Завершая свою статью о том, где проживают американские корейцы, я упомянул события, происшедшие весной 1992 года в Лос Анжелесе. Они вошли в черные страницы истории корейцев в США и широко известны под названием "са и гу", что означает в иероглифическом написании цифры 4, 2, 9, то есть 4 месяц, 29 день - или понятнее - 29 апреля. Кстати, у корейцев, таким манером довольно часто обозначают важные исторические события и даты, к примеру: "юк и о" (6,2,5) - Корейская война, которая началась 25 июня 1950 года, "пхаль-пхаль Олимпик" - Сеульская олимпиада 1988 года и т.п.
Так что же произошло в конце апреля 1992 года, как оно отразилось на жизни американских корейцев, какие последствия и уроки следует вынести из этого трагического урока всем зарубежным соотетественникам? Забегая вперед отмечу, что "са и гу" это не просто трагедия американских корейцев, а транснациональное проявление кризисных проблем современного общества в целом, что подтверждено недавними массовыми беспорядками в пригородах Парижа, где проживают выходцы их стран арабского Востока, погромами турецких кварталов в Германии, впышками этнических конфликтов постсоветского периода....Примеров не счесть.
Известно, что только в США на протяжении последних 150-ти лет произошло около 200 крупных волнений, большинство из которых носили характер межрасовых столкновений. Большая часть бунтов явилась ответной реакцией черного населения на политику апартеида и дискриминации. Однако известны случаи, когда белые проводили погромы среди азиатов, как например, погромы в китайских кварталах Сиэтла в 1886 году.
События, непосредственно предшествовашие погромам, учиненными афроамериканцами в Кориатауне Лос Анжелеса, разворачивались за год вперед. А началось это с того, что 3 марта 1991 года полицейский наряд пытался остановить машину, превысившую допустимую скрость. Водитель - чернокожий мелкий хулиган Родни Кинг (King, Rodney) не остановился, а пытался удрать, набрав резко скорость. Однако полицейские, а их было четверо белых, преградили беглецу дорогу, выволокли его из машины и жестоко избили дубинками и запинали ногами. В результате, чернокожий получил переломы черепа в 11 местах, а также повреждение мозга и почек.
Полицейские не подозревали, что с балкона близлежащего дома их действия были записаны на любительскую видеокамеру Джорджом Холидеем, который передал их местному телеканалу. Затем эта 81 - секундная запись прошла по национальным телеканалам и по новостным сводкам многих стран мира. Разразился большой скандал..
Четырем полицейским: Лоренсу Пауэлу, Теодору Бризено, Тимоти Вайнду и сержанту Стейси Куну были предъявлены обвинения в незаконном применении сил и превышении полномочий. Однако место суда было переведено из Лос-Анджелеса в соседнее, в основном, "белое" графство Вентура, где традиционно проживали многие действующие и отставные полицейские. Из их числа и были отобраны присяжные. К этому судебному разбирательству было приковано пристальное внимание черного населения Америки и, прежде всего, Лос Анжелеса, ожидавшего справедливого решения.
Через год разбирательства, 29 апреля 1992 суд присяжных, состоявший из 12 человек - 10 белых, одного латиноамериканца и одного азиата единогласно и полностью оправдал троих полицейских. Только по пункту превышения полномочий, предъявленных к 29- летнему Лоренсу Пауэлу мнения присяжных разделились, однако счет голосов оказался 8 к 4 в пользу обвиняемого, который также оказался полностью оправдан.
Даже мнения представителей власти по поводу вынесенного вердикта оказались неоднозначными. Том Брэдли - мэр Лос Анжелеса сказал следующее: "Я потерял дар речи, когда услышал вердикт. Решение суда присяжных никогда не сотрет из памяти увиденную видеозапись. Люди, избившие Родни Кинга недостойны носить полицейскую униформу". Президент Джордж Буш сдержано высказался, что суд присяжных выполнил свою работу и теперь необходимо проявить уважению к закону.
Такое решение, объявленное судьей Стейнли Вайсбергом вызвало ярость в черных кварталах Лос-Анджелеса. Начались грабежи, погромы и нападения на белых и выходцев из азиатских стран.
Беспорядки продолжались четыре дня. В результате уличных боев 58 человека были убиты, почти 2.4 тыс. были ранены, 11 700 человек были арестованы, в том числе афро-американцы - 42 процента, латинос - выходцы из латинской Америки - 44%, белые 9 % и другие - 2%. Эти цифры отражает пропорциональный состав населения районов, где прошли беспорядки, но не самомго Лос Анжелеса в целом. Среди бунтовщиков были замечены откровенно криминальные элементы, которые воспользовались ситуацией и разного рода любители острых ощущений. Мародерство охватило толпу и полицейская видеохроника запечатлела на вид безобидных обывателей, которые просто "забирали" то, что осталось после пожарищ: дорогую обувь, радио-теле-аппаратеру, часы и т.д. Всего было соженно свыше 1,100 зданий. Пострадала территория, площадью 169 кв. км.. Общий ущерб оценивается от 700 млн. до одного миллиарда долларов. На подавление бунта были брошена Национальная Гвардия и военные подразделения, в том числе морские пехотинцы общей численностью в 22 тыс. человек.
Размах стихийного бунта принял угрожающие размеры, такие же беспорядки, сопровождашиеся насилем прошли в ряде других годов с черным населением - Сан Франциско, Лас Вегасе, Сиеттле, Нью Йорке, Атланте, спорадические вспышки насилия были отмечены также в Тампе, Питтсбурге, Бирмингеме, Омахе и т.д.
Эти события вынудили власти назначить новый суд над полицейскими, на этот раз в Федеральном суде, который приговорил двоих их них к тюремным срокам по 30 месяцев.
Опасаясь за новые беспрядки власти предприняли превентивные меры. Прежде всего решение суда было зачитано в совершенно необычное время на утреннем заседании, начавшемся в 7 часов утра 17 апреля 1993 года. Двоих полицейских - Лоренса Пауэла и сержанта Стейси Куна суд счел виновными, а оставшихся двоих вновь оправдали. Вся полиция находилась в состоянии повышенной мобилизационной готовности, город патрулировался усиленными нарядами, в небе постоянно кружили вертолеты наблюдения, работали тактические командные пункты, привлекли в поддержку Национальную гвардию и элитную морскую пехоту. Никаких беспорядков не последовало.
Однако вопрос: почему же острие гнева черных жителей Лос Анжелеса оказалось направлено против корейцев не давал мне покоя и я пытался прояснить его в течение долгого времени тем, что читал публикации о "са и гу", распрашивал американских корейцев, в том числе профессоров. Но это были суждения пострадавшей стороны. На это раз обращение к отчетам Полицейского управления Лос Анжелеса и статьи крупнейших американских газет и журналов пролили свет с другой стороны трагедии, о чем я расскажу в завершающей части моего рассказа.