Местообразны виденья 
в перламутре ли зимы, 
в розмарине говоренья 
всей весенней пелены, 
иль в осенней тканезвени 
в летнем свете полутеней.

Лик судьбы времяточивой, 
видишь, встал перед тобой, 
тенеписью молчаливой 
на тебя глядит луной.

В одиночестве сказанья 
гаснут звезды предсказанья, 
только в родопись времён 
лик твой светом занесен.