Когда сверкает ртутью снег 
и в черной шапке облаков 
на горных пиках тень веков 
и слёзы не пролитых рек

являют ждущее начало 
из катаклизмов ожиданий, 
хотя оно не прозвучало, 
хотя не явлен грозный рык 
на алтаре смертей как дани, 
а лишь угрозою проник,

мятётся шелестом листвы 
в аулах, под горой селеньях, - 
Там люди в радости и пенье, 
ну а скотина без движенья, - 
Глаза тут ужасом полны.