# Одесская Подборка

Владимир А Кигель

ПО СОВЕТУ ПОНИМАЮЩЕГО В ЭТОМ ДЕЛЕ Ю.Б. СОБРАЛ НЕСКОЛЬКО ОДЕССКИХ СТИШКОВ В ОДНУ ПОДБОРКУ...

УРОБОРОС*


Странный это город... не любящий своих родных детей,

выталкивающий их и отталкивающий от себя куда подальше...

Странный это город... с радостью принимающий чужих, как родных. Но с каких статей???

Неужели не видит он, не чувствует их фальши?

Странный это город... живущий навыворот,

купающийся в паутине сохраненных коммунальных фарфоровых ванн и нежащийся в своем обезглавленном залихватски-розоватом прошлом,

а оно - это прошлое - уже давным-давно сгнившее, червивое,

слилось в забитые анналы и пахнет чем-то, искусственно- да и фекально-пошлым.

Странный это город... отгрызающий свой хвост

в глупой надежде догнать придуманное, не сбывающееся будущее.

Уроборос?*

Опять же, второй в мире Оперный, Привоз...

Что там еще осталось память душащее...

В странном этом городе живут так, как будто день - это единица измерения вечности:

прожил как-то с утра до вечера - всё остальное тлен - и слава богу,

богу беспечности и быстротечности...

Если взлететь над этим городом, зажмурить лет на тридцать глаза и задержать в легких условно глубокое дыхание,

а потом снова вернуться в точку, куда в принципе, вернуться нельзя, и хоть ты об этом знал заранее, -

то можно увидеть, что остались, подпираемые сзади строительными лесами чуть подкрашенные, облупленные декорации,

их мало... останки этого странного города уже давно в искусственной коме, в непонятно какой виртуальной реанимации...

Можно, конечно, закончить победной реляцией,

мол, мы всё равно любим до беспамятства свой единственный и неповторимый, странный этот город!

Но опять-таки, будет это с моей стороны профанацией.

...Черт подери, не могу понять, почему он мне дорог?


*Уроборос - змей, пожирающий себя с хвоста


***

ОДЕССКИЕ ДАЧИ


Я скучаю за вами, одесские старые дачи... запах жареной рыбы, шашлык, крики детского плача... за забором из пыльной сирени - цветущие вишни, на аллейке центральной гоняют до ночи мальчишки... не пройти мимо них, ни проехать - здесь детское царство, ради них дачи продало (смех!) их родным государство... проявив таким образом ярко черты гуманизма, чтобы крепли и сил набирались творцы коммунизма... позывных "Маяка" не услышать за шумом скандала: это тетя Аделя Аркашу с соседкой застала... где-то смех, где-то плач, где-то крик, где-то примус чихает, но мальчишки, мальчишки, мальчишки во что-то играют... и лишь душная ночь вдруг упавшая ниц комарами их заставит вернуться домой, где ждут с ужином мамы... будут блинчики из кабачков и салат с помидоров с батоном, а для самых худых в наказание - чашка бульона... из нагревшейся за день цистерны водичкой умыться накажут, расцарапанность тела "бриллиантовой зеленью" смажут, и отправят в кровать, под дичком винограда стоящей, чтобы жить, "как на даче", как будто бы на настоящей... пряный воздух смешается с мёдом от пьяного моря, шум прибоя цикадному хору услужливо вторит, проезжающий "пульман" затейливо дзинкнет прощаясь, и вильнет колеёй, до утра с дачным людом прощаясь...

Что кому... корабли, облака, космонавты, пираты.... в санаторий путёвка, получка, машина, зарплата... кукла, женщина, шины, красавцы гусары-мужчины... вот узнать бы все сны, что приснились когда-то на даче и проверить: сбылось или вышло не так, а иначе?

...В сладкий сон вдруг ворвется звонок - что ли, школа приснилась? мусор! мусор приехал! и сладкая дрёмь растворилась... по аллейке мальчишки и в рваных халатиках мамы побегут за ворота, а там, сбившись в кучку, в пижамах, ждут покорно у очень вонючей текучей машины, - тоже выбросить мусор хотят джентльмены-мужчины... дети, дамы -вперед, постучав о края и проверив, нет арбузной ли корки, а может, ощипанных перьев... возвращается медленно к семьям, как счас говорят, "дачный пипл", чтоб пожарить на завтрак бычков - эту вечную дачную рыбку...

А потом будет пляж, будет море и новая вечность, ведь пока ты на даче - нет срока, одна бесконечность... но увы...бесконечность кончается с летом, поэтому - осень так привлекает людей, что зовутся поэтами...

Я любил тебя дача... и вспомнил, наверно, поэтому...


***

В ШАМПАНСКОМ ПЕРЕУЛКЕ


В переулке с игристым названием, по счастливой случайности нетронутые горзелентрестом,

среди десятка старых хрущевок и пары уже тоже не особо новых девятиэтажных зданий,

деревья,

явно не первой молодости,

решили поиграть в "жениха и невесту",

совершенно забыв о "вечном" - о дворничьем существовании...


Вот, невеста-рябина накинула желтого цвета фату из листьев

и накрасив кокетливо щеки ярко-красным, - ну, просто, ягодка, -

уронила под ноги на плешь асфальтово-травянистую,

угадай, чей свадебный подарок - чуть надкушенное яблоко...


Ну, а тополь-жених - стройный упрямец, всё еще весь в зеленом.

Зачем жениться? Мог бы гулять, да гулять, весь сентябрь, предстоящий хмельной,

солнце жаркое пить из стакана, пыльного, зато - граненного

и вина побольше золотисто- рубинового,

да со мной...


В переулке с игристым названием,

по счастливой случайности, нетронутые горзелентрестом,

чуть опухшие, чуть пожухлые, чуть вдали от всех,

голубые, пусть в прошлом, но и сейчас почитаемые,

ели еле стоят...

Им сказали, что нечего еле стоять, будут они, ели, родителями жениха и невесты,

будут собирать от гостей подарки, ну, и по осени, будут цыплят считать ...


В переулке с игристым названием, по счастливой случайности, нетронутые горзелентрестом,

деревья сомкнули руки-ветви над головами всех, кто хотел укрыться от пекучей жары

и свидетели-прохожие со стороны невесты,

говорили: ведь непросто сегодня в Одессе найти место,

где прохладно и пахнет ну... чем-то... морским...


Ближе к полудню, тем самым ветром с моря свадебный стол накрыло.

Распустились бутонами все, кто мог еще...

И игра началась. Но не тут было.

Появилось. Слетелось. Дворничьё.


С головы у рябины-невесты фату ободрали.

Шлейф из листьев на вилы - лишь мешки подавай...

Вот и кончилась свадьба... Солнце тоже убрали.

Знатным вышел у дворников их урожай...


Но с тобою, дружок, горевать мы сегодня не будем.

Завтра новая свадьба, сентябрь никуда не ушел...

В переулке с игристым названием будет,

я надеюсь, как прежде, душе хорошо.


Так что, видишь, грустить нам с тобою пока нет резона,

вон, гляди, новый лист закружил над землей серебристо

и какой-то котяра, изодранный и неказистый,

зарывает брезгливо мечту свою в ямку у клёна!


***


ДЕВУШКИ. ВЕСНА. ОДЕССА.


А за окном нескучная погода...

А в голове привычный кавардак

и хоть душа взывает к бочке с медом -

без ложки дегтя не получится никак.

Уже казалось девушки готовы

явить себя в колготной наготе,

но невесенний дождь пролился снова

и девушки, увы, опять не те...

Они закрылись, как тюльпаны к ночи,

головками- бутонами склонясь

на плечи тех, кто может или хочет

не плакать о погоде. Но смеясь,

утешат их и скажут: дождик скоро

закончится и солнышко взойдет

и высушит теплом обмякший город

и лучиком глаза твои зажжет.

Они поверят - девушки такие...

Их так легко и просто обмануть.

Долой колготы - стройные, нагие

они к кроватям пролагают путь...


***


КОРОЛЕНКО 15


Тороплюсь. Словно надо успеть. Куда?

Утро. Вечер. Так было. Так будет. Увы. Всегда.

Под луною. Не ново. Ничто. Шекспир.

Всё затерто. Словами. До дыр.

Но вильнула вдруг память, заглянула в забытый двор,

виноградным дичком обняла высоты забор,

не дослушав считалки вбежала в подъезд, скорей

позвонила два раза, замерла у дверей.

Тишина. Неужели никто не слыхал звонка?

Может ростом не вышла, память так коротка?

Или сил не хватило нажать на звонок сильней,

чтоб ее услыхали, не забыли о ней...

А давай-ка ногами, повернувшись к двери, спиной

каблучками по раме, ЖЭКовской, коммунальной, резной...

А еще мы могли бы по соседям во все звонки,

но от них почему-то одни черепки...

Ну, пойдем. Да, я помню, здесь Юрка жил,

у него еще черный роялище дома был,

мама Лида стояла с линейкой над ним,

хочешь в память и его пригласим?

Здесь жил Ромка, на первом - вон - Мишка жил,

ну, ты знаешь, я с ним не совсем дружил,-

мы ведь вместе любили Светку, вон там

прижимались впервые ее губы к моим губам...

Помнишь Рипсу? Несметных котов неумолчный вой,

голубиных налетов голубой клекотной прибой,

инвалидку, где Саша давал нам сидеть,

абрикос дворовых лососевую медь...

... Плачешь, память? Я тоже. Давай обниму,

объясню, что нет мамы, почему - не пойму...

Говорят, что так надо. Что так было. Увы.

Всегда.

Так что надо успеть.

Но куда?

Куда???


***


О БЫЧКАХ


Я бычков не ловил. Ненормальный одесский ребенок. На волнах не качался - не мог, организм подводил. Но зато, сколько помню себя - неужели с пеленок? - я на пляже с друзьями все дни напролет проводил. Маска, ласты, а позже трезубец не очень наточенный- под ногами сквозь призму прозрачной соленой воды, маскируется глосик: понятно, кому же захочется на тарелке предстать в виде летней фонтанской еды...

Я бычков не ловил. Я спускался в "обрыв" возле дачи, где кузнечики жили, мечтая до неба взлететь, но - по глупости, видно, - кузнечьей, а может ребячьей, знать не знали, что надо потом еще долго лететь... Крыльев нет, ну, а то, что на крылья похоже - атавизм, рудименты чистейшей природной воды, и обратно в траву они падали с неба - и что же? Я их в банку сажал, набросав им травы для еды.

Я бычков не ловил. Я запоем читал "мушкетеров". Благородство. Коварство. И даже - краснею - любовь! И во сне, как во снах многих тысяч других фантазёров, на дуэли я бился с Рошфором, наглеющим вновь... Я к миледи хотел, хоть блондинок я с детства не очень... Если честно - я даже немного её пожалел, когда ставил клеймо ей палач той злопамятной ночью и какой-нибудь мазью помазать плечо ей хотел.

Я бычков не ловил. И удачу поймать не пытался. Если будет - так будет, а нет - я и так проживу. Впрочем, вру. Я с удачей, наверно, частенько встречался. А поймал ли за хвост? Хоть убейте. И сам не пойму.

Я вернулся туда, где начало, где всё обещалось... Где, как в Книге, в Начале стояло всего пару Слов. Неужели судьба всё искусненько так разыграла? Неужели пора приобщаться мне к ловле бычков?


***

КОКТЕЙЛЬ


Если взять немножко Пушкинской, настоять на коре платанов,

добавить для вкуса запах Бульвара во время цветения каштанов,

взболтав, на глазок, плеснуть Ланжерона немного, так, пару капель -

и остановиться. Задуматься. На этом, конкретно, этапе.

Хотите покрепче? Тогда советую долить немного газированно-загазованной Ришельевской, грамм 100 нежно-ненужно реставрируемой Екатерининской (известной некоторым, как К. Маркса) и свиты её королевской,

что высечены на памятнике, который лет ...дцать "потемкинцам" временно уступал место, ну, скажем так: на время памятника её, Екатерины, ареста...

Ну, как коктейль? Не хватает чего-то? Может хотите солёненького одесского анекдота?

Про Абраму и Сару? Ой, вы таки опоздали. Они уже все в Израиле. Давно поуезжали... Или поумирали...

Ладно, обойдемся в коктейле без евреев. Хотя, как же без них?

Чтоб получился правильный коктейль, да еще и без их рецептов непростых?

Ни тебе гефильте фиш, ни шейки, ни мацы с яйцами на закуску,

не говоря уже о настоящем Наполеоне с чаем из тонкого стакана, вприкуску...

Да, чуть не забыл. Чтобы получился long drink...

Не забудьте плюхнуть туда современной Дерибасовской ярмарки штынк...

Ну, и наконец, сверху, как вишенку, поставьте Дюка -

вот такая получается коктейльная штука-наука.


***

ОДЕССКОЕ?


Уже всё было... Было всё уже...

Никто не ждет на третьем этаже

И, в принципе, никто уже не ждёт...

Такое "вот"!

Не стоит вспоминать. Нет, вспоминать не стоит.

Зачем? От этого лишь сердце ноет.

Ведь не вернуть того, что было, никогда...

Такое "да"!

Я вовсе не тоскую. Не тоскую вовсе.

И кажется, что слышу: "Приготовься"

Так я давно готов, всё как учили...

Такое "или"!

Скучать не буду. Буду не скучать.

Ведь мне всегда есть чем себя занять,

Словечки буду составлять в стихи...

Такое вот "хи-хи"!

И если так случится...Так случится если

Я напишу слова, они как песня,

Как драгоценных ниток жемчуга...

Такое вот "ага"!

Но оборвутся нити. Нити оборвутся,

Они с дыханием прерывистым сольются

И спросят: ну, готов держать ответ?

Отвечу: чтобы "да" - так-таки "нет"!


***


КОЛОДЕЦ


Двор заманил меня своим аутентизмом -

так будет правильно, наверное, сказать:

обшарпанный, окошечек карнизы

истлели, обветшалости печать

на всём. А посреди двора - ну, и везенье -

стоит колодец. Тоже старый, но какой!

Весь в мраморе, достойный уваженья

и заслуживший возрастом покой.

Прикрытый крышкой, с надписью суровой,

как видимо от птиц и для гостей:

"НЕ ПЛЮЙ В КОЛОДЕЦ!". Инвентарь садовый

с ним рядом, явно возрастом свежей...

И мысли потекли... Ему 100, 200?

Кто из него черпал, кто воду пил?

Кого из первых жителей Одессы

артезианской влагой он поил?

Какие косы наклонялись долу,

чей зыбкий лик здесь в черноту глядел,

чья прачка набирала для камзола

воды, чтоб постирать. А там сидел

поэт, стихи кропая,

он станет знаменит, да и сейчас

к нему бомонд приветлив, принимает...

да, он арап...несдержан... ловелас...

А здесь сдавали комнату студенту,

ну, кто еще заплатит два рубля?

Грек раньше жил, смешной такой, с акцентом

И турок тоже жил. Но опосля...

Я размечтался....

- Эй, мужчина, шо вам?

Услышал вдруг над самой головой

Из прошлого я перенесся в новый

мир вроде тот же, но, увы, иной....

- Мне? Ничего? Колодец интересный.

- И шо? - Мне голос сверху отвечал. -

Вы шо не местный?

- Нет, я местный. Но про колодец я не знал.

- Так нечего гулять здесь. Задолбали

турысты. Ходять, гадять и плюють...

У нас и так тут может быть не чисто,

а мы хотим иметь себе уют.

Я повернулся. Спорить нету смысла,

Теперь я знаю то, чего не знал.

И чтоб им было, как хотели чисто,

Я плюнул... Но в колодец не попал.


***


НА ПЛЯЖЕ


Как хорошо закрыть глаза и в мыслях

вернуться в прошлое... Там всё ласкает душу,

там

всё окрашено в воздушные тона,

там

замок из песка, что только предстоит разрушить

тебе, его создателю.

Мутна

вода у берега, он, островерхий, ждет,

когда ты снизойдешь и соизволишь

достроить и начнешь его топтать,

зачем? Так надо! Нечего роптать...

Вперед!

Но ты ленив, разнежен, слабоволен

а замок, как и ты, волной просолен,

которая без всяческих усилий

одной лишь негой тронет основанье,

оставив пляжный вывод в назиданье

и теребя незрелые умы:

Ceterum censeo

Carthaginem esse delendam

и, вопреки пуническим легендам,

он, этот замок твой... Построен... и прибой

слизнет подачку, увлекая за собой

глаза бойниц и шпили острых башен,

и рыцарей, которым враг не страшен

был, но замка больше нет.

Он знал. Он Карфаген.

Он должен быть разрушен...

И не сверкнет в глаза доспехов медь -

сегодня им досталось умереть,

прими, прибой, их рыцарские души,

теперь ко мне ты будешь благодушен,

и завтра, чуть тепло лучом коснется

плеча, и мама нежно улыбнется,

я убегу на пляж, чтоб строить Карфаген!

- Конечно, сын. Панамочку надень!


***

МЯСНОЙ РЯД ПРИВОЗА

(жалисная блатная баллада с нотами и визуальным контентом)


Это место намолено, это место нагуглено, здесь копыта обсмолены, здесь детишки напуганы, здесь кровавые головы без мозгов - ибо вынуты, здесь и вымя и печень есть, и хвосты дико выгнуты.

Здесь в кровавом побоище не слыхать просьбы ноющей: уступи хоть десяточку, я возьму, мой касаточек, мне ведь много не надо, мне бы что подешевше, уступи же сыночек, бабушке поседевшей.

А он в фартуке кожаном, с очень наглою рожею, чем-то даже похожею на ебло носорожее, отвечает: иди-ка ты,

бог подаст, а десяточку

я себе заработаю, будет праздник - суббота ведь.

Соберемся с ребятами, с них бухло, а шашлык с меня, созвонимся с девчатами и попозже, к исходу дня, мы завалимся в сауну, оторвемся по полной там, ну иди, ведь сказал уже, ничего я тебе не дам.

Не сказала старушечка ничего мяса рубщику, взглядом лишь одарила так, как сказали бы - рубчиком, и пошла восвояси прочь, поискать по дешевочке, скоро ведь наступает ночь, а у ей пусто в кошелочке.

Ближе к вечеру рубщик тот появился в компании, заказали кабиночку в очень правильной бане и

пили водку и кушали, а потом всей компанией завалились попариться в енту самую баню.

Попотели чуток и вот - выходить попыталися, но из бани дверь на замок - двери не открывалися... А внутри пар парит сильней, горячей, мочи нет, ей-ей и кричит кто-то из парней, выпускайте же нас скорей! Мы же все помираем здесь, воздух нужен, воды глоток, отпустите же нас, молю, подышать хоть чуток...

Но за дверью бабулечка, что с пустою кошелочкой, порешить порешила всех, и последнюю щелочку, как Матросов заткнула собой - подыхайте мол, гады все, не за тем мы сражалися, чтобы жизнь сохранять вам всем.

...Хоронила братва ребят. На гробу фартук кожаный. Топоры и ножи лежат. В общем: всё, как положено. А могли еще жить да жить, в бане с девками водку пить, сильно рубщики загрустили, а ведь так уже раньше было...

А ведь так уже раньше было: жадность фраера погубила, кто десяточку пожалел - сам себя отымел. Так, что если бабулечка вдруг, подойдет за дешевочкой, друг, не гони от себя её, помоги, ё-моё....

Не крути ты себе мозгов, не жалей для неё хвостов! Все равно прячешь всё от ментов. Ведь порядок таков! Песню эту почаще пой, и не только с мясной братвой, рядом много бабулечек - и все с кошелкой пустой...

(дзынь!)


***

ОДЕССКИЙ ДЕКАБРЬ


Ко мне в доверие сегодня декабрь втереться попытался...

Договорился даже с солнцем, оно подмигивало мне,

неслышно с тучами шептался, листом последним осыпался

и гладил море... Только не

поддамся я его уловкам. Я знаю - это подготовка

к январской, пасмурной зиме, с ее набором полумер -

от снега к грязи и обратно... непредсказуемой, невнятной,

с дождем апрельским, например.

Но вот - он видно наигрался - не зря уловкам не поддался.

За тучи солнце он припрятал, а шепот превратился в гул

и вот уже он пену сдул

с волны, дремавшей от безделья, и воробьи, что песни пели

умолкли, бедолаги. Ведь -

декабрь! Кому охота петь?

***


ЗАВТРАК "С ПРИВОЗА"


В левую руку берешь огурчик,

в правую руку нож:

сочную, хрусткую мякоть режешь вдоль,

теперь нож кладешь...

Жменьку соли, желательно, крупной,

насыпаешь на пол огурца,

а второй половинкой трёшь о первую,

втирая соль до конца...

Погоди. Не спеши. Понимаю, хочется...

откусить, пожевать, похрумчать,

удивительный запах свежести ноздри щекочет...

и что? Смотреть и молчать?

Да-а-а!!! Теперь добавь к огурцу помидорку,

как её называют здесь,

можно "микадку", а можно "полёвку" - тут, в Одессе, разные есть.

Должен отметить, что здесь "помидорка" - женского рода.

Не помидор.

И не среднего, как в английском tomato(e),

тут, звиняйте, иной коленкор.

К ней понежнее надо: понюхать,

пощупать упругость, какова на вид...

Можно, конечно, нарваться на грубость,

не избежать оскорблений, обид.

Мол, не надо массаж МОИМ помидорам делать

и нечего морщить нос:

здесь люди торгуют, "гешефт" имеют,

здесь вам не театр, а Привоз!

Я, собственно, не в театр шёл...

Ну, да ладно. Я этот "гембель" потихоньку стерплю.

Тем более, что на завтрак сегодня рыбка -

я еще "дунайку" куплю.

Сейчас сезон. Дунайка, что надо.

Жирная, толстая, в общем, класс.

Скоро кончится. Такая досада.

А пока - её глаз

должен быть прозрачным, жабры красные -

значит "свежак" - бери!

Засолил в саламуре на сутки - и ешь.

А точнее - жри!

Ибо вкусно. Куда тут денешься? Нету в Америке такой жратвы.

Есть другая. Но... эта привычнее. Память рецепторов вкусовых...

Не надо искать на Привозе "Соньку",

не подержит "Жёра" твой макинтош,

а вместо Цили какой-то фонька

тебя не ставит ни в гривну, ни в грош...

Всё чужое. Но такое знакомое.

Это, в принципе, дежавю.

И завтрак будет, как раньше. Дома.

И тени прошлого оживут.

А если еще рюмашку водочки...

Да! С утра! Не взирая на...

И глазунью. На сковородочке.

Жизнь удалась. Сполна!