный мяч и пролетел рядом с ухом Тома.
       - Стив! - закричал Том.
       - Извини, Том. Впредь я буду осторожней.
       Веревка зацепилась. Я крикнул:
       - Марта, подерни веревку!
       Марта дернула.
       - Отставить!!
       Я постоял, отдышался немного.
       - Все в порядке? - спросил Стив.
       - Да, - ответил я. - Марта, блять, что ты делаешь?
       - Ну ты же сказал: дерни.
       - "Подерни", Марта, "подерни"! То есть, потряси, поправь! Ты меня чуть не скинула.
       - Извини, Джек.
       Мы забрались на вершину. Я отвязал от пояса веревку.
       - Марта ты готова?!
       - Да!
       Мы вчетвером ухватились за веревку и принялись тащить.
       - Стойте!! - заорала Марта. - Вашу мать, больно же!!
       - Стоп! - скомандовал я. - Полегче. Тяните почуть. Просто помогайте ей, она сама влезет.
       Марта долезла. Мы с Томом схватили ее за руки, Стив - за шиворот и все вместе втащили на вершину. Руки ее сильно дрожали. Руки дрожали у всех, кроме Джоан, которая совершенно не боялась высоты.
       Передохнув, мы достали из рюкзаков припасы и расстелили скатерть. Стив развел костер. Джоан спросила:
       - Стив, а разве тут можно разводить костры? Там, внизу, написано, что нельзя.
       - Конечно, нельзя, - подтвердил Стив. - Тут даже курить нельзя. Соблюдай все запреты, если роль середнячка тебя устраивает. Самая простая и удобная позиция. Иногда, правда, она доводит до психоза, но это бывает редко - чаще все заканчивается обычной депрессией. Не волнуйся, Джоан, этот уголь горит почти без дыма. Наш костер снизу не заметят.
       - А если заметят, мы им сверху хуй покажем, - сказал Том.
       - Абсолютно верно. Это пати мы доведем до конца, пусть хоть вертолеты вызывают. Мы заслужили этот отдых.
      
       Мы ели жареное мясо и пили вино. Мясо удалось.
       - Хоть и вредно, но очень вкусно, - сказала Джоан.
       Неподалеку парили орлы. Мы им оставили немного мяса и по веревке спустились вниз. Первой отправили вниз Марту, потом все остальные спустились с помощью специальных карабинов. Спуск всем понравился гораздо больше чем подъем.
      
       Двигаясь по маршруту, прочерченному на карте синим маркером Ричарда и Джорджа, мы вышли к ровной площадке цвета всех оттенков розового с раскиданными блюдцами луж-озерков. Предполагалось, что мы будем здесь купаться. Том сказал, что погода как бы не очень подходит для купания. Стив предложил ему попробовать воду. Вода оказалась горячей. Мы выбрали озерко, похожее на небольшой круглый бассейн, разделись и залезли в воду. Стив раздал бокалы и открыл шампанское. Почти все содержимое бутылки улетело в небо фонтаном высотой десять футов.
       - А вот и гейзер! - воскликнула Джоан.
       - Наверное, в горы нельзя брать шампанское, - предположил я.
       - Да, наверное, - согласился Стив, - Но ничего, у нас еще есть отличное виски.
       Остатки шампанского отдали Джоан, остальным налили виски.
      
       - А это неплохо расслабляет, - сказал Стив, потягивая через соломинку из бокала и глядя на проплывающие вверху облака. - Хорошо бы нам завести традицию ходить в сауну, а? Скажем, в последнюю пятницу месяца. Вы как?
       Все согласились.
       Из-за деревьев появился рейнджер-смотритель. Он шел прямо к нам и лицо его было хмурым.
       - Здесь нельзя купаться голыми, - заявил он. - Как вы сюда добрались?
       Стив поприветствовал его:
       - Гутен морген!
       Мужик слегка растерялся. Немного подумав, он спросил.
       - Французы?
       - Я, я, французен, данке шон! - радостно закивал Стив.
       Мужик посмотрел на Тома. Том широко улыбнулся и поднял вверх руку, демонстрируя абсолютное дружелюбие:
       - Ми эль принтор гранде.
       - Все равно, голыми нельзя. И здесь вообще нельзя купаться.
       Марта встала во весь рост.
       - Их хабэ айнен кляйнен вельпен! - строго сказала она мужику. - Ганс унд Герда гехен ин дие шуле!
       Мужик смутился. Не имея программы дальнейших действий, он потоптался еще немного, поглядывая на сиськи Джоан, потом отвалил, пробурчав на прощанье:
       - Ладно, если что - я вас не видел.
       - Ауффидерзейн!! - заорали мы уму вслед.
      
       Мы задержались в долине озер немного дольше, чем следовало и закат солнца застал нас на лесной тропинке по дороге к парковке. Через 10 минут после захода солнца наступила абсолютная темнота. Луны не было и не было надежды, что она скоро взойдет. Мы остановились, потому что перестали видеть тропинку под ногами. Друг друга мы тоже уже не видели.
       - А быстро тут темнеет, - заметил Стив, закуривая.
       Никто не стал комментировать это наблюдение.
       Сразу похолодало и мы опять вытащили из рюкзаков куртки и шапки.
       Джоан сказала:
       - Слушайте, а как мы дальше пойдем? Дороги-то уже не видно.
       - Ну, не видно, ну и что? - сказал Стив. - Сейчас что-нибудь придумаем. И вообще, чем понапрасну пялится себе под ноги, посмотрите лучше, какое тут небо.
       Все посмотрели.
       - Ух ты! - сказал Том. - Вот это да!
       - Смотрите, смотрите! - закричала Джоан. - И правда! Бриллиантовое небо! Бриллиантовое небо! Ура! Боже, как здорово! Даже у нас в Техасе такого нет.
       Все смотрели на небо.
       - Та беспредельность, что нельзя постичь, - сказал Том.
       - Каждый против каждого и Бог против всех, - сказал Стив.
      
       - Стив, перестань уже меня лапать, наконец. Объясни лучше, как мы отсюда выберемся?
       - Во-первых, это не я. А во-вторых, ответь, пожалуйста, Марта: куда и зачем ты собираешься выбираться? Тебе разве плохо сейчас?
       - Нет, Стив. Не могу сказать, что мне сейчас плохо, хоть я и не вижу ваших звезд.
       Джоан спросила:
       - А все-таки, как мы доберемся до машины?
       Стив ответил:
       - А что, сами не хотите подумать? Готов выслушать ваши предложения.
       Том вспомнил:
       - У нас есть компас.
       Марта спросила:
       - И что?
       Джоан предложила:
       - Будем идти на ощупь. Если под ногой твердо - значит это тропинка. А если мягко - значит не тропинка.
       - Неплохо, - одобрил Стив. - Ты, Джоан, пойдешь впереди. Идея твоя, значит ты нас и поведешь.
       - Я согласна, - согласилась Джоан.
       Мы достали веревку, построились гуськом и двинулись вперед, держась за веревку.
       Пару раз мы теряли тропинку. Один раз Джоан споткнулась о камень и упала. Том налетел на дерево и расцарапал щеку.
      
       Джоан остановилась.
       - Что-то не то. Тут везде твердо.
       Я присел и потрогал землю.
       - Это асфальт.
       - Асфальт? Откуда здесь асфальт?
       Я вытащил брелок от машины и нажал на кнопку. Впереди вспыхнули фары. Мы стояли на краю парковки. Все закричали "ура!".
       Стив сказал:
       - Ну вот видите: мы опять победили.
       Все побежали к машине, я и Стив остались отлить. Я спросил Стива:
       - Это что было, командный тренинг?
       - Можно и так назвать.
       - Мы могли реально заблудиться.
       - А как прикажешь учиться побеждать? На макетах?
      
       Тома посадили за руль. Включив все шестнадцать фар, мы двинулись в обратный путь. Достали виски, вино, бутерброды и коробочки с салатами. Все были очень голодны.
       Через перевал мы ехали по своим следам и застряли только один раз.
       Приехали в отель, поужинали в ресторане и разошлись по номерам спать.
      
       Утром приехал дядька из проката, забрал вездеход. Спросил куда ездили, мы сказали, он не поверил, подумал: шутим.
       Мы отправились в аэропорт. Марта и Стив улетали домой. Я, Том и Джоан - в Цинциннати, там в понедельник начинался процесс. Наш самолет вылетал раньше и Марта со Стивом проводили нас и пожелали удачи.
      
       В Цинциннати в гостинице мы два раза спускались в холл, давали интервью журналистам. Местный кабельный канал потащил нас в парк, чтобы снимать на фоне красивых деревьев. Вечером мы с Томом поехали на местное радио для участия в постоянной воскресной передаче, которую вела Люси Коуэн. Передача шла в прямом эфире.
      
       Л.К. Как вам наш город?
       Д.О"Л. Потрясающе.
       Л.К. А что больше всего понравилось?
       Д.О"Л. Все.
       Л.К. А есть в вашей жизни что-нибудь, связанное с Цинциннати? Может быть какие-нибудь поездки, родственники, друзья? Или это просто для вас географическое название?
       Т.К. У меня есть. Я знаю одну классную девчонку из Цинциннати. Она мне очень нравится и я хочу рисовать ее обнаженной.
       Л.К. Да ты что? Как ее зовут?
       Т.К. Люси.
       Л.К. Очень хорошее имя. А кто она?
       Т.К. Ведущая на радио.
       (Смех в студии.)
       Л.К. Спасибо, Том, большое спасибо, я подумаю. Итак, ребята, так в чем же секрет вашего крутого взлета? Что у вас там? Заветное слово? Волшебный ключик, открывающий все двери? Такое впечатление, что вы всегда знаете Верный Номер.
       Д.О"Л. Верную Лошадку.
       Л.К. Верную Лошадку, да. Вы мне скажете, или это коммерческая тайна?
       Д.О"Л. Что сказать? Верную Лошадку?
       Т.К. Ты хочешь узнать Секрет?
       Л.К. О, да, я хочу узнать Секрет! Очень хочу!
       Д.О"Л. Нет никакого секрета. Мы просто продали душу Сатане.
       Т.К. Ага, за коммерческий успех. Об этом писали.
       Л.К. Ой, да ну вас... Ладно. Э-э-э... Насколько мне известно, картину "Несовершеннолетняя", из-за которой, собственно, и разгорелся весь этот сыр-бор, два дня назад продали на аукционе за шестьдесят восемь тысяч долларов. Это правда?
       Д.О"Л. Совершенно верно. А представь сколько будет стоить картина "Люси играет со своей киской"? Сотню тысяч баксов, я думаю, не меньше.
       Л.К. Том, ты хулиган.
       Т.К. Плохой мальчик.
       Л.К. Плохой мальчик.
       Т.К. Девочкам нравятся плохие мальчики.
       Л.К. Хорошим девочкам.
       Т.К. Да. Но замуж хорошие девочки выходят за хороших мальчиков.
       Л.К. Что, Том, печальный личный опыт? Она бросила андеграудного художника и вышла замуж за дантиста?
       Т.К. Не будем об этом. Эта рана еще не зажила.
       Л.К. Найди себе плохую девочку. Плохим девочкам нравятся дантисты, но замуж они выходят за плохих мальчиков. Найди себе плохую девочку, Том.
       Т.К. Не могу. Она все время будет вспоминать своего дантиста.
       Л.К. Ну, блин, прямо заколдованный круг какой-то.
       Т.К. Да вот же ж.
       Л.К. То что аукцион был устроен прямо перед началом процесса, не случайно, да?
       Д.О"Л. Да, не случайно. Всю эту историю мы используем как пиар-акцию. Чем больше шума, тем выше уровень продаж.
       Л.К. Вы такие циничные...
       Д.О"Л. Мы такие откровенные...
       Л.К. И кто же отвалил такие деньжищи? Кто этот ценитель искусств?
       Д.О"Л. Покупатель пожелал остаться неизвестным.
       Л.К. Вы его не знаете?
       Д.О"Л. Я этого не говорил. Может мы сами у себя купили эту картину за такие большие деньги, чтобы поднялся этот шум - тебе это не приходило в голову?
       Л.К. Но там, вроде, были драматичные торги.
       Д.О"Л. А может это мы торговались сами с собой?
       Л.К. Это правда? Значит, вы сами у себя купили? Это правда?
       Д.О"Л. Покупатель желает оставаться неизвестным. Давайте далее исходить из предпосылки, что некто купил у Тома картину.
       Л.К. Хорошо, как скажете. Некто купил у Тома картину. Том, а на что ты потратишь эти деньги?
       Т.К. Отдам детям Сомали. Шутка. Куплю "порш". Давно хотел.
       Л.К. А, вообще, есть во всем этом что-то, кроме денег?
       Д.О"Л. Человеческие истории.
       Л.К. Человеческие истории? Расскажите хоть одну. Очень люблю человеческие истории.
       Т.К. Хочется прожить жизнь красиво.
       Л.К. Всем хочется жить красиво. А что это значит? Что значит "жить красиво"?
       Т.К. Построить баррикаду, расстрелять Санта-Клауса, получить "Оскара", дать по роже копу, стать вице-президентом, попасть на обложку "Тайм" - я не знаю, каждому свое.
       Л.К. Понятно. У кого-то либидо сублимируется в социальный протест, у кого-то в творчество, у кого во что. Во что сублимируется ваше либидо?
       Д.О"Л. Достали вы уже этим Фрейдом своим.
       Т.К. Вот уж точно. Все на свете знают дети, что у папы большой член.
       Л.К. Том! Мы, ведь, договаривались!
       Т.К. Да, прошу прощения. Ну а что такого? Так говорил дедушка Зигмунд. Ну, может быть, другими словами, но смысл такой.
       Л.К. Плохой мальчик, плохой. Ребята, а какие у вас прогнозы на исход процесса?
       Д.О"Л. Суд оставит в силе решение федерального районного суда.
       Л.К. Какие-то у вас пораженческие настроения.
       Т.К. Почему пораженческие? Это именно то, что нам нужно.
       Л.К. Зачем нужно? Что-то я не пойму...
       Т.К. Нам это нужно чтобы подать апелляцию в Верховный суд США. Поднимется Большой Шум, когда Верховный суд будет рассматривать нашу апелляцию. Именно это нам и нужно.
       Л.К. "Исторические решения Верховного суда", да? Дети в школе будут изучать, ну-ну... А Верховный суд примет к рассмотрению ваше дело? Почему вы так уверены?
       Д.О"Л. Мы им дадим взятку.
       Л.К. Думаю, после такого заявления шансов у вас совсем не осталось.
       Т.К. Не, Люси, ты не поняла. Мы дадим очень большую взятку.
       Д.О"Л. Огромную. Мы уже работаем по этой теме.
       Л.К. И сколько, интересно, стоит наш Верховный суд?
       Д.О"Л. Коммерческая тайна. Но дело почти решенное. И вот вам доказательство: апелляционным судом наш иск будет отклонен. С федеральными судьями мы тоже поработали.
       Л.К. У вас так много денег, да?
       Т.К. Да. Бизнес процветает, денег куры не клюют.
       Л.К. Кого вы еще купили?
       Д.О"Л. Всех. Всех, кто печатает про нас статьи, дает сюжеты по Ти-Ви и радио, пишет в блогах, твиттерах и на заборах. Всех, кто устраивает демонстрации "за" или "против".
       Т.К. За участие в демонстрации или пикете мы платим пятьдесят баксов.
       Л.К. Немного.
       Д.О"Л. Нормально. Хватит на дозу или пару упаковок пива.
       Т.К. Это в час.
       Д.О"Л. Каждый процесс - отличная реклама. Завтра "Сан" выйдет с заголовком: "ЮССИ пытается купить Верховный суд" - отличная реклама.
       Т.К. С вопросительным знаком на конце.
       Д.О"Л. Да, они тоже осторожные ребята на самом деле.
       Л.К. Денверскому стрелку вы тоже заплатили?
       Т.К. Нет, он был волонтером.
       Л.К. Или это, все-таки, было просто обострение комплекса лузера, отягощенное неустойчивой психикой?
       Т.К. Хорошо сказано.
       Д.О"Л. Как лихо ты ставишь диагнозы, Люси. Между прочим, об этом не писали в газетах и не говорили по телевизору, но он не сразу взял револьвер и пошел палить в судью. Перед этим он просидел в машине двадцать семь минут. Знаешь о чем он думал в эти двадцать семь минут?
       Л.К. Нет. Даже не представляю.
       Д.О"Л. Если ты не знаешь о чем он думал в эти двадцать семь минут, то как ты можешь судить о его причинах и мотивах? Тебе на самом деле интересны его мотивы?
       Л.К. Ну... хотелось бы, вообще-то.
       Д.О"Л. Да? Странно. Вообще-то это никто не хочет знать.
       Л.К. Почему никто не хочет? Все хотят. Я бы хотела.
       Д.О"Л. Хочешь прочитать его дневник? Весь, от начала до конца? Ужасный стиль, через который надо буквально продираться. Изучить его медицинскую карточку? Результаты анализов? Кто хочет заглянуть в его холодильник? Познакомится с его мамой? Ничего вы не хотите. Он просто очередной псих. Или очередная жертва Системы - это уж кому как больше нравится.
       Л.К. Вы читали его медицинскую карточку?
       Д.О"Л. Читали.
       Л.К. Кто вам ее показывал?
       Д.О"Л. Тебе нужна информация - ты просто берешь ее, если знаешь где взять. Все это лишь вопрос времени или денег. Нужно потратить время, а оно не всегда есть. Или нанять людей за деньги, а денег у тебя, может быть, и так не хватает. Но, если у тебя есть время или деньги, то это не вопрос. Вот простой пример: у тебя был просроченный платеж по кредиту на приобретение автомобиля в июне прошлого года, верно?
       Л.К. Откуда эта информация?
       Д.О"Л. Мы просто знаем где ее взять.
       Л.К. Я тогда просто забыла вовремя положить на счет...
       Д.О"Л. А мы просто посмотрели кое-какие файлы, перед тем как идти на интервью. Надо же знать, с кем имеешь дело. Мы серьезно отнеслись к этому интервью.
       Л.К. И что вам еще удалось узнать?
       Т.К. Ну... Например, что ты каждый день ищешь в Интернете.
       Л.К. Так, ребята, у меня появилось сильное желание дать вам чем-нибудь по голове.
       Д.О"Л. Это нормально. У денверского стрелка тоже однажды появилось сильное желание пристрелить судью. Это тоже нормально. Но он, в отличие от тебя, это желание осуществил. А вот это уже считается ненормальным. Когда и как человек от мысли "с каким удовольствием я бы сделал это" переходит к мысли "я сделаю это"? Дай нам по голове, Люси, мы все знаем про тебя. О чем ты мечтаешь, чего боишься, как часто занимаешься сексом.
       Т.К. Какого цвета трусики ты надела сегодня утром. Они голубые.
       Д.О"Л. Самое время для рекламной паузы.
       Л.К. Ну, а эта информация у вас откуда?
       Д.О"Л. Не пугайся, Люси, Том шутит. Он просто подсмотрел, когда ты крутилась на стуле.
       Л.К. Любишь подсматривать, плохой мальчик?
       Д.О"Л. Да, он к тебе неравнодушен.
       Т.К. Люси, бросай своего Фила и приезжай ко мне. Я буду рисовать тебя спящей.
       Л.К. Боже, вы и про Фила знаете?
       Т.К. Мы читали твои письма.
       Д.О"Л. Как ты думаешь, мы шутим на этот раз?
       Л.К. Нет, у меня реально очень сильное желание дать вам по голове.
       Д.О"Л. Дай нам по голове, Люси.
       Т.К. Отстегай меня плеткой.
       Д.О"Л. Режиссер показал тебе сколько уже было звонков - когда-нибудь было такое? Конфликт в студии - именно это и привлекает слушателей. Не пошлые и неискренние ответы на дурацкие вопросы, а хорошая драка. Только это должно выглядеть натурально, а не как в ток-шоу.
       Т.К. Ну мы же репетировали. Кстати, чья сейчас реплика?
       Д.О"Л. Не знаю, у меня кончился текст.
       Т.К. Этого нет в сценарии.
       Д.О"Л. У меня на самом деле кончился текст. Люси, кто готовил это дерьмо?
       Л.К. Так, а ну, заглохли! Вам не сбить меня, тут я главная.
       Т.К. Накажи меня, госпожа. Я очень плохо себя веду.
       Л.К. Рекламная пауза! Ну, держитесь! Сейчас я вами займусь.
      
       Л.К. Как вы думаете, когда вырастут ваши дети они будут вами гордиться?
       Д.О"Л. Наши правнуки будут нами гордиться. И наша фотка будет висеть в этой студии на самом видном месте.
       Т.К. Вон там, рядом с Джилл Барад.
       Л.К. Знаете Джилл Барад?
       Т.К. Все на свете знают дети...
       Л.К. Том, я тебя убью!
       (Шум в студии, хохот.)
       Т.К. Я протестую, это насилие! Она бьет меня! Мне затыкают рот! Помогите! Я хочу высказать свою точку зрения! У меня есть права!
       Л.К. Не слушайте его, он все врет!
      
       День открытия фабрики в Китае мог бы совпасть с днем начала процесса, но в понедельник судебного заседания не было - его перенесли на вторник якобы из-за того, что в суде не оказалось свободного зала.
       Во вторник судебная коллегия не пришла к единодушному решению и оглашение вердикта было отложено на следующий день, пока несогласный судья Картрайт писал свое особое мнение. В среду вердикт огласили. Апелляционный суд двумя голосами против одного поддержал решение федерального районного суда штата Огайо.
       Том и Марк обратились с просьбой о пересмотре дела в Верховный Суд США.
      
       На одной из неофициальных бизнес-встреч, состоявшихся в отеле "Стандарт", Джонни Джулиани, работавший в то время на студии "Саммит Интертэйнмент", познакомил меня и Стива с Пьером Жобером.
       Пьер Жобер занимался рекламой и, немного, издательским бизнесом.
       Он, вообще, много чем занимался. Тогда Пьер работал в дочерней фирме "Нокиа", у него был конфликт с руководством и он подумывал о смене работы. Мы встречались с ним несколько раз по работе и просто так, а потом предложили ему возглавить все западноевропейские филиалы ЮССИ. Филиалы, которых еще не было. Он согласился. Мы были стеснены в средствах и не могли предложить ему оплату, достойную его способностей и его усилий, но он согласился, потому что эта работа его заинтересовала. После того как все формальности были улажены, Пьер Жобер вылетел в Париж. За короткое время ему удалось открыть филиалы во Франции, Англии и Чехии. Пьер Жобер был очень хорошим организатором и ему удавалось реализовывать масштабные проекты с минимальным бюджетом.
      
       Примерно в то время как федеральный судья Лазарь Картрайт писал свое особое мнение, на границе между Индианой и Мичиган фуры продавца Фукса с нашим товаром встречали шесть полицейских машин полиции штата Мичиган и две машины с агентами ФБР. Водителей фур арестовали и в наручниках препроводили в полицейский участок, где им было предъявлено обвинение в нарушении федерального закона о запрете перевозки непристойностей через границы штатов. Немного погодя такое же обвинение было предъявлено одному из руководителей Мичиганского филиала сети грузовых перевозок продавца Фукса. Большое Жюри постановило предать всех обвиняемых суду. Возникла угроза появления судебного прецедента, который мог бы похоронить проект "Саша" на территории США или, по крайней мере, существенно затруднить его осуществление.
      
       Премьера нашего пилотного мульта "Саша. Пролог" состоялась на канале LIV, принадлежащем компании "ПопКорп". Этот канал был ориентирован на молодежь постпубертатного возраста. Все детские каналы от нашей Саши отказались, да мы особо и не надеялись. Мульт имел, на наш взгляд, вполне благопристойное содержание, но, тем не менее, после премьеры нам был предъявлен стандартный набор обвинений: "возбуждающий аперитив для сексуальных хищников", "опосредованно оправдывает сексуальные домогательства к несовершеннолетним", "извращает наше представление о детях, одновременно уродуя самоидентификацию ребенка" и так далее. "Объективно льет воду на мельницу индустрии детского секса". Однако, 78% опрошенных зрителей выставили нашему пилотному мульту положительные оценки и компания "Коламбия Пикчерз" приняла решение заключить с нами контракт на сериал.
       "Коламбия" сама выступила в качестве продюсера. Мы не могли быть продюсерами - у нас не было средств на это. Почти вся прибыль уходила на выплаты Большому Бобу за кредит. По условиям контракта с Большим Бобом "внешние проекты" мы могли финансировать только из своей доли прибыли, но под прописанное в контракте определение "внешние проекты" подпадали почти все проекты.
       Обсуждать с колумбийцами концепцию и формат будущего сериала оказалось нелегко. Парни из департамента мультяшных сериалов утомили нас своими: "это невозможно", "это невозможно"... Стив обзывал их в глаза "дрожащими овечками", они спокойно улыбались в ответ. В то же время их контрпредложения казались нам полным отстоем. Том горячился, они были снисходительно-вежливы, как именитые профессора, выслушивающие очередного доморощенного гения с очередной революционной теорией.
       Уилкинсон сообщил Джоан по секрету, что у него тоже есть кое-какие интересные идеи по поводу сценария мультсериала и он хочет поговорить об этом с колумбийцами.
       - Он сказал, что в сценарии должно быть место для меня. Может, стоит его выслушать?
       Стив хмыкнул:
       - Ага, он там, небось, и для себя оставил место. "Владелец крупной инвестиционной кампании Джоан Глэйд стоит у окна, смотрит на улицу. По оконному стеклу стекают крупные капли дождя. Джоан: Мы столько прошли, столько всего преодолели... Мы вместе подняли эту фирму из руин. Я уже не говорю о наших личных отношениях... Но почему же ты уходишь? Дэвид: Мне надоели вторые роли. Пойми, Джоан, мне нужна свобода. Джоан: Вот уж в этом плане я тебя никогда не ограничивала. Дэвид: Джоан, я хочу открыть свой бизнес. Понимаешь? СВОЙ! Джоан: Господи, Дейв, да брось же ты, наконец, к чертям свинячим этот гребаный бизнес, достань лучше свою большую штуку и заправь мне как следует!"
       - Между прочим, если убрать последнюю реплику, то очень мило, - ответила Джоан. - Стив, может быть тебе поработать на этом поле?
       - Ты серьезно?
       - Да, конечно. Ребята, вы как считаете?
      
       Конгломерат "SMC & Berkley D.S." приступил к разработке компьютерной игры "Бунтарь" по мотивам комикса "Саша против всех". Для этого мы им передали неэксклюзивные права на использование образов Саши и Рыжей Риты.
      
       С репортерами мы всегда были очень любезны и никогда не отказывались от интервью, хотя кое-кому из нас хотелось иногда разбить фотоаппарат об их голову или засунуть в глотку микрофон. Но мы никогда так не делали. Мы всегда им улыбались.
       Они сочиняли про нас небылицы, приставали к нашим близким, расспрашивали людей когда-либо знавших нас, равно как и не знавших тоже. Друзья, которых мы не помнили, родственники, о существовании которых не подозревали - все начали делиться воспоминаниями о нас. "Помню, я сказал ему: парень, твоя дорога приведет тебя прямиком к отелю с решетками на окнах. Так оно и получилось".
       Газеты писали, что наш проект финансирует "Маттел", Саша гипнотизирует юных покупателей и у нас везде есть "свои люди" - в мэрии, в правительстве штата, даже в Вашингтоне. И это в то время, когда мы испытывали от властей всех уровней и видов лишь жесткое давление, иногда на грани закона, иногда за гранью. На самом деле знакомиться с нужными людьми было трудно - все от нас шарахались. Хотя бы поэтому распространяемые тогда слухи о наших "связях" были сильно преувеличены. Меня фотографировали вместе с людьми, случайно оказавшимися рядом, и потом этим людям приходилось оправдываться. Так получилось с Френсисом Йохансоном из Координационного Совета Американской ассоциации производителей игрушек, с которым я перекинулся парой слов на деловом приеме. С Джеком Понти из мэрии Чикаго мы действительно были знакомы, но никаких деловых отношений между нами не было. Джек работал в комитете по строительству и по своей должности просто ничем не мог быть нам полезен. С ним мы только играли в гольф.
      
       Один молодой человек, имевший склонность к изобретательству, усовершенствовал установку для холодной отливки деталей из пластмасс и смесей в горячие формы, причем любой рисунок или узор наносился на изделие в процессе отливки. В своем сарае молодой человек собрал опытный образец и успел наделать множество причудливо раскрашенных пластиковых тазиков. Молодой человек назвал установку "Джессика" по имени своей тети, воспитавшей его. Сосед молодого человека, тоже молодой человек, имевший склонность к менеджменту, уговорил первого молодого человека учредить фирму с долевым участием "пятьдесят на пятьдесят". Они начали искать инвесторов, каковых и нашли в лице компании "Резинопластиктехнологии". РПТ купила новорожденную фирму целиком, вместе с обоими молодыми людьми, опытной установкой, тазиками и патентом.
       Химический концерн "Доу кемикал" разработал по заказу РПТ материал "кортес" - полумягкий пластик, применяя который, можно было отказаться от металлического скелета с шарнирами-суставами. Все тело целиком отливалось из одного материала, что упрощало процесс изготовления и снижало себестоимость продукции. У изделий, изготовленных из "кортес", конечности сгибались так же, как и у прежних моделей, плюс теперь еще сгибалось тело и пальцы на обеих руках, а не только на правой.
       Пластик "кортес" и установка по штамповке цветных тазиков произвели на РПТ сильное впечатление. Такое сильное, что они решили поменять колеса на полном ходу.
       "Джессика" была пущена в серию без каких-либо существенных изменений в конструкции. Заказ на ее производство РПТ разместил на той же "Доу Кемикал". Старые линии по отливке демонтировались и продавались за бесценок, на их месте монтировались "джессики", причем РПТ делал это сразу на всех площадках своих филиалов в США, каковых к тому времени было уже два: в Калифорнии и Южной Каролине.
       Расчет был такой, что спад производства, вызванный заменой оборудования, в скором времени будет компенсирован значительным ростом объемов выпуска товара, поскольку "Джессика" по своей производительности значительно превосходила линии отливки, использовавшиеся до нее. Кроме того, РПТ сумел впарить нескольким фирмам дюжину "джессик" вместе с заказом на производство товара.
       Проект, в общем, был хорош. Проект, в общем, был интересным и перспективным. Портили его лишь детали.
       Наладить бесперебойный выпуск продукции требуемого качества на новой установке удалось не сразу. Нарушения в работе, отказы и выход некондиции стали обычным делом на первом этапе. Через месяц после начала эксплуатации "джессики", в ее конструкцию внесли 11 изменений. Еще через месяц - 23. Еще через месяц - 48. Кроме того, оказалось, что "кортес" по некоторым параметрам не очень хорошо подходит для капризной "джессики" и в его состав пришлось вводить согласующие добавки.
       Почему-то так получилось, что все производство товара наших основных номенклатур и их модификаций разместилось на Западном и Восточном побережьях и Шульцу приходилось гонять свои фуры через всю страну то с Запада на Восток, то с Востока на Запад, в зависимости от того, где намечался очередной срыв местных поставок.
      
       Кто-то натравил на нас фанов Братц. До этого момента все мы, включая Сашу, относились к Братц абсолютно индифферентно. Все началось с серии примитивных карикатур, изображающих соперничество между Братц и Сашей, причем Братц неизменно одерживала верх над Сашей. Чуть позже, оставив на время междусобойную салонную грызню, союзниками Братц выступили еще с полдюжины инфатильных мокрощелок.
       Скоро в Сети появились комиксы с несколько иным сюжетом: Саша уделывает Братцево войско. Вслед за комиксами волной пошли постановочные фотки, самопальные мультики и фотошопные картинки. Кто-то даже написал стихи в формате старинной батальной поэмы "Илиада".
       К лагерю недругов Саши примкнула и Барби. Но ее, похоже, рекрутировали насильно - своими действиями Барби больше мешала соратникам, чем помогала, что весьма смахивало на саботаж - то она "случайно" стреляла из базуки в обратную сторону, то "случайно" роняла гранату с выдернутой чекой в сумочку Братц. Все битвы заканчивались, как правило, сексуальными победами Саши над Барби и нельзя сказать, что Барби это так уж и не нравилось.
       За Сашу впряглись Рыжая Рита, Джи Ай Джо и Педобир. Джи Ай Джо, с лексиконом, ограниченным армейскими командами, имел явную склонность к насилию и разрушениям. Педобир во время жарких схваток отсиживался на заднем плане, неизменно поспевая к дележу трофеев и юных пленниц. Примечательно, что Джи Ай Джо трахал пленниц не членом, но различными предметами, преимущественно стволами огнестрельного оружия. Эксперты предложили несколько гипотез для объяснения этой перверсии. Одни говорили, что Джи Ай Джо на самом деле мужеподобная лесбиянка, другие утверждали, что он просто импотент. Тему девичьих войн закрыл мультик, сделанный в виде пародии на "Южный Парк". Точнее сказать, не пародии, а подделки - формат источника был воспроизведен настолько верно, что этот мультик, быстро ставший популярным, многие принимали за оригинальную серию настоящего "Южного Парка". Тем более и сюжет соответствовал: битва персонажей, начавшаяся со ссоры между Братц и Сашей из-за какого-то коммента к фотке на "Фейсбуке", закономерно перерастала в Третью Мировую войну, в пламени которой погибало все человечество, за исключением одного только мальчика Кенни.
      
       "... Что они там у вас в трусы друг дружке лазят? Мужика штоли не могут себе найти? Мужиков с яйцами у вас там нету штоли? Вот я приеду и выебу обоих! ..."
      
       Мы начали писать бизнес-план на четвертую партию. Объем производства продукции основных номенклатур был запланирован в количестве 18 500 000 единиц. Попутно мы составляли финансовый план на год вперед и перспективный финансовый план на три года. Планы эти предназначались для инвесторов и назывались "сладкая вата". Работать над бизнес-планом - "накручивать сладкую вату", соответственно.
       - Филиалы, департаменты, организационная структура, распределение полномочий, требования к офисным помещениям, организация рабочих мест, - говорил я. - Так, что там еще?
       - Требования к внешнему виду сотрудников корпорации "ЮССИ", - добавил Том.
       - Да, Том, да, - ответил я. - Все революционеры начинают со строительства баррикад, а заканчивают строительством казарм. А мы даже не революционеры - мы бизнесмены. Дресс-код у нас будет или я буду говорить каждому сотруднику: "привет, чувак" - какая разница? Какая, по большому счету, разница? Мы форменную одежду введем со знаками различия, если это пойдет на пользу.
       - Ой, мальчики, а правда: давайте форму введем, я так люблю форму!
      
       Кроме того, мы писали задание на выпуск продукции для РПТ и, совместно с Фуксом, план продаж.
       Кроме того - финансовый план на ближайшие шесть месяцев. Стив надписал его так: "Абсолютно секретно. Распечатка запрещена. За пределы офиса не выносить. При нападении противника, уничтожить в первую очередь".
       - Тут все наше дерьмо, - говорил Стив про этот план.
       Также были разработаны: прогноз конъюнктуры; стратегия развития; четыре варианта плана развития (благоприятный, неблагоприятный, ожидаемый и кризисный); план рекламной кампании; основные принципы деятельности и развития фирмы. На всех этих документах стоял гриф "только для внутреннего пользования".
      
       И мы опять искали инвесторов. Большой Боб как вариант не рассматривался. Он, в свою очередь, тоже не спешил предлагать свои услуги. Наверное, просто не хотел нарываться на отказ.
      
       На сайте Озабоченных Мамочек каким-то таинственным образом появился слоган "Не покупайте Сашу - она сведет вас с ума!", причем мамочки не сразу поняли, что это результат чьих-то злонамеренных действий. Мамочкам слоган даже понравился. Недели через две до них, наконец, дошло, а, вернее всего, им кто-то подсказал. Слоган убрали, опять был скандал, опять во всем обвинили нас.
      
       РПТ выпустило "номенклатуру 001С". Это была копия номенклатуры 001А, только высотой шесть футов и два дюйма. Она не умела говорить и не предназначалась для секса. Стоила эта модель в розничной продаже две с половиной тысячи долларов. За три месяца было продано 180 штук.
      
       График Капитальных Отношений, автоматически обновлявшийся каждый день в пять часов вечера, постоянно висел теперь на Большом Экране перед нашими глазами. На конец 12-го месяца со дня начала продаж, соотношение долей капитала ЮССИ определилось как 50,35% у нас и 49,65% у Большого Боба. Кривая медленно склонялась к горизонтальной красной жирной линии, делящей поле графика пополам.
      
       В федеральном суде Западного округа штата Мичиган началось слушание дела о перевозке непристойностей.
      
       Букмекерские конторы принимали ставки на исход процесса. Перед началом процесса ставки были 4:5 не в нашу пользу.
      
       Запомнилась карикатура на сайте популярной общественной Интернет-газеты "Независимые наблюдатели": участники процесса в одеждах времен отцов-пилигрмов и Саша на скамье подсудимых, закованная в колодки. Обвинитель, обращаясь к судье: "А еще, ваша честь, нам удалось установить, что под одеждой она совершенно голая и в таком виде ходит к причастию!" Позже, когда страна узнала, что Саша курит, там же была помещена другая карикатура: Саша с сигаретой сидит в участке перед полудюжиной полицейских: "Ну что, теперь вы арестуете меня за курение?"
      
       Адвокатов - Освальда Хариссона и его команду - мы взяли по рекомендации "Союза гражданских свобод" и впоследствии не пожалели об этом выборе. Большую поддержку оказала нам "Коалиция свободы слова" - помимо всего прочего, они организовали несколько пикетов и провели демонстрацию в Гранд-Рэпидсе, где заседал суд.
      
       На сайте ЮССИ мы разместили большое фото Саши, пристегнутой к электрическому стулу. "Не позвольте им убить меня!" - призывала Саша. Сашененавистники, напротив, разместили на одном из своих сайтов интерактивную картинку, где Сашу можно было поджаривать на электрическом стуле. После виртуального включения виртуального рубильника, Саша дергалась, у нее загорались волосы, лопались глаза и обугливалась кожа. Когда мы посетили этот сайт, то видели цифру 104576 на счетчике посетителей, включивших рубильник. Были и другие интерактивные картинки: нажатием кнопки, Саше можно было отрубить голову или выбить из-под ее ног табурет.
      
       Тактика обвинения на этом процессе заключалась в том, чтобы всеми способами как можно дольше его затягивать. Дата первого заседания, например, переносилось шесть раз. Странным образом потерялось содержимое двух арестованных фур - свыше 20 000 коробок с нашим товаром и, соответственно, обвинение ничего не могло предъявить присяжным в качестве улик. Суд опять был отложен и мы не стали подавать протест, в очередной раз продемонстрировав свою добрую волю. Через две недели весь товар нашли в Огайо, на секретном складе оружия, боеприпасов и наркотиков, конфискованных ФБР.
      
       Когда суд, все-таки, начался, то начался он со скандала.
       Внезапно вскрылись некоторые неблаговидные связи некоторых членов семьи помощника прокурора, представлявшего на процессе сторону обвинения. Так, например, среди ближайшего окружения его двенадцатилетней дочери обнаружилась и "непристойная" Саша и "подозрительная" Рыжая Рита.
       Сам помощник прокурора заявил, что особо не приглядывался с кем там играет его дочь, признав, впрочем, что в последнее время он, возможно, не уделял должного внимания семье и детям, в связи с большой загруженностью на работе.
       Однако, тут же появились сведения о том, что Саша изначально появилась в благопристойной прокурорской семье именно с разрешения господина федерального обвинителя, а не как иначе, и, лишь узнав о своем назначении на процесс, осторожный папа попросил дочку спрятать своих проблемных подружек куда-нибудь подальше и никому не говорить, что они у нее есть. Морально дезориентированная девочка рассказала обо всем подружке, подружка рассказала своей маме, ну и дальше пошло-поехало...
       Помощника прокурора сняли с процесса. Через несколько месяцев он по-тихому уволился из окружной прокуратуры, но и этот факт тоже не остался без внимания прессы.
       "Это не первый и не последний папик, которого она, походя, раздавила", - заявил Стив репортерам, имея в виду Сашу. - "Не судите ее строго, она просто продукт Системы, мы сами с ней намучились".
      
       По инициативе обвинения процесс под надуманным предлогом прервали и перенесли на неопределенное время.
      
       В Миссисипи чучело Саши сожгли на костре.
      
       Однажды, когда я подходил к офису, меня догнал и пошел рядом человек в очках с треснутым стеклом.
       - Извините, я вам писал, но вы не ответили.
       - За это прошу прощения. Признаю, что такая проблема существует. Но скоро ситуация изменится и мы будем стараться отвечать на все письма, кроме оскорбительных.
       - Я хотел бы кое-что обсудить. Возможно, это важно. У вас есть для меня немножко времени?
       Я остановился.
       - Немножко времени у меня есть. Мистер..?
       - Найт. Сидней Найт.
       - Итак, мистер Найт, что она еще натворила?
       - Да в общем ничего, но... знаете, меня беспокоит ее психическое здоровье.
       - Все так серьезно? Вы ее друг?
       - Ну не то, чтобы... скажем так: заинтересованное лицо.
       - Хорошо. И в чем проблема?
       - Вы знаете, я слежу... то есть, наблюдаю за ней довольно долго... и... создается такое впечатление, что ей все время нужно подтверждение, что она номер один. Мне кажется, что у нее уже сформировалась определенная зависимость в связи с этим. А это значит, что первая же серьезная неудача может на нее очень сильно подействовать. Она переживет серьезный шок, который будет иметь последствия, понимаете? И тогда уже у нее сформируется боязнь неудач.
       - У меня другое мнение. Ей не нужно никаких подтверждений. Она и так знает, что она номер один. И у нее не будет неудач. Временные трудности, проблемы - да. Фатальные падения - нет.
       - Нет, нет, вы просто не думаете, что говорите! Это неизбежно, неудачи бывают у всех.
       - У нас - да, мистер Найт. У нее не бывает.
       - И еще эта ее агрессия.
       - Всегда мотивированная, между прочим.
       - Она не разу не была в супермаркете. Как вы можете это объяснить?
       - Ну... И какова ваша версия?
       - Я знал одного человека, у него была очень интересная фобия - он боялся супермаркетных тележек.
       - Гм. Признаться честно, мы, как-то не обращали на это внимание... Не знаю. Она и у стоматолога тоже ни разу не была.
       - У всякой сильной личности есть какой-то свой маленький скелет в шкафу: какой-то позорный недостаток, постыдная страстишка, неприглядный факт биографии; в общем, то, что надо всячески маскировать и утаивать, понимаете?
       - Ну, может быть, это все не так уж страшно?
       - Уверяю вас, она относится к этому совсем иначе. И еще кое-что: когда она вам улыбается, то, кажется, смотрит прямо в душу, а на самом деле вы для нее или пустое место или просто инструмент, открывашка для банки консервированных персиков.
       - Нет, ну у нее есть какие-то принципы. Наверное. Во всяком случае, хочется в это верить.
       - Она прекрасно понимает силу своего влияния на людей и пользуется этим для достижения своих целей.
       - Мистер Найт, а какие у нее еще могут быть цели? У вас, у меня? Она, что, должна бороться с глобальным потеплением? Помогать детям Сомали?
       - Она и вас использует.
       - Интересно, каким образом?
       - А когда вы ей будете больше не нужны, она вам улыбнется очень-очень мило и скажет: "ну ладно, мне уже надо бежать, пока, созвонимся как-нибудь". И эти двусмысленные взаимоотношения с Барби... Поймите меня правильно, у меня самого есть... была, то есть, дочь... И я современный человек и я не... то есть я считаю, что запрещать, конечно, не надо, да это и неэффективно, но... зачем подталкивать?
       - Да никто ее никуда не подталкивает. Ее трудно стало контролировать. Вот недавно, например, она начала курить. Это не с нашей подачи и мы не можем остановить это. Этот ее новый имидж уже играет против нас. Мы ее делали не такой.
       - Может быть, имеет смысл занять ее в творческом плане? Она когда-то писала неплохие стихи. Может быть, рисование? Или что-нибудь еще... Чтобы она реализовала себя в этом аспекте. Выход энергии в творчество, понимаете?
       - Мы как раз думали об этом. Она будет петь.
       - Петь?
       - Да. Петь в своей группе.
       - А что петь?
       - Ну, не знаю... Пока не знаю. Но не гимны, - я подал ему руку. - Ну что ж, до свидания, мистер Найт. Ваше мнение очень важно для нас и это была очень интересная беседа, есть над чем подумать. Удачи вам.
       Возле нашего офиса постоянно ошивались разные личности и субъекты. Как правило, какие-нибудь "Озабоченные мамочки" или "Молодые христиане", с плакатами-листовками, но были и одиночки-индивидуалы. Иногда они выкрикивали оскорбления. Тома, однажды, пытались облить краской. Одного такого активиста Стив ебнул головой об столб. Впрочем, Стив уверял, что тот напал первый, да еще и замахнулся распятием.
      
       В Пенсильвании, в придорожном кафе, я видел грубо намалеванный самодельный рекламный плакат: девочка с уродливыми пропорциями и гримасой зубной боли вместо улыбки протягивает потенциальным клиентам рожки с мороженным. По некоторым отличительным признакам можно было понять что это Саша.
      
       Саша записала альбом "Так бьется мое сердце", выпуск которого должен был предварять концерт. К сожалению, организацию и проведение концерта продюсеры альбома доверили не тем людям. Большую часть билетов выкупили спекулянты и потом продавали втридорога, а сам концерт, едва успев начаться, закончился массовыми беспорядками. Впрочем, альбом имел успех. Критики тоже приняли его благосклонно. Одна из песен называлась "Не падай ниже пятидесяти".
      
       Ударная рекламная компания книги Шарлотты Нойбергер "Наш человек в Вашингтоне" началась. За всем этим стояло издательство "Large & Firm".
       Еще не появившись на прилавках, книга вызвала пресловутый "широкий резонанс". "Плевок в лицо общественной морали", "стриптиз на алтаре" - такие метафоры использовала желтушная шобла-ебла, обвиняя Шарлотту в "патологическом отсутствии стыда" и пропаганде "культа делячества". "Умопомрачительная история предательства" - написал Гарри Холл из "Нью-Йоркер", отдавая должное стилю и литературным способностям Шарлотты, хотя, если уж и верить всем этим ее шпионским откровениям, то нужно признать, что она была не большим предателем, чем какой-нибудь разведчик в тылу врага или агент, работающий под прикрытием.
       Масштабы истерической реакции Озабоченных Мамочек на выход в свет бестселлера "Наш человек в Вашингтоне" нетрудно было предвидеть. Особенно их взбесило то, что мы поместили фотографию Шарлотты на настенном календаре, выпущенном в честь первой годовщины с начала продаж. В этом календаре были фотографии всех участников проекта "Саша", включая, естественно, и саму Сашу, и Рыжую Риту. На одиннадцатой странице - месяц ноябрь - красовалась улыбающаяся Шарлотта в маечке с символикой общественной организации "Обеспокоенные Мамы". Шарлота держала плакат "Не покупайте Сашу - она сведет вас с ума!". На последней странице был групповой портрет - мы всех собрали вместе в один день, специально для того, чтобы сделать это фото. Макс приехал из Калифорнии, Джон Браун из Техаса, а Пьер Жубер прилетел из Парижа.
       Потом нам предъявили этот календарь как доказательство того, что Шарлотта была изначально с нами в сговоре, а мы оправдывались тем, что календарь этот мы делали когда книга уже вовсю продавалась.
       Наше официальное отношение к выходу в свет книги "Наш человек в Вашингтоне" и всей этой шумихе вокруг нее было сформулировано тремя простыми тезисами и никогда не менялось:
       1. Книга "Наш человек в Вашингтоне" - беллетристика и мы не собираемся комментировать каждый абзац, что там правда, а что нет.
       2. Шарлотта Нойбергер никогда не была сотрудником фирмы "ЮССИ" штатным, внештатным, равно как и любым иным, и никогда не получала у нас зарплату или какое-либо иное материальное вознаграждение за какие-либо оказанные нам услуги.
       3. Мы не имели никакого отношения к созданию независимой общественной организации "Обеспокоенные мамы", тем более, что эта организация была основана еще когда мы все ходили в школу. Если мы и пиарили некоторые акции "озабоченных мамочек", то делали это всегда открыто, используя законные методы и средства распространения информации.
       Но наш слабый лепет оправданий совсем не слышно было в многоголосом лягушачьем хоре злобных воплей, несущихся со всех сторон. Общественное мнение, на этот раз, было единым: это уже чересчур, мы заигрались и преступили все границы. Нам предрекали бизнес-бойкот.
       Сразу два федеральных комитета начали расследование по фактам незаконной рекламы и незаконного использования некоммерческих общественных организаций в коммерческих целях.
       Эти клерки вели себя довольно нагло: разговаривали с нами, как с преступниками, присылали многостраничные списки вопросов, требовали представить материалы не имеющие никакого отношения к рассматриваемым делам и так далее.
       На самом деле у них ничего не было против нас. Не было фактов, свидетельствующих о том, что мы передавали Шарлотте какие-либо поручения и, вообще, имели с ней какие-либо контакты.
       Деньги на счета Шарлотты поступали только от ее постоянного и единственного работодателя. За последний год у нее не было значительных трат и крупных покупок. Допросить саму Шарлотту не удалось, поскольку она уехала в Европу и не желала оттуда возвращаться. В итоге, ничего они нам не предъявили. Но скандал разрастался. Скандал с симптомами шпиономании, и здесь немало постарались масс-медиа, легко и с удовольствием цитируя чужое вранье и выдавая собственные домыслы за "комментарии экспертов". Сами-то они во все это не верили, но обывателя довели до того, что "агенты ЮССИ" мерещились ему за каждым телеграфным столбом. Обыватель принялся вглядываться в темноту приоткрытого шкафа и прислушиваться к шорохам под кроватью.
       Нам припомнили давнишнюю историю с "Независимым христианским Интернет-союзом". Наиболее активные деятели общественных организаций, выступающих с антисашинских позиций, автоматически стали подозрительными. Причем, чем ожесточеннее они на нас нападали, тем более подозрительным казалось такое поведение. Кое-кто из них поспешил сделать заявления и выразить возмущение, но выглядело это как упреждающий удар.
       Потом появился этот слух, что, якобы, и сенатор Саймон Баретон тоже наш агент.
       Баретон незамедлительно дал клеветникам гневную отповедь и пригрозил судом, но тут на свет божий явилась часть нашей переписки с сенатором, а именно, та самая, где мы обсуждали с ним тактику пиар-компании "закона о стерилизации педагогов", и у сенатора спросили, подлинные ли это письма. И еще журналистам удалось добыть, неведомо каким образом, банковскую выписку о движении средств на счет комитета, финансирующего предвыборную кампанию Баретона, из которой следовало, что фирма ЮССИ перевела на этот счет 2000 долларов. Скандал с банком по поводу утечки конфиденциальной информации о счетах клиентов даже и не разгорелся как следует - всем уже было не до этого.
       Дальше все покатилось весело под горку. Всяческие доброхоты-следователи и эксперты-аналитики на общественных началах наперебой начали рисовать наши секретные планы морального разложения нации и последующего бескровного захвата Америки. "Серьезные издания" называли нас "гениями черного маркетинга" и писали, впрочем, с некоторой долей уважения, о блестяще проведенной пиар-акции.
       Итак, мы предстали в глазах общества этаким дьявольским гигантским пауком, опутавшим всю страну дьявольской невидимой сетью; коварными инопланетянами; всемогущей тайной организацией, проникшей во все "структуры", "круги" и "слои", заменяющей живых людей послушными цифровыми копиями и обладающей, вдобавок ко всему, неисчерпаемыми финансовыми ресурсами.
       Как было написано в одной листовке, которую раздавал возле нашего офиса один чудак: "...многие месяцы эта злокачественная опухоль росла и зрела при полном попустительстве властей, под слабые протесты здоровых сил, и вот, наконец, мы дождались того, что ее зловещие метастазы..."
       Ну, в общем, чорная тень ЮССИ конкретно легла над Нашей Родиной.
       Епископ Бирмингемский (штат Алабама) проклял нас.
       Конечно, говорили и о том, что всю эту вереницу скандалов инспирировали мы сами, чтобы возросли продажи. Кстати, нам в то время не было никакого смысла инспирировать рост продаж, мы его просто не могли обеспечить - из-за очередного кризиса на заводах РПТ и невыполнения графика выпуска продукции, спрос и так превышал предложение, особенно в Европе.
      
       В распоряжении журналистов оказались сведения о том, что телефонная компания Ай-Си-Ком предоставляла БФР аудиозаписи телефонных переговоров с телефонов, установленных в офисе фирмы ЮССИ. Ай-Си-Ком заявила, что указанные материалы были переданы ФБР "в рамках расследования уголовного дела и на основании законного запроса", но выяснилось, что некоторые из этих записей были сделаны за несколько месяцев до возбуждения уголовного дела и Ай-Си-Ком не смогла внятно ответить на вопрос: на каком основании компания прослушивает телефоны своих клиентов и как часто применяется такая практика? ФБР дистанцировалось от своего партнера, предоставляя Ай-Си-Ком выкручиваться в одиночку. Сайт копании Ай-Си-Ком рухнул под напором хакерских атак.
      
       "... вы Гражданскую войну начать готовы, лишь бы выросли эти ваши чертовы продажи..."
      
       В Палате представителей Конгресса пытались создать комиссию по расследованию нашей деятельности, но не хватило голосов.
       И тогда нам решили устроить информационный бойкот.
       Общество разделилось на противников и сторонников бойкота.
       Противники утверждали, что идея бойкота противоречит сути журналистского долга - информировать общественность. Сторонники оппонировали, что это дело добровольное, никто никого не принуждает и ссылались на уже имеющийся прецедент: информационный бойкот террористов в части публикации их заявлений и взятия у них интервью.
       Английская "Гардиан" писала: "...если какие-то дельцы используют свободную прессу для рекламы своего сомнительного бизнеса, то это не проблема свободной прессы. Может быть, это проблема несовершенства гражданского законодательства. Может быть, это проблема несовершенства уголовного законодательства. Может быть, это проблема нравственного состояния современного общества, но, в любом случае, это не проблема свободной прессы. Молоток нельзя обвинять в убийстве".
       Стив под этой статьей оставил такой комментарий: "Однако, если какие-то дельцы используют свободную прессу для рекламы своего бизнеса и ни хуя за это не платят, то это становится очень серьезной проблемой для свободной прессы."
      
       В это время активизировались контакты Большого Боба с руководством РПТ. Еще раньше мы почувствовали какую-то возню за своей спиной. Имелись кое-какие признаки наличия в РПТ перспективных планов сворачивания мощностей на территории США и расширении производства в Юго-Восточной Азии. До нас доходили слухи о разработке в недрах РПТ проекта производства более дешевого варианта номенклатуры 001. Нам об этом ничего не говорили.
       Мы попытались с помощью Джоан выведать что-нибудь у Уилкинсона, но безрезультатно, скорее всего, он об этих сепаратных интригах просто ничего не знал.
       Я вспоминаю, тогда Уилкинсон постоянно говорил о яхтах. Благодаря нему мы узнали сравнительные характеристики и цену различных типов яхт, а также всякие многочисленные нюансы, на которые надо обращать внимание при покупке. Яхту Дейв Уилкинсон так никогда и не купил - через два года после описываемых событий он пустил себе пулю в сердце в номере отеля "Пасадина" в Лос-Анджелесе.
       Также мы обратили внимание и на то, что люди продавца Шульца начали какие-то интенсивные переговоры с фирмами, занимающимися маркетингом в Европе.
      
       Мы основали музей ЮССИ и специально для этого купили шкаф со стеклянными дверцами, которые запирались на замочек. В качестве особо ценных экспонатов там были представлены:
       - первая жесткая модель Саши
       - искусственная мужская жопа производства фирмы "Резинопластиктехнологии"
       - доллар, за который Том продал фирме ЮССИ все исключительные права на Сашу
       - табличка, скрученная с двери инвестиционной контры, где нам отказали в кредите
       - пуленепробиваемый жилет Тома, в котором он вышел против Шарлотты
       - газета "Ист-Гринвиллский курьер" с первой статьей про Сашу
       - черновик "Манифеста ЮССИ" с рукописными правками
       - флаг с символикой "Австралийского Фонда Детства" захваченный в качестве трофея во время потасовки с активистами означенного фонда.
      
       Сашу засекли в каком-то баре с бокалом "кровавой мери" в руке. Шум поднялся такой, как будто это сенсация века. Это была последняя капля, переполнившая чашу негодования. Нам был объявлен информационный бойкот.
      
       У нас перестали брать интервью. Сашу перестали показывать по телевизору.
       На сайте "озабоченных мамочек" подчеркнуто активно обсуждали теперь генетически модифицированный помидор в школьном обеде.
       Мы как будто умерли.
       Был у нас журнал "Саша" и еще пара изданий под контролем, но это не спасало ситуацию - своего ТВ-канала у нас не было.
       "Бостон Глоуб" не присоединилась к бойкоту и ее честные поля тут же покинули крупные рекламодатели, после чего газета пересмотрела свое отношение к бойкоту. После чего рекламодатели милостиво вернулись. Такая же история произошла еще с несколькими изданиями. Впрочем, продолжалось все это недолго. Количество наших торговых точек в США сокращалось. Эта тенденция возникла еще за пару месяцев до бойкота и постепенно превратилась в нашу главную проблему.
      
       Том на своем "порше" протаранил школьный автобус и его забрали в участок. Стив отправился туда разруливать ситуацию, но после потасовки с копами оказался на тех же нарах, что и Том.
       Через день их дела разбирал судья и я отправил туда Джоан с чековой книжкой: "надеюсь, хоть ты вернешься".
       Тома и Стива освободили под залог.
      
       Стив появился в офисе с царапиной на щеке.
       - А Том где? - спросил я.
       - Сейчас придет.
       Скрылся в приемной, скрипнул дверцей буфета.
       - Он в "Офицер" зашел, купить какую-то крутую точилку для карандашей. Джоан с ним пошла, присмотреть подарок Ричарду и Джорджу на День Рождения.
       Плеск струи из кофеварки. Я выслушал грустную повесть его.
       - Представляешь, этот пидор судья не хотел отпускать Тома под залог. Еле уболтали. Можно подумать, он серийный убийца. Делов-то - автобус поцарапал.
       Вышел с кружкой в руках. Подошел к окну.
       - О нас писали?
       - Все газеты. И в новостях тоже. Том сделал это преднамеренно?
       - Нет, Джек, нет! Ну ты же знаешь: все акции мы обсуждаем. Том парень дисциплинированный, он не стал бы заниматься самодеятельностью. Он принял автобус за гигантскую акулу, - отхлебнул из кружки. - Во всяком случае, так он заявил судье. Наверное, у него со школой связаны какие-то не очень приятные воспоминания. Так или нет, но, я думаю, на этом можно построить линию защиты.
       - Принял школьный автобус за гигантскую акулу?
       - Это его эти письма доконали, - махнул на компьютер Тома. - Я говорил тебе: надо нанять фрилансеров отвечать на письма.
       Повернулся от окна ко мне.
       - И Том не забирал бляху у копа. Он уцепился за эту бляху, когда его из "порша" вынали - в шоке был человек - коп дернулся - бляха у Тома в руке осталась, - показал свободной рукой как все происходило. - Но потом эти суки, конечно, перевернули все по-своему.
      
       "...Агата сказала, что она лесбиянка, а я сказала ей, что она дура. Ответьте мне официально, что она не лесбиянка, чтобы я могла показать это Агате, потому что мы поспорили на очень крупную сумму денег ..."
      
       Пришел Том, достал из коробки точилку, поставил на свой стол и стал испытывать. Испытания прошли успешно. Том сделал наброски к комиксу "Саша в пасти Дьявола". Саша спускается в Ад, в поисках погибшей Рыжей Риты, а ее проводником в этом путешествии является Смерть. В финале - пир Сатаны и игра в карты на душу Рыжей Риты. Мы предложили Тому съездить куда-нибудь на пару дней, отдохнуть.
       Поздним вечером того же дня, когда Стив вез меня домой, за нами увязалась полицейская машина - наверное мы ехали слишком быстро. В планы Стива не входило встречаться опять с копами, поэтому он свернул в боковую улицу, втиснулся в строй припаркованных машин, заглушил двигатель и выключил все огни. Мы легли на сиденьях. Копы свернули вслед за нами и проехали мимо. Мы продолжали лежать, ожидая что они вернутся.
       - Джек, Большой Боб - пират? - спросил Стив.
       - Не надо мыслить стереотипами. Жизнь сложнее.
       - То что РПТ вставляет нам палки в колеса - часть его плана, да?
       - Возможно.
       Отражаясь на боковом стекле, вспыхивала и гасла вывеска "вина-напитки".
       - У нас тогда все равно не было другого варианта.
       - Я знаю.
       Копы вернулись и опять проехали мимо, посветив фонариком.
       - Кое-какие мои бывшие коллеги из газетного мира говорят, что наш проект финансировала "Маттел" через длинную цепочку. Как странно иногда бывает, когда твоя самая нелепая выдумка вдруг оказывается правдой.
       - Может это все брехня.
       - Может и брехня. Вокруг этого столько всего накручено, что уже не знаешь чему верить. Ты знаешь, есть целая научная теория, которая объясняет как вымысел становится реальностью. Я читал в одной книжке...
       - Стив, ты слишком много читаешь всякого дерьма.
      
       "... нихето не дурушил саминои сисчас хашу ву та дерегуи шеколу Папа сакесел там докаторы хароши те лещити будуити миня сантра сакесла эта шеколат тля дибилав Папа сакесел Сашиа умете гавироит а но топко ана сакаладованана напиштити пошалсото как ийо мошино расколакаладовиват..."
      
       Приходили опять с обыском, опять забрали жесткие диски с компьютеров. Нам это было все равно, в целях предосторожности мы работали с носителями, физически размещенными за пределами офиса.
      
       Пожарный инспектор оштрафовал нас за отсутствие огнетушителя и окурки в пепельнице. Буквально следом за ним явился администратор с постной рожей и чуть ли не в ультимативной форме предложил освободить офис в течение месяца. У нас был свежеподписанный договор аренды на полгода вперед и мы послали его на хуй, но он не уходил, канючил, достал своим нытьем и мы согласились съехать через шесть недель.
      
       До последней терминации оставалось пять недель. По ее результатам должна была решиться наша судьба - либо мы теряли контроль над фирмой, либо обретали долгожданную свободу и могли брать кредиты у кого угодно. ББ неуклонно приближался к 50%.
      
       Десять тысяч Саш прошли по улицам Сан-Франциско с плакатами типа "Я вам не игрушка!" и "Папик, трахай свою маму, а не мои мозги!". Как оказалось, Сашами могут быть не только юные девочки, но и зрелые тетеньки и даже дяденьки с усами.
       Мы не принимали участия в подготовке этой акции и не давали денег на ее проведение. Все это безобразие организовали фан-клубы, объединившие, ради этой цели, свои усилия. В Калифорнию съехались Саши не только со всей страны, но, также, из Канады и Мексики. Некоторые прибыли из Европы. Масштабы этой акции поразили многих.
      
       "...дети должны почитать своих родителей, присматривать за младшими, слушаться старших, уважать учителей, воспитателей и наставников, изучать историю своей страны и биографии выдающихся ее представителей, стремиться стать..."
      
       Я взял со стола Тома карандаш и добросовестно попытался нарисовать кошку. Когда я выводил волоски на кончике хвоста, дверь распахнулась и в кабинет влетел Стив:
       - Ебаные, блять, уроды!
       Было очевидно, что он пришел с новостями.
       - Сашу задержали за управление автомобилем без прав в нетрезвом состоянии, оказание сопротивления при аресте и нападение на офицера полиции.
       Сломался грифель. Я отложил карандаш. Посмотрел в окно. Пустая крыша соседнего дома. Она всегда пуста. В любое время года, дня и ночи. Только крутятся вентиляторы. А там, далеко внизу - уличная суета. Машины туда-сюда.
       - Управление оказанием сопротивления-нападения...
       - Что? Что ты там бормочешь?
       - Ничего. У нас есть свободные средства для выплаты залога?
       Стив посмотрел на меня, потом оглянулся, почесал плечо, наклонился и заглянул мне в лицо:
       - Какой залог, Джек? Ей пятнадцать лет.
       Я кивнул.
       - Да, да... Да. Я забыл.
       Элси с плакатом "Осторожно! Здесь продается детская порнография!" испуганно смотрела на меня с Большого Экрана. Носки вместе, пятки врозь.
       Стив плюхнулся в свое кресло и принялся одновременно разговаривать по телефону; возить мышкой по столу, вглядываясь в экран, и переругиваться с Мартой на тему рассыпанного по буфету кофе.
       Я вставил карандаш в заточную машинку, зафиксировал специальным зажимом и нажал зеленую кнопочку. Машинка тихонько зашуршала. Через несколько секунд автоматически выключилась. Я ослабил зажим, вытащил карандаш. Идеальный конус.
      
       "...и как теперь выключить ее и почему она внушает чтобы я убил Грегори? ..."
      
       Приближался день рождения Саши. По нашим подсчетам примерно к этой дате должна была приурочится десятимиллионная продажа. Мы решили отметить два эти события сразу. Мы решили устроить вечеринку.
       Хлопоты по организации этих торжеств мы спихнули на Уилкинсона. Мы подманили его должностью ведущего и возможностью работать вместе с Джоан, которую мы назначили вторым ведущим. Джоан от этого назначения не отказывалась, наоборот была очень рада. Но кое-какую помощь Уилкинсону мы все же оказали - составили список гостей, например, и еще выбрали фирму, которая занимается устройством подобных мероприятий.
      
       Си-Эн-Эн решила снять фильм про нас. Информационный бойкот был благополучно забыт.
      
       Дела у нас, в общем, шли неплохо. Спрос превышал предложение. Как говорил Уилкинсон: "потенциал неуклонно растет". Вот только нам нужен был не потенциал, а реальные продажи. РПТ нас здорово подставила.
       Я поехал к Большому Бобу просить о послаблениях по выплатам за кредит. Формальным поводом для моего визита было вручение ему приглашения на вечеринку по случаю Дня Рождения Саши и десятимиллионной продажи.
      
       - Знаешь почему ты не работаешь в моей конторе, а Голубчик Дик, которого ты наверное считаешь полным болваном, работает в моей конторе? Это не случайно. Дик не ищет самородки - он добывает руду. Он хороший рудокоп. Ты молод - я понимаю. Я тоже был когда-то молодым. Но когда ты повзрослеешь, Джек, ты поймешь, что именно приносит верную прибыль.
       А всего в той карандашнице стояло шесть предметов и вот их точный список:
       1. шариковая ручка без колпачка
       2. сувенирная ручка в виде футболиста, ловящего мяч
       3. фиолетовый фломастер
       4. дужка от очков
       5. деревянная палочка неизвестного назначения с раздвоенным концом
       6. белая пластиковая одноразовая десертная ложечка
       - Зачем же вы тогда с нами связались?
       - Ну почему бы иногда и не делать исключения? План был неплох, - Большой Боб показал на лежащий перед ним на конверт с надписью золотом "10 000 000!". - И план сработал, - Большой Боб постучал по конверту указательным пальцем с большим, желтым с коричневым, кое-как обрезанным, ногтем.
       Сейчас он. Сжимает в руке бокал бормочет тупо глядя перед собой суки блять все козлы ебучие Мартелли этот когда он погорел со своим гребаным фондом в ногах валялся Дик спаси я вытащил его Дик по гроб жизни слезы на глазах потом на сенатской комиссии что он нес боже что он нес пидор жопу свою очищал и скольким я помог блять с руки моей ели и все они все блять пидарасы продали за доллар и девяносто восемь центов продали пидарасы ударил кулаком по стойке бармен сосредоточенно протирает бокалы господи и когда он уже перестанет ходить сюда и свитер чтоб рубашки не менять ворот сальный весь уже смотреть страшно неужели не замечает господи а ведь был когда-то человеком не дай бог вот так.
       - План-то сработал, - постукивает пальцем по конверту. - Но, ведь, вопрос не в этом, Джек, - и на меня немигающий взор свой спокойный уставил. - Вопрос не в этом, Джек, вопрос в другом, верно?
      
       "... И последний вопрос: что она ест? Любит ли она фаршированную утку? ..."
      
       Я вернулся в офис. Там сидела Марта. Зазвонил телефон. Я выдернул телефонный шнур из розетки.
       - Марта, иди домой.
       - Я составляю списки для Бойлана. Он просил сегодня.
       - В пизду Бойлана. Иди домой.
       Я сел за стол. Марта выключила компьютер, покидала что-то в сумочку, встала, сняла с вешалки пальто.
       - Письмо в нацотдел по рекламе у тебя в "коммоне".
       - Угу.
       - До свидания, Джим. Приятного уикенда.
       - И тебе того же.
       Ушла.
       Я глядел на фотографию целующихся взасос Кейт и Джоан на стене напротив. Разглядывал стеллаж и канцелярские папки, оставшиеся от прежних арендаторов. Прочитал инструкцию по применению огнетушителя, висевшую над пустым местом:
       1. Снять предохранительную скобу А.
       2. Открыть запорный кран B.
       3. Повесить огнетушитель на плечо.
       4. Направить раструб C на очаг горения.
       5. Нажать на рычаг D.
       6. Приступить к тушению возгорания.
       Рукою Стива было дописано:
       7. Записаться в тренажерный зал.
       8. Забрать белье из прачечной.
       9. Выебать соседку.
       Покрутил башню настольного органайзера, которым никогда не пользовался.
       Взял степлер и осмотрел его со всех сторон. Щелкнул. На стол упала согнутая скобочка. Я смахнул ее на пол.
      
       Вошел Стив. Посмотрел на меня, я посмотрел на него. Стив сел за свой стол. Стал поочередно выдвигать и задвигать ящики своего стола, как будто что-то искал.
       - А где Марта?
       - Я отпустил ее.
       Сигнал "повестка" почтовой службы. Стив перевел взгляд на монитор, тронул мышку.
       - Позвоните по телефону 212-682-85-92, добавочный 241 после длинного гудка и Истина откроется вам. Центр Мирового Развития. Парни! Шлите на хуй всех этих говноедов и держитесь до конца. Джи Райт, Кентукки. ФТК сообщает о начале предварительного расследования. Это уже третье по счету.
       - Пошли их на хуй.
       Стив начал печатать, проговаривая вслух:
       - Уважаемые господа! Идите на хуй. С уважением: Генеральный Директор Джек О"Лири. Финансовый Директор Стивен О"Лири. Давай и Тома припишем, он бы не был против.
       - Припиши.
       - Арт-Директор Томас Колиндир, - щелкнул клавишей, отправляя письмо, встал.
       - Ладно, пойду, еще надо заехать кой-куда. Ты придешь на торжество?
       - Да. Большой Боб будет там. Хочет говорить с нами обоими. Наверное, будет делать предложение.
       Стив посмотрел на пол, сунул руку в карман куртки, побренчал ключами поверх главы моей взор неподвижный на собственный фотопортрет с самокруткой в зубах у парадного подъезда штаб-квартиры ФБР устремил.
       Я поднялся.
       - Пошли, я тоже ухожу.
       - Ты куда?
       - К Тому.
       - Я подброшу.
       - Хорошо.
       Я выключил свет и мы вышли.
      
       Я сидел с бокалом в руке в глубоком удобном кресле. Том сидел в таком же кресле рядом со мной и выстраивал дорожку на стеклянной поверхности журнального столика. Этот столик был единственной вещью, которую Том забрал из своего подвала при переезде на новую квартиру.
       Том спросил меня:
       - Если фирма уплывет от нас, но тебе предложат остаться директором, останешься?
       - Нет. Больше никогда не буду работать на дядю.
       - А Стив останется?
       - И Стив не останется. А ты?
       - А я давно собирался всерьез заняться скульптурой.
       Том втянул дорожку и откинулся в кресле.
       - Мы с Арабеллой решили пожениться.
       - Совет да любовь.
       - Она уходит их ФБР.
       - Да, ей там не место. Ты напоминал ей о моем предложении?
       - Напоминал. Она сказала, что больше не хочет работать на дядю.
       - Жаль. Возможно, скоро нам понадобятся вменяемые люди.
       - Уже ищете новые варианты?
       Я влил в бокал что оставалось в бутылке.
       - Нам уже не надо ничего искать, Том, те времена прошли. Это уже вопрос выбора.
      
       Меня разбудил таксист:
       - Мистер, дальше по маршруту большие пробки
       - Что? - я стал тереть лицо чтобы очухаться. - Можно объехать?
       - Можно, но займет часа полтора. Если хотите, довезу вас до ближайшей станции метро.
       - Хорошо.
       Он высадил меня возле станции, к которой подходил уже поезд. Я поспешил немного, но не успел - поезд тронулся, когда я выбежал на платформу. На закрывшихся дверях вагона граффити - Саша показывает средний палец. Она поехала, я остался. Сучка. Так ты почитаешь родителей?
      
       Я приехал когда гости уже съезжались, но еще ничего не началось. Охранник у входа вручил мне записку: "Джек! Срочно разыщи меня или позвони. Дэйв У."
       Дойти незамеченным до бара у бассейна не удалось. Сначала привязались телевизионщики из Си-Эн-Эн и я сказал им что Саша беременна, но наверное сделает аборт. Потом Уилкинсон схватил меня за рукав.
       - Джек, привет, наконец-то! Где вы все есть? Почему до тебя нельзя дозвониться?
       - Потому что я отключил телефон.
       - Я тут буквально с ног сбился! Где Стив? Тебя объявят примерно минут через пятнадцать, еще не все приехали.
       - Зачем объявят?
       - Как зачем? Твоя речь!
       - Ааа... Я не буду ничего говорить. Дейв, ради бога, только не надо делать такое лицо.
       - Что?
       - Обойдитесь как-нибудь без меня.
       - "Как-нибудь"?! Джек! Блять, я и так тут бегаю один, отдуваюсь за вас всех, встречаю всех этих распиздяев, а вы... вы со Стивом просто забили на все, это просто очень некрасиво с вашей стороны... Почему я должен все организовывать?
       - Джоан должна помогать тебе.
       - Джоан? Ей самой нужна помощь - вон она в состоянии прострации, появилась только что, перед тобой, я думал, вы вместе пили.
       - Дейв, давай закончим этот разговор.
       - Джек, что случилось? Да соберись ты, господи боже ты мой. Ты на себя не похож.
       - Да, конечно. Я соберусь. Мы соберемся. Все соберутся и мы победим.
       - Слушай, Джек, освежись и все будет нормально. У меня есть хорошее средство, дать тебе? Скажи там хоть что-нибудь, хоть пару слов! Ты же обещал!
       - Да, Дейв, я помню. Я подвел тебя. Извини. Попроси Стива сказать речь. Думаю, он согласится.
       - Но он ведь не готовился!
       - Стиву не надо готовиться, чтобы сказать речь.
       - Джек!
       - Дейв! Дейв, отъебись от меня! Пожалуйста.
       У барной стойки я увидел Арабеллу. Подошел к ней.
       - Привет. Как дела? Скольким папикам успела отрезать яйца?
       - Вам точно не успела.
       - Да, мы крепкие орешки, - я сделал знак бармену. - Ну что, Арабелла, какие мысли насчет будущего? Чем будешь заниматься?
       - Да так... Консультации.
       - Консультации?
       - И консультации в том числе. У меня, вообще, большие планы. Кстати, вы со Стивом, вроде, тоже, подыскиваете новую работу? Приходите ко мне на собеседование. Резюме можете не писать.
       - Еще не вечер.
       - А, ну да, конечно, вы же такие крутые, у вас всегда все получалось. Получится и на этот раз, да Джек?
       - В отношении Тома у тебя тоже большие планы?
       - Уже разболтал? Кстати, где он? Ты его где-нибудь видел?
       - Его не будет.
       - Почему?
       - Наверное нет настроения сюда ехать.
       - Вот как? Нет настроения? Похоже он забыл, что пригласил меня. Господи, Джек, я всегда восхищалась вами. Но только не сегодня.
       - У всех бывают такие дни.
       - У меня не бывает. Ладно, пойду, намылю ему голову.
       Бармен подал нам коктейли.
       - Оставайся. Тут, правда, одни мудаки, но зато есть и пить можно сколько угодно.
       Подбежал озабоченный Уилкинсон:
       - Господи, Джек, ты можешь как-нибудь повлиять на Стива? Дело в том, что он...
       Я представил его Арабелле:
       - Вот, кстати, один из них - Дейв Уилкинсон, наш куратор из банды Большого Боба. Дейв, это Арабелла, специальный агент ФБР.
       - Господи, что еще случилось? - испугался Уилкинсон.
       - Да пиздец тебе, Дейв. Доигрался.
       - Я здесь не по службе, - успокоила Дейва Арабелла. - Дружище Джек шутит. Вам, наверное, пора бы уже и привыкнуть.
       - Это невеста Тома, - пояснил я.
       - Да? Серьезно? - у Дейва отлегло немного. - О, поздравляю! Вижу, Том еще раз доказал, что обладает отменным художественным вкусом. Ну и как вам у нас нравиться? Не скучаете? Впрочем, Джек не даст вам скучать. Он никому не дает скучать, - Уилкинсон сокрушенно развел руками. - Я прошу прощения, но вынужден оставить вас... Масса дел. Кто-то развлекается, а кому-то приходится работать, да. Но мы еще увидимся, обязательно увидимся.
       И он исчез. Саксофонист со своим саксофоном скакал по сцене козлом. Стив и Джоан на танцевальной площадке перед бассейном исполняли "танго обезьян" и смотрелось это здорово.
       - Оставайся, в самом деле, - сказал я Арабелле. - Уилкинсон приготовил какую-то просто сногсшибательную программу. Будет дико круто.
       Она взяла со стойки сумочку и закинула на плечо.
       - Спасибо, Джек, но ты же знаешь: его нельзя надолго оставлять без контроля. Удачи!
       - Тебе тоже, Арабелла. Спасибо за все.
       Стив закончил танец эффектным финальным аккордом - сделав "сальто-мортале", рухнул в бассейн, подняв целый фонтан брызг, и окатил водой, проходящую как раз мимо, Арабеллу.
       К бару приближался продавец Фукс.
       - Привет, Джек!
       - Привет, Бен!
       - Как дела?
       - Отлично. Как твои?
       - Завтра уезжаю в отпуск.
       - Поздравляю. Ну что, Бен, по пивку?
       - Было бы неплохо.
       Бармен поставил ему пиво, Фукс взял, и сразу осушил три четверти бокала.
       - Первый отпуск за одиннадцать лет, Джек. Ты понял?
       - Охуеть.
       - Вот именно. Моя старуха сказала мне: "или мы, наконец, едем во Флориду, или я с тобой развожусь".
       - Наверное, ее тоже можно понять.
       - Никто не спорит, Джек. Конечно, ее можно понять.
       Фукс взял следующий бокал. Репортеры выстроились вдоль бортика бассейна и фотографировали Стива, пытающегося в одежде плыть стилем "баттерфляй".
       - В том отеле можно ловить рыбу прямо из окна спальни.
       - Это просто пиздецки невъебенно, Бен. Я бы тоже так хотел.
       - А я этого хочу уже одиннадцать лет, Джек. Одиннадцать лет, да.
      
       Оркестр замолк и на сцену взбежал Дейв Уилкинсон. С другой стороны расслабленной походкой взошла Джоан. Они поприветствовали всех присутствующих и шоу началось.
       Джоан на удивление быстро оклемалась и держалась неплохо.
       Чести выступать первым удостоился директор РПТ. Сладко сощурившись, он начал издалека, но постепенно добрался и до нас:
       - Я помню, как первый раз увидел этих парней... У них ничего не было. Вообще ничего. Но я посмотрел на них и сказал себе: "Билл, в этих мальчиках что-то есть!"
       Он говорил довольно долго - вспомнил всех причастных, рассказал пару анекдотов на грани приличия, в общем, сделал все как надо. Когда он, наконец, закончил, сорвал свои аплодисменты и убрался со сцены, Уилкинсон и Джоан объявили Стива.
      
       Стив поднялся на сцену, дружески пихнул Уилкинсона в плечо, шлепнул по заднице Джоан и пошел к микрофону, громко чавкая водой в туфлях.
       - Спасибо, Билл, хорошо сказал, мне понравилось. Особенно, то место, где ты говорил, какие мы с вами верные и надежные партнеры, тут я прямо заплакал. Вот, видите - весь мокрый. Уважаемые дамы и дорогие господа! Что? Да, ладно... Сегодня прекрасная погода. Не правда ли? А? Я не слышу! Вот так слышу. Спасибо. Да. Прекрасный вечер, говорю. Я вижу, много народу пришло. Что, ребята, у вас у всех сломался телевизор? Ха-ха-ха. Так, сейчас я скажу "стоп" и следующая блядь, сверкнувшая вспышкой, познакомится с нашей охраной. А впрочем ладно... Я ведь и сам когда-то... Тоже бегал с диктофоном по разным злачным местам, хе-хе... Да, уж... - Стив помолчал немного, вспоминая былое, глядя под ноги на растекающуюся вокруг него лужу. Потом поправил микрофон и продолжил. - Так вот, по поводу того, зачем мы здесь собрались... Мы собрались здесь по случаю Дня Рождения у вон той вон сучки. Это я любя. Да. Впрочем, возможно, кое-кто пришел просто выпить и закусить на халяву - ничего страшного - мы всем рады. Ешьте, пейте, всем хватит. Ну, а тот, кто не вообще пришел - ничего не потерял.
       Он взъерошил прилипшие ко лбу волосы и сделал паузу, чтобы переждать, когда затихнут очередные аплодисменты, сопровождаемые дружным смехом.
       - У нее сегодня День Рождения. Уже два года как она с нами. Или мы с ней - это тоже еще как посмотреть. Да, она огорчала нас иногда, но... но иногда и радовала - что поделать, это жизнь. Знаете, она очень способная. Очень. И я в нее верю. Верю в то, что ее ждет большое будущее. Да. И вот Джек... Джек, где ты? Джек! - я поднял руку. - Вон Джек! - мне похлопали со всех сторон. - Джек тоже в нее верит. И Том тоже, он, к сожалению, не смог сюда приехать, на это торжество, перебрал немного кокса, но он тоже в нее верит. Мы все в нее верим! Теперь у нее, возможно, начинается новый жизненный этап. Ну что сказать? Желаю тебе удачи.
      
       Потом был вокально-танцевальный номер: кордебалет Саш и Педобир во фраке. В середине номера все поменялось: кордебалет Педобиров во фраках и ударное соло Саши.
      
       Я сидел, смотрел и потягивал свои коктейли.
      
       Прямо передо мной возник Большой Боб:
       - Джек, у тебя есть минутка?
       - Нет.
       Он постоял, помолчал.
       - Ну, ладно, удачи.
       - Ага.
       Больше я его не видел.
      
       Я вижу ее сидящей среди каких-то мудаков. Оркестр играет что-то грустно-пронзительное. Я иду к ней. Я подхожу и склоняю голову.
       - Разрешите пригласить вас, мадам?
       На какой-то протокольной очкастой морде, стоящей рядом, расплывается гнусная улыбочка. Я обязательно врежу по этой морде, но только потом. Она принимает приглашение. Дорогу заступает Уилкинсон. "Ты с ума сошел?" Я толкаю его, он падает на столик с закусками. Наемные придурки, вяло изображающие "отрыв" на площадке для танцев, расступились перед нами и окончательно увяли. Мы оказались одни в центре круга. Я обнимаю ее податливую талию. Я закрываю глаза, потому, что вспышки камер слепят меня. Я шепчу ей на ухо какая она красивая. Музыка, не умолкай. Я прижимаю ее ближе. Она кладет голову мне на плечо... сволочи, они выключили музыку.
      
       Через пару недель после описываемых событий, мы со Стивом стояли на платформе станции метрополитена, ожидая поезд. На противоположную платформу спустились двое полицейских. Один остался у лестницы и принялся тыкать дубинкой в бок бомжа, спавшего на лавочке, другой прошел по платформе и остановился против нас.
       - Э! Ты! Ты!! Я тебе говорю!! А ну, погаси сигарету!
       Он был в плохой спортивной форме. Мы были молоды и полны сил.
       - Моя не понимай противный глупый коп.
       - Что? А ну иди сюда, урод!
       Стив затянулся и выпустил изо рта струю дыма.
       - Моя посылай на хуй противный глупый коп.
       Высокий негр в длинном кожаном плаще закричал, указывая на Стива:
       - Эй, босс! Этот парень послал тебя на хуй!
       Послышался звук приближающегося поезда.
       - Иди сюда, я сказал!
       Стив отбросил окурок.
       - Моя не может. Моя ехать ебать жена противный глупый коп.
       Негр всплеснул руками и закричал еще громче:
       - О, боже, босс, он сказал, что твоя жена шлюха!
       Дружки нигера тоже принялись орать:
       - Босс, и я тоже это слышал!
       - А я могу подтвердить это под присягой! Босс, мы все можем подтвердить это под присягой!
       Все ближе поезд. Вот он подошел к платформе. Распахнулись двери вагонов. Мы вошли и сели на сиденья. Поезд тронулся. Мы проехали две остановки и вышли на перрон. По лестнице поднялись на поверхность. Сощурились от яркого солнца. В Нью-Йорк пришла весна.
      
      
      
      128
      
      
  • Комментарии: 4, последний от 18/06/2011.
  • © Copyright Карапузов Дмитрий (karapyzov@mail.ru)
  • Обновлено: 26/07/2011. 466k. Статистика.
  • Повесть: США
    •  Ваша оценка:
    Все вопросы и предложения по работе сервера присылайте Петриенко Павлу.
    "Заграница"
    Путевые заметки
    Это наша кнопка