В небесном прахе звёзды осияли, 
в душе резвился фортепианный рокот, 
и музыки раскрытые скрижали 
объединяли весь духовный опыт, 

чтобы возвысить чистоту 
и мир увидеть в первозданной форме 
блаженной от бессмысленности норме, 
где мир кричит в седую пустоту 
и где все звезды как цветы 
окоченевшей в раз мечты,
 
кующей золото побед 
на бахроме январской ночи, 
чей свет как изумленье сочен 
на протяженье тысяч лет.