Как люто гений ненавидим, -
"в нем тактик и стратег невидим, 
а сам он мелкий интриган, 
а все кто с ним - дерьмо и срам".

Он изменил лицо России 
и в серых буднях вечным стал, 
а сонмы  россказней пустые 
его лишь гложут пьедестал.

Кликуши новые рыдают, 
то Гельфанд (Парвус) вдруг им мил, 
поноса ядом умывают 
не факты, - тьму у злобных сил.

Их милосердие как ветер, 
что землю сушит и палит, 
а за спиной их пляшут черти, - 
не миф, - война в них говорит 
о примирении и храме, 
душа же их во тьме и сраме.