Шорох слышится синий 
в тишине бесконечно-ночной, 
Дышит море из отблесков, линий 
в той беспечности волевой.

Гнутся сваи и камни рушатся 
и гудит, и гудит прибой, 
Только вёсла да сети сушатся,
Эх, душа, ерепенится вал шестой.

Горе, радость, чувство гнетущее, -
всё смешалось в моей душе, 
Громко всхлипнула суть, и сущее 
зарыдало во мраке уже.

Нас зовут, мы зовем, - одинокие. 
Где друзья, где товарищи, где? 
Всюду камни и волны высокие 
встали намертво в скромной судьбе.